П. МАНДЕЛЬСОН: Спасибо, что пригласили меня опять на вашу радиостанцию. Я приезжаю в Россию уже много лет, и я ценю дружбу и отношения, которые у меня есть в вашей стране. Но я думаю, что в ответ на ваш вопрос надо сказать следующее: каковы бы ни были исторические оправдания или объяснения, которые может, по мнению России, она предложить в случае аннексии Крыма, для остальной части Европы невозможно оставаться в стороне, как будто бы это было нормально, законно или демократично. У нас история Европы, согласно которой страны поступали друг с другом. Из-за этого Европа сталкивается со столькими конфликтами в пошлом веке и раньше. И это из-за неуважения границы, суверенитета друг друга и гражданских прав людей, живущих в разных странах. Вполне естественно, что когда мы видим, что такое случается опять, мы просто не переходим на другую сторону улицы, говоря, что это не наше дело. Это наше дело в Европе, поскольку мы действуем, исходя из определенных стандартов, принципов, законностей. Мы считаем, что когда они нарушены, как мы чувствовали это в случае с Крымом, в результате аннексии России, мы действуем. Санкции будут все более эффективными, если ситуация не изменится. Важно понять в отношении санкций то, что они в основном посылают сигнал на рынок капиталу, финансированию, инвесторам, людям, которые хотят приехать и вести торговлю с Россией, переводить капитал в Россию. Санкции, по существу, это сигнал, который говорит, что ненормальная обстановка, что имеются определенные политические риски, связанные с Россией. Поэтому прежде чем вы будете инвестировать в экономику сраны, надо задуматься над этим. Рынки чувствуют последствия того, что делают правительства. И России сейчас надо попытаться избежать положения, при котором не будет сохраняться отрицательный взгляд на Россию. Потому что если это произойдет, если мы позволим такой политической нестабильности и нарушениям наших отношений продолжиться, будут серьезные последствия для российской экономики.

Н. АСАДОВА: Поддерживают ли бизнесмены европейские санкции против России? Насколько я читала в журналах европейских и газетах, стоимость европейских экономических санкций намного превысит и для Европы последствия для России.

П. МАНДЕЛЬСОН: Я думаю, что санкции являются адресными. Я не думаю, что правительства Европы будут брать на себя слишком большой риск в отношении своей собственной экономики, своих собственных предприятий. Конечно, будут определенные последствия и для России. Болезненные последствия для России, для Европы. Но это необходимо для того, чтобы подтвердить нашу позицию в отношении Крыма и Украины.

Н. АСАДОВА: Означает ли это, что они больше не заинтересованы в российской экономике?

П. МАНДЕЛЬСОН: Многие из них не хотят путать бизнес с политикой. Но тем не менее, мрачная политическая облачность опускается на отношения России с Европой и США. Их решение приезжать сейчас сюда или нет, отражает это положение. Большинство бизнесов не будут бросать вызов своему правительству. Самое важное – общественность. Общественность в Европе и США заняла очень враждебную позицию в отношении действий России на Украине. Поэтому бизнесы, которые зависят от спроса, потребителей, на рынке, в Европе, США должны эти чувства общественности учитывать.

Н. АСАДОВА: И они полагают, что то, что сделала Россия на Украине в ответ на смену правительства в Киеве, было неверным? И нельзя продолжать сохранение такой нестабильности не только в Украине, но также и других соседних государствах, которые были бывшими республиками СССР?

П. МАНДЕЛЬСОН: Общественность по-разному реагирует в европейских странах. Я слышал, что в Германии, например, многие не разделяют политику основных политических кругов. Им не нравится потеря добрых отношений с Россией. Я немножко по-другому бы сказал: люди не хотят конфликта, конфронтации, которой характеризовались годы холодной войны. Плохие отношения приводили. Но сейчас экономика гораздо более взаимосвязана. Давайте так скажем: население России также должно понять, что российская экономика не будет развиваться, если вы изолируете себя. Всегда создается впечатление, что политические лидеры России говорят: делайте что хотите, у нас есть свое мнение, и нам плевать на то, какие будут последствия, если вам это не нравится, это просто ваше дело. Но эта неудача может коснуться и самой России. В глобальной экономике в 21 веке, если вы теряете торговые отношения, финансовые отношения, инвестиции, капитал, это на всех сказывается, если мы изолируем себя в мире. Это довольно плохая идея для России поступать таким образом, особенно сейчас, когда рост экономики сокращается в России.

Н. АСАДОВА: Некоторые считают, что российская экономика может войти в стагнацию. И отток капитала скорее происходит из России, чем приток его в Россию. Если посмотреть на огромное давление, на резервы валютные России, вы увидите серьезную опасность, с которой сталкивается российская экономика. И нужны друзья. И разрыв между Россией и другими ключевыми партнерами. А видите ли вы какие-то цифры, сколько финансовых средств выделяют европейские страны в результате санкций?

П. МАНДЕЛЬСОН: Если в действительно думаете, что Европа потеряет больше, чем Россия, то задумайтесь об этом. Никто не будет считать санкции, которые хуже скажутся на Европе, чем на России. Я думаю, что все эти правила, которые разработаны, чтобы защитить российский рынок в отношении нынешних инвесторов, очень трудно открыть вашу экономику для внешних сил. Но это давление со временем приводит к усилению не только для внутреннего рынка России. Открытость и свободная торговля, либерализация рынков, если она осуществляется на постоянной основе между производителями в России, приведут к росту российской экономике в перспективе, по сравнению со сбоями.

Н. АСАДОВА: А что вы думаете насчет отношений России с Китаем?

П. МАНДЕЛЬСОН: Я думаю, что эти отношения между Россией и Китаем хороши и для России, и для Китая. Но я хочу сделать 2 замечания. Во-первых, на глобальном энергетическом рынке происходят изменения, поступают новые источники поставок, новые источники газа. И эти структурные изменения в глобальном рынке энергетики могут изменить долю России на рынке в сторону понижения. Но доля России на рынке не останется такой, какой она является сейчас из-за растущего числа источников энергии и поставщиков в мире. Во-вторых, нехорошо для российской экономики так сильно зависеть от поставок нефти и газа. Надо иметь гораздо более стабильные основы для своей экономики, а не полагаться в такой степени на нефть и газ. За последние 10-15 лет ни энергетические, ни нефтяные, ни газовые экспортные поставки России сокращаются. И экспорт все больше полагается на экспорт энергоносителей. Это не очень хорошо, не здоровое явление. 50% этих поступление поступают от нефти и газа. Это не хорошо. Вот почему так важно, чтобы Россия нашла большее число источников областей производства для инвестирования, чтобы модернизировать и верифицировать свою экономику и не полагаться в такой степени на энергоносители.

Н. АСАДОВА: Как вы объясните растущую популярность правой партии в ЕС?

П. МАНДЕЛЬСОН: Я бы не стал так ставить вопрос. Я думаю, что многие избиратели в Европе, которые раньше поддерживали основные политические партии центра, не настолько обращаются свои взгляды влево и вправо. Скорее на партии, которые являются более маргинальными. Некоторые очень националистически настроены, а другие социалистически настроены. За последние 5-10 лет у нас был период жесткой экономики. И экономические трудности, которые переживали многие граждане. Это реакция на действия политиков. И наказывают их за это, голосуя за более маргинальные партии. Это, конечно, нарушает политические тенденции.

Н. АСАДОВА: Может ли это поставить под угрозу развитие ЕС?

П. МАНДЕЛЬСОН: Нет, ни в коем случае. ЕС не развалится.

Н. АСАДОВА: Это приведет к большому представительству этих партий в Европейском парламенте?

П. МАНДЕЛЬСОН: До тех пор пока основные партии сплотятся, вы увидите значительную


Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире