АП — Как Вам пришла в голову мысль открыть свой сайт в Интернете?

БН — Вы знаете, опыт работы с московской прессой показал, что не все то, что ты хочешь сказать, так называемые свободные средства массовой информации готовы опубликовать. Нужно было найти такую возможность, где нет цензуры и нет каких-то политических пристрастии. И будучи еще первым вице-премьером, я решил открыть свою страничку, свой сайт в Интернете.
Потом эффект был совершенно ошеломляющим. В первый день после открытия я получил две тысячи обращений. Это очень много. Ну, я не знаю, как другие политики, получили много или нет. И сейчас уже более 110 тысяч пользователей побывали в моем сайте.
Это, конечно, очень интересно и познавательно. Сейчас, после того как я ушел в отставку, это способ общаться с продвинутыми, грамотными, квалифицированными и умными людьми.

АП — У Вас было желание после того, как вы ушли в отставку, забросить и это дело: «А ну его, к чертовой матери!»
БН — Вы знаете, это в общем-то недешевое удовольствие — иметь свой сайт, его надо все время обновлять, нужно, чтобы была команда своя, которая этим постоянно занимается, следит за порядком, что называется, готовит, собственно, мне информацию, и мы вместе отвечали бы на письма, которые постоянно приходят. Это довольно дорогое удовольствие, но как только у меня появилась возможность платить, мы тут же продолжили работу. То есть был небольшой перерыв, где-то в три недели, а сейчас мы активно работаем. Я обратился через Интернет, вы знаете, к молодым людям которые потеряли работу в результате финансового кризиса, и второе обращение касалось политического движения «Россия молодая». Могу сказать что очень много идей со всего мира поступило в ответ на оба обращения, но на второе — гораздо больше, чем на первое, то есть пользователи Интернета оказались достаточно политизированными людьми, может быть, в силу того, что многие потеряли огромное количество денег или свою заработную плату.

Вопрос — Впереди выборы, мы не будем говорить о связи Интернета и президентских выборов, наверное, об этом рано говорить, но впереди выборы в Думу, как Вы думаете, политики пойдут в Интернет?

БН — Во-первых политики, насколько я знаю, после того, как я открыл свою страничку, открыли очень многие другие члены предыдущего правительства, и есть страничка Интернета у политических партий , которые находятся в Государственной думе в том числе. То есть политики уже осознали необходимость общаться с виртуальным сообществом через Интернет, и мне кажетс, что это важно. Поскольку количество пользователей растет в геометрической прогрессии. Не знаю, сейчас, наверное, замедлится этот рост по понятным причинам. Поскольку количество пользователей все-таки быстро растет, не пользоваться этим политическим уже ресурсом было бы просто глупостью.

АП — Когда Вы открыли свою страницу, какова была реакция ваших коллег по правительству, с кем вы общались в Белом доме, в Думе, в Кремле?

БН — Реакция была смешной. Из аппарата Черномырдина пришел человек и сказал: «Какое Вы имели право открыть страничку, когда у премьер-министра такой странички нет?» (смеется). Ну я, честно говоря, не знал, что и в Интернете надо соблюдать субординацию, мне казалось, что уж по крайней мере на странницах Интернета, на бескрайних просторах Интернета все равны, знаете, почти как в бане. Каждый может делать то, что ему хочется.

АП — Ну, кстати, премьер-то появился давно на своей странице НДР?
БН — Нет, это правительство все-таки, и это НДР, а личной страницы у Черномырдина не было, она потом появилась. Потом пришли ребята от Лужкова, но они, правда, интересовались больше техническими деталями, им просто показалось, что достаточно квалифицированно оформлена сама страница и можно позаимствовать некоторые наши идеи. То есть они технологией интересовались. Так в целом реакция вполне нормальная, и многие даже через Интернет поздравили, что наконец-то появилась страница.

Вопрос — Тогда вопрос не как к политику, а как к человеку, это вещь, наверное, все-таки совместимая.
БН — Вы считаете, что это просто сильно отличается?
Вопрос — Да нет, вопрос как раз такого плана: что для Вас лично Интернет, не как средство политической деятельности, а просто лично?
БН — Вы знаете, я человек вольный и свободный, и когда я общаюсь через Интернет с миром, я чувствую себя абсолютно независимым, абсолютно спокойным, и знаю, что никакого особого подвоха не будет, хотя это не означает, что ко мне обращаются иногда не со очень приятными просьбами, или письмами, или требованиями и т.д. и т.д.
Интернет — это элемент свободы, за которую мы так долго бились. И я думаю, что потерять эту свободу, это было бы огромным упущением, и Россия 21 века без такой коммуникационной системы просто немыслима.
И потом мне кажется, что будущее — за информацией и за таким общением между людьми, общением без цензуры, общением без какого-либо политического или иного нажима. Это то, что и есть Интернет.

АП — Вот Вы сказали относительно того, что вы общаетесь со всем миром, вот мне интересна технология. Я когда отсылал вам письмо с приглашением прийти в программу, я думал: «Странно, будет ли читать мое письмо Немцов», — несмотря на то, что я видел ваши ответы на странице. Вы сами читаете все поступающие письма?

БН — Когда есть время, читаю, когда нет времени, мне делают подборку. По-разному бывает. Дело в том, что в день обращений около ста. Я все равно все сто просмотреть не могу. Иначе я просто целый день буду как оператор сидеть за пультом компьютера и больше ничего не делать. Из меня, может быть, и хороший получится интернетчик, да? Но кроме этого больше ничем заниматься тогда не буду.

Вопрос — Какое самое уникальное письмо, которое вас поразило лично, может быть, какое-то курьезное или смешное, но действительно интересное?

БН — Какое интересное письмо? Ну…. письма такие: «Боря, у тебя нет денег, мы это чувствуем, но мы тебе поможем. Прорвемся». Понимаете? То есть совершенно такие уникальные, дружеские, я бы сказал, письма. При том, я еще раз говорю, от Сахалина и до Калининграда, откуда угодно, и из-за рубежа тоже. Вот. Когда я написал заявление об отставке, было огромное количество обращений через Интернет со словами поддержки, это было очень трогательно и приятно, и надо сказать, что пользователи Интернета гораздо более искренни, чем те, которые, допустим, с тобой общались, когда ты был первым вице-премьером, а потом забыли, как тебя зовут, на следующий день. Таким образом, это действительно возможность общаться в неформальном режиме, и очень многие теплые и просто искренние обращения я получаю.

АП — Борис Немцов сам пишет кому-нибудь письма?

БН — Ну, я же вам рассказывал про два своих «эпохальных» письма (в кавычках) по поводу безработицы среди молодых.

АП. Но это обращение, которое…

БН — А! Отвечаю ли я на письма?

АП — Может быть, отвечаете, или сами пишете, я не знаю, Георгию Сатарову, условно говоря. Вот он нам прислал письмо в программу, вот, условно говоря, напишете письмо по Интернету, я не знаю.

БН — Отвечаю, конечно. Не на все, но отвечаю. Там, где требуется ответ, отвечаю. Например, из Ульяновска предприниматели по поводу «России молодой» обратились с конкретной идеей. Нужно отвечать, потому что не отвечать невежливо. Иначе просто с тобой общаться не будут.
Это знаете, в Совке так было. Если начальнику звонят, то никто не верит, что он может ответить. Это плохо. Как раз надо уметь отвечать. И в этом смысле время жалеть — плохо, потому что это невежливо, это неуважение к людям, в том числе и к людям очень и очень грамотным и талантливым, поэтому стараюсь отвечать.

АП — Сейчас на каком техническом уровне ваше пользование Интернетом? Как происходит заполнение вашей страницы? Команда…

БН — Да… Три человека.

АП — ... о которой вы говорили, она что-то делает,

БН — Да…

АП — ... а потом вы смотрите, вам нравится, не нравится?

БН — Да.

АП — Вот таким образом происходит?

БН — Да. Сам не сижу за пультом.

Вопрос — То есть предложения поступают от них?

БН — Да, но они профессионалы, понимаете, в каждом деле должны быть профессионалы. Я бы, кончено, мог бы также филигранно готовить свои страницы, может быть, но для этого мне надо было бы все забросить и только этим заниматься, но у меня как бы другая работа, знаете?

АП — Думаю, что никто от Вас этого и не требует. Но от вас тоже исходит какая-то инициатива, вы говорите, условно говоря: «Петя, нужно сделать это, я хочу выложить обращение…»
БН — Идеологическая основа деятельности моей команды исходит от меня. За меня речи не пишут, это точно.

АП — Знаете, что мне понравилось первый раз, когда я посмотрел страницу, Вы еще были тогда членом правительства, это было для меня странным, что не только хвалебные письма, да? или письма поддержки, или письма с критикой, но когда я посмотрел карикатуры, подборку… это мне больше всего понравилось.

БН — Карикатуры классные. Особенно там, где мы с Чубайсом

АП — Я подумал: ну, как, как Немцов… Как Вам хватило силы воли выложить на страницу? Ведь над Вами, не над Вами, над Вашим изображением смеются люди?

БН — Так это же класс. Я сам люблю смеяться. А потом надо к себе с известной долей иронии относиться. Знаете, в чем проблема политиков вообще и особенно российских? Они все считают, что они великие, что они спасители нации, что их очень любит народ, просто не может без них жить — и женщины и мужчины просто хотят, чтобы они были у влаcти, чтобы они обладали страной и т.д. На самом деле, они обычные люди, но достаточно честолюбивые, иногда тщеславные, не семи пядей во лбу, как правило, и как правило, очень несамокритичны и неироничны. А мне казалось, что на страницах Интернета ты должен быть самим собой. Вот какой ты есть, такой и есть. Могу сказать, что когда я был в Штатах недавно, несколько недель назад, там тоже обо мне сейчас уже знают в основном через Интернет, очень многие люди, в том числе и в Вашингтоне, говорили, что если бы Билл Клинтон был бы более самокритичным, то его страница отдаленно напоминала бы мою. Мне это очень польстило.

Вопрос — Вы говорите, что общаетесь с зарубежными пользователями Интернета. Их вопросы, которые они присылают Вам на сайт, они кажутся наивными?

БН — По-всякому. Но очень много русских, которые живут за границей, отличаются….

Вопрос — Но это понятно… Не будем…

БН — Иностранцы под сильным идеологическим прессом Си-Эн-Эн находятся. Я утрированно говорю Си-Эн-Эн, имея в виду просто американскую и в целом западную масс-культуру. То есть довольно устойчивые стереотипы о России как о стране без правил, о стране очень бедной, воинственной и так далее. Ко мне больше как к политику обращаются, и большая часть обращений с просьбой расшифровать, а что означает то, что означает это. То есть такого информационного характера.

АП — Спасибо большое. Остается поблагодарить Бориса Немцова, бывшего первого вице-премьера, одного из первых российских политиков, наверное, первого российского политика, который сделал свою страницу в Интернете, свое присутствие в Интернете. Приходите к нам еще.

БН — Спасибо. Пока.


Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире