'Вопросы к интервью

А. Веснин 13 часов и 6 минут в Петербурге. Добрый день. Меня зовут Арсений Веснин. Программа «Магистрат». Сегодня решили посвятить ее тому, что через 2 дня уже, 15 февраля, отмечают традиционно дату вывода советских войск из Афганистана. В этом году это будет 31 годовщина. Решили попробовать понять, что вообще происходит с ветеранами, с теми, кто воевал в Афганистане, кто вернулся оттуда и с семьями тех, кто не вернулся или стал инвалидами. Сложные судьбы, истории. Сегодня в гостях председатель комитета по социальной политике Санкт-Петербурга Александр Ржаненков. Александр Николаевич, приветствую вас.

А. Ржаненков Добрый день.

А. Веснин И Сергей Гуляев, писатель, политик и участник боевых действий в Афганистане. Сергей, здравствуйте.

С. Гуляев Здравствуйте.

А. Веснин Давайте, Сергей, вам первое слово, как человеку, который сам побывал в Афганистане, можете буквально в 2 словах рассказать, что вы делали в Афганистане, что значит участник боевых действий и о каком-то нынешнем положении ветеранов, вашем и ваших друзей и товарищей.

С. Гуляев После военного училища меня отправили в Афганистан, начальник написал рапорт, отправился в 83 году и по 85 год служил в 58 автомобильной бригаде. Должность – корреспондент бригадной газеты. Использовали меня в качестве старшего от штаба в автомобильных колоннах. 30 рейсов. Практически все дороги, которые в Афганистане есть и где были наши гарнизоны, довелось мне побывать. Поездил с нашими колоннами, возили различные грузы, топливо, бензин, дизель, строительные материалы, все, что нужно для войск и их обеспечения. Мы доставляли нашим гарнизонам.

А. Веснин В самих боевых действиях участвовали?

С. Гуляев Ну, безусловно. У автомобилистов была самая тяжелая судьба в Афганистане. Не было ни брони, ни прикрытия. Колонна сопровождалась нашими же машинами с зенитными установками, 2 установки на 50 машин, это все. Автомат, каска, бронежилет. Были мишенью доступной, безобидной. В горах очень тяжело. Колонна растягивается на несколько километров, воевать очень тяжело.

А. Веснин А сейчас, если говорить, 31 год уже прошел, для вас уже больше, что можете сказать о том, как живут ветераны Афганистана? По вашей информации.

С. Гуляев По-разному живут. НРЗБ, который безвылазно сидит в парламенте страны, ему, наверное, очень хорошо живется. Жене Дребневу, который сидит в инвалидном кресле на 5 этаже в Кронштадте в своей квартире и физически не может выбраться из своей квартиры на воздух, ему, наверное, не очень хорошо.

А. Веснин Александр Николаевич, но вот если говорить про какие-то государственные поддержки, льготы и так далее… Что-то к этой годовщине, обычно же делают выплаты, индексации, будет делаться? Как государство поддерживает ветеранов Афганистана?

А. Ржаненков Прежде всего, я благодарю Сергея Владимировича за участие в эфире и за его работу. Я не случайно говорил, что о нем отзывались позитивно ветераны Кронштадта. Сегодня он занимает активную позицию, мы вместе с ним на эфире. Город делает возможное в рамках своих полномочий для афганцев. Единственный город в России практически, который в свое время принял закон и поддержал за счет городского бюджета определенные категории семей соответствующими выплатами, они и сегодня осуществляются. Они небольшие, но это делается.

А. Веснин Небольшие – это сколько?

А. Ржаненков В зависимости от инвалидности, от 5 тысяч до 5 тысяч немногим более.

А. Веснин 5 тысяч рублей ежемесячно семьям, которые…

А. Ржаненков И вдовам, и родителям. Мы намерены рассматривать возможность увеличения. Кстати, Беглов встречался с родственниками погибших 6 роты, скоро 20 лет этому событию, он дал поручение рассмотреть возможность проанализировать и увеличить соответствующие финансовые источники. К этой дате никаких дополнительных мер и выплат не предусматривается, к сожалению. У нас 81 категория различных льготных. Конечно, достаточно сложно определиться в этих вопросах. Когда мы рассматриваем возможность оказания мер конкретной категории, претендуют и другие. Возникают в обществе непростые отношения. С точки зрения афганцев, мне по жизни получилось так, что я сам не попал служить в Афганистан, я служил на флоте и в тот период, когда в 79 это все началось, была сформирована группа, я в нее был зачислен, но, к счастью или, к сожалению, с флота северного соответствующую группу не отправили. После увольнения системно с 80-го года и по сегодняшний день жизнь связалась с этими удивительными людьми. Очень много друзей.

Мы помогали и помогаем сегодня всем им. Образовалось много общественных организаций, они решали свои задачи. Помимо тех инициатив, в том числе, и афганцы, тогда выносили тот закон, который есть в Петербурге, он в определенной степени помогает. Они являются федеральными льготниками. Возможность законом предусмотрена и выполняется. Было правильно отмечено, что годовые военнослужащие, неофицерский состав, находятся в более социально сложных условиях. Особенно люди с инвалидностью. Мы стараемся мерами социальной помощи им помогать ежедневно в бытовых вопросах, но сложности возникают в силу того, что они становятся старше, потребностей и проблем больше, нужно многим системное сопровождение. Сегодня 323 человека, афганцев, инвалиды.

А. Веснин В Петербурге?

А. Ржаненков Да. 53 вдовы и матери, которые тоже нуждаются в поддержке. В этой категории этих людей становится больше, хотя правильно отмечено, что уходят из жизни и это поколение. Хотя, в сравнение с ветеранами Великой Отечественной войны, возраст несколько другой, но заболевания… Половина уже ушли. Нацеленность на то, чтобы и эта категория, и все остальные от государства получали достойные меры поддержки, но не все и не всегда это помогает, решается и своевременно делается.

А. Веснин Александр Николаевич, а если все-таки по цифрам. Вы сказали, что вдовам и семьям выплачивают в районе 5 тысяч рублей в месяц, что действительно совсем не большие деньги. Что вообще государство делает для тех инвалидов, о которых вы сказали, более 300 сотен? Для просто ветеранов и участников?

А. Ржаненков Они, как и остальные категории, имеют некоторые льготы по жилищно-коммунальным платежам. Кстати, в одном из регионов, где решена проблема среди этой категории афганцев жилья. Очереди, по существу, нет. Она образуется в силу жизненных причин. Они встают на улучшение и практически сразу, в этот год или на следующий, получают. В конце прошлого года 44 человека получили жилье. Это благодаря общим усилиям, позиции правительства, законодательного собрания. Сегодня уровень обеспечения с точки зрения пенсии низкий. Это первое и главное. Второе – ежедневное сопровождение медицинское. Есть госпиталь у нас, есть учреждения, но они нуждаются в большем, в более системном уходе. Есть ограничения, которые в полной мере не дают возможности им получить эту услугу. Вопросы существуют с санаторно-курортным лечением. Это федеральные льготы. Есть проблемы отчасти и с техническими средствами реабилитации, своевременности, оперативности и качественности предоставления.

Еще одна тема. Она всегда была и сегодня есть – отношение к афганцам у общества разное. Сегодня оно немножко устоявшееся с точки зрения позитивности отношения, а раньше, особенно когда они приходили в запас, 80-90-ые годы они просто отторгались большинством общества. Те проблемы, которые возникали, их отталкивали. «Мы вас туда не посылали, ваши проблемы». Это понуждало людей идти заниматься даже криминалом. Из этой плеяды вышли разные крайности такого рода. Отношение к ребятам, которые защищали честь государства в Афганистане, тоже разное. Об этом нужно говорить. Спасибо, что вы эту тему еще раз поднимаете для того, чтобы слышать общество, уважать людей этих, они многие отдали здоровье, жизнь. Те мероприятия 15 числа, которые пройдут, соберут и ребят-афганцев, и чеченцев, и семьи погибших. Мы будем стараться обсуждать и помогать, благодарить за все эти дела, события, которые они пережили.

А. Веснин Сергей, вот вы лично, как участник боевых действий в Афганистане, что вы сейчас имеете от государства? Какие льготы, выплаты? Что-то положено?

С. Гуляев Как и все – 3062 рубля. Ежемесячная доплата к пенсии. Деньги, которые были монетизированы льготы, эти 3 тысячи рублей, в 2005 году, когда Путин лишил нас льгот. Не только афганцев. Блокадники, ветераны Великой Отечественной. Монетизировали, так скажем, льготы эти все. Растет с чудовищным процентом. За прошедший год выросло на 4,3 процента это. Для примера – на 90 рублей. В прошлом году 2972 рубля, сейчас 3062. Просто смешно говорить об этом. Случай недавно на Камчатке, когда девушка рассмеялась в эфире, комментируя эти надбавки, которые льготникам положены, так вот у нас бесплатный проезд на пригородном железнодорожном транспорте, междугородном к месту лечения и обратно в прошлом году был 124 рубля, в этом году вырос аж на 3 рубля, стало 127. Представляете. На санаторно-курортное тоже вырос на 4 рубля. Было 133, теперь 137. Смешно.

А. Веснин Это столько выделяют в месяц?

С. Гуляев Да, если отказываетесь от социального пакета, то 137 рублей, за года 3-4 накопите на льготную курортную путевку. И то, сколько спрашиваю ребят, кто ездил, то никто практически не ездит. Санатории – что-то запредельное. Хочу сказать, как это все делается в цивилизованных странах. В США есть министерство по делам ветеранов, оно второе по величине после министерства обороны и по количеству служащих – 340 тысяч человек работает в сфере обслуживания ветеранов. Это крупнейшее министерство, даже бюджет вроде второй. Для сравнения вот. Вдова получает 1100 долларов к своей пенсии, минимальная пенсия ветерана в США – 2090 долларов. Не сравни с нашими. Во Франции, например, все ветераны, прошедшие боевые действия, уходят на 5 лет раньше срока на пенсию. У нас ни один солдат из тех, кто сейчас, ребята там служат, у офицеров своя пенсия, немного раньше уходят, а солдаты будут до 65 лет при том, что половина не доживет до этого возраста.

В бюджете страны… Надо платить зарплаты Сечину, Ротенбергам и прочим. Не хватает на ветеранов. Не только на нас, но и на старших ветеранов не хватает. Такие вещи, как понизить пенсионный возраст или оставить пенсионный возраст для солдата, участника боевых действий хотя бы на прежнем уровне. Не говорю про льготные сроки. Это денег от государства не требует. Я полагаю, что нужно давно рассмотреть вопрос о создании подобного министерства или департамента по делам ветеранов при правительстве. Даже Санкт-Петербурга. Сделать департамент по делам ветеранов в комитете социальной политики или при правительстве. Это было бы правильно. У нас очень ветеранский город: блокадники, 27 тысяч участников боевых действий, ветераны, слава Богу, еще есть, боюсь называть эту цифру, мало осталось…

А. Веснин Александр Николаевич, вы сами сейчас говорили, что много проблем, не хватает денег, недостаточное медицинское сопровождение и так далее. В каком-то смысле вы сами критикуете себя?

А. Ржаненков Я говорю правду, а не критикую. Я назвал вам количество льготных категорий. Мы можем сравнивать с Америкой и стремиться к этому, но возможности нашего государства, которому не так много лет после всех этих перестроек и решений тех проблем, пока еще не позволяют. Тем не менее, тема, связанная с подразделением, отдельным комитетом по ветеранам обсуждалась уже много лет. У нас существует сегодня. Совсем недавно ее предлагали сами же афганцы. Обсуждали эту тему, есть предложения, мы их изучаем, но идти по пути создания соответствующих институтов власти по НРЗБ – это не всегда правильно. Вопрос не в структуре, а в возможностях финансовых, законодательных и исполнении этих законодательных актов. Я назвал проблемы. Сказали относительно путевок и монетизации. Да, это было монетизировано, были проблемы, даже в 2005 году были перекрытия улиц, я сам стоял на этих митингах, возмущались… Сегодня все зависит от возможностей финансовых.

А. Веснин То есть в бюджете просто не хватает денег?

С. Гуляев У нас профицит бюджет, который мы не тратим…

А. Ржаненков Я назвал возможности города, которые используются. С 1 января текущего года внесли дополнительные возможности по жителям блокадного Ленинграда. Тем, кто был менее 4 месяцев… Это колоссальные затраты, которые город несет. Кому отдать приоритет в рамках выделенных финансовых существующих источников? Есть этот вопрос.

А. Веснин Александр Николаевич, я вас прерву на секунду. У нас просто на связи по телефону ветеран Афганистана Олег Никулин. Олег, добрый день.

О. Никулин Здравствуйте. Александр Николаевич, добрый день.

А. Ржаненков Доброго вам здоровья.

А. Веснин Олег, у меня к вам такой же вопрос, который я задавал Сергею. Как вы сейчас чувствуете себя, будучи ветераном войны, поддержку от государства, общества? Чего не хватает? Какие основные проблемы, на ваш взгляд?

О. Никулин Проблемы у нас такие же, как у всей страны, поэтому мы себя не отделяем. Переживаем немножечко все эти проблемы поближе и побольше. А что касается… Я услышал идею сделать какой-то орган, комиссию или министерство ветеранов, как в Америке существует, очень интересная история. Я бывал там и знаю, как живут ветераны в других странах. У нас проблемы 3, как и всегда: пенсии, которые маленькие; это жилье; это здоровье. Курортное лечение почему-то до сих пор… Почему-то не оплачивается проезд к месту лечения. В санатории мы ездим, в Москве был в санатории. Как-то Москва и все близко. Сейчас много народа переезжает, в Крым ездим в санатории. Не оплачивается проезд, хотя должен, насколько я понимаю, по нашим федеральным законам. Что жаловаться?

Все живем в одной стране, все понимаем прекрасно. Отношение очень разное, тем более что после Афганистана уже была Чечня, сейчас Сирия. Все это накладывается. Мы стараемся как-то выживать. То, что помощь… Она какая возможно есть. Мы с Александром Николаевичем много лет знакомы, знаем, сколько лет, сколько всего делается. Им лично. Очень хочется, чтобы не забывали мамочек наших, их все меньше и меньше, приходится с ними сейчас сталкиваться, общаться. Я занимаюсь вместе с депутатом нашим Андреем Алексеевичем НРЗБ, ветераном тоже войны в Афганистане, мы организовали и делаем музей памяти наших товарищей боевых в одной из гимназий. Приморского района, 540 гимназия. Приходила на днях мама, Анна Александровна, которая руководит фондом инвалидов и семей погибших. Я ей сказал, что будет такой эфир. Она попросила, что мы не забывали их. Им не особо деньги нужны, дают им несколько билетов на какие-нибудь концерты в городе, и им уже приятно. Мы очень переживаем. Их осталось, если не ошибаюсь, всего 46 семей из почти 122. Поэтому вот, Александр Николаевич, просьба.

А. Ржаненков Обязательно.

О. Никулин Если можно, не забывайте их, тем более что им уже много не надо. Мы понимаем, что вы не сможете увеличить им пенсию по потере кормильца, не сможете многие вещи сделать, но вот, во всяком случае, сейчас уже жизнь продолжается. Мы своих товарищей боевых хороним все чаще, все больше. Нам идут навстречу, слава Богу, Серафимовское кладбище. Мы обращаемся по таким скорбным вопросам, вы принимаете участие. Мы понимаем, что не можем перепрыгнуть… В Москве бесплатный проезд у ветеранов боевых действий на всех видах транспорта, они получают немножко больше денег, ежемесячно простой ветеран, если не инвалид, получает 3200. У нас меньше. Но и денег поменьше, чем в Москве. Как что-то просить? Не знаю, что могу попросить. У наших граждан – внимания побольше. Особенно к тем, которые инвалиды, приходят и обращаются. В госпитале все больше ветеранов. В коммерческую историю закручивается. Туда попасть не так просто теперь. Серьезные очереди. Полтора-два года назад можно было прийти и на следующей неделе назначали лечение, мог лечь, сейчас нужно больше месяца нужно.

А. Веснин У нас сейчас московские новости. Спасибо, это был Олег Никулин, ветеран войны. Прервемся ненадолго.

А. Веснин Возвращаемся в эфир. Говорим сегодня о том, что происходит и как живут ветераны афганской войны. У нас в гостях Александр Ржаненков, председатель комитета по социальной политике. И Сергей Гуляев, писатель, политик и участник боевых действий в Афганистане. Только что по телефону у нас был еще один ветеран – Олег Никулин. В конце сказал о том, что проблема с госпиталем для ветеранов боевых действий – туда становится сложно попасть. Сергей, вы в курсе, что там происходит?

С. Гуляев Да. Я лежал там, неоднократно проходил реабилитацию. Сейчас действительно стало гораздо сложнее попасть, потому что госпиталь стал зарабатывать на коммерческих услугах. Сместилась, мне кажется, в пользу платных больных, неветеранская категория, обычно ветераны войны, блокадники, чернобыльцы, кстати говоря, тоже встали на учет в госпиталь. Если раньше действительно можно было попасть, записаться, через 2 недели уже получить лечение, то теперь эта очередь растянулась, само реабилитационное отделение в госпитале как-то так сократилось тихонько, там раньше реабилитация была 3 недели, а сейчас – 2 недели, двухнедельный цикл. В палатах там через одного люди лежат не имеющие отношения к ветеранской категории. Это платники. Заплатили. Там хорошее оборудование, прекрасное оснащение. Ветеранам стало сложнее попасть, в том числе афганцам. Они жалуются, приходят, говорят мне: «мы пришли, со 2 раза попали». У парня после ранения в голову эпилепсия, у одного из наших боевых товарищей по чеченской войне, два брата воевали в Чечне, звонят и говорят, что не могут попасть. Понятно, что обязательно нужно эпилептические припадки купировать каким-то образом. Его направили, должны положить. После звонков – положили наконец. Позвонил, сказал, что госпитализировали. Это неправильно. Надо комитету по здравоохранению обратить внимание.

А. Ржаненков Я не знаю таких крайних случаев. Извините за то, что вступаю в этот диалог. Чтобы жаловались на оформление и поступление. Одно дело – желание человека попасть туда. Но есть медицинские показания всякие. Он многопрофильный. Вместе с тем, врач определяет, куда, в зависимости от состояния здоровья, удобнее – в госпиталь или в 31 больницу, или еще какое-то учреждение. Сегодня значительно больше услуг по категориям этот госпиталь предоставляет. Есть моменты какие-то, сложности, но в рабочем порядке решаются. Такой системной проблемы нет. Наоборот. Мы получаем много благодарностей. С точки зрения того, что там большие и хорошие возможности – это да. У других горожан есть какие-то желания туда попасть. Госпиталь работает и как скорая помощь. Он как дежурное учреждение. Туда определяется какой-то человек, не всегда относящийся к этой категории граждан. Реабилитационные услуги сегодня, поскольку объединили больницу реабилитационную с госпиталем, стали шире предоставляться. Блокадники имеют свою больницу, она объединена с госпиталем. Тут тоже желание – одни хотят госпиталь, другие на Старорусскую в больницу. Если есть у наших афганцев или любых ветеранов такие жалобы, то надо оперативно высказывать эту информацию, чтобы принимать соответствующее решение.

А. Веснин Два человека вам говорят, что есть проблемы.

А. Ржаненков Надо говорить о фамилиях. Мы имеем эти сигналы, но, когда начинаешь проверять, возникают объективные причины. Я не исключаю, что есть такие моменты. Я призываю – информируйте комитет здравоохранения.

С. Гуляев Пока решаем это как-то на уровне. Позвонили начальнику госпиталя… Хочется, чтобы это было в плановом порядке. Никто с улицы не приходит туда. Все по направлениям, врач выписывает. У всех карточки там. Все знают наши болячки, мы знаем врачей, а они нас в лицо.

А. Ржаненков Просто надо сразу же говорить.

С. Гуляев Стало сложнее попасть. О чем говорить?

А. Веснин Александр Николаевич, ни для кого не секрет, что основная проблема с пенсиями. И пенсионеры-то получают невысокие пенсии, но и люди, как ветераны боевых действий… Есть какие-то возможности у города, городского бюджета как-то влиять на это все-таки?

А. Ржаненков Влиять на пенсионное законодательство через депутатов федеральных. Мы видели, по-разному относились все к реформе, которая произошла…

А. Веснин Вы как ней относитесь?

А. Ржаненков Я скажу и говорил давно, 20 лет назад. Я каждую неделю встречаюсь с населением в районах, сегодня в 4 часа отчет-встреча в Калининском районе. Я 20 лет назад говорил, что пенсионное законодательство нужно менять. Мы с вами не выживем. Это надо делать грамотно, постепенно, разумно и без крайностей. На сегодняшний день работающего населения становится меньше, увеличивается продолжительность жизни. В городе более полутора миллионов пенсионеров. Детей рождаемость уменьшается. Вот проблема. Разными методами можно эту проблему решать. Я лично отношусь к изменениям позитивно. Другое дело, что механизм их применения должен быть таким, чтобы люди понимали. Что касается повышения пенсий, у нас неплохие пенсии у ветеранов Великой Отечественной войны и жителей блокадного Ленинграда.

А. Веснин Это какие суммы?

А. Ржаненков За 40 тысяч.

С. Гуляев У американского ветерана войны от 116 до 180 тысяч рублей на наши деньги. До 600 тысяч.

А. Ржаненков Напрямую сравнивать сложно.

С. Гуляев В проигравшей Германии то же самое. От 2 тысяч долларов до 10 тысяч евро даже. Ветеран немецкий получает. А у нас 75 тысяч один раз… В юбилей выплатили ветеранам. Это считаем за тысячу евро.

А. Ржаненков К юбилейным датам всегда выплачивают. В этому году президент принял решение такую сумму серьезную. Тем не менее, надо повышать пенсии. Они зависят от возможностей, от экономики. Как бы мы ни хотели и ни говорили, может быть перераспределение в эту сторону, но это вопрос федеральный. Я назвал, что возможности города используются в этой части, в выплатах конкретных афганцам. Суммы меньше, чем в Москве, а в других их вообще нет.

А. Веснин Ну, 3 тысячи – это действительно совсем небольшие деньги.

А. Ржаненков В зависимости от инвалидности. Это ежемесячная выплата. Мы не можем позволить больше на сегодняшний день.

А. Веснин Российская экономика не позволяет?

С. Гуляев В голодные 90-ые годы мы позволяем себе, а сейчас…

А. Ржаненков: В 90ые годы этого вообще не было…

С. Гуляев Выплат не было, льготы были.

А. Ржаненков Мы можем опять же сравнивать. То, что было в 90-ые, и то, что сейчас – это день и ночь. Медицинские возможности… Таких не было. Не выплачивалась своевременно и пенсия, и другие пособия. Льготы были продекларированы. Я у истоков этого закона стоял. Был противником этих декларативных решений. Депутаты приняли закон, не подкрепленный ничем. Льгота в полной мере не предоставлялось. Что побудило отношение наших ветеранов к этому делу? Монетизация принесла свое позитивное решение. Суммы, которые возмещались по этим льготам… Смешные. Как бы мы с вами ни говорили, то, что было 20 лет назад, с точки зрения социального обслуживания, и то, что сегодня – это большая разница во всех отношениях. Этого недостаточно. Крайне. Мы зависим от возможностей.

С. Гуляев Деньги-то есть в бюджете. У нас профицитный бюджет. Супер профицитный.

А. Ржаненков Есть в бюджете, но это распределение идет в зависимости от приоритетов. Я назвал по блокадникам. Есть проблемы, связанные с малолетними узниками. Мы считаем приоритетным вопрос, моя позиция, она услышана – это дети войны. Это люди за 80 лет, у них нет никаких льгот, по существу, их 240 тысяч в нашем городе. Надо эту проблему решать. Не буду называть другие категории… Последний военный призыв, труженики тыла… У нас пенсионеры-блокадники имеют 2 пенсии, на это претендуют и другие категории. Откуда эти финансовые источники взять? Вы меня извините, но впервые за долгие годы, при Беглове, соответствующая поправка принята, закон о выплатах тем же блокадникам. 30 лет они ставили вопрос с тем, чтобы снять четырехмесячный период проживания в блокадном городе. Сегодня было порядка 10 человек на приеме только утром, они показывают документы и пытаются оформить этот статус. Но не могут доказать, им нужна помощь. Много делается в городе мер поддержки, но они недостаточны. В зависимости от финансирования и приоритетов. Надо новые школы, новые поликлиники…

А. Веснин Это все понятно.

А. Ржаненков Так это один карман. Надо и текущие вопросы решать. Людям сегодня жить надо. И на перспективу смотреть.

А. Веснин В ближайшее время, если говорим про ветеранов Афганистана, каких-то решений по ним не планируется?

А. Ржаненков Планируется. После встречи Беглова с родственниками погибших 6 роты, дал он поручение начать, внести предложение по увеличению этих ежемесячных выплат афганцам и лицам, которые нуждаются.

С. Гуляев Не соглашусь, что растет продолжительность жизни. Из моих одноклассников, мне 58, из парней, нас было 16 человек, а осталось 6. Это не репрезентативная выборка, но… Есть вещи нематериальные, которые могли бы помочь афганцам. Какие-то дополнительные возможности по проходу в музеи, еще что-то. Больше задействовать их в каких-то… Привлекать их к работе, найти им работу. Увеличился срок пенсионный, а у них нет работы сейчас уже, им 54-55, они без работы уже сидят. Еще 10 лет влачить жалкое существование. Один из пунктов работы того же американского ведомства по ветеранам – трудоустройство, обучение и переобучение. У нас этого ничего нет. Системно это надо, на уровне департамента, каждодневно заниматься кому-то нужно. Александр Николаевич, вы замечательный человек, но у вас не хватит на всех.

А. Веснин Закончилось наше время. В гостях были Александр Ржаненков, председатель комитета по социальной политике Санкт-Петербурга, и Сергей Гуляев, политик, писатель участник боевых действий в Афганистане. Меня зовут Арсений Веснин. Напоминаю, что 31 годовщина вывода войск из Афганистана рядом, 15 февраля, послезавтра. До свидания.



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире