'Вопросы к интервью

О. Бычкова 21:06 в Москве, у микрофона Ольга Бычкова. Добрый вечер. Мы меняем нашу сегодняшнюю вечернюю программу в связи с теми событиями, с новостями, которые приходят из Турции – вы уже слышали, что убит российский посол в Анкаре. Информация поступает буквально каждую минуту, каждые 15 минут у нас в ближайшем часе, как минимум, краткие выпуски новостей. Мы сейчас будем внимательно смотреть, что там происходит, что думают разные эксперты, политики, дипломаты по этому поводу. И ближайший эфирный час мы будем заниматься освещением этой темы.

В студии сейчас у меня Алексей Венедиктов, главный редактор «Эха Москвы» — добрый вечер тебе.

А. Венедиктов Здравствуй.

О. Бычкова Который, так вышло, что как раз вот именно сегодня вечером находился на приеме в Российском Министерстве иностранных дел, только что оттуда приехал, и, в общем, видел, как поступала информация в российский МИД, и как реагировало российское дипломатическое ведомство. Ну, рассказывай.

А. Венедиктов Надо отметить, что главная история была в том, что буквально ровно за 3 минуты до поступления первой информации о том, что в российского посла стреляли в Анкаре, как раз министр иностранных дел Сергей Лавров, с которым мы стояли, рассказывал о том, что на завтра намечены переговоры между ним и турецким и иранским коллегами, и также приезжают министр обороны Турции и министр обороны Ирана на переговоры с Шойгу, а затем, возможно, переговоры в шестерке.

То есть, это очень серьезные военно-дипломатические переговоры, которые должны были быть по Сирии, безусловно, и буквально через 3-5 минут, как Сергей Лавров ушел, зазвонили телефоны, вернее, посыпались смски у многочисленных представителей замминистров, начальников департаментов и журналистов, главных редакторов, которые там были, о том, что вот стрельба в Анкаре, и ранен (сначала это было ранен, а потом тяжело ранен) наш посол Андрей Карлов.

Это такая была история совершенно неожиданная – только что мы говорили о визите турецкого министра, и вот буквально на наших глазах начинает разворачиваться эта трагедия. Тем более, что информация поступала, как обычно поступает информация, отрывочная, и дипломатам, и нам. И на самом деле буквально через 5 минут вдруг стало понятно, что раненого посла не могут эвакуировать, и когда мы начали бегать, и я начал бегать и искать людей, который бы могли мне объяснить – там были люди, которые занимаются Турцией профессионально, в МИДе, оказывается, что там все не закончилось в одночасье.

Ведь как пришла информация? Стреляли в посла, нападавший убит, и дальше что? Ну, давайте эвакуировать, да? Не эвакуируют. Почему? Потому что там идет стрельба, потому что, видимо, нападавший был не один. И пока подтягиваются турецкие силы безопасности – а мы знаем, как турецкие силы безопасности проводят зачистку, да? Они проводят зачистку, и я видел на некоторых кадрах – я не знаю, публиковало ли их российское телевидение, что там не одно тело, нашего посла, то есть, было видно, как посол лежит…

О. Бычкова Да, там фотография есть, да, что там кто-то еще.

А. Венедиктов И на этот момент, когда я уезжал из МИДа, 20 минут назад, вроде бы четверо было погибших.

О. Бычкова Сообщали о том, что погиб посол, и еще 3 человека, не имеющих отношения к российскому посольству. Вот такое было сообщение.

А. Венедиктов Поскольку выставка открывалась российским послом, там интересно, кто не имеет отношения. Не имеет значения. Значит, первый вопрос, естественно, шло две линии, выжил Андрей или нет – я говорю «Андрей», потому что я его знал, когда он был директором консульского департамента МИДа, чтобы вы понимали, это человек, который занимается, в частности, визами, и когда какого-то журналиста не пускают в ту или иную страну по каким-то причинам неожиданно, то мы все шли к Андрею и говорили: слушай, у меня там парень, его, там, не пускают с Ливан, или его, там, не пускают в Германию – не важно, да? И Андрей, несмотря на то, что он, конечно, бюрократ был (был – говорю я) и дипломат-бюрократ, я не помню отказа, чтобы он даже там любимому ТАССу, нелюбимому, предположим, «Эху» отказывал. Он был очень расположенный человек и очень профессиональный человек, я хочу сказать, очень профессиональный человек.

И его действия во время путча против Эрдогана, я знаю, что и в МИДе, и в Администрации президента вызывали только похвалу, потому что информация поступала очень точная и ясная. Это был профессионал.

И первая история была, когда посмотрели покадрово выстрелы – они есть, мы живем в прозрачном мире. Была одна камера, которая снимала, был телефон, вернее, который снимал, кто-то снимал на телефон, и видно, как пуля входит в спину, и удар – ну, видно – и он так оседает. Это сейчас показывают все каналы, включая российские каналы, на нашем сайте, наверное, можно это посмотреть. И мне люди, которые со мной стояли, имели опыт, были в охранении, скажем так, они сказали: ну, это скорее несовместимо с жизнью. Это было еще неизвестно, а потом турецкие медиа, а потом арабские медиа стали говорить о том, что он погиб.

И я хочу обратить внимание наших слушателей, что это первый посол после графа Мирбаха в 1918 году, российский посол, советский посол, который погиб. Не первый, который подвергся нападениям, есть целая справка о том, как российские послы, советские послы подвергались нападениям, но никто не был убит, и теракты – вот это теракт абсолютно очевидный, да? Он был совершен, и посол был убит, это было понятно, извините меня, полтора часа назад.

О. Бычкова Я тебя прерву буквально на секунду. В пятницу Совет Федерации будет обсуждать. А сегодня у нас что?..

А.Венедиктов:Версии, которые возникли с самого начала, они лобовые. Это либо курды, либо это игиловцы

А. Венедиктов Что они будут обсуждать?

О. Бычкова Ситуацию.

А. Венедиктов Я хочу вам сказать… да не в этом дело, а дело в том, что вот на что я не получил ответ, хотя я говорил с людьми. Значит, два дня идут антироссийские манифестации в Стамбуле и в Анкаре, массовые. Усилена охрана посольства. Усилена охрана посольства и по внешнему контуру, то есть, со стороны турецких сил безопасности. Не знаю, усилена ли наша. И посол выезжает на открытие выставки без охраны, у него один водитель и, по-моему, один помощник. И вот люди, которые там стояли с оружием, это были турецкие полицейские.

О. Бычкова Там видно, человек с оружием.

А. Венедиктов Это человек с оружием, который его застрелил. Я говорю об охране. Как можно было, объясните мне, как можно было после того, как массовые манифестации и усилена охрана посольства, не усилить охрану посла, который выезжает в город?

Я хочу сказать, что именно на этом погорела Хиллари Клинтон на выборах, когда в 2012 году был убит в Ливии террористами посол США в Ливии Стивенс, именно эта история, где была, скажем, открыта почта, и в почте было написано, что он просил усиления охраны, ему Госдеп отказал. Не Хиллари, это не дошло даже до Хиллари. Но, тем не менее, не выделили денег, не усилили охрану – он просил, его убили, а он просил охраны, потому что это была Ливия.

Послушайте, ну, я не знаю, просил ли (или у нас не принято?) Карлов охраны, но, слушайте, если там идут массовые манифестации, если посольство России находится, ну, если не в осаде, то, во всяком случае, под напряжением, как это можно было сделать? Раз.

И второй вопрос, конечно, это личность убийцы-террориста. Это турецкий полицейский. Он полицейский, он был там, как бы это сказать, с оружием исполнял свой долг по охране.

О. Бычкова Нет. Сообщают, что он был уволен, по крайней мере, вот сейчас идут сообщения с турецкой стороны, что он был уволен из полиции в связи с тем, что там был связан якобы с какой-то террористической организацией.

А. Венедиктов Что значит?..

О. Бычкова Он не был при исполнении, говорят.

А. Венедиктов Ты не услышала меня. Он прошел туда как полицейский, принес оружие как полицейский по удостоверению полицейского. Это значит, что он полицейский. А если бы он был уволен по подозрению в терроризме, он бы там сидел у Эрдогана или валялся в каком-нибудь канале расстрелянный.

О. Бычкова Ну, что сообщают.

А. Венедиктов Это сейчас турки отмазываются.

О. Бычкова Конечно. Очень похоже на то.

А. Венедиктов Это турки отмазываются. То есть, он мог быть уволенным, но быть из тех, кого зачистили. Но если переведут его речь, я надеюсь, что знающие турецкий язык переведут его речь, мы увидим, что все не так просто.

О. Бычкова Мы сейчас прервемся на пару минут, Владимир Варфоломеев с очередным выпуском кратких новостей по последним событиям, и затем продолжим обсуждать эту ситуацию.

НОВОСТИ

О. Бычкова: 2118 в Москве, у микрофона Ольга Бычкова. Алексей Венедиктов вернулся из российского МИДа. И мы говорим о том, какая сейчас в Москве реакция на убийство российского посла в Турции. Чуть позже мы сделаем один-другой телефонный звонок из прямого эфира. Итак, ты остановился на том, что этот человек был полицейский.

А. Венедиктов Смотри, версии, которые возникли самого начала, обсуждались там в кулуарах МИДа, такие, они лобовые. Это либо курды, либо это игиловцы. Ну, это месть за Сирию, сирийцы, условно говоря, да?

О. Бычкова Ну, да.

А. Венедиктов И, собственно говоря, мы видели эти демонстрации антироссийские турецкие, это же не игиловцы и не курды были. Судя по картинке, которая есть и судя по тому, что сейчас продолжает поступать, это ни то, ни другое. Если этот человек стал жертвой чистки эрдогановской летом этого года, это значит, что он принадлежит скорее всего к светским офицерам, к тем людям, которые совершали переворот или попытались совершить переворот, это люди, которые не религиозные, а наоборот, боролись с религиозным фанатизмом. Это скорее всего тогда месть за поддержку Эрдогана. Скорее всего.

О. Бычкова Но он будто бы кричал про Сирию при этом.

А. Венедиктов Вот не пойми чего, значит, последний крик, который я слышал у него и разобрал, это был «Аллах акбар», то есть, он мусульманин.

Но теперь самое главное. Еще раз, давайте поговорим цинично. Завтра должны были бы начаться переговоры. Какова была суть этих переговоров? Если мы посмотрим на игроков, которые должны были приехать: Иран – министр иностранных дел и министр обороны, Турция – министр иностранных дел и министр обороны и Россия – министр иностранных дел и министр обороны, то, говоря грубо, это закрепление фактического раздела Сирии, да? Это такая «Потсдамская конференция» без коалиции той. Вернее, западную коалицию представляет Турция. Возникает вопрос: а что с курдами? С ИГИЛом понятно – бороться с ИГИЛом, там, с другими террористическими организациями. Возникает вопрос: что делать с так называемой умеренной оппозицией, которая продолжает контролировать треть страны? И это должны были быть, ну, если не сказать, судьбоносные переговоры, но я говорю, это попытка «Потсдамской конференции» и раздела или передела в данном случае Сирии.

А.Венедиктов:Турки сейчас выглядят виноватыми, и их уступки должны быть больше

Сегодняшний теракт, если и он не ставит под вопрос визита, может быть, визит и состоится, но он резко ослабляет позицию Турции и коалиции, в которую входит Турция. Понятно, да? Турки сейчас выглядят виноватыми, и их уступки должны быть больше. И я абсолютно уверен, что на этих переговорах – политика циничная штука – Иранцы и российские министры будут поджимать Турцию в этом ходе. Она виновата, и она виновата, потому что на самом деле что бы я ни говорил про охрану посольства и про мадам Клинтон и, соответственно, ответственность наших спецслужб по защите наших посольств, все-таки за безопасность дипломатов в стране пребывания отвечает страна пребывания.

Меня просто поражает, насколько, при всех терактах, которые в Турции последние 3 дня, при всех антироссийских демонстрациях, которые в Турции последние 3 дня, вот это стало возможным.

Есть еще одна деталь, на которую я обратил бы внимание ваше. Вот ты говоришь: он не полицейский, да?..

О. Бычкова Это турки говорят.

А. Венедиктов Нет, секундочку, мы видим кадры: стоит посол у микрофона, за ним никого, и только в углу стоит человек с пистолетом, который как бы его охраняет. Он смотрит в зал. И он стреляет ему в спину. Именно этот человек, единственный, если он ложный с пистолетом, вопрос: а где остальные полицейские, которые видят, что он не в их команде? Эта история очень дурно пахнет, я тебе должен сказать. Я бы, извините за цинизм, сказал, что она очень своевременна для многих игроков.

О. Бычкова Сейчас перечислишь игроков…

А. Венедиктов Я перечислил их.

О. Бычкова … только сообщение Интерфакса срочное: Мария Захарова обращается в Совет безопасности ООН, призывает к честному откровенному диалогу, чтобы террористы поняли, что никогда не останутся безнаказанными.

А. Венедиктов Вы меня извините, конечно, не Мария Захарова, а Россия обращается все-таки, заявляет обращение.

О. Бычкова Ну, понятно. Москва.

А. Венедиктов Насколько я понимаю, президенту доложено, он должен был встречаться сегодня с бизнесом, он, наверное, и встречается с ним, идет встреча. Но ему докалывается в режиме реального времени, это просто я знаю, скажем так.

Возвращаясь к геополитической истории, все остальные – давай во второй половине часа все вызвоны – я закончу сейчас. Там все: Жириновский в 35 минут, который, кстати, как вы помните, очень всегда занимался Турцией. Это не потому, что Жириновский. Потому что он кое-что понимает в этом. И турецкие журналисты у тебя будут в эфире.

Я просто хочу обратить ваше внимание на своевременность этой истории. Игроки – я тебе сказал, игроки – это Иран, это Асад, это турки и это Россия. Вот в этой конфигурации. В этой истории нет ни западных стран, ни Европы, ни США, ни Саудовской Аравии, ни арабов – никого. Это история завтрашних переговоров, она такая. И в данном случае, повторю для наших слушателей, если вспомнить убийства российских послов вообще за последние 200 лет, они всегда становились предлогами для чрезвычайно тяжелой ситуации. Это, конечно, Грибоедов, о котором мы с тобой говорили, да?

О. Бычкова И Мирбах.

А. Венедиктов И Мирбах, да, убийство которого чуть было не привело к срыву Брестского мира, и от этого пострадала Россия.

Но, конечно, ситуация ужасна со всех сторон. Я весьма советую вам посмотреть и следить за завтрашними переговорами, если они состоятся. Потому что, конечно, это обратка от Сирии. Ну, конечно, это обратка от Сирии. Но это правда, но это не вся правда, очевидно. И это никакой не заговор, имея ввиду, как легко и непринужденно было совершено это убийство, этот террористический акт, совершенно, там, в спину безоружного беззащитного дипломата, да? Это не военных обстреляли, которые с оружием могли ответить.

О. Бычкова И не устроили спецоперацию, ворвавшись, условно говоря (не дай бог!), в посольство…

А. Венедиктов Да-да-да, на захватили в заложники…

О. Бычкова А выбрали подходящий момент просто.

А. Венедиктов То есть, на самом деле все мы понимаем, что открывание выставки, да, оно публичное или полупубличное, да, и не надо было готовиться как к 11 сентября, но это, повторю, это чрезвычайно осложняющее всю историю – извините опять за цинизм, потому что я понимаю, что для многих Андрей Карлов был безликим человеком, ну, посол в Турции – ну, посол в Турции, но, конечно, дипломатические работники, которые таким образом не защищены в странах с высоким уровнем риска, я думаю, что вот Совет Федерации, который там собирается, он должен тоже, там Константин Косачев, затребовать в бюджете отдельной строкой – вот то, на чем погорела Хиллари Клинтон – а он должен затребовать усиления средств, выделения денег на охрану посольства в этих странах, усиления контингента внутреннего представления, личной охраны посла, которой нет, между прочим, в некоторых странах.

В частности, в Турции, мне говорили: у него нет охранников, есть охрана посольства. Я говорю: подождите, ну, как? Я же знаю, здесь в Москве послов, я знаю, Москва – не самый страшный город, но я знаю послов, которые, там, условно, в Израиле. Ну, все ходят с охраной, ну, потому что военная ситуация. И в Турции в столице военная ситуация. Массовые манифестации, недавно была попытка переворота. Ну, нет – удивительная история!

О. Бычкова Удивительная история.

А. Венедиктов Для меня это история – конечно, может быть, не об этом я сейчас говорю, но надо предусмотреть защиту дипломатов. Я тебе должен сказать, что американцы очень сильно на этом погорели.

О. Бычкова Сейчас я видела сообщение, некоторое время назад, о том, что американцы закрыли сейчас свое посольство на всякий случай.

А. Венедиктов Да, закрыли посольство, не моргнув глазом.

О. Бычкова Сказали: там стрельба, а это посольство находится рядом с тем местом, где все это произошло.

А. Венедиктов Ну, в общем, правильно.

О. Бычкова Ну, конечно.

А. Венедиктов Если мы сейчас правильно понимаем, идут манифестации в Стамбуле у нашего консульства у российского, там тоже есть мирные беженцы, а есть не мирные беженцы, а есть люди, которые записали на счет России бомбежку Алеппо. Мы сейчас не говорим, правильно это или нет, была ли бомбежка российской, мы говорим о том, что эти люди так считают, и эти люди вооружены. Это страна, напичканная оружием.

Я могу предположить, последнее, что я хочу тебе сказать, что Эрдоган скорее всего обвинит в этом вот этих вот бывших заговорщиков, которые хотят поссорить Россию и Турцию…

А.Венедиктов:Эрдоган скорее всего обвинит в этом бывших заговорщиков, которые хотят поссорить Россию и Турцию

О. Бычкова Уже было, что уже якобы этот так называемый полицейский – мы не знаем, кто это, убийца – он был связан с организацией вот этого Гюлена, который сидит в Штатах, и на которого сваливают сейчас вину за все.

А. Венедиктов И может быть, это вообще и Штаты виноваты, чтобы сорвать?..

О. Бычкова Ну, разумеется.

А. Венедиктов А что нет-то? На самом деле, надо понимать, что, конечно, сейчас все стороны очень цинично – включая российскую – будут, я бы сказал, и должны использовать убийство Андрея Карлова, российского посла в Анкаре в своих целях. Вот чтобы не было никаких сомнений. Мы будем возмущаться, хлопать руками, все правильно, да, там, стучать кулаками, возмущаясь этому цинизму, но так будет, потому что это очень циничная политика.

Так вот, возвращаясь к тому, что я говорил. Завтра – день индикации, будут переговоры – не будут переговоры, какой будет результат этих переговоров, что будет выдвинуто в этом, насколько Андрей Карлов станет… как это сказать, жертвой, принесенной на мирный алтарь в Сирии. Насколько этим воспользуются разные игроки, насколько наоборот это возможная провокация, для того чтобы разжечь дополнительно эту историю.

Ну, и про Эрдогана я даже не сомневаюсь, ты знаешь, я думаю, что скорее всего он скажет: вот это он, как он на летчика, который сбил тот самолет, он сказал: ну, как же, он же среди заговорщиков, они все хотели специально.

О. Бычкова Сразу же.

А. Венедиктов Нет, когда заговорщики стали, не сразу же. Сначала, сразу же: не отдам. А потом, когда случился заговор, он сказал: нет, он же заговорщик! И этот будет заговорщиком, и еще кто-нибудь будет заговорщиком. Не решит проблему, это главная беда.

Я думаю, что ты дальше проведешь канал, там у тебя много всяких героев.

О. Бычкова Да, дальше мы ждем тут несколько вызвонов и экспертов в прямом эфире «Эха Москвы».

А. Венедиктов А я пошел смотреть, надо ли его продолжать за 10-ю часами.

О. Бычкова Давай, решим там дальше, что будем делать. Сейчас краткие новости с Александром Климовым.

НОВОСТИ

О. Бычкова: 2136 в Москве, у микрофона Ольга Бычкова, добрый вечер, мы продолжаем, изменив нашу сегодняшнюю вечернюю сетку вещания, следить за новостями из Турции и из Москвы, разумеется. Все это связано с убийством российского посла в Турции.

И прямо сейчас мы обсудим эту ситуацию с лидером ЛДПР Владимиром Жириновским. Владимир Жириновский был и, собственно, является специалистом по Турции, много занимался Турцией, знает, что там происходит. Владимир Вольфович, здравствуйте.

В. Жириновский Добрый вечер.

О. Бычкова Главный вопрос к вам: каким должен быть российский ответ теперь?

В. Жириновский Ну, здесь обычно история международных отношений, дипломатическая практика, убийство посла – это самый тяжелый удар по отношениям между этими странами. То есть, любая страна может объявить войну той стране, где убит посол. Так было в практике, скажем, XIX век, частично XX.

Сейчас другие времена, и Турция с нами войну не ведет, поэтому, это чисто провокация тех сил – это в основном западные спецслужбы – чтобы не допустить сближения между Турцией и Россией. И подгадали специально вот под возможный визит Эрдогана в Москву. На один день он в декабре хотел приехать, он лично мне об этом говорил, и в январе большой его визит, и заключение больших межгосударственных договоров.

Турция готова пойти на расчеты в национальной валюте, наши туристы будут с рублями ездить в Турцию, любые там товары приобретать. То есть, резкое изменение отношений между двумя странами, в перспективе Турция могла выйти из НАТО, она уже сейчас делает заказы для своей оборонной промышленности на наших военных заводах.

Вот завтра должна быть встреча министров иностранных дел и министров обороны Турция – Россия – Иран. То есть, можно не только резко улучшить отношения между Россией и Турцией, но и создать союз пока трех государств, а потом и пяти, Россия, Турция, Иран, и навести порядок на Ближнем Востоке, чтобы там не было террористов, и прекратилась гражданская война.

Вот это определенным центрам не нравится, это может быть даже месть уходящего президента США. Вот ему не удалось свой вариант по Сирии провести, а у них много своих спецслужб в Турции, и сейчас там после попытки переворота 15 июля было уволено 37 тысяч – офицеры полиции, армии, судьи и так далее. Все они, конечно, обозлены, все они находятся в заключении.

О. Бычкова Но, может быть, там нужно искать обиженных, а не в Америке?

В. Жириновский Так вот, турок это обиженный, он закончил полицейскую академию, и его летом уволили, как сопричастного к попытке переворота. А организатор переворота – Гюлен, проповедник. Он сидит в Америке и руководит всем этим делом. Поэтому, и Турция, рядом Сирия, полно беженцев. То есть, самая опасная зона сегодня – это в Турции, поскольку она и внутри была попытка свергнуть действующую власть, и рядом Турция, 3 миллиона беженцев на территории Турции.

Это, конечно, осложняет обстановку. Но турки хотят дружить с Россией, и не просто какой-то обычный обмен любезностями, а резкий поворот от прозападного курса к промосковскому, на север. Турция на север поворачивается.

О. Бычкова Но тем не менее это турки допустили, то есть, турецкие власти, допустили, что российский посол оказался практически беззащитен перед этим террористом, и именно они, наверное, несут ответственность в первую очередь за то, что произошло.

В.Жириновский:Турция с нами войну не ведет, это чисто провокация,чтобы не допустить сближения

В. Жириновский Они.

О. Бычкова Что Россия должна потребовать от Турции сейчас?

В. Жириновский Она не может чего-то потребовать. Если будут представлены доказательства причастности этого офицера бывшего к какой-то организации, я уверен, что уже завтра начнутся аресты по всей Турции дополнительно, чтобы всю эту сеть ликвидировать, тех, кто ведут борьбу с действующей властью и подчиняются Гюлену, который руководит ими из-за рубежа.

Ну, может быть, какие-то вопросы компенсации, вот тогда, когда убили нашего посла Грибоедова в Иране, нам отдали Северный Азербайджан. То, что советский Азербайджан входил в состав СССР. Но это во времена шаха, это было 200 лет назад, поэтому сейчас такой практики особой нету.

У нас Мирбаха немецкого посла убили в 1918 году в Москве. Но практически Германия ничего не потребовала, потому что она уже получила Брестский мир, который был ей куда более выгодный, чем посол Мирбах.

Поэтому, это впервые такой случай. Нашего посла избили в Катаре, это было года 2-3 назад, прямо на пол положили в аэропорту и избивали. Это тоже было недопустимо. Не знаю, какие были компенсации со стороны Катара. Поэтому, это первый такой случай, особенно связанный с Турцией. Никогда не было даже близко поползновений.

Но есть еще один момент. Наши службы безопасности должны лучше охранять наших послов. Наш посол не долен был ехать на эту выставку, там достаточно атташе по культуре, первый секретарь посольства, советник-посланник, не нужно послу выходить из здания посольства, он может поехать в турецкий МИД по вызову, но по выставкам ездить… Вот я был там в конце ноября 3 недели назад. Он один приезжает. Где его помощники, где его переводчик, где его офицеры безопасности? Они должны быть рядом с ним.

О. Бычкова Ну, и где они все, скажите?

В. Жириновский Они все сидят в посольстве. На выставке должны были стоят сзади два офицера безопасности, атташе по культуре, это его ведомство, выставка, его личный помощник бумаги все носить, держать, и переводчик. Они бы полностью прикрыли бы посла. Никого там нету. И когда я был в Анкаре с депутатами, он приезжает к нам один. Ну, как так – один? Чрезвычайный и полномочный посол России. Хорошая машина, государственный флаг российский – а где аппарат, где люди?

То есть, здесь, может быть, надо дать более жесткую инструкцию по всем посольствам: послам на такие мероприятия культурные не выезжать и стараться избегать публичных мероприятий. И офицеры безопасности, личный помощник и переводчик должны быть постоянно с послом, и его окружать при любом выходе его из машины. Вот машина – территория России, туда никогда ни один террорист не будет покушаться.

А выставка – свободное пространство, вот этот сумасшедший бывший офицер турецкой полиции использовал. У него и оружие, может быть, осталось еще. Да там оружия полно, там полно людей, которые двигаются в Сирию и обратно.

То есть, нам нужно, турки все что надо сделают, уже президент Турции звонил нашему президенту, и они будут встречаться, и, возможно, какие-то проблемы с компенсацией. Но мы тоже должны обезопасить наших послов, потому что это тоже – прямой я свидетель, что посол как турист выходит из машины, идет один – а где его люди?

О. Бычкова Вы считаете, что сейчас все российские послы во всех странах должны как-то специальным образом охраняться?

В. Жириновский Да, да.

О. Бычкова Должны какие-то дополнительные меры приниматься? Или это только касается этого региона?

В. Жириновский Избегать публичных мероприятий. Вот, зона риска – Турция, там, Египет, Иордания. Сегодня в Иордании там заварушка началась. Сирия. Весь Ближний Восток – это зона риска. Пожалуйста, в Болгарии тишина, там, в Греции и так далее, Европа. Хотя там во Франции были теракты, в Бельгии, в Лондоне. Но тем не менее, самые зоны риска – это Ближний Восток – Турция, Иран и остальные все страны.

Поэтому, самое главное – это вообще не приходить. Ну, что эта выставка? Ну, хорошая выставка, пускай атташе по культуре там находится. Зачем послу там быть? Зачем он опускается до выставок? Это зона риска, это хорошо, что он такой активный, все делает – молодец. Но, пожалуйста – его уже нет, он уже убит. Если бы не было этой выставки сегодня, он был бы жив, ибо турку не пройти в наше посольство.

О. Бычкова Вот сейчас РИА Новости сообщает, что визит главы МИДа Турции в Россию состоится, несмотря на это убийство.

В. Жириновский Правильно, правильно! Контакты продолжать, договора заключать. Ни в коем случае не проводить никаких демаршей против Турции. Это не Турция сделала, это враги самой Турции сделали и враги России сделали. Поэтому мы не должны идти на поводу у них. У нас будут блестящие отношения с Турцией, но надо принять меры, чтобы такой возможности убить посла не было. Это может произойти в любой другой стране, где есть террористические организации, в той же Индонезии, там, не знаю, в Афганистане. в Афганистане война идет 30-40 лет, но ни разу на русского посла не было даже покушения. Почему? Он сидит в посольстве.

О. Бычкова Понятно, да.

В.Жириновский:Ни в коем случае не проводить демаршей против Турции. Это не Турция сделала, это враги Турции

В. Жириновский Он не выходит, он в бункере. Там никаких выставок нету. А Турция – европейская страна практически, там много культурных мероприятий, и посол, конечно, если он будет посещать, это для турок хорошо, им приятно, но это опасно для него самого. Поэтому надо запретить в Турции и в некоторых странах, где война.

О. Бычкова Поняли вас. Спасибо большое, Владимир Вольфович.

В. Жириновский Пожалуйста.

О. Бычкова Владимир Жириновский был у нас в прямом эфире «Эха Москвы». Сейчас краткий выпуск новостей, и затем продолжим.

НОВОСТИ

О. Бычкова: 2149 в Москве, у микрофона Ольга Бычкова, добрый вечер. Мы продолжаем освещать и обсуждать сегодняшние события в Турции, где был убит российский посол.

И сейчас у нас прямом эфире на прямой телефонной линии бывший посол России в Турции в 2003-2007 годах Петр Стегний. Петр Владимирович, здравствуйте.

П. Стегний Здравствуйте, Ольга.

О. Бычкова Скажите, пожалуйста, а вы были знакомы с убитым дипломатом?

П. Стегний Конечно, я достаточно хорошо знал Андрея Геннадьевича, мы сталкивались и в период его работы директором консульского департамента, он достаточно долго был на этой должности, и потом в Турции встречались несколько раз, с Владимиром Вольфовичем, который только что у вас выступал, мы приезжали с делегацией Нарышкина. И, помню, долго сидели с Андреем Геннадьевичем в посольстве, разговаривали о ситуации в регионе.

Я хотел бы начать с того, чтобы присоединиться к тем соболезнованиям, которые звучат в адрес родных и близких, супруги Андрея Геннадьевича. Это огромный шок, огромная трагедия для всех нас, еще раз, к сожалению, напоминающая, что профессия дипломата – это профессия повышенного, порой очень жестокого риска.

О. Бычкова Вот скажите, пожалуйста, Петр Владимирович, вот сейчас и Владимир Жириновский тоже об этом говорил. Как могло оказаться, так получиться, что Андрей Карлов, в общем, вышел совершенно не защищенный перед террористом? Как вообще организована служба безопасности и система безопасности в российском посольстве в Турции?

П. Стегний Понимаете, в чем дело, что значит не защищенный? Он шел на официальное мероприятие, согласованное с турецкой стороной. Наверняка там были меры безопасности и при входе, мне подтверждали по телефону коллеги, что шла очень тщательная проверка. Дело в том, что у этого человека, у террориста, очевидно, был какой-то опыт проникновения на такие мероприятия, поскольку он сам был полицейским до лета этого года.

Но в принципе публичная деятельность посла – это абсолютно необходимая вещь, это часть его профессии. Судя по своей работе пятилетней в Турции, бывали периоды, когда нам передавали турки какие-то предупреждения о повышенном внимании к вопросам безопасности, тогда мы предусматривали при передвижении, допустим, из посольства на какое-то мероприятие какие-то дополнительные меры.

Я не исключаю, что и в этот раз это тоже все происходило, но дальше, поскольку это проходит на площадке турецкой, то ответственность всю несут турецкие власти. Площадка эта была не на какой-то там окраине города, но вот по картинке я могу судить, что это где-то бульвар Ататюрка (неразб.), это центральный район Анкары, там парламент рядом буквально в двух шагах. Это район, который очень хорошо контролируется и, в принципе, не место, где легко можно провести теракты.

Поэтому, о незащищенности посла, я думаю, говорить нельзя, потому что все это продумывается, очень серьезно согласовывается с турецкими партнерами по линии спецслужб, никак иначе это не делается.

Не пойти на открытие этой выставки, послать кого-то, культурного атташе, как говорит Владимир Вольфович, наверное, было неудобно, потому что это мероприятие, эта выставка, она была в контексте подготовки встречи министров иностранных дел Турции, России и Ирана в Москве, которая завтра будет происходить, которая – очень правильное решение – не отменена. Поэтому выступление посла в этом контексте, оно было таким обязательным. Я еще раз повторяю, что дипломатия – это сфера высокого риска, и мы хорошо понимаем, что делаем и на какие риски идем, когда выполняем свои профессиональные обязанности.

О. Бычкова Что вы думаете о версиях того, что произошло? Сразу стали указывать на Гюлена, сразу как-то вот очень быстро нашли объяснение. Не слишком ли быстро?

П. Стегний Я думаю, что торопиться здесь не надо, потому что спекуляции на таких вот горячих фактах, они тут же придают какую-то, извините, желтизну всей этой ситуации, совершенно неуместную и даже непорядочную, на мой взгляд. Надо подождать хотя бы первых результатов расследования профессионального. Я абсолютно убежден, что турки могут работать самым серьёзным образом в контакте с нашими специалистами, и после этого можно будет серьезно говорить в эфире публично уже о механизмах приведения в действие этой провокации.

О. Бычкова Извините, за такую циничную формулировку, может быть, но на самом деле Эрдоган заинтересован в том, чтобы найти действительно тех, кто совершил это убийство, или ему проще это свалить, там, на Гюлена и своих обычных противников, и как-то вот так вот?..

П.Стегний:У нас нет полного совпадения по Сирии. Но наши отношения с Турцией носят партнерский характер

П. Стегний Безусловно. Насколько я знаю и лично Эрдогана, я достаточно часто, регулярно с ним встречался, и бывали ситуации, которые похожи на нынешнюю кризисную ситуацию, посткризисную, скажем, ситуацию в наших отношениях. Конечно, они все сделают аккуратно, и заинтересованность у Эрдогана, я думаю, есть еще дополнительная в связи с такой деталью. Сейчас говорят о том, что этот полицейский, он был членом националистической радикальной группировки, а у Эрдогана (неразб.) в принципе в контексте изменения турецкой Конституции сейчас активно заговорил о том, что они выступают единой командой. И поэтому тут подтексты есть еще, конечно, и связка партии Эрдогана с националистами. Это очень такое личное наблюдение, может быть, рановато о нем говорить, но поскольку вы спросили, я не хотел вам не отвечать вообще на этот вопрос.

О. Бычкова Поняла вас, да.

П. Стегний Ясно, что это провокация, вот самое главное, что это провокация, которая в основном направлена на то, чтобы сорвать процесс установления взаимодействия нашего в основном в сирийских делах в контексте Алеппо. У нас нет полного совпадения позиций по Сирии. Но я все время говорю о том, что наши отношения с Турцией носят партнерский характер. А партнерство – это ситуация, при которой стороны договариваются соглашаться о каких-то пунктах повестки дня международной или не соглашаться.

О. Бычкова Поняла вас, спасибо огромное! Извините, у нас время уже в эфире закончилось. Это Петр Стегний, бывший посол России в Турции. Сейчас немного рекламы и выпуск новостей.



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире