директор Исторического музея Александр Шкурко
беседу ведут Татьяна Невская и Нателла Болтянская

ТН. Добрый день. Наконец-то мы, уже не делая привычно печальных лиц, радостно можем сообщить всем все известное — открылась первая очередь Исторического Музея. Я Вас поздравляю. Я очень рада, поскольку мы следили тщательно и старательно, как продвигалась работа, то вопросов будет много. Первый вопрос такой — Вы решили придерживаться той концепции, которой держались Забелин и Уваров, т.е. первые создатели музея. Почему?
АШ. Во-первых, само здание по всей своей архитектуре, планировке, архитектурно-декоративному решению было сделано под эту историческую концепцию, и разрушать это здание, как делали в 30-50 годы, я думаю, это было бы не просто неправильно, а известным преступление.
ТН. Вы начали с археологии, и у Вас такой европейский подход к этой проблеме, т.е. можно ли некоторые экспонаты потрогать руками, да?
АШ. В очень ограниченном количестве. И в специально для этого предусмотренных выдвижных ящиков.
ТН. Мы 11 лет ждали, и, наконец, все открылось. Археология не всем доступна, не каждому уму доступна, не каждому интересна. Второй же очереди ждать до 2000 года.
АШ. Во-первых, первые два дня, когда к нам приходят несколько тысяч посетителей, показывают, что многие из них с интересом смотрят археологию. Во-вторых, мы показываем археологию не так. как раньше…
ТН. Простите, что Вас перебиваю. Сегодня открылся музей археологии. Ваши контрагенты из музея истории Москвы… Это будет какое-то противоречие?
АШ. Никакого противоречия здесь не будет. Музей археологический на Манежной площади будет крупные архитектурные формы, которых у нас, естественно, не могло быть. Например, опоры моста через реку Неглинную, деревянные срубы. У нас, во-вторых, не одна Москва представлена, а огромная территория России. Поэтому мы здесь ничем не будем мешать друг другу, только дополнять.
НТ. Я напоминаю, что у нас в гостях директор исторического музея Александр Шкирко, и мой вопрос к Вам такой — когда 11 лет назад музей закрывался на реставрацию и реконструкцию, наверное, мало кто предполагал, что пройдет такой большой период времени. А жили мы тогда в другом режиме, согласитесь? Вот эти выпавшие 11 лет. Тогдашняя концепция возобновления экспозиции и сегодняшняя, они сильно различаются?
АШ. Сильно различаются не только по принципам самой экспозиции, в которой мы отказались от традиционной схемы, показа развития производительных сил, социальных отношений. а потом идеологий, культуры. Сейчас мы показываем как ценностное историческое явление отдельные регионы в их определенный момент исторического развития. Но другое, что отличает нас от 86 года, это то, что мы пережили много даже трагических для нас моментов, но мы достигли совершенно другого уровня реставрации по полноте своей и по созданию условий для прима посетителей. Мы создали новые вестибюли, гардеробы, магазины, кафе, пускай, может быть, в миниатюре какой-то, лифты для инвалидов, для пожилых. То есть мы сейчас, смело смотрим в 21 век.
НТ. 2 тысячи человек уже посетили музей?
АШ. Да. Может быть, сейчас даже три.
НБ. Какие-то негативные были отзывы?
НТ. Нет, ни одного такого отзыва не знаю. На 99 процентов все отзывы только положительные, и в большинстве из них присутствует нотка радости, что смогли наконец, получить такую возможность.
ТН. Ну это постоянная экспозиция. А существует такое понятие как передвижные выставки, выставки, которые Вы продаете за рубеж , возите за рубеж. Что Вы сейчас планируете?
АШ. Во-первых, у нас стоит сейчас выставка, вернувшаяся из Японии «Образы России», только дополненная и обогащения нашим собранием картинок акварели и графики. Во-вторых, выставка «Реликвии и истории государства Российского» центральная вообще сейчас выставка в музее, она будет готова для того, чтобы представить ее в любой стране мира, которая сможет принять и обеспечить гарантии полной сохранности этих уникальных раритетов российской истории.
ТН. У Вас есть совершенно замечательные здания, которые у вас никто не отбирал, как я понимаю. Это Ирининские палаты и бывший Музей Ленина. Как Вы будете использовать Музей Ленина?
АШ. Хочу только напомнить, что здание городской думы, затем центральный музей Ленина, не принадлежит Историческому музею. Оно принадлежит мэрии Москвы, и мы там находимся временно для того, чтобы создать условия для ремонта основного здания.
ТН. Вы можете его потерять?
АШ. Да, проблема остается. И я хотел бы обратиться к радиослушателям, через них как-то к людям, которые могут решать эти вопросы, что нужно пойти не на компромисс, а на окончательное решение и создать в центре столицы, рядом с торговым комплексом «Охотный ряд», рядом с возрожденными Воскресенскими воротами, которые фактически уже соединили два здания, создать один культурно-музейный комплекс, который обеспечит и сохранение коллекции Исторического музея, имеющей и национальное, и московское значение, и даст возможность развития и самой экспозиции, и выставочных площадей Музея, и всех форм обеспечения доступности для людей тех ценностей, которыми мы располагаем.
НБ. В той или иной степени. даже не знаю, как сформулировать, останется ли лениниана? Все-таки, период из жизни страны не вычеркнешь.
АШ. Я согласен с вами, что вообще 70 лет советской власти выбросить из истории просто так невозможно, и не только потому, что есть люди, которые пережили эту эпоху, которая часть их судьбы человеческой. Но из истории вообще нельзя выбрасывать крупные значительные периоды. Независимо от оценки этого периода, от тех. ясных нам сейчас негативных, даже страшных моментов. которыми он характеризуется. Весь вопрос, как показывать этот период, с какими акцентами, как сделать доступным для посетителя собственные оценки, которые он вынесет из этой экспозиции.
НБ. Можно я Вам этот вопрос переадресую сразу. Как же это сделать?
АШ. Это можно сделать не как лениниану, а действительно, как историю России с 1917 до 91 года.
ТН. Вероятно важна интонация. Если, допустим. в Германии любое упоминание о фашизме считается как пропаганда фашизма. Там очень жесткие ограничения. А у нас наша бывшая эпоха, которая, кстати, нам всем дорога по-своему, и как Вы как музейщик относитесь к германской проблеме?
АШ. Вы хотите сравнений с Германией? Например, музей немецкой истории в Берлине. Проблема решена таким образом. Создана как бы параллельная экспозиция. Одна сторона — это экспозиция годы развития ФРГ, вторая сторона — это Германская Демократическая республика. Сравнение очевидное. Не требует лишних слов.
ТН. А с 33 по 45 год?
АШ. Есть тот экскурс в историю именно гитлеровской Германии, из которого вытекают два противоположных диаметральных пути развития. Можно, видимо, и у нас найти пути показа этого периода. Другое дело, что мы сейчас полностью не готовы. Мы можем сейчас только проблемно строить такую экспозицию, выделяя какие-то крупные вопросы, и не только вопросы, связанные с тоталитаризмом, репрессиями. Никуда не денешься. Надо коснуться и развития экономики, и той же индустриализации, и уж подавно невозможно замолчать великую победу в Великой отечественной войне или успехи науки в том же освоении космоса и т. д. Видимо, на этом противоречивом, несопоставимом порой показе, на контрастах придется такую строить экспозиции. До того, пока фундаментальная историческая наука найдет какие-то окончательные формы…
ТН. Что значит на контрастах?
АШ. На контрастах трагического и победного, радостного и, наоборот, страшного. На этой живой действительности, которая существовала. Другое дело, что музей — это не театр. Музей будет строить все это на подлинных документальных или реликвийных предметах. Но мы все эти годы хотя не создавали такой экспозиции, комплектование коллекции вели по этому периоду.
НБ. Хочу напомнить, что в эфире у нас директор Исторического музея Александр Шкурко.
ТН. Александр Иванович, какое место Вы и Ваш музей занимаете в Международном Совете музеев «Икома».
АШ. Вчера закончилась сессия нашего российского комитета «Икома» и я снова избран в члены президиума нашей профессиональной общественной организации. Что касается нашей страны , то это один из полноправных членов среди 135 стран -членов «Икома».
ТН. Как оценивается Исторический музей и его фонды в Икоме. Есть ли такая статистика, говорили ли Вы, плакались ли Вы когда Вам было очень трудно. Как это все выглядело?
АШ. Во-первых, «Иком» и наш президент Ирина Александровна Родимцева все время поддержали. И этот тонус озабоченности и в Министерстве, и в правительстве за состоянием исторического музея. Я благодарен «Икому» за эту поддержку. Что касается наших выступлений, то два дня назад моя заместительница по культурно-просветительной работе выступала с докладом на научной конференции об анализе социальных групп посетителей музеев в разрезе последних 15-20 лет.
ТН. Есть такие возможности у музеев. Первое — это закупки. И когда я задаю вопрос, что вы купили, люди смущаются и говорят, а потом, выходя из эфира, говорят, что это было куплено в 95 году. То есть это тяжелая проблема ?
АШ. Да. Действительно последние два года закупка у нас практически прекратилась. Мы живем дарениями. Один источник парадоксальный. Мы благодарны государственной таможенной службе за то, что она успешно… но то, что с помощью наших экспертов отслеживается и признается как не подлежащее вывозу, по крайней мере, частично поступает в Исторический музей.
ТН. Вы получаете архивы, иконы… У вас же есть изобразительная сторона.
АШ. Да. И архивные, и документальные материалы, фотографии, иконы, и произведения ювелирного искусства, прикладные вещи. Не так давно поступила очень интересная коллекция. где наряду со старинными предметами, оказалась, как часть ее, собрание суррогатов денежных знаков, которые сейчас применяются на территории России, в областях, городах, на предприятиях, где выдают эти суррогаты вместо зарплаты, и в странах СНГ. Просто уникальная по-своему коллекция.
ТЕ. Я бы поставила памятник безымянному коллекционеру, которому пришло в голову прежде, чем музейщикам, собрать суррогаты.
АШ. Я с вами полностью согласен. И наконец, дарение. Недавно «Внешторганк» стал официальным генеральным спонсором Исторического музея, и с его помощью приобретена ценная ваза Кузнецовской фабрики из дома. из квартиры самого Кузнецова, что вдвойне для нас ценно.
НБ. Скажите пожалуйста, если заглянуть немножко в будущее и поговорить о второй очереди музея, которая в 2000 году будет. Что планируется. есть ли генеральный план?
АШ. Если говорить о генеральной схеме, она существует. Мы закончим амфеладу из 47 залов эпохой 1917 года, эпохой Февральской революцией, не входя в советские годы, о чем мы и говорили. Именно потому, что мы не хотим изменять архитектуру и структуру здания. Оно само по себе является уникальным памятником российской архитектуры, монументального искусства, музейной культуры этих лет. Другое дело, что периодизация не будет нести в себе что-то новое, она опирается еще на периодизацию и хронологию Ключевского, к которому мы возвращаемся в известной степени сейчас. В ней, как я уже говорил, не будет жесткой классовой схемы, там не будет подавно цитат многочисленных, которые раньше приводились в музейных экспозициях. В основе будет музейный предмет, источник о значительных событиях, значительных фигурах нашей истории, государственной, политической, культурной и так далее.
ТН. У вас был читальный зал. В связи с этим у меня два вопроса — будет ли возобновлена работа зала и тот зал, который был раньше читальным, он огромный, и, насколько я знаю, будет арендным залом. Как вы этим распорядитесь?
АШ. Этот зал превращен сейчас в выставочный. В нем уже сейчас находится выставка. И мы можем его организациям, которые хотели бы там организовать свои выставки, выставки-презентации или антикварные какие-то дела, временного характера, аукционы, предположим. Мы считаем, что это вполне возможным, если это не выйдет далеко за рамки профиля нашего музея. Что касается библиотеки читального зала, то в настоящее время есть только служебный вариант такого небольшого читального зала и площади для публичной библиотеки у нас нет.
ТН. Каждый старается заработать собственными силами. Что Вы для этого делаете?
АШ. Мы сейчас к открытию выпустили наборы открыток. Открытки как комплект и открытки россыпью, выпустили видеокассету нашей выставки, выпустили набор отдельных карт-схем для посетителей. Очень дешевых, естественно. Но тем не менее, все это будет давать сейчас результаты. У нас открывается музейный магазин, для которого изготовлены и реплики музейных .предметов, и сувениры с музейной символикой
ТН.А издательская деятельность у Вас есть?
АШ. У нас есть издательская деятельность, но она дорогая. Она требует оборотных средств. Надо их накапливать и пускать с оборот.
ТН. Что бы Вы могли издавать, что бы Вы хотели?
АШ. Нам бы хотелось, первое, издать не каталог, конечно, — 4,5 млн. экспонатов каталогизировать в издание невозможно, но издать хотя бы путеводитель по основным коллекциям Исторического музея. Это дорогое издание. и к сожалению, у нас сейчас такой возможности нет. Затем нам нужно издавать серию альбомов по выдающимся памятникам нашей письменной, документальной истории, по выдающимся образцам декоративно-прикладного искусства, хранящимся у нас в музее. У нас есть целый ряд монографий, подготовленных к печати нашими сотрудниками. То же самое, надо их издавать. И другая сторона, более коммерческая. Например, мы выпустили, и это успешно продается, набор мазлов, так называемых наборных картинок. На этой основе игровой надо делать дальнейшие шаги. Для особенно ребят, начиная с дошкольного возраста, учить истории надо играючи. Здесь еще у нас очень мало сделано.
ТН. Книги, которые у Вас есть, каким веком датируются самые ранние печатные.
АШ. Если говорить о наших, то с «Апостола» Ивана Федорова.
ТН. Когда речь идет о древнейших книгах… Сегодня прочитала в «Коммерсанте-Deylj» о том, что господин Стерлигов получил еще не существующую — никто не нашел — библиотеку Ивана Грозного и получил огромную страховку. Я знаю, что у Вас есть замечательные памятники письменности, есть византийские?
АШ. Да. На выставке из нашего собрания мы выставили больше греческих и византийских книг, но наиболее интересные, т.е. содержащие миниатюру книжную или художественные заставки, выдающиеся по своему значению. А если касаться библиотеки Ивана Грозного, то у нас есть, по крайней мере, три книги из библиотеки. Это бесспорно совершенно, потому что они имеют автограф самого Ивана Грозного и там надпись, что они происходят из этой библиотеки. Вопрос о библиотеки очень сложный в этом смысле. Во многом мы убеждены, что ее, как цельной библиотеки, спрятанной где-то, не существует.
ТН. У Вас есть еще одна выставка, посвященная одному памятнику — Евангелие. Что это?
АШ. Вы имеете в виду Адрониково Евангелие? Это памятник уникальный по достоинствам миниатюр, которые в него вошли. После длительной реставрации, мы просто решили презентовать эту рукопись, потому что она при реставрации уже разделена на отдельные листы, расшита. Мы сейчас можем показывать это отдельными листами.
ТН. Авторство установлено.
АШ. С авторством сложнее. Я не хотел бы касаться этого.
НБ. Я напоминаю, в гостях у нас был директор исторического Музея Александр Шкурко. Я еще раз хочу поздравить Вас и поблагодарить за сегодняшнюю встречу.
АШ. Спасибо. Приглашаю всех в гости.

Комментарии

0

Пожалуйста, авторизуйтесь или зарегистрируйтесь, чтобы оставить комментарий.

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире