02 ноября 1999
Z Интервью Все выпуски

переговоры с судебными органами Венгрии по поводу задержания председателя совета директоров АО «Красноярский алюминиевый завод» Анатолия


Время выхода в эфир: 02 ноября 1999, 17:15

В прямом эфире радиостанции «Эхо Москвы» Генрих Падва, адвокат, вице-президент Международного союза адвокатов.


А.ПЛЮЩЕВ: Пришло сообщение, что человек, интересы которого Вы представляете, Анатолий Быков, известный бизнесмен, председатель совета директоров Красноярского алюминиевого завода, задержан в Венгрии и ожидает возможной выдачи российским властям. Когда Вы узнали о задержании Вашего подзащитного и как это произошло?
Г.ПАДВА: Вчера я узнал, хотя его задержали в пятницу. Мне позвонили и сказали, что Анатолий Петрович задержан. Его арестовали на автомобильной границе между Югославией и Венгрией венгерские власти.
А.ПЛЮЩЕВ: Вам наверняка сообщили, в связи с чем был задержан Анатолий Быков. По линии информационных агентств прошли сообщения, что в связи с тем, что его разыскивал Интерпол. Ваши первые действия в связи с этим?
Г.ПАДВА: Начнем с того, что для меня это не было неожиданностью, поскольку я знал, что в отношении его принято решение об аресте, т.е. его арест был санкционирован, поэтому я ожидал такую возможность, это не было неожиданностью. А мои первые действия и практически до настоящего времени выяснить ситуацию во всех ее аспектах: кто задержал, на основании чего задержан, кто дал разрешение. Там суд, вообще-то, дал 60 дней до решения вопроса, будет ли требование об экстрадиции. Пока речь идет об аресте, пока нет официального запроса об экстрадиции. Помимо Интерпола, наши правоохранительные органы, прокуратура сообщила о том, что разыскивается и его просят задержать. И его задержали.
А.ПЛЮЩЕВ: Вам удалось связаться с Вашим подзащитным?
Г.ПАДВА: Пока еще нет.
А.ПЛЮЩЕВ: А удалось ли связаться с правоохранительными органами Венгрии или с судебными представителями?
Г.ПАДВА: Я связался с его тамошним, венгерским адвокатом.
А.ПЛЮЩЕВ: Какие сообщения оттуда?
Г.ПАДВА: То, что я Вам сказал, то и известно. Известно, что он находится под стражей, что будет решаться дополнительно, есть или нет основание; известно, что можно обжаловать это, известно, что мы можем и будем предоставлять свои соображения, конечно, связанные с тем, что нет оснований его задерживать. У нас есть очень серьезные доводы. Дело в том, что в первый раз было принято решение о его аресте уже давно, месяца два, а то и больше, назад. Когда мы познакомились с этим постановлением, мы пришли к выводу, что оно абсолютно противозаконно. Настолько противозаконно, что даже санкцию выдал прокурор, который не имел права на это. Мы обжаловали в местном суде, в Ачинске (это Красноярский край). Суд отказал нам в приеме заявления даже. Мы обжаловали это в Красноярский краевой суд, который признал, что без законных оснований нам вернули документы и Ачинский суд должен рассмотреть нашу жалобу. Был назначен суд сначала на одно число, потом на первое число этого месяца. Внезапно нам позвонили и сказали, что Ачинский суд все-таки не будет рассматривать, а дело передано в Назаровский суд. Вот такой беззаконный футбол, хотя по закону в три дня должны рассматривать такие жалобы. На наше счастье, мы, все-таки с осторожностью относясь к нашему правосудию, одновременно обжаловали по линии прокуратуры. И пока суд еще даже не рассмотрел, наконец раскачалась прокуратура, и 29 числа признала незаконной эту санкцию и отменила ее. Т.о. два с лишним месяца действовала незаконная санкция на арест человека. Правда, отменив, они сами новую санкцию, но уже 29-ым числом, приняли. Вот такова цена наших документов. Мы, я думаю, венгерским господам это сообщим.
А.ПЛЮЩЕВ: С другой стороны, наверняка сильные аргументы будут у Генпрокуратуры, которая будет наверняка добиваться выдачи (во всяком случае, так заявляют представители российских правоохранительных органов). Наверняка на венгерские правоохранительные органы или судебные органы может произвести впечатление, что на родине Быкова разыскивают как за экономические, так и за уголовные преступления. Во всяком случае, в розыск он объявлен именно за такие преступления. В частности, его подозревают в организации заказного убийства. Как бы Вы прокомментировали эти обвинения, эти аргументы?
Г.ПАДВА: До самого последнего времени Анатолий Петрович был одним из самых уважаемых граждан Красноярска. Да и не только Красноярска. Вот Вы сказали, что он был председателем совета директоров КрАЗа. Сравнительно недавно были перевыборы, и его опять избрали на эту должность. Более того, он депутат Законодательного собрания края, т.е. он один из законодателей края. В-третьих, это человек, который пользовался колоссальной популярностью. Когда его избирали в Законодательное собрание, он получил самое большое количество голосов по краю, больше 70 процентов голосовали за него. Когда уважаемый Александр Иванович Лебедь решил вступить в предвыборную борьбу за пост губернатора края, он обратился, и его поддержал именно Быков. Подавляющее большинство считали и считают до настоящего времени, что только благодаря этой поддержке Александр Иванович стал губернатором. Никто ни разу тогда не сказал: «Что вы, он убийца, он строит дом не на те деньги» и так далее. Тогда все кланялись чуть ли не в ножки. А когда возник его уже конфликт с Лебедем и когда наконец началась предвыборная кампания, когда его стали выдвигать по одномандатному округу в кандидаты, когда он был включен в один из партийных списков как кандидат, причем под вторым номером, — вот тут завертелось, что как же так, он такой сякой. И одна из санкций была выдана за два дня до регистрации. Вот Вы подумайте, нельзя это связать? Я думаю, что нет вопросов. А нам пытаются говорить: «Да что вы, причем тут?! Это чисто экономически, это никак не связано с выборами, это никак не связано с тем, что мы не хотим его видеть в числе депутатов». А как понять? После этого подаются в Ачинскую окружную избирательную комиссию документы на его выдвижение, а он выдвинут совершенно законно, — и вдруг они говорят: «Нет, нужно личное присутствие. Пусть придет и подаст». Мы говорим: «Во-первых, каким законом это предусмотрено?». Они там выдумывают, что есть такой закон. Ну, Бог им судья. А кроме того, они же знают, что есть санкция, они же понимают, что невозможно ему явиться. И вот его не зарегистрировали ни в одном месте, ни в другом. Это что, все так и должно быть? Я вот что хочу сказать: если меня сейчас спросить, виновен не виновен, причастен не причастен. Разве об этом сейчас речь? Соблюдайте все права, соблюдайте законы, а потом докажите. Если вы докажете, что он причастен, если будет суд, если суд признает его виновным, он должен будет отвечать. Но почему сейчас-то все это делается? Вот ведь о чем речь.
А.ПЛЮЩЕВ: Считаете ли Вы, что в отношении Вашего подзащитного нарушается презумпция невиновности, когда его уже фактически называют преступным авторитетом, когда говорят, что это преступник? Вот как формулируется у нас, например: «С Венгрией есть договор о выдаче преступника». Соответственно, заочно Анатолий Быков, подозреваемый в совершении ряда преступлений, назван преступником. Это нарушение презумпции невиновности?
Г.ПАДВА: Это одно из нарушений, может быть, не самое значительное. Меня интересует не форма, как его называют, а существо. А по существу они поставили преграды перед любыми его действиями, перед действиями тысяч, десятков тысяч людей, которые хотят его видеть избранным в Думу. Понимаете? Вот ведь что самое главное. Конечно, какая презумпция невиновности сейчас, когда все законодательство втоптано в грязь, когда никто не хочет ни с чем считаться: ни с правами человека, ни с правами политических партий, ни с чем?! О какой презумпции невиновности можно говорить? Конечно, нет здесь никакой презумпции невиновности. А чего стоит заявление уважаемого губернатора? Это человек, к которому я с определенной симпатией относился до определенного времени.
А.ПЛЮЩЕВ: Я хотел процитировать, чтобы Вы заодно прокомментировали. Лебедь говорит о том, что Быкова ждет куда менее удобная мебель, чем думское кресло. «Не хочется Быкову в тюрьму, но мне почему-то кажется, что его ждет куда менее удобная мебель, чем думское кресло», — сказал Лебедь 15 октября в интервью «Интерфаксу». Не могли бы Вы по этому поводу тоже сказать?
Г.ПАДВА: Высказывание Лебедя просто поражает меня. Это касается, видимо, сейчас не только Быкова. Он вообще решил, что на законы, на суды можно плевать. Так с заводом в Ачинске он поступил. Но будем говорить о Быкове. Ведь вот Лебедь на одной конференции вдруг вынул какие-то бумажки и стал ими потрясать и говорить: «Вот есть показания некоего человека, который уличает Быкова во всех убийствах, во всех смертных грехах». Откуда у губернатора может быть такое? Это может быть у правоохранительных органов. Он же не уполномочен такие вещи делать. И как это можно? Это же документ, не прошедший проверку. Что это за бумажка? Вот так поступает уважаемый Александр Иванович.
А.ПЛЮЩЕВ: Раз Вы рассматриваете это как политическое дело, как давление стороны определенных сил, означает ли это, что случай этот похож на случай с Сергеем Станкевичем? Это раз. И второе: будет ли Анатолий Быков просить политического убежища в Венгрии или какой-нибудь другой стране?
Г.ПАДВА: Во-первых, я вот что хочу сказать. Я не сказал, что это дело политическое. Это Вы сказали, и правильно, потому что я просто привел факты.
А.ПЛЮЩЕВ: Понять по-другому Вас было сложно.
Г.ПАДВА: Да, а Вы поняли правильно. Я-то ведь ничего не передернул, я рассказал фактически, не назвал политическим.
А.ПЛЮЩЕВ: Надеюсь, что и я ничего не передернул.
Г.ПАДВА: Вы ничего не передернули. Я думаю, что все правильно вывод сделают из этих фактов. Я не брал на себя ответственность такую, но фактическую сторону я рассказал. Что касается сходства с каким-то делом. Я не люблю вообще сравнивать, потому что каждый человек абсолютно индивидуален, поэтому каждое дело абсолютно индивидуально. Иногда, конечно, есть общие черты, есть характерные, а есть очень много различий.
А.ПЛЮЩЕВ: А как же прецедентное право?
Г.ПАДВА: Это не у нас, это в Англии. Я думаю, что Анатолий Петрович если будет отвечать, то только по российскому законодательству, а не по английскому. Что касается того, что будет делаться: будет ли обжаловать и т.д. Я не могу высказывать точку зрения, не связавшись со своим подзащитным. Это его решение, я могу только советовать, он может иногда даже не спросить моего совета и как-то поступать. Поэтому я могу сказать, что я не знаю на сегодняшний день, как решит Анатолий Петрович, и даже не знаю, что я ему буду советовать, не знаю на сегодняшний день всю полноту всего того, что происходит.
А.ПЛЮЩЕВ: Еще я видел достаточно любопытную информацию это было выступление господина Шеленкова, генерал-майора милиции, первого зама начальника Главного управления по борьбе с экономическими преступлениями. В своем выступлении от 19 октября он сказал, что, оказывается, Анатолий Быков получил гражданство в Греции и теперь носит имя Биков Анатолиус. Ему инкриминируют сокрытие недвижимости в Красноярском крае, а также жилого дома в США, стоимость которого миллион триста тысяч долларов. О том, в чем подозревают Быкова, мы поговорили. Действительно ли теперь у Вашего подзащитного есть и гражданство другого государства?
Г.ПАДВА: Насколько мне известно, это не совсем так. Были какие-то переговоры, по-моему, на этот счет, но, как мне известно, ничем не кончившиеся, и никакого гражданства другого он не имел и не имеет.
А.ПЛЮЩЕВ: Вопрос на пейджер: «Не могли бы Вы поделиться информацией, если таковая у Вас имеется, будет ли Быков направлять встречный иск губернатору Лебедю? Не будем ли мы свидетелями очередной лавины компроматов? Гоша».
Г.ПАДВА: Я повторяю: я не могу ничего сказать, не зная точку зрения Анатолия Петровича. Пока у нас разговора на эту тему не было.
А.ПЛЮЩЕВ: Когда Вы планируете связаться с Вашим подзащитным, чтобы Вы могли точно представлять себе ситуацию?
Г.ПАДВА: С того мгновения, когда станет это возможным, я с ним свяжусь. На сегодняшний день у меня такой возможности нет, он под стражей в Венгрии, надо с компетентными органами связаться, чтобы нам разрешили телефонный разговор и так далее.
А.ПЛЮЩЕВ: Агентства сообщали о том, что он виделся на заседании суда был уже суд о его задержании с российским консулом и сказал, что претензий к задержавшей его стороне по условиям содержания у него нет. У Вас есть какая-нибудь информация по этому поводу?
Г.ПАДВА: У меня нет никакой информации по этому поводу.
А.ПЛЮЩЕВ: Что касается избирательной кампании и многочисленных отказов в регистрации. Известно ли Вам о планах Вашего подзащитного продолжать добиваться своей регистрации, возможно, подавать в суд?
Г.ПАДВА: Это известно. Мы будем обжаловать до самого конца, пока возможно, потому что я считаю, что совершенно без всяких оснований ему отказали как там, так и здесь. К сожалению, отказали всей партии Жириновского, он там был. Трудно теперь одному ему доказать всю неправильность. А в Ачинске вообще безобразие.
А.ПЛЮЩЕВ: Я поясню для слушателей. Дело в том, что Анатолий Быков выдвигался в качестве кандидата не только по списку ЛДПР вторым номером вместе с Владимиром Жириновским, но и по одномандатному округу в Красноярском крае. Есть еще вопрос на пейджер, на который мы уже фактически ответили: «Есть ли фактический материал по невиновности Быкова или это только политика?». И еще Вам тут несколько упреков, давайте попробуем разобраться с ними. «Простого человека Вы не пойдете защищать, а чувствуете, что там пахнет большими деньгами. Почему, если Быков не виноват, он скрывается?». Почему, если Быков не виноват, он скрывается?
Г.ПАДВА: Нет уж, я отвечу и на тот упрек, который брошен мне. Я работаю адвокатом около 50 лет. Я работал очень долгие годы в деревне, по существу, под названием Погорелое Городище. Я работал в Калининской области больше 18 лет и защищал там практически только неимущих. Я не очень богатых людей защищаю и сейчас в ряде случаев, просто об этом мало кто знает, потому что средства массовой информации интересуют те, кто защищает Быкова, Бородина и т.д. А если я просто какого-то мальчишку с завода за хулиганство защищаю, как я недавно защищал одного парнишку в Московской области, это никого не интересует, поэтому такое впечатление, что только известных и богатых людей мы защищаем. Это первое. Второе: Быков нигде никогда не скрывался, он открыто жил за рубежом. Я к нему приезжал, мы встречались, и никто и не собирался тогда его тронуть. Он уехал туда не потому, что он скрывался, ему никаких обвинений не предъявляли, — он уехал делать операцию, сложную операцию на позвоночник. Когда мы встречались, он ходил согнувшись еще, он продолжал лечение. И здесь раздули дело против него и стали еще утверждать, что он скрывался.
А.ПЛЮЩЕВ: Это связывали прежде всего с тем, что уехал Быков за несколько дней, дня за три до того, как он был объявлен в розыск.
Г.ПАДВА: Да помилуйте, о чем Вы говорите! Он объявлен в розыск был недавно, а он в апреле месяце уже был за рубежом. В апреле месяце, когда еще не было ни одного обвинения ему. Я там встречался, сам могу засвидетельствовать, что он там был, за рубежом. Даже помину еще не было ни о каком обвинении, ни о какой санкции, ни о каком розыске! Это все произошло недавно. Так что совершеннейший абсурд.
А.ПЛЮЩЕВ: В последнее время и газета «Ведомости» взяла первое интервью после выдвижения обвинения, и телекомпания НТВ, программа «Итоги», показала большое интервью. И все время в этих материалах журналисты говорили, что все это проходило под большой завесой секретности: не скажем, в какой стране, и так далее. В связи с чем это?
Г.ПАДВА: Это уже, наверное, было тогда, когда он якобы был объявлен в розыск. Тогда, конечно, порядочный человек не мог вроде, его ищут, — сказать, что я видел его там-то, это уже как бы донос. Наверное, поэтому люди и говорили, что не знаем, не видели. Я с ним разговаривал по телефону, наверное, десятки раз за это время. Ну, уж телефон, Вы понимаете, нетрудно засечь. Так что ж говорить?!
В прямом эфире радиостанции «Эхо Москвы» был Генрих Падва, адвокат, вице-президент Международного союза адвокатов.


Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире