05 октября 2000
Z Интервью Все выпуски

Закон «Об обязательном страховании автогражданской ответственности» и последствия его возможного принятия; возможность введения платных


Время выхода в эфир: 05 октября 2000, 20:15

5 октября 2000 года.
В прямом эфире радиостанции «Эхо Москвы» Владимир Тарачев, заместитель председателя банковского комитета Госдумы и Игорь Жук, генеральный директор страховой компании «Интеррос».
Эфир ведет Нателла Болтянская.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Говорим мы о законе об обязательном страховании автогражданской ответственности. Давайте попробуем объяснить радиослушателям, что же это такое и какое отношение этот закон имеет, например, к пешеходам.
В.ТАРАЧЕВ: Все мы видели фильм «Берегись автомобиля». Вот название этого фильма как никогда лучше отражает сегодняшнюю ситуацию на дорогах. Прежде всего, это касается пешеходов, тех людей, которые попадают, вольно или невольно, в основном, конечно, невольно, под колеса автомобилей. Что с ними дальше происходит? Я хочу сказать некоторые цифры статистики. Всего лишь 8% людей, которые попадают под колеса автомобиля, с исковыми заявлениями через суд пытаются получить какие-то деньги для того, чтобы себя вылечить. 170 млн. рублей ежегодно российский бюджет платит на лечение пострадавших в дорожно-транспортных происшествиях. Этого могло бы и не быть, эти 170 млн. вполне могли бы пойти учителям, врачам и воспитателям детских садов и им могли бы повысить зарплату. Но деньги бюджета уходят именно туда. Мы предлагаем принять федеральный закон об обязательной гражданской ответственности автотранспортных средств.
Н.БОЛТЯНСКАЯ: Таким образом, если человек покупает автомобиль, то, по-вашему, выходит, что он должен заранее застраховать себя от возможных ситуаций, когда он может оказаться опасным для пешехода?
В.ТАРАЧЕВ: Нет. Суть закона такая, что ты по этому закону не обязан страховать свой автомобиль, ты должен застраховать гражданскую ответственность перед другими лицами. Только так. А если ты хочешь добровольно страховать свой автомобиль от угона и аварий, это сегодня можно. Сегодня у нас нет именно этого. Я хотел бы в нескольких словах рассказать, как это коснется пешехода, как это коснется владельца автомобиля и как это коснется бюджетов всех уровней, какой будет в итоге плюс для всех.
Н.БОЛТЯНСКАЯ: Прежде чем Вы это сделаете, я бы хотела предоставить слово Вашему гипотетическому оппоненту и попросить, Игоря рассмотреть эту ситуацию с позиций тех, кто занимается страхованием.
И.ЖУК: Мы действительно хотели бы говорить о необходимости принятия закона, хотя для большинства страховщиков он крайне непростой. Дело в том, что сейчас существующая форма законопроекта пока не позволяет говорить о том, что этим видом страхования будет заниматься большинство страховых компаний, потому что не до конца прописаны правила игры и не до конца понятно, кто и как будет взаимодействовать между страховыми компаниями и теми, кто их будет контролировать. Потому что страховщикам крайне важно, какие будут тарифы, а тарифы назначает государство. Страховщикам крайне важно, как будет рассматриваться статистика, потому что от этого зависит их возможность выплачивать возмещения по тем или иным событиям. И самое главное, что впервые государство пытается рыночными механизмами решать социальные вопросы. Поэтому коммерческие страховые компании заинтересованы не просто в принятии закона, а в принятии закона, где будет понятно, кто и как за что отвечает. И в этой ситуации взаимодействие по этому закону будет очень непростым. И я думаю, что будет даже такая ситуация, когда некоторые компании, которые на первом этапе пожелали этим видом страхования заниматься, потом, соизмерив свои силы и возможности, отдадут лицензию обратно в департамент страхового надзора. Потому что заниматься можно будет только тем, кто имеет достаточные резервы, кто имеет возможность работать по всей территории России, и тем, кто в настоящий момент готов действительно выполнять главную социальную роль этого закона выплачивать возмещение тем, кто пострадал от ДТП.
Н.БОЛТЯНСКАЯ: Уже сформулировано 2 пласта вопросов к господину парламентарию — вопросы, которые Вы хотели осветить, и те вопросы, которые сейчас сформулировал Игорь.
В.ТАРАЧЕВ: Я хотел бы еще добавить к фразам, которые произнес представитель страхового сообщества, руководитель страховой компании, что действительно сегодня статистика говорит, что даже во всех развитых европейских странах этот вид почти убыточный, где-то 96-115% от этой суммы, которые будут собираться в качестве взносов, должны выплачиваться владельцам автомашин и населению. То есть за особой прибылью здесь гнаться нельзя. И мы еще законодательно предлагаем, что даже если вдруг сложится очень хорошая ситуация и не будет дорожно-транспортных происшествий целый год, то страховая компания только 5% может оставить своей прибыли. Вся остальная прибыль пойдет на следующий год для того, чтобы цена страхового полиса у владельца этого полиса была как можно ниже, то есть работали понижающие коэффициенты. Теперь о том, что этот закон даст пешеходу и что он даст автовладельцу. Пешеходу он даст следующее: если действительно случается страховой случай и вас, не дай бог, стукнула автомашина, то страховая компания вам выплатит до 120 тысяч рублей, то есть та компания, которая застраховала ответственность той машины, которая вас стукнула. И государство уже платить не будет за ваше лечение. Но если вам нужно будет лечение еще большее, чем на 120 тысяч рублей, тогда вся работа пойдет через суд.
Н.БОЛТЯНСКАЯ: Возле моего дома совершенно рядовая ситуация: «зебра», через которую идет пешеход, задевает его машина, высовывается водитель и еще пару крепких словечек добавляет в адрес пешехода. Понятно, что всем некогда останавливаться и свидетельствовать все это, хотя ситуация, на мой взгляд, абсолютно прозрачна, кто виноват, понятно.
В.ТАРАЧЕВ: Кто виноват, понятно. Но даже если виноват пешеход
Н.БОЛТЯНСКАЯ: На «зебре»?
В.ТАРАЧЕВ: Нет, я говорю о другой ситуации. Все равно страховая компания ему будет оплачивать лечение.
Н.БОЛТЯНСКАЯ: Предусматривает ли разрабатываемый закон некий механизм? Ведь рядовая ситуация в нашей стране, когда закон есть, но он не работает, механизм осуществления, механизм работы этого закона. Как запустить эту машину?
В.ТАРАЧЕВ: Запустить очень просто. Когда вы покупаете автомобиль, вам ГИБДД не зарегистрирует ваш автомобиль, если вы не получите стразовой полис. Первое. Дальше, если у вас старый автомобиль (а закон мы планируем запустить с 1 января 2002 года, то есть у нас есть время подумать владельцам автомобилей), тогда работник ГАИ поднимает палочку, если у вас нет на ветровом стекле соответствующего лейбла, который называется страховым полисом.
Н.БОЛТЯНСКАЯ: А какие пожелания Минфина не были учтены в новом варианте законопроекта об обязательном гражданском страховании?
В.ТАРАЧЕВ: Мы немножко разбиваем по ступенькам то, как я хотел рассказать об этом законе, но я скажу. Действительно, история закона очень древняя. С 24-го года первый раз этот вопрос поднимался, потом в 60-х годах Верховный Совет снова вернулся к этому закону, и очень интересно, что он не прошел. В то время во всей Европе принимались такие законы. Кстати, только Россия, Латвия, Грузия и Армения в Европе не приняли данный закон. Везде такой закон уже есть. Ну так вот, в 60-х годах были отрицательные заключения ВЦСПС и Совета Министров Украины. Только благодаря этим отрицательным заключениям не был принят закон, как по всей Европе, в 60-е годы. Потом, правда, Совет Министров Украины дезавуировал решение своих парламентариев, и с 1 октября этого года на Украине этот закон действует. А ВЦСПС так и не понятно, почему тогда голосовал против этого закона. Я полагаю, что сейчас может быть они все-таки поменяют свое мнение. Но тогда они мотивировали это тем, что это ляжет дополнительным бременем на трудящихся. Но давайте вспомним, кто еще тогда жил в 60е— годы.
Н.БОЛТЯНСКАЯ: Но это история
В.ТАРАЧЕВ: Это очень важная позиция в принятии закона. Потому что в 60-е года исключительно профсоюзная элита ездила на автомашинах, а трудящиеся тогда не ездили. А сейчас ездят все. Так вот, действительно, история эта «с бородой». 5 апреля этого года я докладывал этот законопроект на парламенте, мы не набрали 25 голосов. После этого были замечания правительства, многих субъектов, мы перерабатывали, и последние парламентские слушания 12 сентября выявили 3 замечания от правительства. Первое замечание то, что якобы мы нарушаем конституцию РФ. Второе: этим законом мы нарушаем бюджетный кодекс. И третье: мы нарушаем закон о милиции. Мы с этим согласились. Суть того, что мы нарушаем конституцию: мы хотели, чтобы субъекты РФ также участвовали в формировании страховых тарифов. Нам сказали: «Нет». Мы хотели, чтобы государственный транспорт или страховался, или не страховался, потому что чрез суд можно очень быстро потребовать соответствующие деньги из бюджета, если тебя ударил автобус или чиновник на автомобиле. И третий вопрос о милиции. В бюджетном кодексе это запрещено. Мы тоже согласились. Последнее замечание: да, действительно, работник ГИБДД должен останавливать машину, должен дополнительные функции в связи с законом производить. Мы это не учли. Сейчас все замечания устранены.
Н.БОЛТЯНСКАЯ: Игорь, вопрос к Вам. Есть информация о том, что порядка 500 страховщиков смогут работать на рынке обязательного страхования. Это мнение Вашего визави. Вы уже упомянули, что не всем это выгодно. А как Вы считаете, сколько реально народу из этих 500 будет это делать?
И.ЖУК: Я думаю, что надо отталкиваться от другой цифры. Сейчас в России работает больше 1000 компаний. Надо понимать, что большинство этих компаний, к сожалению для страхового рынка, не обладают достаточными финансовыми возможностями. По моей оценке в настоящий момент в России готовы по данным видам страхования работать 150-200 компаний. Я говорю 150-200, потому что Россия очень большая страна и невозможно себе представить, чтобы 1-2-3 компаний работали по всей территории России. В этой ситуации принципиально важной является консолидация страховщиков по этому виду страхования. На самом деле, здесь мы Америку не открываем. Существует прекрасный зарубежный опыт, когда существуют так называемые моторные бюро, они существуют во многих странах, и они регулируют отношения между страховщиками. Почему это очень важно? Потому что нам принципиально важно отвечать за то, что все компании в России, которые занимаются этим видом страхования, добросовестно будут работать по этому виду страхования. Почему? Потому что в России не так много пока хороших традиций, связанных со страхованием, и поэтому одно темное пятно, которое будет посажено на эту ситуацию с невозвратом, с тем, что не будет заплачено страховое возмещение, может оттолкнуть от страховщиков по другим видам страхования, в том числе. Поэтому здесь действительно небезразлично, кто будет заниматься в этом страховом сообществе этим видом страхования, потому что важно, чтобы мы понимали, за кого в случае банкротства или неплатежеспособности мы будем отвечать. И поэтому будет естественный отбор, естественные рыночные механизмы, которые будут «отсеивать» тех, кто не состоялся и, наоборот, развивать тех, кто будет нормально работать.
Н.БОЛТЯНСКАЯ: Я бы поспорила насчет истории российского страхования. Если мне не изменяет память, в 60-е годы 18 века в Ревеле первое страховое от огня общество, так что традиции как раз давние.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Вопрос, который мы обсуждаем с помощью компьютера, звучит так: нужен ли в России закон об обязательном страховании автоответственности? Кстати говоря, каковы аргументы тех, кто считает, что этот закон не нужен?
В.ТАРАЧЕВ: Прежде всего, они говорят, что это налог и пенсионерам очень трудно будет поднять такую сумму. Я хочу сказать, что по этому закону цена вопроса будет следующая: автовладелец «Жигулей», 3 года проездивший без аварии, будет платить столько, сколько стоит 1 бак бензина, то есть от 300 до 4000 рублей в год.
Н.БОЛТЯНСКАЯ: Учитывая постоянно растущие цены на бензин, владельцы автомобилей уже впадают в коматозное состояние.
В.ТАРАЧЕВ: Это не привязано к бензину, конечно. Это привязано к этой сумме.
Н.БОЛТЯНСКАЯ: Игорь, а с Вашей точки зрения, каковы аргументы тех, кто считает, что не надо?
И.ЖУК: Я думаю, надо в основном говорить о низкой страховой культуре, которая, к сожалению, сейчас имеется в России. Потому что по большому счету мы говорим об очевидных вещах. Человек вправе застраховать свою ответственность, и государство вправе этот процесс регулировать. Поэтому, по моему мнению, речь сейчас идет о том, будет ли Россия цивилизованной страной по данному виду деятельности, урегулированию отношений между автовладельцами и пешеходами, или она будет двигаться нецивилизованными методами. Все остальное это уже детали.
Н.БОЛТЯНСКАЯ: Как вы полагаете, каковы сроки реализации этого законопроекта, если все будет хорошо?
В.ТАРАЧЕВ: Если все будет хорошо и в ноябре Госдума примет его в первом чтении, то те сроки, которые записаны в законе, начнут действовать, то есть 1 января 2002 года страхование жизни и здоровья, а страхование автомобилей будет несколько позже.
Н.БОЛТЯНСКАЯ: Я еще раз попросила бы Игорь, Вас, повторить, насколько этот вид деятельности для страховщиков не самый выгодный.
И.ЖУК: Я думаю, что в настоящий момент трудно однозначно ответить на этот вопрос, потому что многие страховщики надеются справедливо, что данный вид страхования позволит задействовать другие виды. То есть человек, который приходит страховать ответственность гражданскую потому, что он автовладелец, волей-неволей задумается о страховании вообще. И наверняка страховой компании будет легче, чтобы он застраховал свою жизнь, здоровье, квартиру, дачу и т.д. То есть этот вид страхования может иметь некий вытягивающий характер, позволяющий подумать о страховании вообще и о том, что эту заботу о своем спокойствии можно переложить на плечи страховщиков.
Н.БОЛТЯНСКАЯ: Вопрос к парламентарию. Вас обвиняют в том, что таковой закон в принципе выгоден для страховщиков. Лоббируете интересы?
В.ТАРАЧЕВ: Я уже это сказал, что закон этот для страховщиков как таковой неинтересен, именно этот закон, если не рассматривать его в комплексе, как сказал Игорь. Он порой бывает убыточен.
Н.БОЛТЯНСКАЯ: Как вы считаете, каковы перспективы принятия этого закона в первом чтении?
В.ТАРАЧЕВ: Я считаю, что если мы получим положительное заключение правительства, а все сейчас сделано для этого, то закон в ноябре в первом чтении будет принят.
Н.БОЛТЯНСКАЯ: Игорь, есть ли перспективы?
И.ЖУК: Я согласен с Владимиром Александровичем, потому что действительно здесь ключевыми являются заключения правительства. И если действительно все замечания будут устранены, есть основания полагать, что он будет принят. Но опять же, после первого чтения наступает достаточно большой этап подготовки всех документов к реализации закона, и он для страховщиков наиболее важен. Потому что первое чтение это принятие концепции, что да, Россия цивилизованная страна, что в России вводится это страхование
Н.БОЛТЯНСКАЯ: Если этот закон будет принят, насколько эта мера будет обязательна для любых автомобилей?
В.ТАРАЧЕВ: Эта мера будет обязательна для всех автомобилей за исключением военной техники, то есть тех автомобилей, которые не регистрируются в ГИБДД. Все остальные, будь они государственные или муниципальные, частные, — все будут. Есть, конечно, ограничения по мощности двигателя и по скорости.
Н.БОЛТЯНСКАЯ: Наше голосование завершено. Нам позвонило 372 человека. Каких вы ждете результатов в процентом соотношении?
И.ЖУК: Однозначно я жду ответа «да», потому что все должно способствовать тому, чтобы люди задумались о том, кто же будет помогать им.
Н.БОЛТЯНСКАЯ: Цифры?
И.ЖУК: 67 на 33.
Н.БОЛТЯНСКАЯ: Ваша версия?
В.ТАРАЧЕВ: 60 на 40.
Н.БОЛТЯНСКАЯ: 65% полагают, что таковой закон нужен, и 35 что нет необходимости. Почему я задала вопрос о такого рода мерах по отношению ко всем автомобилям? Дело в том, что в конце прошлого года была опубликована в «Новой газете» такая история о том, что в 97 году водитель нынешнего президента сбил ребенка 5-летнего на дороге. И тишина, никакой ответственности пока не происходит.
В.ТАРАЧЕВ: Водитель автомашины президента
Н.БОЛТЯНСКАЯ: Он тогда не был еще президентом.
В.ТАРАЧЕВ: Я не готов ответить, потому что на автомашине президента, по-моему, нет государственного номера, кроме штандарта на капоте.
И.ЖУК: Опять же, если говорить о том, что ситуация такая могла быть, или мы говорим о цивилизованном решении этого вопроса через суд, потому что закона такого не было, или, если бы такой закон был, должны были бы в эту ситуацию вмешаться страховые компании и решать вопрос по возмещению независимо от того, кто был за рулем и чья это была машина. Опять же, мы ничего не выдумываем нового, мы просто делаем то, что делается во всем цивилизованном мире. И еще одна маленькая, но очень важная деталь: Россия до сих пор не является членом соглашения по Зеленой карте, то есть по-прежнему российские автолюбители, выезжая за рубеж, покупают зарубежные Зеленые карты и фактически Россия является неким придатком европейского автомобильного сообщества. Помимо потери денег (это миллионы долларов ежегодно), это еще и некое падение престижа. И здесь, мне кажется, не должно быть вопроса, надо или не надо. Надо говорить о том, что мы за Россию великую, только не словами, а делами. Поэтому мы за закон.
Н.БОЛТЯНСКАЯ: Вопрос на пейджер: «Сколько нужно будет платить при покупке нового автомобиля, а не через 3 года без аварийной езды?» В принципе, вы уже упомянули цифру, сопоставимую со стоимостью бака бензина.
В.ТАРАЧЕВ: Конечно, все будет зависеть от марки автомобиля. Конечно, для более крутых иномарок это, безусловно, будет больше, но эти тарифы будут определяться в соответствии с законом правительством.
Н.БОЛТЯНСКАЯ: Но ведь если верить рекламе, то чем круче иномарка, тем более она безопасна для всех?
И.ЖУК: Нет, такой статистики ни у кого нет. Опять же, надо говорить о том, что в настоящий момент многие коммерческие страховые компании занимаются страхованием автогражданской ответственности и тарифы там существенно более высокие, чем те, которые предлагаются по закону. Например, если говорить о теперешней ситуации в нашей компании, то примерная ответственность, о которой мы говорим по закону, стоила бы не стоимость заправки одного бака, а 80-100 долларов. То есть когда мы говорим об обязательном страховании, очевидно, речь идет о большом охвате, естественно, речь идет о снижении базовой тарифной ставки. То есть сейчас люди по собственному желанию страхуют свою гражданскую ответственность в разы, в 5-6 раз дороже, чем они бы страховали, если бы это было по обязательному страхованию.
В.ТАРАЧЕВ: Сегодня, к сожалению, добровольно страхуют свою ответственность всего 4,9% от всех владельцев автомобилей.
Н.БОЛТЯНСКАЯ: Если человек, который стал жертвой ДТП, стал жертвой автомобиля, не успел заметить номер его, тем не менее, пострадав при этом, как в таком случае могут складываться его взаимоотношения с государством, которое гипотетически может одобрить закон об обязательном страховании автогражданской ответственности?
И.ЖУК: Эта ситуация в чистом виде рассматривается законом. В этой ситуации страховщики все равно несут ответственность, выплачивается возмещение. Другое дело, что оно выплачивается уже по другим механизмам, через гарантийное агентство, через консолидации страховщиков, в некий резервный фонд. То есть именно на это и направлен закон: в случае, когда виновник неизвестен, скрылся, когда страховая компания, которая выдала полис, не может оплатить это возмещение, потому что она обанкротилась, именно закон эти ситуации описывает и позволяет показать механизм, как пострадавшему, независимо от тех причин, что я назвал, выплачено будет возмещение. И здесь мы говорим о том, что государство рыночными механизмами пытается решить социальный вопрос защиты не только тех, кто ходит по дорогам, но и тех, кто в целом пострадал от ДТП. Это может быть и водитель другого автомобиля.
Н.БОЛТЯНСКАЯ: Я бы хотела вас попросить еще раз обозначить ситуацию. Если вы на своей «Оке», не дай бог, протаранили насмерть «Мерседес», то в данной ситуации, если вы застрахованы по поводу автогражданской ответственности, все расходы понесет страховая компания?
И.ЖУК: Нет, расходы понесут те, кто установлен законом. Очевидно, что это не полная ответственность, потому что мы понимаем, что «Мерседес» может стоить очень дорого, он может быть бронированный или золотой. Речь идет о том, что те лимиты, которые установлены законом, безусловно, будут возмещены в этом полном объеме страховой компанией. Все остальное эксклюзивная техника это уже через обычную судебную практику. И здесь самое главное, чтобы первый шаг цивилизованного разбирательства между пострадавшим и потерпевшим происходил по тем законам и механизмам, которые государством, а не частными лицами установлены. То есть, нет такого, как в анекдоте: встречаются «Запорожец» и «Мерседес» и все разбираются на уровне малопонятных понятий. Все-таки мы говорим о том, что будет существовать механизм, как это будет происходить.
В.ТАРАЧЕВ: В законе обозначена сумма, которую будет должен выплатить страховщик, который застраховал «Оку». Это 90 тысяч рублей. Я не думаю, что «Ока» уж очень сильно протаранит «Мерседес». И за 90 тысяч рублей я думаю, можно отрихтовать крыло «Мерседесу» любому.
В прямом эфире радиостанции «Эхо Москвы» были Владимир Тарачев, заместитель председателя банковского комитета Госдумы и Игорь Жук, генеральный директор страховой компании «Интеррос».


Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире