'Вопросы к интервью

Татьяна Троянская 13 часов 5 минут. В студии Татьяна Троянская. Я приветствую наших гостей. Во-первых, скажу, что сегодня у нас в центре внимания частный музей Бродского, который несколько дней назад торжественно открылся в Петербурге. И напротив меня Нина Попова, директор музея Анны Ахматовой в Фонтанном доме. Добрый день.

Нина Попова Добрый день.

Т. Троянская И Максим Левченко, инициатор частного музея в квартире дома Мурузи. Добрый день, Максим.

Максим Левченко Здравствуйте.

Т. Троянская И Павел Котляр, главный редактор портала «Бродский он-лайн». Павел, добрый день.

Павел Котляр Здравствуйте.

Т. Троянская Все случилось. Действительно, несколько дней назад частный музей Бродского был открыт. Давайте сначала поясним, где находится этот частный музей. Максим, давайте вы, как инициатор создания музея. То есть он находится в квартире рядом?

М. Левченко Все это одно пространство. У нас есть две квартиры. Квартира № 36, которая была выкуплена пару лет назад, чтобы у музея появилось пространство. И она примыкает к мемориальной квартире № 28. Собственно, вот это все и есть территория музея.

Т. Троянская Частного музея?

М. Левченко Частного музея, да.

Т. Троянская А квартира № 28 кому принадлежит?

М. Левченко У нас есть специальная договоренность между Фондом создания музея и мной, как физическим лицом, что мы объединяем площади. «Полторы комнаты» Бродского принадлежат Фонду создания музея и квартира № 36 принадлежит мне. И мы подписали «Соглашение о простом товариществе», где мы договорились, что вместе построим этот музей.

Т. Троянская То есть сейчас, после того, как музей открылся, вы будете договариваться предметно, каким образом вы будете сотрудничать и сосуществовать. Я правильно понимаю?

М. Левченко Музей открылся в тестовом режиме. Это все произошло стремительно и мы даже сами не ожидали, что так может получиться. У нас был довольно сложный проект, который мы планировали реализовать. Я думал, что нам понадобиться еще год на строительство. Планировалось усилить балки, сделать сложные полы тераццо, большое количество разных инженерных систем проложить, кухню даже сделать. Большой объем сложных и дорогостоящих работ.

Но в процессе, когда стали делать демонтажные работы, мне показалось, что все стало само собой получаться. Потому что слой, который появился в советские годы, стал потихонечку стираться, и нам открылись стены, дранка, лепнина, печки. И показалось, что все очень красиво получилось и симпатично. И нужно сделать еще несколько шагов, чтобы все правильно получилось. Поэтому я позвонил московскому архитектору, с которым мы давно дружим, Александру Бродскому, и попросил его приехать, чтобы он на все это посмотрел. Поскольку он не очень соглашался сделать этот проект по каким-то причинам.

Т. Троянская Первоначально он не хотел?

М. Левченко Да, первоначально он не хотел участвовать по каким-то причинам. Но поскольку мы сами почистили стены и полы, и открылось вот это пространство, мы будто бы клад нашли.

Т. Троянская То есть ничего не надо делать?

М. Левченко Ни то чтобы ничего не надо делать. надо правильно все почистить, укрепить, и так и оставить. Приехал Саша, посмотрел на все, и буквально за неделю был готов проект. У нас было одно помещение, которое было кухней. Не коммунальной, а новой квартиры, которую купил я. И оно нам сильно не нравилось. Потому что окнами выходит во двор, имеет перепад высот по сравнению с анфиладой, которая выходит на Преображенскую площадь. И все было сложно придумать. Несколько раз мы все перечерчивали, переосмысливали. А Саша взглянул на это помещение и сказал: «А здесь можно сделать амфитеатр». И получился прекрасный лекторий. Сейчас это уже видно.

Т. Троянская Сколько там квадратных метров?

М. Левченко Там совсем немного квадратных метров, но мы установили опытным путем, что туда влезло человек 60-70. И что мы стали дальше делать? Получился проект, и мы дальше стали строить из фанеры все, что было нарисовано. Делать образец. Вот допустим у вас стол. Вы его нарисовали на бумаге, но вам нужно посмотреть, как это будет выглядеть в натуре. И тогда вы делаете его из условных материалов.

Вот таким условным материалом у нас стала фанера и она стала лучшим материалом, каким только можно придумать для этого пространства, потому что в нем крайне сложно делать дизайн. Поскольку до нас 130 лет назад было все построено и построено хорошо. И когда ты пытаешься внедрить новые материалы, они конфликтуют со старыми. А фанера не конфликтует, потому что это только подобие материала. То есть это некая форма и все. И поэтому стало все получаться.

Еще одна из главных находок, которую мы сделали, работая над проектом. Это то, что – не нужно делать культурный центр, общественное пространство. Пытаться сделать его стерильным, современным, а нужно просто оставить квартиру. Уютное помещение, очаг, камин, дом. Всегда в доме Мурузи жили люди. Это жилой дом и он таким и остается. И мы хотим, чтобы это был не музей, а просто квартира, и к нам приходили в гости.

Т. Троянская Двери с 24 мая будут открыты для всех или нужна какая-то запись?

М. Левченко А дальше есть «Полторы комнаты» — мемориальное пространство. Там ничего не нужно строить, а просто законсервировать пространство, укрепить и провести реставрацию. Этим мы сейчас и занимаемся.

Т. Троянская Сейчас мы поговорим про «Полторы комнаты». Наденьте наушники, мы записала Михаила Мильчика, председателя правления Фонда создания музея. Как раз этому Фонду и принадлежит «Полторы комнаты». И он предложил сценарий вашего сотрудничества.

М. Мильчик Вопросы взаимоотношения частного музея Левченко и нашего Фонда еще не решен окончательно. Как мы будем взаимодействовать, требует еще дополнительных обсуждений. Он еще не решен. Мы как раз сегодня собираемся, чтобы сценарий выработать. Есть два варианта. Или это будет создание нового юридического лица, учредителем которого будет Фонд и Левченко с общим советом музея. Или это будет две родственные организации. Мы владельцы квартиры, но не всей — «Полутора комнат». Он владелец новой квартиры. И между нами должна быть договоренность, как мы взаимодействуем. Вопрос непростой. Сложная ситуация оказалась. Сложнее, чем можно было рассчитывать и не обязательно, чтобы публика и журналисты так тонко в ней разбирались.

Т. Троянская А я правильно поняла, что комната у этой соседки так и не выкуплена?

М. Мильчик Вы правильно понимаете. Там все осталось «статус кво». Ничего не меняется.

Т. Троянская То есть «Полторы комнаты» принадлежат Фонду…

М. Мильчик А соседняя квартира принадлежит Левченко. И Левченко создал частный музей, но при этом с нами никаких советов с нами не делал, то есть он не обсуждал на каких условиях, какую роль будет играть Фонд и т.д. Я об этом ничего не слышал и не знаю. Пока не обсуждалось.

Т. Троянская Спасибо большое. Он подчеркнул, что пока. Видимо вы будете встречаться. Как, Максим, вы прокомментируете слова Михальчика?

М. Левченко Я подхвачу. Все сказали, что открыли музей. А мы когда делали макет в натуральную величину, что не часто получается сделать, я подумал, что хорошо бы провести тестовое мероприятие, чтобы посмотреть, как на самом деле работает. Вы спросили, сколько людей может войти в это пространство. Часто так бывает, что в проекте одно написано, а в жизни совсем другое.

Мероприятие, которые было в прошлую субботу, мы организовали за 2-3 недели. Договорились с Леонидом, позвали гостей, и сделали закрытое мероприятие, которое было, по сути дела, фокус-группой. Мы занимаемся исследовательской работой, мы много чего изучили во время этого мероприятия, и услышали мнение гостей, потому что многие, приходя впервые в это пространство, высказывают остроумные и хорошие мысли. Мы не то, чтобы открыли, но мы сумели провести в тестовом режиме нужное для нас исследование.

Т. Троянская Про взаимодействие Фонда и музея.

М. Левченко Мы с Фондом оговорили условия, на которых работаем и подписали «Соглашение о простом товариществе», которое касалось строительства и создания самого музея. Мы так и продолжаем реализовывать это соглашение. Потому, что еще не все готово и многое еще предстоит. Еще впереди реставрация в полном объеме. Мы даже еще разрешение КГИОПа не получили.

Т. Троянская Вы имеете в виду реставрация «Полутора комнат»?

М. Левченко Конечно. И она сейчас идет, но параллельно делается согласование в КГИОПе и сейчас идет подготовка, обследование, исследование, которое уже готово в полном объеме. И также идут работы не строительные, а тоже исследовательские в квартире №36. Мы сейчас в КГИОПе все согласуем, и приступим уже к реализации проекта.

Т. Троянская А Фонд участвует в этих согласованиях? Почему Мильчик говорит, что с ним пока еще ничего не обсуждали?

М. Левченко Речь идет, что у нас есть соглашение о реставрации и строительстве. Я сейчас это и делаю. Каждый шаг согласовывается в том числе и с Михаилом Исаевичем и с членами фонда. Поскольку у нас открываются новые вещи: у нас открылся дореволюционный паркет, мы на днях решали, как с ним быть. Приезжал реставратор из Москвы, который несколько дней возился с этим паркетом, для того, чтобы выработать методику, подход к этой реставрации.

У нас наняты специальные реставраторы, которые регулярно посещают квартиры и делают отчеты. Поэтому мы плотно взаимодействуем. И то, что мы сейчас делаем, на мой взгляд, поддерживается Советом, и мы движемся в выбранном всеми нами направлении. А то, что касается эксплуатации, это операционная деятельность самого музея.

Т. Троянская Каким будет музей: частным или частно-государственное партнерство?

М. Левченко Вопрос, который сейчас в комментарии озвучил Михаил Исаевич – это вопрос эксплуатации, а не строительства и реставрации. Эксплуатация музея еще не началась. А то, что сейчас называется тестовым режимом, мероприятия единичные или экскурсии, которые мы собираемся провести, чтобы внести поправки в проект.

У Александра Исаевича Бродского есть такая шутка. Он делает выставки, инсталляции в Третьяковке и в музее современного искусства и в России, и за границей. Смотрит потом, когда уже построит и говорит: «Хорошо. Но вот тут я ошибся, но зато теперь я знаю, как нужно сделать». Но он уже это сделал, видит свои ошибки и в следующий раз поумнеет и сделает лучше. А сейчас у нас создалась ситуация, когда мы сами благодаря макету изучаем проект, не построив его еще до конца, и мы имеем возможность сделать корректировки.

Вот сейчас у нас прошло мероприятие, и мы увидели, что не все гости смогли поместиться в лектории, и нам нужны дополнительные посадочные места. И там есть стеночка, которую можно повернуть под другим углом, и она даст дополнительно 10 посадочных мест. И таких нюансов существует огромное количество. Или проекторы, которые повешены сейчас в «Полутора комнатах», чтобы показывать экспозицию.

Это и есть наша идея, что мы с помощью мультимедийных проекций сможем показывать и мебель, и тайм лайн, и они дают огромное количество возможностей, и просто так за один раз их невозможно поставить. Мы их переставляем, меняем углы, меняем оборудование. В том числе нужно создать контент, причем не один, а много разного.

Т. Троянская Но кое — какой контент есть уже.

М. Левченко Конечно, есть. Но он тестовый, не доведен до конца. Сейчас идет реализация. Она может еще идти и годи два. Пространство может по-разному еще сыграть. У нас есть еще внизу бывшая каретная, кальянная, чайная и чего там только нет. И в зависимости от этого мы будем еще менять логистику. Но это время покажет. Потому что сейчас можно вот так реализовать, вот так сделать, а потом можно еще как-то.

То что касается операционных вопросов. Было запланировано, что мы будем отдельно обсуждать и делать новое соглашение в отношении операционной деятельности музея, структуры сотрудников, управления и прочее. В ближайшее время мы начнем обсуждение этого вопроса. Я не вижу ничего сложного. Там все очевидно, как нужно делать.

Т. Троянская Вот эти два сценария, которые предположил Мильчик, у вас тоже в голове подобные?

М. Левченко Да, это один сценарий и есть. Без разницы как это внести в одно юрлицо или сделать два. Сейчас у нас нет одного юрлица. Юристы придумали такую форму, как товарищи. Это работает и сейчас реализуется на практике. Никакой проблемы в этом нет. Я думаю, что будет операционная структура, которая будет заниматься ежедневной деятельностью: куратор, научный состав, режиссер, экскурсоводы и прочие сотрудники музея.

Т. Троянская Зарплату они откуда будут получать?

М. Левченко И будет наблюдательный совет или правление, которые будут учреждать стратегию. Например, план мероприятий на целый сезон или год, постановки, режиссура, принципиальные ходы. Он будет собираться в зависимости от ситуации каждый месяц, а может раз в квартал, раз в год. Деньги он будет брать из каких-то независимых источников.

Т. Троянская То есть меценатство? Фандрайзинг?

М. Левченко Нет, не меценатство, не фандрайзинг. Это из кармана будет финансироваться. Не благотворители, а учредители музея будут его финансировать. Как и сейчас учредители музея финансируют стройку.

Т. Троянская Значит, это будет частный музей?

М. Левченко Конечно, это будет частный музей.

Т. Троянская Нина Ивановна, а ваши предметы будут в «Полутора комнатах»?

Н. Попова Нет, так вопрос не стоит. Я внесу некоторые коррективы. Пресса подхватила открытие музея. Это действительно открытие музейного пространства в пробном, тестовом режиме. Будущего пространства, в котором есть подлинное пространство. А вопрос экспозиции, что там будет из подлинных вещей, документов и всего остального, еще в процессе обсуждения. Но есть договоренность с государственным учреждением, с Музеем Анны Ахматовой в Фонтанном доме, что мы, естественно, те вещи, которые получили от Марии Бродской двумя этапами несколько лет назад. Там в ее дарении музею было написано – это будущему музею Бродского в Доме Мурузи. Наш долг и обязанность передавать эти вещи по мере необходимости для экспозиции на временное хранение. С Комитетом по культуре есть такая договоренность. То, что будет согласовано с Министерство культуры и с Госкаталогом. Это этапы работы. Но намерение государственного учреждения культуры это поддержать – очевидно.

И то, что сейчас говорил Максим Борисович, я говорю профессионально и человечески, этот пробный опыт не бывает в государственных музеях. У нас же как: поэт родился, умри, но открой. Мне очень кажется правильным, толковым и осмысленным такое движение размышления, чего нам никогда не дается. Взаимодействие и диалог с публикой, для которой все создается. И в процессе этого размышления и общего раздумья что-то корректируется. Я могу только позавидовать и считать, что у них правильная. Профессионально точная дорога. Дай Бог, чтобы все получилось.

Т. Троянская А музей Анны Ахматовой будет участвовать в создании экспозиции?

Н. Попова Если позовут, если нужны наши советы – конечно, с удовольствием, с радостью, потому что много выставок мы сделали. Только в этом смысле. Мы абсолютно ничего не навязываем. Мы хотим исполнить свои обязательства, свой долг, а дальше в зависимости от того, насколько мы будем нужны и интересны в работе. Нам это интересно.

Т. Троянская Мне кажется, что очень хорошо, что мы сегодня собрались. Чтобы пояснить что к чему. И про открытие. В СМИ была также информация, что до мая, до юбилея Бродского по специальной записи можно будет посетить музей. Павел, может быть, вы поясните. Если можно, то как? Если нет, то чтобы люди не стучались к вам.

П. Котляр Важно понимать, что музей находится в специальном пространстве. Это квартиры в большом жилом доме. И просто в силу площади и в силу идеологии, даже когда с мая музей будет работать в полную силу, он все равно не сможет распахнуть двери в привычном нам понимании. Этот режим работы во многом схожий с домом-музеем архитектора Мельникова в Москве. Это пространство, куда чтобы попасть, необходимо записаться. И я думаю, что общими усилиями после обсуждений, мы тестовые мероприятия разных форматов, в том числе экскурсионных, могли бы попробовать посмотреть. Только практика показывает на какие-то огрехи. Иначе просто невозможно.

Т. Троянская Эти экскурсии, лекции будут возникать спонтанно? Где можно будет следить за тем, что происходит в Доме Мурузи? Где ловить информацию?

П. Котляр Не на правах рекламы, Инстаграм «Бродский он-лайн» это наш основной источник информации. И конечно социальные сети Фонда создания музея. Там будет появляться информация. Следите за новостями.

Т. Троянская И подписывайтесь на Инстаграм «Бродский он-лайн». Мы сейчас прервемся на московские новости, а потом продолжим.

НОВОСТИ

Т. Троянская Я живу по соседству с Домом Мурузи, обязательно зайду в гости в частном порядке, обязательно по договоренности. Мы продолжаем наш эфир. Мы остановились на платформе «Бродский он-лайн». Она уже готова и она уже работает. Это наверно, не кости, но мышцы музея Бродского.

П. Котляр Мне нравится ваше сравнение, потому что музей это очень важный фактор пространства. Безумно важный фактор – коллекция, что показываем и как. Но музей это еще и коллектив. И у Фонда создания музея есть еще обширная сеть волонтеров, которые организовывали разные мероприятия. Но помимо наличествующих сил, необходим некий научный отдел, который готовил бы контентную часть того музейного продукта, который мы вместе предложим. И нам очень важно, чтобы вещи, которые любезно будут переданы музеем Ахматовой, продемонстрировать в хронологическом порядке, и не просто воспроизвести мысли и опыт осмысления Бродского, который уже был. А найти какие-то новые ходы, по — другому поставить исследовательские вопросы, экспозиционные вопросы. И чтобы это отражалось в разном музейном продукте. От сувенирной продукции до лекций, которые будут предложены для образовательных программ, заканчивая изданиями и экспозициями.

Для этого было очевидно, что создание такой исследовательской группы, наряду с открытием музея невозможно. Оно было создано раньше. За год-полтора раньше был сформирован коллектив, которому были даны идеальные условия, тоже отличающиеся от государственных условий по исследованию разных проблем. Это и есть группа «Бродский он-лайн», которая занимается детальным исследованием Дома Мурузи. Это для нас очень важный проект, причем не только с точки зрения архитектурной, но и с точки зрения тех жителей, которые там были, вплоть до нашего времени. Это совместное с музеем Ахматовой исследование коллекции вещей, принадлежавших Бродскому. Это литературная карта Петербурга в принципе, потому что у нас есть амбиции и Фонд создания музея их разделяет – не замыкаться исключительно на теме Бродского, а говорить о разных.

Т. Троянская Такой глубокий контекст вы готовите?

П. Котляр Глубокий контекст. Есть очень много материала, есть сотрудники, которых можно назвать специалистами в своем деле. И мы готовы к тем вызовам, которые открытие музея в течение этого года перед нами ставит. Мы к этим вызовам готовы квалифицированным ответом. То есть это тоже важная составляющая музея. Музей – это еще и коллектив.

Т. Троянская Вы говорили про Инстаграм. А вы кроме него еще где-то существуете?

П. Котляр У нас есть разные соцсети. Но самый приятный и красивый – Инстаграм, на то он и Инстаграм. Есть сайт, на котором регулярно выкладывались различные тексты и материалы, которая писала команда. И это тоже тест. Когда ты находишь архивные материалы, и понимаешь, что эту фотографию Бродского никто не видел или думали о ней раньше иначе, надо не отложить ее в папку, и дождаться открытия выставки, а сразу сформулировать текст, пустить его в жизнь, получить ответную реакцию. Это тоже тестовый формат – представление результатов своих исследований. И сейчас эта платформа будет меняться совместными усилиями.

Т. Троянская Совместными усилиями с кем?

П. Котляр С тем же Фондом, естественно. Чтобы этот сайт уже представлял пространство музея. Пока он отдельно существует. Но главное это те интеллектуальные силы, которые существуют. Я очень рад, что у нас молодой веселый, амбициозный коллектив, который надеюсь не скучно и не со снобистских позиций будет говорить с людьми и в Интернет пространстве и в пространстве музея.

Т. Троянская А когда музей откроется, «Бродский он-лайн» продолжит свою работу или он раствориться в музее?

П. Котляр Главное, чтобы растворился не во времени. Посмотрим, это все оргвопросы, которые будут решаться параллельно. Главное, что та конкретная исследовательская работа, которая ведется будет выливаться в конкретные продукты.

Т. Троянская Когда режиссер приходит в театр ставить произведение, есть два варианта. Один режиссер четко знает, как будет поставлен спектакль и артисты выполняют его задачи, мизансцены четко выстроены. И второй вариант, когда режиссер идет от актеров. Максим, я правильно понимаю, что вы идете вторым путем? Помещение вас ведет и диктует, каким будет музей. Нежели вы пришли и четко знаете, где что будет.

М. Левченко Поначалу мы пытались диктовать. Это был первый способ. Было создано 3 проекта, но время показало, что все это не работает. Потому что до нас все это сделано и построено. Нам только нужно не сопротивляться и ничего не разрушить И сделать так, чтобы не было необратимых изменений в этом пространстве. Так что если ты гвоздик вбил, то его можно было бы безболезненно убрать. Наш подход, когда мы должны просто расчистить, почистить, укрепить то, что сохранилось, оказался самым рабочим и оправданным подходом. Там и так все красиво.

Т. Троянская А есть ли какой-то музей, который вас вдохновил? Или то, что вы делаете, вы не знаете, есть ли такое где-то еще?

М. Левченко Мы очень маленькие. Это определяющий факт. Музей Ахматовой очень красивый.

Н. Попова Спасибо.

М. Левченко Но у музея Ахматовой больше пространства, чем у нас. Это очевидно. Плюс еще есть совершенно потрясающий внутренний двор. Таких и нет, может быть, в Петербурге. И он используется постоянно.

А на что мы можем равняться. Павел упомянул Дом Мельникова в Москве. Это очень интересный дом и команда. Но это тоже государственный музей. Он находится под управлением Минкульта. И они тоже решают очень сложную задачу, касающуюся реставрации, сохранения всего, что там есть. У них есть большой плюс, что это всегда было жилым домом. Уникальная ситуация, когда весь Советский Союз принимал участие в строительстве частного здания в центре города. И так и просуществовал. И все сохранилось подлинное. У них проблема только в реконструкции, реставрации здания. Они решают это, создав международную комиссию. Там не только Минкульт решает или команда музея, а там решает и работает большая команда исследователей-реставраторов. И они работают как закрытое пространство, нужно записываться.

Т. Троянская Я думаю, что как говорил Павел, возможно и у вас также будет.

М. Левченко Возможно, и у нас также будет. Еще мне нравится музей Алвара Аалто в Хельсинки. Это тоже домик с большим количеством подлинных вещей. У нас, к сожалению, их пока нет. Но кое что есть у музее Ах матовой и я предполагаю, что нам удастся найти правильное решение, как на временное экспонирование эти вещи передать. Не все от нас зависит. И мне еще очень нравится музей-квартира сэра Джона Соуна в Лондоне. Она тоже совершенно уникальная, старая, и с большим количеством разных предметов и коллекцией внутри. И тоже работает в полуограниченном режиме, когда нужно заранее записываться, можно с улицы зайти в порядке живой очереди, но надо подождать. Много ездим, смотрим, как кто что организовывает и что-то получится. У всех опыт разный. Невозможно сделать точную копию чего-то. Но это примеры, на которые можно равняться.

Т. Троянская Они вдохновляют на то, чтобы делать.

М. Левченко Вдохновляют. Мы говорим об очень маленьких пространствах.

Т. Троянская Вы будете искать, пополнять экспонатами свой музей? Занимаетесь ли вы поиском и планируете ли покупать предметы?

М. Левченко Да.

Т. Троянская Что-то уже приобретено? Что?

М. Левченко Да. Мы такие очень симпатичные книжечки приобрели издательства «Ардис» и «Чехов-пресс». Они без автографов, но они настоящие. Они были выпущены в Нью-Йорке, в Мичегане. Это собрание стихов Бродского. Они не имеют автографа, но они настоящие. У нас будет библиотечка, которая уже собирается. У нас уже есть энциклопедия Брокгауза и Эфрона, есть «Ардис» и подборка тех книг, которые были у Бродского в «Полуторах комнатах» в библиотеке.

Т. Троянская А библиотекой можно будет пользоваться? Как в читальном зале?

М. Левченко Да. И то, что я еще хотел бы очень видеть и сделать. Чтобы у нас не было веревочек, которые есть в других музеях и постоянно всех гоняют. Меня иногда пугают даже. Я задумаюсь, облокочусь, а прибегают смотрительницы и выгоняют. Мне бы хотелось, чтобы было, как дома. Люди должны себя чувствовать, как дома в гостях. Они должны пользоваться библиотекой, читать, сидеть у камина. Вот это главное концептуальное решение.

Т. Троянская Дождемся 24 мая, юбилея Бродского. Желаю вам плодотворного сотрудничества с Фондом. Максим Левченко, инициатор создания частного музея в квартире Дома Мурузи. Павел Котляр, главный редактор портала «Бродский он-лайн» и Нина Попова, директор музея Анны Ахматовой в Фонтанном доме были у нас в студии. Спасибо.



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире