20 октября 1999 г.
В прямом эфире радиостанции Эхо Москвы Борис Федоров, лидер движения Вперед, Россия! и Александр Лебедев, председатель Национального резервного банка, член ВОПД НДР.


С.КОРЗУН: Говорить мы сегодня решили обо всем. Честно, прямо, открыто
Б.ФЕДОРОВ: Наотмашь.
С.КОРЗУН: Главная политическая задача на сегодняшний день в нашей стране Мы с журналистами по понедельникам об этом говорим, мнения разные. Одни говорят — поправить здоровье президента, другие — с войной в Чечне завязать, третьи — выборы провести. На ваш взгляд, каковы политические приоритеты на этом этапе?
Б.ФЕДОРОВ: С моей точки зрения, два приоритета. Первый: в связи с чеченскими событиями как можно быстрей завершить этот кризис с наименьшими потерями и с наибольшим ущербом террористам. Вторая, безусловно, чисто экономическая задача, о которой сегодня, к сожалению, все забыли. Потому, что цены на нефть не будут всегда высокими, девальвация не всегда будет складываться на пользу России, нужна внятная экономическая политика, нужны внятные экономические действия, которых мы сегодня не наблюдаем. А завтра будут те же самые проблемы, которые мы бы имели год и два назад.
А.ЛЕБЕДЕВ: Я с Борисом согласен, правда, я бы поменял приоритеты. Я по-прежнему считаю, что для большинства наших людей экономические проблемы острее, нежели кризис в Чечне с террористами.
С.КОРЗУН: Тем не менее, эти проблемы тесно связаны между собой. Если я правильно понимаю, в следующий бюджет будет забита сумма, значительно превышающая расходы этого года, в частности, на военные действия. Видимо, предполагается, что война в Чечне или какие-то другие конфликты будут продолжаться?
А.ЛЕБЕДЕВ: Увы, похоже, что так может произойти. Я, правда, надеюсь, что будет найден какой-то правильный баланс между увеличением расходов на оборону У нас есть своя позиция по этому вопросу, мы считаем, что есть я его условно назову — альтернативный бюджет, есть возможности за пределами налоговых сборов, акцизов, таможенных поступлений. Эти возможности находятся в сфере внешнего долга, если бы нам удалось его урегулировать на приемлемых для России условиях, маневр, с точки зрения обороны и социальных платежей, был бы куда более широкий для правительства.
С.КОРЗУН: Борис, Чечня это вопрос бюджета, в том числе? Вообще, может быть, у нас военная экономика будет на стыке одного с другим, то есть будет процветать отечественная промышленность, но производить опять будем ракеты, боевые самолеты? Не только с Украины подберем, но и свои произведем?
Б.ФЕДОРОВ: Я думаю, что не надо преувеличивать. Посмотрите на этот бюджет, в котором 20-22 миллиарда долларов максимум, и сравните это с тем, что собирают в Соединенных Штатах триллионы долларов. На такие деньги процветающая оборонная промышленность тоже невозможна. Другое дело, что большая часть нашего бюджета Если сложить все, что на оборону МВД, прокуратура, все прочие вещи конечно, получается иногда такое впечатление, что военно-полицейское государство. На образование, здравоохранение и другие социальные вещи, конечно, остается очень мало денег. Но это связано еще и с тем, что нет разумной экономической политики, которая создавала бы экономический рост. Когда мы 10 лет говорим о финансовой стабилизации, мы говорим про бегство капиталов, мы ничего не делаем по этому поводу и в результате находимся там, где мы сегодня есть. Поэтому Чечня, безусловно, лишь одно из проявлений наших общих проблем, но, не решив Чечню, нельзя двигаться в другие места. Потому что всегда любой конфликт с применением силы может быть использован для поворота экономической политики и всех других. Если есть такой очаг нестабильности, он всегда будет сказываться на любых других предложениях, которые правительство или парламент будут иметь.
С.КОРЗУН: Появился Александр Плющев наверно, футбол?
А.ПЛЮЩЕВ: Да, совершенно точно. К сожалению, неприятное сообщение для всех любителей футбола, кто не может смотреть матч по НТВ: Спартак(Москва) Бордо(Франция) 1:0, ведет Бордо. Три минуты назад гол был забит в ворота Александра Филимонова.
С.КОРЗУН: Спасибо, Александр. За Спартак кто из вас болеет?
Б.ФЕДОРОВ: Я болею за Спартак. Это трагическая новость. Нехорошо.
А.ЛЕБЕДЕВ: Мы за Родину должны болеть в данной ситуации.
С.КОРЗУН: Но Вы не болельщик Спартака?
А.ЛЕБЕДЕВ: Я буду участвовать в открытии памятника Льву Яшину в ближайшее время, мы как могли этому помогали, поэтому можете догадаться
Б.ФЕДОРОВ: А я почетный член команды ветеранов Спартака по футболу, поэтому за другую команду я не могу болеть.
А.ЛЕБЕДЕВ: Я сегодня комментировал для Коммерсанта этот вопрос: Как Вы прогнозируете итоги? Я сказал: Спартак — чемпион.
Б.ФЕДОРОВ: И это правильно.
С.КОРЗУН: Но за этим матчем еще следим как за матчем между нашими и не нашими. Я вас возвращаю через это, может быть, не совсем корректно, в чеченскую войну. Где здесь наши и где не наши? Вопрос, как мне представляется, очень и очень непростой. Хотели мы задать сегодня вопрос: Что станет с Чечней, когда мы ее возьмем? Но ввиду его полной некорректности, поскольку Чеченская территория это территория Российской Федерации, от этого вопроса отказались, даже от мысли о нем. Где наши и где не наши в этом конфликте?
А.ЛЕБЕДЕВ: Мы будем надеяться, что смогут все это различать в ходе операции это первое. Второе: мы вернемся к тому, о чем говорил Борис. Если будет вменяемая, внятная, четкая, реализуемая экономическая программа для вывода экономики из кризиса программа, которая поведет за собой экономический рост, увеличение пенсий, зарплат и так далее — то мы сможем решить те экономические проблемы, которые в Чечне сегодня для наших людей куда острее ощущаются, чем в любом другом регионе. Так что я возвращаю вас к мысли о том, что все-таки экономика первична. Да, мы все напуганы и одновременно возмущенны террористическими актами в Москве, Волгодонске, и все-таки, ни военный коммунизм, ни военная экономика, ни тотальная мобилизация, а нормальный экономический рост, нормальные программы… Такие программы есть, мы сегодня на пресс-конференции, объявив о совместном участии в выборах губернатора Московской области, на примере этого региона приводили конкретный рецепт.
С.КОРЗУН: Ваша программа, действительно, настолько сопоставима? Так может быть, вы объединитесь на выборах? Или уже просто времени нет?
А.ЛЕБЕДЕВ: Мы, собственно, это и сделали, может быть для Вас это новость? Мы в 5 часов дали совместную пресс-конференцию в Интерфаксе, где новостью было Борис уже заявил о том, что баллотируется на пост губернатора, а я решил его поддержать его в качестве вице-губернатора.
С.КОРЗУН: Кстати, здесь был вопрос с пейджера к Вам, Борис: Как относится Борис Федоров к тому, что у него появился конкурент в лице Геннадия Селезнева?
Б.ФЕДОРОВ: Я считаю, что это очень хорошая новость. Потому что чем больше будет генералов, журналистов и других людей противостоять нам выборах, тем более отчетливо будет видно, что наша команда, состоящая из государственного финансиста-экономиста и практикующего экономиста-банкира, существенно более приземлена и может дать больше подмосковным жителям. С точки зрения моего личного отношения к Селезневу у меня никакого личного отношения не существует. Я считаю, что все кандидаты достаточно сильные и чем больше достойных соперников, тем интереснее будет участвовать в этой предвыборной кампании. Хотя я думаю, что, конечно, он будет отбирать голоса не у нас, а у господина Тяжлова.
С.КОРЗУН: Что такое, на Ваш взгляд, хорошая Дума?
Б.ФЕДОРОВ: Давайте с меня начнем, потому что я там четыре с половиной года просидел, и всегда было очень плохое ощущение. Потому что слишком много концертов, которые закатывают отдельные депутаты, слишком много пустых разговоров, когда каждый день начинается с часовых обсуждений повестки дня и до рассмотрения конкретных вопросов не доходит. Поэтому, конечно, я хотел бы видеть в Государственной Думе существенно больше самостоятельных людей, которые могут за себя отвечать, которые думают, что-то в жизни сделали не просто политиканы или люди, которые хотят закрепиться в столице, получить должность в каком-то министерстве — люди, которые могут работать над законами, потому что очевидно, что 90% депутатов и близко не стояли к настоящей законотворческой работе. То есть Дума была бы лучше, если бы там было больше состоявшихся личностей тех, которые могут действительно стать настоящей законодательной ветвью власти. К сожалению, в прошлые годы я в двух созывах был конечно, абсолютное большинство людей из другой породы, мне вообще непонятно, почему их избиратели избирают, неужели это не видно невооруженным взглядом? Конечно, я не такой оптимист, чтобы думать, что эта Дума кардинально будет лучше. Хотя, конечно, хочется верить, что она будет хотя бы немножко лучше, чем предыдущая.
С.КОРЗУН: Александр, на Ваш взгляд, хорошая Дума это что?
А.ЛЕБЕДЕВ: Меня интересует результат законотворчества Думы какие законы в результате ее работы появляются. По моей оценке, 80-85% всего экономического законодательства, я считаю его одним из основных для нашей страны, в последние 4 года было инициировано и проведено людьми с антирыночными взглядами. То есть левое большинство в Государственной Думе отвечает за то, какое у нас сегодня законодательство. Давайте вам приведу конкретный пример: я после соответствующей встречи руководителей правоохранительных органов слышал о том, что в настоящее время вновь и Госдума, и правительство, и президент возвращаются к закону об отмывании незаконных доходов. Закон сам по себе, если политически не разбираться в предмете, кажется хорошим. Потому что сегодня мы все говорим о том, чтобы бороться с легализацией незаконных доходов и капиталов. Однако, если мне, как банкиру, придется на каждую сделку величиной больше 5 тыс. долларов предоставлять соответствующую информацию в правоохранительные органы поверьте мне, ничего хорошего из этого не выйдет. Та группа предпринимателей, о которых я объявил на Эхо Москвы неделю назад, которые готовы на себе поставить эксперимент, вернуть законно заработанные деньги и легально вывезенные заграницу в Россию сегодня двое из них ко мне обратились и сказали, что у них возникли проблемы. Гарантии руководства НДР, какой-то еще рыночной партии, движения им уже недостаточно.
С.КОРЗУН: Считаете ли вы, как участники предвыборной кампании, обоснованной жесткость, которую Центризбирком предъявляет кандидатам при регистрации списков?
Б.ФЕДОРОВ: Она достаточно странная строгость и жесткость, потому что совершенно очевидно, что требования составлены неправильно. Можно спрашивать про какой-то мотоцикл, который кто-то забыл записать. Но при этом совершенно очевидно, что выпадают Я хотел бы записать ценные бумаги, которыми я владею — про них никто не спрашивает. Так же, как не спрашивают про собственность, которая моей жене принадлежит. Потом я смотрю одних за 10 тыс. рублей снимают, других за 80 тысяч рублей оставляют. Слишком много здесь политизированного и наносного. То есть идея правильная как декриминализировать выборы, сделать так, чтобы более честные люди были в Государственной Думе. Но подходы слишком зависят от желания или нежелания конкретного чиновника принимать то или иное решение, поэтому немножко это выглядит несерьезно, на мой взгляд.
А.ЛЕБЕДЕВ: Я бы больше говорил не о Центризбиркоме, а о законодательстве. Я бы его ужесточил с точки зрения проверки доходов, с точки зрения репутации людей, которые идут в Думу, их профпригодности и так далее. Я не говорил бы пока о каких-то очевидных фактах того, что исполнительная власть манипулирует Центризбиркомом. Во всяком случае, меня очень беспокоил первый список ЛДПР. То, как с ним Центризбирком поступил, внушает, мне, например, веру в лучшее.
С.КОРЗУН: Ваши партии, насколько я понимаю, зарегистрированы в качестве кандидатов, но списки окончательно не утверждены. Если проблемы возникнут в ваших партиях, как будете реагировать? Изменилось бы ваше мнение?
А.ЛЕБЕДЕВ: Мы будем реагировать в соответствии с реалиями. Если будут какие-то серьезные аргументы, соответственно, мы согласимся. А если мы увидим в этом некую закулисную политику, то, естественно, мы будем протестовать.
С.КОРЗУН: Когда вы утверждаете ваши списки, кстати?
А.ЛЕБЕДЕВ: Вообще мы полагали, что это состоится уже на этой неделе.
Б.ФЕДОРОВ: Мы вообще-то в политическом союзе с НДР, поэтому мы отдельно не идем — поэтому у меня такой проблемы личной на данный момент нет. По губернаторским выборам посмотрим, что будет происходить. Потому что есть такое ощущение, что будут достаточно придирчиво к отдельным кандидатам относиться. Хотелось бы верить, что будет полная справедливость в отношении ко всем кандидатам, в том числе на губернаторских выборах. Они в тот же день, что и парламентские. Главное чтобы не было дискриминации. Я не против самых жестких требований, под увеличительное стекло всех поставить, но главное чтобы это было все для всех одинаково. Тогда я думаю, что ни один нормальный человек протестовать не будет.
С.КОРЗУН: Что касается всяких имущественных и других соображений, чистки рядов кандидатов ваша позиция ясна. Но такое ощущение, что эти выборы являются одними из самых грязных с точки зрения информационных войн, которые ведутся. Это так по вашим ощущениям или нет?
А.ЛЕБЕДЕВ: Мы видим попытки использовать так называемый черный пиар. Мы сегодня свою позицию заявили, мы сказали, что в части выборов губернатора Московской области от нас не услышат личностных оценок. Мы исходим из того, что все, кто принимает участие, условно хорошие люди. От нас услышат оценку экономической политики, ее результатов действующего губернатора, оценку экономических программ других кандидатов, от нас услышат наши предложения. Мы готовы отвечать на любые, самые детальные вопросы такова модель. Никакого компромата, только по делу.
Б.ФЕДОРОВ: Позиция такая же. Конечно, эта тенденция, что Россия становится самой передовой страной мира по использованию разных черных технологий через Интернет, через прессу, через телевидение и так далее конечно, это позорная тенденция. И как человек, который испытал на своей шкуре достаточно много грязных нападок, выпадов, дезинформации, который вынужден периодически на все это отвечать конечно, все это надоело, и лично я, мы договорились: мы не будем в этом участвовать ни при каких обстоятельствах. Потому что это просто уже становится ужасно, страна наша выглядит очень позорно. Потому что все, включая телевизор, ждут очередной порции то ли в эту сторону, то ли в ту сторону, и уже о деле, о существе реальных задач, которые стоят, о том, что люди предлагают — никто уже не думает. Кто сколько на кого наберет всякой грязи или выдумает И каждый день мы слышим какие-нибудь заявления, а ведь у нас знаете как: то ли у него шубу украли, то ли он украл что-то сказали, а потом оправдывайся всю жизнь. Пора с этим завязывать за этим тоже, кстати, Центризбирком должен смотреть за тем, чтобы этой грязи было поменьше. Тогда, я думаю, будем выбирать гораздо лучших депутатов, губернаторов и так далее.
С.КОРЗУН: У нас в эфире есть результаты голосования. Ваш прогноз: Следующая Дума будет лучше или хуже? — как, по-вашему, разложились голоса наших слушателей, которые участвовали в этом опросе? Большинство за то, что будет лучше или хуже?
А.ЛЕБЕДЕВ: Я надеюсь, что разделяют мою точку зрения что будет лучше.
Б.ФЕДОРОВ: Я думаю, лучше, но с минимальным перевесом: процентов 55 лучше, 45 хуже.
А.ЛЕБЕДЕВ: Что лучше: я имею в виду, что не будет столь доминирующего перевеса левого большинства в Госдуме.
С.КОРЗУН: Каждый понимает по-своему. Тем не менее, вы оба правы: 60% считает, что следующий состав Думы будет лучше, и только 40% из тех, кто дозвонился к нам в эфир, считают, что следующий состав будет хуже.
Б.ФЕДОРОВ: Все-таки есть оптимизм.
С.КОРЗУН: А почему не вытравили оптимизм из нашего общества кризисы и все остальное?
А.ЛЕБЕДЕВ: Очень хорошо, надо будет законодательство — наказание за диффамацию именно так называется распространение порочащих сведений, которые в дальнейшем ничем не подтверждаются. Может быть, тогда будет меньше компроматов. Опять упираемся в законодательство и в Думу.
Б.ФЕДОРОВ: Мне кажется, что у людей все-таки, несмотря на все проблемы, на достаточно длительный период разочарований у любого нормального человека теплится надежда, что должно быть все-таки лучше, не сегодня, так завтра. И несмотря на факты, на огромное количество грязи, которая выливается, мы видим, что 60% считают, что может быть лучше. Я очень этому рад, потому что я сам по жизни оптимист, я верю, что любую проблему можно решить. Это значит, что все-таки нас ждет что-то хорошее, не только плохое, впереди.
С.КОРЗУН: А я, чтобы завершить этот опрос, добавлю, что 385 человек дозвонились к нам. Спасибо всем звонившим. Посмотрим на пейджер: В интервью газете АиФ Геращенко сказал, что он не хотел бы видеть на посту руководителя Центробанка Федорова и Лебедева. Не можете ли объяснить, почему?
А.ЛЕБЕДЕВ: Мы сейчас продемонстрируем свою позицию. Я, например. очень высокого мнения о профессиональных и личных качествах Геращенко, резко критикую результаты его политики, как, собственно, и Борис, все эти годы. Конкретно стабилизационные кредиты в банки-банкроты, которые ни к чему не привели, непонятная система с управлением резервами Центрального банка и так далее, отсутствие жесткости в вопросе о возврате вкладов, которые были похищены банками-псевдобанкротами. При этом я лично уважаю Виктора Владимировича. Если он готов отреагировать на мою критику, поменять политику всячески буду приветствовать продолжение его работы на посту председателя.
Б.ФЕДОРОВ: Я глубоко уважаю Виктора Владимировича Геращенко как советского коммерческого банкира, который, действительно, имеет очень хороший послужной список, работал в соцзагранбанках, Внешторгбанке. Но как центрального банкира я его, конечно, не понимаю. Поскольку я работал в Госбанке как в центральном банке, изучал именно эту вещь я не такой большой специалист по коммерческим вещам и здесь, конечно Две денежные реформы непонятно зачем, разваленная банковская система на сегодняшний день это очевидно, скандал со всяким вещами типа Бэнк оф Нью-Йорк А кто вообще должен расследовать ФБР или все-таки наш Центральный банк, у которого 80 тыс. человек? Или, допустим, я знаю, что наш бюджет федеральный вроде как 20 млрд. долларов, и вот я сегодня где-то в газете прочитал, что фонд оплаты труда, расходы на сотрудников в Центральном банке 1,2 млрд. Представляете, весь бюджет России, вся армия, МВД, здравоохранение, и миллиард долларов в Центральном банке. И потом нет банковской системы. Ну что-то тут не так совсем. Поэтому здесь мое отношение: каждый должен заниматься своим делом. Я бы, например, свои деньги как коммерческому банкиру Виктору Владимировичу вручил, безусловно. Как центральному банкиру у меня с этим большие проблемы. Я никогда не скрывал свои взгляды, я это ему говорил в лицо: я меня нет никаких личных против него моментов, но, видимо, зная наше к нему отношение, он почему-то нас двоих, не сговариваясь — потому что мы это не обсуждали, только в этом интервью, — действительно, выбрал из всех. Но я считаю, что эта оценка видимо, комплимент. Видимо, из всех десятков людей, которые уже назывались как кандидаты, почему-то он именно нас двоих выделил. Я считаю, что это неплохо.
А.ЛЕБЕДЕВ: Я добавлю, что я приветствую такие откровенные интервью, где высказывается честно точка зрения, но не приветствую направление искусственных проверок в банк, который не имеет задолженностей перед кем бы то ни было, будь то физическое лицо или юридическое. Виктор Владимирович, у меня большая просьба эти проверки направить, скажем, в какой-нибудь банк-банкрот. Лучшее применение будет.
С.КОРЗУН: Ваше отношение к тому, что в Думу могут быть избраны фашисты? Имеется в виду, наверно, баркашовский список.
Б.ФЕДОРОВ: Отрицательное.
А.ЛЕБЕДЕВ: Безусловно, как человек, у которого дедушка погиб на войне, я с очень большим непониманием отношусь к тому, как у нас спокойно в стране относятся к откровенно шовинистическим или расистским или фашистским организациям и как государство бессильно оказалось, по существу, в том, чтобы с ними бороться. Мне кажется, что это огромный прокол государства. И когда мы видим, что некоторые личности, совершенно переходящие все границы, сегодня спокойно регистрируются для выборов в новую Государственную Думу, у меня это вызывает большое-большое удивление. Естественно, что есть большое опасение. Я уверен, что наш народ в целом, на 99% процентов, никогда не поддержит такие настроения или такие партии баркашовцев или другие аналогичные организации, но тем не менее, то, что они могут совершенно спокойно, свободно в стране пропагандировать эту расовую ненависть и позорить Россию конечно, это очень прискорбный и опасный факт.
С.КОРЗУН: Кстати, вопрос к ЦИКу есть по этому поводу? Или он должен регистрировать всех, кто в ладах с законом? К кому это вопрос?
Б.ФЕДОРОВ: Вопрос, я думаю, прежде всего, к законодателям, которые за все эти годы так и не собрались принять меры, чтобы такого рода экстремистские организации не могли существовать в нашей стране. Я помню, как я участвовал в тех же голосованиях: значительная часть Государственной Думы, включая, кстати КПРФ и ЛДПР, голосовали всегда против таких предложений. Но есть вопрос и к ЦИКу. Если у людей находят какой-то мотоцикл, который забыли, или гараж, или что-нибудь еще такого рода, на мой взгляд, не являющееся большим криминалом все-таки нужно гораздо более четко посмотреть положения нашей Конституции, даже те общие положения, которые существуют не противоречат ли действия отдельных партий и движений этому, и уже принимать решение. Когда единогласно РНЕ принимается голосованием, по существу, мне достаточно странно, что ни у одного человека не хватило мужества какую-то позицию занять по этому поводу. Обсуждать копейки можно, обсуждать откровенных экстремистов, которые грозятся пройти в Государственную Думу, а в некоторых регионах и действуют на самом деле совершенно очевидно, что здесь есть вопросы и к ЦИКу.
С.КОРЗУН: Иногда думается, вслед за великими классиками, что есть то звено, дернув за которое можно вытянуть цепь. В экономической жизни нашего государства есть ли это звено предприятие ли, закон ли, изменение ли в законе то самое звено, на которое следующему составу Думы надо будет обратить особое внимание?
АЛ: Все мы говорим об утечке капитала. Все мы говорим, что миллиарды долларов, заработанные легально, легально же заграницу перемещаются. Мы знаем, что не возвращаются они потому, что здесь существуют неприемлемые экономические и политические риски и кроме того слишком высокие ставки налогообложения. Что бы я сделал? Я бы изменил законодательство, в новом законе четко гарантировал бы отсутствие преследований в случае возврата денег, если нет ущерба, то есть никто не претендует на то, что эти деньги у кого-то пропали. И второе: я бы ввел искусственную, новую, очень небольшую ставку налогообложения. Мы недавно вели консультацию с руководством Яблока, у них идея 3-5%, если деньги возвращены и вложены в промышленность, и 10% — если они просто возвращены на Родину. Думаю, что, поскольку мы не можем просто так снизить ставку подоходного налога 35% — давайте, например, введем, пусть это будет непопулярная мера, что если человек платит налогов на миллион долларов, все, что свыше этого давайте введем ставку 10-15%. Я не исключаю, что люди, особенно сейчас, когда пребывание наших денег за рубежом в банковских системах Запада становится все более трудным что люди на это пойдут.
С.КОРЗУН: Вернутся деньги в страну, но страна-то та же. Что им здесь делать, деньгам?
А.ЛЕБЕДЕВ: Мы предлагаем ряд серьезных вещей для того, чтобы изменить условия пребывания этих денег здесь. То, что я вам сказал это тоже относится. У нас есть конкретные люди, которые с нами обсуждают под наши гарантии, просто политические гарантии, просто заверения, возможность возврата денег. Но лучше хотя бы вернуть 10 млн. долларов, чем бесконечно заседать на разных антикоррупционных комитетах или на иных форумах и беспрерывно, как наш бывший премьер-министр, либо говорить у 90 тысяч камер, что, на мой взгляд, абсолютно неправовой характер носит, либо просто заседать и говорить: вот утечка, вот мера, вот борьба.
Б.ФЕДОРОВ: В данном случае я буду уже не как будущий кандидат в губернаторы, а вспомним, что я был министром финансов. Есть вещи, которые, безусловно, в нашей стране нужно делать, и, кстати, налоги это одно Я, кстати, не согласен с тем, что нельзя снизить подоходный налог. На самом деле, 15-20% единая ставка с большими вычетами для бедных людей это большие реальности, и
дай бог, чтобы мы в московской области кое-что в этом направлении смогли сделать. Но есть вещи, которых я принципиально придерживаюсь это как построить финансовую систему, чтобы она не зависела ни от депутатов, ни от президента, ни от бюрократов, ни от злой воли людей. Поэтому я придерживаюсь той системы, что сегодня есть в Аргентине, Болгарии, Эстонии, в некоторых других странах: когда привязывается национальная валюта к корзине других валют, делается фиксированный курс, но при этом деньги могут выпускаться в обращение, когда покупается иностранная твердая валюта. И никто не может просто так напечатать, никто не может навыпускать ГКО. Эта система работает, при этой системе через неделю в стране инфляция опускается на уровень Западной Европы, процентные ставки резко снижаются. Есть возможность давать кредиты и самое главное очень легко проверять: столько есть валютных резервов, столько можно выпустить денег. И никакой другой системы. Каждый человек в газету смотрит это абсолютная система для предпринимателей, для тех, кто делает инвестиции, для банкиров это создает уникальную ситуацию, когда они могут больше не бояться, что валютный курс обрушат, что завтра что-то сделают втихаря в Центральном банке и у нас вдруг подскочат процентные ставки или что-то другое произойдет. Я за такую систему. Она, может быть, многим кажется не очень патриотической, но я думаю, что лучше убрать из рук некомпетентных людей возможность влиять на нашу жизнь с тем, чтобы люди спокойно могли хранить деньги и в рублях, и на банковских счетах и не бояться, что завтра кто-то что-то сделает. Я за такой подход. Он очень простой, примитивный, я его в прошлом году, когда Черномырдин 2 недели был исполняющим обязанности, предлагал, мы это уже обсуждали. К сожалению, политической воли у последующих властей не хватило, чтобы двинуться в эту сторону.
А.ЛЕБЕДЕВ: Я добавлю. Борис не знает, мы вместе с академиком Александром Некипеловым анализировали его идеи — тогда же, в сентябре прошлого года. Идея эта хорошая, она применена в Аргентине. Единственное, чем мы отличаемся от Аргентины у нас есть кризис хронических неплатежей: никто никому не платит в живых деньгах, у нас не реализуется банкротство и у нас в принципе нет практики возврата денег. Я, как банкир, обращаю внимание на то, что без тех вещей, которые я назвал, то, что сказал Борис, работать не будет. Я, например, как банкир, не кредитую предприятия не потому, что ставки Центрального банка слишком высоки, а потому, что я не верю ни одному предприятию: нет практики возврата денег. То есть это должна быть комплексная система мер. У нас, кстати говоря, такая экономическая программа на общефедеральном уровне есть, которая в том числе и не исключает возможность такой модели, о которой сказал Борис.
С.КОРЗУН: Наши дети будут жить в нормально организованной экономически и политически стране?
Б.ФЕДОРОВ: Категорически да
А.ЛЕБЕДЕВ: Я в этом тоже уверен.
В прямом эфире радиостанции Эхо Москвы были Борис Федоров, лидер движения Вперед, Россия! и Александр Лебедев, председатель Национального резервного банка, член ВОПД НДР.


Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире