'Вопросы к интервью
А. ВЕНЕДИКТОВ — 12 часов в Москве. Всем доброе утро. У микрофона Алексей Венедиктов. Это «Родительское собрание». Напомню, Ксения Ларина в командировке в Болдино. У нас Любовь Николаевна Глебова, глава Рособрнадзора. Доброе утро.

Л. ГЛЕБОВА — Доброе.

А. ВЕНЕДИКТОВ — А я сначала хотел бы разыграть из ЕГЭ 15 дисков аудиокниги Натальи Басовской «Наполеон Бонапарт». Поскольку этот вопрос из ЕГЭ я взял из французского учебника для 5 классов, надо заполнить фразу: «Я богат, как …». Это греческая мифология. «Я богат, как …». Допишите, богат, как кто? Как в греческой мифологии об этом упоминалось. Итак, +79859704545. Не забывайте подписываться. Если первые 15 человек, которые правильно ответят на вопрос «Я богат, как …» кто из греческой мифологии, из ЕГЭ, тот получит аудиокнигу Натальи Басовской «Наполеон Бонапарт». А мы начинаем. Итак, начнём вот с чего. Много вопросов пришло по Интернету. Я буду их просто задавать вот так и хочу ответа. «Любовь Николаевна, — пишет человек по имени borwoman, — постоянно идут разговоры о проведении ЕГЭ только по информатике в 12-ом году в компьютерном варианте. В нашей области в 11-ом году ЕГЭ по информатике сдавало около 900 человек. Значит, будь это компьютерный вариант, необходимо было 900 отлаженных, одинаковых по техническим возможностях, имеющих доступ к серверам проверки ЕГЭ, но не имеющие доступ к остальному Интернету, машин. Как обеспечить равные условия при компьютерной сдачи ЕГЭ?». Любовь Глебова.

Л. ГЛЕБОВА — Ну, во-первых, к сожалению, тотально ещё не в 12-ом году, а в этом году провели эксперимент с 10-классниками в небольшом количестве. Процесс обеспечения компьютерами меня меньше всего волнует. Это далеко не самый сложный вопрос. В любом региональном центре обработки информации, где можно сделать отдельный пункт приёма, это можно сделать первое. Второй вариант.

А. ВЕНЕДИКТОВ — 900?

Л. ГЛЕБОВА — Второй вариант. Мы пойдём по пути разнесения экзамена не в один день.

А. ВЕНЕДИКТОВ — Одного и того же?

Л. ГЛЕБОВА — Одного и того же. Разные группы. В качестве эксперимента можно попробовать это уже в этом году. Поэтому эти 900 человек могут сдавать этот экзамен не в один день.

А. ВЕНЕДИКТОВ — Просто разные варианты будут.

Л. ГЛЕБОВА — Я ещё раз говорю – мы попробуем в режиме проектирования это сделать. У нас уже есть модели, которые являются результатом этого эксперимента прошедшего, они достаточно интересны. В 12-ом году мы попробуем на большой массе с этими вариантами. Думаю, что реальность компьютерного ЕГЭ по информатике – это через 2 года.

А. ВЕНЕДИКТОВ — Через 2 года. Следующий вопрос.

Л. ГЛЕБОВА — Я так думаю.

А. ВЕНЕДИКТОВ — Понимаю. Следующий вопрос от пользователя maskarad: «Чтобы сдавать ЕГЭ, нужна единая образовательная база. Все учителя должны, — это он считает или она, — учить по одному учебнику. А то экзамен единый, а учебников и образовательных программ пруд пруди. И какие учебники соответствуют и удовлетворяют ЕГЭ, непонятно». Любовь Глебовна.

Л. ГЛЕБОВА — Ну, во-первых, мы проверяем федеральную компоненту в рамках Единого государственного экзамена. В стандарте она едина во всех учебниках, которые вариативны в части там, где может быть вариация, и едины в части, где федеральная компонента. Но даже вариации – это вариации не… это не означает, что белое – это чёрное в одной вариации, а в другом по-другому. Поэтому проверять можно компетенции, результаты, которые возникли. И это достаточно просто, и для того чтобы не ставить телегу впереди лошади, как обычно, экзамен не должен двигать всем процессом. Процесс с моей точки зрения должен оставлять вариацию, для того чтобы учитель имел возможность проявлять свой талант, своё творчество в учении своего ребёнка. Поэтому федеральной компоненты достаточно, для того чтобы единообразие было, и проверять единообразие и результаты образования, которые достигнуты единым подходом и вариативным.

А. ВЕНЕДИКТОВ — То есть иными словами единый учебник – это не обязательное условие ЕГЭ?

Л. ГЛЕБОВА — Я думаю, что не только не обязательное, а совсем не нужное.

А. ВЕНЕДИКТОВ — Не нужный.

Л. ГЛЕБОВА — Для образования, а не для ЕГЭ,

А. ВЕНЕДИКТОВ — Maskarad, он же спрашивает: «Почему не заменить ЕГЭ по иностранному языку, например, тестом IELTS, — я не знаю, что это такое, — для английского и аналогичными тестами по другим языкам. Ведь этот самый IELTS признаётся на международном уровне. Зачем дублировать то, что есть? Ведь ЕГЭ по иностранному языку на международном уровне признаётся». Ну, в общем, ЕГЭ по иностранному языку.

Л. ГЛЕБОВА — ЕГЭ по иностранному. Знаете, если бы вообще нас слышали наши коллеги из-за рубежа, то, что мы называем тестом Единый государственный экзамен, в их понимании тестом никак не является. Потому что везде, где есть элемент экспертный, субъективный – этот инструмент перестаёт быть тестом. Часть «С», введённая в КИМ, перестала, сделала ЕГЭ не тестом. И в этой части…

А. ВЕНЕДИКТОВ — КИМ – это контрольно-измерительные материал.

Л. ГЛЕБОВА — Контрольно-измерительные материал, да. И надо сказать, что это же было сделать ещё в ходе эксперимента. Это было сделано в связи с частью того профессионального сообщества, которое говорило – не может быть одного вот этого «да», «нет», и так далее, угадалка, считалка, и так далее. Надо проверять. Надо смотреть часть «С», поэтому сравнивать в принципе наши измерители с какими-либо тестами не имеет никакого смысла. Это первое. Второе. У нас, так же как в других образовательных системах, государственный национальный экзамен – это не проход в другие образовательные системы. Во всём мире действует установление эквивалентности документов об образовании. Поэтому какой бы мы здесь тест ни сдавали, как бы мы его ни сдавали, если мы сдаём его здесь и нашим силами по нашим процедурам, он должен в другой стране всё равно пройти эту процедуру эквивалентности, да? Точно так же как у нас сейчас оно и есть. Когда к нам приезжают иностранцы, какие бы у них не были дипломы, мы смотрим на то, какому уровню и объёму знаний соответствует это у нас. Поэтому ставить задачу сделать национальный экзамен пропуском в другие образовательные системы – это, наверное, ну, не совсем, это не про то, природа немножечко не та. Но для того чтобы этот экзамен был таковой, чтобы ещё проверять готовность сдавать и те тесты, это интересно, на это можно смотреть.

А. ВЕНЕДИКТОВ — Мы записали это странное слово. Риберто спрашивает: «Почему нижняя граница сдачи ЕГЭ не на 2 устанавливается не до, а после экзамена?».

Л. ГЛЕБОВА — Уже нет. В этом году впервые объявили нижнюю границу по двум обязательным предметам – по русскому языку и по математике.

А. ВЕНЕДИКТОВ — По обязательным.

Л. ГЛЕБОВА — По обязательным. Перед началом нового учебного года 30 августа. На пресс-конференции журналистам я об этом отчитывалась.

А. ВЕНЕДИКТОВ — Сейчас?

Л. ГЛЕБОВА — Она уже известна.

А. ВЕНЕДИКТОВ — Не помните?

Л. ГЛЕБОВА — Загляните на сайт, это будет более точная информация, потому что там есть первичные баллы, тестовый балл достаточно сложный, знаете. Пусть лучше будет более точная информация. По обязательным. Будем двигаться дальше по другим предметам в том же направлении. То есть для того чтобы её установить, должен быть массив большой, для того чтобы проверить. Вот, по обязательным он большой.

А. ВЕНЕДИКТОВ — 160 000 в этом году было.

Л. ГЛЕБОВА — Да. Значит. Всё, что с добровольными, массив меньше. Думаю, что мы последовательно пойдём… следующий массив у нас – обществознание, его больше половины выпускников сдаёт. Потом физика, его сдают четверть. Ну и так далее. Вот в этом порядке и будем двигаться дальше, для того чтобы выходить на то, чтоб минималку объявлять до начала нового учебного года.

А. ВЕНЕДИКТОВ — Любовь Глебова. Это loren спрашивает: «Уважаемая Любовь Николаевна, рассматриваете ли вы возможность привлечения сотрудников полиции в качестве наблюдателей на экзаменах. Как показывает практика, в регионах этот метод работает :=)».

Л. ГЛЕБОВА — Вы знаете, как показывает практика в регионах, представители полиции у нас, в нашей процедуре должны быть, но не в качестве общественных наблюдателей, а в качестве реализующих свою основную функцию. Вот, если бы, к примеру, у нас хорошо функцию эту реализовывала та полиция, которая сидела на экзамене в таком нашумевшем, да, где вместо мальчика пришла девочка…

А. ВЕНЕДИКТОВ — Из вуза. Золотая медалистка.

Л. ГЛЕБОВА — Что делает полиция? Она берёт документы и проверяет, что тот, кто пришёл, это тот, кого документ. Вот если эта полиция смотрела, что документ на мальчика, а пришла девочка, да? Вот, лучше бы она занималась своим делом, полиция, да, тогда бы прецедента не возникло. Ну прецедента – мягко сказано, да? Проблемы бы не возникло. Поэтому сотрудники полиции у нас есть в процедуре проведения экзамена, они заняты своим делом…

А. ВЕНЕДИКТОВ — То есть они проверяют документы?

Л. ГЛЕБОВА — В том числе и документы. В том числе и проверяют документы. В качестве общественных наблюдателей, как, кстати и в качестве организаторов пунктов приёма экзамена у нас должны приходить, безусловно, разные люди вне зависимости от их профессии. Может, он своё основное время и работает в полиции, но если он в своё нерабочее время, прошедши обучение на курсах, да, когда знают, чем там заниматься общественный деятель.

А. ВЕНЕДИКТОВ — Подождите, наблюдатель должен пройти курсы, вы считаете, любой?

Л. ГЛЕБОВА — Обязательно. Это не я считаю. Так по процедуре записано.

А. ВЕНЕДИКТОВ — А родитель наблюдатель?

Л. ГЛЕБОВА — Обязательно. Только он должен пойти не в тот класс, где сидит его ребёнок.

А. ВЕНЕДИКТОВ — Да. Но всё равно пройти курс, да?

Л. ГЛЕБОВА — Обязательно. Понимаете, вся проблема – она может заключаться в том, что из наблюдателей, которые пришли сделать добро, они могут превратиться в наблюдателей, которые творят зло, потому что они не знают, что им нужно наблюдать, они не знают, на предмет чего нужно внимательным-то быть, да? Что они имеют право? На что дети имеют право? Что они должны обеспечивать? Поэтому они должны это чётко знать. Поэтому у нас весной, собственно, у органов управления образованием на местах в регионах, есть такая обязанность. Сначала, значит, собрать всех желающих, сказать им, что вообще это, про что, а после этого они должны провести так называемую процедуру аккредитационную, важно их допустить в пункт приёма экзамена.

А. ВЕНЕДИКТОВ — Это делает…

Л. ГЛЕБОВА — Это органы управления образования, да.

А. ВЕНЕДИКТОВ — Органы управления образования.

Л. ГЛЕБОВА — Поэтому, знаете, когда у меня иногда раздаются звонки – я пришёл в качестве общественного наблюдателя в школу в пункт приёма экзамена, а меня туда не пустили, вот у нас какое безобразие! Да не безобразие, это порядок. Это порядок.

А. ВЕНЕДИКТОВ — То есть надо пройти аккредитацию?

Л. ГЛЕБОВА — Надо пройти обучение, аккредитацию и идти. И чем больше будет таких общественных наблюдателей, прошедших это, которые из полиции, которые из милиции, которые преподаватели высшей школы, кто родители, да, тем больше у нас будет возможности считать, что никто на экзамене не списывает, что мобильников ни у кого нет, что процедура честная. И чем больше будет людей, которые со стороны подтвердят это, тем больше будет доверия к результату.

А. ВЕНЕДИКТОВ — В этой связи я вернулся бы к этому случаю, когда студенты сдавали за… не только девочки, но и мальчики… хорошие студенты, мы потом изучили, я имею в виду хорошо учащиеся студенты.

Л. ГЛЕБОВА — Да, хорошие.

А. ВЕНЕДИКТОВ — Вот, впервые публично об этом заговорили. Конечно, это было сделано не впервые. Ещё и в мои годы приходили и сдавали экзамены и писали сочинения друг за друга, это бывало всё, и за деньги и по приятельству – всё бывало. То есть такая практика в Советском Союзе и России была. В этой связи у меня вопрос – будет ли… да, и дети были на 2 летних месяца как бы приостановлены в вузе их учение, на два летних месяца, а потом вуз, хороший вуз, МИФИ, их принял обратно. Поскольку нет никаких вроде бы законодательных актов. Будет ли предусмотрено что-то в новых правилах министерства образования и науки, что если человек начинает сдавать за другого, то он тогда подвергается, извините, репрессии.

Л. ГЛЕБОВА — Значит, давайте, здесь 2 части. Давайте вот этот случай как бы разберём. Он прошёл.

А. ВЕНЕДИКТОВ — Он очень интересный.

Л. ГЛЕБОВА — Невозможный.

А. ВЕНЕДИКТОВ — Про много рассказать.

Л. ГЛЕБОВА — Про много, да. Впервые в связи с этим случаем, о чём вы говорили. Вот такое явление, там, списывал, один за другого ходил, впервые публично стало со знаком «минус». Всегда это было таким образом – ну, всё ж понятно, ну кто ж не списывает? Если есть возможность, чего ж этого не сделать? Многое, что называют скандалами, является публично ставшие впервые негативным. Не устану повторять – это главное достоинство Единого государственного экзамена. У нас начинают представление о том, что такое хорошо и что такое плохо, укладываться в соответствии с нормой. Да, я знаю, что эта точка зрения очень спорная, но я не боюсь её высказывать. Я именно таким образом считаю. Вторая история, вторая часть вопроса связана со следующим. Смотрите, сам по себе поступок, за который ребят исключили из вуза – он не из темы образовательной, он из темы – готов ты мошенничеством заниматься или нет. Сегодня ты по этому поводу мошенничаешь. Завтра ты по другому поводу мошенничаешь.

А. ВЕНЕДИКТОВ — Это шутка, шутка, приключения, авантюра.

Л. ГЛЕБОВА — Знаете, когда человек идёт в магазине, берёт что-то, его на выходе вяжут, он говорят – ребята, это шутка. Ему говорят – знаешь, что, иди сюда. Может, у тебя, конечно, это была и шутка. Но вообще-то это называется воровство. Поэтому можно, конечно, в его понимании называлось шуткой, но это мошенничество. Поэтому за мошенничество, если в нём есть некий состав преступления на уровне, ну, тяги на уголовное, на административное наказание, это предмет не закона об образовании и не наших правил. К сожалению или к радости, это другая история. Поэтому конкретно, например, установить, что за то, что человек пришёл вместо этого, да, это не в нашем должно быть… но, тем не менее, смотрите, у нас, вот, мы в комиссии после перечня поручения комиссии при президенте по вопросам ЕГЭ, да, там есть такая вещь, давайте объяснять, да, в том числе на уровне письмо об этике проводящих ЕГЭ.

А. ВЕНЕДИКТОВ — Проводящих ЕГЭ.

Л. ГЛЕБОВА — Проводящих. Я бы здесь добавила ещё – давайте установим следующее. Этика тех, кто сдаёт ЕГЭ. Некий тоже такой документ, который позволял бы представлять о том, что такое хорошо, что такое плохо для того, кто сдаёт ЕГЭ. Вот, у нас всё про то, кто проводит, кто нормы пишет, как они, как они, вот, все плохи. А, вот, тот, на которого всё это работает, вот он никак не анализируется, вот, он сидит так и думает – ну-ка, дайте-ка мне, создайте-ка мне такие законы, которые заставят меня быть таким, таким-то. Слушай, а ты чего-нибудь сам делать будешь, для того чтобы быть вот таким?

А. ВЕНЕДИКТОВ — Смотрите, те ребята, за которых сдали – они тоже поступили.

Л. ГЛЕБОВА — Ответ, это нормы, которые регулируются. Вот здесь я с вами согласна. Каждый год – он даёт новую, ну, формальным словом, бюрократическим, скажу – правоприменительную практику. Вот эта правоприменительная практика уже дала изменения в порядок проведения ЕГЭ, который опубликован на сайте, он связан с возможностью пересматривать этой комиссии региональной, которая устанавливает, пересматривать результат. Такого права у комиссии не было. В связи с вновь открывшимися обстоятельствами. У нас было… утвердила комиссия результат, да? Процедура не установлена, что нарушено. Ладно, процедура не нарушена. Теперь есть какие-то другие скрытые факторы. Комиссия имеет право теперь по новым правилам вернуться к этому результату. А вот до этого не могла.

А. ВЕНЕДИКТОВ — А хорошо ли это, потому что тогда снова ученик оказывается в зависимости от комиссии, от преподавателя, по каким-то правилам вдруг решили уменьшить баллы.

Л. ГЛЕБОВА — В данном случае комиссия имеет перечень позиций, в связи с которыми есть основания для пересмотра результатов. К таковым, например, относится федеральная экспертиза, которая проводит… измерений. Мы запрашиваем иногда их материалы и смотрим. Ну, вот, например, есть такие случаи. Они достаточно интересны. Совершенно понятно, что над этими ответами работал не один человек, потому что там есть три почерка.

А. ВЕНЕДИКТОВ — Понятно.

Л. ГЛЕБОВА — Понимаем, да?

А. ВЕНЕДИКТОВ — Да.

Л. ГЛЕБОВА — Мы установили это, отправили экспертизу, вот, раньше оснований для пересмотра оценки не было.

А. ВЕНЕДИКТОВ — Всё равно не было.

Л. ГЛЕБОВА — А сейчас есть. Вот это было и связано… это и было сделано в связи с анализом того случая.

А. ВЕНЕДИКТОВ — Смотрите, сообщает такой портал Карьера.ру – каждый второй российский студент скачивает из Интернета готовые работы.

Л. ГЛЕБОВА — Замечательно, пусть скачивают. А зачем они ему?

А. ВЕНЕДИКТОВ — Вот, треть респондентов сообщили, что прибегают к помощи Интернета, это потому что не видят смысла от практической пользы заданий.

Л. ГЛЕБОВА — Здесь идёт… я хотела бы понять – они что скачивают? Результаты экзаменов?

А. ВЕНЕДИКТОВ — Нет, вообще. Реферат… задаю реферат – они скачивают.

Л. ГЛЕБОВА — Слушайте, раньше из-за книжки, которая называлась… есть какое-нибудь произведение, есть книжка, которая написана по поводу этого произведения. Там переводится, что хотел сказать…

А. ВЕНЕДИКТОВ — Литературоведческие. Писарев, Белинский.

Л. ГЛЕБОВА — Да, да. Он хотел сказать это. В массе сочинений использовались вот эти куски. Учитель русского языка и литературы всегда точно понимала, кто из какого куска это берёт, и уже делало учителя либо принять эту работу, либо не принять. Поэтому если вы написали такой реферат, который вы списали из Интернета, это будет оценкой вашего преподавателя. Если он примет этот реферат, значит, наверное, у него курс не учить, потому что он мало что знает в этой истории.

А. ВЕНЕДИКТОВ — gleb90 спрашивает: «Рассматриваете ли вы возможность в этом году проведения экзамена по выбору в 9 классе в формате ГИА?».

Л. ГЛЕБОВА — У нас 6 лет уже идёт в формате ГИА приём экзаменов по выбору регионов. В этом году практически все регионы участвовали уже в ГИА. В этом году мы вносим уже эту возможность…

А. ВЕНЕДИКТОВ — По выборам?

Л. ГЛЕБОВА — Нет. В закон, значит, сейчас… мы вносим в закон эту модель так, как она работала. Вот, она работала в 9 классе. 5 предметов. 2 обязательных и 3 по выбору. Но обязательно должно быть 5.

А. ВЕНЕДИКТОВ — Два обязательных и три по выбору, но обязательно должно быть 5. Я специально…

Л. ГЛЕБОВА — 5. Вот такая модель у нас работала 6 лет. Вот, знаете, сейчас много-много говорят – ой, давайте делать не так. Может быть. Но мы 6 лет проэкспериментировали эту. Если есть какое-то предложение, надо попробовать. Нельзя сразу. У кого-то появилась хорошая мысль – давай-ка сразу заставим всю страну делать так, как показалось одному человеку.

А. ВЕНЕДИКТОВ — Правильно я понимаю, что все 9-ые классы в этом году будут сдавать…

Л. ГЛЕБОВА — Нет. Мы вносим эту норму в этом году в закон. В следующем году они будут продолжать сдавать ГИА точно так же как и сдавали. Кстати, никакой разницы нет. Всё равно будет продолжаться эксперимент. В штатном режиме, если закон… если мы сейчас это всё вносим и всё принимается, перспектива есть уже в штатном режиме делать с 13-го года.

А. ВЕНЕДИКТОВ — С 131/4-го… вот этот… да?

Л. ГЛЕБОВА — Да, да, да.

А. ВЕНЕДИКТОВ — Понятно. А сейчас там, где эксперимент.

Л. ГЛЕБОВА — А эксперимент везде. У нас везде эксперимент. У нас везде сдают 9-классники в режиме ГИА.

А. ВЕНЕДИКТОВ — Последний вопрос, у нас минута до новостей. «Скажите, пожалуйста, изменится ли ЕГЭ по иностранному языку, — имеет в виду Олег Леонидович Соглаев, преподаватель, — будет ли аудиопрослушивание, может, какие-нибудь эссе на свободные темы?». Иностранный язык.

Л. ГЛЕБОВА — У нас есть предложения по аудиопрослушиванию в этом году. Вопрос в том, что не хватает экспертов, которые проводят это на местах в регионах. Но наши предметники по иностранному сказали, что в нашей демо-версии аудиопрослушивание есть, но человеку нужно просто посмотреть на демо-версию на сайте федерального института педизмерений. И он там найдёт более точные ответы на свои вопросы.

А. ВЕНЕДИКТОВ — Спасибо большое. Любовь Глебова, руководитель Рособрнадзора. После новостей мы снова в студии.

НОВОСТИ

А. ВЕНЕДИКТОВ — 12:35 в Москве. Это программа «Родительское собрание». Любовь Николаевна Глебова, глава Рособрнадзора, у нас в эфире. Только я хочу сказать, что я вам задал вопрос из французского ЕГЭ для 5-х классов. Продолжите фразу «Богат, как…» как Крез, совершенно верно, богат, как Крез. И аудиокнигу от компании «Контент-медиа» Натальи Басовской «Наполеон Бонапарт» получают: (три последние цифры телефона говорю) Лена 537, Ольга 485, Ирина 360, Пётр 603, Мила 265, Наталья 031, Виктор Иванович 801, Лиза 153, Кира – хороший… 000 три последних цифры телефона. У Киры, наверное, очень много поклонников. Легко запоминается. Юля 929, Ольга 800, Лариса 913, Николай 772, Ирина 637 и Владимир 636.

Иду по вашим вопросам. Теперь вы можете задавать вопросы и сюда. Освободился экран от Креза. +79859704545. Не забывайте подписываться. Сейчас будет вопрос от Марины. Буду чередовать Интернет и СМС ваши или через Twitter можете тоже задавать. Вопрос: «Можно ли без негативных последствий отказаться от сдачи ЕГЭ по литературе, если подал заявку на его сдачу, но необходимость в этом пропала? Спасибо, Марина».

Л. ГЛЕБОВА — Можно.

А. ВЕНЕДИКТОВ — Можно?

Л. ГЛЕБОВА — Не приходить на экзамен и всё.

А. ВЕНЕДИКТОВ — Просто.

Л. ГЛЕБОВА — Это литература. Это добровольный предмет.

А. ВЕНЕДИКТОВ — А заменить нельзя? Там же какое-то количество.

Л. ГЛЕБОВА — Нет, нет, если отказаться – пожалуйста, а если хочешь взять себе ещё какой-то другой предмет, это, понимаете, там же нет такого…. 5 экзаменов в одни руки. От кого-то отказался, от чего-то, а к чему-то, для того чтобы первого марта это иметь возможность сделать, нужно обратиться у себя на уровне региона…

А. ВЕНЕДИКТОВ — На уровне региона, Марина.

Л. ГЛЕБОВА — На уровне региона. Это будет второй год действовать. Раньше нужно было через Москву решать.

А. ВЕНЕДИКТОВ — Да.

Л. ГЛЕБОВА — А сейчас уже достаточно решения на уровне региона.

А. ВЕНЕДИКТОВ — Заменить экзамен.

Л. ГЛЕБОВА — Но вообще, Марина, мой совет. А чего вы переживаете? Да запишитесь вы на все экзамены. А потом пришли…

А. ВЕНЕДИКТОВ — А, просто не приходите.

Л. ГЛЕБОВА — Да не приходите и всё.

А. ВЕНЕДИКТОВ — Вас, правда учителя будут отговаривать по полной программе.

Л. ГЛЕБОВА — Ну, понятно, это понятно. И будут говорить – о-о-о-ой, как это невозможно. Потому что они будут думать – а вдруг правда придёт. Придёт, покажет какой-нибудь не тот результат, который хотелось бы учителю увидеть. Ещё не дай бог на показатели школы повлияют. Поэтому, Марина, записывайтесь на то количество экзаменов, которые с вашей точки зрения вам потенциально могут понадобиться. Я точно понимаю, что, наверное, всё равно, там, одновременно не может быть человека, которому понадобится и информатика, например, и ещё что-нибудь…

А. ВЕНЕДИКТОВ — Вот, она решила заменить, например, да?

Л. ГЛЕБОВА — Ну, пожалуйста, у неё будет в арсенале то, что…

А. ВЕНЕДИКТОВ — Спасибо. Алёна меня поправляет: «Студенты, сдавшие ЕГЭ за школьников, были не из МИФИ, а из Физтеха».

Л. ГЛЕБОВА — Из Физтеха, да, да, это правда.

А. ВЕНЕДИКТОВ — Спасибо, Алёна. Важный вопрос от swipey, как он называется: «Любовь Николаевна, у правительства России курс на равные возможности между нормальными людьми и людьми с ограниченными возможностями здоровья. Очень многим сдавать ЕГЭ. Но проблема в том, что клеточки, в которые ставят в бланке ЕГЭ, очень мелкие. Если у ребёнка нарушение опорно-двигательного аппарата, ему фактически нереально заполнить клеточки так, чтобы машина смогла прочесть, что он написал. Либо ребёнок пишет слишком неразборчиво, либо слишком крупно, а такие анкеты просто отбраковываются. В связи с этим вопрос: какие нормы, законы планируются для того, чтобы такой человек смог сдать ЕГЭ и не сидел бы на шее у государства, приносил ему пользу. Среди ребят есть огромное количество талантливых юношей и девушек, которые, к сожалению, отсеиваются ЕГЭ только на основании почерка».

Л. ГЛЕБОВА — Значит, во-первых, давайте скажем, что у правительства Российской Федерации, безусловно, курс на то, чтобы обеспечивать равные возможности для тех, у кого возможности не равные. И для тех, у кого есть ограничения по здоровью, у них есть выбор. Хотите – сдавайте ЕГЭ, а хотите – сдавайте в традиционной форме. Если у вас так плохо со зрением, что вы этого не различаете…

А. ВЕНЕДИКТОВ — Или опорно-двигательный аппарат. Рука.

Л. ГЛЕБОВА — Или рука, да, опорно-двигательный. Тогда не надо рисковать, тогда нужно выбирать традиционную форму проведения экзамена, и результаты для этой категории граждан, выпускников, точно так же зачитываются в приёмной кампании, и точно так же они идут. И экзамен сдают там в традиционной форме. Поэтому… но мы все знаем, что, вот, у наших людей, которые с ограниченными возможностями здоровья, у них свой курс, у них своя идеология. Они говорят – мы хотим быть такими же, как и все.

А. ВЕНЕДИКТОВ — Да.

Л. ГЛЕБОВА — В этой связи они очень упорно идут к своей цели. И многие выбирают Единый государственный экзамен. Вот для разных категорий у нас есть, например, там, для слепых у нас по шрифту Брайль сделаны. Для тех, у кого нет возможности двигаться, там, через компьютер, и так далее. Надо просто точно понимать, что если вы выбрали всё-таки форму Единого государственного экзамена, то эти ограничения вам будут даны те возможности, да, значит, слепой по Брайлю, двигаешься плохо – значит с компьютером можешь работать. И так далее. На каждый предмет предусмотрены такие возможности. Бояться этого не надо.

А. ВЕНЕДИКТОВ — А вот смотрите, обратный вопрос…

Л. ГЛЕБОВА — А на уровне закона и на уровне нормативно-правовых актов особому уделяется этой группе, и на уровне закона описаны все особенности и обучения, и проведения аттестации. И в нормативно-правовых актах есть прям отдельные блоки, которые касаются обучения и сдачи этой категорией…

А. ВЕНЕДИКТОВ — В этой связи есть обратный вопрос от Альберта: «Зачем льгота на поступление?». Вот, мы переходим к одной из важных тем. Ведь ЕГЭ уже уравнял всех выпускников в возможности поступления, когда эта возможность зависит только от знаний, а не от побочных возможностей или невозможностей. Льготы нужно отменить, иначе получается дискредитация ЕГЭ как единого некоррупционного уравнивающего всех экзамена.

Л. ГЛЕБОВА — Значит, понятно, что есть у нас такое понятие, как социальные льготы. Льготы, которые даются для тех, ну, кто в дополнение, там, Чернобыль, ограничены по здоровью, и так далее, и так далее. Это, значит… должна ли быть такая льгота в принципе или не должна?

А. ВЕНЕДИКТОВ — Ну, вот, Альберт считает – не должна.

Л. ГЛЕБОВА — Вот у него такая точка зрения.

А. ВЕНЕДИКТОВ — Да.

Л. ГЛЕБОВА — А для тех людей, которые 3 десятилетия последних в законы внесли нормы, что она должна быть, другая точка зрения, да? Вы хотите мою точку зрения? Это, знаете, совершенно… моя точка зрения – что льготы нужно давать тем, у кого есть эти ограничения, во время обучения. Надо внимательно смотреть, давать им общежитие, давать рабочий день, график, который, там, конечно… для поступления, конечно, это, ну, спорно, как мне… но эта дискуссия в обществе идёт давно.

А. ВЕНЕДИКТОВ — И пусть идёт.

Л. ГЛЕБОВА — Да.

А. ВЕНЕДИКТОВ — Любовь Николаевна, вот вопрос, Германика нам пишет: «Когда отменят… – давайте пойдём по льготам, но мы разделим, есть разные льготы, — когда отменят льготы олимпиадникам, — пишет Германика, — вузовские олимпиады – это коррупционная кормушка. Все должны поступать в вуз по результатам ЕГЭ для всех. Никаких льготников с фальшивым олимпиадным 100 баллами. Равные условия для всех. – Она пишет – вузовские олимпиады лепят 100-балльников, как пирожки. На ЕГЭ набирают 100-балльники единицы».

Л. ГЛЕБОВА — Ну, во-первых, так бы и слушала, знаете, называется. Так бы и слушала Германику.

А. ВЕНЕДИКТОВ — Читаю, читаю.

Л. ГЛЕБОВА — Значит, ответ следующий. Во-первых, шаг в сторону того, чтобы не плодить олимпиадников, делается уже в этом году и даётся возможность использовать эту льготу только один раз.

А. ВЕНЕДИКТОВ — То есть?

Л. ГЛЕБОВА — Вот, у нас сейчас есть возможность подавать заявления в 15 точек. В 5 вузов и по три направления подготовки.

А. ВЕНЕДИКТОВ — То есть олимпиадник без экзаменов…

Л. ГЛЕБОВА — Сейчас.

А. ВЕНЕДИКТОВ — Да.

Л. ГЛЕБОВА — Вот, они всегда могли приложить эту льготу ко всем 15 вариантам. Теперь они могут приложить только в одно место. А в остальных местах идти, как все, по результатам ЕГЭ. Вот такую норму в правила приёма… проект которых опубликован в пятницу на сайте министерства образования и науки, проект правил приёма. Не положений ЕГЭ, которые у нас…

А. ВЕНЕДИКТОВ — Проект правил приёма, услышали, да.

Л. ГЛЕБОВА — Правил приёма, да. Вот там эта норма прописана. И она, если будет принята, рассмотрена и согласована с Минюстом, начнёт действовать. Поэтому уже такого ажиотажа вокруг олимпиад не будет, потому что уже, как этот коэффициент 1 к 15, как минимум. Она нужнее будет меньше в 15 раз. Это, ну, значит, какой-то результат. Является ли он липовым? Ну, коллеги, это надо устанавливать, знаете.

А. ВЕНЕДИКТОВ — Подождите, правильно ли я понимаю, что с этого года, который начался, если у меня по олимпиаде, я, там, призёр олимпиады, раньше я мог подать в 15 точек как олимпиадник в один, а в остальные 14 на общих основаниях.

Л. ГЛЕБОВА — Как ЕГЭшник.

А. ВЕНЕДИКТОВ — На общих основаниях.

Л. ГЛЕБОВА — Это если будут правила эти приёма приняты.

А. ВЕНЕДИКТОВ — Да, я понимаю, это ваше предложение.

Л. ГЛЕБОВА — Предложение министерства образования.

А. ВЕНЕДИКТОВ — Предложение министерства образования. Смотрите, Томичка пишет, ТомИчка, наверное, не знаю.

Л. ГЛЕБОВА — Это касается именно вузовских олимпиад школьников.

А. ВЕНЕДИКТОВ — Вузовских.

Л. ГЛЕБОВА — Всероссийская олимпиада школьников, где у нас около 2000 победителей на всю страну, она так и действует.

А. ВЕНЕДИКТОВ — То есть это вузовские олимпиады. Вузовские олимпиады, хорошо. «Когда, наконец, КИМ, — то есть контрольно-измерительные материалы. – перестанут быть тайной за семью печатями. Почему не опубликовать пусть тысячи вариантов вопросов, чтобы ученики могли определить объём требуемых знаний?».

Л. ГЛЕБОВА — Знаете, можно опубликовать и 10 тысяч. Просто это будет то же самое, что опубликованные учебники, и всё. Пожалуйста. Открывайте учебники и там есть открытый балл контрольно-измерительных материалов. Другой вопрос. У нас в рамках демо-версии открывается 10% банка контрольно-измерительных материалов. По ряду предметов мы идем в сторону открытия банка целиком. Например, по математике. У нас там открытый банк целиком.

А. ВЕНЕДИКТОВ — Где, простите? Где найти? Найти где?

Л. ГЛЕБОВА — На сайтах федерального института педизмерений нужно посмотреть ту дорожку, по которой нужно пройти.

А. ВЕНЕДИКТОВ — Понятно.

Л. ГЛЕБОВА — Ничего там…

А. ВЕНЕДИКТОВ — Послушайте, мы найдём сейчас, мы поставим ссылку на сайте «Эхо Москвы» туда, просто ведёт пусть напрямую на этот сайт.

Л. ГЛЕБОВА — Значит…

А. ВЕНЕДИКТОВ — Поможем вам найти.

Л. ГЛЕБОВА — Хорошо.

А. ВЕНЕДИКТОВ — Там есть, да?

Л. ГЛЕБОВА — Каждая предметная комиссия имеет там своё окошечко, да? Вот, по математике есть открытый банк, они его публикуют. Значит, насколько он открыт – на 100%, на 90 – это уже дело этого профессионального сообщества, этой предметной комиссии. Но математика открыта больше, чем другие.

А. ВЕНЕДИКТОВ — Понятно. Хорошо. Она же задаёт вопрос: «Почему у ученика не оставляют дубликат бланка ответов для возможности апелляций по всем трём частям билета, а не только по части С».

Л. ГЛЕБОВА — Ну для того чтобы не утруждать его тем, чего не нужно делать. Если он хочет апеллировать, пусть запросит свой экземпляр. Ему тут же покажут, как только он это запросит.

А. ВЕНЕДИКТОВ — А вот так?

Л. ГЛЕБОВА — Конечно.

А. ВЕНЕДИКТОВ — Хорошо. «Уже 2 года назад вы говорили о возможности замены бумажных бланков на задания на CD индивидуально для каждого экзаменующегося? Где тот воз?».

Л. ГЛЕБОВА — Ещё раз.

А. ВЕНЕДИКТОВ — «Уже 2 года назад вы, Любовь Николаевна, говорили о возможности замены бумажных бланков на задания на CD для каждого экзаменующегося? Где тот воз?».

Л. ГЛЕБОВА — Наверное, всё-таки как-то слишком натурально восприняли то, что было в ходе дискуссии обсуждалось тот момент. То, о чём сейчас говорят, насколько я могу понять, компьютерная форма проведения ЕГЭ.

А. ВЕНЕДИКТОВ — Я думаю, что да.

Л. ГЛЕБОВА — Вот, компьютерная форма проведения ЕГЭ – это наше светлое будущее, к которому мы все движемся. Пока движемся через информатику. Дальше будем двигаться через другие предметы. Когда готовы будем.

А. ВЕНЕДИКТОВ — Вопрос у нас по СМС, только неподписанный, но поскольку есть телефон… буду называть вас гражданин «607». Это последние цифры. «Скажите, пожалуйста, будет ли в этом году учитываться аттестат 9-го класса плюсом к ЕГЭ?».

Л. ГЛЕБОВА — Нет, пока это… это предложение, которое звучало в ходе дискуссии. Для того чтобы посмотреть, да, превратить его в норму, нужно, как минимум, посмотреть, как оно должно быть сложено, как должно быть сложено. В этом году мы попробуем в ряде регионов провести, да, в 9-ом классе русский и посмотреть, как он будет, да, смотреться дальше через…

А. ВЕНЕДИКТОВ — Вы сторонник вообще портфолио? Чтобы набиралось…

Л. ГЛЕБОВА — Безусловно. Вы знаете, ни один нормальный человек не может быть противником такой точки зрения.

А. ВЕНЕДИКТОВ — То есть надо двигаться в этом направлении?

Л. ГЛЕБОВА — Конечно, конечно. На самом деле движения через олимпиады – тоже движение к портфолио. Другой вопрос – что эти сегменты, которые вне ЕГЭ, должны иметь так же хорошо, ясно, чётко и прозрачно прописанные процедуры, должны пользоваться доверием, чтобы там не легче было мошенничать, потому что то, о чём говорит Германика сейчас. По факту она говорит – ребята, вот, те, кто через ЕГЭ 100 баллов получают – они действительно получают, потому что там много процедур.

А. ВЕНЕДИКТОВ — Честные, да.

Л. ГЛЕБОВА — А в олимпиадах процедур нету. Опять, кто что захотел – тот и делает. Но, кстати, по олимпиаду движется в этом направлении, в этом году мы уже принимали решение, мы сейчас пишем предложение для совета по олимпиадам о том, какие процедуры должны быть. Организаторы олимпиад понимают, что им нужны такие процедуры. В результаты… когда будут пользоваться бОльшим доверием. Чтобы не было такого повального. Если олимпиадник – значит обязательно по блату получил.

А. ВЕНЕДИКТОВ — Очень много пошли вопросы теперь по СМС и по Интернету идут. Учитель из Казани пишет: «9-ые классы на ГИА по русскому языку пришли с ответами теста, взятыми из Интернета. Смысл экзамена? Двоечники получили 4 и 5».

Л. ГЛЕБОВА — Ну значит не пускайте на экзамен тех, кто приходит с чем-нибудь. Как минимум, С мобильным телефоном. Это дело организаторов в пункте приёма экзамена сделать так, чтобы у этого человека не было мобильного телефона.

А. ВЕНЕДИКТОВ — А детей жалко. Свои дети-то.

Л. ГЛЕБОВА — Давайте так. Вот, жалко ребятишек, когда они зуб идут лечить, но мы же не хотим, чтобы он совсем отвалился. Жалко. Только надо понимать, что для того чтобы получить объективный результат, надо потрудиться. Надо.

А. ВЕНЕДИКТОВ — Дмитрий спрашивает: «Ученика сдала ЕГЭ прекрасно. Заболела. Пролежала в больнице. Не смогла. Вновь надо сдавать на следующий год?». Вот, она пролежала в больнице.

Л. ГЛЕБОВА — Сертификат действует два года.

А. ВЕНЕДИКТОВ — Сертификат действует два года. Давайте, важная история. «Когда учителей, — пишет учитель, — освободят от повинности быть организатором ЕГЭ?». Такой хороший вопрос. От учителей.

Л. ГЛЕБОВА — Ну, знаете, если б это воспринимали как повинность, у нас не было бы того, что называется «коррупция перешла в школы». Вот, если принимать, что коррупция перешла в школы, значит, учитель должен держаться за это право, потому что вот тут-то, да, я и скажу, кто кому будет подсказывать, и так далее. Слава богу, что такие вопросы появляются. Значит, слава богу, не везде так. Кстати, Алексей, вы знаете, что вот такой миф, что везде всё списывают, везде всё плохо, везде всё нечестно, прошёл очень интересную, скажем, оценку. ВЦИОМ дал последнее исследование, где было сказано, что все считают, что везде всё плохо, но сами в процессе, когда нечестно, все говорят – так вы были там или нет? – 5%.

А. ВЕНЕДИКТОВ — Понятно.

Л. ГЛЕБОВА — Только 5% в него попадают, но все уверены, что это 100%.

А. ВЕНЕДИКТОВ — В этой связи, вот, Лена уточняет вопрос, который 605: «А если я победитель двух или трёх вузовских олимпиад, всё равно только в один вуз могу подать?».

Л. ГЛЕБОВА — Хороший вопрос.

А. ВЕНЕДИКТОВ — Хороший вопрос.

Л. ГЛЕБОВА — Хороший вопрос.

А. ВЕНЕДИКТОВ — Лена поставила нас в тупик. Надо додумать.

Л. ГЛЕБОВА — Спасибо, я возьму наш телефон. Чтобы не быть неточной.

А. ВЕНЕДИКТОВ — Да.

Л. ГЛЕБОВА — Замечательный вопрос. Хорошо, когда приходится с людьми разговаривать, они задают тебе вопросы, на которые, слава богу, есть те, на которые не знаем ответа. Я обязательно возьму вопрос.

А. ВЕНЕДИКТОВ — Последний вопрос. У нас 3 минуты. Всё-таки возможность появления КИМа в Интернете до экзаменов. Как вы собираетесь с этим бороться?

Л. ГЛЕБОВА — Ответ – не с чем бороться. В 2011 году не было ни одного контрольно-измерительного материала этого года, которые были размещены до начала проведения экзамена.

А. ВЕНЕДИКТОВ — Ну как же? Был же скандал, когда… даже на общественном совете разбирали…

Л. ГЛЕБОВА — Так это ж не до экзамена.

А. ВЕНЕДИКТОВ — Ну, всё равно… это до московского экзамена. Но на Дальнем Востоке. Что делать?

Л. ГЛЕБОВА — Ответ – с мобильниками детей на экзамен не пускать, потому что процедура – она такова, что они начинают появляться в Интернете, когда есть возможность…

А. ВЕНЕДИКТОВ — С Приморья, с Дальнего Востока.

Л. ГЛЕБОВА — Когда он пришёл на экзамен и фотографирует его. Я, правда, никак не могу понять, что вокруг этого такой зазор? Что такой скандал-то?

А. ВЕНЕДИКТОВ — Ну как?

Л. ГЛЕБОВА — Ну что как? Вот, давайте. Вот сейчас в этом году по математике, значит, там 300 000 зарегистрировалось, начиная с 1 января, да? Причём, все посчитали, что они в этот день вышли все туда… там половина людей вообще к экзамену отношения не имеют. Но не в этом дело. Мы интересную вещь посчитали. В этом году был выпущен в Интернет один вопрос из части С8, который точно такой же был в прошлом году. Мы проанализировали…

А. ВЕНЕДИКТОВ — Это прошлогодний?

Л. ГЛЕБОВА — Нет, в этом году по математике. И точно такой же вопрос был в прошлом году. В прошлом году его в Интернете не было. А в этом году он появился в Интернете со всеми ответами. Мы проанализировали, как по нему написали ответ. В прошлом году лучше, чем в этом году.

А. ВЕНЕДИКТОВ — Ох ты.

Л. ГЛЕБОВА — Поэтому я никак не могу понять. Ну что вы себя мучаете этим хождением в Интернет. Ничего хорошего из этого не получается. Так, на всякий случай, для больше чем сотни ребят в этом году закончилось тем, что у них вообще были аннулированы результаты.

А. ВЕНЕДИКТОВ — И тогда…

Л. ГЛЕБОВА — Аннулировали результаты. Они разместили свои вопросы или сегменты контрольно-измерительные материалы, сфотографировав, в сети Интернет.

А. ВЕНЕДИКТОВ — Они сами, ученики?

Л. ГЛЕБОВА — Ученики. Ну конечно, а кто ж ещё.

А. ВЕНЕДИКТОВ — Не, ну кто? Преподаватели.

Л. ГЛЕБОВА — Нет, ну, там, они у ребятишек у руках были.

А. ВЕНЕДИКТОВ — Ага.

Л. ГЛЕБОВА — Соответственно, мы их идентифицировали, то бишь понятно, из какого… какой КИМ сфотографирован, понятно, кому он принадлежит. У нас больше сотни ребят, по-моему, 128 человек по этим процедурам в этом году были аннулированы результаты. То есть не стало….

А. ВЕНЕДИКТОВ — И?

Л. ГЛЕБОВА — Кому-то дали возможность пересдать, а кто-то до следующего года остался ожидать. Не надо, не надо делать того, что не положено.

А. ВЕНЕДИКТОВ — Спасибо большое. Я напомню, что это была Любовь Николаевна Глебова, глава Рособрнадзора. Значит, мы сейчас возьмём все вот эти адреса сайтов, которые полезны для наших пользователей, разместим на нашем сайте ссылки, чтобы вы могли там не искать где-то, а просто через сайт «Эхо Москвы» зайти и искать то, что возможно. Потому что, оказывается, на некоторые вопросы там уже давно есть ответы.

Л. ГЛЕБОВА — И в практике жизни уже давно есть ответы на многие вопросы. Но хорошо, что этим интересуется.

А. ВЕНЕДИКТОВ — Нет, ну важно. Собственно, это они и поступают. В Москве 12 часов 55 минут. И мы продолжаем передачей «Вглядываясь в традиции».


Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире