'Вопросы к интервью
27 марта 2013
Z Интервью Все выпуски

Что происходит с рынком розничной торговли


Время выхода в эфир: 27 марта 2013, 21:07

О.БЫЧКОВА: 21 час и почти 6 минут в Москве. У микрофона – Ольга Бычкова. Добрый вечер. В ближайший час эфира мы будем говорить о рынке розничной торговли, о том, что происходит с московскими, ну, не только с московскими, но с московскими в первую очередь магазинами, торговыми точками, разного рода услугами, которые предоставляют нам. Потому что, ну, это такая вещь, которая касается всех, и все абсолютно так или иначе мы в функционировании этого рынка задействованы. Андрей Шаронов, зам мэра Москвы в правительстве Москвы по вопросам экономической политики. Добрый вечер, Андрей Владимирович.

А.ШАРОНОВ: Добрый вечер.

О.БЫЧКОВА: Ну, я сразу скажу, почему мы сегодня об этом говорим. Была важная конференция на тему «Эволюция рынка розничной торговли», вы там делали свое выступление, вам задавали вопросы. Об этом уже написали такие специальные и не специальные СМИ. Я надеюсь, что вы в течение этого эфира нам представите более точную, более полную картину с цифрами и фактами. Но прежде всего почему, собственно, конференция уважаемая сочла тему, которая касается, в общем, такой, простой бытовой и достаточно приземленной вещи как розничная торговля достойной своего внимания?

А.ШАРОНОВ: Ну, во-первых, она специализируется, эта организация специализируется на этой теме. Во-вторых, была большая аудитория не только московская, даже не только российская, которой важна эта тема. А, вот, что касается торговли, то так, на секунду, это огромный сегмент и российской, особенно московской экономики. Согласно статистическим данным она занимает 36% валового регионального продукта (это торговля). Наш валовой региональный продукт – это более 11 триллионов рублей, и, вот, каждая треть из этих 11 триллионов порожден торговлей.

О.БЫЧКОВА: А это много или мало, на самом деле? Потому что, может быть, надо, чтобы была не треть, а половина, например.

А.ШАРОНОВ: Нет, это будет перекос. Более того, я вам скажу, что если очистить эту цифру от торговли нефтепродуктами, от услуг по ремонту велосипедов… Они почему-то попадают по статистике в эту категорию, ну, это особенности нашей российской-советской статистики, с чем мы пытаемся сейчас бороться с тем, чтобы она более реалистично отражала текущую ситуацию. Тем не менее, все равно доля торговли в Москве составит от 15 до 20 процентов, того, что непосредственно происходит в Москве.

Ну и, действительно, сегодня на конференции мы говорили, что существуют мифы и первый миф о такой незначимости и второстепенности торговли. Торговля мешает транспорту, торговля мешает стройке, торговля мешает благоустройству города. Торговля всем мешает, да? При этом торговля – это единственный способ связи производителя и потребителя. И, в общем, я помню высказывания одного американца в начале 90-х, когда он, выступая в Советском Союзе, объяснял, чем отличается компания от завода. Он говорил, для завода важно произвести, а для компании важно продать.

Так вот торговля как раз и обеспечивает этот важный элемент, без которого все производство становится почти бессмысленным. И так на секунду, в торговле работает более миллиона человек в Москве, миллион 200 человек.

О.БЫЧКОВА: Условно говоря, каждый десятый, так, приблизительно скажем.

А.ШАРОНОВ: Нет, если говорить о рабочей силе, то каждый пятый. У нас в Москве 6 миллионов 200 тысяч рабочих мест. Так вот миллион 200 – это практически каждый пятый. Это огромная-огромная армия. Поэтому к торговле надо относиться серьезно.

О.БЫЧКОВА: Ну, то есть… Понятно, да, что это не так приземленно и просто как, в общем, многие думают. Ну вот есть еще, например, одно такое представление, что, в принципе, они и так много зарабатывают (торговцы). Ну, что это такое? Вот, они, действительно, тут, в общем, нам накручивают цены и, действительно, там шагу ступить некуда, и поэтому основная функция государства заключается в том, чтобы их как можно более регулировать.

А.ШАРОНОВ: (смеется)

О.БЫЧКОВА: Не то, чтобы я разделяла это мнение, но я знаю, что оно существует.

А.ШАРОНОВ: Ну, вы знаете, приятная часть новости состоит в том, что государство не строит за свои деньги ни магазины, ни пункты общественного питания, ни центры бытовых услуг. И это замечательно, что это уже планета бизнеса и это делает бизнес.

Другое дело, что государство должно давать им возможность, которая состоит в решении земельных вопросов, предоставления земельных участков в аренду, либо существующих зданий и помещений. И это дорога с двусторонним движением. Помогая развивать торговлю, мы, на самом деле, делаем огромное дело для жителей и страны, и в данном случае города, поскольку рост предложения, рост конкуренции приводит к снижению цен, к росту качества и от этого выигрывают москвичи, от этого выигрывают потребители. И вот в этом главнейшая задача городских властей дать возможность развиваться разным форматам торговли, не отдавая предпочтения ни гипермаркетам, ни киоскам, а по методике определяя потребность в различных форматах, давать им возможность появляться в районах, в группах районов, в административных округах с тем, чтобы равномерно покрывать территорию в столице и тем самым как раз повышать конкуренцию и качество, и давить на издержки.

О.БЫЧКОВА: Ну вот вам сразу же, я думаю, очень многие люди возразят по поводу разных форматов и их конкуренции. Как, например, слушатель с ником Занудер пишет «Близ моего дома на Ленинском проспекте под болтовню о шаговой доступности за 2 года уничтожено 3 ближайших продуктовых магазина, включая удобную, никому не мешавшую лавку во дворе». Ну, он дальше там приводит конкретные примеры с конкретными сетями. Но мы видим, что такой процесс идет. Крупные сети, большие вот такие вот монстры торговые – они поглощают, вернее, уничтожают, вытесняют вот эти вот маленькие магазинчики, к которым привыкли люди и которые, действительно, находятся в шаговой доступности. А шаговая доступность там какого-нибудь большого супермаркета – это уже совсем другая история, как мы понимаем. Там, конечно, речь идет уже об автомобильной доступности, а это уже еще более другая история. Вот, скажите об этом. Есть ли вообще какие-то определенные данные и представления о том, как соотносятся конкретно в Москве эти разные форматы разных компаний?

А.ШАРОНОВ: Ну, я не буду говорить о компаниях, я буду говорить о форматах. Действительно, он разные, от 6-метровых киосков, про которые мы сейчас тоже поговорим, до гипермаркетов, площадь которых превышает 10 тысяч и даже 15 тысяч квадратных метров. На каждый формат есть свой покупатель. И даже один и тот же покупатель для разных ситуаций пользуется разным форматом.

О.БЫЧКОВА: Да, несомненно. Но вот вам поступают жалобы про то, что маленьких магазинов становится меньше?

А.ШАРОНОВ: Да, да. Безусловно, это правда. И поэтому для нас сейчас особое значение имеют магазины шаговой доступности. Но понятно, что это связано с дополнительными помещениями, дополнительными земельными участками. Очевидно, что в Москве земля – это редкий ресурс, ее количество ограничено. Особенно в исторических территориях, в центре, в пределах Садового кольца, даже в пределах Третьего транспортного кольца. Поэтому город пытается мобилизовать не только землю, но и свои помещения с тем, чтобы предложить их в аренду целевым образом под розницу, под бытовые услуги и под общественное питание. У нас ситуация с обеспеченностью, если говорить о квадратных метрах, не блестящая ни по розничной торговле, ни по общественному питанию, ни по бытовке.

О.БЫЧКОВА: «Не блестящая» — это значит дефицит существует?

А.ШАРОНОВ: Да.

О.БЫЧКОВА: Он какой?

А.ШАРОНОВ: Ну, вот, сейчас мы говорим о цифре 700-750 квадратных метров на тысячу человек благоустроенных торговых площадей в рознице в то время, как ряд российских городов – Питер, Казань, Краснодар и ряд других городов – уже превысили этот показатель.

О.БЫЧКОВА: То есть у них лучше, чем в Москве, дела обстоят?

А.ШАРОНОВ: Да, у них лучше, чем в Москве, обстоят дела. Например, средний европейский город – это 1200 квадратных метров на тысячу человек.

О.БЫЧКОВА: В 1,5 раза больше, чем у нас, получается.

А.ШАРОНОВ: Ну, почти в 2. А столицы – это уже 1,5 тысячи и больше. И опять же, это не вопрос престижа, это не вопрос каких-то особых преференций торговли, это вопрос конкуренции и цен. Вот, если мы говорим о науке и об обследованиях, то можно сказать, что специалисты констатировали, что в Москве примерно 30-процентная надбавка, которую сложно объяснить объективными причинами, торговая надбавка.

О.БЫЧКОВА: Это кто так надбавляет из них?

А.ШАРОНОВ: Ну, это…

О.БЫЧКОВА: Ну, какая категория надбавляет?

А.ШАРОНОВ: Это усредненная цифра. Если говорить о природе этой цифры, то, в основном, она происходит… Она разная по разным группам товаров. По овощам и скоропортящейся продукции она существенно выше, по мясу она ниже, по разным форматам она разная. Но вот в среднем примерно специалисты говорят о 30%, которые мы с вами переплачиваем именно потому, что у нас…

О.БЫЧКОВА: Ни за что.

А.ШАРОНОВ: Ну, это есть такое высказывание «Рынок продавца», когда продавец доминирует над покупателем. Есть рынок покупателя, когда покупатель выбирает среди большого количества продавцов. Так вот задача города, все-таки, двигаться в сторону рынка покупателя, когда торговля будет больше, больше и больше разных форматов, разных ценовых категорий с тем, чтобы заставлять их реально конкурировать и предоставлять покупателю больше выбор. А эти 30% — они, в основном, базируются в оптовом звене и отчасти в розничном.

О.БЫЧКОВА: А вот спрашивает Владимир в бане (это постоянный такой ник у нашего слушателя), он как раз спрашивает, какое расстояние считается шаговой доступностью? Сколько метров? Есть такие нормативы?

А.ШАРОНОВ: Да. Насколько я помню, речь идет о менее километра, ну, примерно о 700 метрах. Хотя, мы столкнулись с тем, что сейчас…

О.БЫЧКОВА: То есть 5 минут, 10 минут ходу максимум?

А.ШАРОНОВ: Да. Мы столкнулись с тем, что многие наши традиционные нормативы, которые мы унаследовали еще с советских времен, они уже, в общем, не очень релевантны по соотношению разных форматов. Ну, например, в наших нормах есть такие категории как продовольственный магазин, комиссионный магазин. У нас нет сейчас продовольственных магазинов – у нас есть минимаркет, супермаркет…

О.БЫЧКОВА: А там уже все, что угодно.

А.ШАРОНОВ: Там и другой ассортимент, и другие критерии классификации этих торговых точек.

О.БЫЧКОВА: Неужели, это еще все старые вот эти советские действуют?

А.ШАРОНОВ: Ну, не все, но многие есть. Они…

О.БЫЧКОВА: Так там шаговая доступность вообще должна быть просто один магазин на 200 км, я думаю. Примерно так.

А.ШАРОНОВ: (смеется) Ну, это уже пересматривается. Здесь, кстати, вопрос эволюции градостроительного регулирования, потому что, вот, градостроитель определяет норму насыщенности торговыми объектами.

О.БЫЧКОВА: Простите, пожалуйста, сейчас чтобы закончить эту тему, потому что есть еще много других. Вот, проблема с этими 700 квадратными метрами на тысячу населения, что меньше даже, чем в других городах России…

А.ШАРОНОВ: В некоторых других городах России.

О.БЫЧКОВА: Да, не говоря уже о других странах. А там проблема в чем? Что нету желающих заниматься этим бизнесом? Или, наоборот, они стоят в очередь, а город не может предоставить?

А.ШАРОНОВ: Нет, есть. Речь идет о том, что земля – это редкий ресурс в Москве, помещения тоже. И, в общем, здесь мы видим большой спрос, но недостаточно быстрое предоставление земли и помещений. А это связано с довольно длинным циклом градостроительного планирования, создания планов землепользования и застройки, градостроительных планов конкретных земельных участков, межеванием и так далее, проведением конкурсных процедур и, собственно, строительством.

О.БЫЧКОВА: Вот, Анна из Москвы пишет, крик с восклицательным знаком: «Караул! В Южном Измайлове ликвидировали ярмарку выходного дня. Рынка у нас нет. Где купить овощи?» Вот так вот.

А.ШАРОНОВ: Ну, смотрите. Мы начинали в конце позапрошлого года, в прошлом году где-то со 105 ярмарок выходного дня. Сейчас в городе их уже 155. Единственное, что ярмарка выходного дня – это такой, не стационарный формат, который плохо совместим с морозами. И поэтому, все-таки, это вещь сезонная. Как только потеплеет (надеюсь, что, все-таки, к концу следующей недели у нас будет что-то похожее на весну)...

О.БЫЧКОВА: Не сглазьте.

А.ШАРОНОВ: Да. Мы запустим 155 площадок ярмарок выходного дня.

О.БЫЧКОВА: Еще 155?

А.ШАРОНОВ: Всего. В городе будет 155 площадок.

О.БЫЧКОВА: А я видела в центре Москвы какие-то выходные там стояли вот сейчас, в последние дни.

А.ШАРОНОВ: Да, сейчас тоже есть. Но часть ярмарок закрылась в силу того, что, ну, это, в общем, еще раз говорю, сезонный, погодный фактор и меньше покупателей, и продавцам не очень хорошо.

О.БЫЧКОВА: Ну ладно, а зимой тогда что делать? Есть тоже хочется зимой, несмотря на холод.

А.ШАРОНОВ: Зимой – это стационарные рынки. И зимой мы… Ну, зимой и летом, но зимой более устойчиво продолжался формат региональных ярмарок. Вообще мы запланировали в течение этого года провести 125 региональных ярмарок. Это, как правило, 2-недельные мероприятия, когда в течение 2 недель один какой-то регион – это либо российские области, либо республика Беларусь – на конкретном месте торгуют собственными товарами, которые они производят. Это примерно цикл 12 дней. Потом она заканчивает свою работу в данном месте и приезжает другая ярмарка. Мы выделили 17 таких площадок по городу, и, на самом деле, считаем этот формат удачным, потому что, ну, это свежие продукты, это цены, которые отличаются в лучшую сторону от таких средних московских цен. Они пользуются популярностью у жителей, поэтому, вот, 17 площадок и примерно 125 ярмарок в течение 2013 года.

О.БЫЧКОВА: Так Анне-то из Москвы, из Южного Измайлово мы что ответим? Что это может быть связано с зимой?

А.ШАРОНОВ: Это сезонный фактор, да.

О.БЫЧКОВА: А весной все вернется?

А.ШАРОНОВ: И принцип такой. Вот смотрите. Каждый район (а в Москве, в исторических границах Москвы 125 районов), каждый район должен иметь одну ярмарку. Поэтому если в Южном Измайлово она вдруг закрылась не по сезонным, а каким-то другим причинам, значит, в ближайшее время там должна появиться замена в какой-то разумной близости…

О.БЫЧКОВА: То есть не должно быть так, чтобы совсем оставили без?

А.ШАРОНОВ: Нет, нет. Это задача, которую мэр сформулировал для всех префектур, что у нас в каждом районе должны быть такие ярмарки.

О.БЫЧКОВА: Татьяна из Москвы пишет: «Недалеко…» Мы как-то перешли к вопросам, но их много. Сейчас мы вернемся к вашему основному докладу. «Недалеко от метро Новокузнецкая снесли палатки, торгующие хлебом, молоком и газетами. Теперь на этом месте целыми днями стоят 2 внедорожника». Ну, короче говоря, машины вытеснили киоски. Давайте про киоски поговорим. Раз уж решили поговорить, воспользуемся этим вопросом. Начнем с Новокузнецкой.

А.ШАРОНОВ: Ну, основной причиной пересмотра ситуации с мелкой розницей, с этими киосками как раз послужила ситуация, когда они в огромном количестве без законных оснований в страшном и не очень виде стали появляться в совершенно различных местах, в том числе мешая движению транспорта, проходу пассажиров при выходе из метро, из транспорта и так далее. При этом, ну, многие из них, если не подавляющее большинство, работали, все-таки, в серой зоне с точки зрения уплаты налогов, соблюдения законодательства, в том числе санитарно-эпидемиологического. Большая часть из них или значительная часть из них не имела законных разрешений и они жили, откупаясь от правоохранительных органов и от управ просто с тем, чтобы они их не трогали. В общем, такая ситуация была еще и с прошлых 90-х годов.

Поэтому задача состояла в том, чтобы не воевать с торговлей, а привести в порядок этот сегмент. Да, мы уменьшили количество этих объектов. Мы слышим нарекания жителей как и благодарности, кстати. Просто нарекания слышны громче, чем благодарности.

О.БЫЧКОВА: Ну а как бы вы хотели? Конечно.

А.ШАРОНОВ: Да. Это правда. Мы пытаемся сейчас компенсировать часть киосков развитием темы магазинов шаговой доступности в стационарных помещениях. То есть, все-таки, киоски не являются самоцелью. Просто киоски – это замена магазинов шаговой доступности в тех ситуациях, где нет возможности…

О.БЫЧКОВА: В таком, мобильном формате, да.

А.ШАРОНОВ: Ну, он не мобильный, он, все-таки, стационарный, но он не капитальный. Если говорить в правильной терминологии, то он не капитальный (этот киоск). И вы знаете, что сейчас утверждены стандарты этих киосков и они постепенно меняют свой внешний вид. Утверждены схемы размещения объектов торговли. Вот, все объекты, причем не только мелкая розница (эти киоски), но и магазины шаговой доступности, гипермаркеты, непродовольственные магазины, общепит – они занесены в схемы размещения этих объектов. Каждый может на сайте посмотреть, законно ли данный конкретный объект стоит, есть ли он в схеме или его нет.

Поэтому операция…

О.БЫЧКОВА: На каком сайте? На вашем?

А.ШАРОНОВ: Департамента торговли и услуг.

О.БЫЧКОВА: Там прямо вся Москва присутствует?

А.ШАРОНОВ: Да.

О.БЫЧКОВА: Вот, вся база?

А.ШАРОНОВ: Да.

О.БЫЧКОВА: Вообще все до одного?

А.ШАРОНОВ: Да.

О.БЫЧКОВА: Ух ты. Так?

А.ШАРОНОВ: Вот. И операция состояла в следующем. Что через консультации с префектурами, через учет интересов транспортников, работников городского хозяйства определялись как раз те места дислокации, где могут находиться киоски, и те места, где они находиться не могут. Дальше те киоски, которые оказались вне разрешенной дислокации, дальше шло разбирательство. Если они стояли не на законных основаниях, то их просто демонтировали или предлагали владельцам их демонтировать в ограниченный срок. Если у них были какие-то законные основания, то мы дожидались истечения срока этих законных оснований и затем убирали. А по новым дислокациям мы разыгрывали на аукционах это место. Тоже могу согласиться с критикой и довольно существенной о большом количестве злоупотреблений во время аукционов. Мы сталкивались с недобросовестной конкуренцией со стороны участников рынка и со стороны отдельных организаторов. Ну это вот как шахматная игра. На их ходы мы пытались найти наши ответы с тем, чтобы избежать злоупотребления, избежать шантажа (был и шантаж материальный, когда специальные компании вмешивались в спор за место, взвинчивали цену для того, чтобы либо конкурс не состоялся, либо этим самым они шантажировали добросовестных, которые хотели торговать и для них это не было игрой, а было бизнесом). Ну, в общем, много таких было сюжетов. И мы дважды вносили изменения в правила аукционов и продолжаем думать на эту тему, чтобы минимизировать эти риски, которые наши партнеры все время придумывают.

О.БЫЧКОВА: Ну вот когда смотришь на другие страны, особенно в Восточной Европе, вот там, где приходится, предположим, часто бывать и ты видишь как-то эту ситуацию в развитии на протяжении лет, то мне кажется, что это такой вот процесс известный, когда то, что, предположим, 10 или 15, или 20 лет назад было киосками, оно сейчас просто переместилось в таком же, в общем, небольшом формате, в формате маленького магазинчика, где, может быть, один продавец сидит или два, да? Такой вот чуть-чуть. Переместилось, предположим, в первые этажи зданий, когда там площадь не намного больше, чем в киоске.

А.ШАРОНОВ: И это хороший вариант эволюции, к которому мы тоже стремимся. Но смотрите, вот, долгое время советская традиция градостроительства не предполагала нежилых помещений на первых этажах. Вот это, в общем, то, в чем мир жил, живет и будет жить, мы долгое время отказывались от этого.

О.БЫЧКОВА: Но сейчас же, как бы, эта идея развивалась.

А.ШАРОНОВ: Сейчас – да.

О.БЫЧКОВА: Несколько лет назад очень громко, по крайней мере, об этом говорили.

А.ШАРОНОВ: И сейчас практически все здания жилые, которые строятся в Москве, они имеют первый или даже первые этажи нежилые.

О.БЫЧКОВА: Заведомо?

А.ШАРОНОВ: Да, заведомо нежилые, которые со свободной планировкой, где можно размещать объекты розницы, объекты бытовки, общепита, какие-то городские учреждения. А вот то, что было построено, его как минимум очень сложно трансформировать в такие магазинчики.

О.БЫЧКОВА: Хорошо. Давайте мы, наверное, сейчас на этом остановимся, потому что у нас на очереди теперь краткие новости и небольшая реклама. Тут еще идет очень много разных вопросов про рынки. Про общепит спрашивают. Ну, про еду-то больше всего, конечно, спрашивают. Это понятно.

Хорошо. Мы ко всем этим вопросам и к другим тоже вернемся после новостей и рекламы, после краткого выпуска. Напомню, что у нас в студии Андрей Шаронов, заместитель мэра Москвы в правительстве Москвы по вопросам экономической политики. Мы говорим о розничной торговле.

НОВОСТИ

О.БЫЧКОВА: И мы продолжаем наш разговор с Андреем Шароновым, заместителем мэра Москвы в правительстве Москвы по вопросам экономической политики. И мы говорим о рынке розничной торговли. И у нас тут, конечно, просто взрыв сообщений. Я уже остановилась, честно говоря, читать, потому что невозможно совершенно. Понятно, что очень много претензий у людей и называют самые разные улицы и районы Москвы с самыми разными примерами. И, наверное, мы уже сейчас на этом остановимся просто потому, что надо еще о чем-нибудь другом успеть поговорить. В завершение этой темы магазинов шаговой доступности, мелкой торговли и бывших или нынешних киосков и палаток, и ярмарок тоже скажите, что будет? Вот сейчас понятно, что есть проблемы, есть недовольство и надо как-то, в общем, как-то отвечать на это недовольство. Планы?

А.ШАРОНОВ: Ну, планы эти были объявлены достаточно давно, они не меняются. Всего в городе будет порядка 7,5 тысяч объектов мелкой розницы.

О.БЫЧКОВА: А сейчас сколько?

А.ШАРОНОВ: Их было в начале 2010 года около 11 тысяч. Вот, как это выглядит? Около 4200 объектов сохраняется, но большая часть из них должна быть модернизирована, то есть приобрести со временем тот вид… То есть киоски должны быть заменены фактически на новые.

О.БЫЧКОВА: То есть маленькие грязные вот эти вот будки?..

А.ШАРОНОВ: На те, которые утверждены. У нас утверждено, если мне не изменяет память, 9 стандартных киосков, которые масштабируются, да? Вы их можете сочетать, но внешне они должны выглядеть как один из 9-ти утвержденных Москомархитектурой.

О.БЫЧКОВА: И соответствовать, я надеюсь, санитарным нормам, человеческим.

А.ШАРОНОВ: Ну, в общем, да. И человеческим, и санитарным. По новым объектам – их должно быть установлено 2667. Это вот те, которые были разыграны на аукционе. Ну и примерно 80% уже установлено – это на прошлый год. А сейчас уже порядка 95% вот этих новых киосков, разыгранных на аукционе, уже установлены.

О.БЫЧКОВА: И плюс эти более уже сложно осуществимые планы по помещениям внутри зданий.

А.ШАРОНОВ: Да, это другой жанр. Сейчас мы говорим только о мелкой рознице в виде киосков. А вот это задача для города выставлять как можно больше в аренду помещений и земельных участков, особенно в традиционных исторических районах, там, где сложно и с киосками, сложно и с магазинами шаговой доступности.

О.БЫЧКОВА: А если люди, например, если жители этого района считают, что у них не хватает таких магазинов, они могут со своей стороны что-нибудь предпринять?

А.ШАРОНОВ: Ну, они предпринимают. Уверяю вас, что и управы, и префектуры получают большое количество обращений. Но, правда, в обе стороны – «уберите киоски» и «поставьте киоски».

О.БЫЧКОВА: Ну, это понятно.

А.ШАРОНОВ: Да, такая дискуссия среди жителей тоже существует. Мы сейчас (я уже сказал) утвердили схемы размещения объектов. Но мы вносим в них изменения, в том числе с учетом обращения жителей, делаем это регулярно, практически каждые 2-3 недели.

О.БЫЧКОВА: Пойти на сайт, посмотреть свое место и выяснить, что там происходит.

А.ШАРОНОВ: Да, аргументированно, в том числе с позицией префектуры дать рекомендации нам или высказать свои пожелания по появлению того или иного формата в районе или в группе районов.

О.БЫЧКОВА: Давайте про Общепит. Не знаю, изменилось как-то название? Сегодня есть какое-то современное название тому, что мы называем «Общепитом»?

А.ШАРОНОВ: Вообще Общественное питание.

О.БЫЧКОВА: Да, это сильно отличается, конечно. (смеется) Но, на самом деле, речь идет о ресторанах, кафе, кофейнях и вот этих всех многочисленных заведениях.

А.ШАРОНОВ: Столовых, буфетах и так далее.

О.БЫЧКОВА: Да. Что-то мне подсказывает, что если у нас, например, по количеству доступных магазинов, в общем, уровень ниже такого, нормального европейского, то по количеству такого рода заведений общепита, я думаю, у нас должно быть еще более сильно ниже, чем у людей.

А.ШАРОНОВ: Да, да. И здесь, на самом деле, Москва тоже не в лучшую сторону отличается от других российских городов.

О.БЫЧКОВА: От Питера, например.

А.ШАРОНОВ: От Питера, например, да. И даже, в общем, от Екатеринбурга в более низкую сторону. В Москве примерно 43 посадочных места на тысячу жителей.

О.БЫЧКОВА: Да вы что?!

А.ШАРОНОВ: Да. 43.

О.БЫЧКОВА: Да это же смешно просто.

А.ШАРОНОВ: Это примерно в 3 раза ниже, чем в среднем американском городе, в 2 раза ниже, чем в среднем французском городе.

О.БЫЧКОВА: Но даже в советские времена (я помню, просто я слышала об этом) в Праге, в какой-нибудь Чехии и то даже в те времена, хотя там было по-другому с частной и государственной собственностью, как известно, не так, как в Советском Союзе, но, тем не менее, даже там тогда у них была задача, что каждый человек должен в тапках и в халате выйти из своего дома, там, пройти несколько шагов, чтобы получить свою кружку пива или свою котлету.

А.ШАРОНОВ: Ну, видите, у них хватило ума еще в те времена, тогда еще формулировали.

О.БЫЧКОВА: Еще в те времена, да.

А.ШАРОНОВ: А мы, вот, поздно спохватились. Короче, вот, например, в Петербурге 78 посадочных мест на тысячу жителей. А у нас – 43.

О.БЫЧКОВА: Да позорно.

А.ШАРОНОВ: Да. В Екатеринбурге – 49 посадочных мест, в Улан-Удэ – 61 посадочное место.

О.БЫЧКОВА: Во как. Да…

А.ШАРОНОВ: То есть нам есть, куда расти. Это тоже вопрос разнообразия, это вопрос конкуренции, это вопрос цен, с которыми сталкиваются потребители. Вообще по оценкам экспертов примерно четверть заведений общественного питания находится вот в такой доступной ценовой категории, если можно так относительно говорить. То есть это…

О.БЫЧКОВА: Ну, мы видим, что они появляются, да, действительно сейчас. Но, в общем, не в каждом месте, действительно, в тапках и в халате дойдешь до своей чашки чая, например, если хочется.

А.ШАРОНОВ: Да. Если, кстати, это средняя температура по больнице, о которой я сказал, 43 посадочных места. А если мы можем сравнивать район Арбат в Москве, самый насыщенный предприятиями общественного питания (это понятно, да?), ну, там эта цифра почти в 20 раз отличается от среднегородской в большую сторону.

О.БЫЧКОВА: То есть 800 посадочных мест? Нет, сколько это получается?

А.ШАРОНОВ: Ну, это несколько сотен посадочных мест. Но здесь надо учитывать, что здесь жителей меньше, туристов больше и поэтому по отношению к жителям это очень большое…

О.БЫЧКОВА: А посадочные места тут просто на каждом метре расставлены. Мы тут живем на Арбате.

А.ШАРОНОВ: Ну, мы считаем стационарные помещения. Конечно, здорово, что у нас через летние веранды добавляется количество мест в летний сезон. Но мы говорим сейчас о стационарных помещениях.

О.БЫЧКОВА: А там проблема в чем? Что тоже не хватает помещений? Или люди боятся заниматься этим бизнесом, потому что?..

А.ШАРОНОВ: Нет, это тоже вопрос помещений. Это тоже вопрос помещений и вовлечения в оборот недвижимости и городской, и частной для организации общепита.

О.БЫЧКОВА: Ну, когда вы работаете с этой проблемой, у вас есть какие-то ориентиры, к чему вы должны стремиться?

А.ШАРОНОВ: Ну, у нас есть…

О.БЫЧКОВА: Там, в этом году 43 посадочных места – хорошо. А в следующем, может быть, ну, хотя бы 44, например.

А.ШАРОНОВ: У нас есть ориентир в 60 посадочных мест на тысячу жителей.

О.БЫЧКОВА: На когда?

А.ШАРОНОВ: К концу 2015 года. У нас есть такая программа стимулирования экономической активности. И, вот, мы предполагаем увеличить этот параметр до 60-ти.

О.БЫЧКОВА: А люди охотно вообще этим занимаются? Потому что я слышала разные мнения. Тут поскольку разные вещи происходят у нас, извините за выражение, в законодательстве, то… Ну, я уже не говорю там про коррупцию и все вот это вот. То как-то… Такое впечатление, что, ну, в общем, с той стороны тоже энтузиазм такой вот, не равномерный.

А.ШАРОНОВ: Конечно. И это не только качество инвестклимата, но это и конъюнктура. Кризис резко уменьшает количество посетителей и это, в общем, сказывается на желании вкладывать в этот сегмент. Вместе с тем мы видим большое желание предпринимателей развивать и индивидуальные объекты, и сетевые объекты. Кстати, очень важная и серьезная тема – это франчайзинг. Чем он важен? Тем, что если вы даже полный новичок, никогда не занимались каким-то видом деятельности, ну, например, общепитом, то через франчайзинг вы выходите сразу на определенный уровень. То есть вы не начинаете…

О.БЫЧКОВА: Сразу берете готовую съему.

А.ШАРОНОВ: Да. Вы и схему берете, и оборудование, и одежду, и вплоть до профессиональных говорилок, как вы должны общаться с клиентами. Вы получаете продукцию, которая проверена, сертифицирована, вы не печете дома пирожки непонятно где.

О.БЫЧКОВА: И не бегаете по городу в поисках поставщиков, например.

А.ШАРОНОВ: Да, чтобы получить стартовый капитал. А вы впрыгиваете в эту историю уже с того уровня, который владелец франшизы создал, защитил. Это очень важная тема, и мы заинтересованы в развитии различных франшиз в городе.

О.БЫЧКОВА: А есть какая-то динамика, цифры, например, какие-нибудь есть? Там, больше стало, меньше стало?

А.ШАРОНОВ: А у нас растет. У нас растет обеспеченность предприятиями общественного питания. Ну вот мы ожидаем, что в этом году примерно откроется 170 предприятий из того, что мы знаем, что строятся, что арендуются. Это дополнительные почти 9 тысяч посадочных мест. Ну, с одной стороны, наверное, это не сумасшедшие цифры для 12-миллионного города, но, тем не менее, такая динамика есть.

О.БЫЧКОВА: А вот можно сказать?.. Ну, вот, понятно, что с землей проблемы, конечно, в Москве и вообще, видимо, с рациональным использованием площадей во всех смыслах, да? Будь то пустующие там какие-то площади, пустыри, там я не знаю, неиспользуемые какие-то, которых очень много, как мы понимаем, до сих пор. Или, действительно, дефицит просто помещений в каких-то других районах.

А.ШАРОНОВ: Я бы напомнил тему промышленных зон, потому что они являются как раз…

О.БЫЧКОВА: Я хотела вас попросить как раз перечислить основные проблемы, с которыми приходится вам бороться.

А.ШАРОНОВ: Ну, это и проблемы, это и возможности. Как китайцы кризис называют двумя иероглифами, один из которых – проблема, другой – возможность.

Другое дело, что вы просто не возьмете и не поставите в центре промзоны кафе, магазин или ресторан. Это предполагает комплексную реконструкцию всей этой территории. И вот эта серьезная задача для всего города и для экономического блока, и для градостроительного блока, и для блока земельно-имущественных отношений вовлечь вновь в нормальный оборот промышленные зоны. Напомню, что их более 200, и их площадь составляет 7,5 тысяч гектаров. А если брать еще товарные дворы и транспортные пространства, это порядка 15 тысяч гектаров. Это огромная цифра. 15 тысяч гектаров – это 150 квадратных километров, так, на секунду.

О.БЫЧКОВА: Ничего себе.

А.ШАРОНОВ: 150 квадратных километров. При том, что площадь старой Москвы – тысяча, а площадь новой Москвы – 2,5 тысячи квадратных километров. Поэтому это большой градостроительный потенциал. И, в общем, ну, это территория, которая как минимум неприятно и несовременно выглядит, которая занимается зачастую не совсем тем, что предписано договорами аренды – вместо производства это складские помещения, это какая-то полузаконная торговля, это свалки. И это серьезная задача, над чем все блоки сейчас работают.

Но решить ее можно…

О.БЫЧКОВА: А они как над этим работают? Вот, какие подходы вообще?

А.ШАРОНОВ: Это, с одной стороны, разработка градостроительных планов, земельных участков, то есть что может быть построено на этой территории.

О.БЫЧКОВА: То есть нужно вначале найти желающих инвесторов, которые бы этим занимались?

А.ШАРОНОВ: Это параллельные 2 процесса. Сначала вы должны определить, что вы можете здесь построить. Здесь можно построить жилье, здесь можно создать рабочие места. Какого профиля? Здесь можно создать рекреационную зону, образовательную зону, торговлю, услуги, развлечения, спорт. Вот, комбинацию этих назначений с учетом контекста… Вот, где находится эта зона? Она застроена жильем вокруг или она застроена другими производственными территориями? Все это влияет на определение судьбы.

А дальше вы должны разговаривать или даже параллельно вы должны разговаривать с собственниками тех объектов недвижимости, которые сидят на этой территории, потому что они, как правило, уже все частные (объекты, которые находятся). Ну, иногда или часто это еще федеральные корпорации, например, Росатом, Ростехнологии, Росвооружения и так далее.

Какие у них представления о собственном развитии? Потому что вы не можете… Они – собственники этих объектов и иногда даже собственники земли в некоторых случаях, особенно если с федеральными организациями вы имеете дело. И вы не можете просто так сказать «Все, завтра здесь будет это. Убирайтесь, мы вас сносим» и так далее. Это не тот подход, извините.

О.БЫЧКОВА: Даже если там полный бардак, извините.

А.ШАРОНОВ: Есть другие методы. Вы должны их штрафовать за нарушение договора аренды, вы можете их наказывать за несоблюдение санитарных норм, если они их нарушают. Но они от этого не перестают быть собственниками, как правило.

Есть санкции, вплоть до расторжения договора аренды, если речь идет об аренде земли, например. Но, тем не менее, считаться с ними нужно. И, вот, баланс интересов города, который выражается в структуре градостроительного плана, чего и сколько можно построить, и в ожиданиях, и желаниях, и возможностях инвестора, в этом и есть перспектива развития промышленных зон. И как раз на них мы смотрим тоже как на потенциал для развития торговли, потому что они расположены, в основном, ну, в пределах между Третьим кольцом и МКАДом. То есть это как раз та часть города, которая сильно застроена современными зданиями, где по плотности не хватает объектов торговли, бытовки. Это крупные спальные массивы, например. И в этом смысле и рабочие места, и торговля, питание, и бытовое обслуживание – они очень важны и в недостатке в тех районах.

О.БЫЧКОВА: Да. И вы начали перечислять проблемы (они же возможности). Что еще туда относится?

А.ШАРОНОВ: Ну, мы говорили с вами про промышленные зоны, а начали говорить мы вообще с вами про общепит.

О.БЫЧКОВА: Да.

А.ШАРОНОВ: Вот, очень важная тема. И мне нравится, что общепит в Москве очень разнообразен по качеству, по ценовым категориям, по…

О.БЫЧКОВА: Он становится более разнообразным, мы бы так сказали.

А.ШАРОНОВ: Ну хорошо, он становится более разнообразным.

О.БЫЧКОВА: Нет предела совершенству.

А.ШАРОНОВ: Нет предела совершенству. И он становится большим работодателем. Много людей там работает и, в общем, в том числе достаточно высокой квалификации. Поэтому это… Это интересный сегмент. Это и элемент качества жизни, благоустройства. Вот, мы говорим о необходимости развития туризма. Общепит – это неотъемлемая компонента туристической программы, и нам на это тоже указывают. Поэтому… Поэтому это все, что называется, в тему.

О.БЫЧКОВА: Давайте успеем еще затронуть какие-то другие темы, да? Про ярмарки мы с вами поговорили, про общепит поговорили.

А.ШАРОНОВ: Рынки?

О.БЫЧКОВА: Про рынки, да. Вот, рынки – это важно. Тут, кстати, тоже есть у меня претензии к вам насчет того, что закрыли где-то какой-то рынок. Но я вообще не представляю, честно говоря…

А.ШАРОНОВ: Нет претензий, что не закрыли какой-то рынок?

О.БЫЧКОВА: Нет претензий. Вы знаете, вот, я, например, живу рядом с Даниловским рынком и я совершенно счастлива. Я вообще не представляю, как можно жить вот без такого большого рынка, который стоит уже там я не знаю 200 лет на этом месте, и как можно вообще без этого существовать? Мне очень жалко людей, у которых в шаговой или хотя бы в автомобильной доступности нет такого места.

А.ШАРОНОВ: Ну, думаю, что Даниловский рынок находится в автомобильной доступности для многих москвичей.

О.БЫЧКОВА: Для многих, безусловно, да.

А.ШАРОНОВ: Но вы правы в том, что одним Даниловским рынком не обойтись. Кстати, это как раз пример удачного опыта изменений. И там поменялась команда, и там город убрал все ларьки и блошиную торговлю вокруг. Произвели благоустройство.

О.БЫЧКОВА: И мне кажется, что вот это как раз тот случай, когда никто не в претензии, что убрали эти самые киоски.

А.ШАРОНОВ: Конечно, конечно. Ну и я не в шутку, а всерьез говорю о том, что, конечно, очень многие жалуются на то, что убрали киоски. Но гораздо больше жалоб мы получаем, что не убирают киоски. И есть…

О.БЫЧКОВА: К рынкам вернемся, извините.

А.ШАРОНОВ: Да.

О.БЫЧКОВА: Вот я нашла: «Зачем убрали рынок на Волоколамском шоссе? Пустует земля в результате», — утверждает Галина.

А.ШАРОНОВ: Ну, смотря, какой рынок. Я напомню, что у нас вышел федеральный закон о розничных рынках. Были внесены изменения. И согласно этому закону, с 1 июля 2012 года, то есть уже более, чем полгода и даже скоро год будет, рынки универсальные не могут действовать иначе как в стационарных помещениях. То есть вот эти все развалы, которые у нас в большом количестве по Москве были… А вообще у нас в Москве было 77 рынков. Сейчас мы имеем 51 рынок.

О.БЫЧКОВА: А 20 штук куда делись?

А.ШАРОНОВ: Ликвидированы.

О.БЫЧКОВА: 26.

А.ШАРОНОВ: Они ликвидированы как раз по этому федеральному закону, который запрещает существовать рынкам в нестационарных помещениях.

О.БЫЧКОВА: То есть вот эти прилавки там под открытым небом с какими-то навесиками – это вот не годится?

А.ШАРОНОВ: Это не годится. Только если вы не перепрофилировали сельскохозяйственный рынок. Если вы перепрофилировались, то в этом варианте (навесики и не капитальные сооружения) вы сможете просуществовать еще 2,5 года до 1 января 2015 года, даже не 2,5, а 1,5 года.

О.БЫЧКОВА: А там что будет? Там что-то вступает в силу новое?

А.ШАРОНОВ: Да, вступает в силу вторая часть этого закона, которая запрещает и сельскохозяйственным рынкам работать в нестационарных условиях. Ну, в принципе, это, на мой взгляд, совершенно оправданная норма с тем, чтобы создать комфорт для клиентов, повысить качество обслуживания и сохранения продукции. Ну, вы видите, что с ярмарками зимой происходит, да? В нашем климате нельзя торговать на открытом воздухе.

О.БЫЧКОВА: Ну, снег, дождь, да. Потом видишь, как продают еду, которую там сверху засыпает, я не знаю, автомобильными выхлопами и пылью с асфальта. Это страшное, конечно, зрелище.

А.ШАРОНОВ: Да. Ну, надо признать, что это абсолютно разумная и понятная мера. Поэтому из 51 рынка, который сейчас в городе остался, у нас 42 сельскохозяйственных рынка. То есть почти все рынки, которые остались, они есть или должны быть сельскохозяйственными. Правда, там допускается по закону некоторая доля промышленных товаров, но, вот, задача следить за тем, чтобы они опять не превращались в барахолки. Но эволюция такая, что у нас все рынки должны превратиться в некое подобие Даниловского рынка либо в какие-то…

О.БЫЧКОВА: Даниловский – прекрасен. Я в него влюблена много лет просто, всю жизнь практически. А сейчас еще больше.

А.ШАРОНОВ: А сейчас у вас, видимо, вторая любовь.

О.БЫЧКОВА: Да, сейчас все просто, вот… Фантастически прекрасно то, что там делают. Видимо, новые люди туда пришли.

А.ШАРОНОВ: Да, да.

О.БЫЧКОВА: Извините меня за эту рекламу, но я не могу удержаться. Он очень… Алексей спрашивает: «То есть Преображенку скоро снесут? Старый хороший рынок». Видимо, там все тоже не в помещениях находится.

А.ШАРОНОВ: Ну, да. По Преображенскому рынку могу сказать, что он располагается на территории транспортно-пересадочного узла, который в свою очередь располагается на территории, передаваемой Русской Православной Церкви. Там находится Преображенский монастырь, и поэтому город сейчас озабочен поисками другого места для этого рынка.

О.БЫЧКОВА: То есть где-то должно быть в этом же районе?

А.ШАРОНОВ: В том районе, да.

О.БЫЧКОВА: Другая площадка?

А.ШАРОНОВ: Да, да.

О.БЫЧКОВА: О, это важно. А есть какие-то сроки, когда это произойдет?

А.ШАРОНОВ: Да, мы поджаты сроками, которые вытекают из наших обязательств по высвобождению этих рынков. Я точно сейчас не назову, но, в общем, мы активно этим занимаемся.

О.БЫЧКОВА: Ну, розничная торговля – это не только еда, хотя мы как-то, в основном, о еде сегодня говорим, да?

А.ШАРОНОВ: О хлебе насущном.

О.БЫЧКОВА: Да. Что является головной болью для вас из остальных сегментов?

А.ШАРОНОВ: Ну, мы с этих идей и начали. Это понимание и властями, и населением значения торговли с точки зрения комфортности проживания в городе и с точки зрения прозрачности этого бизнеса и доходов для города, и с точки зрения рабочих мест. Торговля – большой, важный сектор и для человека, и для семьи, и для городской экономики. Это первое.

Второе. Понимая, что при всем внешнем обилии торговли в Москве ее не хватает и это сказывается на ценах, на качестве, задача городских властей – прикладывать максимальные усилия, чтобы мы предоставляли возможности… Речь не идет о деньгах, но речь идет о возможностях. Земля, помещения для того, чтобы частники инвестировали собственные деньги и создавали вот эти вот предприятия.

Ну и, конечно, во многом мы влияем на качество обслуживания. Да, большая компетенция у Федеральной службы по защите прав потребителей, Санэпиднадзора и так далее, но и от города многое здесь зависит. Мы с ними сотрудничаем и смотрим на то, чтобы качество продукции, качество обслуживания соответствовало как минимум официальным стандартам. В Москве оно должно быть лучшим, наверное, в России.

О.БЫЧКОВА: Почему так получилось, все-таки, что Москва по многим параметрам, которые вы перечислили, отстает от других городов российских?

А.ШАРОНОВ: Ну, по разным причинам. И в том числе по тем, что в Москве очень высокая плотность и большая конкуренция разных сегментов за…

О.БЫЧКОВА: А в Питере? Нет разве?

А.ШАРОНОВ: Ну, Питер, наверное, все-таки, был традиционно более туристическим городом. Согласитесь, еще в советские времена он ориентировался в том числе на приграничный туризм. Вы помните, большое количество автобусов с финскими туристами, которые на выходные приезжали.

О.БЫЧКОВА: То есть больше гибкости там у людей, да?

А.ШАРОНОВ: Больше привычки к туристическому бизнесу и к ожиданиям туристов, в том числе иностранных, которые дорогой спрос предъявляют. Это, ведь, не только рестораны – это и гостиницы. Мы по гостиницам тоже хуже смотримся, чем тот же Питер.

О.БЫЧКОВА: Ну, я как человек, который жил в гостиницах в Питере, могу вам сказать, что не то, что хуже, а просто вообще ужас какой в Москве. Вот, просто зная там, как мучаются приезжие знакомые и зная, как обстоит дело в Питере, где огромное количество маленьких гостиниц, вообще крохотных гостиниц, там, семейных гостиниц. Вообще просто земля и небо. То есть работать и работать еще тут в нашем городе.

А.ШАРОНОВ: Ну вот видите, вы добавили повестки.

О.БЫЧКОВА: Спасибо вам большое. Андрей Шаронов, заместитель мэра Москвы в правительстве Москвы по вопросам экономической политики. Мы говорили о рынке розничной торговли в столице. Ну, я, наверное, распечатаю вам вот тут вот все сообщения, которые пришли, потому что тут есть вполне конкретные претензии, вы должны об этом знать.

А.ШАРОНОВ: Спасибо.

О.БЫЧКОВА: Спасибо большое.

А.ШАРОНОВ: Спасибо.


Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире