'Вопросы к интервью
31 мая 2019
Z Интервью Все выпуски

«Книжная кухня»


Время выхода в эфир: 31 мая 2019, 12:07

Н. Дельгядо: Добрый день, меня зовут Наташа Дельгядо, мы на «Книжной кухне», и  я представляю нашего гостя. Это Сергей Князев, литературный критик, редактор который сотрудничал со множеством издательств Петербурга. Здравствуйте, Сергей. Петербургский книжный салон только что закончился, но нельзя сказать что он отгремел и  отзвенел, в общем, он прошёл довольно тихо. Мне кажется, что наверное это связано не с организацией салона, а  с общим кризисом в отрасли. Потому что очень мало издательств участвовало, очень мало издательств Петербургских, по разным причинам. Кто-то разорился, кто-то отказался давно от участия в салоне, очень мало приехало издательств из других городов. Просто достаточно посмотреть на размещение стендов: раньше не хватало и ,даже внутрисалонная часть размещалась снаружи. А сейчас, внутри — полупустой зимний стадион, полупустой Манеж, в котором, вполне можно было бы разместить всех тех, кто сейчас стоит на улице. Количество участников очень небольшое, зрителей тоже значительно меньше, чем было в прошлые годы. Такой город привычных лиц: издатели приветствуют друг друга. Те, кто выжил и те, кто все еще представляет свои книжки на салоне. Довольно мало было издано новых книг, но это моё впечатление , а Вам, Сергей, как кажется?

С. Князев: Отчасти , вы правы. Но, не то чтобы я хотел защищать организаторов салона, но, действительно есть какие-то вещи объективные. Кризис в  книжной отрасли и  не только. Во всем мире огромное количество бумажных типографии закрывается, в  Финляндии закрылось за последние годы довольно большое количество типографий, которые печатали книги. Европейским издателям теперь проще печататься, например, в Китае. Визуальное искусство побеждает вербальное искусство, за явным преимуществом. Как говорил великий американский фотограф Эдвард Стейхен:” Любая фотография может рассказать больше чем 10000 слов, если она сопровождается, хотя бы десятью словами.” И это действительно так: мы видим Facebook, мы видим Инстаграм. Видим, что Цукерберг,в общем, победил Гутенберга.

Н. Дельгядо: Давайте будем не жаловаться, а  хвалиться. Есть и хорошие новости все-таки. Довольно много приехало из Москвы гостей на салон. Правда они приехали, наверное, не только на книжную ярмарку, но и на  «Бродский фест», и на «НацБест», который тоже состоялся почти тогда же.

С. Князев: Конечно, огромный десант, по нынешним временам, московских писателей, который привезла редакция Елены Шубиной. В их числе был, например, Андрей Рубанов, который выступил в середине дня 25 числа, и, буквально, через несколько часов он получил премию «Национальный Бестселлер».

Н. Дельгядо: Кроме того, было выпущено некоторое количество хороших книг для ярмарки, и про одну из них я как раз хотел поговорить с нашим сегодняшним гостем. Сергей Князев  — ответственный редактор книги сборника стихотворений Александра Володина. На сегодняшний день — это самое полное собрание стихотворений Володина, и я так понимаю, что довольно много издавалась его драматургии. Всем известны «Пять вечеров», «Осенний марафон», «Старшая сестра». Много издавалась проза Володина, а  как раньше обстояли дела с изданием стихотворений?

С. Князев: В 90 году была выпущено довольно много книг, куда входили в частности стихотворения Володина. Это и  сборник «Так неспокойно на душе», и «Монологи», и «Попытка покаяния» и самый полный до последнего времени сборник «Неуравновешенный век», но попытка собрать воедино все поэтическое наследие Волошина предпринято впервые. Вы сказали обо мне, как об ответственном редакторе книги. Но, это сильно сказано. Я, в общем, был такой человек, который просто таскал Рояль для людей, которые исполняли на нём художественные произведения. Музыкальные произведения. Это Игорь Сергеевич Кузьмичев и Елена Мироновна Гушанская — люди которые и составили этот сборник.

Н. Дельгядо: Тираж книги 300 экземпляров?

С. Князев: Тираж книги маленький, потому что, по разным причинам издательство «Симпозиум», которое выпустило эту книгу, никакого гранта на издание книги не получило.

Н. Дельгядо: Если же говорить про Гутенберга и  Цукерберга, в интернете довольно мало стихов Володина, и тираж маленький. С чем это связано? не знают его как поэта? Мне кажется, что «Простите, простите, простите меня» — это стихотворение которое все вспоминают когда начинают говорить о Володине— поэте.

С. Князев: Я могу процитировать, если сейчас удобно:

Простите простите простите меня.И я вас прощаю, и я вас прощаю.

Я зла не держу — это вам обещаю, но только вы тоже простите меня. Забудьте, забудьте, забудьте меня. И я вас забуду, и я вас забуду.

Я вам обещаю, вас помнить не буду, но только вы тоже забудьте меня.

Как будто мы жители разных планет — на вашей планете я не проживаю

Я вас уважаю. Я вас уважаю, но я на другой проживаю. Привет!

Н. Дельгядо: Я ещё вспомнила «Правда почему-то торжествует», посвящение Зиновию Герту.

С. Князев: Замечательное стихотворение. У Володина много стихотворений, которые посвящены актерам: Михаилу Козакову, и Станиславу Любшину. Актеры Володина очень любили. Володин к актёрам относился к с большим уважением и любовью.К их тяжёлому, часто неблагодарному трудно. У него даже был кинематографический опыт как режиссера. Он снял, как режиссёр фильм «Происшествие», которого никто не заметил, но больше к этой профессии никогда не возвращался.

Н. Дельгядо: Может то , что тираж маленький, и довольно мало в интернете стихотворений, как-то связано с особенностями поэзии Володина? Она камерная, она интимная, она предполагает все-таки не эстрадность, а ровно наоборот.

С. Князев: Может быть. Все мы знаем Володина, прежде всего как драматурга, отчасти как прозаика. Он, вообще, начинал как прозаик. В середине 50-х годов вышла книга его рассказов в Ленинградском отделении издательства «Советский писатель». Володин всегда ставил поэзию, насколько можно судить, выше драматургии, выше прозы и он никогда специально не старался публиковаться. Публиковались стихотворения Володина в семидесятые годы в ленинградских журналах, в девяностые годы вышло несколько книг, но он никогда не воспринимал это как дело своей жизни. Он воспринимал это как такой, своеобразный, лирический дневник, как способ высказать сердце. И, конечно, для Володина это был такой, что называется тренировочный полигон. Потому что мы видим, что многие стихотворения Володина выглядят как заготовки для пьес, или как сцены, или прозу.

Н. Дельгядо: Они и вошли в пьесы.

С. Князев: Я могу процитировать знаменитое+ стихотворение, оно тоже включено в эту книгу. Кстати, оно 1946 года, когда ещё Володин не обращался ни к драматургии, ни к прозе. Стихотворение такое:

На фронте была далеко идущая мечта: если бы мне разрешили

Потом, потом, когда кончится война

Когда совсем кончится, и все уже будет позади,

Тогда чтобы мне разрешили, хоть немного ещё пожить

И просто оказаться там, и просто увидеть.

И мне разрешили, не просто смотреть, но подниматься и опускаться, Обижаться и не обижаться, забываться и не забываться,

соглашаться и не соглашаться, напиваться и не напиваться…

И ещё тысяча всего только на эту реформу, и ещё сто тысяч на другие.

Стыдно быть несчастливым.

И  мы видим, помним фильм «Пять вечеров», где герой Станислава Любшина произносит эту фразу.

Н. Дельгядо: А есть, по-вашему, какая-то главная тема?

С. Князев: Такое ощущение, что ставители разделяют мою точку зрения. Вернее, я разделяю точку их  зрения. Елены Мироновна Гушанская, разбирая стихотворения Володина, говорит, что тема вины и тема покаяния, для поэзии во всяком случае, является магистральной. Одной из главных. Человек выясняет свои отношения с друзьями, с соседями, с государством, с эпохой и так или иначе он возвращается к этой теме. Вот, например, посвящение Михаилу Казакову:

Виновных я клеймил ликуя,

Теперь другая полоса.

Себя виню, себя кляну я,

Одна вина сменить другую спешит

Дав третьей полчаса.

Н. Дельгядо: А как сам Александр Моисеевич относился к своим стихам и к зданию своих стихов?

С. Князев: На сколько можно понять, а у меня нет никаких оснований не верить составителям, которые говорят о том, что Володин всегда ценил поэзию больше чем прозу. И как я понимаю, для него это был чрезвычайно важный вопрос. Он был как человек, как я понимаю, страшно неуверенный в себе, и он не не говорил о поэзии как о каких-то своих невероятных достижениях. Вы помните, в воспоминаниях о Володине, когда происходит публичная читка его пьесы в театре и он говорит:” Нет, нет, нет, нет. Сейчас, погодите. Не слушайте меня, я потом перепишу, мне так стыдно”, и  так далее. Это не было позой, он правда, как мы можем верить воспоминаниях современников, крайне критично относился к тому , что делал в литературе.

Н. Дельгядо: А осталось что -то неизданным?

С. Князев: Вот это самое полное на данный момент, на сегодня, но наверняка, осталось огромное количество стихотворений, которые находятся в частных архивах.

Н. Дельгядо: Спасибо большое за эту книгу, за этот памятник Володину, замечательное собрание стихотворений. Где можно ее купить?

С. Князев: Книгу можно приобрести в издательстве «Симпозиум». Думаю, что в  ближайшее время она появится в книжных магазинах. Повторюсь, тираж небольшой, но если Бог, как говорил Пушкин :”Если Бог пошлёт мне читателя…” А вот, если Бог пошлёт каких-то поклонников Володину, то тогда, я думаю, что книга будет печататься.

Н. Дельгядо: С нами был литературный критик, редактор, руководитель издательских проектов Сергей Князев. Мы говорили о Санкт-Петербургском книжном салоне. Но, в основном, об издании стихов Александра Володина. Над программой работали: журналист Татьяна Троянская, звукорежиссер Галина Курылёва, и я, автор Наташа Дельгядо. Всего доброго.



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире