01 ноября 1999
Z Интервью Все выпуски

ситуация в чеченской республике


Время выхода в эфир: 01 ноября 1999, 12:15

В прямом эфире радиостанции «Эхо Москвы» депутат Госдумы РФ от Чечни Ибрагим Сулейменов.

ОЛЬГА СЕВЕРСКАЯ — Сразу скажу нашим слушателям, что для нашего гостя статус Чечни определен: он считает Чечню субъектом Федерации. Можно ли считать, Ибрагим Абдурахманович, что, с Вашей точки зрения, в нынешней чеченской кампании правда на стороне федеральных сил?
ИБРАГИМ СУЛЕЙМЕНОВ — Статус Чечни определен Конституцией РФ, и это не может быть предметом торга. Тем более, чеченские лидеры, от Дудаева до Масхадова, не имеют на руках документа, где высказано волеизъявление чеченского народа. Когда этот вопрос ставил разогнанный Дудаевым парламент, где было принято постановление о проведении референдума, вместо этого он разогнал и расстрелял парламент. Самый удобный случай для проведения подобного референдума был для Масхадова, когда его с триумфом водворяли в должность президента Чеченской республики. Даже он не посмел поставить этот вопрос, потому что результат был заранее известен: народы Чеченской республики считают себя россиянами. Безусловно, сегодня этот вопрос (статус Чечни) абсолютно не актуален. В Конституции записано, что она является субъектом РФ. В нынешних условиях вся Россия должна поднять Чечню из руин, дать людям жить нормальной жизнью.
ОЛЬГА СЕВЕРСКАЯ — Вот в чем парадокс: ведя антитеррористическую кампанию в Чечне и желая дать мир и благосостояние народам Чечни, федеральная армия все-таки наносит некоторый урон, в том числе мирному населению. Было очень много сообщений о жертвах, которые уже есть среди мирного населения. Совсем недавно, в пятницу, была обстреляна колонна Красного Креста, там тоже были погибшие и раненые. Естественно, было возмущение мирового сообщества. Вот в чем еще есть вопрос: дело в том, что федеральные силы отрицают факты обстрела, и не только в этом случае, а и в некоторых других. Тогда что же происходит, с Вашей точки зрения? Я знаю, что Вы недавно были в Чечне.
ИБРАГИМ СУЛЕЙМЕНОВ — Безусловно, сказать правду сейчас трудно, потому что для этого надо быть участником этих событий, видеть самому. Сегодня дать оценку тому, кто там наносил удар, очень сложно. Но в любом случае я остаюсь сторонником следующего. Какая бы ни проводилась операция в Чечне — антитеррористическая, войсковая, наземная — (с учетом того, что Чечня является субъектом РФ, там проживают граждане РФ), прежде всего надо перед началом любой акции, операции обезопасить жизнь мирных людей. Это непреложное правило.
ОЛЬГА СЕВЕРСКАЯ — Как это можно сделать?
ИБРАГИМ СУЛЕЙМЕНОВ — Это можно сделать так. Если временные рамки для проведения операции не определены, надо информировать население. Кстати, сегодня из-за слабой информированности населения возникает много проблем. Люди не знают, куда идти, где им даны проходы, работают они или нет. Мы видим по телевизору огромные, десятикилометровые очереди только в сторону Ингушетии, хотя открыты еще два пункта — в сторону Дагестана и Ставрополья. Значит, надо проинформировать население хотя бы путем рассеивания листовок. Во-первых, там надо указать цели, задачи антитеррористических операций, и каким образом можно уйти из зоны возможных боевых столкновений. А поэтому неинформированное население, конечно, сейчас перемещается по территории Чечни в поисках безопасного места то в один, то в другой район. В этих условиях может быть всякое. С воздуха летчикам не видно: какая там колонна движется — то ли боевики, то ли мирное население. Но по опыту первой чеченской кампании известно, (и вообще по их повадкам): для террористов главное кредо — это подставить мирное население, добиться большего разрушения. Безусловно, где-то работает иностранный журналист, и всю эту информацию может выбросить за рубеж, чтобы оттуда было давление на руководство РФ. Сегодня трудно, но тем не менее, если появляются там раненые, пострадавшиепользуясь моментом, я обращаюсь к министру здравоохранения РФ. Недавно показали сюжет: двое маленьких пацанов без рук, без ног. Вот таких тяжелораненых надо немедленно вывозить из Ингушетии, потому что там нет условий для лечения пострадавших таким образом. Их надо вывозить в лучшие клиники страны, квалифицированно лечить. В этой зоне действительно тяжелая обстановка с медицинским обеспечением, на улицах холода, страдают дети, женщины, старики. Я сторонник того, чтобы оттуда их вывезти и расселить в других регионах РФ, где есть нормальные условия жизни. Палатки остаются палатками, они не могут обеспечить нормальные условия жизни, когда надвигаются холода.
ОЛЬГА СЕВЕРСКАЯ — Вы говорите о том, что беженцев можно вывезти с территории Ингушетии и других районов в другие регионы России, где выше уровень жизни. Но сегодня открывается коридор, и уже открылось достаточно активно движение из Ингушетии в сторону Чечни. Беженцы возвращаются на освобожденные территории. Пока мы говорили перед эфиром, Вы высказывали еще и такую точку зрения, что можно как раз открывать коридоры не только в сопредельные районы, не только в Ингушетию, Дагестан, Ставрополье, но и, скажем, из тех районов, которые сейчас сжимаются в кольцо федеральными силами, как раз в те самые безопасные зоны. Здесь возникает вопрос. Может быть, такая идея кажется привлекательной на первый взгляд. Но настолько ли это безопасные территории сейчас? Нет ли там карательных операций боевиков? Насколько там вообще сейчас уже можно жить?
ИБРАГИМ СУЛЕЙМЕНОВ — Мы же наблюдаем картину. При выдавливании боевиков из населенных пунктов происходят только мелкие стычки с федеральными силами. Основные силы боевиков сейчас сконцентрированы в Грозном. Поэтому есть необходимость проведения этой операции путем их выдавливания, сохраняя населенные пункты, жилые дома, и с помощью населения. Мы наблюдаем эти картины. Буквально позавчера показывали сюжет по телевизору. Когда один из полевых командиров выступил, он обращался к другим командирам: мол, это все не нужно, бесполезно, для нас самым большим злом является не приход федеральных войск, а наличие на территории Чечни террористов и ваххабитов. Он даже привел пример: «Если бы поставили солдата и ваххабита, я бы первым застрелил ваххабита». Вот такое настроение среди населения. Таким образом, можно было закрыть Грозный. То есть Грозный надо взять в кольцо, дав выйти оттуда мирному населению. Пока все основные силы и сами главные террористы находятся в самом Грозном. Есть населенные пункты, защищенные от боевиков, и пусть люди возвращаются к себе домой. Но создавать такие большие анклавы из числа перемещенных лиц на территории Ингушетии, я считаю, нецелесообразно. В те три района на территории Чеченской республики этих людей можно было переместить.
ОЛЬГА СЕВЕРСКАЯ — Вы только что были в Чечне. Там действительно безопасно?
ИБРАГИМ СУЛЕЙМЕНОВ — В этих зонах — да, безопасно.
ОЛЬГА СЕВЕРСКАЯ — Вы это утверждаете?
ИБРАГИМ СУЛЕЙМЕНОВ — Я утверждаю. Вы поймите, люди сейчас не позволят кому-либо туда зайти. Тем более, каким-то большим массам. Боевики уже не в состоянии заходить, потому что эти населенные пункты, районы охраняются войсками.
ОЛЬГА СЕВЕРСКАЯ — А если войска уйдут?
ИБРАГИМ СУЛЕЙМЕНОВ — Они не уйдут. Они уйдут тогда, когда там будут созданы силы безопасности, обеспечивающие правопорядок на освобожденных территориях. Речь идет о создании органов внутренних дел. А процесс этот уже начался.
ОЛЬГА СЕВЕРСКАЯ — Скажите пожалуйста, целесообразно ли было бы, например, объявить призыв в российскую армию на уже освобожденных территориях Чечни?
ИБРАГИМ СУЛЕЙМЕНОВ — В первую чеченскую кампанию я был военным комиссаром Чеченской республики, и такой призыв я произвел. Было удивительно: чеченские парни пошли служить в российскую армию и приняли присягу. Служили, пока я там служил. Потом я ушел в Госдуму. К этому времени, месяца через два-три, была подготовлена почва передачи власти в Чечне этим бандитам. Безусловно, многие ребята пострадали, кое-кто из них погиб. Остальным пришлось уйти из Чечни. Если будет инициирована подобная акция на сей раз, тогда, конечно, ни одного чеченца никуда призывать не надо. Если мы действительно хотим, (как заявил министр обороны: «мы пришли сюда надолго, на свою территорию»), тогда можно заполнить правоохранительные органы и комендантские роты. О каком-то масштабном призыве речи не идет, потому что нет такой необходимости. Сначала люди должны придти в себя, отстроить свои дома, жилища, увидеть свет, газ, увидеть тот радостный день, когда дети пойдут в школу с цветами. Тогда уже мы будем считать, что мирная жизнь на этих территориях налаживается.
ОЛЬГА СЕВЕРСКАЯ — Для того чтобы мирная жизнь пришла на территорию Чечни, нужно иметь возможность опереться на какие-то чеченские власти. Сейчас Вы говорите и многие говорят о том, что президент Масхадов фактически заложник полевых командиров, таких как Хаттаб, Басаев, Радуев и т.д. (список можно продолжать). С кем тогда можно вести сейчас политический диалог?
ИБРАГИМ СУЛЕЙМЕНОВ — К сожалению, из-за этого вся ситуация кажется странной. Федеральные войска на этой территории выдавливают боевиков, уничтожают террористов. А нет сопредельной стороны, с кем можно было бы вести разговоры. Ясно, что с Басаевым, Хаттабом и подобными федеральный центр не станет общаться. Я принципе не против Масхадова, он до сих пор остается президентом Чечни, но к сожалению (может, я сегодня сделаю сенсационное заявление): он находится заложником в руках этих бандитов, в бункере. Он сегодня не в состоянии управлять ситуацией. Я и в предыдущих выступлениях говорил: если он себя считает президентом Чеченской республики, он не должен сидеть в бункере, он должен находиться среди беженцев, в других районах, призывать к прекращению вооруженных столкновений. Если есть у него свои сторонники, пусть его сторонники оказывают помощь населению Чечни, а не занимаются призывами оказать сопротивление федеральным войскам, объявлять джихад. Кто они такие, чтобы объявлять джихад? Главные террористы заставляют его делать эти заявления. К сожалению, его судьба незавидна. Я общался с мирным населением: народ считает его человеком, который обманул их надежды. Они действительно за него голосовали, его называют народоубийцей. Он должен слышать это и выйти из состояния заложника. Если он президент Чеченской республики, он должен быть с народом. Это будет его благородная миссия.
В прямом эфире радиостанции «Эхо Москвы» был депутат Госдумы РФ от Чечни Ибрагим Сулейменов.



Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире