04 сентября 2001
Z Интервью Все выпуски

Открытие скульптурной композиции в Москве на Болотной площади. Открытие памятника Петру I в Англии.


Время выхода в эфир: 04 сентября 2001, 16:35

4 сентября 2001 года
В прямом эфире радиостанции «Эхо Москвы» Михаил Шемякин, художник и скульптор.
Эфир ведет Сергей Корзун, в беседе принимает участие Майя Пешкова.

С. КОРЗУН — В гостях на «Эхе» были сплошь субъекты политики, ньюсмейкеры, как приятно видеть просто творца в студии. Михаил Шемякин в студии. Михаил, добрый день!
М. ШЕМЯКИН Добрый день!
С. КОРЗУН И уже вопросы есть к творцу, как раз по поводу его творений. На Болотной площади натворили что? А давайте сразу с вопросов. Галина Антоновна: «Мне очень понравились Ваши скульптуры, но у меня вызывает сомнение, не появятся ли отрицательные эмоции у детей, глядя на ваши аллегории?» Это по поводу Болотной площади.
М. ШЕМЯКИН Когда я прибыл на установку памятника, то меня ожидала пачка статей газетных, в количестве 30-ти, где было очень много подобных опасений, и я думаю, что опасаться за психику детей, тем более что памятник прошел 9 комиссий, которые возглавляли и главный архитектор города, и ведущие деятели московской, российской культуры, был на 8-ю комиссию приглашен психиатр, который дал медицинское заключение, о том, что эти скульптуры не нанесут никакого ущерба. Ну, я, со своей стороны, могу добавить только одно, что если бы москвичи побольше бы думали о психике и о будущем детей, то, прежде всего, надо было обратить внимание на ту пропаганду насилия, порнографии и разбоя, которая идет с экранов телевидения, видео и прочая. Поэтому говорить о том, что женщина с головой лягушки может испугать ребенка, даже 5-летнего, ну, по крайней мере, просто смешно.
С. КОРЗУН 9 комиссий! По-моему, даже в советские времена такого не было! Неужели на самом деле все это пришлось пройти?!
М. ШЕМЯКИН Да, 9-я комиссия была накануне самого открытия, так что длилась эта история 3 года и все комиссии прошли очень хорошо, но это было, конечно, очень долго и не так просто, как пишут журналисты.
С. КОРЗУН У нас в студии Майя Пешкова с вопросами к нашему гостю.
М. ПЕШКОВА Михаил, хотелось бы узнать, в каких столицах мира стоят Ваши работы и какие?
М. ШЕМЯКИН Ну, это не столица, а один из ведущих городов Америки, официально столица Вашингтон, как вы знаете, но это довольно скучный город чиновников, в принципе, Нью-Йорк есть центр, пульсирующий, эмоциональный, живой вот этого большого американского государства. Там в художественном районе, который очень популярен, называется Сохо, стоит моя очень большая скульптура, которая называется Кибелла, стоит уже много лет, вытерта, как и Петр I. Ну, также в бывшей имперской столице стоят 3 моих монумента, один из которых изувечен, остался один только гранитный блок, потому что все спилено было бронзовое и вывезено в неизвестном направлении. Но Петр I в Петропавловке и памятник жертвам политических репрессий стоит на набережной Робеспьера, напротив знаменитого здания, которое именуется Кресты, старинная и ныне действующая тюрьма. Вот.
М. ПЕШКОВА — В Венеции стоит ваш Казанова.
М. ШЕМЯКИН В Венеции Казанова был установлен, поскольку с договором с мэрией это была временная экспозиция, простоял 6 месяцев, очень понравился венецианцам. И, поскольку законы в Венеции с XIX или с XVIII века запрещают ставить скульптуры, тем не менее, учитывая то, что Казанова — персонаж настолько известный всему миру, в основном как любовник, на самом деле, это была такая уникальная личность, необычайно многогранная. Он первый, который заинтересовался Гомером, и перевел произведения Гомера на венецианский диалект, это был и алхимик, и медик, и жнец, и швец, и на дуде игрец, как говорится. Ну, я даже не знаю, где еще
С. КОРЗУН А Лондон? В Лондоне был?
М. ШЕМЯКИН В Лондоне, да, совершенно верно, это столица Великобритании, 5-го июня было торжественное открытие королевского проекта, поскольку руководил этим проектом принц Майкл, который имеет отношение к семье Романовых и даже говорит по-русски. Много лет длилась эта эпопея, громадный конкурс, я его выиграл несколько лет тому назад. 5-го июня открывался памятник, посвященный посольству Петра I, которое произошло 300 лет тому назад в Лондоне. Это такая многофигурная композиция, если пушки считать фигурами, а в скульптурном деле это действительно именуется в заказе фигурами. Петр встал на берегах Темзы, прекрасном месте, старинном, где 300 лет назад Петр I ступил на английский берег для того, чтобы изучать мореходное дело.
С. КОРЗУН Михаил, если бы был жив Сальвадор Дали, у него тоже наши слушатели спросили вопросы. Ну, вы понимаете, вопросы там, термины, слова не все приятные для Вас. Вопрос переформулирую так: где Вы черпаете свои фантазии, аллегории, как это все работает. Я еще раз повторю, что Дали уже спросить невозможно, да и многих других невозможно, а Вы здесь, абсолютно живой перед микрофоном. Можете пустить в Вашу черепушку, в творческую лабораторию?
М. ШЕМЯКИН Вы знаете, что, я думаю, что трагедия современных скульпторов и живописцев, людей изобразительного искусства, зачастую это отсутствие необходимого профессионального образования, которое заключается не в том, что нужно уметь рисовать с натуры. Я бесконечно благодарен своим педагогам, учителям. Свою Государственную премию я в честь этого отдал средней художественной школе при институте Репина, которая меня воспитала как художника-реалиста, потом я немножко отошел в сторону, но я считаю, что все, что есть интересного в моем творчестве, я, конечно, обязан длительному, ежедневному изучению, благоговейному, старых мастеров, многих имен я не знаю, поскольку я интересуюсь и историческим искусством, и искусством современности. То есть, к каждому своему проекту я подхожу очень долго и очень серьезно, поэтому каждый проект, конечно, базируется на опыте больших мастеров, которые что-то в данном сюжете сделали для меня. Вот моя творческая лаборатория, это конечно, Институт психологии, философии и творчества, филиалы которого я хочу создать по всей России, и особенно в глубинке меня интересует, где живут необычайно талантливые люди, которым мой институт поможет так же, как он помогает мне. То есть, как говорил Ленин, учиться, учиться, и еще раз учиться вот этот лозунг у меня написан в мастерской и подписан: Владимир Ильич.
С. КОРЗУН «Можете ли Вы сами определить свою живописную манеру?» об этом Вас спрашивает слушательница Ирина на пейджер. «Она менялась», — пишет Ирина «но все же Вы всегда узнаваемы в своих работах с раннего живописного творчества».
М. ШЕМЯКИН Вы знаете, раннюю мою манеру можно отнести к влиянию замечательного русского художника, которого французы считают своим, — это Хаим Сутин, который родился где-то по-моему, под Витебском, и я принадлежал, благодаря его необычной, энергичной нервной кисти к экспрессионистам. Потом я от этого отошел, потом я очень много изучал искусство народов Африки и Океании, сблизился с моим духовным учителем, ныне покойным, замечательнейшим художником, московским, Михаилом Матвеевичем Шварцманом, который оказал на меня и моих друзей большое влияние. И вот по сегодняшний день я, как бы в нашем храме искусств, исповедую принцип метафизического синтетизма.
С. КОРЗУН Продолжают поступать вопросы на пейджер, Владимир предположил, что фигуры Вашей московской скульптуры на Болотной, навеяны, возможно, работами Иеронима Босха. Подтвердите или опровергните.
М. ШЕМЯКИН С юных лет Босх, как и Питер Брейгель, были моими серьезными учителями, но в данном случае, когда я получил этот заказ от московской мэрии для того, чтобы воплотить в бронзе проблемы, которые терзают детей, именуемые пороками. Заказ был сложный и я, конечно, обратился, прежде всего, к древней символике, поэтому, может быть, от Босха можно прочитать, поскольку есть фантастические фигуры, люди с головами птиц, но первооснова всего этого — это довольно четкое изучение, как же символически эти пороки изображались. Потому что, слушатель должен понимать, изобразить пороки, тем более такие страшные, жестокие. Лобового решения не могло быть, поэтому я обратился к символам, для того, чтобы через эти символы, сделать фигуру более-менее эстетической.
М. ПЕШКОВА Мне хотелось спросить, каковы Ваши взаимоотношения сейчас с театром, что, в каком театре Вы готовите, какие спектакли?
М. ШЕМЯКИН Вы так мне задаете вопрос, как будто я сугубо профессиональный театральный художник, как Боря Мессерер.
М. ПЕШКОВА И тем не менее! В Петербурге Ваш спектакль шел, была премьера замечательная.
М. ШЕМЯКИН Я сейчас действительно продолжаю работать над тем же Щелкунчиком. Через короткий срок я должен ехать в мой любимый Мариинский театр. Я счастлив, что с ним сотрудничаю, работа очень сложная и тяжелая, поэтому я еду дорепетировать Щелкунчика, поскольку, к сожалению, времени на репетиции было выделено мало. Новая работа опять же продолжение того же Щелкунчика. Один из замечательнейших, я думаю, самых серьезных и больших композиторов нашего века, а сейчас мы на таком перепутье, конца того и начала этого, это мой старинный друг Сергей Слонимский начал уже писать очень интересную музыку к прологу Щелкунчика, «Принцесса Пирлипата», для того, чтобы в первом акте, который мы называем прологом, зритель, и маленький, и большой, понял все-таки, кто такой Щелкунчик, откуда он произошел. Потому что несколько раз пытались ввести кукольные спектакли, чтобы рассказать предысторию Щелкунчика. И конечно, это, вобщем, не получалось, потому что предыстория большая, трагическая, серьезная. Когда-то он был молодым изящным человеком, потом превратился из-за борьбы с крысами в Щелкунчика, и вот мы пытаемся эту сказку как бы продлить и связать ее логически так, чтобы кто же такой Щелкунчик, было понятно зрителям.
С. КОРЗУН Два вопроса с пейджера, однотипных, от Ани: «Для творческого человека где полнее, интереснее жить, в России или в Штатах?», и второй от Ляли: «Где Вам лучше живется, в Париже или в Нью-Йорке, не хотите ли Вы вернуться жить постоянно в Россию?»
М. ШЕМЯКИН Вы знаете, как говорится, все свое ношу с собой, поэтому Я 10 лет прожил во Франции, благодарен ей за то, что она приняла меня и очень дружелюбно, когда меня изгнал в свое время Советский Союз. Потом, когда стали надвигаться социалисты, я, испуганный этим словом, срочно перебрался в Соединенные Штаты, в которых я обратился к большому формату. Это страна больших возможностей для творческого человека, интересных, но, душой и сердцем, конечно, оставался с Россией, и, как появилась первая возможность ей чем-то на этой земле послужить, я стал возвращаться сюда. Конечно, о переезде в Россию пока не может быть и речи, потому что не так все спокойно и гладко, и снова сражаться с остатками старой бюрократии просто сил уже этих нет, да и возраст, как говорится, не тот. А перебраться обратно в Европу я мечтаю для того, чтобы как можно чаще бывать здесь, работать над своим институтом и, естественно, поскольку эту страну я знаю очень неплохо, я бы хотел, если будут такие возможности, прежде всего, финансовые, опять вернуться del France, как говорят французы.
С. КОРЗУН По поводу больших проектов Владимир спрашивает: «Не собираетесь ли Вы воспроизвести скульптуру Будды, которую уничтожили талибы?»
М. ШЕМЯКИН Ну, вы знаете, по-моему, с таким вопросом лучше обращаться к Зурабу Константиновичу или к Эрнсту Неизвестному. Они монументалисты, а я работаю в таких, человеческих форматах.
С. КОРЗУН «Будет ли в кинотеатре «Форум» музей Шемякина?» — Борис Николаевич спрашивает. Это Вера: «Правда ли, что в Москве будет музей Вашего творчества?»
М. ШЕМЯКИН Вы знаете, я как-то немножко боюсь прижизненных музеев, и не хочу повторять господина Шилова, знаю, что скоро открывается, если еще не открылся музей господина Глазунова Действительно, мне официально было предложено правительством Москвы сделать музей в кинотеатре «Форум», от чего я отказался, потому что музеи музеями, так сказать, дальше и разовьется во что-то, когда мы уедем далеко от этой планеты. А мое предложение мэрии, которое было принято, это сделать там художественный центр, филиал института и часть каких-то работ, только связанных с театральной моей деятельностью, поскольку весь комплекс будет посвящен искусству фотографии, кино, театра и балета, конечно, мэрия настаивает на том, чтобы что-то было, какая-то небольшая комната с работами, которые должны остаться в Москве. Я понимаю правительство, конечно, и с этим согласился, но 90% будет посвящено, я надеюсь, бурной деятельности, связанной с экспозициями, конференциями, с музыкальными программами.
М. ПЕШКОВА Я хотела мысленно перенестись за океан и побывать в Вашем парке, парке скульптур, который рядом с Вашим домом, Вашей мастерской, каков он, большой ли он, что в нем стоит, что там было раньше?
М. ШЕМЯКИН Раньше это была городская помойка, машин, в основном, и старых холодильников. Это было болото. Когда я за очень небольшие деньги, поскольку все это было очень запущено, взял и приобрел, поскольку Нью-Йорк город очень дорогой, то где-то 5 лет велась работа над землей, как говорят крестьяне. Нужно было изгонять болото, изгонять мошкару, миллионы комаров, вытаскивать эти машины, привозить искусственную землю. На сегодняшний день это не очень большой парк, но уже интернациональный, потому что там стоят и скульптуры французских скульпторов, стоят скульптуры, которые мне подарил замечательный скульптор Михаил Константинович Аникушин. Мечтаю еще везти туда работы недавно скончавшегося, замечательного скульптора Юрия Орехова, который обещал свои скульптуры. Стоят несколько моих скульптур, скульптуры замечательных американских скульпторов, в частности, Леонарда Баскина, с которым я дружил, и, я надеюсь, этот скульптурный парк расширить.
М. ПЕШКОВА Не собираетесь ли Вы такой парк создать в России?
М. ШЕМЯКИН Ну, вы знаете, я бы хотел, конечно, и уже у нас была беседа, правда кратковременная, замечательное место на Крымском валу, которое на сегодняшний день называют кладбищем скульптур, являет зрелище собой довольно жалкое и удручающее, потому что наряду с очень интересными скульптурами стоят какие-то обломанные Ленины, другие политические деятели эпохи времен Советского Союза. И это все, конечно, с одной стороны унижает замечательных скульпторов, которые стоят рядом с этими обломками, и сама планировка, конечно, безобразная. Мне кажется, что если бы я как-то мог помочь в данном деле, то, безусловно, многие западные, французские и американские скульпторы c удовольствием передали бы для Москвы, потому что все-таки Москва, как говорится, один из Римов, другим не бывать. Я думаю, они посчитали за честь, но если им показать вот ту, данную площадку, это, конечно, удручающе, поэтому помочь созданию парка скульптур, я бы, конечно, с удовольствием принимал в этом участие.
С. КОРЗУН Ну, наверное, последний вопрос, о Вашей общественной деятельности. Виктор спрашивает, почему Вы не выступили в защиту Эдуарда Лимонова? «Он человек непростой, но Вы в свое время с ним дружили. А также не понаслышке, я думаю, Вам известны методы наших спецслужб. К тому же он хороший писатель» — считает Виктор.
М. ШЕМЯКИН Я считаю Лимонова чрезвычайно талантливым писателем, мне немножко досадно, что он с головой ушел в политику, и я думаю, вот эта досадная история, которая случилась, это, безусловно, не вина Лимонова, а вина им взращенных молодых пацанов, которые кровь кипит, хочется пошуметь, погулять. У меня состоялась беседа в правительстве на эту тему, я ратовал за то, чтобы Лимонова отпустили, и была беседа на эту тему, хотя она была посвящена другим проблемам, проблемам внедрения изобразительного искусства на мировую арену, но, давши слово, замолвить об этом большом писателе, я свое обещание исполнил.
С. КОРЗУН И вообще, общественную деятельность ведете? За что могли бы выступить?
М. ШЕМЯКИН Я сейчас веду переговоры с замечательным человеком, это министр юстиции Чайка, я создаю этот фонд, и передаю в этот фонд на 2 миллиона долларов, по российской расценке, которая довольно маленькая, для того, чтобы создать первый кирпичик для вот этого фонда, который будет защищать
Я, в первую очередь, занимаюсь детьми, поднимаю вопрос о малолетних преступниках. Недавно я передал определенную сумму денег для одной колонии, которая находится под Петербургом. И с замечательными людьми, для меня святыми, которые ведут вот это дело, мы стараемся и создаем программу, которая через поэзию, музыку, религию, постарается этих несчастных ребят, которые за украденную селедку, хотя, как вам известно, здесь разворовывается миллиардами безнаказанно страна. Мы хотим заниматься этими детьми. Так что, если назвать это общественной деятельностью, то на сегодняшний день я занимаюсь этим.
С. КОРЗУН А почему нет? Михаил Шемякин был вашим гостем. Михаил, спасибо Вам огромное и успехов во всех областях деятельности, абсолютно во всех. Счастливо.
М. ШЕМЯКИН Спасибо.
В прямом эфире радиостанции «Эхо Москвы» был Михаил Шемякин, художник и скульптор.











Комментарии

0

Пожалуйста, авторизуйтесь или зарегистрируйтесь, чтобы оставить комментарий.

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире