06 января 2001
Z Интервью Все выпуски

«В туманном альбионе»


Время выхода в эфир: 06 января 2001, 13:15

6 января 2001 года
В прямом эфире радиостанции «Эхо Москвы» писатель, бывший разведчик М. Любимов
Эфир ведут К. Ларина и Р. Валиулин
К. ЛАРИНА: В гостях у нас сегодня писатель, как еще сказал Ренат, рассекретившийся резидент.
Р. ВАЛИУЛИН: Я сказал: добровольно рассекретивший себя.
К вам уже, Михаил Петрович, идут вопросы от наших слушателей, здесь есть специалисты по Англии, я так чувствую. Сегодня мы говорим о Лондоне, об Англии, вообще о том, как себя чувствует человек, когда он надевает на себя кожу гражданина другой страны.
Р. ВАЛИУЛИН: Тем более, если он работает в разведке.
К. ЛАРИНА: Как Штирлиц работал, интересно, ведь надо знать все диалекты, все привычки.
Р. ВАЛИУЛИН: Извини меня, там совершенно разные функции, насколько я понимаю. Там он был скрытый резидент, а вы работали, у вас была официальная должность в посольстве.
М. ЛЮБИМОВ: Я должен огорчить вас и всех наших слушателей, что Штирлицев вообще по пальцам можно пересчитать и в нынешней разведке, это нелегалы, так называемые. Из рассекреченных это известный полковник Абель, который был арестован в Нью-Йорке, потом его обменяли на Гарри Пауэрса, сбитого пилота, еще Лонсдейл, он выступал как канадский бизнесмен ив Лондоне, но это единицы. Штирлица у нас вообще не было, об этом официальная служба внешней разведки уже официально заявляла, не было Штирлица, Максима Максимовича Исаева не было. Это большое заблуждение считать, что каждому разведчику необходимо так глубоко влезть в среду, как нелегалу. Нелегалов готовят десятилетия, их натаскивают на языке. Прежде, чем выехать на боевое задание, они проходят подготовку в стране, они туда выезжают просто посмотреть.
Р. ВАЛИУЛИН: Это, как правило, люди, для которых этот язык родной, или их обучают этому языку?
М. ЛЮБИМОВ: Конечно, это чужой язык. Если родной язык, то чего ему обучать? Такие есть тоже, но это больше спецагенты и агенты.
Р. ВАЛИУЛИН: То есть, возможно, человека обучить языку так, чтобы он говорил без малейшего акцента? Это возможно?
М. ЛЮБИМОВ: Возьмем Абеля, Абель был немцем, сын известного коминтерновца, и работал в Америке. Вы знаете, какой английский в Америке, это уши вянут. Там эмигрантов куча.
Р. ВАЛИУЛИН: Ненавижу этот вариант английского.
М. ЛЮБИМОВ: Так что таких, как Абель, половина Америки, а, может быть, и все. А вот Лонсдейл, который выступал как канадец, до войны жил в Канаде у своих родственников, поэтому у него был блестящий канадский язык, но он еще и готовился, в Англии был и т. д. Там его арестовали за предательство.
К. ЛАРИНА: Михаил Петрович, давайте мы на этом закончим ваши размышления на тему разведчиков и шпионов, давайте мы вернемся к главной теме нашей встречи. У нас слушатели задают вопросы, и вопросы начинаются так: «Правда ли, что» Я думаю, что очень правильную схему нам подсказывают слушатели. «Правда ли, что, — спрашивает Илья, — что в Англии канализационные трубы проходят снаружи домов?»
М. ЛЮБИМОВ: Я такого не помню. Я не обращал внимания, мне кажется.
К. ЛАРИНА: «Правда ли, что англичане очень высокомерны?» спрашиваем мы вас.
Р. ВАЛИУЛИН: Это большой разговор, наверняка.
М. ЛЮБИМОВ: Это большой разговор, потому что о нации самые различные бывают мнения. Расскажу такую забавную байку, пересказ Набокова. Корней Чуковский где-то в 1914 году посетил английского короля и завел с ним на своем жутком английском разговор об Оскаре Уайлде. Король, естественно, ни Уайлда не читал, ни Чуковского не понял. А Чуковский стал что-то говорить о том, что невинного поэта посадили в тюрьму, притеснение личности. И король перевел тему на погоду. После этого Чуковский только и писал о лицемерии английской буржуазии, о монархии, какие они лицемерны, потому что не захотел он ответить на прямо поставленный вопрос, ушел. Так складывается стереотип. Девушка, ялтинка, вышла замуж за англичанина, уехала, родила двух детей, потом с ним развелась. Она ожидала, что она будет купаться в золоте. А он скромный англичанин, там нужно было выкупать дом, жили они достаточно бедно. В результате она развелась с ним, вернулась на родину и заявила, что англичане проклятые скупердяи, из-за каждого фунта скандал и т. д. Поэтому высокомерие то же самое. А, например, встречал высокомерных англичан, встречал совершенно открытых, искренних, веселых англичан, без этой прославленной чопорности, как мы видим в фильмах. Помните, Дерри Томас играет блестяще эти роли такого аристократа, у которого аж ноги хрустят, когда он ходит, не гнутся и т. д., эти холодные манеры. Кстати, у нас в театре, если вы возьмете, как Масальский играл англичан, он играл определенный тип, он блестяще играл, так было написано, потому что возьмите пьесы Оскара Уайлда.
К. ЛАРИНА: «Идеальный муж».
М. ЛЮБИМОВ: Конечно, они играли их такими: они натянуты, высокомерны, блестящие шутки всегда, в общем, этот великий английский юмор.
К. ЛАРИНА: Но ведь британца можно определить по каким-то признакам? Какие-то национальные черты присутствуют?
М. ЛЮБИМОВ: Во-первых, я бы хотел уточнить. Кого вы имеете в виду, когда говорите «британцы»?
К. ЛАРИНА: Когда мы смотрим кино, например, вы говорили про английский язык, мне кажется, то же можно говорить и о людях. Хью Грант все равно это англичанин. Или английское кино это английское кино.
Р. ВАЛИУЛИН: Тот же Хью Грант, которого я видел недавно в американском фильме, ему не могли прилепить ярлык американца, он был там англичанином, живущим в Америке, потому что куда же денешь акцент, куда же денешь манеру общения.
К. ЛАРИНА: Порода другая.
М. ЛЮБИМОВ: Понятно. Я все же не к этому придрался. Когда вы говорите о британцах, это значит и шотландцы, и валлийцы
К. ЛАРИНА: Ну, шотландца всегда можно узнать он в юбке.
М. ЛЮБИМОВ: Конечно, они все ходят в юбках. Все шотландцы в юбках, а все англичане высокомерные и надутые, и гордые.
К. ЛАРИНА: И курят трубку.
М. ЛЮБИМОВ: Ага. Еще есть ирландцы. Если, не дай Бог, когда-нибудь вы назовете Я в Ирландии недавно был и в ирландском пабе сказал: «великий английский писатель Бернард Шоу». Мне чуть не начистили физиономию, потому что это великий ирландский писатель, так же, как Оскар Уайлд, Сэмюэль Бэкет, Джойс. Это ирландская гордость. И еще, знаете, сколько их там. Это мы говорим по старинке «английская литература». Кто будет говорить, что Оскар Уайлд ирландец?
К. ЛАРИНА: Но они тоже гоголя, наверное, называют не великим украинским писателем, правда же?
Р. ВАЛИУЛИН: Мы тоже его не называем великим украинским писателем.
М. ЛЮБИМОВ: Верно. То есть вы хотите сказать, что те, кто называет Гоголя великим украинским писателем, они правы? Так же, как ирландцы. В этом есть смысл.
К. ЛАРИНА: И все-таки давайте, по характеристике. Есть стереотипы, которые разрушить невозможно?
М. ЛЮБИМОВ: С моей точки зрения, если вы возьмете англичанина, не шотландца, то основной его характеристикой будет как раз не высокомерие или мужественность какая-то особая народа, потому что каждый народ имеет свою историю и имеет достаточную долю мужества, а будет какая-то недоговоренность, сдержанность, которая проходит через все черты его характера. Я поясню свою мысль. Это употребление «видимо», «возможно», этих слов. Англичанин никогда не скажет: «Дважды два четыре», он скажет: «Дважды два, возможно, четыре». Более того, мы, разведчики, очень часто попадали в непростые ситуации, потому что мы в России привыкли к ответам и вопросам: «да», «нет». Вы говорите, излагаете позицию Советского Союза по каким-то вопросам, англичанин кивает головой, улыбается, у вас создается впечатление, что он с вами согласен, что он сказал «да». Ничего подобного, он сидит и думает: «Ну и дурак». Понимаете, эта недоговоренность, чувство полтекста, которое у нас отсутствует, у них есть. Сдержанность, все острые угла в англичан затуплены, там нет этого. Мне кажется, что это основная характеристика англичан. Та много еще что вытекает. Особая вежливость, эти thank you на каждом углу. За все и в любых случаях. Я помню, мы с англичанином зашли в один банк. Он хотел разменять несколько фунтов на доллары. В банке сказали, что не могут этого сделать. Он вытаращил глаза, говорит: «Да что же это такое? У меня счет в этом банке! Я не буду вашим клиентом!» Клерк улыбнулся и сказал: «Thank you, sir». Другой бы тоже наорал бы и т. д. Это, конечно, характеризует нацию.
К. ЛАРИНА: Насколько они искренни в приверженности к своим традициям? То, что мы видели: эти двухэтажные автобусы. Красные телефонные будки, черные такси, пабы и пр. Это искренне?
Р. ВАЛИУЛИН: Или это становится уже коммерческим элементом?
М. ЛЮБИМОВ: Я думаю, тут не надо одно отделять от другого. Конечно, нация консервативна. А мы разве не консервативны? Посмотрите, сколько переименований улиц. До сих пор народ путается. Мы тоже консервативны, и очень трудно уходить от этого. А если традиция очень хорошая? Зачем, например, эти роскошные двухэтажные автобусы, которые очень украшают Лондон, менять на такие, как у нас. Не надо этого. Есть своя традиция. Мне кажется, что англичане уже от много отошли. Я помню, когда я там работал, еще существовал шиллинг, а 20 шиллингов это фунт, а 21 фунт это гинея. Сейчас ничего этого нет. Есть пенсы и фунт, 100 пенсов в одном фунте. Раньше оперировали шиллингами, их называли «боб». То есть что-то уходит. Потом неизбежно, конечно, Англия вольется в общей рынок. Я с болью на эту тенденцию смотрю, потому что я боюсь, что в результате этого общество будет настолько усреднено, униформично (где Марина Королева? Она меня поправит), что произойдет стирание национальных особенностей, а национальные особенности украшают нацию. Когда разноцветный букет, это всегда красиво.
К. ЛАРИНА: Но уж газоны там настоящие, это точно.
М. ЛЮБИМОВ: Но как их делают, эти газоны. Вы же знаете, как их делают. Их выращивают
К. ЛАРИНА: 300 лет, действительно? Или это анекдот.
М. ЛЮБИМОВ: Не 300 лет, но готовят дерн, потом его укладывают, это очень долго делают. Вообще, это не так просто, эти газоны, эти дикорастущие тропические деревья, а Англия чуть ли не рядом с Северным полюсом.
К. ЛАРИНА: Да, странно, у них южные какие-то растения. Поразительно!
М. ЛЮБИМОВ: Потому что люди всю жизнь работали. У нас изображали раньше, дат и сейчас: колонии, эксплуатация. Было и это. Но в садах Кью, там оранжереи, лаборатории, которые завалили весь чай. Ведь как чай появился? Его везли в Англию, потом селектировали, потом Индии засадили, там самый лучший климат оказался. То же самое и эти растения, которые в Англии. Это результат длительной работы, очень серьезной селекции лучших английских ученых. Это происходило уже много лет. Культ английского сада, например. Это все слито в одно. Поэтому это не так все просто: взяли посадили тополя, и все выросло. Ничего подобного. Веками они все это делали.
К. ЛАРИНА: Михаил Петрович, а вы обросли какими-нибудь английскими привычками? Вообще, это заразительная вещь?
М. ЛЮБИМОВ: Заразительная. Я вам скажу, какими я оброс. Во-первых, я очень полюбил пиджаки из твида. Помню, когда я впервые приехал из нашей любимой страны, вы не помните то время, у нас же были жуткие
К. ЛАРИНА: Помним, конечно.
М. ЛЮБИМОВ: Это 50-е годы.
К. ЛАРИНА: А то в 70-е было лучше!
М. ЛЮБИМОВ: Но хоть сюда присылали какие-то импортные костюмы. А мы выезжали вообще в жутком виде. Конечно, эти твидовые пиджаки я очень полюбил, английский стиль одежды. Потом я полюбил не бриться по субботам и воскресеньям, как истинный аристократ. И, может, даже не умываться, потому что настоящий англичанин в субботу и воскресенье напяливает на себя какое-то рванье: старый вельветовые штаны (кстати, я их тоже полюбил) — и прогуливается с собакой по Гайд-парку. Это зрелище. Потом выпивает свою пинту пива. Пиво, правда, я не полюбил, но полюбил виски. То есть, я думаю, что какие-то цвета английские полюбил. У них преобладают в основном серые тона. В мое время, когда было мало эмигрантов еще в Лондоне, там вообще в котелках ходили, с тростями. Я полюбил зонт-трость. Идешь
К. ЛАРИНА: Не мешается?
М. ЛЮБИМОВ: Наоборот, чувствуешь себя джентльменом. Фляга хорошо с виски на охоте. Что-то да Большие сигары. Они, правда, кубинского производства у нас тут были.
К. ЛАРИНА: А наоборот, то, что не прижилось, то, что активно не принималось и не принимается вами?
М. ЛЮБИМОВ: Мы пытались с женой внедрить в нашу семейную жизнь так называемые jour fix, когда по определенным дням приходят гости, каждый (по-английски) приносит две бутылки вина, а хозяева готовят только сыр.
К. ЛАРИНА: Увы, у нас это не принято, этот номер не пройдет.
М. ЛЮБИМОВ: Каждый имеет право привести с собой, кого угодно, и люди встречаются. Это вторая среда каждого месяца. В принципе, это очень хорошо. Все время какие-то новые люди.
Р. ВАЛИУЛИН: То есть это фиксированный день, который каждая семья имеет в течение месяца, когда она может ожидать гостей без предупреждения?
М. ЛЮБИМОВ: Да, причем, англичане, в чем их прелесть, они не готовятся, как мы в России.
К. ЛАРИНА: Салаты не рубят.
М. ЛЮБИМОВ: Это же тихий ужас, когда с утра жена Сейчас-то нормально с продуктами. Это же целое событие. Сыр и все. Но это дело не прижилось. Во-первых, все кончалось жуткой пьянкой, потому что никто так, как англичане, пить у нас не может. Притаскивали не две бутылки вина, а две бутылки водки. Потом, дело в том, что убирать еще нужно. В Англии есть такая хорошая традиция, когда все гости, коллективно, моют посуду. Сейчас я не знаю. Помню, я был у высокопоставленных англичан. Там и дети, и  взрослые торжественно идут на кухню и помогают хозяйке.
Р. ВАЛИУЛИН: Но это же портит ощущение от вечера. Когда ты знаешь, что вечер закончится тем, что вы будете мыть посуду, перспектива невеселая, по-моему.
М. ЛЮБИМОВ: Ренат, я был большим социалистом, поэтому я видел в этом признак нарастания коллективизма в Англии. Будущая социалистическая Революция в Англии начинается с коллективного мытья посуды в семье. Но в этом есть какая-то прелесть, и дети приучаются к труду. Но у нас нереально.
К. ЛАРИНА: А тонкий английский юмор доступен каждому?
Р. ВАЛИУЛИН: Мы пытались его определить с Ситковецким.
М. ЛЮБИМОВ: Скоро выйдет моя книга об английской душе. Имеет, конечно, свою специфику английский юмор. Во-первых, очень большой подтекст, который на русского может не произвести никакого впечатления, а англичанину смешно. С другой стороны, я думаю, что мы в России по части юмора не отстаем.
Р. ВАЛИУЛИН: И подтекст, и эзопов язык.
М. ЛЮБИМОВ: Да, мы не отстаем. Об этом, кстати, уехавший посол Великобритании в Москве (я не помню его фамилию) как раз публично заявил, что в Европе, пожалуй, осталось две нации, которые понимают иронию, — это англичане и русские. Мы очень ироничны. Посмотрите на нашу печать, как раскрылись перья.
К. ЛАРИНА: Анекдоты какие!
М. ЛЮБИМОВ: Английский юмор, конечно, суховат бывает, а бывает очень несуховат. Ну, есть особенности, конечно.
Р. ВАЛИУЛИН: Английские анекдоты чем-то отличаются от русских принципиально?
М. ЛЮБИМОВ: У англичан очень много черного юмора, но и у нас полно черного юмора, правда?
Р. ВАЛИУЛИН: Жизнь такая.
М. ЛЮБИМОВ: Я сразу вспоминаю: «Голые бабы по небу летят,/ В баню попал реактивный снаряд». Типичный черный юмор.
К. ЛАРИНА: Но это не английский юмор.
М. ЛЮБИМОВ: Английский. Англичане специалисты по черному юмору. Конечно, парадоксы в стиле Льюиса Кэролла и т. д. Этот они мастера! У нас парадоксы не очень в моде, правда? Особенности юмора есть. Но нам не надо прибедняться, потому что у нас, дай Бог
К. ЛАРИНА: Здесь просто столько тем предлагают обсудить и поделиться своими впечатлениями: и английская рок-музыка, и откуда такая любовь к восковым фигурам. Это тоже, наверное, откуда-то тянется? Почему?
Р. ВАЛИУЛИН: Это патология, почему-то они очень любят.
К. ЛАРИНА: Везде понатыканы эти восковые фигуры.
Р. ВАЛИУЛИН: Где надо и где не надо.
М. ЛЮБИМОВ: Во-первых, я не специалист по рок-музыке, это у меня сын специалист, хотя я жил в Англии как раз тогда, когда «Битлы» появились.
К. ЛАРИНА: Вы их видели живьем?
М. ЛЮБИМОВ: Нет, не видел и терпеть их не могу, потому что я консерватор, я люблю русский романс и всегда любил бардов. Что я могу с собой поделать? Я любил Окуджаву, Галича, Высоцкого.
К. ЛАРИНА: То есть английская рок-музыка на вас никакого впечатления не произвела?
М. ЛЮБИМОВ: Нет, вообще не оказала на меня влияния. И вообще, я ни разу не был ни на одном рок-концерте, поэтому я ужасный в этом плане человек. Поэтому я ничего не могу сказать насчет английской музыки. А что до восковых фигур, то они сейчас везде ведь, я не нахожу вообще это шибко интересным. Они появились в Лондоне с подачи француженки Тиссо. Сейчас везде эти музей. Я вообще в Лондоне не ходил бы в этот музей, потому что там масса другого интересного. Что тут, что там.
Р. ВАЛИУЛИН: Кстати, мое ощущение было от Лондона, что там почему-то присутствует французский дух. Я ощутил это, хотя я не понял, почему в Лондоне бюро обмена называется по-французски, У них что, нет своего слова?
М. ЛЮБИМОВ: Ренат, очередное заблуждение, потому что англичане раньше называли французов не иначе как «французскими собаками». Карамзин, когда там был, он удивлялся, насколько англичане ненавидят французов. Кстати, французы им платят взаимностью.
Р. ВАЛИУЛИН: Я тоже всегда был уверен, что они не любят друг друга.
М. ЛЮБИМОВ: Но какие-то элементы остались.
Р. ВАЛИУЛИН: Правописание нескольких слов, в отличие от американского английского, в английском слово programme пишется по-французски.
М. ЛЮБИМОВ: Правильно. А что сделаешь?
Р. ВАЛИУЛИН: Откуда и почему это?
М. ЛЮБИМОВ: Я думаю, никто не установит истину. А с произношением улиц? Начинается у американцев черт знает что. А хохочу, мне смешно, и англичанину будет смешно.
К. ЛАРИНА: Давайте мы перейдем уже к другим традициям. Мне кажется, что тот стереотип, который навязан многими знатоками, в том числе и Михаилом Петровичем Любимовым Он нас предупреждал, когда мы ехали в Лондон, что там нет английской кухни. Я категорически возражаю, что там есть английская кухня, такое понятие. Разве мясо с кровью это не национальная английская кухня?
М. ЛЮБИМОВ: Конечно, можно считать, что мясо изобрели в Англии. Ради Бога, ешьте мясо с кровью, недожаренное и прочее. Но я не вижу в этом ничего особенно. Английская кухня, если вы хотите удавиться, то где-то попитайтесь вот этими жуткими Ну, завтрак, овсянка. Ешьте себе на здоровье, хоть каждый день. Но все равно я должен сказать, что английский завтрак во много раз лучше, чем французский, потому что этот континентальный кофе с булочкой, когда хочется жрать, и тут же бежать в номер, чтобы открыть свиную тушенку, которую захватил с собой на всякий случай. Конечно, английская кухня лучше, хотя эти сосиски, это огромное количество яиц и т. д. Но яичница с беконом Если вам нравится, то ради Бога. А йоркширский пудинг вы ели когда-нибудь?
К. ЛАРИНА: Нет, что это такое?
М. ЛЮБИМОВ: Это тихий ужас!
К. ЛАРИНА: Расскажите, что это!
М. ЛЮБИМОВ: Пудинг как пудинг, обыкновенный пудинг.
К. ЛАРИНА: Сладкая еда?
М. ЛЮБИМОВ: Нет, не сладкая, его подают вместе с ростбифом, с холодным мясом. Ну и что? Кусок съели Вы же мясо любите. Как будто не бывает английских бешеных коров. Собственно, нет английской кухни. Есть хорошее английское пиво, есть ирландский «Гиннес».
Р. ВАЛИУЛИН: Нет вина даже своего.
М. ЛЮБИМОВ: Есть свое вино, представьте себе, но они пьют в основном французское. Вообще, когда я там работал, вообще, вино мало пили, пили виски, хотя сейчас в любом пабе продают вино, а раньше этого не было, в любом пабе вы можете поесть, а раньше этого не было. Паб закрывается в одиннадцать. Даже если вы будете совать взятку хозяину.
К. ЛАРИНА: Берут взятки, кстати, официанты, швейцары, метрдотели?
М. ЛЮБИМОВ: Они берут, конечно, чаевые.
К. ЛАРИНА: Нет, наоборот, чтобы посадили, пропустили, открыли.
М. ЛЮБИМОВ: Вас не поймут, я думаю, может быть, возьмут, но не поймут. Вообще, англичане (говорю как разведчик) трудно вербуются на материальной основе.
К. ЛАРИНА: А на что клюют?
М. ЛЮБИМОВ: Идеология у нас всегда была. Кто сделал первую коммунистическую утопию? Томас Мор. Вот. Так что идеология.
К. ЛАРИНА: А женщины на что клюют?
Р. ВАЛИУЛИН: Как везде.
М. ЛЮБИМОВ: Нет, не надо этого цинизма. Идеология то де самое. Я сам работал с женщинами, которые были убеждены, что в Англии должен победить социализм. Вот и все, они нам помогали. Идеология, прежде всего. Конечно, материальный фактор тоже как-то способствует. А иногда они не брали денег. Посмотрите, это же случайно наша знаменитая пятерка, внедренная во все сферы английской жизни. Они не брали денег, ни копейки, ни пенса, я бы сказал. И таких было очень много. Но были такие, которые продавали секреты, слава Богу.
К. ЛАРИНА: А если говорить не о разведке, а просто о человеческих отношениях, чем можно обаять женщину? Что там самое главное? Действительно, как везде: обаяние, комплименты и трамвай прокатить?
М. ЛЮБИМОВ: Я думаю, здесь какой-то специфики нет. Мне никогда в голову не приходило обаять английских женщин.
К. ЛАРИНА: Такие женщины?
М. ЛЮБИМОВ: Мне англичанки не нравились никогда.
К. ЛАРИНА: Почему? Холодные?
М. ЛЮБИМОВ: Что-то в них такое, что меня никогда не привлекало. Достоевский обожал почему-то английских женщин, хотя редко критиковал английские порядки. Не знаю. По-моему, тут такое общее правило: нужно быть любезным, нужно ухаживать, нужно уметь целоваться и прочее.
К. ЛАРИНА: О чем говорить нужно, чтобы человек заинтересовался вами?
М. ЛЮБИМОВ: Вы знаете, о чем говорить. Я хотел бы насчет английского характера. О погоде. И это не просто объект для шутки. У нас говорят: «А, англичанин, будет говорить о погоде. Вот, какая погода была пять лет тому назад в январе. А вы знаете, когда я родился в Глазго» Кажется, это смешно. Правда? А на самом деле это очень высокая культура общения. Я иногда сижу в очереди в нашей парикмахерской, там сидит три человека, все смотрят друг на друга набычившись или равнодушно. А по идее, в человеческом обществе поговорить о погоде это перекинуть мостик куда-то. Это высокая культура общения англичан. Это очень хорошо. Если бы мы в поезде Вы едете в купе и, надувшись, читаете газету. И у англичан бывает. Есть же притча о том, как два путешественника на верблюдах встретились в пустыне Сахара. Они ехали рядом и так и не представились друг другу, потому что каждый считал это неудобным навязывать себя человеку.
Р. ВАЛИУЛИН: А еще одни стереотип: мой дом моя крепость. Насколько он соблюдается англичанами?
М. ЛЮБИМОВ: Я думаю, он больше соблюдается, и этот стереотип это английская. Я вам скажу, почему, особенно сейчас. Потому что гораздо лучше (и дешевле даже будет) пригласить человека в соседний ресторан, нежели приготовить обед. Но должен вам сказать, что то, что там действительно крепость это, конечно, чепуха. Никакой крепости нет. Я был у многих англичан. Все зависит от человека. Если вы противны и прочее, вас никто и не пригласит из англичан, но вас и в России не особенно приглашают, верно? Но у англичан есть то, что у нас отсутствует. У них этого комплекса, когда обязательно нужно завалить гостя семгой, накормить его картошкой в мундирах, сделать пирог и т. д. Я был у одного лорда в гостях сравнительно недавно. Он меня пригласил к себе домой пообедать. И что вы думаете, мы ели? Ну, мы выпили пару бутылок французского вина, а ели обыкновенную курицу-гриль. Эту курицу его жена разрезала на 4 части, еще у них сын. И вот, мы вчетвером эту курицу и съели с какой-то картошкой, я уже забыл, с чем. Попробуйте у нас пригласить в гости, купить гриль и положить на стол. Во-первых, вы никогда этого не сделаете, я убежден, будете считать, что неудобно. А вот надо этот комплекс преодолевать, люди не для того собираются, чтобы пить и жрать.
К. ЛАРИНА: Понятие домашней еды существует как таковое в Англии или нет? Или там разницы нет.
М. ЛЮБИМОВ: Они могут вам бифстроганоф сделать, даже купить в супермаркете котлеты по-киевски. Я думаю, домашняя еда меньше присутствует, чем у нас. Пироги, пирожки я, например, никогда не ел у англичан, не было такого. А в принципе, я не знаю, о какой кухне вы говорили.
Р. ВАЛИУЛИН: Мы ее изобрели для себя. Нам хотелось, чтобы она была.
К. ЛАРИНА: У нас английская кухня, мы теперь по ней скучаем и стараемся каким-то образом воспроизводить ее у себя на кухне. Действительно, просто: кусок мяса. Вот картошкой этой американской завалили всю Европу и всю Россию этой фигней.
Р. ВАЛИУЛИН: Мне понравилось, что они не дают в нагрузку хлеба корзину.
К. ЛАРИНА: Кстати, хлеб они как-то не очень жалуют.
М. ЛЮБИМОВ: Вообще, нигде в Европе не потребляют хлеб в таком количестве, как у нас.
Р. ВАЛИУЛИН: Во Франции очень много едят хлеба.
М. ЛЮБИМОВ: Да, багеты. Но англичане не особенно. Правильно, если француз, то обязательно тянет за собой этот длинный хлеб.
К. ЛАРИНА: Еще один вопрос, который я бы хотела вам задать. Понятие провинции существует в Англии?
М. ЛЮБИМОВ: Конечно, существует понятие провинции, каждая провинция имеет свой акцент, между прочим. Если вы родились в Йоркшире, у нас йоркширский акцент.
Р. ВАЛИУЛИН: А какое-нибудь презрение, негатив какой-нибудь существует у лондонцев по отношению к жителям провинции?
М. ЛЮБИМОВ: Видите ли, в чем дело. Сейчас этого нет особо. Сейчас у лондонцев другая проблема. Когда я долго там работал, тогда не было столько эмигрантов, а теперь уже дети эмигрантов это полноправные британские граждане, которые считают англичан оккупантами. Англичане не имеют своей республики, шотландцы имеют автономию, а англичане, как русские, везде и нигде. Англичанин, ямаец, уже член парламента, полноправный британский гражданин, он выступает с заявлением, что надо освободиться от колониализма в Англии и т. д. это проблема, потому что в Англии 8 % населения это дети индусов, особенно много ямайского происхождения. Тоже парадокс: сами англичане завезли на Ямайку негров, а потом эти ямайские негры наводнили Англию. Даже Министерство иностранных дел, это святая святых американского эстеблишмента, там тоже 200 потомков ямайцев работает, нормально.
К. ЛАРИНА: Какие-то националистические проявления в бытовом смысле существуют?
М. ЛЮБИМОВ: Конечно, существует, хотя бы потому, что, если вы посмотрите на Лондон, в нескольких районах целиком проживают, условно говоря, эмигранты, на самом деле, они такие же полноправные британцы. Как все остальные. Скученно, в некоторых школах 80 % детей эмигрантов. Лондон в основном насыщен ими. Конечно, англичанин лучше относится к провинциалу из Йоркшира или Чешира, чем к эмигранту. Я говорю о Чешире с особым удовольствием, потому что у меня новая книга «Гуляние с Чеширским котом».
К. ЛАРИНА: Когда это все выйдет?
М. ЛЮБИМОВ: Где-то в марте. Проблема есть. Хотя сами эмигранты утверждают, что эта проблема в Англии меньше, чем в Голландии или во Франции.
К. ЛАРИНА: Дорогие друзья, к сожалению, заканчивается время передачи. Сегодня был удивительный эфир по уровню собеседника. Михаил Петрович, я присоединяюсь к нашим слушателям, которые говорят: «Очень интересно. Еще пригласите Михаила Петровича Любимова». Приглашаем. Будем считать, что это первая серия английских путешествий.
Р. ВАЛИУЛИН:У нас еще Дания неокучена.
М. ЛЮБИМОВ: Я еще во многих странах был, так что вы можете еще обращаться, ради Бога.
К. ЛАРИНА: Спасибо большое.
В прямом эфире радиостанции «Эхо Москвы» был М. Любимов, писатель, бывший разведчик








Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире