'Вопросы к интервью
15 января 2020
Z Интервью Все выпуски

Чаадаев: Какую роль играет банковский сектор в формировании устойчивой экономики в России?


Время выхода в эфир: 15 января 2020, 13:04

А. Петровская 13 часов и 5 минут. Здравствуйте. Это программа «Чаадаев». Меня зовут Александра Петровская. Напротив меня гость сегодняшней студии Максим Титов, исполнительный директор ЭНЕРПО Европейского университета в Петербурге. Максим, приветствую вас.

М. Титов Здравствуйте.

А. Петровская Я напомню средства связи. Работает смс-портал +79312915800. Буквально через несколько минут будет работать YouTube-трансляция на канале «Эхо Москвы в Петербурге», подключайтесь. Сегодня мы будем говорить о том, какую роль играет банковский сектор в формировании устойчивой экономики в России. Удивительно, для меня, как человека не очень глубоко погруженного, когда познакомилась с вашим исследованием, что существует некая связь. Если говорим о экологии, то банки здесь не причем. Как может быть стимулирование общего развития связано с помощью банковской сферы? Оказывается, напрямую, как мы выяснили. Именно банки — это те организации, которые финансируют большую часть деятельности, которая связана с развитием, в том числе экологией. Так и наоборот – не поддерживать их, не учитывать подобные риски.

М. Титов Все верно. Когда мы делали это исследование вместе с нашими партнерами – Фондом Дикой Природы и рейтинговым национальным агентством. Для нас тоже некоторые вещи были удивительны, некоторые вещи предлагали. Международная практика, я давно изучаю банковский сектор и его отношение к устойчивому развитию, свидетельствует о том, что роль финансовых институтов в экологии и в вопросе изменения климата очень важна. Теперь имеем картину, что происходит в России.

А. Петровская Здесь момент есть, который важен и интересен. Когда говорим о том, что некий интерес к экологическим проблемам не только благодаря Грете Тунберг, а просто в связи с теми проблемами, которые возникают. Например, реализация мусорной реформы. Москва, которая 1 января стала сортировать мусор по 2 или 3 фракциям. Движение вот туда, осознанное и несвязанное с банками и Гретой Тунберг. С другой стороны, банковская среда… Кажется, что, учитывая истории, которые на слухи, и много в СМИ историй, как отбирали лицензии у банков, то кажется, что это неустойчивая сама по себе среда, что там не до экологии в России.

М. Титов Банки обладают влиянием в двух отраслях. Во-первых, в отношении своего собственного бизнеса. Здесь влияние банка на экологию минимально. Банк – офисное здание, клерки, электропотребление, огромное количество бумаги, компьютеров, которые надо охлаждать. Самое большое влияние – через клиентов. Поэтому как раз говорим о том, что есть примеры того, как банки помогают своим клиентам стать лучше, таким образом улучшают и свои собственные финансовые показатели.

А. Петровская Давайте перед тем, как перейти к примерам конкретным в России, мы с вами вчера, готовясь к программе, с вами это обсудили, что более того, несмотря на весь скепсис присутствуют, по крайней мере, в моей голове в отношении понимания отношения банковского сектора к устойчивому развитию. Тем не менее, эти кейсы есть. Давайте еще пару слов скажем вообще о целях исследования. Это исследование, которое проводилось Европейским университетом вместе с Всемирным Фондом Дикой Природы, национальным рейтинговым агентством. Буквально вот-вот в 19 году. Совершенно свежие данные вы получили. Здесь, я понимаю, задача была изучить российский опыт, вне попыток сравнения с европейском… Мы явно отстаем.

М. Титов Поставили для себя большую задачу: посмотреть, что делают российские коммерческие банки в области охраны и управления рисками, связанными с экологией и климатом. И какие специальные финансовые продукты есть у банков. Центр затрат и центр прибыли. Смотрю на соблюдение законодательства по охране окружающей среды и так далее, а с другой – какие программы, как банкир, могу предложить клиентам, потому что конкуренция сейчас такая, что нужно предлагать новые продукты. Среди потребителей, возможно, спрос на эти продукты появится.

А. Петровская Тут тоже важный вопрос. Мы про потребителей начали говорить. Кто является главным драйвером? Спрос потребителя рождает эти продукты? Или банк первый выступает инициатором, а там уже ищутся потребители под эти продукты?

М. Титов Вот в области финансовых продуктов, зеленых, давайте так условно называть. Все сильно зависит от активности банка. Если банк заинтересован в новых нишах, в новых клиентах или в каких-то новых продуктах для существующих клиентов, то это дело банка – предлагать новые финансовые продукты. Если у вас 2-3 клиента спросят про финансирование и энергоэффективность, то для них специальный продукт не разработают. Нужно оценивать объем рынка потенциальный. А рынок – большой. Данные по этому рынку доступны. Надо выводить продукты специальные, предлагать активно.

А. Петровская Как раз что касается спроса со стороны клиентов России этого рынка по энергоэффективности. Учитывая, что экология не так давно вошла в сферу наших интересов, в том числе сферу интересов бизнеса. Ответственный бизнес, устойчивый бизнес – понятия, которые не многим понятны. Не то что кто-то следует этому исходя из идеологии. Вопрос – есть ли сегодня достаточное количество клиентов и насколько широк этот рынок, который заинтересован в зеленых продуктах, создавая устойчивый собственный бизнес?

М. Титов Такие клиенты есть. Мы как раз в исследовании говорим о том, что роль банков важна в том, чтобы клиентов воспитывать, объяснять. Короткий пример: когда я начинал изучать то, что делают банки в сегменте энергоэффективности. В середине 2000-ых годов, уже тогда один российский банк, его председатель говорил о том, что, если наши клиенты не будут готовиться к повышению тарифов, то эти клиенты проигрывают в конкурентной борьбе. Нам, как банку, такие клиенты неинтересны. Мы готовы клиентов воспитывать, объяснять, что надо повышать энергоэффективность и предлагать специальные продукты для этого. Только так мы можем свой портфель улучшить. В долгосрочной перспективе развиваться. Рассчитано на тех, у кого стратегические планы развития превышают 2-3 года.

А. Петровская Это вы с вами говорим о сегменте таком B2B. Если вернемся к B2C, когда говорим о клиентских продуктах, конкретных индивидах, которые приходят в банк за ипотекой, например. Покупают банковские продукты. Здесь тут трудно себе представить настолько ответственных банков, которые заинтересованы были бы в подобного рода продуктах.

М. Титов Тот же вопрос кнута и пряника. Если пряник, то пример Франции, где вы, покупая дом, можете получить кредит от банка на покупку дома, но можете получить дополнительное финансирование на то, чтобы дом был более энергоэффективным и снижение постоянных расходов. Кредит на специальных условиях. Это зеленая ипотека. Во многих странах существует. У нас – нет. Хотя потенциально спрос людей на жилье высокий. Люди берут в банке кредиты, просто пока энергоэффективность вашей квартиры никак не связана…

А. Петровская Ликвидностью жилья.

М. Титов Да. Вы не понимаете, как это отразится на продажах или обслуживании жилья. Пока мало кто понимает, но это придет. Мы отстаем немного от тех, с кем любим себя сравнивать. Отставание где-то больше, где-то меньше. Вопрос устойчивого развития в России наконец-то. На страницах ведущих газет появляются. «Ведомости» вы вот упоминали.

А. Петровская Вот сегодня к нашему с вами разговоры как знали в газете «Ведомости». Сегодня утром я рассказывала в «Утреннем развороте». Вышла публикация в рубрике «Мнение» — здесь как раз о связи экологии и экономики о том, что эти вещи напрямую связаны. И здесь два, на мой взгляд, наиболее важных аспекта. Вы тоже эту мысль проводите через все исследование, что экология – не просто очередная статья, экологические проекты, программы. Это история, которая помогает, в том числе привлечь новых клиентов, которые за осознанное потребление, устойчивое развитие. И может повысить ликвидность бизнеса.

М. Титов Если говорить о ретейле, о сегменте B2C, как вы сказали сразу, то, если мы посмотрим, кто придет, какое поколение через год, два, три в банки на обслуживание, кто унаследует капиталы – у этих людей какие будут приоритеты? Будут тратить деньги на что? Как будут относиться к осознанному потреблению? Развитие каршеринга сейчас показывает, что людям своя машина не нужна. Кредит на машину не понадобится, значит. Это поколение сформулирует свой запрос, по которому финансовый сектор потом будет жить ближайшие десятилетия. Это скоро произойдет.

А. Петровская Я с вами абсолютно согласна. Во многом меняется представление. Особенно о владении. А с банком это связано напрямую. Банк финансирует и ипотечные кредиты, и автокредиты. Но вопрос в другом. Спрос – осознанный, потому что меняется некая идеологическая установка в сознании молодых людей? Или потому, что машины такие дорогие, выгоднее использовать каршеринг и такси?

М. Титов Здесь два момента. Я бы с удовольствием провел социологическое исследование о том, как меняется критерий потребления среди молодежи. Я 10 лет назад разговаривал с председателем правления одного российского частного банка и спрашивал про детей, а он говорит: «я смотрю, как мои дети учатся, чему учатся, и понимаю, что все наши знания, все, что мы делаем в банковском бизнесе – будете все совершенно по-другому, когда эти дети вырастут». И второй момент – продукты финансовые, которые этим людям понадобятся, они будут совершенно другие.

А. Петровская Вопрос – будет ли к этому готов финансовый банковский сектор? Потому что, я еще раз возвращаюсь к тому тезису, который я уже озвучила: вопрос вообще устойчивости банковского сектора в России.

М. Титов Хороший вопрос. Должен ответить председатель центрального банка на вопрос об устойчивости финансового сектора. Мы в своем исследовании ставили вопрос о том, что банковский сектор не родился в России, а в Италии, в средние века… Ничего нового российская банковская система не должна изобретать. Должна смотреть на механизмы, которые существуют в мире. Сегодня очередная публикация о том, что инвестиционный крупнейший фонд Black Rock выходит из убыльных активов. Почему это происходит? Происходит потому, что все больше и больше давления со стороны инвесторов, связанные с изменением клиентов. Нужно выходить из активов, которые наносят прямой ущерб окружающей среде и вообще планете. Это и банков касается. Они должны понимать, на что они выдают кредиты своим заемщикам, когда речь идет о крупных компаниях, малом и среднем бизнесе, потому что, если говорить о кредитах по энергоэффективности, очень большой потенциал в сегменте малого и среднего бизнеса. Если говорить о частных клиентах, то там немного другая ситуация. Для начала это могут быть НРЗБ карты, которые вроде бы уже есть в России, когда с вашего кэшбека какой-нибудь небольшой процент отправляется в фонд экологический или социальный. Может, 2 рубля или рубль. В масштабах страны могут быть миллионы.

А. Петровская Но все-таки, Максим, здесь стоит разделять. Я понимаю, что благотворительные, волонтерские проекты больше развиты и в частных, и в государственных банках. Это отдельная история. Если говорим о зеленых продуктах, то это напрямую продукты банка, которые позеленели, стали более ориентированы на устойчивое развитие и на которых можно также зарабатывать.

М. Титов Это очень хорошее замечание. Зарабатывать на них нужно. Задача нашего исследования показать пример, что есть банки в России, которые уже делают. И, с одной стороны, у этих банков есть преимущество первопроходца – кто первый вывел на рынок, тот сливки и снимает. Пока на рынке не появилось достаточное количество конкурентов. С другой стороны вы – руководитель российского банка, таких проектных продуктов еще нет в линейке, вы можете посмотреть, что уже делают эти банки, и придумать что-то свое, или скопировать существующее.

А. Петровская Если попытаться разделить… Перейдем конкретно к трем категориям банков, которые вы в своем исследовании выделили, которые максимально дружелюбны к экологической составляющей и у которых минимально присутствует. И осветим информационную часть. На сайтах, даже то, что есть, зачастую не освещено. Узнать практически невозможно. Но все-таки до этого, говоря о банках и деля их по категории государственной и частной. Вот здесь, в присутствии государственного капитала есть какая-то существенная разница. Вот банки с государственным капиталом в большей степени ориентированы на создание таких продуктов, поскольку есть заинтересованные лица в государственном управлении и продвижение такой вот экологической государственной политики через банки, а частные банки меньше заинтересованы. Или, наоборот. Есть какое-то различие?

М. Титов У нас специфика российского финансового рынка в том, что доминируют банки с государственным участием. Не буду давать оценку, но это так, данность. В 2008 году приняли федеральный закон об энергосбережении – там было принято постановление правительства, расписывающее федеральным органам власти обязанности, связанные со вступлением закона в силу. Отдельной строкой: банкам к государственному участию необходимо разработать стандартные продукты в области повышения энергоэффективности. Это было 10 лет назад. До сих пор у подавляющего числа банков этих продуктов либо нет вообще, либо есть какие-то отдельные инициативы, которые эти банки тщательно скрывают, не очень хотят рассказывать и никак не позиционируют эти продукты с точки зрения вклада в улучшение нашего зеленого имиджа России.

А. Петровская А почему? Есть ответ на этот вопрос?

М. Титов У меня есть несколько гипотез. Дело в том, что государственные банки имеют много задач. Задачи, которые они должны решать, это не только коммерческие, но и политические. Этот вектор все время меняется. Про энергоэффективность говорили с каждого утюга несколько лет после принятия закона. Я помню это хорошо. Моя бабушка сказала: «теперь понимаю, чем ты занимаешься». Медведев выступил, сказал про это. Потом это закончилось. Начались Олимпийские игры, другие проекты. Все время меняется то, чем должны заниматься государственные банки. Меняются приоритеты. Здесь коммерческие банки впереди. Почувствовали выгоду. Есть поле, на котором можно что-то предложить, заработать.

А. Петровская Если так вот подводить итог тому, что вы сказали, то выходит, что между политической волей и, скажем так, жаждой получения прибыли – жажда получения прибыли победила.
М. Титов Да. Я не отрицаю и не умаляю необходимости политической воли. Она нужна. Но между волей и жаждой прибыли есть еще процедуры и процессы, которые необходимо сделать. Огромная роль в обучении. Чтобы банки могли кредиты конструировать и выдавать, их надо обучить. Ни один коммерческий банк не в состоянии сам это сделать.

А. Петровская С учетом того, что вы сказали о преимущественной доли банков, которые имеют государственную собственность, и в связи с тем, что сказали о необходимости политической воли. Понятно ли, какие должны быть шаги? Может быть, законотворческого характера со стороны государственной власти для того, чтобы способствовать развитию такого важного финансирования в банковской сфере?

М. Титов Здесь сложно давать какие-то советы. Это принцип не навредить. Начнем и это регулировать, и на это закон напишем… И в этом законе можем выплеснуть все, что там хорошего в действительности есть. На данном этапе достаточно саморегулирования. Финансовые институты, банки, если есть необходимость что-то обсуждать, то могут это делать через ассоциацию банков. Это будет даже быстрее, чем государственное регулирование. В данном случае, как юрист по первому образованию, достаточно регулирования.

А. Петровская Хорошо. Давайте тогда потихоньку переходить к основным выводам. Среди прочего, были все банки, которые входили в исследование. Они были разделены на 3 категории. Категория банков, которые не имеют зеленых продуктов и подобного ничего не предлагают. Другие банки, у которых нет в целях или отчетах упоминания о том, что они помнят про важность устойчивого развития и поддержку экологических проблем. Вторая категория это те, где существуют. Туда попал Сбербанк. Третья категория – несмотря на то, что в отчетах присутствуют, на сайтах не упоминаются, но таковые есть. В соавторстве с другими организациями. И у них есть конкретные примеры в разных городах, где такие зеленые продукты были внедрены. Среди прочего, в этой третьей категории – банков, которые наиболее ответственно подходят к вопросам финансирования, там меньше всего знакомых банков. Там банки, которые в меньшей степени на слуху. Самый известный – ВТБ. Почему так сложилось? И более того, там меньше всего банков, в составе этой третьей группы.

М. Титов Задача моя, как исследователя, в том, чтобы рассказать про положительный опыт, что есть и чтобы этого опыта стало больше. Банки, которые есть в этой категории отличников зеленого сектора… Там банки есть вообще региональные. Как банк ЦентрИнвест из Ростова-на-Дону. Который по тем критериям, которые мы в нашем исследовании предлагаем, имеет и политику на уровне руководства банка в области устойчивого развития, и внимательно следит за тем, как банк позиционируется среди клиентов. Сотрудничество для того, чтобы эти продукты появились, с разными международными инициативами. Можно рассказывать с гордостью про это. Если бы в каждом регионе был бы такой банк, то стратегия бы сыграла. Если крупные федеральные банки, которые покрывают всю страну, были бы более активны в предложении зеленых продуктов клиентам, то эта стратегия была бы успешной. Мы тут не предлагаем какое-то одно решение. Предлагаем посмотреть, что есть. А кто заинтересовался – сделать выводы.

А. Петровская Еще вернемся к обсуждению банков, которые попали в те или иные категории. Но в динамике если смотреть. Как в динамике происходит прирост в этой третьей категории отличников?

М. Титов Он медленный. Как все, что связано с устойчивым развитием. Все отчеты аналитического центра правительства Российской Федерации о том, как выполняем цели устойчивого развития и прочие отчеты в отношении изменений климата говорят, что все, что мы делаем, делаем с запозданием. Здесь мы могли бы быть пионером в этом. У нас есть все – знания, технологии. Банковский сектор в области финансовых технологий опережает многие развитые регионы, рынки. Если бы мы захотели позиционировать как конкурентное преимущество зеленые продукты – у нас бы получилось легко. Люди, которые принимают решения, которые могут захотеть – какая у них мотивация?

А. Петровская Я понимаю, что вы, так скажем, надеетесь на стратегию, что раз есть возможности роста, то и динамика должна увеличиваться, как и темпы прироста, но, тем не менее, у нас сейчас московские новости. С этого момента продолжим после паузы.

А. Петровская Еще раз добрый день. 13.35 на часах в студии «Эха». В гостях Максим Титов – исполнительный директор исследовательского центра ЭНТЕРПО Европейского университета в Петербурге. Это программа «Чаадаев». Наша совместная программа с Европейском университетом. Обсуждаем, как банковский сектор может помочь и какую роль играет в формировании устойчивой экономики в России. Сейчас у нас рубрика «Контора пишет». Мы послушаем и вернемся к обсуждению банков и банковской сферы.

КОНТОРА ПИШЕТ

Во Франции есть понятие публичного интеллектуала. Так называют тех, кто не боится занимать и защищать определенную позицию в публичном пространстве. Позицию, которая, как правило, не совпадает с позицией власти и самодовольного обывателя. Последняя книга Бруно Латура «Где приземлиться? Опыт политической ориентации» окончательно закрепила за этим социологом и философом статус публичного интеллектуала. Усиление неравенства вкупе с глобальными изменениями климата могут привести к тому, что нам скоро начнет не хватать места на планете или, по крайней мере, такого места, где можно жить в покое и комфорте, не страдая не от недостатка воды, не от качества воздуха. Латур обвиняет современных политиков в том, что они предпочитают не столько править – вести людей в будущее, сколько укрываться от мира и от последствий того, что мы с этим миром делаем. Больше нет не правых, не левых. Новая ось противостояния разделила мир на два лагеря. В одном лагере те, кто, хорошо понимая, что места на планете скоро хватит не всем прикрывается глобалистскими лозунгами и делает все для того, чтобы выжило собственной меньшинство. С другой стороны, крепнет фронт тех, кто пытается выстроить новую модель солидарности между разными политическими силами во имя выживания всех. Книга Латура – это программа для объединения тех, кто хочет, чтобы нашим внукам было где приземлиться. Книгу можно купить на сайте издательства Европейского университета в Петербурге и в магазинах интеллектуальной литературы города.

А. Петровская Мы продолжаем говорить о банках и банковской сфере и влиянии и связи этой сферы с экологией. Книга, которая только что была представлена в рубрике «Контора пишет, где мы говорим, что два лагеря мнений. И то, и то в большей степени окрашен идеологически. Мы все время возвращаемся к тому, что кроме идеологии, кроме того, чтобы нам было где приземлиться, необходимо, чтобы мы больше заботились о сортировке мусора, меньше использовали угольные котлы, вообще уголь как средство в энергетике, но, кроме всего этого, мы возвращаемся все время, что экология – это еще и выгодно. Если мы сегодня не подумаем о том, как перестроить банковский сектор под новые запросы клиентов частных, клиентов юридических лиц крупных компаний, то наши сегодняшние продукты завтра им будет уже не продать.

М. Титов Да, все так.

А. Петровская Мы с вами остановились в первой части перед московскими новостями на росте. То, о чем мы говорим, кажется абсолютно понятным в рамках европейской парадигмы и того, что там происходит – победы зеленых партии. В Финляндии, например. Когда зеленая идеология уже стала политикой большой. Все сектора, в том числе экономики, перестраиваются. Как раз вопрос у меня. Несмотря на то, что вы с позитивом смотрите в будущее, вы назвали определенные аргументы в пользу того, что у нас есть куда расти и могли бы быть первые. Меня смущает вопрос не только институциональных возможностей, которые вы писали. Но вот как раз этих идеологических. Несмотря на эти опросы, мы с вами говорили об этом в YouTube во время московских новостей, 70 процентов готовы сортировать мусор, но сколько в реальности его будет сортировать – у меня большие вопросы. Даже к самой себе, честно вам скажу. Если банки перестроятся, перестроится общество, которое потребляет эти банковские продукты и будет готово к этим инновационным зеленым продуктам от банка?

М. Титов Об этом и говорю. Очень большая роль банков в образовании работы с клиентами, чтобы объяснять клиентам, что риски инвестиций в старые технологии, риски инвестиций в какие-то углеводородные проекты, которые чреваты проблемами, связанными с изменениями климата. Это риски слишком большие, чтобы клиенты думали вкладывать в это деньги, и сами банки думали о том, чтобы в эти проекты инвестировать. У нас 60 процентов территории – вечна мерзлота. На ней построены жилые дома, общественные здания, инфраструктура, промышленность и так далее. Таяние вечной мерзлоты и вообще потепление в арктической зоне происходит значительно быстрее, чем в среднем по планете. Это очень значительные риски для тех инвесторов, которые в эти проекты вкладывают деньги. Компания, которая занимается в горнодобывающей отрасли добывает сырье и потом 50 километров везет по вечной мерзлоте, по дороге, которая проложена в вечной мерзлоте к месту переработки сырья, потеряет очень много денег, если эта дорога просто растает. И если вы в эту компанию вложили деньги, то вы, как инвестор, придете и спросите: «Что вы делаете для того, чтобы, если такой риск произойдет, мои инвестиции не пострадали?» Давление инвесторов становится все больше. Я говорю о сегменте корпоративном и даже о сегменте малого и среднего бизнеса. Не говорю о сегменте обычных граждан, потребителей, нас с вами. Если мы от банка потребуем выдать зеленый кредит, то банк подарит нам карточки зеленого цвета и скажет, что 1 рубль уходит в фонд поддержки каких-то вымирающих фондов животных. Это прекрасно. Но это не бизнес для банка. Бизнес для банка – это когда вы меняете энергетический переход, когда компании переходят на новые технологии, рост экономический постепенно отходит от роста потребления энергоресурсов – декаплинг. Нас это тоже ожидает. Мы не можем все время расти за счет роста потребления энергоресурсов. С точки зрения политики, у нас много что сделано, много что декларировано на высоком уровне. Парижское климатическое соглашение во всех международных инициативах, ООН, региональные инициативы. Но с точки зрения, как это можно применить в России, здесь роль банковских и финансовых институтов недооценена. Нужно больше внимания. Надо банкам помочь, подвинуть к этому. Извините за такой долгий эмоциональный спич.

А. Петровская Нет, очень хорошо. У меня вот здесь такой вопрос. Ваш позитив не тормозит мысль про то, что многие… Или это субъективная, далекая от реальности оценка, но многие, даже из представителей крупного бизнеса, будут полагаться в случае с дорогой и вечную мерзлоту на вот этот русский авось, а может и не растает.

М. Титов Это тоже было бы интересным предметом исследования. Потому что разница с протестантской культурой… На эту тему есть очень интересная книжка у Европейского университета, где сравнивались технопредприниматели российские, южнокорейские, финские и тайваньские. Это как раз вопрос культуры, менталитета. То, что полагаемся на авось, итогом этого является роль страховых компаний. Страховые компании во всем мире являются одними из пионеров, вместе с пенсионными фондами, по части выполнения задач, поставленных Парижским климатическим соглашением. И то, что мы пока в России не дошли, это говорит об уровне… У нас сам финансовый рынок родился в 90-ых годах. Упоминаем банки сейчас. С одним из руководителей банка несколько лет назад обсуждал итоги всяких зеленых проектов, и человек говорит: «Да, будем отмечать 20-летие банка, будет юбилей». А я изучал банки в других регионах в развивающихся странах, где банкам 100 лет уже. Сама система финансовая, созданная после развала советского союза, молодая. Мы наверстываем сейчас. Отстаем, но придем к тому, о чем вы говорите про Европу, про зеленое движение, зеленые интересы, изменяющуюся парадигму бизнеса. Мы придем, но не так быстро. Если бы двигались быстрее, то какие-то преимущества бы получили. В это я верю.

А. Петровская Здесь очевидно. Я просто, когда посещаю технологические фестивали в Европе, вижу, как меняется представительство стартапов. Если не берем софт-продукты, которых всегда много, вижу, как меняется именно на основе изменения в области потребления меняется и бизнес. Уже сегодня там в Хельсинках были представлены проекты, связанные с сервисом автомобилей по подписке. Вот история, которая напрямую связана с тем, как меняется и в вопросах потребления сегодняшнее поколение.

М. Титов Мои коллеги, философы из Европейского университета, обозвали меня марксистом, когда я сказал, что с повышением уровня дохода домохозяйств растет уровень ответственности к тому, что мы потребляем и как потребляем. Когда базовые потребности неудовлетворены, когда не знаем, куда пойдем лечиться, на что купим детям спортивную форму и так далее, нам некогда думать о раздельном сборе мусора. Как только определенный уровень дохода увеличивается домохозяйств – это в большой степени приходит и довольно быстро происходит. Это сейчас уже видим, тренд уже есть. Пока он касается больших городов.

А. Петровская К выводам. Коротко скажу. Значит, мы должны назвать эти банки, которые попали в отличники. Московский кредитный банк, Центр-Инвест банк, Транскапиталбанк, ВТБ, СДМ-банк. У нас меньше минуты. Может, проекты какие-то были у них или какую-то рекомендацию на будущее на 30 секунд.

М. Титов Рекомендация на будущее к гражданам – требовать от банка зеленых продуктов. Рекомендация на будущее к банкам – активно посмотреть на то, что вы можете нового вашим клиентам и могли бы вы предложить им какие-то зеленые продукты, подумать об этом и прочитать наше исследование.

А. Петровская Как раз Сбербанк, который находится во второй группе, на ваш взгляд самый перспективный для того, чтобы двигать эту историю.

М. Титов Если бы Сбербанк 10 лет назад вывел на рынок продукты энергоэффективности для малого и среднего бизнеса, сейчас на ежегодном собрании ООН по изменению климата Россия с гордостью бы рассказывала, какое количество парниковых газов мы снизили благодаря такой замечательной инициативе большого финансового учреждения.

А. Петровская Надеюсь, что не все потеряно и вперед можем идти. И при поддержке Центробанка, который во всем этом участвует.

М. Титов Центробанк – это просто прекрасно. Последние инициативы по зеленым облигациям – это просто счастье. Спасибо центральному банку.

А. Петровская Мы благодарим вас. Максим Титов, исполнительный директор исследовательского центра ЭНЕРПО Европейского университета в Петербурге. Это была программа «Чаадаев» совместно с Европейским университетом. Спасибо и хорошего дня.



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире