21 декабря 2002
Z Интервью Все выпуски

Программа Человек из ТВ.


Время выхода в эфир: 21 декабря 2002, 11:13

21 декабря 2002 года
В прямом эфире радиостанции «Эхо Москвы» Александр Роднянский, генеральный директор канала СТС.
Ведущая эфира Ксения Ларина.

К. ЛАРИНА — Добрый день!
А. РОДНЯНСКИЙ — Здравствуйте!
К. ЛАРИНА — Наш пейджер 974-22-22 для «Эха Москвы». Можно возмущаться, негодовать, призывать к ответу и прочее. Поэтому присылайте ваши вопросы и пожелания. Очень почему-то все озабочены судьбой программы «Детали»: «Почему на СТС сократилось вещание, неужели рейтинг программы был столь низок? Или может быть, какие-то другие причины? Канал с самого начала обещал, что программу будет вести Тина Канделаки, Елена Быстрова и Александра Маркво. Реально получилось, что большую часть программы вела только Тина. В чем причина? Борис».
А. РОДНЯНСКИЙ — Очень внимательного зрителя можно только успокоить. Программа «Детали» вновь появится в эфире в конце января. Ее по-прежнему будет вести Тина Канделаки и еще одна ведущая, мы сейчас определимся точно, кто. Она была приостановлена временно на несколько месяцев с тем, чтобы измениться в облике — это декорации, упаковка, но самое главное, стать в значительно большей степени информационной, журналистской программой. Не новостийной, не то, что мы называем «горячие новости», а просто программа «Детали» так, как она существовала, скорее походила на обычное ток-шоу, разговор, очень удачный, как казалось не только мне, были и зрители, и есть, и если говорить серьезно, то реакции много было на приостановку. Оказалось, что разговор, который вела Тина Канделаки, был чрезвычайно содержательным и очень отличался интонацией от аналогичных по жанру программ в эфире российского ТВ. Сейчас там остается основной стержень — разговор Тины или другой ведущей с гостем, но при этом появляется достаточно большое количество сюжетов, которые своими темами отвечают интересам аудитории канала, а она очень специфична, мне кажется.
К. ЛАРИНА — И по времени тоже будет увеличиваться формат?
А. РОДНЯНСКИЙ — Конечно. Это будет и утром, и вечером, и ночью. Это фактически СТС-эквивалент новостей. Т.к., как известно, СТС не политический канал, и не потому, что очень боится новостей или боится втягиваться в политические дискуссии, а скорее потому, что брэнд этого канала и сформировавшаяся система отношений с аудиторией не предполагает обсуждения общественно-политических контекстов. Аудитория, которая смотрит СТС, надо сказать, что она увеличивается, и это естественный для ситуации выхода общества из кризиса процесс, и эта аудитория предпочитает на СТС совершенно другого типа телевещание, другого типа программы, совсем не связанные с информационными, политическими и прочими
К. ЛАРИНА Но, тем не менее, когда происходили трагические события в Москве, обратили внимание многие, что канал СТС тоже не мог пройти мимо, в том числе и программа «Детали», я смотрела передачу, где она активно осуждала то, что происходит на Дубровке. И новости вы тоже ретранслировали, которые делает наша компания «Эхо-ТВ».
А. РОДНЯНСКИЙ — Да. Мы обратились с просьбой На самом деле, вы совершенно правильно сказали, мы просто не сумели остаться в стороне. Хотя, честно говоря, внутри компании была достаточно ожесточенная дискуссия на тему как бы сохранять ли свои принципиальные позиции невмешательства, тем более, если говорить всерьез, по-телевизионному, то в особенности в такие дни зрительская аудитория, конечно же, включает каналы-лидеры информационного вещания. Т.е. информацию пытаются найти на первом канале, на РТР, на НТВ, но уж никак Даже на очень хорошем канале РЕН-ТВ с очень хорошими новостями, на мой взгляд, но вот по цифрам я не заметил прироста там аудитории. В то время как, скажем, на НТВ или на ТВС — каналах, известных, прежде всего, успехами в этом сегменте вещания, аудитория резко подросла. Так вот, на СТС не было иллюзии в отношении новостей. Все понимали, что, конечно же, аудитория не появится дополнительно. А с другой стороны, российский канал, и во время событий в Москве подобных стоять в стороне и продолжать показ своих замечательных комедий, юмористических программ, всего, что обычно составляет ткань эфира на СТС, было невозможно. Поэтому мы обратились в «Эхо-ТВ» и несколько дней действительно показывали. И очень благодарны и за это «Эху-ТВ», и Андрею Норкину — тем, кто сделал это возможным. И естественно, в наших программах «Детали» очень специфично, если вы помните, обсуждали ситуацию на Дубровке. Но опять же, это был определенный угол зрения
К. ЛАРИНА — А потому что речь шла практически об аудитории канала. Это коснулось непосредственно вашей аудитории, той же молодежи. Ведь почему об этом хотелось говорить все время? Я сейчас рассуждаю как зритель. Я приходила домой после работы, конечно же, я включала ТВ, и мне хотелось слушать только про это.
А. РОДНЯНСКИЙ — Мне казалось и кажется, что в конечном счете каналы отличаются один от другого разве что системой диалога, интонацией. У СТС она очень определена, это большой успех СТС. Вот существование того, что называется брэндом, т.е. системы характеристик, которые в известном смысле и определяют тип диалога, который ведет канал со своей аудиторией. Почему, когда я появился на СТС, сказал, что для нас принципиально появление журналистики, не политических новостей, но журналистики.
К. ЛАРИНА — Я, кстати, не помню, что там было до вас, напомните?
А. РОДНЯНСКИЙ — Не было вообще журналистских программ. «Детали» были принципиальным решением
К. ЛАРИНА — Там вообще не было передач никаких гостевых?
А. РОДНЯНСКИЙ — Не было.
К. ЛАРИНА — Там кино, сериалы
А. РОДНЯНСКИЙ — Да, это правда. И были, естественно, юмористические программы. Я с очень большим уважением отношусь к тем, кто делал СТС до меня…
К. ЛАРИНА — Там Нагиев был, да?
А. РОДНЯНСКИЙ — Естественно, Нагиев — персонаж СТС, он на нем как на персонаже и состоялся. Он был звездой на СТС. Но с точки зрения формирования среды, потому что аудитория на СТС была, т.е. его смотрели, а вот с точки зрения формирования среды, т.е. отношений, которые включают в себя, прежде всего, обмен мнениями, т.к. разговор, вот этого не было. Поэтому появились «Детали», поэтому в «Деталях» появились неожиданные, на мой взгляд, в достаточной степени ведущие, которые должны были репрезентировать, и достаточно удачно подчас это делают, иногда не удачно, но, тем не менее, определенный взгляд, который характерен для аудитории СТС, который не представляет из себя окно в мир. Мы привыкли смотреть на ТВ как на окно в мир. СТС ни в коем случае не 
К. ЛАРИНА — Вообще-то это все противоречит устоявшимся канонам, т.е. всегда считалось, что основа любого телеканала — это служба информации. Каковы новости — отсюда будем и плясать и по рейтингам, и по стилистике, и по всему. Вы от этого отказались принципиально. Что тогда является фундаментом вашего канала?
А. РОДНЯНСКИЙ — Я, честно говоря, считаю, что мы оказались в плену, а и я сам, т.к. был достаточно долгое время и остаюсь в другой части своей жизни, до СТС, приверженцам идеи такого информационно-насыщенного, витаминозного ТВ. Т.е. ТВ с сильными, уважаемыми, респектабельными новостями, с большим количеством документального кино, дебатных программ. Собственно, очень много этим занимался. Именно поэтому я твердо для себя решил, что для СТС это категорически не путь. И мы все оказались заложниками единой и единственной парадигмы восприятия действительности — новости на всех каналах к той или иной степени одинаковы. Они могут розниться по качеству, по лицам ведущих, по отношению и интерпретации описываемых событий, но в известном смысле они абсолютно одинаковые. Поэтому для СТС было принципиальным для себя определить, а мы вообще кто? То, что мы участник диалога, это стало очевидным. Канал, который претендует на серьезные позиции в телеконкуренции, а именно это является целью тех, кто, собственно, и приглашал меня и тех, кому принадлежит СТС, его акционерам, он конечно же должен стать серьезным участником телеконкуренции. Т.е. такого рода канал не может оставаться низшим сегментом, не может оставаться вне системы отношений с аудиторией. Их надо строить. Поэтому, очевидно, раз 2 таких простых обстоятельства, т.е. идти по проторенному и уже столь состоявшемуся у многих каналов пути, как новости, нельзя, и, естественно, СТС не тот канал, который здесь пройдет, здесь ниша исчерпана. С другой стороны, нужно выстраивать свои отношения. Естественно, надо искать какие-то свои сегменты. Очень простая логика. Естественно, в мире есть масса прецедентов. Понятно, что журналистика, если даже печатные медиа взять аналогии, она же разная. И в известной степени в ТВ до их пор нет аналога того, что сегодня получает все большее развитие, становится столь популярным — это как бы такой сегмент иллюстрированных журналов, гламурных, разных. Мне кажется, что СТС может стать в известном смысле аналогом такого сегмента печатного медиа, в котором есть свои ньюсмейкеры, свои истории человеческие, в котором есть свой способ описания действительности. Но не резкий критический такой пафос реалистичный, а совершенно очевидно, что мы говорим о виртуальном придуманном, но очень комфортном мире. СТС, на мой взгляд, это такая фабрика грез.
К. ЛАРИНА — Буржуазное ТВ?
А. РОДНЯНСКИЙ — Конечно. На самом деле, что такое буржуазное? Вот если взять Голливуд 30-х, фабрика грез как термин родилась именно тогда, и сознательную политику правительства Рузвельта, которая в части медиа была описана, тогда это был кинематограф, достаточно подробно, даже правительство финансировало кино определенное. Я даже смотрел список названий. То в период выхода общества из депрессии, освобождения от чудовищного груза неуверенности не просто в завтрашнем дне, а в дне сегодняшнем, конечно, вот такого рода пространство, которое, в том числе, может формировать СТС, является принципиальным фактором условия выхода из кризиса. Если цитировать одного из нынешних авторов СТС, Дарью Донцову, под наблюдением которой СТС делает больше 100 серий разных фильмов, сериалов, то это такой специфический антидепрессант. И вот эти правила надо соблюдать, потому что мы являемся в известном смысле, все телеканалы, заложниками своей целевой аудитории.
К. ЛАРИНА — А возраст аудитории для вас имеет значение?
А. РОДНЯНСКИЙ — Конечно. Для нас принципиально здесь, мы очень отличаемся от наших коллег, потому что, во-первых, мы никогда не принимали и не будем принимать систему конкуренции, то, что мы называем «18+», т.е. старше 18 лет, как сегодня подчас на рынке принято. Потому что СТС всегда принципиально важна была детская аудитория, юношеская. СТС традиционно очень силен в этом сегменте. Поэтому мы всегда считали «4+», т.е. старше 4 лет. Но т.к. целью было расширение аудитории, и остается, то мы следим за 2 показателями еще — аудитория самая активная от 8 до 45, и здесь мы выросли невероятно, тут показатели доли аудитории близки к 10, т.е. к той цели, которая должна была достигнута быть через 10 лет. Т.е. самая активная часть общества, та, которая в известном смысле определяет лицо сегодняшнего общественного процесса, я не говорю уже об экономических и прочих обстоятельствах, она смотрит нас очень активно.
К. ЛАРИНА — А пенсионеры?
А. РОДНЯНСКИЙ — Нет. Я как раз хотел сказать, что вторым показателем я всегда традиционно для себя смотрю, аудиторию до 50 лет. Скажем, в Петербурге на 3-ем месте, ну, в половине страны. Очень часто мы по России выигрываем конкуренцию у НТВ в аудитории до 50 лет и с 18 до 45. Старше 50 лет нас, конечно, смотрят значительно меньше. Я думаю, что это естественно, потому что с характером конкуренции, которая сегодня все больше обостряется, очевидно, она становится все более адресной. И очевидно, что делая ТВ для 18, 25, 35 лет, мы не можем как бы ответить на запросы аудитории, старше 50 лет, пенсионеров, при всем к ним уважении.
К. ЛАРИНА — Ваша главная задача как руководителя канала какова? И насколько вы ее определяете по длительности, чтобы ее выполнить?
А. РОДНЯНСКИЙ — По отношению к акционерам — это та доля аудитории, которую они поставили как задачу, 10%, и учитывая сегодняшние около 8, это кажется не так много, но на это отпущено 3 года. С точки зрения моего отношения к ТВ, а оно описывается чуть более сложными терминами, чем цифры, то конечно, хотелось бы сделать некое относительно серьезное, цельное и убедительное высказывание, я имею в виду СТС как канал, которое бы своим совершенно особым образом отвечало на запрос сегодняшнего дня. Отказаться от всего того, что для меня было важным вчера, от того, что важно для многих и сегодня, и сделать современное особое ТВ, позволяющее выстроить совершенно иную парадигму отношения с аудиторией.
К. ЛАРИНА — Мы продолжим после новостей.
НОВОСТИ.
К. ЛАРИНА — Мы продолжаем. Давайте разберемся с вопросами техническими, то, что касается приема канала, очень много жалоб — очень много жалоб даже по Москве. Какие здесь перспективы? Когда можно будет сказать, что канал ловится везде?
А. РОДНЯНСКИЙ — Вообще канал развивался из очень скромного дециметрового, сейчас, конечно, уже покрытие в Москве около 85%, это очень много. Это в этом году в сентябре произошел скачок большой. У нас есть некоторые проблемные зоны, прежде всего, внутри Садового кольца. И я надеюсь, что в течение года они будут окончательно разрешены. Но это сложный технический разговор.
К. ЛАРИНА — И второе по количеству упоминаний — это персонаж по имени Отар Кушанашвили. Очень волнует наших слушателей судьба этого ведущего талантливого. Что сделали с ним?
А. РОДНЯНСКИЙ — Он, надеюсь, жив, здоров, процветает. Собственно, на данный момент его блестящей карьеры его судьба не связана с СТС, т.к. программа, которую он вел на СТС, такая эпатажная и более чем скандальная, «Большой куш», прекратила свое существование еще в середине октября. С тех пор мы не возобновляли никаких новых проектов, при том, что мы договаривались об этом подумать. Но для этого нужна какая-то свежая здоровая идея, над которой я бьюсь. Т.к. идея базовая «Большого куша» была достаточно сложной по реализации и, вероятно, не во всем получилась, потому что вместо какой-то телевизионной мистификации, если хотите, пародии на скабрезные, скандальные шоу, столь популярные сегодня, вышло шоу не менее скабрезное, и может быть, еще и более скандальное.
К. ЛАРИНА — А почему не получилось?
А. РОДНЯНСКИЙ — Я думаю, это же вопрос всегда граней, вкуса. И в известном смысле, может быть, и мы переоценили. Я всегда говорю и беру ответственность на себя, т.к. претензий к команде, которая это делала, быть не может. Это сделано с точки зрения телетехнологий или профессии совершенно блистательно. Другое дело, что в Отаре, может быть, нет все-таки такого второго ощущение игры, второго смысла, отыгрыша вполне неправдоподобной ситуации, которые намеренно выбирались, подбирались, чтобы не обманывать аудиторию, не пытаться втягивать ее в якобы серьезное обсуждение. Не пытаться серьезно обсуждать все эти удивительные кухонные скандалы, которые, как правило, обсуждаются в «Окнах» или аналогичных программах. Но вот этого, вероятно, не получилось. Ее восприняли очень многие всерьез. И наверное, правы. Раз так восприняли, значит, правы. Телевидению надо судить по результату, а не намерениям создателей. Посему мы и остановили. И т.к. СТС хотелось бы делать очень оптимистичным и остроумным и ни в коем случае не хамским. И это стало основанием для того, чтобы, скажем, задуматься. А что будет дальше? Я действительно считаю Отара очень талантливым человеком, которого впускали практически на съемочную площадку как документального персонажа, он был единственный из тех, кто не знал, что в деталях будет происходить, и реагировал моментально, и конечно, талантливо необычайно. Посмотрим, может быть, придумаем что-то. Но используем, прежде всего, его стороны личности, которые соответствуют характеру канала, любящего юмор, иронию, но не переходящего далеко за рамки вот этого жанра.
К. ЛАРИНА — Теперь хочу вас порадовать. Хотя, может, и расстроить. Очень много пенсионеров обиженных нам пишут, что вот мне 75, а я смотрю СТС, мне далеко за 50, а я смотрю
А. РОДНЯНСКИЙ — Я счастлив! Мы очень пробуем сделать так, чтобы смотрели люди старше 50 лет. Но просто если исходить из статистики, из того, что мы получаем, то, скажем, прирост аудитории, а он везде, она растет, скажем, аудитория 18-45 у нас произошел рост в 40% — очень много. А в аудитории старше 50 лет это всего 20%. Для нас это неудачно. Это значит, что аудитория эта, скажем, немного в массе сторонится. Это не означает, что не смотрит. Я считаю, что кино на СТС — это очень сильное место, и сегодня оно становится все более качественным, разнообразным. Его можно смотреть людям любого возраста, всегда можно найти что-то любопытное. И будет это продолжатся, появится еще, ну, не в чистом виде, то, что арт-хаус называется, кино, такое фестивальное, но нечто, то, о чем говорят, это очевидно. Я думаю, что такие юмористические программы как «Осторожно, модерн!», которые смотрят значительно более широкая часть аудитории. Но при этом мы отдаем себе отчет, что все равно отношение у нас, прежде всего, выстроено с чуть более молодой аудиторией.
К. ЛАРИНА — А новогодняя программа будет у вас оригинальная?
А. РОДНЯНСКИЙ — Нет, в этом году конечно же не будем делать оригинальную программу, большую, потому что было бы по меньшей мере странновато в новогоднюю ночь, когда все по привычке, по традиции включают первый канала и РТР, будут смотреть за соревнованием, как всегда, переключая с одного голубого огонька на другой, кто же сделал его получше, или просто определяясь по симпатиям, выискивая любимые песни и исполнителей, в этой ситуации было бы странновато еще включиться СТС в конкуренцию. Нет, у меня есть своя специфическая форма борьбы. Например, на СТС есть то, чего нет на других телеканалах — есть т.н. марафоны, когда весь день посвящается определенной программе, жанру. Например, 1 января на СТС «зачарованный» день. У нас же удивительно удачно идет сериал «Зачарованные», и снова продолжение его появляется в эфире. И у нас 1 января будет несколько серий подряд, практически весь день, некий замечательный фильм такой, очень легкий для 1 января. Например, «Семейка Адамсов». А 2 января у нас отсутствует на канале, потому что у нас есть 33 декабря, т.к. мы показываем «33 квадратных метра», опять же такой брэнд СТС, ОСП — очень важная сейчас часть программирования СТС
К. ЛАРИНА — Они что-то новенькое придумали?
А. РОДНЯНСКИЙ — Многое! В этом году будет 25 новых серий «33 квадратных метра», они делают регулярную программу в эфире СТС, на мой взгляд, очень неплохую, а часто вообще замечательную. Кстати, вот это будет отдельным новогодним проектом. Он просто не будет в 12 часов ночи, он будет 31 декабря. Т.е. иными словами, разные телевизионные придумки и проекты появляются в эфире. Но опять-таки, мы действуем на противоходе, на контрпрограммировании, мы пытаемся найти нишу, свой собственный, очень непохожий на каналы-лидеры ответ на запросы аудитории. И никогда не будем пытаться включаться в соревнование аналогичными методами и жанрами.
К. ЛАРИНА — Читаю с пейджера: «Меня зовут Александра. С сегодняшнего дня я пульт от ТВ ношу с собой, потому что поняла, что все, что есть худшего в моем 7-летнем внуке — это влияние просмотра программ СТС. Мультфильмы импортные с голосовыми искажениями, безобразие, что в дневное время, когда смотрят дети, идут зарубежные фильмы, в которых обсуждается потеря девственности и постельные сцены. Учатся мату из программы Нагиева». Мне понравился замечательный выход из положения — пульт уносить из дома!
А. РОДНЯНСКИЙ — Это хорошо. Единственное, что программы Нагиева с матом — это не канал СТС.
К. ЛАРИНА — А он где-то ругается на другом канале?
А. РОДНЯНСКИЙ — Он ругается на ТНТ, там идет программа «Окна», у нас ее нет. А что касается зарубежных мультфильмов, дело личное. Честно говоря, есть много удачных.
К. ЛАРИНА — «Будете ли вы показывать дальше фильмы старого Голливуда? Лидия»
А. РОДНЯНСКИЙ — Да. Мы вообще относимся с уважением к старому Голливуду и с пониманием разных периодов его развития. Конечно, будем и старого Голливуда, и нового. У нас вообще с кинобиблиотекой сейчас очень удачно.
К. ЛАРИНА — «Читала, что вы хотите пригласить на свой канал С. Сорокину. Это так? Лариса»
А. РОДНЯНСКИЙ — Нет, при огромном уважении к Светлане, боюсь, мы не нашли бы для нее программы, достойной ее таланта и проявления привычного вкуса в ТВ. Мы все-таки по-прежнему останемся каналом не политическим, очень далеким от общественных политдискуссий. Думаю, что Светлана Иннокентьевна будет работать на другом канале.
К. ЛАРИНА — «У вас очень славный канал, вы даже позаботились об умственно отсталых — их балует Вася. Помилуйте, зачем вам это чудо в перьях? Отдайте его обратно на MTV! Ей богу, клякса хуже Кушанашвили. Мнение это не единично. Уровень ваш понижается из-за вашей любви к Васе. Ольга» — это Вася Стрельников, да?
А. РОДНЯНСКИЙ — Да и программа «Вася ин да хаус». Если честно, она по цифрам идет не столь удачно. Она ниже средних по каналу. Но мне лично, когда я ее смотрю, она представляется необычайно интересной! Он уникальный в известном смысле ведущий, с совершенно особой, характерной только для него интонацией и способом разговора. И даже внутри канала несколько моих близких друзей и коллег тоже не разделяют моей симпатии к этой программе и к Стрельникову, но, тем не менее, мы считаем, что ТВ должно быть разным. Кто сказал, что оно должно всем нравится или даже тем, кто его делает? Это бесспорно полноценное общение, бесспорно интересный диалог. И кроме того, он очень развивается. Посмотрите в начале, в сентябре, и сегодня — 2 совершенно разных программы.
К. ЛАРИНА — Но еще не поздно развиваться?
А. РОДНЯНСКИЙ — Я думаю, нет. Он хорош. Я бы не стал недооценивать.
К. ЛАРИНА — «Правнук смотрит СТС, особенно любит «Полшестого» и фильмы. Я смотрю с ним и знаю, многие пожилые люди смотрят. Не планируете ли повернуться лицом к пожилым людям, сделать хоть одну программу для них?»
А. РОДНЯНСКИЙ — Очень стараемся. Мы никак не попадаем просто. У нас есть в планах некая большая программа, которая должна, на самом деле, по идее, как это все мечтают на ТВ, объединить аудиторию. Но это очень общий ответ. На самом деле, есть проект, который сумеет, пожалуй, если получится, заинтересовать и аудиторию постарше. При этом не отпуская для нас важную целевую.
К. ЛАРИНА — Очень много вопросов по конкретным сериалам: будет ли продолжение «Черный ворон», «НЛС», «Зачарованные»?
А. РОДНЯНСКИЙ — «НЛС» — будет продолжение точно, это делается для канала СТС, новые 16 серий будут готовы в апреле, и они очень успешные, насколько мы понимаем. Больше того, мы показали первую серию из 16 уже в декабре, просто как бы анонсировали. «Черный ворон», при всей симпатии к сериалу, никогда не шел и не пойдет на СТС, он немного не соответствует нашему облику, он идет на данном этапе на НТВ. Насколько я знаю, продолжение будет, могу сказать точно. «Зачарованные» — будет продолжение обязательно. Это важнейший для нас сериал.
К. ЛАРИНА — Алексей спрашивает, почему в России нет украинского канала «1+1»? Планируете ли вы организовать показ его в ближайшем будущем?
А. РОДНЯНСКИЙ — «1+1» распространяется в Украине, т.е. на 50 млн. украинцев, не спутниковым образом, потому что метровый канал, унаследовавший советскую систему распространения сигнала, т.е. у него 550 передатчиков. И поэтому поймать его в России на спутник практически пока не возможно. Для этого «1+1» должен выйти на спутник. Это произойдет в следующем году, наверное. Просто специально, чтобы его смотрели за пределами Украины.
К. ЛАРИНА — Мне бы хотелось немного про вас лично поговорить. С чего начинался телевизор в вашей жизни? И что вам интересно в сегодняшнем ТВ?
А. РОДНЯНСКИЙ — Начинался с кино. Я всегда занимался кинематографом. Всегда — это имеется в виду, что я родился на территории киностудии
К. ЛАРИНА — Сколько вам лет?
А. РОДНЯНСКИЙ — Мне 41 год. Я — какое-то энное поколение кинематографистов. Больше того, родился на территории студии документальных фильмов. Я с самого детства знал, что документальное кино интереснее игрового.
К. ЛАРИНА — Родители там работали?
А. РОДНЯНСКИЙ — Да. Все, и дедушки, и бабушки. У меня такая длинная семейная история, причем с начала 10-х годов, семейная. Т.е. у нас домашняя фототека уникальна. Дедушка мой был и журналистом, и документалистом, и имел отношение к большому количеству документальных проектов, то есть феерические совершенно персонажи, начиная от Мишки Япончика
К. ЛАРИНА — Друзей.
А. РОДНЯНСКИЙ — Конечно, такой, домашний. Поэтому к документальному кино я относился всегда необычайно серьезно, и поверьте, не как к функциональному инструменту освещения окружающих событий. Я для себя всегда знал, что это такая дневниковая форма отношения с миром, такой способ выяснения отношений с самим собой. Поэтому я работал, мне очень повезло в жизни, на лучшей киностудии в СССР, она была расположена в Киеве, называлась «Киевнаучфильм». Это была уникальная совершенно ниша, в которой на протяжении лет 40 существования киностудии не сделали ни одного идеологического фильма, в коридорах которой обсуждались книжки, и ходили все вместе, принимали замечательное кино. Когда в 1972 году мой учитель великий, режиссер-документалист Феликс Соболев сделал фильм «Я и другие» о психологии конформизма. И в этом смысле мне очень повезло. В 1991 году, когда уже заканчивалась перестройка, во время которой и случилось для меня самый важный период кинематографической карьеры, когда я, увлеченный всем, чем были увлечены очень многие в неигровом кино, сделал несколько фильмов, имевших некий резонанс, прежде всего, таких публицистических, связанных и с некими историческими обстоятельствами, там, «Миссия Рауля Валленберга» или экологическими протестами, «Усталые города», или чуть более широкими такими не столько аналитическими, сколько такими эмоциональными рефлексами на события, скажем, «Прощай, СССР!». Они имели некий резонанс, некую репутацию, то в связи с распадом СССР, естественным разрушением киноиндустрии, прежде всего, неигрового кино, я принял предложение немецкого общественного телевещателя ZDF — это крупнейшая телекомпания в Европе, на которой потом работал 5 лет, делая телефильмы, документальные сериалы для прайм-тайма, в основном, связанные с историческими обстоятельствами, шпионами, двойными агентами, Гитлером, всем, чем хотите. Вот так я попал в телевидение. А затем, т.к. эти несколько лет в Украине я бывал редко, то в конце 1994 я с интересом обнаружил просто элементарным образом — мне начали звонить и приглашать, что в Украине изменилась некая политическая ситуация. Там появился новый президент, новая некая команда. И вдруг начали отдавать себе отчет, что некое независимое государство нуждается в новом ТВ. И в 1995 году небольшой группой людей, с которыми я всегда был близок, группой друзей из кино, которых тогда было чуть больше 20 человек, появилась компания «1+1», которая начала свою деятельность минимальными деньгами в 3-комнатной с разбитым паркетом квартире и старым «Жигуленком» с водителем, которого наняли. Но уже через 1,5 года это был канал. Совершенно удивительно, эта история произошла как в сказке, потому что у нас было много энергии. Мы подписали договор с  первым украинским государственным каналом, который позволял нам программировать и делать ТВ в рамках первого, очень провинциального и очень отсталого, и очень проигрывавшего тогдашнему Останкино — тому каналу, который был до появления ОРТ на первой кнопке. Проигрывавшему невероятно, т.е. у первого украинского канала доля аудитории в Украине была 7%, а у российского была 70%. Естественно, мы отдавали в этом отчет искали некие способы. Вот этим способом побороться и стал «1+1», который перейдя на Т1, уходя через 1,5 года имел долю аудитории в 35%. Но вот через полгода это уже случилось, нашего успеха. Как бы это притянуло моментально все то живое, что было в Украине, ярких и разных, очень талантливых людей, которые считали, что украинское ТВ — это не обязательно шароварное, провинциальное, отсталое и немодное. Это была такая своего рода идея украинской альтернативы, как мы называли. И вот через год появился большой американский концерн, которым владеет Рональд Лаудер, сын Эсти Лаудер, владелицы косметической империи — очень известный меценат, благотворитель, такой неожиданный очень человек, который инвестировал в «1+1». И вот уже с 1 января 1997 года это оказался самостоятельный канал, на собственной частоте, в один день перейдя с государственного канала на свой собственный, 35% аудитории переключились вместе с нами. И вот до сих пор это так и остается. Т.е. это совершенно другое, непохожее на СТС ТВ, которое делает всякие разные жанры, от дебатных и дискуссионных шоу, очень сильных, респектабельных новостей, до драматических сериалов, которые мы делали, как правило, с «Медиа-Мостом» или для «Медиа-Моста», т.е. для старого НТВ — «День рождения Буржуя», например, или «Ключи от смерти», кино, которые мы делали вместе с моим другом и коллегой, который сейчас работает руководителем кино— и телесериального производства СТС Игорем Толстуновым — «Восток-Запад», «Две луны, три солнца». Много сделали. И естественно, мультипликация, все, что хотите. Вот так и случилось, так я оказался на ТВ.
К. ЛАРИНА — Но вы не тоскуете по документалистике?
А. РОДНЯНСКИЙ — Очень тоскую. И если бы меня спросили, что я смотрю по ТВ, то я смотрю, как правило, документальные программы, документальное кино. Для меня в известном смысле СТС своего рода очень неожиданное и очень сильное психологическое испытание. Т.е. смогу ли я сделать ТВ вообще без документального кино, потому что, на самом деле, оно очень далеко, СТС, по системе координат своих, от того, что я понимаю под документальным кинематографом. Конечно, тут можно делать журналистские жанры, и нужно делать, но они должны быть совершенно другие. Но т.к. тот мне более-менее понятен был, я все-таки 7 лет занимался одним ТВ, то я как бы для себя принял это решение как бы из профессионально-человеческого интереса. Продолжать вращаться по тому же кругу было не очень любопытно, а это совершенно другой вызов. Тем более, там — канал-лидер, очень признанный, уважаемый, а здесь есть пространство роста. И это очень интересно.
К. ЛАРИНА — Менеджер не побеждает вас — художника?
А. РОДНЯНСКИЙ — Я убедительно каждый раз пытаюсь отвечать, что это не противоречит. Но, честно говоря, я считаю, что в моем случае я пытаюсь оставаться все-таки режиссером. Для меня менеджмент канала — такого рода социальная режиссура. Так или иначе, мы же выстраиваем разные отрезки эмоциональных отношений с аудиторией, где-то чуть отпускаем, где-то чуть подымаем, где-то пытаемся бороться, где-то вызывать пытаемся резко эмоциональную реакцию. Где-то у нас кульминация, где-то развязка. В известном смысле ткань программирования канала — это как бы большой фильм. И я к этому отношусь как к очень специфическому, но все же творческому процессу.
К. ЛАРИНА — Большое спасибо! Нашим гостем был Александр Роднянский, генеральный директор канала СТС. И т.к. до Нового года 10 дней осталось, давайте, ваше обращение к народу!
А. РОДНЯНСКИЙ — Я уже для себя определился, что желаю я себе, своим близким и тем, кто нас сейчас слушает, вещей, о которых никто из нас не догадывается. Я желаю очень приятных неожиданностей, того, что мы не планируем. Ведь то, что мы планируем, мы к этому внутренне мысленно и эмоционально готовы. И вот то, что произойдет неожиданно, незапланированно, будет самым приятным. Вот этого я желаю! Чтобы это было почаще и чтобы приятные неожиданности нас радовали. А неприятных не было бы вообще. Так что с Новым годом!

Комментарии

0

Пожалуйста, авторизуйтесь или зарегистрируйтесь, чтобы оставить комментарий.

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире