14 декабря 2000
Z Интервью Все выпуски

Предстоящее рассмотрение в Госдуме четырех законопроектов о труде; начало общероссийской Недели единых профсоюзных действий против прин


Время выхода в эфир: 14 декабря 2000, 20:15

14 декабря 2000 года
В прямом эфире радиостанции «Эхо Москвы» Михаил Дмитриев, первый заместитель министра экономического развития и торговли РФ, Андрей Исаев, заместитель председателя комитета Государственной думы по труду и социальной политике, и Андрей Селиванов, заместитель председателя комитета Государственной думы по труду и социальной политике.
Программу ведет Нателла Болтянская.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Вот мы говорим о кодексе законов о труде, и буквально 5 минут назад Андрей Селиванов при мне угрожающе сказал Андрею Исаеву: «А проект-то новый я внесу 21-го». Так что там с проектом?
А.СЕЛИВАНОВ: Я его внесу не 21-го, а 22-го, после того, как Государственная дума не примет профсоюзный вариант кодекса и в случае, если правительственный вариант не наберет необходимого количества голосов.
А.ИСАЕВ: Я думаю, что правительственный вариант не наберет необходимого числа голосов, и я это вижу по поведению правительства. Я могу сказать, что мы два года предлагали правительству создать согласительную комиссию и доработать его вариант. Только после того, когда мы увидели, что правительство не готово к этому и не хочет идти нам навстречу, мы внесли собственный альтернативный вариант. Но правительство все равно ни в какую не хотело идти на переговоры. Судя по той готовности, с которой правительство сейчас предлагает отложить, создать согласительную комиссию, начать переговоры, мы можем судить о том, что правительство не набирает нужного количества голосов в Государственной думе. Это подтверждает и собрания фракций, которые прошли.
М.ДМИТРИЕВ: Что касается готовности правительства к переговорам, то правительство было готово, готово и будет готово к переговорам всегда. В ходе подготовки правительственного варианта трудового кодекса состоялось 4 пленарных заседания российской трехсторонней комиссии, в которой представлены, практически, все профсоюзы, в том числе и та федерация, которую представляет Андрей Константинович, и там было учтено порядка 2 тысяч поправок профсоюзов, а не уточнено всего 14. И говорить, что правительство не готово к переговорам, по меньшей мере, странно.
А.ИСАЕВ: Вряд ли здесь уместен количественный подход. Дело в том, что те 2 тысячи поправок, которые были учтены, это так называемые поправки технического характера. 14 неучтенных поправок — это поправки концептуального характера. Я могу сразу сказать, что нас не устраивает в правительственном варианте — это три основные вещи. Первое — он сокращает уже существующие права работников, которые прописаны в действующем КЗОТе — например, сегодня женщина может уйти в оплачиваемый отпуск по уходу за ребенком на три года. Правительственный вариант говорит, что оплачиваемый отпуск по уходу за ребенком будет полтора года. Женщины-радиослушательницы могут приложить это к себе и понять, поскольку дошкольные заведения начинают принимать детей с двух с половиной, с трех лет, это значит, что женщина будет поставлена перед выбором — карьера или семья.
А.СЕЛИВАНОВ: Я хочу сказать, что это не совсем так. В правительственном варианте тоже предусмотрено три года. Единственное, там существует разбивка — полтора года сразу действует и полтора года в дальнейшем, по согласованию с работодателем.
А.ИСАЕВ: Нет, это не верно. Полтора года — оплачиваемый отпуск, входящий в стаж, и полтора года, которые не оплачиваются и не входят в стаж. Да, у нас нет сегодня принуждения к труду, можно хоть до пенсии сидеть в отпуске по уходу за ребенком…
А.СЕЛИВАНОВ: Я хочу сказать, что я не являюсь автором правительственного кодекса, но ради справедливости надо не огульно критиковать правительственный вариант, а сравнивать — сравнивать те вещи, которые есть в профсоюзном варианте трудового кодекса, и те вещи, которые есть в правительственном варианте. Дело в том, что сегодня возникает абсурдная ситуация, когда мы предлагаем, чтобы было излишество всяких гарантий, льгот, которые, на самом деле, мешают молодым гражданам, беременным женщинам, женщинам, имеющим детей, устроиться на работу. Потому что работодатель думает: «Если я их возьму на работу, я буду должен сделать им какие-то выплаты, должен буду гарантировать то-то и то-то». Так, для примера, несовершеннолетним предлагается принимать их на работу без испытательного срока в профсоюзном варианте кодекса, и работодатель думает: «Зачем я его буду принимать на работу, не узнав, что это за человек, без испытательного срока». Тем самым, мы, наоборот, мешаем несовершеннолетним устраиваться на работу.
Н.БОЛТЯНСКАЯ: То есть, с Вашей точки зрения получается, что некоторые ущемления ныне существующих прав трудящихся даст возможность новым кадрам более успешно влиться в ряды российских трудящихся, так?
А.СЕЛИВАНОВ: Гарантии должны быть разумными…
А.ИСАЕВ: И с еще большим успехом вылиться из этих рядов, потому что увольнение облегчено тоже достаточно существенно. Правительственный вариант КЗОТа, фактически, распространяет заключение срочных трудовых договоров на всех работников, которые будут работать. Почему? Потому что в правительственном варианте сказано о том, что срочные договоры заключаются в определенных законом случаях, а также тогда, когда это необходимо, в том числе — и дальше дан перечень из 17-ти пунктов. Любой лингвист скажет, что слова «в том числе» означают, что данный перечень не является исчерпывающим, и работодатель в праве додумать еще дополнительные основания. Но для этого сделана еще оговорка — «выполнение заведомо определенной работы». Любая работа является заведомо определенной.
М.ДМИТРИЕВ: Уважаемые коллеги, в данном случае правительственный вариант кодекса полностью повторяет формулировку действующего кодекса, там тоже неисчерпывающий список оснований для заключения срочного договора, и, что особенно важно, правительство полагает, что такая практика должна быть сохранена и, более того, во многом усилена, потому что значительная часть трудовых соглашений современной России на сегодня заключается вне рамок трудового законодательства, вообще. Речь идет о так называемых договорах гражданско-правового характера, когда огромный срез профессионалов, а часто и не очень квалифицированных работников вынужденно прибегает к договорам, которые вообще никак не защищены трудовым законодательством, где они выступают формально равноправной стороной с работодателем, а, по сути дела, гораздо менее бесправны. Вот для таких работников и предложена правительственная формулировка, а именно — срочный договор заключается тогда, когда на этом настаивает работник. Работник может настаивать на заключении срочного договора, когда в качестве альтернативы ему предлагается договор гражданско-правового характера, по которому этот работник вообще никаких трудовых прав не имеет.
Н.БОЛТЯНСКАЯ: Позвольте один вопрос, уважаемые гости. С ваших точек зрения, насколько существующий КЗОТ защищает интересы трудящихся, с одной стороны, с другой стороны, насколько защите этих интересов способствуют профсоюзы, и насколько их защищает правительство?
М.ДМИТРИЕВ: Уважаемые коллеги, практически все варианты трудового кодекса на бумаге выглядят очень красиво с точки защиты интересов работников. Говорят, что правительственный вариант хуже защищает интересы работников, профсоюзный лучше, действующий кодекс не очень хорошо. А что на практике? Спросите любого работодателя, есть ли у него какое-то дело до действующего трудового законодательства, есть ли, вообще, работодатель, который активно принимает участие в дебатах по трудовому кодексу — таких работодателей, практически, нет. Почему? Потому что наш работодатель уже при любом трудовом кодексе великолепно приспосабливается, он нарушает любое трудовое законодательство, и ему абсолютно все равно, что там написано на самом деле. А проблема, на самом деле, в том, чтобы защитить интересы работников, и тот факт, например, что ни один работодатель особенно не хвалит правительственный кодекс говорит о том, что, в действительности, этот кодекс направлен на противоположное — на защиту интересов работников. 60 процентов работников, согласно данным социологических обследований, на сегодня являются жертвами несоблюдения действующего неадекватного рыночным условиям трудового законодательства.
Н.БОЛТЯНСКАЯ: Позвольте задать один вопрос, может быть, не очень в тему. У Вас ведь есть коллектив, подчиненный Вам. Предположим, с кем-то из Ваших подчиненных у Вас возник некий конфликт, который улаживается с помощью кодекса законов о труде, с помощью профсоюза, и человек преодолевает конфликтную ситуацию и остается на своем месте. Понятно, что Вам работать с ним будет все равно трудно. То есть, если конфликт возник, защищай или не защищай интересы…
М.ДМИТРИЕВ: Работодатель в любом случае найдет возможность уволить такого человека.
А.ИСАЕВ: Уважаемые коллеги, я хотел бы вмешаться в разговор. Логика правительства такова — к сожалению, на сегодняшний день работодатели очень плохо выполняют КЗОТ. КЗОТ не выполняется, идет сплошное беззаконие, поэтому давайте пойдем им навстречу. То, что сегодня является беззаконием, сделаем законным. Я предлагаю правительству продолжить эту логику. Сегодня у нас огромная коррупция воровства в стране — надо отменить соответствующие статьи уголовного кодекса, потому что они все равно не мешают ни ворам, ни коррупционерам. Пойдем им навстречу, подгоним закон под реально действующую ситуацию. Вместо того, чтобы пытаться заставить работодателей соблюдать действующий закон, власть говорит: «Давайте мы этот закон отменим и примем такой закон, который можно будет спокойно соблюдать, потому что он сделает работника абсолютно бесправным». Так вот, всех работников досрочные трудовые договоры делают бесправными, потому что они каждый день, каждый час думают: «Завтра без всякого объяснения причин мне не продлят контракт и уволят».
А.СЕЛИВАНОВ: Я хочу сказать, что здесь сравнение абсолютно некорректное. Дело в том, что в правительственном проекте трудового кодекса такого, на самом деле, нет. Есть, наоборот, четкое регулирование в соответствии с Конституцией, с гражданским правом, и под это подводится трудовой кодекс. В профсоюзном проекте трудового кодекса все сводится к тому, что работодатель, на самом деле, даже чихнуть не сможет без согласования с профсоюзом.
А.ИСАЕВ: Это неправда.
А.СЕЛИВАНОВ: На самом деле, так, потому что число статей, по которым необходимо согласование с профсоюзными органами, по сравнению даже с действующим кодексом законов о труде, увеличено. И получается так, кому нужен кодекс — работникам, которых, на самом деле, необходимо защитить или профсоюзным чиновникам, которые пытаются взять себе как можно больше полномочий, чтобы можно было заниматься шантажом работодателей и решать какие-то свои проблемы.
Н.БОЛТЯНСКАЯ: Скажите, а Вам не кажется, что коль скоро существует закон, который неважно работает, то есть, шестеренки крутятся вхолостую, то принятие в данной ситуации нового закона ситуацию ничуть не изменит? Может быть, подумать над тем, как заставить работать ныне действующее законодательство?
М.ДМИТРИЕВ: Андрей Константинович, над этим, наверное, нам всем вместе и надо подумать, надо иметь в виду, что тот закон, который у нас сейчас является кодексом законов о труде, принят в 1972 году в условиях, когда у нас была совершенно другая экономика. Если говорить о регулировании деятельности предприятий, о кредитной финансовой системе и так далее, у нас принята куча законов, соответствующих условиям рыночной экономики — законы о банках, гражданский кодекс, законы об акционерных обществах — их все не перечислить. А вот регулирование трудовых отношений осталось таким, как будто нет в стране рынка труда, как будто по-прежнему административная система. Давайте перечислять: в старой системе организаций трудовых отношений профсоюзы были частью партийно-государственной номенклатуры, они действовали точно так же по указам парткомов и райкомов, как делают менеджеры — это была единая партийно-государственная система. Поэтому, естественно, вполне нормально, у профсоюзов были права по административному вмешательству в управление предприятием.
Н.БОЛТЯНСКАЯ: Сообщение на пейджер: «Даже в советское время профсоюзы не играли никакой роли в защите интересов трудящихся, сейчас с ними, вообще, никто не считается».
А.ИСАЕВ: Правительственный проект сделан так, что с ним, тем более, никто не будет считаться. Но я хотел бы сказать, что есть прекрасная рыночная экономика в Федеративной Республике Германии. Там существует система участия работника в управлении производством. Так вот, количество согласований, которые работодатель обязан проделывать с производственным советом, намного превышает число согласований, которое предложено в нашем варианте трудового кодекса. Без согласия производственного совета, избранного работниками, работодатель в Германии не вправе устанавливать систему оплаты труда, устанавливать перечень документов, требуемых от работника при приеме на работу, предоставлять отпуска, принимать решения о перемещении и так далее. И при этом прекрасно работает рыночная экономика.
М.ДМИТРИЕВ: Я хочу сказать о том, что чем больше неразумных гарантий и льгот — должны быть, конечно, определенные гарантии — тем больше безработицы в стране. И вот в случае принятия нового кодекса я уверен, что безработица упадет как минимум на 50%, потому что опыт других стран показывает — чем разумнее гарантии, тем ниже уровень безработицы.
Н.БОЛТЯНСКАЯ: Вопрос, который мы обсуждаем с помощью электронного голосования звучит так: как вы думаете, кто лучше защищает интересы трудящихся — правительство или профсоюзы? Для тех, кто голосует за правительство, телефон для голосования 995-81-21. Для тех, кто считает, что профсоюзы, все-таки, лучше защищают интересы трудящихся, телефон для голосования 995-81-22. Напомню, что для москвичей голосование бесплатно. Как вы считаете, в нынешней системе, может быть, не самой цивилизованной экономики спасение утопающих — это дело рук самих утопающих?
М.ДМИТРИЕВ: Так оно и происходит сейчас.
А.ИСАЕВ: Я думаю, что да. И утопающие должны объединяться в организации, такими организациями являются профсоюзы. И мы рады, что профсоюзы сейчас создаются и на новых предприятиях — например, недавно профсоюзная организация «Макдональдса» активными своими действиями вынудила администрацию заключать коллективный договор.
А.СЕЛИВАНОВ: В профсоюзной организации «Макдональдса» 28 человек из коллектива в 400 человек — это так, для замечания. Я могу сказать, что трудящиеся могут защищать свои права, прежде всего, коллективным договором с работодателем.
Н.БОЛТЯНСКАЯ: Скажите пожалуйста, а нельзя ли сделать так, чтобы интересы правительства и профсоюзов в рамках защиты интересов работников как-то были скоординированы?
М.ДМИТРИЕВ: Я думаю, что за это и борется правительство. На самом деле, интересы у нас общие — цивилизованный рынок труда, на котором защищены интересы работника.
А.ИСАЕВ: Я, пожалуй, с этим соглашусь, мы по многим вопросам договариваемся в российской трехсторонней комиссии, но есть вопросы, по которым мы пока не можем договориться, потому что мы отстаиваем интересы работников, а правительство, как нам кажется, больше защищает интересы работодателей.
А.СЕЛИВАНОВ: Вот я им сегодня и предложил на заседании Государственной думы договориться — перенести с 21 декабря рассмотрение трудового кодекса на весеннюю сессию. Нельзя перед Новым годом, перед новым тысячелетием будоражить людей, выводить их на улицы вместо того, чтобы они шли за елками в лес, готовясь к Новому году.
Н.БОЛТЯНСКАЯ: Есть в этом известная доля ханжества. Тогда пусть лучше водку пьют, чем выходят на улицы?
А.ИСАЕВ: Нельзя перед Новым годом, потом нельзя будет перед 23 февраля, потом перед 8 марта…
М.ДМИТРИЕВ: Учитывая то количество колоссальных недоразумений, которые уже сложились вокруг всех этих проектов и их возможных последствий, это тема для 1 апреля, а не для Нового года.
А.ИСАЕВ: Я думаю, что если правительство, действительно, всерьез намерено перерабатывать свой вариант кодекса, то мы готовы к переговорному процессу. Если же это просто попытка оттянуть время — сегодня не набирается большинство, а в январе, может быть, наберется — то тогда, конечно же, никакого переговорного процесса не будет.
М.ДМИТРИЕВ: Это можно перенести и сесть за стол переговоров и правительству и профсоюзным представителям. Более того, сегодня прозвучало на заседании Думы мнение стороны правительства, которое предложило депутатам включиться в процесс обсуждения, включить авторов профсоюзного варианта в рабочую группу — надо договариваться, а не выносить, как говорится, сор из избы.
А.СЕЛИВАНОВ: А, вообще, коллеги, у нас есть праздник трудящихся — Международный день труда 1 мая. К этому празднику КЗОТ и должен быть принят во всех трех чтениях.
Н.БОЛТЯНСКАЯ: И, все-таки, как вы думаете, когда новый кодекс может начать работать? Сейчас все условия для того, чтобы он не начал работать.
М.ДМИТРИЕВ: Новый кодекс может начать работать, если этот кодекс будет соответствовать условиям рыночной экономики, а не командно-административной, которой соответствует действующий кодекс. Это первое условие. И второе — необходима эффективная система судебного посредничества и досудебного урегулирования трудовых конфликтов, которая обеспечивает успешное исполнение положений трудового законодательства. Это те два условия, без которых никакой трудовой кодекс делу не поможет.
А.ИСАЕВ: Моя точка зрения такова, что если будет принят кодекс, суть которого «начальник всегда прав», то в этом случае такой кодекс на многих предприятиях уже сейчас действует, и ему ничто не препятствует. Правительственный вариант кодекса не решает главные вопросы нынешней экономики. Например, что делать с теми, кто не платит вовремя зарплату? Наш кодекс предлагает установить пени за каждый день просрочки. Ведь когда человеку не заплатили зарплату, он приходит в сберегательную кассу и приносит справку, что ему не платили три месяца — это никого не волнует, сберкасса возьмет с него пени за свет, за газ, за квартиру. Почему бы не ввести такие пени, если работодатель не платит своему работнику три месяца.
Н.БОЛТЯНСКАЯ: В карман работнику?
А.ИСАЕВ: Совершенно верно. Мы этот вариант предусматриваем, правительство — нет. Мы предусматриваем дополнительные гарантии, например, когда человеку отказали в приеме на работу — он вправе потребовать письменное обоснование. Правительственный вариант эту норму, фактически, исключает.
А.СЕЛИВАНОВ: Не фактически. Она присутствует в правительственном варианте. Я — не сторонник абсолютного правительственного варианта, но нельзя огульно его критиковать, не сравнивая. Если говорить о том, что работодатель может отказать работнику в приеме на работу, то и в правительственном варианте предусмотрено письменное обоснование.
Н.БОЛТЯНСКАЯ: Наш электронный опрос закончился. За пять минут нам позвонило 467 человек. А как вы думаете, кто лучше защищает интересы работающих?
А.СЕЛИВАНОВ: Профсоюзы, конечно.
Н.БОЛТЯНСКАЯ: А в каком соотношении?
А.СЕЛИВАНОВ: Три к одному: 72% — профсоюзы, где-то 28% — правительство.
А.ИСАЕВ: Это сказал не я, председатель профсоюзов, а Андрей Селиванов, который мне оппонировал. А Андрей Исаев думает, что, видимо, относительное большинство — это профсоюзы, я надеюсь на это.
М.ДМИТРИЕВ: Мне тоже так кажется. Это вытекает из характера той дискуссии, которая проходила в средствах массовой информации, но это не значит, что это, на самом деле, так.
Н.БОЛТЯНСКАЯ: Из всех позвонивших, 67% считают, что их интересы лучше отстаивают профсоюзы, и 33% полагают, что это было правительство.
А.ИСАЕВ: Я думаю, что для правительства это даже очень оптимистические результаты.
М.ДМИТРИЕВ: На самом деле, профсоюзы по роду своей деятельности должны отстаивать интересы трудящихся, и, слава богу, что трудящиеся это признают.
А.ИСАЕВ: Во всяком случае, те трудящиеся, которые слушают нашу дискуссию на «Эхо Москвы».
М.ДМИТРИЕВ: Совершенно верно.
Н.БОЛТЯНСКАЯ: Так, все-таки, насчет задержки зарплаты, очень жизненную тему подняли.
М.ДМИТРИЕВ: Что касается задержек заработной платы, то самое главное, не допустить, прежде всего, их возникновения и смотреть в корень причины их возникновения. Должны быть и уголовные санкции, и административные санкции, и что особенно важно, нужно очень четко проводить грань между задержками, связанными с ухудшением экономического положения предприятия, когда предприятие не может выплачивать зарплату, просто потому что оно стало убыточным, и ситуациями, когда задержки происходят по злому умыслу работодателя.
Н.БОЛТЯНСКАЯ: А не все ли равно? Я Вам должна деньги, я Вам их не возвращаю, Вам не все ли равно?
А.ИСАЕВ: При этом государству все равно, потому что если, например, предприятие не будет вовремя платить налоги, штрафные санкции будут независимо от того, является ли оно убыточным или оно умышленно уклонялось от уплаты налогов. Уголовная ответственность наступит в случае умышленной неуплаты, а вот штраф за несвоевременную плату этих налогов будет в любом случае.
М.ДМИТРИЕВ: Вы знаете, ни работнику, ни работодателю, на самом деле, не все равно. Вот почему исходы из этих ситуаций совершенно разные. Если менеджер не платит зарплату, потому что он украл деньги предприятия и работника, значит менеджер должен пойти в тюрьму или быть наказанным иным образом. Если менеджер не уплатил заработную плату, потому что предприятие неплатежеспособно, значит его нужно либо реорганизовывать, чтобы повысить его рентабельность и конкурентноспособность, либо обанкротить — третьего пути нет. Начислять пени, проценты можно бесконечно, от этого предприятие не станет на ноги, не станет приносить прибыль и платить заработную плату. Только эти два случая нужно четко различать, к сожалению, профсоюзы в своем проекте просто не проводят такой грани.
А.СЕЛИВАНОВ: И консервируют ситуацию.
М.ДМИТРИЕВ: И, фактически, добивают те предприятия, которые сегодня еле стоят на ногах.
А.ИСАЕВ: Нет, уважаемые коллеги, в случае, если эти предприятия будут идти с молотка, то долг, который будет выплачиваться работнику, окажется больше, чем просто их заработная плата. А, вообще, наш кодекс просто уравнивает заработную плату с остальными платежами, потому что сегодня работодателю выгоднее всего не платить именно зарплату. Не заплатил он налоги — это штрафные санкции, не расплатись он вовремя с кредиторами — это тоже, как правило, штрафные санкции, если он зарплату вовремя не заплатит — максимум, что может быть, это работник у него свою же собственную зарплату отберет.
М.ДМИТРИЕВ: Все эти нормы можно прописать и в коллективном договоре. Не обязательно прописывать в трудовом кодексе, потому что многое зависит от характера предприятия, от сферы их деятельности, и для этого существует такой момент, как заключение коллективного договора, где представлены профсоюзы, работодатели. Профсоюзы как раз, представляя работника, могут включать все нормы, связанные с выплатой заработной платы.
Н.БОЛТЯНСКАЯ: А скажите, сейчас, наверное, ни для кого не секрет, что если отъехать 30 километров от Москвы, то вы увидите людей, которые торгуют тем, что, собственно, и производят — гжель, подушки и все такое. Как быть в ситуации, когда зарплату выдают, как говорится, натурой?
А.СЕЛИВАНОВ: Профсоюзный проект трудового кодекса предусматривает — 30% можно выдавать натурой. В правительственном варианте более нормальный подход — 20%. Но я считаю, что и это не совсем правильно.
М.ДМИТРИЕВ: Но этот правительственный вариант сделан в соответствии с конвенциями Международной организации труда, которые предусматривают не более 20% натуральной оплаты в составе заработной платы работника.
А.ИСАЕВ: В нашем варианте только с согласия работника, и, в данном случае, речь, в первую очередь, идет о тех, кто работает в колхозах. Разумеется, что во втором чтении мы это поправим и приведем в соответствие с конвенцией…
М.ДМИТРИЕВ: Андрей Константинович, но Вы же говорите, что согласие работников в трудовом кодексе смысла не имеет, потому что работодатель…
А.ИСАЕВ: Я принимаю данное замечание, я готов его улучшить. Если бы разница правительственного и нашего варианта заключалась только в этом, я бы с удовольствием принял правительственный вариант. Во втором чтении в нашем варианте будет не более 20%.
М.ДМИТРИЕВ: Как в том кино, давайте улучшать вместе.
Н.БОЛТЯНСКАЯ: А получится у вас? Судя по дискуссии, которая сегодня состоялась, что-то…
А.ИСАЕВ: Эта дискуссия идет не первый год, мы хорошо знаем позиции друг друга. Но я думаю, что в конечном итоге тот кодекс, который выйдет из стен Государственной думы, будет плодом многих компромиссов. Сейчас пока идет дискуссия о том, что должно быть положено в основу компромисса, об этих базовых принципах. Если правительство скажет нам, что оно готово не ухудшать положение работников по отношению к действующему КЗОТу, что оно готово оставить за профсоюзами право согласования только тех решений, которые непосредственно затрагивают интересы работающих, если оно скажет, что оно готово строго ограничить перечень причин, на основании которых заключаются срочные трудовые договоры, что, например, высшее образование получит право получать зарплату не только тот, кто учится по профилю, но и грузчик может получить оплачиваемый отпуск для сдачи экзаменов в государственном вузе, если он учится заочно или на вечернем отделении. Правительство сейчас его лишает такой возможности. Если все это будет сохранено, то, пожалуйста, эти поправки будут внесены и можно будет принимать за основу правительственный вариант…
М.ДМИТРИЕВ: Я хочу сказать, что сегодня профсоюзы критикуют тот кодекс, который был внесен председателем правительства, избранным второй Государственной думой, по сути, консолидирующей общество. Это Евгений Максимович Примаков, лидер фракции ОВР.
Н.БОЛТЯНСКАЯ: Ну, что ж, мне остается напомнить, что сегодня в студии «Эхо Москвы» были Андрей Селиванов, заместитель председателя комитета Государственной думы по труду и социальной политике, Андрей Исаев, заместитель председателя комитета Государственной думы по труду и социальной политике, и Михаил Дмитриев, первый заместитель министра экономического развития и торговли Российской Федерации.


Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире