10 июня 2001 года
В прямом эфире радиостанции «Эхо Москвы» Павел Любимцев, ведущий программы «Путешествия натуралиста».
Эфир ведет Ксения Ларина.

К.ЛАРИНА: Я представляю нашего сегодняшнего гостя. Это Павел Любимцев, ведущий программы «Путешествия натуралиста» на канале НТВ. Павел, добрый день.
П.ЛЮБИМЦЕВ: Здравствуйте.
К.ЛАРИНА: Павел Любимцев давно существует в телевизионном эфире, и, насколько я помню, Павел, Вы, по-моему, начинали у Миши Ширвиндта.
П.ЛЮБИМЦЕВ: Да. Я собственно, и продолжаю с ним работать, потому что он вместе с сопродюсером Александром Конешовым руководит независимой телекомпанией «Живые новости». В рамках работы этой компании выходят передачи «Путешествия натуралиста», «Дог-шоу», и чуть раньше была передача «Живые новости». Она просуществовала года два и закончилась в августе 1998 года, когда случился дефолт. Была идея сделать передачу о природе, о животных и растениях, в виде выпуска новостей. Она шла сначала днем и была еженедельной, а потом стала ежедневной и шла кроме субботы и воскресенья каждый день утром с 7.35 до 7.40.
К.ЛАРИНА: Вы там были корреспондентом. Это были зарисовки с натуры?
П.ЛЮБИМЦЕВ: Да. Это была рубрика «А вы знаете, что», и она выходила дважды в неделю. Там надо было за минуту рассказать что-то любопытное про какое-нибудь животное. Снимали мы в Московском зоопарке. Сначала я думал, как же я за минуту что-нибудь успею рассказать, но потом оказалось, что за минуту можно рассказать довольно много. Надо сказать, что сейчас, когда существует передача «Путешествия натуралиста», и она довольно большая, она идет где-то 25 минут, я понимаю, что мои байки, которые я произношу в эфире, в синхроне, за кадром, обычно идут полторы-две минуты. А больше это уже перерастает во что-то другое. В телевизоре надо разговаривать достаточно компактно и стараться, чтобы было интересно. Потом возникла идея сделать мою авторскую программу. Сначала была идея сделать программу «Зоопарки мира», а потом она немножко трансформировалась, и возникло такое название — «Путешествия натуралиста».
К.ЛАРИНА: Коль мы сказали про Михаила Ширвиндта, мы должны сказать и про Сережу Урсуляка, который является режиссером программы «Дог-шоу». Почему я про него вспомнила — потому что у него сегодня день рождения.
П.ЛЮБИМЦЕВ: Да, совершенно верно, я даже надеюсь его лично поздравить.
К.ЛАРИНА: А Вы его поздравьте по радио.
П.ЛЮБИМЦЕВ: Дорогой Сереженька, я счастлив возможностью поздравить тебя с днем рождения публично. Мы с тобой очень старые друзья. Я тебя люблю, я знаю, какой ты талантливый и серьезный человек. Я это знаю еще с тех времен, когда мы с тобой совместно снимали комнату в Ленинграде на славной Выборгской стороне. Это была узенькая комнатушка, похожая на гроб по форме. Там у нас была ампирная мебель в виде двух раскладушек. И с тех пор я всегда знаю, какой ты богатый душевно человек, как много ты можешь, как ты талантлив в кинорежиссуре. Я люблю твои фильмы и желаю тебе больших успехов в работе, которая сейчас начинается, и в работах, которые еще будут. Я мечтаю и очень хочу, чтобы у тебя все было хорошо. Чтобы ты был счастлив, весел и радовал друзей. В общем, чтобы все у тебя было чудно и прекрасно. Поздравляю тебя с днем рождения.
К.ЛАРИНА: Я присоединяюсь. Сережу Урсуляка я знаю не так давно, как Павел Любимцев, мы знакомы чуть меньше, хотя это тоже срок, поскольку мы с Сережей работали в одном театре, в театре «Сатирикон». А теперь вернемся к работе Павла Любимцева. Насколько я знаю, Павел, Вы тоже актер по образованию?
П.ЛЮБИМЦЕВ: Да, я актер, и не только по образованию, но и по профессии.
К.ЛАРИНА: То есть, Вы продолжаете работать и артистом драматического театра и кино?
П.ЛЮБИМЦЕВ: Я по образованию актер драматического театра и кино, но так случилось, что я работаю в Московской филармонии в литературно-чтецком отделе уже скоро будет 20 лет.
К.ЛАРИНА: А он еще существует?
П.ЛЮБИМЦЕВ: Существует. К сожалению, сейчас чтецкое искусство выглядит очень несовременно, и круг любителей узок. Мы читаем в школах, исполняя просветительские функции, с которых начиналось чтецкое искусство в 20-е годы в советской культуре. Это продолжается, и в этом смысле у нас не так уж мало концертов. Мы читаем и в Доме художника на Крымском валу, и в Доме журналиста близ Арбатской площади, в каких-то еще залах. Сейчас это искусство ждет лучших времен. Однако я многим обязан моей именно чтецкой профессии, потому что природа удачи «Путешествий натуралиста» в том и заключается, что я по профессии чтец. То есть, по профессии я должен уметь интересно рассказывать, по живому общаться с аудиторией.
К.ЛАРИНА: У Вас написанный текст, или Вы импровизируете?
П.ЛЮБИМЦЕВ: Конечно, импровизирую, и текст мой. Я его не пишу, а просто как-то намечаю.
К.ЛАРИНА: Но талант рассказчика это не талант чтеца.
П.ЛЮБИМЦЕВ: Это не совсем тоже, но чтецы хорошо разговаривают. Они должны это уметь делать с эстрады. Как известно, чтец должен стать вторым автором и присвоить себе текст, когда он читает написанное не им произведение, но также он должен и сымпровизировать свой собственный живой текст. Чтец это собеседник, в отличие от артиста на сцене драматического театра, который в зал напрямую не обращается. Артист в драматическом театре должен стать кем-то другим, а чтец никем не должен стать, он должен оставаться собой и общаться с залом напрямую. Тут несколько другая артистическая природа.
К.ЛАРИНА: А что Вы сейчас читаете на концертах?
П.ЛЮБИМЦЕВ: Я читаю почти весь свой репертуар. Для маленьких я почти уже 20 лет читаю «Конька-горбунка». Я обожаю Петра Павловича Ершова и всегда с удовольствием его читаю. Читаю сказки Пушкина, читаю рассказы Паустовского, читаю фантастику. У меня есть программа, которая уже существует много лет, это программа по «Человеку-невидимке» Герберта Уэллса. Эта композиция всегда очень хорошо проходит в школах, хотя я ее читаю среднему возрасту, а этот возраст трудный. Дети вообще из вежливости не слушают, дети слушают только, если им интересно. И когда школьники слушают, разинув рот и раскрыв ушки, это всегда большое творческое удовольствие. Для старших я читаю Булгаковскую программу. Последняя работа, которую я сделал года полтора назад, это композиция по «Портрету Дориана Грея» Оскара Уайльда. Также я читаю английских, советских юмористов.
К.ЛАРИНА: Память хорошая.
П.ЛЮБИМЦЕВ: Да, это слава Богу. Это дар, который надо ценить. В общей сложности, у меня 16-17 сольных программ.
К.ЛАРИНА: Наш пейджер 974-22-22, абонент «Эхо Москвы». Вопросы к нашему гостю уже поступают. И, наверное, мы сегодня включим и телефон, поскольку мы давно со слушателями не общались. Записочка от Людмилы: «Скажите, пожалуйста, Ваш гость такой же, как на экране? Он в панаме?» Нет, он не в панаме.
П.ЛЮБИМЦЕВ: Когда у меня спрашивают, кто придумал мой имидж, я всегда отвечаю, что это не имидж это я. В общем, ничего особенного не придумано. Блуза потому что я толстый; шляпа к сожалению, я к своим 44-м годам довольно сильно полысел; очки мои, здесь ничего не придумано. Сейчас я не в панаме.
К.ЛАРИНА: Вы столько интересного рассказали о своей жизни — что Вас интересует, что Вы успеваете делать — и я совсем не понимаю, как Вы пришли к животным.
П.ЛЮБИМЦЕВ: Животные — это моя самая первая любовь. Я в детстве страшно интересовался животными и ходил в зоопарк. Моя мамочка водила меня туда каждое воскресенье, благо он был недалеко. Я там все знал, читал много книжек о животных, рисовал их и мечтал стать зоологом. Потом это ушло, потому что, думаю, мой интерес был книжным любительским, а не профессиональным. Профессионально я не пытался поступать на биофак.
К.ЛАРИНА: Вы, наверное, хорошо показывали животных в институте?
П.ЛЮБИМЦЕВ: Вы знаете, не очень. Я вообще насчет наблюдений был не очень успешным. Вот Костя Райкин замечательно это делал, а также Леня Ярмольник. На мой взгляд, гриф — это одна из его самых лучших ролей. Книжки стояли, и я думал, кому бы их подарить. Но потом оказалось, что все пригодилось. Странным образом возникла эта передача о животных, и, конечно, я бы не справился, если бы в свое время я не читал много книг о животных. Потому что тут все-таки надо быть в материале, грубых ошибок не делать, хотя я не профессионал. Я люблю животных.
К.ЛАРИНА: Вы ведь работаете без дублера?
П.ЛЮБИМЦЕВ: Разумеется. Но не надо думать, что животные такие уж опасные. Я понимаю, если сотрудники зоопарка разрешают мне войти в вольер к слонам и угостить их морковочкой, значит, слоны, в основном, не опасны. Хотя иногда я вижу, что работники зоопарка на стреме. Например, мы снимали в Базеле, в Швейцарии, как раз с африканскими слонами. Я их нежно гладил, давал морковку, они с удовольствием все это брали. Рядом стояла старенькая бабушка-слониха, и я бабушку стал гладить. И вдруг работник, который со мной вошел в вольер, говорит «Не надо». Я понимаю, что бабушка вполне могла обидеться на меня, но она не обиделась и была мила ко мне.
К.ЛАРИНА: Вопрос от Людмилы: «Какой самый лучший зоопарк в мире?»
П.ЛЮБИМЦЕВ: Я все-таки не все зоопарки видел. Могу называть несколько очень хороших зоопарков. Замечательные зоопарки в Европе. Замечательный зоопарк в Западном Берлине. Замечательный зоопарк в Праге. Очень хорошие зоопарки в Голландии в Амстердаме, в Роттердаме. В Бельгии прекрасные зоопарки. Очень богатые зоопарки в Америке. Но дело в том, что в Америке я пока толком не был. Мы были во Флориде, в Майами. В Майами очень хороший зоопарк, но он, к сожалению, в 1992 году пострадал от урагана Эндрю. Его потом восстановили, но он был очень сильно разрушен в результате этого урагана. Самый огромный зоопарк в Америке это Сан-Диего-Зоо. Это самый большой зоопарк мира. Вообще хороших зоопарков в мире много, но, в основном, это Европа и Америка. Там просто культура зоопарковского дела имеет давние традиции.
К.ЛАРИНА: А Вы только по зоопаркам путешествуете?
П.ЛЮБИМЦЕВ: Не только. Мы только что были в Южной Африке, в национальных парках. Там животные дикие, и национальные парки там разного размера. Например, Крюгер-парк величиной с небольшое государство. Мы там, правда, не были, потому что нам сказали, что мы можем там целый день ехать и не увидеть животных. А в меньших национальных парках мы были, и это очень любопытно. Причем меня поражают сафари-рейнджеры, которые сопровождали нас на машинах. Они очень храбры и свободны с животными. Например, они могут ездить на абсолютно открытых машинах, а в 6-ти метрах могут находиться львы, которые себе спокойно спят под кустом.
К.ЛАРИНА: А животные не боятся камер?
П.ЛЮБИМЦЕВ: Не знаю. Был интересный момент, когда мы встретили слона в агрессивном настроении. У слонов есть такое состояние, которое называется муст. Это состояние предбрачного периода, когда самцы-слоны возбуждены. У них тогда на виске выделяется жидкость из специальной железы. В этот период они очень раздражительны и агрессивны. И вот мы встретили такого слона, остановились, и он отнесся к нам очень нелюбезно. Он топал ногами, размахивал ушами, и сопровождающий нам сказал: «Ни при каких обстоятельствах из машины не выскакивайте, чтобы он не делал». Он на нас пер, и это было довольно нервно. Но потом он решил с машиной не связываться, обошел ее и ушел.
К.ЛАРИНА: Вы животных едите?
П.ЛЮБИМЦЕВ: Домашних. Я не вегетарианец, но мне не приятно есть страуса или оленя. Диких животных лучше не есть, их уже и так немного. Я очень не люблю охоту, хотя понимаю, что это одно из древнейших человеческих занятий.
К.ЛАРИНА: Еще один вопрос — то, что касается России. Как бы Вы оценили ситуацию, связанную с животным миром в России?
П.ЛЮБИМЦЕВ: Как сказано у Жванецкого, у нас богатая страна, много всего и ничего не жалко. Но главное наше богатство это люди. С такими людьми, как у нас, любые трудности ни почем. Я не преувеличиваю. Действительно, люди у нас замечательные. В частности, работники зоопарков. Например, Ленинградский зоопарк, который сейчас в сложном положении. Их собираются сейчас куда-то выселять, а это один из старейших зоопарков в России. Он был открыт в 1865 году. Он маленький и наверняка небогатый, но там работают такие замечательные люди, что лучше к ним прислушаться и сохранить старый зоопарк. Можно построить новый, но не надо разрушать этот, потому что это памятник истории, памятник культуры. Как пример зоопарковского дела: в Ленинградском зоопарке добивались и добиваются выдающихся успехов в деле разведения в неволе редких животных. Если животное в неволе размножается, значит, ему в зоопарке хорошо. Там тесно, но, видимо, в тесноте, да не в обиде. Например, сотрудники Ленинградского зоопарка трижды получали птенцов от пары кондоров. Это выдающийся успех. Кондоры сами яйца не высиживали, потому что сотрудники зоопарка забирали яйца и согревали их в инкубаторе, просто боясь, что птицы в зоопарке уже что-то перепутают, забудут, ведь естественные инстинкты нарушаются, когда животное живет в неволе. Но 3 птенца кондора были выведены в Ленинградском зоопарке это редчайший случай. Или семья жирафов, которая жила много лет, и вывели они огромное количество детишек. Вот пример, когда люди своим трудом восполняют недостатки материальной базы. Зоопарк это дело дорогое, оно не может быть дешевым, но денег, как вы знаете, у нас мало и ни на что не хватает. Но люди это восполняют.
К.ЛАРИНА: А заповедники?
П.ЛЮБИМЦЕВ: В заповедниках мы снимаем довольно редко, потому что там трудно снимать. Там надо провести много времени, чтобы кого-то поймать, увидеть. Но, Вы знаете, нам везет. Мы снимали передачу о Соловецких островах. Она прошла осенью, это одна из моих любимых передач. Мы там снимали белых китов, белух. Белухи родственники дельфинов, они тоже зубатые киты. В июле белухи подходят к берегу, и там у них происходят репродуктивные скопления то есть, там они рожают и одновременно заводят знакомства. Любят они мелкую воду близ берега на Большом Соловецком острове. Там их скапливается очень много — три точки, где в каждой по 30-50 животных. А белухи большие, они бывают до 8 метров в длину. Мы прилетели на Соловки на три дня. Нам говорят: «Что же вы так прилетели. Если вдруг будет волнение на море, они уйдут и все — они не придут к вам по заказу». И представьте себе: в первый день было волнение, и мы не могли туда даже добраться. Во второй день море успокоилось, и мы туда доплыли и сняли белух. И как потом нам рассказал начальник экспедиции, который там постоянно работает, на следующий день после нашего отъезда началось волнение, киты ушли, и больше их не было. Нам повезло неслыханно.
К.ЛАРИНА: Павел, давайте сейчас послушаем телефонные звонки, поскольку обещали. Наш телефон 203-19-22. Алло, добрый день.
СЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Это Стас. У меня такой вопрос. Как Ваша мама комментирует Ваши программы, и что Вы в ответ чаще слышите критику или, наоборот, похвалу?
П.ЛЮБИМЦЕВ: В основном, от мамы я слышу похвалы и всегда подозреваю ее в необъективности. Я говорю ей, что она ко мне относится очень снисходительно. Так что мама снисходительный зритель, потому что она мама, и я ее суждения делю на 8.
СЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Меня зовут Алексей. Я хотел бы узнать у Павла, где он читает, и где его можно услышать?
П.ЛЮБИМЦЕВ: Алексей, наши афишные чтецкие концерты — это зал Дома художника на Крымском валу и зал Дома журналиста на Суворовском бульваре (сейчас он стал называться Никитским бульваром). Там наши концерты проходят по субботам и по воскресеньям в течение следующего сезона, начиная с октября. У меня там будет какое-то количество концертов, но я, к сожалению, не знаю точных дат, поэтому Вы можете позвонить в филармонию, и там Вам скажут точно. Телефон 299-47-49. Это литературно-чтецкий отдел Московской филармонии. Я буду очень рад, приходите ко мне на концерты.
К.ЛАРИНА: К этому вопросу еще один, который пришел на пейджер, по поводу выступлений в школах. Каким образом это делается, через филармонию?
П.ЛЮБИМЦЕВ: Да, это этот же телефон. У нас работают администраторы, организаторы концертов. Как правило, в школе собирают деньги.
К.ЛАРИНА: Дорого?
П.ЛЮБИМЦЕВ: Я думаю, что в нынешние времена это стоит совсем недорого. Можно организовать концерт в любой школе, с любой программой.
К.ЛАРИНА: Еще один телефонный звонок. Алло, добрый день.
СЛУШАТЕЛЬ: Добрый день. Это Василий. Павел, мне очень нравится Ваша передача, и я бы хотел поинтересоваться, как Ваша семья относится к разъездному характеру Вашей работы?
П.ЛЮБИМЦЕВ: Моя семья это моя мама. Она без меня скучает, я без нее тоже. И, в этом смысле, конечно, это меня тревожит. Моей маме много лет, поэтому я всегда волнуюсь, когда уезжаю — как она там, здорова ли она. Я ей звоню постоянно. Это и в передаче у нас иногда бывает, хотя там я не по-настоящему разговариваю с мамой, скажу вам честно. Мама относится к моей работе с пониманием, потому что это интересная работа. За передачу она очень болеет, поэтому надеюсь, что она на меня не сердится.
К.ЛАРИНАЯ: Очень много телеграмм из Петербурга. Есть даже Ваши зрители, которые помнят Вас по работе в театре Акимова.
П.ЛЮБИМЦЕВ: Спасибо большое.
К.ЛАРИНА: Они спрашивают, не собираетесь ли Вы вернуться на сцену?
П.ЛЮБИМЦЕВ: Насчет вернуться на сцену. Я боюсь сглазить, но сейчас возникло совершенно неожиданное предложение от Александра Анатольевича Ширвиндта. Он недавно сказал мне, что хотел бы поставить спектакль с моим участием в Театре Сатиры. Я похолодел, потому что на театральной сцене я уже лет 20 не работаю. Когда он мне сказал: «Я хочу, чтобы ты поработал в театре», я спросил: «Кем?» Он ответил: «Уборщицей». Короче говоря, он мне предложил сотрудничество. Я очень этой честью польщен, очень боюсь, окончательного разговора у нас с ним еще не было. Я очень боюсь, потому что давно не работал на сцене в театре. И вообще приходить в сложившийся коллектив, да еще такой славный, как Московский театр Сатиры Я попробую, но боюсь. А Театр Комедии вспоминаю с нежностью. Это мой первый театр. Я обожаю это здание, акимовские традиции, артистов, которые Акимова помнят. К сожалению, они уже немолоды, но я застал то время, когда работали еще старики. Владимир Викторович Усков, Алексей Владимирович Севастьянов, Елена Владимировна Юнгер, Вера Александровна Карпова. Я с ними выходил на сцену и играл. Это огромная радость. Лев Максович Мелиндер, легендарный исполнитель Тени во второй редакции спектакля, Владимир Никитич Труханов все это замечательные, чудные люди, я их всех очень люблю. К сожалению, многих уже нет на свете.
К.ЛАРИНА: У меня к Вам еще один вопрос по поводу Вашей чтецкой работы. Есть ли это все на пластинках, кассетах? Можно ли это приобрести?
П.ЛЮБИМЦЕВ: Думаю, что сейчас нельзя. Пластинка у меня вышла, к сожалению, только одна. Она называлась «Юмор по-английски». Была сделана еще вторая пластинка, которая погибла при ужасных обстоятельствах. Была сделана запись на фирме «Мелодия», которая называлась «Кое-что о черном юморе». Там на одной стороне был пушкинский «Гробовщик», а на другой стороне «Кентервильское приведение» Оскара Уайльда. И все погибло. Сначала заболела звукорежиссер. Она долго болела, выздоровела, сделала монтаж. Я послушал было очень хорошо. Художник нарисовал эскиз конверта, Лидия Борисовна Либединская написала статью на конверт все было чудно. А потом вышел какой-то конфликт Апрелевского завода с фирмой «Мелодия», конфисковали все записи, и куда она делась, я не знаю. Литературные записи — это вообще золотая жила. Они были очень популярны, очень полезны. Есть такие записи, если говорить о стариках! Дмитрий Николаевич Журавлев, Кочерян, Яхонтов.
К.ЛАРИНА: Я хочу сказать, что сейчас Гостелерадиофонд все это дело переводит потихонечку на аудиокассеты, и они уже продаются.
П.ЛЮБИМЦЕВ: Это было бы замечательно. Например, мой любимый учитель Яков Михайлович Смоленский. Как он читает «Маленького принца»! Какое счастье это слушать! Его уже нет, а пластинка есть, и можно было бы издать диск. Ведь нам только кажется, что это старомодно, и не найдет аудиторию. Еще как найдет.
К.ЛАРИНА: Мне кажется, что сейчас мы стоим как раз на пороге возвращения этого жанра. Очень многие люди сейчас в машинах слушают не музыку, а какие-то чтецкие кассеты. Это входит не просто в моду, а в хорошую привычку, в хорошую традицию.
П.ЛЮБИМЦЕВ: Это именно наш жанр, потому что нигде в мире нет такой разветвленной чтецкой культуры, как у нас.
К.ЛАРИНА: Мы еще не сказали об одной Вашей грани таланта о том, что Вы поете. В этом наши слушатели и Ваши зрители убедятся буквально через минуту. Откуда это увлечение у Вас появилось?
П.ЛЮБИМЦЕВ: Моя мама музыкант, и папа тоже. Поэтому я, естественно, этим был напитан, но музыке не учился. Слух у меня хороший, голоса нет. Петь я люблю, хотя не умею. Это все довольно забавно. Но мне повезло, и я даже записал на пластинках несколько детских песенок. И сегодня я принес одну песенку, она смешная. Написала эту песенку композитор Вера Астрова на слова Шульжика. Это детское стихотворение, но оно каким-то парадоксальным образом имеет отношение к «Путешествиям натуралиста». То есть, эта песенка и про зверей, и про путешествия. Я хотел бы ее представить на ваш снисходительный суд, дорогие радиослушатели.
К.ЛАРИНА: Ну что ж, на этом мы и будем заканчивать нашу встречу. Мне было очень приятно с Вами познакомиться. Спасибо большое, желаю Вам удачи. Приходите к нам в гости, можете даже с животными.
П.ЛЮБИМЦЕВ: С большим удовольствием.

Комментарии

0

Пожалуйста, авторизуйтесь или зарегистрируйтесь, чтобы оставить комментарий.

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире