27 мая 2004
Z Интервью Все выпуски

перспективы реализации экономической части послания президента Федеральному собранию РФ


Время выхода в эфир: 27 мая 2004, 15:08

27 мая 2004 года.
В прямом эфире радиостанции 'Эхо Москвы' Александр Лившиц — экономист, заместитель генерального директора компании 'Русский алюминий'.
Эфир ведет Алексей Воробьев.

А. ВОРОБЬЕВ — 15:08. Добрый день. У микрофона Алексей Воробьев. Я переместился в 14-ю студию на радиостанции. Здесь в гостях у нас Александр Лившиц, экономист, заместитель генерального директора компании 'Русский алюминий'. Добрый день.
А. ЛИВШИЦ — Добрый день.
А. ВОРОБЬЕВ — Что потребуется для реализации планов экономического роста, заявленных в послании президента Федеральному собранию. Так официально заявлена тема сегодняшней беседы. Я очень надеюсь, что у вас найдется время пробыть в эфире до 15:45, таким образом, вы примете участие в программе 'Рикошет'. Вопрос сформулируем чуть позже. Он явно будет касаться одного из тезисов вчерашнего послания. Давайте, чтобы освежить в памяти, некоторые цифры. Итак, было заявлено, что к 2010 году каждая 3-я российская семья сможет купить себе новую квартиру; ВВП будет удвоен за 6, а не за 10 лет; рубль станет конвертируемым за 2, а не за 3 года; годовая инфляция не будет превышать 3%. Вы согласны с такими выводами?
А. ЛИВШИЦ — Время покажет, что на самом деле будет. В любом случае, чтобы эти задачи выполнить, понадобятся даже не героические усилия от тех, кому это адресовано, а просто понадобится подвиг. Особенно по части конвертируемости рубля.
А. ВОРОБЬЕВ — Чей подвиг?
А. ЛИВШИЦ — Подвиг Центробанка, правительства, кому все это сказано, Госдумы, которой придется менять законы. Конвертируемый рубль в обычном понимании — это простая вещь. Ты поехал в отпуск в Европу, сейчас ты едешь с долларами, евро или с кредитной картой. А после конвертируемости рубля ты едешь туда с рублями, и меняешь себе на евро, и живешь, как хочешь, на эти евро. Более того, как сейчас американец оплачивает товар, купленный у немца? Он платит ему долларов, а может евро, все равно, тут же этот немец обменивает, конвертирует, никаких проблем. То же самое и наши. Так вот чтобы рубль был конвертируемым, надо две стороны: предложение рублей и спрос на рубли. За предложением дело не станет, хоть сейчас. Рублей много. А вот как быть со спросом. Чтобы рубли были там кому-то нужны в больших количествах. Иначе он не может быть конвертируемым. Тут условий три. Представьте себе иностранца, от которого идет спрос на рубли. Что ему надо в первую очередь? Чтобы была низкая инфляция. Потому что если он наберет рублей, а они будут со скоростью 10% в год исчезать из-за инфляции, обесцениваться, зачем ему они нужны? Инфляция в других странах 2%, 3%. Т.е. надо инфляцию хотя бы 5-6%. Это первая амбициозная задача, по конвертируемости рубля. Президент сказал: через два года будьте любезны, давайте низкую инфляцию, процентов 6-7, 5 скорее. Но этого мало. Допустим, иностранец убедился, что рубли устойчивые, не обесцениваются. Он же для чего-то их берет, он их отоваривать должен. За эти рубли он может что-то у нас покупать. Но этого мало. Не каждому это надо, да это и ограниченный спрос. Я имею в виду товары покупать. Он должен их вложить в Россию. А может, он захочет землю купить. А ему нельзя по закону, по земельному кодексу. Или еще что-нибудь сделать.
А. ВОРОБЬЕВ — Во всем, что озвучено, очень много противоречий, иными словами.
А. ЛИВШИЦ — Нет-нет, я не об этом. Все это можно иностранцу обеспечить через 2 года, но для этого понадобятся колоссальные перемены в законодательстве. И третий момент. Как он себе мыслит? Мои рубли, как и евро, как и доллары. Что хочу, то и делаю. Хочу — вывожу в любых количествах из России, хочу — сижу на них, ем. Мое, мое имущество. Следовательно, любые ограничения, типа обязательной продажи валютной выручки, репатриации в Россию каких-то средств от экспорта — всё должно быть сметено могучим ураганом Государственной Думы. Если они вместе с Белым домом за 2 года со всем этим управятся, надо вылезать с этим рублем и конвертером. А если не управятся, то не получится.
А. ВОРОБЬЕВ — Едва ли подвига стоит ожидать.
А. ЛИВШИЦ — Трудно сказать. Все же Дума оперативно сейчас работает, она ведь не стоит в стойке, как в 90-е годы. Но этого мало. Меня беспокоят не только вот эти настроения иностранца, спрос на рубли. Сейчас, когда Центральный банк влияет на рынок, на курс рубля — я не хочу никого обидеть, — это игра в подкидного дурака на фантики от конфет. Через два года нам предстоит садиться за стол к опытным игрокам в преферанс. Там совсем другой порядок чисел и цифр. Любой международный спекулянт, не любой, а крупнейший, который играет на разнице курсов, он обладает ресурсами, сопоставимыми с резервами нашего ЦБ. Как будем обороняться?
А. ВОРОБЬЕВ — Возможно, еще поговорим об этом через несколько минут. Давайте еще одну позицию — инфляция 3%.
А. ЛИВШИЦ — Это возможно. Весь вопрос когда. Я сегодня читал на ленте новостей, что министр Греф сказал, что не раньше 2008 года, раньше 3% не получится. Я близок к этой точке зрения, считаю, что он прав. Но и это очень сложная задача. Все цели, которые ставятся, они правильные. Но весь вопрос в том, как они совместимы по времени, вот то, о чем вы сказали. Надо последовательно снижать инфляцию. Одновременно мы говорим ради вступления в ВТО и ради собственных интересов будут повышаться цены на газ, в будущем году на 20%. Извините, в будущем году 8% инфляции — это не в 3 раза выше инфляция, но прилично. Представьте себе, сколько предприятий потребляют газ и что будет. Это будет влиять на инфляцию, естественно. Момент второй. Сейчас идет закон о монетизации социальных льгот. Об этом наверняка и ваша радиостанция много говорила.
А. ВОРОБЬЕВ — Сегодня даже говорили.
А. ЛИВШИЦ — Идея абсолютно верная по сути. Но как по времени? Что такое монетизация? Это людям дают в руки деньги вместо льгот, часть которых не отоваривается. Но согласитесь, что дальше уже не проследишь. Инвалидам, ветеранам, еще кому-то набавили пенсию. Вы же не проследите, что он возьмет кусочек пенсии и потратит туда, куда хочется. Он может проесть все. В любом случае вся эта прорва денег вывалится на рынок.
А. ВОРОБЬЕВ — Давайте продолжим эту тему через минуту, сейчас на 'Эхе' новости.

А. ВОРОБЬЕВ — Еще 13 минут живого эфира до новостей середины часа. Все-таки давайте вернемся к конвертируемости рубля, одному из тезисов в послании Федеральному собранию, тем более что и вопросы есть по этой теме, которые поступают к нам на пейджер. Экс-глава ЦБ и депутат Виктор Геращенко, комментируя оптимизм министров Кудрина и Грефа, о конвертируемости рубля сказал дословно вот что. 'Для чего нужна полная конвертируемость рубля? Это давно устаревшая вещь. Сколько в мире стран с полной конвертируемостью валют? Не более пяти. Кто-то подсунул президенту эту старую вещь'. Конец цитаты.
А. ЛИВШИЦ — Вы ждете комментария?
А. ВОРОБЬЕВ — Конечно.
А. ЛИВШИЦ — Гадать, кто посоветовал президенту сказать это, я не буду, просто не знаю, кто этим сейчас занимается. Я могу лишь повторить одно. Если всерьез к этому относиться, то потребуются чудовищные усилия. Я оптимист. Ну вдруг получится. Но на мой взгляд, вероятность очень небольшая. И не вполне понятно, зачем эта конвертируемость нужна в такие короткие сроки. В принципе, можно и поменять законодательство, можно сделать все, что угодно. Можно — как я вижу один из вопросов — установить конвертируемость очень просто: продавать нефть, газ за рубли. И будьте любезны. Но вся штука в том, что они еще должны хотеть покупать за рубли. А ответ типа 'тогда отключим газ', как в известном кинофильме, — а на что тогда будем жить без доходов от газового экспорта. И так далее. Да вдобавок торговля — это не баранье бодание лбами и рогами, вот мы вас заставим брать рубли, а они не хотят и так далее. Поэтому это, конечно, не аргумент. А условия очень тяжелые. Как за 2 года можно это сделать? Я пожелаю только людям успеха.
А. ВОРОБЬЕВ — Уже сутки говорят, как минимум, о том, разбирая все экономические составляющие, все экономические тезисы этого послания, что, возможно, это озвученное есть результат аппаратных игр. Вы готовы поддержать такие предположения? Или вы отведете их с порога?
А. ЛИВШИЦ — Честно говоря, аппарат всегда это дело такое, не явное и не публичное. Никакие аппараты — кстати, и в другой стране — публичными не бывают. Поэтому что там на самом деле было, я не знаю. Сами по себе эти цели вполне симпатичные. Ну что, плохо иметь 3% инфляции или конвертируемый рубль? Другое дело, что это очень сложно будет сделать в такие короткие сроки.
А. ВОРОБЬЕВ — По компенсациям есть несколько вопросов, в том числе они пришли через Интернет. 'Не кажется ли вам, что Путину не следовало высказываться в сфере макроэкономики, инфляции, рубль, ВВП? А то ведь экономисты уже смеются над его заявлениями. Хлопки в зале вообще непонятны. Лучше бы он по льготам высказался, убил бы двух зайцев — и про экономику, и народ бы успокоился. С уважением, Кирилл'.
А. ЛИВШИЦ — Послание без экономики, таких посланий не бывает, это все же основа всего. Нормально он высказался, намой взгляд. И вообще мне этот кусок в целом симпатичен, по экономике. Другое дело, что президент был, на мой бы вкус, слишком конкретным. Когда президент России говорит о том, что не надо брать НДС по авансовым платежам, почти никто даже не понимает о чем речь, это, наверное, не царское дело. Может, я ошибаюсь, может, надо ставить теперь конкретные задачи. Не знаю, чего экономисты смеются. Я экономист, мне не смешно. Я очень переживаю за своих коллег, оставшихся там. Как они это будут делать, уму непостижимо. Дай бог, чтобы получилось.
А. ВОРОБЬЕВ — Там, наверху имеется в виду?
А. ЛИВШИЦ — Да.
А. ВОРОБЬЕВ — Особенно подробно, на мой взгляд, была описана ситуация с жильем, с ипотекой: к 2010 году каждая третья семья вполне, по планам, могла бы воспользоваться ипотечным кредитованием на покупку жилья. Насколько, на ваш взгляд, это выполнимо?
А. ЛИВШИЦ — Это выполнимо, вот как раз это возможно. Правда, здесь есть два обстоятельства, которые могут этому помочь. Это у людей должны быть устойчивые заработки, пусть даже невысокие. Потому что платить-то ему долго. И должна быть инфраструктура. В этом плане очень важна, скажем, вот такая деталь, как кредитное бюро, когда просто берут человека на просвет, имея в виду отдал, не отдал предыдущий кредит, кто ты такой, можно ли тебе доверять и так далее. Потому что если не будет таких проверок, могут посыпаться те, кто этим занимается. Сейчас это очень выгодный бизнес. Насколько я знаю, с машинами просто бум, все наперебой берут в кредит машины. После этого начнут заниматься также по жилью. Это как раз возможная правильная постановка. Я думаю, это ни у кого не вызовет улыбки.
А. ВОРОБЬЕВ — И вопрос сегодняшнего 'Рикошета' будет сформулирован таким образом, по этому тезису в послании президента. Доводилось ли вам хотя бы раз в жизни пользоваться кредитом на покупку квартиры или машины? 'Рикошет' начнется через несколько минут, в традиционное время 15:35. А пока еще 7 минут прямого эфира с Александром Лившицем. Здесь даже просят вас слово инфляция подробно и понятно, от чего она зависит. Я вот о чем хочу спросить. Чего вы больше усмотрели в послании президента, больше политики, политических заявлений, скрытых мотивов каких-то, либо все же это в большей степени экономическое послание, экономически ориентированное послание?
А. ЛИВШИЦ — Оно довольно прозрачно. Там ловить намеки какие-то. . . Он все говорил открытым текстом. Но я почувствовал, что экономика там превалировала.
А. ВОРОБЬЕВ — Экономики было больше.
А. ЛИВШИЦ — Да.
А. ВОРОБЬЕВ — Но тем не менее, насколько я понимаю, в правительстве те ребята, ваши бывшие коллеги, которые остались сидеть наверху, видят ведь все-таки в этом и политическую составляющую?
А. ЛИВШИЦ — Наверное. Когда ставятся столь амбициозные задачи, то через какое-то время начинают спрашивать за их выполнение. Это будет момент истины. С другой стороны, в отличие от того времени, когда мне приходилось этим заниматься, ситуация вполне удачная. Ведь дело не только в нефтяных ценах, а дело в том, что они легко проводят законы. Это же не наше время, когда это было просто мучение, когда либо тебя отвергали, либо портили. Сейчас отменяют неоправданные льготы. А я помню прекрасно, как они шли. Я ездил к ним, запирался с ними, говорил: мужики, но вы же понимаете, что бюджет это не осилит ни сейчас, ни потом, мне стыдно врать людям, что такие вещи записывают в законы. Они на меня смотрели и говорили: по-человечески ты прав, вы у нас политик, наше дело — принимать, ваше дело — выполнять, а потом мы будем спрашивать, почему вы нарушаете законы. Умывали, и я уходил. И уходил любой другой из исполнительной власти. Слава богу, эти времена прошли, поэтому шансы какие-то есть.
А. ВОРОБЬЕВ — Александр Яковлевич, как вы считаете, сейчас президент, правительство вынужденно идут на непопулярные в экономическом плане меры?
А. ЛИВШИЦ — Не в экономическом плане, а в социальном.
А. ВОРОБЬЕВ — Да.
А. ЛИВШИЦ — Когда-то же это надо делать. Вот что такое эти не отоваренные льготы, которые в общей сумме на 3 бюджета? Это смеху подобно. Развитая страна, большая, ведет себя просто несолидно. Вдобавок в любой момент правительство могут обвинить, что оно нарушает законы, популистские и обманывающие людей. Надо же это менять. Надо. Момент второй — образование и здравоохранение. Это отдельная песня. Ведь тут с каждым годом идет расхождение формы и сути. Все знают, что в любой больнице, государственной, куда не придешь, везде плати. Плати за лекарства, давай деньги врачу, давай деньги тому, сему. Внебюджетные источники у этих двух сфер колоссальные. Они бесконтрольны. Какой-то ректор вуза тратит то, что заработал вне бюджетного финансирования, на то, чтобы как следует отделать свой институт, а второй отделывает дом свой собственный. И ничего не происходит, потому что ничем это не регулируется. Если это не делать сейчас, то вопрос — когда? Президента только что избрали, народ ему доверяет. Это неприятно, но это когда-то надо делать. В мое время нам просто не давали, не могли мы это сделать, и сил не было, и Дума была другой. Сейчас самое время заняться этим.
А. ВОРОБЬЕВ — Стали бы вы связывать выбор момента для начала таких непопулярных мер с политической какой-то составляющей после 2008 года? Иными словами, должен ли президент сейчас это делать, если хочет остаться в политике после 2008 года?
А. ЛИВШИЦ — До 2008 года времени много. Я напомню, что реформы в России идут уже скоро 12 лет, к 2008 году будет 16. Люди, которые родились в начале реформ, уже в институты будут поступать. Сколько можно? Надо когда-то завершать, надо решаться на эти непопулярные шаги и заканчивать всю эту историю. Обычный человек, на мой взгляд, должен жить как? Он должен думать о жене, о семье, о друзьях, о футболе, об отпуске. Вместо этого он думает о валютном курсе, что будет со сбережениями, он ломает голову над тем, что будет с налогом на квартиру, будет он, не будет, какой будет, — короче, он живет в постоянно меняющемся мире, ему некогда думать о себе. Это некомфортное житье, это неприятное житье. И надо это завершать. Президент правильно делает, что он идет на это завершение. В принципе, если к 2008 году все неприятные шаги он сделает, это будет историческая личность.
А. ВОРОБЬЕВ — Сделать-то мало, они должны завершиться. И завершиться благополучно.
А. ЛИВШИЦ — Желательно бы так.
А. ВОРОБЬЕВ — Насколько выполнимо это за 4 года?
А. ЛИВШИЦ — Посмотрим.
А. ВОРОБЬЕВ — Есть какие-то оценки экономические экономистов?
А. ЛИВШИЦ — Я уже сказал, что, скажем, конвертируемый рубль за 2 года очень рискованная затея.
А. ВОРОБЬЕВ — Подвиг.
А. ЛИВШИЦ — Дай бог, получится, но как-то это мне немножко чудно. 3% инфляции через тоже 2 года — невозможно, т.е. возможно, но ценой нанесения ущерба экономике и остановки реформ, кстати. Низкая инфляция и реформы несовместимы. Потому что за реформы надо платить. А платить рублями. Чем больше рублей, тем больше инфляция. Это невозможно. К 2008 году возможно. Развитие ипотеки возможно. Удвоение ВВП возможно, как ни странно многим экономистам и людям. Имейте в виду, речь идет не о промышленном производстве. Речь идет о валовом внутреннем продукте, куда входят, кроме промышленности, строительство, которое бешено растет по всей России, бешеными темпами. И не только жилищное строительство, но и производственное, любое другое, везде краны стоят, везде строят. Этот сектор может дать большие темпы. Сектор финансовых услуг, та же ипотека — это же тоже ВВП. Обычно думают: как это в 2 раза увеличить, когда экспорт нефти не может увеличиться, в трубу не влезает, все забито. Или металлургия. Рынок поделен. Куда можно это увеличить? Но ВВП, он другой, там много секторов, которые имеют большой потенциал роста. В принципе, можно и удвоить.
А. ВОРОБЬЕВ — Вот так потезисно на основной вопрос беседы, что понадобится для реализации планов экономического роста, заявленных в послании президента, еще раз попытаемся ответить через 5 минут, ровно тогда, когда начнется программа 'Рикошет' и будет вам предложен вопрос. Сейчас уходим на новости.

А. ВОРОБЬЕВ — 15:35 в Москве. Идем по плану. Самое время задать вам вопрос, который напрямую касается одного из тезисов, заявленных в послании президента ФС. Он несколько видоизменен, но напрямую связан, еще раз подчеркну. Пользовались ли вы когда-нибудь банковскими кредитами для покупки квартиры или машины? Если да, 995-81-21. Если нет, 995-81-22. Я напомню, что у нас в гостях Александр Лившиц, экономист, заместитель генерального директора компании 'Русский алюминий'. Что потребуется для реализации планов экономического роста, заявленных в послании президента Федеральному собранию?
А. ЛИВШИЦ — Если коротко, потребуются серьезные перемены в законах, потребуется новое качество управления со стороны правительства. А новые качества — простая вещь: не валить все в кучу, не делать все сразу. Если вы хотите быстро снизить инфляцию, нечего приступать к монетизации льгот и выбросам многих миллиардов рублей из бюджета. Тогда либо одно, либо другое. Проведите быстро монетизацию, но тогда скажите, что снижение инфляции будет потом. Или наоборот, снижайте сейчас, а монетизируйте через год-два. И наконец, очень резвый темп работы самого правительства и Центрального банка, при полном понимании, что на долю нынешнего состава правительства ничего выигрышного, дающего очки, дающего популярность, любовь народа, не осталось. Остались реформы, которые до сих пор никто не хотел на себя брать, потому что боялся, что не будут его за это любить.
А. ВОРОБЬЕВ — В том числе президент.
А. ЛИВШИЦ — А делать придется. Поэтому я искренним уважением и сочувствием, с самыми хорошими пожеланиями отношусь к людям, которые попали в этот переплет.
А. ВОРОБЬЕВ — В этой ситуации, в такой диспозиции, я так понимаю, ни ведомство Грефа, ни ведомство Кудрина на себя одеяло тащить не будет?
А. ЛИВШИЦ — В правительстве нет, как правило, такого рода разделения, за все отвечает премьер.
А. ВОРОБЬЕВ — Вы считаете?
А. ЛИВШИЦ — Так положено. В правительстве один начальник, он за все и отвечает.
А. ВОРОБЬЕВ — Все-таки есть ведь степень влияния, за которую бьются.
А. ЛИВШИЦ — Это можно только домысливать. Но плох тот премьер, который хотя бы раз что-то плохое скажет о своем министре или куда-то сдвинет ответственность. Это уже не премьер, а случайный человек.
А. ВОРОБЬЕВ — Пользовались ли вы когда-нибудь банковскими кредитами для покупки квартиры или машины? Если да, 995-81-21. Если нет, 995-81-22. Этот вопрос напрямую связан с одним из тезисов в послании президента ФС, в частности, сообщалось о том, что к 2010 году каждый 3-й россиянин будет способен взять ипотечный кредит для покупки квартиры. В связи с этим мы постарались уже сейчас понять, насколько популярны эти услуги, которые в последнее время весьма активно развиваются. Ясно, что мы пытаемся понять, каким образом выглядит картина в аудитории 'Эхо Москвы'. В студии Александр Лившиц. Вы пользовались?
А. ЛИВШИЦ — Нет, не приходилось. В юности.
А. ВОРОБЬЕВ — В юности?
А. ЛИВШИЦ — Первая квартира была кооперативной, поэтому за нее приходилось много платить, но это было давненько. А в последнее время нет.
А. ВОРОБЬЕВ — Ваши знакомые?
А. ЛИВШИЦ — Тоже нет, не слышал, чтобы кто-то взял. Наверное, дело в том, что все мои знакомые остались с тех времен, когда я еще не был на госслужбе, не был начальником или работником большой компании, они все остались там же, где они были, они очень бедные, поэтому им не дают кредит ни на квартиру, ни на машину. Все бедные.
А. ВОРОБЬЕВ — Все бедные. Мне удалось взять кредит, хотя я тоже не считаю себя каким-то богатым человеком. Очень многие мои знакомые, должен сказать, хотя бы раз пользовались кредитом на покупку машины, уж как минимум. До квартиры дело не доходит, мы очень бедные, для того чтобы взять кредит на покупку квартиры, во всяком случае, той, в которой прилично, пристало бы жить в Москве. Я имею в виду жить хотя бы в пределах МКАД. Давайте несколько сообщений из Интернета. 'Александр Яковлевич, вы получите ответ 'нет', потому что большинство нашего народа получили квартиры бесплатно от советской власти'.
А. ЛИВШИЦ — Так оно и есть.
А. ВОРОБЬЕВ — 'Входит ли строительство частных особняков в объем ВВП?' — Татьяна спрашивает.
А. ЛИВШИЦ — Конечно.
А. ВОРОБЬЕВ — 'Объясните, почему все эти непопулярные реформы начинаются с того, что обирают опять стариков. Неужели нельзя найти другой путь? Ирина'.
А. ЛИВШИЦ — Подождите. Пока правительство только внесло этот закон, они еще, по-моему, даже не обсуждали. Вопрос, который волнует всех. Конечно, если и делать, то делать так, чтобы без ущерба. Потому что иначе лучше вообще это не трогать. Да и то потихоньку. У меня главные опасения с этими льготами, что бедно живут люди, и как бы не усугубились проблемы со здоровьем, перемещением и прочим. Они все проедят, все, что им добавят.
А. ВОРОБЬЕВ — 'В России брать банковские кредиты могут только те, кто встроен в систему власти, будь то чиновники или работники коммерческих структур, близких к власти'.
А. ЛИВШИЦ — Власть здесь вообще ни при чем.
А. ВОРОБЬЕВ — Минуту назад это было опровергнуто.
А. ЛИВШИЦ — Просто люди, работающие в частном бизнесе, почему они не могут взять кредит, если у них устойчивый заработок.
А. ВОРОБЬЕВ — 'Гражданин Лившиц, нужна нам конвертируемость валюты, нужна нам инфляция 3%? А может, во главу угла поставить уровень жизни, чтобы пенсия была выше прожиточного минимума?'
А. ЛИВШИЦ — Ясно же, пожалуйста, поставьте, пенсию выше прожиточного минимума. Если цены будут расти на 10-15%, все ваше повышение будет съедено. И то, и другое надо. Конечно, нужна маленькая инфляция. Тут другое дело, что инфляций получается две. Одна та, о которой говорят, а другая та, что видим в магазинах. Моя жена ходит по магазинам, она постоянно мне разъясняет, что на самом деле она другая. А какая, не знает никто.
А. ВОРОБЬЕВ — Закончилось голосование. У нас аккурат остается время на подведение итогов. Вопрос задавался следующим образом. Пользовались ли вы когда-нибудь банковскими кредитами для покупки квартиры или машины? Пропорция какова, на ваш взгляд?
А. ЛИВШИЦ — Думаю, что 'нет' в соотношении где-то 70 на 30.
А. ВОРОБЬЕВ — 91 на 9.
А. ЛИВШИЦ — Да что вы?
А. ВОРОБЬЕВ — Вот так.
А. ЛИВШИЦ — И это ваша аудитория.
А. ВОРОБЬЕВ — И это наша аудитория. 2518 звонков, 91% слушателей, позвонивших в ходе программы 'Рикошет', сказали, что не пользовались когда-нибудь банковскими кредитами для покупки квартиры или машины, 9% брали хотя бы один раз кредит на покупку квартиры или машины. Я еще раз возвращаюсь на пейджер. 'Благословенные времена Брежнева. Давали в кредит мебель и верхнюю одежду, за что мы очень благодарны были. Анна'.
А. ЛИВШИЦ — Дают и сейчас и мебель, и чего хочешь, особенно всякую электронику, просто гоняются за людьми — только возьми. Но сейчас проблема жилья самая сложная. То, что президент поставил такие цели, он сделал верно. И хорошо, если они будут достигнуты.
А. ВОРОБЬЕВ — Отвечать все равно придется, насколько я понимаю, кабинету Михаила Фрадкова.
А. ЛИВШИЦ — Такова жизнь.
А. ВОРОБЬЕВ — Такова жизнь. И как всегда, Александр Яковлевич Лившиц очень верно умеет подобрать конечную точку своего ответа. Как правило, это афоризм, немедленно уходящий в народ. А сегодня это просто блестящая точка. Спасибо всем.


Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире