В прямом эфире радиостанции Эхо Москвы Владимир Мартынов, руководитель Центра общественных связей Следственного комитета МВД РФ, подполковник юстиции, Вадим Резепов, врач-нарколог.
Эфир ведет Нателла Болтянская

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Говорим мы о наркомании. Наверно, уже столько же лет, сколько проблеме наркомании, и различным мнениям на этот счет. Некоторые считают, что это болезнь и что человека, который принимает наркотики, надо лечить. Например, жители Нью-Йорка, которым просто рекомендуют вечером, возвращаясь домой, иметь в сумочке или в кармане какую-то мелочь, чтобы было чем откупиться от людей, которые могут привязаться и потребовать деньги. Ваши мнения на этот счет? Я думаю, что врач-нарколог будет традиционен в своем желании.
В.РЕЗЕПОВ: Наверно, ни для кого не секрет, что эта проблема сейчас выходит на первый план не только в нашей стране, и, наверно, все уже понимают, что это болезнь, которую действительно надо лечить. Какими методами здесь я готов спорить. Но то, насколько сильно это сейчас захлестывает наше общество, говорит о том, что надо принимать какие-то меры. Количество серьезных больных резко возрастает. Возрастают последствия после этого, очень сильные токсические воздействия на мозг. Когда видишь, что это захлестывает все слои общества — и хорошо обеспеченные семьи, и малообеспеченные Я все-таки думаю, что на сегодняшний день система наших наркологических диспансеров и наши службы не справляются с этой проблемой, и нам нужно что-то предпринимать новое, я думаю, связанное не только с наркоманией, но, в частности, и с алкоголизмом.
В.МАРТЫНОВ: Поскольку мы сегодня говорим о наркомании, не будем углубляться в алкоголизм, поскольку наша история знает и такие методы лечения алкоголизма, как лечебно-трудовые профилактории, я бы о них просто не стал говорить сегодня. Они показали свою ненужность. Что же касается наркомании, то Наркомания, как следует из ее названия (Вы как специалист наверняка со мной согласитесь) это мания, то есть болезнь. Встает вопрос о том, что делать с наркоманом лечить его или заключать в тюрьму. Я думаю, что наркоман как таковой, чистый наркоман, — это человек, которого надо лечить в условиях медицинского стационара — для того, чтобы вы, специалисты, могли снимать физическую и психическую зависимость от наркотиков и как-то восстанавливать организм, который практически истощен этими наркотиками.
Н.БОЛТЯНСКАЯ: Владимир Владимирович, в Вашей реакции я вижу два пласта, которые надо отделить один от другого. Один пласт это степень социальной опасности для окружающих самого наркомана. А второй пласт это проблема восстановления его собственного здоровья в целях строительства коммунизма в лучшем состоянии.
В.МАРТЫНОВ: Я именно об этом и хотел в следующей фразе сказать. Бывает ли чистый наркоман? Встречался ли в вашей практике наркоман, который не вовлек ни одного человека за все свое наркотическое существование в занятие наркоманией, который не сказал ни одному человеку, где он достал наркотики, сколько стоят наркотики и т.д.?
В.РЕЗЕПОВ: Здесь нужно разделить несколько проблем. Существует физическая и психическая зависимость. При сегодняшних сильнодействующих наркотических средствах практически одновременно возникает и физическая, и психическая зависимость. Но на некоторых этапах некоторые люди, попробовав один-два раза и понимая, что это приводит к пагубным последствиям, бросают. На этом этапе они редко вовлекают других наркоманов. Но большая часть наркоманов, естественно, по круговой цепочке вовлекает следующий круг, и здесь идет цепная реакция и какой-то ком. Он входит в этот кураж.
В.МАРТЫНОВ: Вот тут, как мне кажется, и начинается преступление. В тот момент, когда наркоман сообщает кому-нибудь из своих друзей и знакомых, случайно встреченных на улице людей что-нибудь о наркотиках, это уже ведет к распространению, к наркотизации населения, к увеличению незаконного оборота наркотиков. Как вы знаете, есть и законный оборот наркотиков: это тысячи и тысячи смертельно больных со страшными болями, которым наркотики просто необходимы. В тот момент, когда наркоман начинает расширять свое поле деятельности, начинается преступление.
Н.БОЛТЯНСКАЯ: Тут возникает вопрос. Передо мной Коммерсантъ — власть и мнение доктора медицинских наук, профессора Стокгольмского университета Александра Кузьмина. Первое: Информация о разрушительном воздействии наркотиков на организм сильно преувеличена. Второе: Опыт полного законодательного разрешения употребления марихуаны и продажа ее по доступным ценам всем желающим, как это делается в Голландии с 1989 года, не привел к увеличению числа людей, злоупотребляющих наркотиками. То есть, может быть, государству надо взять это в свои руки в такой ситуации?
В.РЕЗЕПОВ: Есть наркотики разные растительного и синтетического происхождения. Так вот, синтетические наркотики дают очень быстрое привыкание к ним. Если это наркотики растительного происхождения, физическое и психическое привыкание идет более медленное и зависимость формируется не так сразу.
В.МАРТЫНОВ: Но, тем не менее, формируется.
В.РЕЗЕПОВ: Но, тем не менее, формируется. И сколько я этим занимался, пожилых наркоманов я много не видел.
Н.БОЛТЯНСКАЯ: Шерлок Холмс, если верить книжкам.
В.МАРТЫНОВ: Сколько лет было Шерлоку Холмсу?
Н.БОЛТЯНСКАЯ: Во всяком случае, сорок было.
В.МАРТЫНОВ: Ну, это еще не пожилой человек.
Н.БОЛТЯНСКАЯ: Но уже достаточно взрослый. Еще один вопрос об отношении государства к лечению наркоманов. Не так давно Вадим Резепов, нарколог, с соответствующими документами был приглашен в соответствующую структуру и ему было сказано: Вы не имеет права лечить наркоманов.
В.РЕЗЕПОВ: Как и все остальные наркологи, имеющие лицензию. На сегодняшний день государство делает все, чтобы запретить лечить наркоманов частно практикующимся врачам, лечить и психическую, и физическую зависимость. Поэтому мы их сейчас наблюдаем как психотерапевты. А снимать физическую зависимость на сегодняшний день мы должны в условиях стационара.
Н.БОЛТЯНСКАЯ: С чем это может быть связано с позиций закона?
В.МАРТЫНОВ: В условиях стационара какого?
В.РЕЗЕПОВ: Государственных стационаров.
В.МАРТЫНОВ: У меня сразу возникает вопрос: способ излечения наркомана от физической, а затем и психической зависимости?
В.РЕЗЕПОВ: Это препараты-антагонисты, то есть препараты, которые обманывают организм в данной ситуации, и человек не чувствует такой синдром абстиненции. Потому что в первое время ему надо помочь: при сильной абстиненции человек может умереть.
Н.БОЛТЯНСКАЯ: То есть то, что называется ломка?
В.РЕЗЕПОВ: То, что называется ломка или на их языке называется кумарить.
В.МАРТЫНОВ: Почему я задал вопрос о способе излечения? Если бы это был способ излечения путем постепенно уменьшения дозы, тогда у меня сразу бы возник следующий вопрос: откуда средства, которые можно давать для уменьшения дозы? И дальше уже идет целая линия. Если же при лечении наркомана не употребляются наркотики, то мне сейчас при отсутствии всей документальной базы трудно сказать, чем было вызвано. С другой стороны, существует система лицензирования. Может быть, что-то связано с лицензированием медицинской и фармацевтической деятельности?
В.РЕЗЕПОВ: Наркологи, практикующиеся в Москве, в лицензии имеют слово наркология, не расшифровывая что-либо дальше.
В.МАРТЫНОВ: Мне трудно ответить на этот вопрос.
Н.БОЛТЯНСКАЯ: Человек, принимающий наркотики каждый ли из этих людей представляет социальную опасность?
В.РЕЗЕПОВ: Нет, не каждый. Есть очень большое количество людей, которые не представляют социальной опасности, и я могу привести людей, которые расскажут вам, что они полностью восстановились и у них нет возврата к другим.
Н.БОЛТЯНСКАЯ: Можете ли вы как врач дать гарантию, что не каждый человек, принимающий наркотики, в состоянии наркотической эйфории может быть гипотетически опасен для окружающих?
В.РЕЗЕПОВ: Как психиатр-нарколог могу сказать, что это так.
В.МАРТЫНОВ: Я бы мог поспорить сейчас с Вами. При всем уважении тех знаний, которыми Вы обладаете, возникает два вопроса: социальная опасность в момент наркотического опьянения и социальная опасность по вовлечению других людей в наркоманию. В момент наркотического опьянения человек может представлять опасность для общества, так же, как и пьяный человек, хотя бы сев за руль, схватив нож в галлюциногенном припадке и т.д. Опять мы возвращаемся к той же теме: что превалирует в человеке, употребляющем наркотики, — болезнь или желание получить наркотик любой ценой в то время, когда он ему нужен и несмотря на окружающую его обстановку?
В.РЕЗЕПОВ: Мы немножко уходим от вопроса. Мы должны понять одну вещь: если человек хочет избавиться от этой болезни и сам добровольно приходит к врачу и делает все для того, чтобы излечиться, мы должны ему полностью помочь. Но если усилия врачей недостаточно (а это не говорит о незнании людей или плохих лекарственных препаратах), я думаю, что в данной ситуации нужно как-то человека лечить именно в специализированных лечебных учреждениях, может быть, даже с привлечением соответствующих органов и организаций.
Н.БОЛТЯНСКАЯ: Сейчас я предлагаю вам с помощью электронного голосования обсудить вопрос, который мы не раз затронули в первой части нашей беседы. Что делать с наркоманом: лечить или наказывать? Мы не затронули вопрос об условиях лечения или наказания. Ни для кого не секрет, что и тюрьмы во многих странах мира кажутся жителям российских коммуналок местом мечтания?
В.МАРТЫНОВ: Я прочитал недавно, что наш человек среднего класса написал заявление о том, что он готов отсидеть в швейцарской тюрьме положенный одному известному лицу срок, поскольку там мне предоставят возможность заниматься наукой, иметь выход в Интернет, работать на компьютере и накормят
Н.БОЛТЯНСКАЯ: Вадим Фаретович, Вы сами пробовали наркотики?
В.РЕЗЕПОВ: Никогда не пробовал и другим не советую. Более того, я не советовал многим людям курить и, если организм не здоров, выпивать спиртные напитки.
Н.БОЛТЯНСКАЯ: Известно, что Гитлер в 30-е годы решил в Германии проблему наркомании так: разрешил продавать зелье официально по паспорту в аптеках, и половина сразу погибла от передозировки, а вторую половину тихонько пересажали. Как вы считаете, это правильный метод?
В.МАРТЫНОВ: Я не могу поддерживать ни один из методов гитлеровской Германии. Во-вторых, я не поддерживаю методы, которые называются провокация. Я полностью отрицаю необходимость, по крайней мере, в условиях нашей страны, легализовать продажу наркотиков в том или ином виде без медицинских показаний. Но и в случае медицинских показаний, насколько я знаю, наркотики официально предоставляются бесплатно, а не за деньги. Мы все время говорим о наркомане как о больном или преступнике, и я все время пытаюсь свернуть наш разговор на то, что преступника надо сажать, а больного надо лечить.
Н.БОЛТЯНСКАЯ: Сталкивались ли Вы как врач с наркодилерами, которые сами являются жертвами этого заболевания?
В.РЕЗЕПОВ: Я сталкивался не только с наркодилерами, но и с людьми, которые и употребляли, и продавали наркотики Наверно, что-то есть в этой жизни: двое из них заболели СПИДом и погибли.
В.МАРТЫНОВ: Есть Высший суд.
Н.БОЛТЯНСКАЯ: С Вашей позиции как врача нужно ли ужесточение наказания для потенциальных и реальных торговцев наркотиками?
В.РЕЗЕПОВ: Я думаю, что да. Потому что без этого никаким образом мы дальше не сможем двигаться. Люди должны бояться. Более того, люди, которые вовлекают в эту среду молодых людей Если не будет страха ужесточения наказаний, конечно же, будет сложно что-либо сделать.
В.МАРТЫНОВ: Я бы добавил к этому, что, с моей точки зрения, вполне возможно введение наказания не только за распространение, сбыт, перевозку наркотиков, но и необходимо введение наказания за употребление наркотиков. Может быть, на тот момент, когда перед человеком будет стоять выбор: уколет он себя и станет наркоманом, или Он подумает: А меня за это ведь могут посадить. Может быть, хоть одного человека это спасет от того, чтобы попасть в Ваши пациенты.
В.РЕЗЕПОВ: Может быть. Но мы должны постараться сформировать в нашей стране стереотип здорового человека, чтобы люди понимали, что здоровье человека это деньги, богатство, что быть красивым, подтянутым и стройным это хорошо. В нашей стране я не видел пока, чтобы это поощрялось, глядя даже на наших руководителей (правда, сейчас на них смотреть стало гораздо лучше).
Н.БОЛТЯНСКАЯ: Бывает, что когда человек попадает в сети наркодельцов, в первый раз его либо обманом, либо насильственно пользуют наркотиком.
В.МАРТЫНОВ: На то и существует предварительное следствие: чтобы установить по делу.
Н.БОЛТЯНСКАЯ: А как вы докажете, что я это сделала по доброй воле, или как я докажу, что со мной это сделали насильно?
В.МАРТЫНОВ: Вы не должны доказывать, что это сделали не по своей воле. Я как следователь должен буду доказать, что вы это сделали намеренно, умышленно и т.д. Смогу доказать значит, надо понести наказание. Не смогу значит, вам насильно ввели наркотик.
Н.БОЛТЯНСКАЯ: Завершено голосование на волнах Эха Москвы. Нам позвонило 462 человека. Каких вы ждали результатов в процентном соотношении?
В.РЕЗЕПОВ: Я думаю, что больше людей были склонны лечить.
В.МАРТЫНОВ: Я думаю, что примерно поровну, однако, с учетом некоторых данных, чуть-чуть, наверно, превалирует количество тех, кто говорит, что надо наказывать.
Н.БОЛТЯНСКАЯ: 72% говорят, что наркомана надо лечить, и 28% полагают, что надо наказывать У многих людей растут дети. Журнал Коммерсантъ-власть задает вопрос: как защитить детей от наркотиков путем некоего прессинга или каким-то другим?
В.МАРТЫНОВ: Если позволите, я бы сказал пару слов об этой публикации: Информация о разрушительном воздействии наркотиков на организм сильно преувеличена, — пишет доктор медицинских наук, профессор Александр Кузьмин. Я считаю, что такая публикация в журнале, достаточно распространенном на территории России, наносит гораздо больше вреда, чем один наркодилер.
В.РЕЗЕПОВ: Я согласен с Вами. К сожалению, у нас многие родители даже не знаю первых проявлений наркотической зависимости. То есть это появляется уже в тех случаях, когда выносятся вещи из дома. А на изменение состояния человека, его внешнего вида, поведения не обращается внимания. Вот эта наша безграмотность идет оттого, что некоторые из наших людей не могут куда-либо прийти, обучение и лечение получается чрезвычайно дорогим в некоторых центрах.
Н.БОЛТЯНСКАЯ: Я сталкивалась с представителями правоохранительных органов, которые утверждают, что бездельничающие руки приманивают бесов. Вы как врач согласны с тем, что когда ребенок занят, это является в некоторой степени тормозящим фактором?
В.РЕЗЕПОВ: Бесспорно. Снижение спортивных школ и то, что у нас сейчас происходит, — это результат того, что, наверно, это и социальная проблема.
Н.БОЛТЯНСКАЯ: Владимир Владимирович, Вы согласны?
В.МАРТЫНОВ: Я с этим абсолютно согласен. У человека, которому нечего делать, есть дорога на улицу. А улица ждет его с распростертыми объятиями. И, к сожалению, это не всегда улица, на которой он купит мороженное и пойдет в кино на мультфильмы. Чаще в наше время это улица, где его встретят в подворотне хорошо если одноразовым или много раз использованным одноразовым шприцем.
Н.БОЛТЯНСКАЯ: И все-таки, должен родитель, который получил информацию о том, что его ребенок как-то связан с наркоманией, пойти в соответствующие правоохранительные органы? Думаю, что любой родитель скажет: нет, не должен. Может ли он пойти, не привлекая к этому ребенка, проконсультироваться со специалистом?
В.РЕЗЕПОВ: По-хорошему, он должен пойти в районный наркологический диспансер, где ему анонимно должны дать всю соответствующую информацию и анонимно должны оказать первую помощь, если в этом есть какая-то необходимость. Если в дальнейшем требуется специализированная помощь, она тоже должна оказываться в специализированных лечебных учреждениях или у людей, имеющих лицензирование по наркологии, именно у специалистов. Если откроешь сегодняшние газеты, у нас все стали наркологами, хотя, поверьте, в Москве их не так много.
В.МАРТЫНОВ: Я бы добавил еще, что если ребенок попал в беду (а если речь идет о ребенке, то это беда, независимо от того, в каких условиях он попал в эту беду), то у родителей должно быть две дороги: первая — к врачу, а вторая — к нам для того, чтобы источник этой беды был как можно быстрее обезврежен. Потому что ребенок, попавший в беду, никогда не будет одиночкой в этой беде. К нему завтра присоединится еще один, послезавтра еще один и т.д., по нарастающей.
Н.БОЛТЯНСКАЯ: Каковы наиболее распространенные родительские ошибки, которые совершаются при информации о том, что с ребенком не все в порядке?
В.РЕЗЕПОВ: Многие родители просто упускают момент, когда нужно срочно принимать какие-то меры, заниматься лечением. Они начинают обращаться к специалистам, которые в этом мало знают, или в дорогостоящие центры, которые тоже не всегда, сняв абстинентый синдром и в дальнейшем наблюдая этого человека, помогают снять психическую зависимость.
В.МАРТЫНОВ: Мне кажется, что основная ошибка родителей неверие.
Н.БОЛТЯНСКАЯ: Мой не мог!
В.МАРТЫНОВ: Я не верю в это, он хороший мальчик. Никогда! И если этот родитель месяц говорит себе никогда, иногда бывает уже поздно врачам вступать в работу.
В.РЕЗЕПОВ: Не только поздно. Бывает уже настолько запущено, что им кажется, что однократное и двукратное употребление не приводит к таким сильнейшим зависимостям. А зависимость бывает настолько сильна, что последствия воздействия на кору головного мозга практически необратимы. То есть идут не функциональные, а органические поражения центральной нервной системы.
Н.БОЛТЯНСКАЯ: В речи каждого из вас прозвучало слово улица. Но улица понятие, действительно, весьма широкое. Я знаю, что некоторое время назад московские власти обратили пристальное внимание на такие точки, как некоторые дискотеки, на которых, со слов московских властей, торгуют наркотиками. С позиций закона и медицины, каковы самые горячие точки в этом отношении?
В.МАРТЫНОВ: Я бы не стал сейчас называть эти точки.
Н.БОЛТЯНСКАЯ: Не конкретные точки.
В.МАРТЫНОВ: Даже не конкретно. Я сейчас скажу, что это точка Х. Кто-то, слушая нас, поймет: в точке Х можно получить. Не получу в этой точке, получу в другой или третьей. Я не хочу произносить здесь названия мест, где можно приобрести наркотики.
В.РЕЗЕПОВ: Дай бог, чтобы их было меньше в Москве. Это место скопления молодежи. Но большая часть молодежи покупает наркотики от своих дилеров, они знают друг друга.
Н.БОЛТЯНСКАЯ: Место скопления молодежи это и колледж, и школа, и университет
В.РЕЗЕПОВ: К сожалению, это так.
В.МАРТЫНОВ: Увы, и колледж, и школа, и университет
Н.БОЛТЯНСКАЯ: Возвращаясь к журналу, который мы сегодня цитируем: Как вы защищаете детей от наркотиков? Здесь собран ряд родительских мнений — от угрозы: Если узнаю убью! и до мнения одной из певиц: Когда моей дочери было 8 лет, я показала ей французский документальный фильм, где изображалась ломка наркоманки. Как вы считаете, что актуально в качестве профилактических мер?
В.РЕЗЕПОВ: Я думаю, что здесь должна идти разъяснительная работа, но на высокопрофессиональном уровне: не просто показать, но и рассказать. Потому что иногда запретный плод бывает сладок. Если это будет сделано на хорошем уровне, если будут хорошие фильмы, если в школы и в вузы будут приходить специалисты, которые на доступном языке объяснят людям Но именно без учителей, без преподавателей. Потому что мой опыт общения с такой аудиторией мне приходится там бывать. Если при этом присутствуют преподаватели, общения с людьми не происходит. Я даже могу сказать, что каждый третий человек сейчас в вузах попробовал наркотические средства.
Н.БОЛТЯНСКАЯ: Я видела как-то в одной из газет открытое письмо человека, который напрямую обвиняет в своем пристрастии к наркотикам своих школьных учителей, которые с детства ему твердили, что он двоечник, что из него ничего не выйдет, занизили ему самооценку и он не нашел себе другого выхода. В качестве достаточно распространенной частности, имеет место такое?
В.РЕЗЕПОВ: Имеет. Не каждый человек, во-первых, начнет пробовать наркотики, не каждый станет наркоманом. Здесь есть определенная психологическая проблема. Наркоманами становятся люди с определенным состоянием психики. Есть много теорий, почему одни начинают употреблять наркотики, а другие не пробуют. Мы тоже учились, но ни у кого из нас не возникала потребность попробовать наркотики. Более того, я заканчивал Второй мединститут, в котором училось большое количество иностранных студентов. Я жил определенное время в общежитии и видел, как при мне это делали, но у меня не возникло желания. Большая часть иностранных студентов употребляла наркотические средства во Втором московском медицинском институте, в общежитии на улице Островитянова.
Н.БОЛТЯНСКАЯ: Все-таки Вы назвали адрес
В.МАРТЫНОВ: Но это было давно. Я бы добавил еще одно: коллега видел ломки наркоманов на больничной койке, я видел подобные же ситуации на тюремных нарах в изоляторах временного содержания, когда человека доставляют, еще неизвестно, надо ли ему вызывать Скорую, когда его начинает ломать. Это зрелище заслуживает того, чтобы в профилактических целях показать его. Это действительно ужасная вещь.
Н.БОЛТЯНСКАЯ: Нужно ли улучшать условия стационарного излечения? Мы много слышали о том, что любая стационарная точка, связанная с диктатом закона в России, не отвечает требованиям элементарной санитарии.
В.МАРТЫНОВ: Мне кажется, надо улучшать условия всей нашей жизни, а не только в этих стационарах. А эти стационарные точки такие же. Вы думаете, больница в какой-нибудь глубинке намного отличается от этой точки?
Н.БОЛТЯНСКАЯ: Где как.
В.МАРТЫНОВ: Да, смотря в какой глубинке. В швейцарской отличается, это точно.
Н.БОЛТЯНСКАЯ: Вадим Фаретович, чего не должно быть в стационарном учреждении для лечения наркоманов?
В.РЕЗЕПОВ: Мне кажется, что на сегодняшний день действительно надо улучшать уровень наших людей вообще. Потому что если взять ту же 17-ю больницу, где побывало большое количество наркоманов, не все из них излечились, более того, многие из них научились употреблять другие наркотики. Мне кажется, что надо, чтобы центры по реабилитации их сейчас становится все больше стали доступными большей части людей в финансовом отношении.
Н.БОЛТЯНСКАЯ: Вот и возникает вопрос на пейджер: Где можно бесплатно снять ломку у наркомана в Москве?
В.РЕЗЕПОВ: Я не хочу давать телефону и делать скрытую рекламу, но я знаю много центров, которые могут бесплатно это сделать. Если через редакцию на меня выйдут, я это сообщу.
В.МАРТЫНОВ: Естественно, снимать ломку у наркомана можно в медицинском учреждении. Если наркоман попадает к нам в камеру, то он тоже пройдет эту ломку, но с совершенно другими последствиями для организма и для последующего восстановления. Хотя для некоторых людей ломка в тюремной камере оказалась последней ломкой: он не скончался после этого, но перестал употреблять наркотики.
В.РЕЗЕПОВ: Возникает интересная парадоксальная вещь: люди, которые перенесли ломку насухую, то есть без медикаментозной поддержки, у них в коре головного мозга существует доминанта, и многие из них после этого никогда не употребляли наркотики.
Н.БОЛТЯНСКАЯ: Если выживают.
В.РЕЗЕПОВ: Естественно. Большая же часть знает, что существует помощь, и после этого возврат к употреблению наркотиков бывает гораздо чаще.
В.МАРТЫНОВ: Одним словом, ломка насухую является ударом по организму, по мозгу, по нервной системе
В.РЕЗЕПОВ: Но если человек выживает. Но это более жестокий метод, который существует не в лечебных случаях.
Н.БОЛТЯНСКАЯ: Сколько человек выживает? Есть статистика?
В.РЕЗЕПОВ: Есть статистика. Вообще-то эта статистика от наркологов закрыта была. На сегодняшний день из того, что прошло через меня, есть два пути: или человек бросает употребление, или он уходит из моего зрения и погибает.
Н.БОЛТЯНСКАЯ: Последний вопрос: нет ли у вас впечатления, что и это зло, как многие другие приметы времени, со временем в России станет меньше просто потому, что пройдет определенный этап существования?
В.РЕЗЕПОВ: Мне трудно загадывать. Вообще делать прогнозы здесь вещь неблагодарная. Мне кажется, что жизнь в нашей стране все-таки станет лучше, но это не говорит о том, что количество наркоманов в нашей стране уменьшится. Пока я вижу большой рост этих заболеваний. Многие люди хотят, но не знают, где, и не знают, как Поэтому мне кажется, нам нужно ждать увеличения количества больных наркоманией.
В.МАРТЫНОВ: Я бы добавил к этому, что два или три дня назад следователи в одной их областей изъяли одномоментно около 8 кг героина. За несколько недель до этого было изъято более 10 кг героина. Причем я называю один из самых тяжелых наркотиков. Тут нужны два пути: с одной стороны, — лечение, с другой стороны, — наказание.


Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире