Время выхода в эфир: 22 мая 2021, 21:08

С. Белковский Доброй субботы, дорогие друзья! Это «Эхо Москвы», программа «Время» — «Время Белковского». С вами в студии Станислав Белковский.

Обязательно (и если можно) подписывайтесь на ютьюб— и ютуб-каналы «Эха Москвы», где выходит наша программа, на эксклюзивный telegram-канал «Белковский», который наш главный информационный спонсор, и без него программа в принципе невозможна. И конечно, сотрудничайте всячески и активно с организацией ФСБ — Фондом Станислава Белковского, который я имею честь представлять с момента его и ее (его — фонда и ее — организации) основания.

Сегодня у нас специальный выпуск. Он идет в записи, а не в прямом эфире, как обычно. И соответственно, у него особая структура. Мы не размениваемся на мелочи, не уделяем внимание текущим политическим событиям. Хотя знаю, что многие из вас интересуются приоритетно именно ими, но здесь надо как-то перераспределять нашу активность между разными запросами аудитории.

И сегодня вместо рубрики «Мавзолей» у нас будет рубрика «Месяцеслов». Мы всё-таки возвращаемся к идее анализировать события, которые случились и на этой неделе, и в этом месяце (поскольку такие спецвыпуски, видимо, будут ежемесячными, один раз в месяц) N лет назад — когда-то, однажды и в прошлом. Сопоставлять и анализировать эти события в сопоставлении с теорией и практикой наших сегодняшних дней.

Кроме того, есть некоторые наши традиционные рубрики. Кроме того, во второй половине нашей программы я начну белковские чтения — чтение своего свежего труда, трактата «Эпоха Возвращения». Может быть, он будет читаться в 2-х или 3-х программах подряд. Это, с моей точки зрения, достаточно важный концептуальный продукт, и я не могу не воспользоваться возможностью донести его до вас, мои любимые и уважаемые зрители, слушатели, осязатели и обонятели.

Начинаем с традиционного эпиграфа. Поскольку спецвыпуск «Времени Белковского» так или иначе несколько более нарциссичен, чем даже обычное «Время Белковского», то я начну с редкого в русской поэзии стихотворения, посвященного мне, Белковскому, непосредственно. Это стихотворение великого русского поэта Михаила Самуиловича Генделева «Второй московский романс».

За то, что всюду жизнь,
Давай, брат, за народ!
За сбычу его мечт,
За с килькой бутерброд,
За чтоб из-под вожжи
Как следует летя,
Наш аист, птица-меч,
В зобу несла дитя.
Надёжи чтоб дитя,
Надежды дабы свет,
Как, собственно, и был,
Как, собственно, и нет.
За накось, старина,
И я соплю утру.
На, выкуси крест на
Андреевском ветру.
За гибельную страсть,
За жмуриться вдогон.
Не вслед рыдать огню,
А в место, где огонь.
Но был он, пламень, был,
И память спасена.
На веках в два пятна
Она нанесена.
Всё кончится, когда
А кончится всё на
Когда несопредельных стран
Нахлынут племена.
Мой неулётный вран,
Айда слетать сюда!
Всё небо кончится, когда
Как дыркою карман.
Чтоб на изнанку глянуть век
С ожогами внутри.
Дворянский снег, еврейский век,
Смотри, нерусский человек,
Смотри, пропустишь фейерверк,
И не благодари.

Михаил Генделев. Итак, переходим к «Месяцеслову» — ключевым событиям месяца мая. И начнем, конечно, с юбилея — со 100-летия академика Андрея Дмитриевича Сахарова, очень важной фигуры нашей отечественной истории.

О Сахарове в эти дни много говорят. И поэтому я не хочу отбирать хлеб у коллег и вдаваться во всем известные подробности биографии трижды героя социалистического труда, считающегося изобретателем водородной бомбы. Я хотел бы сказать лишь о некоторых концептуальных особенностях бытия и сознания Андрея Дмитриевича Сахарова, и тем самым о его месте и значении в нашей истории.

Потому что путь Сахарова — это в первую очередь путь покаяния. А именно покаяние — это ключевой термин нашей будущей обозримой повестки российской истории. Собственно, мы помним, что в перестройку имени Михаила Сергеевича Горбачева огромной популярностью пользовался фильм Тенгиза Абуладзе «Покаяние». Тогда заговорили о покаянии за самые разные страницы нашей истории, в том числе за советский период, который был крупнейшим антихристианским проектом в истории и заслуживает в этом смысле и осмысления, и покаяния.

Но покаяния не случилось в 90-е годы. Во-первых, для этого не хватило физических сил, во-вторых, не хватило духовных сил ни у нации, ни у элит, которые были сконцентрированы совсем на другом, а именно на утилизации советского наследства.

Ведь, собственно, ресоветизация России, которую связывают с Владимиром Путиным и его эпохой, на самом деле началась еще в 90-е. Даже на символическом уровне. Мы помним, когда появились «Старые песни о главном» на федеральном телевидении — если мне память не изменяет, в 1995 году.

Потому что тогда вдруг стало ясно, что элиты очень обязаны Советскому Союзу той гигантской собственностью и теми возможностям, которые перекочевали в их карманы. Это всё делалось, естественно, за счет обнищания огромных масс народа.

Я не считаю, что надо воспринимать всерьез рассказки о том, что не подарив бесплатно собственность группе мало кому понятных в то время частных лиц, нельзя было спасти экономику. Нет, оправдания красивые. Но любые наводящие вопросы к этой теории, почему нельзя было просто поменять менеджмент крупнейших индустриальных гигантов, а не совершать подарки стоимостью в сотни миллиардов долларов, всегда так или иначе упираются в истерику ответчика на тему «Ты агент КГБ, тайный коммунист, пьешь кровь христианских младенцев» и так далее. Поскольку рациональные аргументы очень быстро заканчиваются.

Но стало понятно, что постсоветские элиты в той или иной степени собираются опираться на советское прошлое, в том числе в символическом плане и ключе. Эта романтизация «совка» началась именно тогда, в 90-е, а не при Путине.

Это совпало, естественно, с ностальгией одной части дорогих и недорогих россиян по собственной молодости, поскольку молодость всегда прекрасна. По принципу известного анекдота про чукчу, которого спросили, когда ему было хорошо — при Сталине, Брежневе или Горбачеве, и он ответил, что конечно при Сталине, потому что чукча был молодой, его девушки любили.

Мы всегда вспоминаем о временах молодости и, конечно, склонны их идеализировать, забывать о недостатках тех времен и приписывать им несуществующие достоинства. Таковы особенности бытия и сознания человека до тех пор, пока в наступающую эпоху Возвращения, коей посвящен мой трактат, который будет сегодня отчасти прочитан, мы не поймем, что старости нет, как и смерти. Что вся жизнь человека не состоит из молодости, зрелости и старости, как было принято считать раньше, а состоит она из периодов становления и зрелости. И человек остается просто зрелым, а не старым до прекращения своего физического существования.

Это, собственно, избавит нас от необходимости идеализировать молодость как какую-то совершенно незапятнанную страницу собственной биографии. Хотя именно в молодости совершается наибольшее количество ошибок и закладываются основы для очень серьезных нарушений и отклонений потом. И в этом смысле «береги честь смолоду» — это банальность, как и всякая банальность, по принципу Белковского, верная, и которая, к сожалению, не удается почти никому.

И потом пришел Владимир Владимирович Путин, который уже должен был утолить глубокие психические и психологические раны большинства населения бывшей Российской Советской Федеративной Социалистической Республики, которые в 90-е годы лишились социального капитала и были выброшены куда-то на обочину. Им нужно было сказать: «Нет, жизнь не прошла зря. Советский период был хорош».

При том, что сам Владимир Путин, безусловно, является глубоко антисоветским человеком. Его переход от становления к зрелости случился в первой половине 90-х годов в так называемом «бандитском Петербурге», для которого он был ключевой системообразующей фигурой, как и совокупность тех «кровавых болот» северной столицы — для него самого.

С.Белковский: Уже становится всё более понятно, что Билл Гейтс не был белым и пушистым

Но он же не просто частное лицо. Он русский монарх. И он обязан заботиться о душевном здоровье своих подданных. И он заботится о нем с помощью возрождение неосоветской мифологии, никак не совпадающей с политической практикой нынешнего режима, зато позволяющей думать, что тоталитарная империя — это совсем даже не плохо, а очень хорошо.

И вот Андрей Сахаров — это человек, который пошел другим путем. Получив в советской системе всё и сделав для нее очень много, он, именно движимый покаянием, в том числе покаянием за интеллектуальную гордыню (а это, безусловно, вытекает из его воспоминаний, мною неплохо изученных — я, безусловно, далеко не лучший сахаровед, но что-то знаю про биографию и труды Андрея Дмитриевича), встал на путь борьбы за права человека.

Которая не сулила ему ничего сверхъестественно хорошего в современном понимании. Потому что тогда не было славы в нынешней форме. Сейчас, когда существует интернет, когда есть глобальные коммуникации, ты можешь набрать свои жалкие 100 млн. просмотров за 3 дня, и тебя узнает весь мир. Сахаров не мог набрать 100 млн. просмотров — их негде было набирать.

Успех или неудача его миссии были совершенно не предопределены с прагматической точки зрения. Он не знал, чем дело кончится. Он знал только, что он всё потеряет по советскую сторону своей биографии — всё накопленное и созданное. А что он в корыстным смысле слова приобретет, он не мог знать. Его миссия была в этом смысле совершенно бескорыстная.

И конечно, огромную позитивную роль в его преображении и трансформации сыграла его супруга Елена Георгиевна Боннэр, поскольку, как всякий физик-теоретик, Сахаров был, конечно, глубокий интроверт. Как говорил на эту тему Альберт Эйнштейн, «настоящие озарения начинаются, когда ты заканчиваешь общение с людьми».

Так оно и есть. Ведь что такое сознание физика-теоретика? Это некий резервуар озарений. Теоретик же не в эксперименте приходит к своим выводам. Он сначала догадывается о том, как Господь Бог всё устроил, а потом уже находит какие-то подтверждения в экспериментальной физике — сначала косвенные, потом прямые. А может быть, не находит никогда.

Но если созданные физиком-теоретиком модели подтверждаются на практике, в микромире или макромире, значит, они уже работают независимо от экспериментального подтверждения. Существует ведь куча элементарных частиц, которые ни разу не замечены в эксперименте. Но мы, безусловно, убеждены, что оно есть, существует.

И конечно, его общественная деятельность была бы невозможна без такого мощного публичного коммуникатора, как Елена Георгиевна, которая к тому же олицетворяла для него любовь, которой он, увы, был лишен в своем первом браке. Мы, кстати, сегодня еще затронем историю развода Билла и Мелинды Гейтс. Но это действительно совершенно другая история по другому поводу.

Исторический смысл Андрея Сахарова еще и в том, что он, конечно, советский физик-теоретик, который так или иначе пришел к некоторому религиозному миропониманию. Как раз Елена Георгиевна Боннэр всегда настаивала, что не надо делать из Сахарова религиозного человека. Но его собственные выступления и труды (в частности, малоизвестная, но очень важная с точки зрения наследия академика Лионская лекция 1989 года), безусловно, говорят о том, что он находился в поисках Бога — искал некое «теплое начало» Вселенной. Это «теплое начало» Вселенной — это любовь. А любовь, как мы знаем — это Бог.

О реформе образования мы еще поговорим в рамках трактата «Эпоха Возвращения». Но вообще достаточно удивительно, что вся современная физическая наука, созданная в основном верующими людьми (верующими самыми разными с точки зрения конфессиональной принадлежности), тем не менее, почему-то объявляется доказательством отсутствия Бога в нашей системе образования, что является ее ключевой проблемой. И вот когда здесь всё будет поставлено с головы на ноги, пойдет уж музыка не та — у нас запляшут лес и горы.

Я посоветовал бы всем обратить внимание и перечитать именно лекции, включая Нобелевскую лекцию Андрея Дмитриевича Сахарова, где религиозное начало, пусть и не слишком явно манифестируемое, безусловно, присутствует.

У Андрея Дмитриевича Сахарова отмечают его заслугу в том, что он предвидел создание интернета, глобальной информационной сети. Но больше того: сама теория конвергенции систем, сформулированная Сахаровым, также предваряет нынешнюю эпоху, в которой, на мой взгляд, важнейшими будет именно снятие диалектических противоречий между различными тезисами и антитезисами.

Конвергенции систем в чистом виде быть не могло, поскольку не может быть конвергенции между бубликом и дыркой, между христианским миром и антихристианским проектом коммунизма. Но преодоления определенных противоречий следующего порядка абсолютно возможны. Это то, что произошло в современном мире. В конце концов, то, что мы сегодня видим на Западе и в положительном, и в негативном смыслах, особенно в последние годы, когда нарастают всякие вещи типа BLM — это что-то, почерпнутое из того дискурса, на котором отчасти концептуально строился советский проект.

Но важен Сахаров даже не как физик-теоретик. Из его воспоминаний также вытекает, что толчок к переосмыслению им жизни, к покаянию и переходу правозащитную фазу во многом был связан с его кризисом — кризисом его веры как физика-теоретика. Он вдруг стал понимать, что его возможности на этой стезе исчерпаны, и он проигрывает даже многим молодым теоретикам, уже не понимая, чем они занимаются. И тут было ему знамение — и смерть первой жены, и всё, что с этим связано. Оно вырвало его из пучины накатанной советской карьеры.

Но главное, что это символ покаяния за интеллектуальную гордыню, которое ждет нас всех, если мы действительно хотим видеть Россию будущего, которая когда-нибудь обязательно начнется. Когда — это другой вопрос.

Кстати, в этой связи можно вспомнить особый интерес Андрея Дмитриевича Сахарова к реликтовому излучению. Это такое излучение, которое родилось на ранней стадии бытия Вселенной. Первая стадия определяется физиками, по-моему, в 379 тыс. лет. Это излучение температурой в 3 кельвина, которое с религиозной точки зрения, на мой взгляд, является таким напоминанием о Творении или, может быть, даже выражением сожаления Господа о несовершенстве Творения. Вот Андрей Дмитриевич Сахаров говорил, что больше всего на свете он любит не науку и не свою жену, а именно реликтовое излучение, что тоже глубоко символично.

Далее в нашем «Месяцеслове» 13 мая. Это очень важный для России день, еще не оцененный нами в полном объеме, потому что именно в этот день в 1917 году, значение которого для нашей истории, я думаю, отдельно комментировать не надо, начались явления Богоматери в Фатиме в Португалии.

Она появлялась перед тремя юными пастухами овец, самой старшей из которых была пастушка Лусия Сантуш, впоследствии ставшая католической монахиней и скончавшаяся в возрасте 97 лет уже в XXI веке, 6 раз — с 13 мая по 13 октября 1917 года. В середине, 13 июля 1917 года, Богоматерь передала пастушкам три тайны — три фатимских секрета (они же фатимские пророчества).

Совершенно понятно, что эти пророчества передавались именно через детей, поскольку истина глаголет устами младенца. Вообще любой пророк не должен быть слишком конвенционален с точки зрения требований современного и последующего за ним общества. Потому что мудрость века сего есть безумие перед Господом, и наоборот. Кроме того, пастух овец — это пастырь. Это метафора Христа. Поэтому это всё тоже неслучайно.

Эти пророчества раскрывались медленно, поскольку было не вполне ясно, в какой момент их можно раскрывать, в какой нет. Они стали достоянием Римско-католической церкви.

Собственно, три тайны Фатимы. Первая из них — это видение ада, которое Богоматери дала Лусии Сантуш и двум другим детям. Двое других детей, как Богоматерь им и сказала, умерли от испанки в 1919-1920 годах, а Лусия Сантуш дожила до глубокой старости и передала содержание этих пророчеств.

Второе пророчество Фатимы непосредственно касалось России. Речь там идет о том, что мир во всём мире и разрядка международной напряженности настанут тогда, когда произойдет обращение России. Когда, как гласит текст пророчества, святейший отец, то есть папа римский, и все епископы мира (а это очень широкое понятие, совершенно необязательно привязанное к Римско-католической церкви и ограниченное ее рамками) посвятят Россию непорочному сердцу Божьей Матери.

И наконец, третье пророчество касается судьбы католической церкви. Оно не раскрывалась очень долго. Сама Лусия Сантуш говорила, что его нельзя раскрывать до 1960 года, но Ватикан раскрыл его только в 2000 году. При этом до сих пор существует версия, согласно которой, раскрыт его неполный текст.

Осмысление фатимских пророчеств происходило в несколько этапов. И попытки посвятить Россию сердцу Божьей Матери предпринимались. Но, правда, они были непоследовательны и вопреки непосредственным указаниям Богоматери в Фатиме.

Сначала весь мир был посвящен сердцу Божьей матери папой Пием XII в 1942 году, в октябре. Собственно, это и привело к перелому во Второй мировой войне. Здесь я, безусловно, должен сказать, что фатимские пророчества содержат указания на то, что Первая мировая война, в ходе которой они были даны, скоро закончится, но если человечество не перестанет оскорблять Бога, то начнется Вторая мировая война, гораздо более ужасная. Так оно, естественно, и случилось.

Затем тот же папа Пий XII всё же посвятил народы России сердцу Божьей Матери. Это произошло в его апостольском послании к народам России от 7 июля 1952 года. Вскоре после этого умер генералиссимус Иосиф Сталин. Точно так же, как и в акции 1942 года, одно вытекало из другого. Но и здесь ведь Богоматерь сказала, что это посвящение должно быть публичным и глобальным, всемирным, соборным. Этого не было, поскольку практически никто не был знаком с этим текстом апостольского послания от 7 июля 1952 года.

И наконец, третью попытку посвятить Россию сердцу Божьей Матери предпринял папа римский Иоанн Павел II. При этом сама по себе фатимская история тесно связана с судьбой Иоанна Павла II и, в частности, с покушением на него, которое случилось в день начала явления Богоматери в Фатиме, 13 мая 1981 года, в Риме, как мы помним, когда в него стрелял террорист Али Агджа.

Папа римский был ранен 4 раза и не погиб, как считается, потому, что в последний момент перед покушением повернулся к девочке, которая стояла с изображением фатимской Богоматери рядом с ним. Это официальная версия, которая никем не ставится под сомнение.

Потом уже, находясь в больнице в течение 3 месяцев после этого покушения, папа Иоанн Павел II находился в перманентном общении с Лусией Сантуш (заочно) и двумя людьми, которые помогли ему постичь всю историю с Фатимой. Это, безусловно, префект Конгрегации доктрины веры (бывшей святой инквизиции) кардинал Карл Йозеф Ратцингер, который также был папой римским под именем Бенедикт XVI с 2005 года по 2013, и епископ словацкого происхождения Павел Хнилица, который был титулярным епископом Русада, то есть территории, находящейся фактически за пределами канонической юрисдикции Ватикана. Рукоположен он был папой Павлом VI тоже 13 мая, в день Фатимы, 1964 года.

Павел Хнилица занимался этой проблемой и, как гласит официальная биография, около 200 раз лично встречался с сестрой Лусией Сантуш. Собственно, Павлу Хнилице Иоанн Павел II сообщил, что разгадка спасения мира состоит именно в обращении России. Он это понял после покушения.

Само покушение ведь обросло огромным количеством конспирологических версий и теорий. Сам Али Агджа, террорист, согласно базовой версии, работал на болгарские спецслужбы, а через них на советские — на КГБ СССР. Это вполне логично, потому что, конечно, Советский Союз понимал то большое значение, которое играет для разрушения коммунизма Иоанн Павел II.

Не только потому, что он был выходцем из Польши и очень сильно влиял непосредственно на польские дела (а Польша была, собственно, детонатором взрыва восточноевропейского коммунистического блока и разрыва его), но и потому что вообще на рубеже 70-80-х годов прошлого века на авансцену западноевропейской политики вышли лидеры, которые во многом определили финальный акт борьбы с коммунизмом.

Это президент США Рональд Рейган, премьер-министр Великобритании Маргарет Тэтчер и папа Иоанн Павел II. Потому что они перевели всё это из плоскости борьбы систем и оценки эффективности тех или иных систем непосредственно в сюжет противостояния добра и зла, как об этом сказал Рональд Рейган в своей канонической речи 8 марта 1983 года на евангелической конференции во Флориде — той самой, где он назвал Советский Союз империей зла. И в этом смысле Иоанн Павел II тоже был весьма важен.

Али Агджа, впоследствии выйдя из тюрьмы, сказал, что заказчиком преступления был кардинал Казароли, государственный секретарь святого престола, который был лидером левой партии, враждебной всему этому тренду. Но об этом сейчас уже трудно судить. Об этом написаны многие книги, из которых я некоторые даже читал.

В Италии вообще было очень популярно это обсуждение. Некоторые герои всех этих историй стали прототипами ключевых персонажей культового сериала нашей с вами юности «Спрут» («La Piovra») — помните, был такой?

Масон Эспиноса, прототип которого — Личо Джелли, шеф масонской ложи «П2», которого подозревают в организации убийства папы Иоанна Павла I и, возможно, митрополита Никодима Ротова — идеолога нынешней РПЦ МП, скончавшегося в Ватикане в 1978 году, когда он прибыл на встречу с папой Иоанном Павлом I. Банкир Микеле Синдона, который заправлял мафиозными деньгами — в сериале «Спрут» это был Тано Карриди. И так далее. Я думаю, что многие из нас смотрели «Спрут» — это всё-таки был один из первых крутых сериалов, который стал вообще доступен глазам советского человека в конце 80-х годов.

С.Белковский: Путин, безусловно, является глубоко антисоветским человеком

Но вся эта конспирология не имеет значения, а имеет значение философия вопроса. Через некоторое время после покушения, а именно в 1984 году, папа Иоанн Павел II решил заняться обращением России. Он предупредил об этом еще в декабре 1983 года. Осуществленная им акция состоялась 25 марта 1984 года на площади Святого Петра в Риме, собственно, перед статуей фатимской Богоматери, куда были приглашены многие епископы. Но, опять же, он это всё сделал непублично — об этом не было заявлено. Это не было соборное посвящение, что противоречит инструкциям Богоматери.

И в этот же день, 25 марта 1984 года, Павел Хнилица, упомянутый титулярный епископ Русада, оказался в Москве. Вернее, в Москву он прибыл 22 марта в качестве обычного туриста и, завернув текст молитвы с посвящением в газету «Правда», как он говорит, совершил это моление (опять же, тайно и непублично) сначала в Архангельском, а затем в Успенском соборе Московского Кремля, которые были открыты для туристических посещений.

Сам Павел Хнилица в своих мемуарах указывает, что он вообще не должен был получить советскую визу, но находился перед этим в Калькутте у матери Терезы, с которой также дружил. И благодаря молитвам матери Терезы он получил визу и на 3 дня прибыл в Советский Союз.

Как мы видим, через год началась перестройка. То есть начались радикальные процессы, которые положили конец самому главному антихристианскому проекту в истории — советскому тоталитарному коммунизму. Тут всё сходится. 1942 год: посвящение мира — перелом во Второй мировой войне. 1952 год: апостольское послание Пия XII — смерть Сталина. И, соответственно, акт Иоанна Павла II и Павла Хнилицы 25 марта 1984 года — начало перестройки. Таких совпадений не бывает, как сказал бы телеведущий Дмитрий Киселев.

Но всё равно не выполнено главное: Россия не посвящена публично, глобально и соборно сердцу Божьей Матери. Если относиться к этому не только буквально, но и метафорически, то надо опять вернуться к вопросу о том, какую роль в современной разрядке международной напряженности и переустройстве мира может сыграть папа римский — в частности, папа Франциск. Пока мы не видели от него каких-то существенных шагов и вообще желания реализовать эту миссию. Он ведет себя достаточно скромно.

Чуть-чуть забежав назад в этом изложении, могу сказать, что папа Бенедикт XVI (Карл Йозеф Ратцингер), который очень много работал с фатимскими пророчествами, избрал имя Бенедикт неслучайно, когда был избран верховным понтификом в 2005 году после кончины Иоанна Павла I — поскольку сами фатимские пророчества были даны во время понтификата папы Бенедикта XV в 1917 году.

На мой взгляд, Карл Йозеф Ратцингер, еще будучи префектом Конгрегации доктрины веры, очень глубоко проник и в третье пророчество. Многие считают, что в нем содержатся указания на то самое покушение на Иоанна Павла II 13 мая 1981 года. Но это не совсем так. Скорее там содержатся указания на кризис Ватикана и Римско-католической церкви вообще, который очень хорошо описан в творчестве истинного католика Паоло Соррентино — в его блестящих фильмах «Молодой папа» и «Новый папа».

Потому что Римско-католическая церковь, как всякая иерархическая структура, должна уйти в прошлое. И сейчас она так или иначе живет с этим осознанием предраспада, который повергает ее в ужас, и повергал в ужас и Бенедикта XVI, который неоднократно, хотя во многом иносказательно, говорил во время своего понтификата, в том числе и призывая не трактовать третье пророчество Фатимы буквально, то есть скорее говорить о необходимости покаяния и не рассматривать это как фантастический боевик со сбывшимися предсказаниями.

При том, собственно, во время понтификата Бенедикта XVI разразилась череда педофильских скандалов, которая нанесла значительный урон репутации Римско-католической церкви, и без того последовательно утрачивающей свое влияние в Европе.

Именно поэтому, я думаю, Бенедикт XVI решил уйти на покой в 2013 году (что, опять же, символично, поскольку нынешняя гибридная Четвертая мировая война началась в 2014) и передать престол латиноамериканскому кардиналу Хосе Марио Бергольо, который стал папой Франциском.

При этом Хосе Марио Бергольо — этнический итальянец, что тоже важно, потому что после понтификата поляка и немца нужно было как-то и итальянца всё же вернуть в Ватикан. Пусть даже и аргентинского итальянца. И поскольку Латинская Америка — это сегодня так или иначе зона относительного расцвета католицизма, в отличие от старой Европы, где влияние католической церкви снижается, то это тоже был абсолютно логичный шаг.

Вот, собственно, мы ждем, сделает ли что-нибудь Ватикан сегодня, когда католик Джозеф Байден стал президентом США и, кажется, всё указывает на то, что роль римского папы может быть очень большой в налаживании отношений между Россией и США и вообще в установлении мира, для чего должен быть сделан абсолютно необходимый шаг. Он и подведет черту под путинской эпохой, если эта эпоха будет клониться к закату. Это всё же публичное и соборное посвящение России непорочному сердцу Божьей Матери, чего, вопреки фатимским заповедям Богоматери, как я уже сказал, сделано пока не было.

Пока, собственно, спрос на папу Франциска, как глобального и локального модератора, растет. В частности (это, конечно, проблема и явление другого порядка, но тоже важное с точки зрения мировой политики и экономики событие) развод Билла Гейтса с его женой Мелиндой, урожденной Френч, которая является ревностный католичкой. Мелинда Френч уже дала понять, что папа Франциск должен окончательно освятить этот развод и одобрить его условия.

Уже становится всё более понятно, что Билл Гейтс не был белым и пушистым. Что он не был верен своей супруге уже давно и поддерживал отношения с известным тандемом авантюристов — Джеффри Эпштейном и его подругой Гислейн Максвелл, дочерью еще более великого авантюриста Роберта Максвелла, погибшего при невыясненных обстоятельствах при падении с борта яхты «Леди Гислейн», названной в честь его дочери, в 1991 году. Напомню, что Роберт Максвелл был гигантским медиамагнатом. «Роберт Максвелл Групп» была признана банкротом после его гибели — падения с яхты «Леди Гислейн».

Билл Гейтс, вполне возможно, был вовлечен во всякие педофильские истории. А сейчас газета «Нью-Йорк Таймс» уже публикует истории его сексуальных домогательств к сотрудницам Microsoft. Нарастают слухи о его романе с 36-летний переводчицей Шелли Ванг, которая работала в благотворительном фонде Билла и Мелинды Гейтс (по-моему, кажется, и продолжает работать). И так далее.

В общем, надо сказать, что Билл Гейтс, сыгравший весьма неоднозначную роль в распространении пандемии вируса глобальной паники в 2020 году с неясными бизнес-интересами, сейчас совершенно логично оказался, опять же, в эпицентре огромного скандала с неясными последствиями, положить конец которому так или иначе должен папа римский Франциск. Поэтому посмотрим, что из этого всего выйдет. Важно, как мы все понимаем эту историю.

А сейчас переходим к белковским чтениям — к трактату «Эпоха Возвращения». Собственно, ваш покорный слуга имеет честь считать себя автором теории «Возвращения», которая описывается в этом трактате. И с сегодняшнего дня, 22 мая 2021 года, я буду с упорством (возможно, достойным лучшего применения) всё это рассказывать во всех доступных мне формах и проявлениях.

Итак, эпоха Возвращения. Человечество входит в новую эпоху. Она весьма условно началась со стартом эры Водолея, пришедшей на смену эону Рыб в 2003 году. Это астрологические категории, которые мы с вами неоднократно обсуждали. Но вообще к демаргинализации астрологии мы придем, когда вспомним, как часто на астрологические механизмы опирается Священное Писание, различные науки и дисциплины всех времен и народов и так далее. Это отдельная тема.

Однако основные черты эпохи, равно как и скорость неизбежных перемен в самовосприятии и судьбе человечества, отчетливо обозначились скорее в совсем недавнем 2020 году, в условиях и на фоне пандемии covid-19, которую я лично, как вы знаете, склонен считать более пандемией паники, обусловленной бессознательным страхом человека и человечества перед наступающими неотвратимыми переменами коренного и, что немаловажно, необратимого свойства.

Так нередко случается, когда радикально меняешь работу или семью; просто переезжаешь в новый дом, в другой город или страну; если и когда меняется привычная и даже вроде давно опостылевшая, но всё же столь знакомая власть; когда отказываешься от многолетней привычки, ставшей частью твоей личности и твоего характера. Даже бытийных подробностей, которые кажутся вторичными — прически или растительности на лице. Например, вчера ты был с бородой, сегодня без, или постриг волосы. Фирменная одежда, которая за годы превратилась в орган твоего тела.

И вроде бы рационально ты понимал, что нечто подобное может случиться. Может быть, даже в какой-то мере хотел этого и даже формально боролся за это, и не исключено, что внешне яростно и совершенно последовательно внутренне. Но всё равно, когда качественные изменения бытия и образа жизни приходят на самом деле — весомо, грубо, зримо, как сказал Владимир Владимирович Маяковский — они порождают бессознательный и часто противоречащий нашим формальным представлениям и заявлениям в такой ситуации психологический кризис разной длительности и глубины. Неизвестное страшит, даже если в общих чертах оно было предсказуемо и декларативно, то есть на словах желанно.

Вот эта ситуация пришествия новой эпохи и погрузила нас в панику, замаскированную под страх перед вроде как неизвестной, непредсказуемой вирусной болезнью, этим covid-19, которая была и оказалась отнюдь не столь страшно опасной, как, собственно, наше чувственное и сверхчувственное человеческое отношение к ней.

Как говорит и показывает нам всемирная история эпидемий, эти развернутые в пространстве-времени напасти приходят часто (и даже как правило) на стыке и сломе эпох, в периоды повышенной психологической нестабильности, а следовательно, эмоциональной уязвимости среднестатистического человека — среднего человека в целом.

Вообще нелишне припомнить, что болезнь — это одна из типовых для нас схем бегства от реальности, защиты от внешних репрессивных механизмов, я бы сказал, способ провокации жалости, сострадания и, стало быть, дополнительной заботы со стороны окружающих. Мы нередко болеем, когда не знаем, как и почему жить дальше, и только по этой причине. Или когда, например, хотим привлечь благосклонное внимание близких и далеких людей, которого нам именно в данной жизненный момент остро не хватает.

В этом смысле болезнь всегда скорее субъективна, чем объективна, и на этом построены, собственно, все психосоматические штудии и практики. Известный социолог Эмиль Дюркгейм, о котором я имел честь вам докладывать в прошлой программе, говорил еще об аномии — о том, что на сломах эпох человек впадает в панику от того, что исчезают законы привычного для него мира. Это то же самое, только вид сбоку — иное описание тех же самых процессов.

Поэтому начинающийся длительный и, возможно, завершающийся (хотя, естественно, с уверенностью мы судить об этом не можем) период истории человечества мы назовем эпохой Возвращения. Давайте зафиксируем в нашей коллективной голове Змея Горыныча этот термин. Она включает многие астрологические черты эры Водолея и характеризуется, но не исчерпывается ими.

Эпоха возвращения идет на смену Большому Просвещению, кульминации эпохи Просвещения, в котором мы жили, опять же, очень условно (историки могут нас раскритиковать за эту дату, но это в данном случае не так важно), с 1789 года — начала активной фазы Великой французской революции. A точкой перегиба Большого Просвещения был 1914 год — старт Первой мировой войны. Кульминация — это, собственно, модернистский тоталитаризм 1917-1989 годов, главной ареной которого стали Советский Союз, нацистская Германия и в какой-то степени Китай.

С.Белковский: Путь Сахарова — это в первую очередь путь покаяния

Главный смысл уходящей и ушедшей эпохи мы формулируем так. Человек стал таким умным и красивым, таким любящим себя и уверенным в себе, что может и должен обходиться без Бога. Как сказал в свое время Пьер-Симон Лаплас, известный математик и астроном, Наполеону Бонапарту, в гипотезе Бога он не нуждается. Вот и мы в это время в основном (по крайней мере, на уровне больших чисел и социальных систем) в гипотезе Бога не нуждались. То есть отдельные люди нуждались, и в большом количестве, но не общество в целом.

И вполне закономерно, что именно в период Большого Просвещения были достигнуты максимальные уровни и раскрепощения, и закрепощения человека разумного — возьмем, например, хотя бы советский Гулаг. Создана и система уникальной, нарочитой, подчеркнутой заботы о человеческой жизни, которая приобрела невиданную дотоле формальную, в том числе измеряемую деньгами, ценность, и гигантские машины уничтожения людей, в кратчайшие по меркам истории сроки переварившие, переработавшие десятки миллионов жертв.

Глубоко эшелонированные иерархии просвещенской социализации освобождали человека от Бога и сопряженных с этим зависимостей, тем самым погружая в совершенно непролазное болото зависимости от себя самого и себе подобных, а также сугубо материальных и материалистических обстоятельств.

Пик Просвещения (а высшей его исторической точкой можно считать образцовый тоталитаризм XX века — опять же, в форматах советского и китайского коммунизма и германского нацизма) сопровождался ярчайшей вспышкой интеллектуальной гордыни человечества. Помните, академик Сахаров особенно дорог тем, что он пошел путем покаяния за эту интеллектуальную гордыню. Никогда прежде еще так не поклонялись величию и всесилию человеческого разума, как в самые вырви глаз концлагерные времена.

Здесь нельзя не отметить, что всякий раз, когда в нашем людском сообществе сгущается гордыня, нам посылают тех самых четырех всадников Апокалипсиса — войну, чуму, голод и смерть. В жестокую эру Рыб, закончившуюся в 2003 году, это всё было по-взрослому — от средневековой «черной смерти» до мировых войн XX века. В расслабленную эру Водолея всё происходит лайт, в несколько пародийном варианте — от covid-19 вместо «черной смерти» до транснациональной и надгосударственной гибридной войны с преобладанием кибератак, что мы наблюдаем сегодня. И гибель «Титаника» в 1912 году похожа на аварию контейнеровоза «Ever Given» в Суэцком канале в 2021 году и отличается от нее точно так же, как рыбный подход к реальности от водолейного.

Попытаемся теперь обсудить основные положения теории Возвращения, описывающие пришедшую одноименную эпоху. 4 базовые формулы наступающей эпохи Возвращения видятся нам такими.

а) человек не может обходиться без Бога — как минимум идеи Бога.

б) все острые крупные противоречия былых времен подлежат диалектическому преодолению и снятию — то, что великий Г. В. Ф. Гегель назвал по-немецки die Aufheben. Это слово не имеет точного русского перевода, поэтому я его привожу тоже.

в) роковые острые страсти, которые во многом двигали прошлой эпохой, растворяются в воздухе и притупляются в компромиссе — и в положительном, и в негативном смыслах. Потому что понятия «компромисс» и «бескомпромиссный» всегда включают двойное значение и назначение. С одной стороны, компромисс — это хорошо, это «между». С другой стороны, компромисс — это плохо, потому что это сдача позиций, предательство. Вот компромисс в эту эпоху будет скорее со знаком плюс, чем минус.

И, наконец, г) важнейшая цель человечества в его посюстороннем существовании — это преодоление одиночества. Космического одиночества, которое возникло в момент изгнания человека из Рая, и бытийного, жизненного одиночества, которое начинается в мгновение выхода из утробы матери или, как максимум, отнимания от материнской груди.

Теперь я хочу выделить целых 12 смысловых приоритетов — основных элементов повестки, как принято пошло говорить в наши времена — эпохи Возвращения.

Первое — это преодоление великого разрыва между научным и религиозным познанием мира, в условиях которого мы жили фактически с начала Большого Просвещения, то есть со второй половины XVIII века. Замечу, кстати, что Большое Просвещение еще ознаменовало свое начало страшным лиссабонским землетрясением, так обострившим полемику о теодицее в Европе. Но об этом мы поговорим отдельно.

Религия и наука отныне не противостоят друг другу, и тем более не обречены на войну между собой, но неизбежно формируют единый механизм восприятия и познания мироздания и на макроуровне, и на микроуровне.

Второе — это примирение различных форм человеческого опыта, которые в эпоху Просвещения, и особенно Большого Просвещения со времен Великой французской революции, считались несовместимыми или трудносовместимыми. В частности, так называемого рационального опыта и нуминозного, или сакрального опыта.

Эпоха предполагает рационализацию озарения как важнейшего и самого эффективного инструмента человеческого познания, механизма доступа ко всеобщему резервуару априорно существующих знаний и представлений (по Платону), формирование завершенных представлений о бессознательном как вместилище предустановленного матобеспечения (я бы это так назвал) человека; неких знаний, получаемых и обретаемых человеком в момент зачатия — собственно, стартовой точки его биологического бытия.

Третье — это легитимация воображения как формы познания. Всё, что существует в воображении, есть законная часть реальности, такая же, как данное нам в материальном ощущении. Всё, что способно открыть нам наше воображение, способно случится, произойти с нами в совершенно практической реальности и действительности.

Здесь мы видим такой синтетический ремейк принципа «черного лебедя», описанного разными теоретиками от Джона Стюарта Милля до Нассима Талеба, и такой лайт-версии известного «закона Мерфи». Этот синтетический тезис я бы сформулировал так: всё, что теоретически могло бы с нами случиться, когда-нибудь с кем-нибудь произойдет. Всё, что живет в нашем воображении, когда-нибудь с кем-нибудь обязательно произойдет.

Дальше нас ожидает диалектическое снятие противоречий между крупнейшими мировыми религиями и, шире, вероучениями — доктринами возникновения, развития и упразднения этого физического материального мира.

Такие противоречия в их наиболее острой форме были имманентно присущи эону Рыб, в который, собственно, крупнейшие мировые религии и возникли (большинство из них, не все). Продолжался этот эон, как мы знаем, 2148 лет — до 2003 года.

Противоречия эти составляли, собственно, важнейший элемент смыслосодержания эпохи. А при выходе и переходе мироздания из плотной тяжелой стихии Воды (рыбной) в разреженные легкие массы Воздуха, знаком которого является Водолей, они постепенно снимаются. Становится ясно, что каждая религиозная конфессия — это один из легитимных путей познания Бога и его творения, поскольку нам заповедана принципиальная множественность путей познания.

Здесь мы вспомним метафору Вавилонской башни, которую невозможно построить, и много аналогичных. Важно теперь отныне то, что объединяет представителей разных религий, а не фатально, как прежде, отдаляет их друг от друга, противопоставляя одних другим. То есть каждая из религий остается автономной, но они больше не воюют друг с другом. То есть полицивилизационный подход, безусловно, сочетается с примирением между различными цивилизациями.

Соответственно, мы должны констатировать уход в историю присущего Просвещению идеологического и политического разделения на «левых» и «правых». Неслучайно сами термины «левые» и «правые» возникли во французском парламенте периода Великой революции, обозначаемого нами как стартовый насыщенный отрезок Большого Просвещения.

Известная диаграмма Нолана и прочие инструменты описания политических взглядов и приоритетов в эту эпоху упраздняются. Они больше нерелевантны. На смену им приходит другая матрица — «будущее/прошлое», «глобальное/локальное».

При том, что в актуальной политике прошлое еще долго будет присутствовать наряду и наравне с будущим, а в некоторых формах и проявлениях даже превалируя над ним до определенных линий и пределов. Эпоха не приходит в один день. Она всегда борется с предыдущей эпохой еще продолжительное время.

Далее важнейшая черта этой эпохи — обретение понимания, что человек органически привязан к своему месту и времени в истории. У всякого из нас есть определенные координаты в четырехмерном пространстве-времени (в континууме). История же сама по себе, во-первых, реально существует как на макроуровне (цивилизации, нации, классы), так и внизу, для каждого конкретного индивидуума.

История есть функция, где переменны время и место. История не терпит сослагательного наклонения (это, опять же, абсолютно верная банальность) ни в смысле времени (то есть нельзя просто переместиться в какое-то другое время — на уровне воображения можно, но это непродуктивно), ни в плане «порта приписки», тесно увязанного с ментально-культурной идентичностью.

Рассуждение о том, как бы ты мог проявить и реализовать себя в иное время и в совсем другом месте, практически бессмысленно и есть лишь прикладное проявление и следствие глубинной гордыни человека, заодно с бессознательным стремлением отдаться власти воображения, носитель которого становится неожиданно, хотя и не всегда воплотимо, могущественным. Ведь перенеся себя в другую эпоху и в другое место, можно сотворить всё то, что ты не можешь сделать на своем собственном месте в свое собственное время, оправдывая тем самым собственную слабость и несовершенство.

Место и время воедино, вот эти координаты в четырехмерном пространстве Минковского — это ключевая предпосылка того пути познания Творца и творения, который в каждом из нас идет. Эксклюзивного пути, несмешиваемого с другими.

Здесь диалектически снимается имманентное предшествующей эпохе — эону Рыб вообще и Большому Просвещению в особенности — противоречие между позитивной свободой «для» и негативной свободой «от», двумя пониманиями свободы, которые, пожалуй, оптимально описаны Исайей Берлином в его классическом труде «Два понимания свободы».

Формируется синтетическая свобода воплощения миссии, реализации жизненного задания, заключающая в себе и органически интегрирующая все основополагающие ценности свободы «от» — негативной свободы. Ты свободен от внешних ограничений (включая социальные, общественные) постольку, поскольку следуешь программе реализации своего жизненного задания. И несвободен от таких ограничений в той же мере, насколько пресловутые «красные линии» привязаны к твоим координатам в четырехмерном континууме.

Далее — очень важно: страх смерти, как важнейший побудительный, движущий мотив человека и человечества, уступает место стремлению к гармонии и качеству жизни, к счастью здесь и сейчас — в том самом месте и времени, о котором мы только что говорили минуту назад.

Здесь мы должны упомянуть белковскую теорию смерти. Она, естественно, называется так условно — она компилятивна и опирается на огромный массив многосотлетних мыслительных изысканий: от Платона через весь психоанализ, Фрейда, Юнга и Отто Ранка, вплоть до Жана Бодрийяра и Раймонда Моуди.

Напомню, что согласно теории смерти, которую мы в этой студии уже обсуждали, человек бессознательно, а значит, фундаментально и неизбывно, боится не столько небытия, сколько бытия. Страдания и мучения человека начинаются с момента выхода из утробы матери во враждебный мир, перенасыщенный перманентными рисками и угрозами.

Всё, что делает и к чему стремится человек, направлено на преодоление и нейтрализацию этого страха жизни, который полностью прекращается лишь с возвращением в утробу матери-земли. Вот эта метафора «мать-земля» отнюдь не случайна и глубже, чем представляется на первый беглый взгляд. Примирение же с имманентным страхом жизни возможно лишь благодаря обретению жизненной гармонии — где? — на пути реализации жизненного задания, включающего время и место, о чем мы выше говорили.

Поэтому одно из важных следствий теории смерти: страдание, включая тяжелую болезнь, не может быть оправданием каких-либо неправильных поступков и мыслей. Потому что страдают все — изначально, априори и перманентно.

Рядом с теорией смерти в пределах общей доктрины Возвращения существует и теория старости, которая упраздняет старость в ее прежнем понимании. Человеческая жизнь состоит теперь из периодов становления и зрелости, а стариком человек разумный не становится до самого мига прекращения физического бытия.

В этот момент мы прерываемся в связи с исчерпанием нашего временного ресурса программы «Время Белковского». Само время Белковского бесконечно, но дискретно. Оно квантово, но по программам, расположенным в эфире «Эха Москвы». И в этом смысле оно не резиновое.

Продолжим белковские чтения трактата «Эпоха Возвращения» в следующем выпуске, который будет уже обычным — с «Мавзолеем», всей текущей политикой и сопутствующей чепухой. Чепухой, конечно, в хорошем смысле, потому что разве можно говорить о чепухе в смысле плохом?

А сейчас, под занавес, у нас, как всегда, музыкальная композиция. Та самая композиция, которую я хотел бы видеть гимном следующий послепутинской России. Тем более в мае нынешнего года, как и в мае любого другого года, важный день в истории русского рока — день рождения Юрия Юлиановича Шевчука, основателя и фронтмена группы «ДДТ». В этом году ему исполнилось, кажется, 64. И по этому случаю, и вообще — Шевчук, «ДДТ», «Я зажег в церквях все свечи».

Большое спасибо! Это был специальный выпуск программы «Время Белковского» на «Эхе Москвы». Обязательно подписывайтесь на ютьюб— и ютуб-каналы «Эха Москвы», на эксклюзивный telegram-канал «Белковский», без которого мы невозможны, и конечно, сотрудничайте, всегда и неизменно, с организацией ФСБ. До скорой встречи 29 мая 2021 года!



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире