'Вопросы к интервью
06 сентября 2019
Z Интервью Все выпуски

Книжная кухня: Судьба «Блокадной книги»


Время выхода в эфир: 06 сентября 2019, 12:06

Н. Дельгядо Добрый день! Меня зовут Наташа Дельгядо. Сегодня у нас на «Кухне» Наталья Соколовская, писатель, куратор идеи и автор выставки, которая открывается в Музее Политической истории к 8-му сентября. Это выставка под названием «Люди хотят знать», она посвящена 40-летию выхода «Блокадной книги» Алеся Адамовича и Даниила Гранина.
Н. Соколовская Здравствуйте, не только. Но и 100-летию Даниила Гранина.
Н. Дельгядо Эта выставка про книгу и, честно говоря, пока я сюда не пришла, я не представляла, как можно визуализировать историю книги, показать, как она шла к читателю, какие проходила цензурные обработки. Я абсолютно потрясена тем, как эта выставка устроена. Визуальные решения – это ваши идеи?
Н. Соколовская Я не делала никаких выставок в принципе. И тем более выставок, посвященных книге. Для меня это тоже была огромная проблема, как визуализировать проблемы, которые возникали у авторов, создававших первую народную книгу, которая осталась, в общем-то, такой же первой и последней народной книгой о блокаде. Во-первых, помогла дизайнерская студия LAIKA, с которой мы вместе разрабатывали визуальные решения, помог сам материал, который многие вещи диктовал. Сами стенды устроены, как развороты страниц. Читатель буквально входит в книгу, попадает внутрь истории.
Н. Дельгядо Здесь даже можно услышать голоса, если взять наушники и нажать на кнопочку звонка. Здесь есть такой удивительный экспонат – дверь коммунальной квартиры с несколькими звонками. И можно услышать дневниковые записи тех людей, которые в этой квартире жили.
Н. Соколовская Это прямая речь, там каждый говорит от первого лица. И все фрагменты они из «Блокадной книги». Нам показалось это очень важно. Читают эти тексты замечательные артисты – Марина Солопченко, Ренат Шавалиев, Андрей Шимко, которые принимали участие в спектакле «Гекатомба. Блокадный дневник», то есть это люди, погруженные в тему. Конечно, придется много читать, но поверьте, если вы только потянете за эту ниточку, начнете читать первую строчку, остановиться будет уже очень трудно. Потому что на этой выставке представлены документы, и львиная доля этих текстов показана впервые. Как, например, Постановление, остановившее публикацию «Блокадной книги». Уникальный документ, из которого мы увидим, какие претензии у Главлита были к авторам книги. Стенограмма бесед Адамовича и Гранина с Иваном Андриенко, завотделом торговли, где он фактически называет цифру блокадных жертв, но просит ее не публиковать, говоря, что это наше личное дело. А вот для общего употребления цифру, которую дал министр торговли Павлов. Вы увидите вычеркнутые куски из «Блокадной книги». И вы увидите, что не хотел показывать цензор. Например, название выставки «Люди хотят знать», также было вычеркнуто, как и слова «пришло время», «действительно надо», «если это рассказать». Также как и любое упоминание этих колоссальных жертв блокады.
Н. Дельгядо Была ли какая-то принципиальная схема, по которой эта цензура осуществлялась?
Н. Соколовская Это все написано: «На первое место в произведении выходит так называемая «правда факта», связанная с несчастливыми ужасами блокады, с голодной смертью, преподносимыми с его страниц со всеми его подробностями и обнажённостями. Руководствуясь той же «правдой факта», авторы говорят о случаях мародерства, спекуляций, хищения». Дальше, конечно, не нравится, что практически, как считает цензура и лично Павел Романов, начальник Главлита, что очень мало уделено места работе партийных и советских органов. Тот же Войнов утверждает, что в Ленинграде во время блокады от голода погибло около миллиона человек, что у него, якобы, был в свое время документ. «Комментируя утверждение Войнова, авторы заявляют, что уточнить эти факты дело историков, чем подвергают сомнениям официально установленную и принятую официально в советской историографии цифру – 641 803 человека», с точностью до единиц, что конечно не соответствует действительности. И вот ленинградские историки Ковальчук и Соболев в середине 60-х годов. Они в ступили в борьбу за эту истинную цифру жертв блокады. И надо сказать, что эта борьба продолжается до сих пор.
Н. Дельгядо Здесь на выставке и копии писем первых читателей «Блокадной книги», и отзывы нынешних.
Н. Соколовская Здесь, например, приведены страницы машинописи с дневником Юры Рябинкина, из которого вычеркнуты фрагменты. Очень хочется поблагодарить всех, кто помогал работать с этой книгой. Наталью Адамович в первую очередь.
Н. Дельгядо Книга вышла 40 лет назад. С тех пор появилось много исследований, посвященных блокаде. Но все-таки до сих пор то, что написано в «Блокадной книге» далеко не все знают или не хотят знать.
Н. Соколовская Вот это совершенная правда! Понимаете, свобода слова – это хорошо. Люди рассказали в «Блокадной книге» свои истории. Но кроме свободы слова должна быть свобода слуха, и это большая проблема, потому что слух забит Бог знает, чем. У нас в Петербурге много замечательных историков блокады. Но изданы их работы совершенно мизерными тиражами. И власти города нам будут говорить, как они тут за блокадную память грудью ложатся. А трехтомник Соболева есть не в каждой школе, вузе, библиотеке. Он издан безобразно малым тиражом. И никому нет дела до того, чтобы эта книга достойно существовала в нашем городе.
Н. Дельгядо Здесь есть еще замечательные фотографии. Например, изготовление ромовых баб на заводе в 41-м году. Эти фотографии были использованы в качестве иллюстраций «Блокадной книге»?
Н. Соколовская Историю создания ромовых баб впервые Андрей Чернов в «Огоньке» опубликовал в 89-м, кажется, году. Даниил Гранин включил рассказ с этими фотографиями в последнее свое издание «Блокадной книги» 14-го года. Там же присутствует страничка из сборника документов, вышедших совсем недавно, где сказано, сколько и какой кондитерской продукции в тоннах выпускалось в Ленинграде по месяцам. Особенно там поразительна строчка, что производили конфеты в коробках. Меня это добило окончательно. Конечно, ни о каких конфетах в коробках ни в одном блокадном дневнике нет ничего. Да, конфеты продавали по карточкам, можно их было купить на новогодних елках. Пожалуй, что и все.
Н. Дельгядо Появление «Блокадной книги» Даниила Гранина и Алеся Адамовича стало началом нового жанра, который можно предпослать общим эпиграфом «Люди хотят знать». И книга «Чернобыльская молитва», в том же ключе.
Н. Соколовская Также здесь представлена газетная публикация Даниила Гранина, в которой сказано: «Мы уродуем свою историю, мы лишаем ее человечности». Он пишет: «Мы печаль выносим за скобки нашей жизни». Это преступление против истории.



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире