'Вопросы к интервью
А. ВЕНЕДИКТОВ – 18.32 в Москве. Добрый вечер. У микрофона Алексей Венедиктов. У нас в гостях руководитель департамента транспорта и развития дорожно-транспортной инфраструктуры Москвы, зам. мэра Москвы в правительстве Москвы Максим Ликсутов. Добрый вечер.

М. ЛИКСУТОВ — Добрый вечер.

А. ВЕНЕДИКТОВ – И Михаил Блинкин — директор института экономики транспорта и транспортной политики НИУ ВШЭ. Добрый вечер.

М. БЛИНКИН — Добрый вечер.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Михаил Викторович, вы пока посидите, отдохните. Подумайте о жизни. Нам с Максимом Станиславовичем нужно немного…

М. БЛИНКИН — Как скажете, господин редактор.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Именно так и скажу. Мы давно хотели поговорить еще о парковке, как относятся москвичи, но сначала те вопросы, которые в Интернете сейчас поднимаются и к Максиму Станиславовичу. Я взял вопросы, которые, слава богу за меня сделали коллеги из «Слона». Я позволю себе их читать и буду просить вас отвечать. А если чего-то я не пойму, я буду работать на уточнение. Итак, вопрос первый задают коллеги. Не связан ли как-то развод Максима и Татьяны Ликсутовой с принятием закона о запрете на зарубежные активы для российских чиновников и не является ли этот развод фиктивным?

М. ЛИКСУТОВ — Первое. Хочу сказать, что вопрос вообще брака и семьи достаточно личный и персональный вопрос. Наверное, некоторые столкнулись с такой же ситуацией, которая была у меня. Поэтому могу сказать, что комментировать свою личную жизнь, даже находясь на госслужбе, я бы не хотел и не считал это правильным. Могу сказать, что все свои действия как зам. мэра, руководителя департамента готов обсуждать с жителями Москвы, с коллегами, с экспертами, с кем угодно. Я это делаю постоянно, вы это знаете. Поэтому вопросы семьи и брака являются для меня очень тонкими, важными и комментировать широко свою личную жизнь считаю не слишком правильным.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Я неудовлетворен ответом. Потому что вопрос нарушения закона. Ведь вас обвинили в том, что вы нарушили закон. Что вы и ваша супруга, вы ей передали свои акции, будучи на государственной службе, зарубежные активы. Поэтому вопрос о вашем гражданском состоянии не является сейчас в этом аспекте личным, а является нарушением. Или не нарушением.

М. ЛИКСУТОВ — Алексей, вопрос фиктивный или нефиктивный. Нефиктивный. Точка.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Нефиктивный. Точка. В этой связи идем дальше. Сказали: нефиктивный. Второй вопрос: правда ли, что вы, Максим, владели акциями «Трансгруппы-Инвест АС» до середины 2013 года и если да, то почему в декабре 2012 года говорили газете «Ведомости», что продали весь бизнес, в том числе связанный с Аэроэкспрессом.

М. ЛИКСУТОВ — Скажу, как вы знаете мы с вами на эту тему говорили вскользь правда, что я…

А. ВЕНЕДИКТОВ – Я не понял. Поэтому если можно.

М. ЛИКСУТОВ — Пришел я из транспортного бизнеса. Ни для кого не секрет, где я работал. Я занимал ряд должностей исполнительных как генеральный директор Аэроэкспресс например. Был членом совета директоров крупнейших и государственных и частных компаний. И вся история всем известна и есть. Когда пришел на госслужбу…

А. ВЕНЕДИКТОВ – Это декабрь 2011.

М. ЛИКСУТОВ — Да. Я четко выполнил все предусмотренные законом процедуры, связанные с владением акциями, их распоряжением и управлением. Все соответственно сделано в четком соответствии с законом. Это мой стиль жизни и я всегда придерживаюсь этой политики. В 2012 году я принял решение действительно от части активов, которые я не мог, точнее не обязан был это делать, я принял решение их продать.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Почему не обязаны были? Закон не запрещал тогда?

М. ЛИКСУТОВ — Нет. Не запрещал. Владеть российскими активами он в принципе сейчас не запрещает. Но здесь может быть видится конфликт интересов.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Совершенно справедливо, это еще одно обвинение.

М. ЛИКСУТОВ — Поэтому я принял решение часть активов продать, я их продал. Касательно компании Аэроэкспресс, чтобы было понятно, эта компания, компания в большей части принадлежит крупной государственной компании РЖД. Второе…

А. ВЕНЕДИКТОВ – И тогда принадлежала, извините.

М. ЛИКСУТОВ — И тогда принадлежала. И всем известно, что я там был, там работал и пришел на должность руководителя департамента на работу руководителем департамента, понятно, их транспортного сегмента. Странно было бы, если бы какой-то другой вид деятельности. Поэтому могу сказать, что компания Аэроэкспресс за все время работы компании и когда я там был директор, и сейчас ни копейки средств из городского бюджета не получила. Первое. Ни копейки.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Это был мой следующий вопрос.

М. ЛИКСУТОВ — Например, за перевозку, ни за субсидии какие-то и прочее. Ни копейки средств не получила. Даже льготников московских компания Аэроэкспресс с момента основания возит и не предъявляет счета правительству Москвы. Это факт. Второе, компания Аэроэкспресс в том виде, в котором пакет у меня был, продать одновременно прямо взял и продал, это в принципе достаточно. Те, кто знает, сталкивался с подобными вещами, это непростой процесс. Поэтому я начал эту процедуру, но случилось то, что случилось, связанное с первым вопросом вашим.

А. ВЕНЕДИКТОВ – С разводом.

М. ЛИКСУТОВ — И соответственно часть того, что осталось, перешла Татьяне. Точка.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Но все-таки ответ, вас ваши оппоненты обвиняют или подозревают вас в трех позициях: нарушении закона – раз, конфликте интересов – два. Мы об этом уже поговорили. Еще поговорим. И в обмане. Речь идет о том, что вы «Ведомостям» в декабре 2012 года сказали, что вы избавились от всех активов.

М. ЛИКСУТОВ — Алексей, если быть корректным и посмотреть все то, что я говорил, я сказал…

А. ВЕНЕДИКТОВ – У меня есть ваше интервью.

М. ЛИКСУТОВ — Акции Трансмашхолдинга реально проданы были в сентябре 2012 года, что отражено правильно и прочее. И цель моя конечно этим интервью не оправдание каких-то своих действий, а просто рассказать о том, что кому-то неизвестно или является недоступной информацией.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Расскажите.

М. ЛИКСУТОВ — Я вам про Трансмашхолдинг ответил. В части Аэроэкспресс еще раз повторил, что бюджетных средств не было там никогда, ни копейки правительство Москвы еще раз повторюсь, деньги не тратило. С точки зрения того, что сделка по продаже была части акций, оставшийся актив, который остался непроданным, он был передан соответственно Татьяне.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Передан это раздел имущества.

М. ЛИКСУТОВ — Это раздел имущества.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Давайте мы все-таки еще раз призываю всех посмотреть интервью в газете «Ведомости», к третьему вопросу перейду от коллег из «Слона». Если верить эстонскому бизнес-реестру, еще полтора года, будучи ответственным за распределение московского транспортного бюджета, вы оставались бенефициарием фирм, которые получали средства от города. На это что вы можете сказать?

М. ЛИКСУТОВ — Средства от города никакие фирмы эти не поучали. Я повторил еще раз, вопрос, который всегда мне задавали, Аэроэкспресс и прочее. Скажу вам, ни копейки средств бюджетных не было переведено на эту компанию. Даже за перевозку льготников.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Здесь вообще вопрос о фирмах, важно, конфликтов интересов, очень важно москвичам понять, есть конфликт интересов или нет. Скажем, ваши фирмы или бывшие ваши фирмы, предположим, учли в конкурсах и выигрывали их.

М. ЛИКСУТОВ — За все время в части поставки подвижного состава, например, был конкурс на поставку трамваев для нужд Москвы. Участником была одна компания, компания была связана с Трансмашхолдингом, вторая компания – Уралвагонзавод. Был конкурс открытый, выиграл его Уралвагонзавод.

А. ВЕНЕДИКТОВ – То есть ваша бывшая компания проиграла конкурс.

М. ЛИКСУТОВ — Та компания, в которой я раньше работал, был членом совета директоров, она проиграла конкурс. Сказать, что является еще большим доказательством того, что объективность и правильный подход с точки зрения интересов города соблюдал, это такой факт.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Еще один вопрос, который возник уже чуть позже. В мае 2012 года, я беру это из блога Георгия Албурова, который все это написал. Вы сказали: никогда в жизни у меня не было никаких оффшорных компаний. И дальше мы видим публикацию схемы, где ваши имена присутствуют.

М. ЛИКСУТОВ — Отвечу. Что такое оффшорная компания в моем понимании. Это компания, черный ящик, когда непонятно, кто бенефициар, кто акционер, за этим скрываются какие-то непонятные физические или какие-то лица. Могу сказать, что все те компании, которые указаны, я, безусловно, посмотрел все материалы, все эти компании задекларированы мной законным порядком. Не являлись секретом никаким. При необходимости авторы могли бы обратиться ко мне и получили точно такой же ответ, если запросили эту информацию. Поэтому объем дохода он официально был правительством Москвы опубликован, сколько я получил средств, доходов. Я все налоги заплатил и всегда это делал на протяжении многих лет, когда начал заниматься бизнесом.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Сколько вы налогов заплатили?

М. ЛИКСУТОВ — А общей сложности я думаю, что наверное, может быть миллионов 200-250.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Михаил Яковлевич, вы что-то хотели, прекратив курить бамбук сказать, пока Максим Станиславович пьет воды.

М. БЛИНКИН — Вопрос такой, что я говорил с узкими экспертами по транспортному машиностроению, я не являюсь, но вообще-то предложение которое шло Alstom Трансмашхолдинг, было гораздо более интересным.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Вы имеете в виду этот конкурс.

М. БЛИНКИН — Конечно. То есть если чисто транспортно-технически говорить, то выигрыш Alstom был бы для города гораздо симпатичнее.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Последний вопрос в этой части. Вы пока продолжайте пить воду. Это я Блинкину говорю. Насчет все-таки конфликта интересов. Это вещь такая, иногда может быть замерена, иногда нет. Вот можете вы сейчас сказать про ваш бизнес, он передан в управление, он продан. Вот сейчас на сегодняшний день. Что с вашим транспортным бизнесом.

М. ЛИКСУТОВ — С моим транспортным бизнесом ситуация такая. Ни одной акции транспортной компании у меня нет на сегодняшний день. Все решения, которые есть, во-первых, 2012 год возьмем, когда не было еще обязательств по иностранным активам и прочим, я именно тогда принял решение о том, что я работаю в правительстве Москвы, есть некая мораль помимо всего прочего, которой я четко придерживаюсь. И чтобы не было вопросов, связанных с конфликтом интересов, все решения о выходе из тех активов, которые потенциально могут казаться конфликтом интересов, я принял еще в 2012 году и стал все это системно осуществлять. Поэтому на ваш вопрос отвечаю однозначно.

А. ВЕНЕДИКТОВ – На сегодняшний день.

М. ЛИКСУТОВ — Ни одной акции транспортных компаний производителей вагонов у меня нет и вся моя работа с момента прихода в правительство Москвы с декабря 2012 года сосредоточена только в той должности, в которой я нахожусь.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Тогда совсем последний вопрос. Потому что можно не иметь акций, но получать доход и вот Алексей Навальный у нас в интервью вчера в прямом эфире сказал, что мы уверены в том, что вы продолжаете контролировать и получать деньги от крупнейших предприятий в области общественного транспорта в первую очередь Аэроэкспресса. То есть может быть акций у вас нет, но поскольку доверительное управление может быть есть, вы получаете доход. Второй вопрос связан с доходом.

М. ЛИКСУТОВ — Алексей, чтобы было доверительное управление, нужно иметь то, что отдать в доверительное управление. Еще раз повторяю…

А. ВЕНЕДИКТОВ – Вы доход получаете от транспортной…

М. ЛИКСУТОВ — Нет. Не получаю. Если тот, кто был у вас вчера…

А. ВЕНЕДИКТОВ – Фамилии уже не называются. Как президент, честное слово.

М. ЛИКСУТОВ — Да? Хорошо. Считает, что это так, наверное, он чем-то обладает, чтобы такие вещи говорить. Готов послушать его, открыт для разговоров, как вы знаете, я встречаюсь со всеми. И с жителями, и при обсуждении платной парковки и всего на свете. Поэтому первое. Ничем не  обладаю, доходов не получаю и веду с декабря 2011 года все мои действия и 24 часа 7 дней в неделю занимаюсь только одним – выполняю те обязанности, которые возложены на меня мэром города.

А. ВЕНЕДИКТОВ – В этой связи у меня к вам просьба. Как вы знаете, на сайте существует много материалов, много людей писали. И в блогах и там совершенно какие-то схемы большие, названия и так далее. Я прошу вас посмотреть и то, что должно быть отвечено письменно, а не устно, ответить, мы это разместим на сайте. Я вам делаю предложение.

М. ЛИКСУТОВ — Да, конечно, я всегда это делал и всегда отвечал, даже постарался по тем вопросам, которые были, но из других встреч на вашей радиостанции.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Тем не менее, вот взял обязательство. Теперь парковки. Давайте мы перейдем к тому, что волнует жителей. И мы знаем, что даже политические партии «Справедливая Россия» инициатор проведения общегородского референдума. Первого в истории Москвы. По поводу платности парковок. Вопрос первый. Вот опыт это вам обоим, а потом в любом порядке. Опыт первых парковок выявил их несовершенство, цена и так далее, какой вы опыт вынесли из этой истории. Нынешней. И что вы собираетесь корректировать. Если вы собираетесь корректировать. Михаил Яковлевич, давайте дадим Максиму Станиславовичу передохнуть и посмотреть в оффшорные схемы. Его.

М. БЛИНКИН — Первое, то, что сейчас делает Москва с платной парковой просвещенные города мира могу сказать, в каком году делали. Например, Сан-Франциско в 1935, Детройт в 1934. 80 лет назад.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Не в Чикаго, моя дорогая.

М. БЛИНКИН — Совершенно верно. Самые первые шаги сейчас в Москве сделаны. Более того, эти шаги откладывались, поскольку

А. ВЕНЕДИКТОВ – Какой опыт. Не надо в историю.

М. БЛИНКИН — История очень важная. От этого убегали люди, сейчас сделали.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Опыт какой?

М. БЛИНКИН — Опыт это решение сто процентов правильное. Надо, безусловно, совершенствовать администрирование. По самым простым позициям. Чтобы автомобиль нельзя было во дворе поставить.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Например.

М. БЛИНКИН — Пример. Дальше, нынешняя дифференциация тарифов очень грубая. Она должна быть гораздо тоньше и по дням недели, и по часам суток и по месту парковки. Это довольно сложно сделать, но придется.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Второе.

М. БЛИНКИН — Дальше. Конечно, администрирование с помощью парконов очень грубое. Которое оставляет массу нарушителей и соответственно здесь придется вводить обычную пешеходную парковочную полицию, она будет введена. Дальше у нас очень ласковые правила с нарушением парковки…

А. ВЕНЕДИКТОВ – Надо ужесточать.

М. БЛИНКИН — У меня прямо перед моим офисом каждый день…

А. ВЕНЕДИКТОВ – Надо ужесточать?

М. БЛИНКИН — Еще как. Когда у нас стоит трамвайный маршрут, вот сегодня на Покровском бульваре стоял полдня трамвайный маршрут. Потому что какой-то добрый человек поставил бампер на рельсы. Вот в любом городе мира это человеку обошлось бы уголовным преследованием. Это нарушение общественных интересов. Все это придется делать потихоньку.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Михаил Блинкин. Теперь вы как чиновник, какой опыт и что вы извлекли из первого опыта платных парковок.

М. ЛИКСУТОВ — Первое, я скажу по тем результатам, которые есть, у нас их несколько этапов было, парковки пилотный проект, Бульварное кольцо и теперь Садовое. Мы работали с массой экспертов российских Михаил Яковлевич здорово нам помогал в этом. С точки зрения подходов, анализа тех результатов, которые есть. Потому что конечно, Москва она имеет свои особенности. Относительно многих вещей, в том числе и введения парковки. На вопрос, который вы задали, связанный с референдумом, и с социологией…

А. ВЕНЕДИКТОВ – С мнением москвичей.

М. ЛИКСУТОВ — Я вам скажу две цифры. Примерно 40 тысяч семей живет внутри Садового кольца. Тех людей, которые имеют право получить льготы. Я говорю про тех людей, которые обратились к нам. На сегодняшний день. Те люди, которые обратились, их около 7 тысяч.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Семей.

М. ЛИКСУТОВ — Семей. Каждая семья имеет право с учетом наших последних решений получать два резидентных разрешения, то есть две машины. Итого имеют право получить около 80 тысяч мест. Обратилось 8 тысяч. То есть меньше 10% людей, исходя из такой статистики, вообще обратились к нам за получением резидентных разрешений.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Семь тысяч людей могли 14 тысяч запросить.

М. ЛИКСУТОВ — Я сейчас не про семей, а количество мест.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Семь тысяч мест.

М. ЛИКСУТОВ — Машин, которые нам предъявили…

А. ВЕНЕДИКТОВ – Сем тысяч машин из 80.

М. ЛИКСУТОВ — Поэтому сказать, что тема платных парковок или парковка именно для жителей центра, которые наиболее явно ощутили на себе данные меры, сказать, что является проблемой я не могу сказать, что это является проблемой относительно активности по этому поводу. Первое. Второе, когда мы подводили итоги Бульварного кольца, количество въезжающих машин, а мы понимаем, что нам надо к сожалению сокращать количество въезжающих машин в центр города. Оно сократилось почти на 25%.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Это из-за платных парковок.

М. ЛИКСУТОВ — Оборачиваемость мест, что очень важный показатель при платных парковках, он увеличился в 4 раза. Это некоторые показатели того, чего мы добились на Бульварном кольце. Садовое кольцо это было конце прошлого года, делать сейчас выводы о том, что произошло, сказать и как-то ими тут козырять, хотя выводы, результаты, которые появились первые, они очень для нас показательны. Я их могу озвучить, конечно, но с кучей оговорок, что все-таки это новый год, погода такая…

А. ВЕНЕДИКТОВ – Давайте через месячишко.

М. ЛИКСУТОВ — Давайте.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Это вы про себя сказали хорошее и самоудовлетворились. А теперь расскажите. Какие уроки вы извлекли, и что явно было не так. Что явно надо корректировать.

М. ЛИКСУТОВ — Вы знаете, мы некоторые вещи уже откорректировали. Первое. Когда мы вводили пилотный проект, у нас был один подход к резидентным разрешениям, он достаточно сильно поменялся. Дальше мы в Бульварном кольце думали о том, что активность жителей именно с точки зрения получения резидентных разрешений будет выше, она оказалась не такой большой. И мы общались с гражданами, поручение мэра на эту тему было, и мы приняли на этапе второго этапа дополнительно еще одно разрешение для резидентов.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Второе.

М. ЛИКСУТОВ — Да. Дальше многодетные семьи, мы дали им возможность получить льготное резидентное разрешение.

А. ВЕНЕДИКТОВ – А цены, Максим Станиславович, говорят цены большие.

М. ЛИКСУТОВ — Цены большие…

А. ВЕНЕДИКТОВ – Поскольку у меня нет машины, я не знаю. Но цены большие.

М. ЛИКСУТОВ — Мы можем на эту тему поговорить.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Тарифы завышенные.

М. ЛИКСУТОВ — 68-80 рублей завышенные, есть понятный показатель, который говорит, что если заполняемость, тут Михаил Яковлевич более может наверное как эксперт сказать на это более качественно…

А. ВЕНЕДИКТОВ – Он же сказал, что тарифы очень грубые. Я же слышал…

М. БЛИНКИН — Грубые что это значит. Это значит, что где-нибудь в центре, чиновнику нельзя это говорить…

А. ВЕНЕДИКТОВ – Почему?

М. БЛИНКИН — Потому что в самом центре, центровых пятачках около дорогих ресторанов, магазинов 5 евро это минимум. А есть и простите места, особенно вечером и где офисы уже закрываются в 8 часов, где надо не 60, а 10. То есть дифференциация должна быть гораздо более…

А. ВЕНЕДИКТОВ – Вопрос. Вы собираетесь дифференцировать, изучать, тарифы. Сейчас не по конкретным цифрам.

М. ЛИКСУТОВ — Есть разные подходы. Выдумывать велосипед не всегда правильно, есть если опыт других городов, почему Михаил Яковлевич об этом сказал, что есть уникальная возможность для Москвы прогнозировать 60-50 летний опыт, как развивалось парковочное пространство в других городах. Что было, что прошло. Поэтому конечно эти вещи, чтобы не учиться на своих ошибках, мы конечно принимаем во внимание, исследуя наш вопрос.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Максим Станиславович, у меня же вопрос в другом. Вы собираетесь дифференцировать тарифы?

М. ЛИКСУТОВ — Мы эту возможность ни в коем случае не отбрасываем.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Но это не приоритет.

М. ЛИКСУТОВ — Это является, знаете, как приоритет в парковке все для нас. Начиная от резидентного разрешения, заканчивая тарифом. Это все приоритет. Потому что это вещи очень чувствительные, вызывающие сразу же достаточно бурную реакцию, не всегда отрицательную, и положительную в том числе.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Но бурную.

М. ЛИКСУТОВ — Да, поэтому эти вопросы все приоритеты. И каждый вопрос поверьте, мы глубоко изучаем и совместно в правительстве Москвы принимаем решение.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Вот про тарифы было сказано, парковочные автоматы оплаты. Очень много жалоб, нареканий, не работают, надо искать, чего-то там нет, этого нет.

М. ЛИКСУТОВ — Знаете как…

А. ВЕНЕДИКТОВ – Как?

М. ЛИКСУТОВ — Отвечу. Есть норматив, который мы… во-первых давайте так, у нас у каждого по мобильному телефону точно есть.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Есть.

М. ЛИКСУТОВ — Оплатить с мобильного телефона можно. Если это ваш личный телефон, если корпоративный телефон, можно купить карту, зачислить на лицевой счет эти деньги и платить. Если не хочется платить совсем, есть паркомат, на карте нашего парковочного пространства паркоматы все отмечены. Придти, можно заплатить. Есть еще терминалы компаний платежных систем. Разных. Не буду рекламировать их в эфире вашего радио…

А. ВЕНЕДИКТОВ – Но разных систем.

М. ЛИКСУТОВ — Разных. Где вы можете наличными придти и оплатить. Пополнить свой счет парковочный тоже можете. На улице с учетом того, что стоимость денег у нас именно копеек она сильно отличается от Европы, и от других стран, то к сожалению, постоянно иметь сто рублей копейками достаточно тяжелая история.

М. БЛИНКИН — А купюроприемник это…

М. ЛИКСУТОВ — На улице с учетом наших погодных условий. Мы тестировали разные купюроприемники. Самых лучших производителей.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Мы уже говорили про погоду.

М. ЛИКСУТОВ — К сожалению, стабильности вы приеме этих денежных средств нет. Поэтому принято было решение о том, что оплатить парковку, если это терминал, сейчас он на солнечных батареях, с учетом всех погодных условий можно это сделать без проблем.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Какие деньги, получил ли бюджет городской эти деньги или кто получает деньги от парковки?

М. ЛИКСУТОВ — Все деньги до копейки, которые оплачиваются за тарифы 60 и 80 рублей, все копейки приходят в бюджет города Москвы. Есть по поручению мэра, специальное постановление правительства Москвы, которое говорит, что все те деньги, которые бюджет города получил за парковку, перечисляются в тот район, где эти деньги были собраны. На цели, которые муниципальные депутаты…

А. ВЕНЕДИКТОВ – Бюджет муниципальный.

М. ЛИКСУТОВ — Да, по факту это уже сделано в Центральном административном округе. Эти деньги используются по решению муниципальных депутатов и жителей.

А. ВЕНЕДИКТОВ – А вы сумму представляете?

М. ЛИКСУТОВ — Конечно.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Ну так и представьте.

М. ЛИКСУТОВ — Могу сказать, что примерно 200 миллионов рублей за прошлый год…

А. ВЕНЕДИКТОВ – За сколько месяцев?

М. БЛИНКИН — А у них такая игрушка на сайте, каждую минуту копеечка добавляется.

М. ЛИКСУТОВ — Там добавляются деньги постоянно, можно посмотреть. Так вот, могу сказать, что эти деньги, часть, потому что мы перечисляем это револьверно, происходит сейчас два раза в год, мы постараемся это сделать чаще при необходимости. Перечисляются туда, часть денег была потрачена на благоустройство территории, подъездов и часть жителей решила эти деньги использовать для покупки газового оборудования к себе в подъезд. Естественно приняли решение, это сделали.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Маленький референдум, я хочу обратиться к нашим слушателям. Подойти к своим телефонам и проголосовать. Пока референдума нет. Считаете ли вы, что платные парковки в Москве это скорее правильное решение — ваш номер 660-06-64, считаете, что скорее неправильное решение – 660-06-65.

ГОЛОСОВАНИЕ

А. ВЕНЕДИКТОВ – Кто хочет, проголосуйте. Голосование будет идти одну минуту и уже прошло 20 секунд, треть времени пока собирают подписи на референдум, я предлагаю проголосовать. Передо мной идет табличка голосования. Я сразу попрошу потом и Михаила Яковлевича Блинкина и вас прокомментировать эту историю. Максим Станиславович. Расширение не будет за Садовое кольцо?

М. ЛИКСУТОВ — Мы такую возможность не списываем вообще со счетов.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Не исключаем.

М. ЛИКСУТОВ — Поэтому я об этом сказал и никакой здесь тайны нет, никаких тут, но решение могу сказать однозначно, в жилую зону, в зону жилой застройки платная парковка не придет. Те места, которые мы рассматриваем, это торговые центры, это бизнес-центры, места притяжения, рынки и прочее. Где парковка скорее должна быть платной в интересах всех.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Михаил Яковлевич, вы сторонник…

М. БЛИНКИН — Окрестности метро Шаболовская и Менделеевская там сегодня надо делать платную парковку. На Покровском бульваре. Там ужас без этого.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Радикал.

М. БЛИНКИН — Ну конечно.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Интересуют вас результаты?

М. ЛИКСУТОВ — Да. Конечно.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Голосование за одну минуту. Да, платные парковки это скорее правильное решение – 47,6%, скорее неправильное – 52,4%. Ну, пополам. Все время шла борьба. Комментируйте.

М. ЛИКСУТОВ — Я уверен, что если было бы немножко больше времени, и уверенно об этом говорю, что наших сторонников было бы больше. Это сто процентов.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Михаил Яковлевич.

М. БЛИНКИН — У меня есть результаты моделирования. Там получается процентов 65 будет за.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Да.

М. БЛИНКИН — Это с учетом безлошадного населения, водитель…

А. ВЕНЕДИКТОВ – Здесь нет лошадного, безлошадного, здесь есть…

М. БЛИНКИН — Вечером мы едем в автомобиле, это автомобильные люди. Почти наверняка.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Ну ваши противники. Понятно.

М. ЛИКСУТОВ — И конечно пассажиры метро не услышали нашу передачу.

А. ВЕНЕДИКТОВ – В общем да, еще раз обращаюсь к вам, Максим Станиславович, что если вы посмотрите те вопросы, которые идут вам по вашем присутствию в правительстве Москвы, имея в виду ваши якобы собственности и вы захотите более подробно ответить, мы готовы принять ваши ответы.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Алексей, обязательно постараюсь. На те вопросы, на которые смогу ответить, обязательно отвечу.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Спасибо большое. Михаил Блинкин у нас был в эфире как эксперт. Ровно половину времени, извините, я вас предупреждал.

М. БЛИНКИН — Так сложилось, ладно.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Максим Станиславович, спасибо большое. Максим Ликсутов тоже был у нас в эфире. Мы тему конечно не оставляем. Новости на «Эхе» через несколько секунд.


Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире