А. ПЛЮЩЕВ — У микрофона Борис Титов, бизнес уполномоченный. Добрый день. И, конечно же, один из самых обсуждаемых вопросов, связанных как с политикой, так и с бизнесом это вопрос санкций. Сейчас можем ли мы оценить, какие последствия, какое влияние оказали уже введенные против России санкции на бизнес, на бизнес-сообщество. И как в нем воспринимается.

Б. ТИТОВ — Конечно пока прямого влияния мы, по крайней мере, в среднем, малом бизнесе не чувствуем. Даже курс, в общем, который оказывал влияние, но сегодня стабилизировался. И практически ситуация не очень сильно меняется. Фондирование это большая проблема крупных компаний, которые могли брать кредиты за рубежом. На них наверное в какой-то степени начинают влиять санкции. И стоимость денег возрастает. Но таких прямых, прекращение контрактов или какого-то прямого воздействия на российский бизнес мы пока не чувствуем.

А. ПЛЮЩЕВ — В отношениях с западными контрагентами с бизнес-партнерами есть отказы от контрактов?

Б. ТИТОВ — Так же как Санкт-Петербуржский форум не приехали в основном крупные, сверхкрупные компании. Даже в самых демократических рыночных странах все равно влияние государства на бизнес есть, но это влияние в основном на крупные компании. То, что касается малого бизнеса так вообще, но и средний в большей степени независим от государства, от мнения руководства страны по поводу того, с кем дружить, как дружить. Бизнес прагматичен, если ему выгодно и интересно развивать контакты, кооперацию, совместные инвестиционные проекты или поставлять товары, он это будет делать. И поэтому здесь, если вы посмотрите, представительство средних компаний по-прежнему высокое, инвестиционные банки все здесь. Я думаю, что и финансовые институты и производственные компании и инвесторы в части реального сектора, они все по-прежнему присутствуют, и пока никаких кардинальных изменений не произошло.

А. ПЛЮЩЕВ — Вы упомянули вопрос о стоимости денег возросших кредитования для бизнеса за рубежом. И также внешнем долге. Насколько сейчас серьезна эта проблема. Насколько высока вероятность дефолта для некоторых заемщиков наших.

Б. ТИТОВ – Наверное, да, перекредитоваться будет сложнее, хотя я по-прежнему вижу, многие банки западные продолжают работать с Россией, без всяких изменений. Единственное может быть некоторые из них может быть по-другому оценивают риски. Это собственно не вопрос фондирования, это вопрос стоимости фондирования. Но с другой стороны я сейчас точно не помню цифру, но наша задолженность корпоративная внешняя составляет порядка 800, насколько я помню, это общая задолженность, корпоративная порядка, по-моему, 600 млрд. долларов. Большая часть из этой суммы это внутрикорпоративная задолженность. Это не кредиты банкам, а это те деньги, которые сначала уходили из России, а потом через систему кредитования внутрикорпоративного коммерческого кредитования возвращались обратно в Россию. Поэтому это долг во многом компаний самим перед собой. И в этом смысле проблема, которая существует, она не так велика, как, в общем, многие считают.

А. ПЛЮЩЕВ — Я хотел бы прямо развернуть ход нашей беседы. Вспомнив, что вы, если можно так выразиться, архитектор бизнес-амнистии. Один из ее инициаторов и человек, который довел ее до конца. Но как мы знаем от планов довольно широкой бизнес-амнистии осталось не так много, но то, что было воплощено в жизнь, оно существенно отличалось от того, что поставлено в начале. Есть ли планы проведения предложений о более широкой амнистии.

Б. ТИТОВ — Конечно, планов таких нет. Не могут амнистии объявляться каждый день. То, что амнистировано в целом было порядка 2 тысяч 600 человек, по нашему мнению это хороший результат.

А. ПЛЮЩЕВ — На свободу вышли меньше.

Б. ТИТОВ — Естественно вышло меньше. Но это было компромиссное решение, потому что были введены два барьера, которые власть посчитала необходимым ввести для этой амнистии. Это то, что должен был погашен ущерб и амнистия не коснулась 159-й статьи «Мошенничество», по которой основное количество осужденных было людей. Но в амнистию были включены два состава 159-й первой и четвертой, — кредитование и предпринимательская деятельность. А по ним не было еще практики. Тем не менее, нам удалось все-таки наладить систему переквалификации. Многие, больше 4 тысяч получили переквалификацию по этим статьям. Не все из них вышли, были амнистированы, потому что кто-то захотел погасить ущерб, кто-то не захотел. Но, тем не менее, в этом режиме, да, мы освобождаем от уголовного преследования бизнес, но не освобождаем от экономических последствий, нарушений, мы все-таки считаем, что любой человек, который сумел в результате амнистии получить свободу или было прекращено уголовное преследование это тоже очень хороший результат.

А. ПЛЮЩЕВ — С другой стороны после этой амнистии восприняли ли это правоохранительные органы или органы прокуратуры, в общем, те люди, к которому в свое время обращался Медведев с призывом: хватит кошмарить бизнес. Восприняли ли они это как сигнал, что действительно не стоит…

Б. ТИТОВ — Вы знаете, если в 2012 году было возбуждено по экономическим статьям 159 тысяч уголовных дел, то в 2013 году уже, когда амнистия, по крайней мере, с половины года начала действовать, было возбуждено немногим более 120 тысяч. То есть небольшое снижение количества уголовных дел произошло. Мы далеки считать, что это уже решенная задача, проблема решена, это не так. Конечно, пока еще к нам идут обращения. Мы получили 1500 с небольшим обращений, связанных с уголовным преследованием бизнеса. Надо сказать, не всем мы помогаем, потому что мы проверяем каждое обращение, делаем экспертизу с помощью наших общественных помощников, юридических компаний, экспертов. Предпринимателей. И, к сожалению, большое количество к нам обращений, которые мы считаем необоснованными. То есть или просто люди пытаются использовать нас, хотя сами нарушили закон. Или просто не очень понимают юридическую суть вопросов. Но, тем не менее, обращения продолжают поступать, и мы кроме амнистии, еще помогаем отдельным предпринимателям, и в каждом отдельном как мы говорим кейсах, и часть из них тоже обрела свободу. Хотя это количество конечно еще не то, на которое мы ориентированы. Мы считаем, что в целом ситуация все-таки начинает сдвигаться в лучшую сторону, хотя очень пока медленно.

А. ПЛЮЩЕВ — Что касается налоговой нагрузки, вот в свое время много говорили о том, что малые предприятия в массовом порядке закрываются. Из-за того, что изменено было налогообложение. Как сейчас с этим обстоит. И я помню, что обсуждались вопросы налоговых каникул для новых предприятий и так далее.

Б. ТИТОВ — Тогда было принято компенсационное решение, которое начало свое действие с 1 января 2014 года, отток прекратился. Но вместе с тем нельзя сказать, что те, кто ушли из бизнеса или ушли в тень, они вернулись и зарегистрировались в качестве индивидуальных предпринимателей. Поэтому решение только наполовину свою роль выполнило. Мы сейчас предлагаем другие решения. Те, кто ушел это в основном самые-самые маленькие, которые не одолели эту планку. В основном это самозанятые, те, которые работают сами. Есть индивидуальные предприниматели, которые могут нанимать людей. У них есть такое право. Мы говорим о том, что здесь ушли с рынка в основном маленькие те, которые даже не нанимают никого. Сами работают. Начиная от тех, кто печет пирожки, продает, бабушки или вяжет носочки. Или до преподавателей, которые дают частные уроки. Так вот они не смогли выдержать этой нагрузки. Мы предлагаем сегодня и я надеюсь, что оно будет принято решение, по крайней мере, по Крыму оно может быть принято в первую очередь, то, что будет разрешено покупать патенты самозанятым без регистрации вообще. То есть это будет просто люди идут, покупают патент по определенной цене в зависимости от той сферы, где они будут работать и того региона. И работают. Не надо никаких других, ни бюрократии, ни регистрации. Ничего. И я надеюсь, что вот это может повлиять на то, чтобы эти совсем микро вернулись на рынок. Мы сейчас уговариваем правительство, не знаю, получится ли довести дело до конца, но я надеюсь, что получится.

А. ПЛЮЩЕВ — Поддержка есть в правительстве?

Б. ТИТОВ — Да, есть. Другой вопрос, что опять эти выпадающие доходы, как платить пенсионные отчисления, все детали процесс затормаживают.

А. ПЛЮЩЕВ — А каков примерный порядок суммы выпадающих доходов? Насколько это серьезно?

Б. ТИТОВ — Да нет, это достаточно условные расчеты. И вообще это будущие периоды. Сегодня эти доходы просто никто не видит, потому что они в тени в основном. Никто ничего не платит. Поэтому мне кажется, что это разговоры, у нас вечно с Минфином слепого с глухим. Но мы надеемся, что в этом случае мы победим.

А. ПЛЮЩЕВ — Вы упомянули Крым, а если мне не изменяет память, у вас же там заводы.

Б. ТИТОВ — Нет, у меня нет заводов. Это Ходорковский перепутал.

А. ПЛЮЩЕВ — А. Прошу прощения.

Б. ТИТОВ — У меня под Анапой. В Новороссийске.

А. ПЛЮЩЕВ — Я все равно выйду на это. То есть получается, теперь у вас у российской юрисдикции есть отличный конкурент. Массандровские вина.

Б. ТИТОВ — Нет, они в другом сегменте. Вообще сегодня конкуренции в виноделии между собой нами российскими виноделами нет. Я еще председатель союза виноградарей и виноделов России. Мы пытаемся сегодня наоборот консолидироваться, объединяться. Потому что нам надо вместе решать свои проблемы всех, и Крыма, и Анапы и Краснодарского края. И у нас в Ростовском и Ставропольском крае на Северном Кавказе есть виноделы, в Дагестане. Кабардино-Балкария. Мы конкурируем с другим, с импортом в основном фальсификатом, некачественного продукта. Вот это наша головная боль. Кроме того мы никак не поддерживаем наших российских производителей. В регулировании таком же, как для производителей водки. Точно таком же. Никаких изъятий для производителей вина нет. Мы платим акцизы, мы вынуждены покупать акцизные марки и ставить у себя системы ЕГАИС. Мы должны охлаждать наши склады, это очень серьезные затраты. Поэтому сегодня в ближайшее время состоится совещание, мы попытаемся изменить регулирование, как для Крыма, так и для всей остальной России. С точки зрения производства вина из российского винограда. Это будет другое регулирование, более мягкое, чем для производителей крепкого алкоголя, я надеюсь, что это даст толчок развитию виноградарства и виноделия в России.

А. ПЛЮЩЕВ — Большое спасибо. Борис Титов, бизнес-омбудсмен был в эфире «Эхо Москвы».


Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире