Время выхода в эфир: 15 апреля 2001, 13:15

15 апреля 2001 года
В прямом эфире радиостанции «Эхо Москвы» Виктор Мережко, ведущий программы «Мое кино».
Эфир ведут Ксения Ларина и Ринат Валиулин.

К.ЛАРИНА: Итак, начинается наша телевизионная радиопрограмма, и сегодня у нас в гостях Виктор Мережко, ведущий программы «Мое кино». Программа эта выходит на ТВ-6. Кроме того, Виктор Иванович еще и драматург, сценарист и драматический артист.
В.МЕРЕЖКО: Христос воскрес!
К.ЛАРИНА: Воистину воскрес! Сегодня у нас получается уникальный случай, об этом многие говорят: впервые за 11 лет совпали католическая и православная Пасхи.
В.МЕРЕЖКО: Это вообще событие невероятное.
К.ЛАРИНА: Ну что ж, поскольку у нас телевизионная программа, мы будем говорить об этом странном продукте — о телевидении. Давайте, чтобы определить позиции, Вы скажите нам, как Вы, в принципе, относитесь к телевидению. Это что, искусство, средства массовой информации, хороший сервис что это?
В.МЕРЕЖКО: Когда еще была крепкая советская власть, это было где-то в середине 70-х годов, к телевидению относились иронически, за исключением, допустим, «Кинопанорамы». Ее вел Каплер, потом любимый и знаменитый Рязанов, и даже была такая издевка, которая вошла в фильм про Карлсона: мастера телевизионных искусств. К телевидению, в основном, относились как к трибуне информации. Мне, кстати, когда предложили, это было 16 лет назад, вести «Кинопанораму» (я провел ее 7 лет) я к этому отнесся с некоторым удивлением и раздражением. Я подумал: почему я должен сидеть перед камерой и появляться на экране. Признаюсь, был момент чванства. Потом мне понравилось, и не только потому, что меня стали узнавать, а еще и потому, что я стал узнавать своих коллег больше, чем я мог бы узнать их до этого. А потом, в итоге, это стало очень серьезной частью моей жизни. Считайте, почти 9 лет я веду «Мое кино» и 7 лет «Кинопанораму» 16 лет.
Р.ВАЛИУЛИН: А Вы концептуально различаете «Мое кино» и «Кинопанораму»?
В.МЕРЕЖКО: Безусловно. «Кинопанорама» была все-таки обзорная программа, которая рассказывала, какие фильмы снимаются, какие артисты снимаются, и что ждать на экранах. Это была больше информационная программа, тем более что прокат в Советском Союзе был очень развит Советский Союз в этом смысле являлся самой кинематографической страной после Соединенных Штатов. В общем-то, информировали. А «Мое кино» мы стараемся, с одной стороны, информировать о жизни артистов и давать какую-то информацию о фильмах, которые зрители не увидят, потому что отечественный прокат не берет российские фильмы. С другой стороны, мы пытаемся зрителей и развлекать. Когда полтора года назад на мою программу пришла моя дочка, мы стали внедрять туда попсу.
К.ЛАРИНА: Ориентироваться на молодежную аудиторию.
В.МЕРЕЖКО: Не на молодежную на зрительскую аудиторию, она может быть разная. Если, например, Лолита привлекает женскую аудиторию, а Сережа Пенкин ценителей хорошего пения Кстати, Сережа Пенкин умный, ироничный и с потрясающим чувством юмора по отношению к себе самому. Или, допустим, мы писали Армена Джигарханяна, и, несмотря на то, что он знаменитый, классный актер, он привлекает как мужскую часть, так и женскую. В нем есть колоссальная энергетика. И так далее. Раньше мы выходил полтора часа в месяц, а потом с тремя повторами полтора часа, а потом они разбивались на три раза по 30 минут. Сейчас, и мне это приятно сказать, мы одна из самых рейтинговых программ, и руководство канала нам предложило выходить каждую неделю в воскресенье в 14.50.
К.ЛАРИНА: Уже новое руководство?
В.МЕРЕЖКО: Нет, старое руководство.
Р.ВАЛИУЛИН: Кстати, как Вы, как работник ТВ-6, относитесь к объединению с командой НТВ?
В.МЕРЕЖКО: Это очень сложный вопрос, и я полагаю, что это скорее некоторая дезинформация. На ТВ-6 есть свой мощный коллектив, есть своя сетка, есть свои традиции, есть свои пристрастия и есть своя, в конце концов, аудитория. И когда говорят о том, что сейчас придет новая команда, которая начнет кромсать сетку и, по сути, выдавливать старый коллектив, то это неминуемо может привести к очень серьезному конфликту. Поэтому мне кажется, что это либо провокация, либо глупость. Это очень тонкий и болезненный момент, и к нему нельзя отнестись так, что придет Киселев с командой, и ТВ-6 начнет вещать, как НТВ.
К.ЛАРИНА: А Евгений Алексеевич еще не встречался с коллективом?
В.МЕРЕЖКО: Об этом все говорят, и сам Киселев сказал, что он встретится со своей командой. Но не учитывать позицию коллектива ТВ-6, в общем-то, нельзя — она существует. Тем более, если говорить об информационном блоке, там серьезная команда Михаила Пономарева, который ушел в свое время с РТР и, по сути, всю команду перевел на ТВ-6.
К.ЛАРИНА: Так не хочется еще одного всплеска эмоций.
В.МЕРЕЖКО: Вы знаете, Ксения, я думаю, что все будет в порядке.
К.ЛАРИНА: Если говорить в принципе о телевидении, к телевидению сейчас зрители относятся плохо. Телевидение смотрят круглые сутки, ненавидя его, проклиная, звоня во все колокола и крича: «Как можно это показывать! Уберите этого, того с экрана!» Но с другой стороны, какой-то парадокс: раньше при советской власти, при тотальном оболванивании, извините за выражение, никто про это оболванивание не вспоминал. Сегодня это словечко в ходу, когда обсуждаются телевизионные программы, либо, в принципе, работа электронных средств массовой информации. Почему так происходит? Что нарушено в этих отношениях?
В.МЕРЕЖКО: Разгул демократии. К сожалению, наша страна отличается одной особенностью — это, может быть, самая закононепослушная страна в мире. У каждого человека, начиная от выскопродвинутого господина и заканчивая, простите, бомжом, есть своя точка зрения.
К.ЛАРИНА: Но это прекрасно!
В.МЕРЕЖКО: Это ужасно, потому что есть общепринятые ценности, общепринятое мировоззрение. Есть вещи общепринятые. И когда говорят: «Мент поганый, власть дурная, телевидение чудовищное», получается, что все худо, а «я, единственный, прав». Сколько нас миллионов зрителей, столько и точек зрения. Сейчас я перед тем, как прийти на эфир, говорил с одним человеком, которого я достаточно хорошо знаю. У него своя позиция по поводу событий на НТВ. Безусловно, надо иметь свою точку зрения, но есть вещи общепринятые и более глобальные, нежели твоя сиюминутная точка зрения. Например, Дибров ужасно говорит ростовский парень, к тому же очень плохо выступил на митинге по поводу НТВ, так говорит одна часть. Другие говорят: «Дибров наш парень, простой ростовский хлопец». Неустоявшаяся мораль, неустоявшаяся законодательная часть, неустоявшаяся суть мировоззрения наших людей.
К.ЛАРИНА: Как интересно: неустоявшаяся мораль. Откуда это берется?
В.МЕРЕЖКО: Когда была фундаментальная, пусть в чем-то ущербная и фальшивая советская мораль, она была, она воспитывалась на протяжении многих десятилетий, и в итоге мы строили коммунизм худо, бедно, но строили. Сейчас, когда не понятно, куда мы идем, мы не понимаем, что нас ждет, и кто нас ведет, естественно, я начинаю уезжать не уезжать, работать не работать, воровать не воровать. Мне не говорят, что я гарантирован, мне не говорят, что я стабилен, и возникает так называемая неустоявшаяся мораль я не знаю, как вести себя в этом обществе. Я хочу жить хорошо. А чтобы жить хорошо, надо либо убивать, либо воровать, либо быть закононепослушным. Понимаете, когда тебе говорят правду, допустим, с экранов телевизоров или по радио, это раздражает, это огорчает: а зачем мне нужно это знать? С другой стороны, когда тебе лгут и говорят, что все хорошо, начинаешь протестовать: а что вы меня обманываете, что вы мне лапшу на уши вешает? Выбрать золотую середину очень сложно.
Р.ВАЛИУЛИН: Но воровать и убивать всегда же было аморально. Это же не относится к категории неустоявшейся морали.
В.МЕРЕЖКО: Безусловно, это было аморально всегда. Но, к сожалению, если тенденции в том или ином обществе существуют более преимущественно нежели, скажем, мораль покоя, добра и законопослушания Например, одна из самых законопослушных, с нашей точки зрения, стран — это Соединенные Штаты Америки. Да попробуйте вы хоть один раз поговорить дурно с полицейским, нахамить и, не дай бог, замахнуться вас пристрелят.
К.ЛАРИНА: Но это не от страха, а от уважения. Я как гражданин не боюсь представителей власти или закона я уважаю их.
В.МЕРЕЖКО: Зная, что в любой момент закон станет на мою сторону.
К.ЛАРИНА: И при этом я знаю, что меня как гражданина страны уважают. Власть, которую я нанимаю руководить этой страной. У нас же какие-то интимные отношения с властью все время — люблю, обожаю, целую, ненавижу, убиваю, разрушаю.
Р.ВАЛИУЛИН: Но именно потому там люди с полицейскими разговаривают уважительно, поскольку там есть закон, и закон соблюдается. Чтобы закон был соблюден, никому не нужно доказывать, бить себя кулаком в грудь, кричать, требовать закон есть закон.
В.МЕРЕЖКО: Я и говорю, законопослушная страна. Да, советские люди были достаточно законопослушные. Они понимали, что был партком, обком, ЦК КПСС.
К.ЛАРИНА: Но это был страх.
В.МЕРЕЖКО: Но мне и в Америке бывает страшно. Мне иногда в силу российского разгильдяйства хочется плюнуть не туда. То есть, во мне хамство все равно сидит, может быть, не в такой степени, как хотелось бы, но оно существует. И я понимаю, что если я буду занесен в компьютер, то я буду уже иметь черную метку. И в этом смысле Соединенные Штаты — это диктатура закона, но как с одной стороны, так и с другой стороны. Полицейский, убив черного, отвечает перед законом так же, как черный или белый, посягнувший на полицейского.
Р.ВАЛИУЛИН: Мы способны вообще получить ситуацию законной диктатуры, как Соединенные Штаты сегодня?
В.МЕРЕЖКО: На мой взгляд, мы не способны, потому что законы не работают. Законы или покупаются, или игнорируются, или обходятся. Закон как дышло куда вогнал, туда и вышло. Еще великий Салтыков-Щедрин упражнялся, как мог. И нас советская власть организовала при помощи дубины, на какое-то время заставила бояться, а сейчас гуляй, бей. Вы зайдите в лифт собственного дома! Вы посмотрите, что люди, живущие в собственном доме, делают с собственным лифтом!
К.ЛАРИНА: Вы считаете, что это элемент свободы? Такая свобода была и при советской власти также писали, какали, плевали и писали в лифтах.
В.МЕРЕЖКО: Но не до такой степени.
К.ЛАРИНА: Да бросьте, не надо. Где Вы жили при советской власти?
В.МЕРЕЖКО: В Москве. Я жил в общежитии, потом снимал квартиру, потом купил квартиру.
К.ЛАРИНА: В этом смысле, мне кажется, ничего не изменилось. Свобода этого уровня, бытового, такой и была. Также били и стекла, и бутылки, и остановки все это было.
В.МЕРЕЖКО: Все-таки тогда был страх.
К.ЛАРИНА: То есть, Вы считаете, что страха на нас не хватает?
В.МЕРЕЖКО: Я считаю, что за почти сто лет советской власти был вогнан в суть российского человека страх. И сейчас этот страх существует, но с оглядкой: вот сейчас я разобью стекло и рвану, чтобы не видели. Но почему-то хочется разбить стекло, не знаю, почему.
Р.ВАЛИУЛИН: Сейчас нам вернут этот страх, судя по всему.
К.ЛАРИНА: Ладно, в такой праздник не будем думать о плохом. Номер нашего пейджера 788-00-88, абонент «Эхо Москвы». Вопросов очень много, Виктор Иванович. И очень много вопросов, связанных с какой-то историей о семье Георгия Юматова. Что там случилось?
В.МЕРЕЖКО: Семья была забыта, по сути, лишена всякого внимания, и я занимался этой семьей. Ко мне приехала журналистка из МК, я рассказал все, как было, рассказал, кто кроме меня занимался (Лановой и другие), ну а потом вышла, на мой взгляд, абсолютно грязная публикация. Даже не по отношению ко мне.
К.ЛАРИНА: Что написали?
В.МЕРЕЖКО: Если выдающемуся актеру исполняется 75 лет, то как же не стыдно, в частности, перед Господом Богом, рассказывать, сколько абортов сделала Муза Крепкогорская, как они пили, как изменяли друг другу, как был отвратительно пьян и неуправляем Юматов, какой он был хам. То есть, это была не полоса в честь актера, а полоса унижения актера.
К.ЛАРИНА: Где это было опубликовано?
В.МЕРЕЖКО: В МК.
К.ЛАРИНА: А кто написал?
В.МЕРЕЖКО: Какая-то Маетная.
К.ЛАРИНА: Она с Вами предварительно разговаривала?
В.МЕРЕЖКО: Да, она была в гостях. Потом она говорила со слов, как я понял, племянницы Музы Крепкогорской. Меня там оболгали, да бог с ним.
К.ЛАРИНА: Нет, Вы расскажите, потому что мне хочется, чтобы Вы ответили, раз у Вас есть такая возможность.
В.МЕРЕЖКО: Я — единственный человек, который, по-настоящему, был все время при Юматовых помогал, и участвовал, и похоронил. И на Ваганьковском кладбище это одна из самых ухоженных могил. Естественно, я поставил и памятник, поэтому оправдываться мне смысла нет. Но повторяю, самое ужасное, что оболгана память двух актеров. Они прожили без месяца 50 лет, и писать, что они вели скотский образ жизни это, по меньшей мере, непорядочно и страшный грех. И больше я на эту тему говорить не хочу.
К.ЛАРИНА: Хорошо. Тогда ответьте на более простой вопрос. Останется программа «Мое кино» при новом руководстве?
Р.ВАЛИУЛИН: Этот вопрос, наверное, не самый простой. (Смеются)
В.МЕРЕЖКО: Я думаю, что останется. Во-первых, о кино, по сути, программ на телеканалах нет. Боря Берман на НТВ вел программу.
Р.ВАЛИУЛИН: По-моему, он ее ведет и сейчас, я ее видел вчера.
К.ЛАРИНА: Сейчас такая большая путаница, потому что люди же свои передачи не забрали. Вот сейчас пишут наши слушатели, что идет программа Шендеровича на НТВ, хотя все знают, что Шендерович подал заявление об уходе.
Р.ВАЛИУЛИН: По уставу она остается собственностью канала.
В.МЕРЕЖКО: И «Куклы» сегодня вечером, оказывается, будут идти на НТВ. Я думаю, что «Мое кино» останется, потому что это рейтинговая программа, и, во-вторых, она интересна публике. Сегодня в 14.50 будет повтор программы с Димой Певцовым и другие мелкие сюжеты. Я думаю, это будет интересно.
К.ЛАРИНА: Наши слушатели возвращают Вас к политике: «Виктор Иванович, где Вы были: во время августовских событий 1991 года, во время 1993 года и во время, когда захватили НТВ? Что общего между этими событиями? Не кажется ли Вам, что каждая из этих ситуаций помимо отрицательной стороны имеет и положительную сторону? Александр». Какую, Александр не уточнил.
В.МЕРЕЖКО: Я бы хотел знать, какую. Вы знаете, слишком большой разброс мнений, и у меня нет достаточного эфирного времени, чтобы рассказывать, где я был в 1991, в 1993 и 2001 году. Знаю одно, в 1991 году я был у Белого дома, я ходил, я боялся танков и таскал кирпичи. В 1993 году я с ужасом смотрел на происходящее, но на улицу не выходил. В этот раз ко мне приезжали разные телекомпании, и я высказывал свою точку зрения на конфликт. К «Останкино» я не ходил, потому что меня, во-первых, не приглашали, а во-вторых, я не считаю, что митинг это есть правильно. Я считаю, что когда народ выходит на митинг, значит, власть слаба. Значит, власть допустила сам факт выхода. Значит, она ошиблась в чем-то, просчиталась, она не вывела ситуацию так, чтобы не вызывать народ на гнев, на митинг, на проклятье. И, с моей точки зрения, здесь, может быть, ошибка властьдержащих.
Р.ВАЛИУЛИН: Но с другой стороны, это можно рассматривать и наоборот, как свободу.
В.МЕРЕЖКО: Обратите внимание, часто ли в Англии, в Штатах бывают митинги? Часто ли выходит народ, требуя убрать президента или госсекретаря?
Р.ВАЛИУЛИН: Там другие поводы для митингов. Например, в Дании недели полторы назад выступали против эвтаназии.
К.ЛАРИНА: Здесь вопрос, связанный с Вашей передачей, видимо это передача «Мое кино». Слушатели Вас очень хвалят за разговор со Станиславом Садальским и спрашивают, как Вам удалось его разговорить.
В.МЕРЕЖКО: Стас Садальский вообще мой приятель. Это человек-оркестр: он и артист, и журналист, и хам.
К.ЛАРИНА: Он хулиган.
В.МЕРЕЖКО: Он очаровательный хулиган. Я люблю Стаса, понимаю, что там 99,9 % — это наигрыш. Обидчивый, в чем-то закомплексованный. И когда он верит человеку, в данном случае, мне, он раскрывается и бывает достаточно откровенным. Вообще он не глупый, он умный человек, достойный.
Р.ВАЛИУЛИН: А если говорить о цели, которую Вы преследуете, беседуя с таким человеком, как Стас Садальский, является ли это целью вызвать человека на максимальную откровенность, либо Вы все-таки преследуете какие-то другие вещи?
В.МЕРЕЖКО: Безусловно, на максимальную откровенность. Причем, я, в отличие от того же Караулова, не задаю жесткие вопросы, а я плету паутину с тем, чтобы человека усыпить и вывернуть самое важное для меня. Из последних бесед мне невероятно было интересно разговаривать с Верой Сотниковой. На основании этого разговора я бы написал сценарий: женщина, потрясенная оставленной любовью.
К.ЛАРИНА: Женские истории от Виктора Мережко.
В.МЕРЕЖКО: Да, я вообще обожаю женщин.
К.ЛАРИНА: Это мы знаем. Скажите, а разочарования бывали в людях, которых Вы знали, хорошо относились, но после встречи?..
В.МЕРЕЖКО: Конечно, бывали, и не однажды. Я могу даже назвать этот случай. Я этого актера безусловно высоко ценю, он снимался в четырех или пяти моих картинах — это народный артист Виктор Павлов. Он пришел на запись, почему-то уверовав в то, что он должен быть серьезным. Я и с той стороны, и с той подлезаю, говорю: «Витя, ну расскажи что-нибудь, ведь ты блистательно смешной рассказчик. У тебя столько случаев».  — «Нет. Я хочу быть серьезным». И он был в итоге не серьезным, а скучным. Потом, когда я закончил запись, сказал ему: «Ты знаешь, я никогда себя так трудно не ощущал». В принципе, я легко нахожу язык, я человек, способный разговорить. Он сказал: «А я не хотел. Зачем я дурачком буду выглядеть. Пусть моя семья скажет: «Вот, наконец-то!»
К.ЛАРИНА: Но я имею в виду разочарования другого рода разочарование в человеке.
В.МЕРЕЖКО: Нет, такого не было. Как правило, я приглашаю тех людей, которых я знаю и с моральной, и с бытовой стороны. Допустим, Леня Агутин. С моей точки зрения, это один из самых интересных персонажей и актеров для кино. В нем так много спрятано драмы, одиночества, тоски при том, что он счастлив с точки зрения обывателя — очаровательная Анжелика Варум, ребенок. Но в нем столько было сюжета! И когда он мне рассказывал какие-то вещи, я не то, чтобы разочаровывался, я получал подтверждение своим догадкам. Я даже потом ему сказал: «Давай подумаем с тобой о сценарии». Он абсолютно ложится на любой сценарий и как композитор, и как персонаж.
К.ЛАРИНА: «Господин Мережко, не могли бы Вы рассказать о Ваших деловых отношениях с Эдуардом Тополем? С его слов в книге «С Россией в постели» получается очень мрачно. Сергей Кислицын».
В.МЕРЕЖКО: С Тополем я, действительно, когда-то очень дружил. Он, пожалуй, был мой самый близкий друг до его отъезда в Израиль, а потом в Соединенные Штаты, вплоть до того, что я давал ему 60 рублей, когда ему не хватало денег на билеты. А потом случилось так, что мы с ним поссорились, и он даже написал об этом в книжке «Московский перелет», где он меня ругает. Потом мы с ним встретились в ресторане Дома кино, совершенно случайно, обнялись и сказали: «Два дурака. Годы идут, каждый живет своей жизнью, и зачем нам терять такие прекрасные часы, минуты, месяцы на то, чтобы дуться друг на друга». И мы сейчас опять дружим. А по поводу этой книжки я ее не читал. Я вообще Тополя мало читал не потому, что он мне малоинтересен, а потому что у меня физически нет времени. Кстати, я сегодня даже не пошел на Крестный ход, батюшка меня благословил, потому что я сидел писал до двух часов ночи — к первому мая я должен издать следующие 12 серий своего нового сериала.
К.ЛАРИНА: Какого?
В.МЕРЕЖКО: Эрнест Ясан уже снял 12 серий на базе «Ленфильма» — это «Кино-мост» и «Медиа-стелз». В рабочем варианте сериал назывался «Сага о криминале», а вчера приняли решение, что он будет называться «Крот». Это об агенте, который заслан спецслужбами в криминал.
Р.ВАЛИУЛИН: А откуда брали материал, на основе которого писали сценарий?
В.МЕРЕЖКО: Частью это фантазии, частью наша жизнь, а отчасти я много читал документальной литературы, и сейчас я считаю себя специалистом в этом деле. В общем, 12 серий к первому мая я долен сдать. Но я забрался в такие дебри! Я повторяю, в два часа я посмотрел трансляцию, помолился перед сном, но голова утром была, как котел, потому что там столько интриг, страсти, обмана, коррупции, что самому страшно.
К.ЛАРИНА: Давайте сейчас включим телефон, поскольку обещали это. 203-19-22. Добрый день.
СЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Я хочу задать вопрос Виктору Мережко. Чем ему не нравится Дибров?
В.МЕРЕЖКО: Вы что! Он очень мне нравится. Это человек талантливый, он даже старается не менять свой южно-российский выговор.
К.ЛАРИНА: И свои недостатки он обратил в достоинства.
В.МЕРЕЖКО: Я его обожаю, поэтому Вы заблуждаетесь. Это мой очень близкий приятель.
К.ЛАРИНА: Следующий звонок.
СЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте, Виктор. Вот Вы клянете коммунистическое прошлое, но Вы ведь строили коммунизм, не читая Маркса. Я думаю, что Вы сами «Капитал» не читали.
В.МЕРЕЖКО: Я, во-первых, не кляну свое прошлое грех проклинать ту жизнь, которой ты жил многие годы. Во-вторых, я, безусловно, не читал Маркса так, как его читал сотрудник Института марксизма-ленинизма. Поэтому, наверное, те, кто строили, не очень внимательно читали Карла Маркса.
Р.ВАЛИУЛИН: Мне, например, Маркса и Ленина хватило за 5 лет учебы в институте. Желание вернуться и перечитать нет.
К.ЛАРИНА: Алло, добрый день.
СЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте, это Людмила. Я бы хотела спросить у вашего гостя, что известно о режиссере Семене Ароновиче? Где он и что с ним?
В.МЕРЕЖКО: Семен Аронович, к сожалению, умер, по-моему, года два или три года назад. У него была лейкемия или рак в общем, что-то очень серьезное. Он был классный режиссер на «Ленфильме». Царство ему небесное.
К.ЛАРИНА: Напомним, он снял «Торпедоносцы», «Противостояние». Замечательный режиссер. И последний звонок. Добрый день.
СЛУШАТЕЛЬ: Добрый день. Меня зовут Михаил. Виктор Иванович, вот Вы президент «Ники». Почему же Вы тогда «Московский комсомолец» выбираете информационным спонсором, такую дебильную газету?
В.МЕРЕЖКО: Михаил, во-первых, она одна из самых читаемых газет. Насчет дебильности, я не могу разделить с Вами эту позицию, но если исходить от той публикации о Юматове и его покойной жене Музе Крепкогорской, то, в этом смысле, я стал глубоко сомневаться в нравственности этой газеты.
К.ЛАРИНА: Переходим к кино, коль Михаил напомнил нам, что Виктор Иванович является президентом «Ники». Давайте про кино.
В.МЕРЕЖКО: На «Мосфильме» сейчас запустился сценарий по моей пьесе «Кавказская рулетка». Молодой режиссер Федор Попов сейчас ищет актеров. Там всего три персонажа.
К.ЛАРИНА: А спектакль вышел? Я помню, мы с Вами разговаривали по этому поводу.
В.МЕРЕЖКО: Спектакль вышел, но не в Москве. Мы должны были начинать репетировать, и даже был такой вариант, что Нина Русланова будет играть эту даму, Женя Добровольская снайпера, а Алексей Макаров, сын Любы Полищук, будет играть проводника. Но пока там финансовые проблемы. А кино — они уже купили сценарий и запустили его в производство.
К.ЛАРИНА: А кто будет играть?
В.МЕРЕЖКО: Сейчас идут кинопробы. И второй сценарий тоже по моей пьесе «Двое с большой дороги» тоже купил «Мосфильм». Это такое объединение «Русский медведь», и они тоже готовят его к запуску. Где-то летом запустят его в производство.
К.ЛАРИНА: Ну и про «Нику».
В.МЕРЕЖКО: Ника 28-го числа в 18 часов вечера. Приходите, у кого есть пригласительные билеты. Вы знаете, в этом году «Ника» совершенно потрясла нас количеством классных фильмов, набором, и возможностью киноакадемиков проголосовать достойно. Но, как всегда, это вызывает странности, потому что были фильмы, безусловно, достойные, но, в основном, стали лидерами «Нежный возраст» Сережи Соловьева, потом «Дневник его жены» и кто-то еще. А, допустим, «Свадьба» Паши Лунгина не вошла ни в одну номинацию.
К.ЛАРИНА: Ну и правильно.
Р.ВАЛИУЛИН: А вообще «Ника» поднимется когда-нибудь до уровня «Оскара», как Вы считаете?
В.МЕРЕЖКО: Она уже поднялась.
Р.ВАЛИУЛИН: Просто есть люди, в том числе, и Ваши хорошие знакомые, которые сомневаются.
В.МЕРЕЖКО: Вы знаете, я опять-таки вернусь к тому, что не нравится нам все отечественное. Когда мы начинали с Гусманом «Нику» 15 лет назад, первую «Нику» называли «Крылья Элема» в честь Элема Климова. Издевались над нами, как могли. Мы еле наполнили зал, чтобы пришли люди посмотреть на нашу первую «Нику». И вдруг сейчас люди или плачут, не получая, либо, получая, радуются. Действительно, по постановочной части наша «Ника» более эффектная, чем «Оскар», поверьте мне. Другое дело, что «Оскар», в силу того, что американцы охватили своим кинематографом весь мир, и все смотрят наше общее кино
К.ЛАРИНА: Тут не только издевались — чего только не было! Был даже целый мыльный сериал о том, как поссорились Марк Григорьевич с Юлием Соломоновичем. Но все помирились, все кончилось хорошо.
В.МЕРЕЖКО: Я уже готов в этом году поехать на «Кинотавр» с Марком. А по поводу слухов, что «Нику» перекупили, развалили, — нет. Просто на протяжении этих 14 лет мы с Гусманом ходили и доставали деньги. Мы ведь не брали ни у государства, ни у Союза кинематографистов мы доставали деньги у спонсоров. «Русское золото» три года нас спонсирует, «Альфа-банк». А сейчас мы устали, нам надоело ходить с протянутой рукой, и нашлись две мощных структуры — «Сибнефть» и МДМ-Банк. Игорь Владимирович Шабдурасулов нашел эти структуры, и они, по сути, стали финансировать вручение «Ники».
К.ЛАРИНА: Так дорого вручение?
В.МЕРЕЖКО: А как Вы думаете? Конечно, дорого. А потом команду целый год надо держать это достаточно дорогое удовольствие. А потом, по-моему, с этого года пойдут конвертики с деньгами.
К.ЛАРИНА: А зачем? Оставили бы «Крылья». А то сразу коррупция начнется.
В.МЕРЕЖКО: Что Вы? Академики голосуют достойно. Мы сейчас как бы разделены: «Ника» это вручанты, а Киноакадемия, которую создаст Российский союз кинематографистов во главе с Михалковым, — это академики, они будут голосовать.
К.ЛАРИНА: А кто будет вручать деньги?
В.МЕРЕЖКО: Мы.
К.ЛАРИНА: А кто будет распределять, кому сколько?
В.МЕРЕЖКО: Существует такая сеточка: Гран-при — столько-то, лучшая режиссура — столько-то и так далее.
Р.ВАЛИУЛИН: А деньги будут приличные?
В.МЕРЕЖКО: Нормальные.
К.ЛАРИНА: А Вы будете смотреть, на что тратят? Контролировать?
В.МЕРЕЖКО: Конечно. Половину беру я, а половину (Смеется) Ксения, Вы меня подловили.
К.ЛАРИНА: Ну что ж, спасибо Вам за визит.
В.МЕРЕЖКО: Вы знаете, у меня есть мастер, который меня, по сути, сделал кинематографистом. Это Вайсфельд — мой дорогой друг и старший товарищ. Если он слушает сейчас «Эхо Москвы», я ему низко кланяюсь. И своим детям.
К.ЛАРИНА: Спасибо большое, еще раз поздравляем Вас с праздником. Отрадно, что Виктор Иванович в такой праздничный день согласился прийти на «Эхо Москвы», за что ему большое спасибо.
В.МЕРЕЖКО: Спасибо, до свидания.

Комментарии

0

Пожалуйста, авторизуйтесь или зарегистрируйтесь, чтобы оставить комментарий.

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире