'Вопросы к интервью
К. ЛАРИНА: Итак, «Родительское собрание» у нас сейчас начнётся через несколько минут. Поскольку сегодня 1-е мая, с чем я вас всех поздравляю, то конечно сегодня сам Бог велел поговорить о государственных праздниках, что это такое в нашей стране, воспитание патриотизма, или просто выходной. Поскольку просто выходной оказался большим затруднением для передвижения по городу Москве, то сегодня наши гости будут по телефону. В программе примут участие Николай Сванидзе, Евгений Ямбург, и писательница, и мама Полина Дашкова. И, конечно же, вы, дорогие друзья, по телефону 363-36-59. Итак, ещё раз напомню телефон прямого эфира, 363-36-59, СМС: +7-985-970-45-45, и твитер, который тоже работает, можно присылать сообщения и вопросы по твитеру, наш аккаунд там называется «Vizvan». Итак, начинаем наше «Родительское собрание», я напомню, что сегодня в студии я одна, и наши гости будут по телефону прямого эфира. Мы надеемся услышать сегодня в передаче Николая Сванидзе, Евгения Ямбурга и Полину Дашкову, а также вас, уважаемые друзья, поскольку речь идёт о государственных национальных праздниках России. Вот когда мы жили в советское время, несмотря ни на что мы прекрасно понимали, что мы отмечаем, 1-е мая это 1-е мая, 9-е мая это 9-е мая, 7-е ноября это 7-е ноября, пожалуй, так я больше ничего и не вспомню. Понятно, что день ВДВ, сколько я себя помню, столько он и существовал. 8-е марта, конечно же, это 8-е марта, религиозных праздников практически не было, если были, то тайно отмечались, понятное дело, что новый год и старый новый год, это традиционные тоже праздники, особенно старый новый год это традиционный советский праздник. Сегодня всё очень сильно перепуталось и изменилось, и вот сегодняшний день мы видим, что перекрыто всё движение в центре города. С одной стороны коммунисты, с другой стороны профсоюзы, с третьей стороны ещё кто-нибудь подойдёт, не знаю, там и солидарность, по-моему, что-то отмечает весёлое. Что в этой ситуации делать молодому поколению, на что ориентироваться, и вообще, как воспринимать государственные праздники, это большой вопрос. Мне кажется, что нам ужасно этого не хватает, того, что мы видели буквально вчера, захлёбываясь от восторга, все друг с другом делились впечатлениями от вполне себе заурядной истории, свадьба принца, появление новой королевской четы. Но обратите внимание, насколько это было всё искренне сделано, и понятно, что это был национальный праздник для всей небольшой, но страны с традициями, что называется, непрерываемыми традициями в течении столетий. У нас, к сожалению, история прервалась, и видимо это одна из причин, что праздники у нас получились какие-то очень корявые, не очень понятно, что собственно говоря, делать в этот день. Итак, у нас на связи Николай Сванидзе. Коля, доброе утро, здравствуйте.

Н. СВАНИДЗЕ: Привет Ксюша.

К. ЛАРИНА: Что такое 1-е мая сегодня, объясните нам, пожалуйста?

Н. СВАНИДЗЕ: 1-е мая праздник труда и весны.

К. ЛАРИНА: Как-то ты так очень грустно это сказал, так школьники отвечают у доски: «1-е мая».

Н. СВАНИДЗЕ: Потому, что с таким названием он никому не интересен, он интересен просто как реальный весенний праздник, как правило, ассоциируется с хорошей погодой, с хорошим настроением, и с раздевающимися уже по погоде девушками, поэтому в принципе вызывает у всего народа энтузиазм. А исторически конечно это тоже праздник весны, урожая, начала сельхозработ. В общем, он такой праздник реальный исторически, а труд, май, это всё конечно от лукавого, это всё уже идеология, которая никому не нужна. Но поскольку 1-е мая сам по себе день красивый, то, как праздник он устоялся, он приятный.

К. ЛАРИНА: Скажи, пожалуйста, почему же у нас на сегодняшний день нет ни одного праздника, за исключением наверно 9-го мая, который мог так бы объединить нацию? Причём разное поколение, и старшее, и среднее, и молодое, а уж коли мы на «Родительском собрании» встречаемся, я думаю, что стоит говорить о том, чтобы дети каким-то образом причащались к этим праздникам. Но на самом деле то, что касается детской аудитории, то они, по-моему, весьма равнодушны ко всем этим датам, особенно что касается 4-го ноября, как оставшееся загадкой. Почему у нас не получается, почему там получается, я опять же возвращаюсь к свадьбе принца Уильяма, это получился национальный праздник, никто же не будет с этим спорить, а у нас не получается.

Н. СВАНИДЗЕ: 4-е ноября, чего тут говорить, к нему и взрослые равнодушны глубоко, вдруг вспомнили, что когда-то вычислили, почему-то поляков, никогда не считалось это ни праздником, ни достижением, потому что речь была не о поляках, а там была реальная гражданская война. Неважно, придумали, чтобы каким-то образом разложиться с 7-м ноября, потому что невозможно день октябрьского переворота отмечать как национальный праздник, это просто цинизм, поэтому чего-то думали. А почему нет праздников, государственных я имею в виду, есть новый год, есть рождество, есть пасха, праздники, которые в разной степени, но народ объединяют. А что касается государственных, у нас не может быть, кроме 9-го мая, великого праздника победы, других объединяющих государственных праздников. Одновременно народных, чтобы он был не только государственным, но и народным, потому что у нас народ разъединён, у нас общество расколото по отношению к собственной истории, и поэтому не может быть объединяющих праздников. Кроме как поляков, или французов несчастных в 1812-м году, но нельзя сейчас делать это национальным праздником, потому что в данный момент реально эмоционально никого не волнует.

К. ЛАРИНА: У нас же была попытка привить новые российские праздники при Борисе Николаевиче Ельцине, когда был утверждён день государственного флага 22-го августа, и день независимости 12-го июня, но это не стало праздником вообще. Хотя, между прочим, давайте вспомним дорогие друзья, что 12-е июня, если мне не изменяет память, это выходной день, это государственный праздник.

Н. СВАНИДЗЕ: Во-первых, никто не понимает, и не понимал, и очень плохо объясняли, что за независимость такая, от кого, собственно говоря, независимость. Потому, что до сих пор значительная часть страны живёт в ностальгической тоске по Советскому Союзу. Ещё никто не отдаёт себе отчёт, что мы живём вообще в другой стране, страна называется Россия. Поэтому 1991— год, когда исчез Советский Союз, и появилась Россия, он воспринимается не как год рождения нашей страны, а как год смерти Советского Союза. Разница между эмоциональным восприятием смертью и рождением очень велика. До сих пор все рвут на себе волосы, ах какие мы были великие, какие мы были ужасные, как нас все боялись. А что мы живём в другой стране, в которой уже меньшее количество народа уже, в общем, боится, не принято этому радоваться. Потому, что и жизнь тяжёлая, а правда когда она была лёгкая, тут всё вместе, народ расколот по отношению к собственной истории, народ недоволен в значительной степени происходящим, потому что недоволен, потому что жить трудно, и жизнь ответственная. А не то, как раньше, пришёл с работы, пивка попил, так или иначе, но мало ли, но тебе раз в месяц зарплату платят, ты делаешь вид, что работаешь, а тебе делают вид, что эту работу оплачивают. И определённая уверенность пусть в плохоньком, но завтрашнем дне. Сейчас нужно самому отрывать задницу, самому что-то делать. Это напрягает, к этому не привыкли.

К. ЛАРИНА: Скажи, пожалуйста, Коля, я уже как к историку к тебе обращаюсь, а вот до 1917-го года кроме религиозных праздников в России были какие-то государственные праздники?

Н. СВАНИДЗЕ: Реально это были праздники, связанные, как говорится, с романовской династией.

К. ЛАРИНА: То есть, как день рождения королевы, в Великобритании который отмечают?

Н. СВАНИДЗЕ: Да, это праздники, связанные с романовской династией, и конечно религиозные, но нужно помнить, что религиозные одновременно были и государственные, у нас же не было отделения церкви от государства.

К. ЛАРИНА: Ты знаешь, я сейчас смотрела праздники в разных странах, везде конечно перемешаны религиозные праздники с национальными праздниками. Не всегда они совпадают, потому, что в Америке день Мартина Лютера Кинга это действительно государственный праздник, или день рождения Джорджа Вашингтона, президентский день, так называемый, не говоря уже о дне независимости 4-го июля, который широко празднуется. День Колумба у них тоже есть, это тоже государственный праздник. Но это праздники, которые существуют столетия, сколько существует государство, не знаю, день Колумба уже наверно больше 200-т лет существует.

Н. СВАНИДЗЕ: Конечно.

К. ЛАРИНА: А что касается Франции, мы знаем, что святой день 14 июля, опять же день независимости, день взятия Бастилии, день матери у них есть, там ещё есть у них праздники, связанные со второй мировой войной, день освобождения от фашизма. Понятно, что в Европе, как я понимаю во многих странах, 8-е мая празднуется, как праздник, день победы над фашизмом?

Н. СВАНИДЗЕ: Да, но скажем, если брать Англию, то там все даты, события, связанные с первой мировой войной, то там едва ли нет более близких сердцу рядового британца, чем события, связанные со второй мировой войной. Потому что первая мировая это великая для них война, они там много народа положили, там много памятников, связанных с ней. У нас это вообще из истории ушло, как ты заметила, давно.

К. ЛАРИНА: Да.

Н. СВАНИДЗЕ: Потому, что у нас к первой мировой войне идеологически при советской власти было такое, я бы сказал, снисходительно благодарное отношение, потому что если бы не война, то не было бы октябрьского переворота. Поэтому, хотя там куча народа погибла, русского народа естественно, которого всегда погибало во всех больших войнах больше, чем других, потому что всегда людьми брали, и не жалели их. Но, тем не менее, как бы эта война прошла мимо. А там это тоже часть истории очень большая.

К. ЛАРИНА: Кстати, и традиция парадов тоже существует во многих странах мира, и в Европе, и в Америке, мы всё это знаем, только как-то всё несколько по-другому происходит, не так, как у нас в стране. Но вот смотри, запрос от молодёжи на какой-то общий праздник, он существует. Ты знаешь, по-моему, у Курчатова были эти тропинки, которые он заасфальтировал, когда люди шли на работу по газону.

Н. СВАНИДЗЕ: Да.

К. ЛАРИНА: Так вот тропинки эти сегодня протоптаны, обрати внимание, не случайно у нас так полюбился праздник 14-е февраля, день всех влюблённых, почему-то отмечают широко день святого Патрика, отмечают Хэллоуин, отмечают масленицу, между прочим, с большим удовольствием. Я понимаю, что это такая большая куча, но для меня это лишнее доказательство, что очень хочется какого-то общего праздника.

Н. СВАНИДЗЕ: Конечно, людям, особенно молодым, хочется тепла, хочется повода для веселья, причём веселья не обязательно буйного и агрессивного, а просто для веселья. Хочется, чтобы можно было ходить по тёплым солнечным улицам и целоваться, хочется этого естественно. Поэтому я думаю, что такие праздники, против них можно выступать с разных позиций, с консервативных, и с каких угодно, и говорить, что это не наш праздник. Да какой там нафиг наш не наш, если он людям приятный, что в этом плохого.

К. ЛАРИНА: Но ты видишь, какая загадка, 8-е марта категорически отвергло новое поколение, а день всех влюблённых с удовольствием празднует, хотя по сути одно и то же.

Н. СВАНИДЗЕ: А у тебя есть ощущение, что 8-е марта отвергло?

К. ЛАРИНА: Молодёжь не празднует, не отмечает, 8-е марта это обязаловка в школах, собирают деньги, и мальчики дарят девочкам подарки до сих пор, как было в советское время.

Н. СВАНИДЗЕ: Пока женщины разных поколений к этому празднику относятся вполне себе благоприятно, он будет существовать.

К. ЛАРИНА: Но, тем не менее, для себя они считают своим днём, женским днём по сути, день влюблённых.

Н. СВАНИДЗЕ: Для девочек да.

К. ЛАРИНА: Валентинки, пишут друг другу записочки.

Н. СВАНИДЗЕ: Пусть будет 8-е марта, пусть будет день влюблённых, кому мешает, лишний раз девочке цветы подарить, кому плохо.

К. ЛАРИНА: Но хочется наше, не какой-нибудь святой Валентин, а наше.

Н. СВАНИДЗЕ: Назови его как хочешь, Святой Василий, блаженный, но повод есть букетик девочке подарить, и замечательно, и всем приятно.

К. ЛАРИНА: И самое главное, что меня поразило, когда я опять же собирала все эти праздники, на меня вывалилось такое количество праздников профессиональных в нашей стране, что я за голову схватилась. День силовика, день связиста, день кадровика, день филолога, и так далее.

Н. СВАНИДЗЕ: Это всё от лукавого, это всё связано с нашей бюрократической мощью традиционной, когда каждое ведомство норовило повысить свой статус, конкурируя с другими ведомствами. И вот знаешь города, вроде бы святая тема, но, тем не менее, вот как давали звание города-героя, потому что городу это всё по барабану, между нами говоря, а начальству это хорошо.

К. ЛАРИНА: Ты знаешь, мне Сергей Бунтман в одной передаче объяснил одну вещь по поводу этих советских профессиональных праздников, каждый день праздник абсолютно. Как в фильме «Любовь и голуби», помнишь, там ходил герой Сергея Юрского с календарём.

Н. СВАНИДЗЕ: Праздник лифтёра, праздник вахтёра, праздник монтёра.

К. ЛАРИНА: Бунтман мне сказал, что это было порождение такой советской атеистической системы, чтобы отменить место дней святых.

Н. СВАНИДЗЕ: Конечно, и это тоже, но я думаю, что об этом даже не думали, хотя ментально это было так, разумеется. Очень много в советской идеологии официальной замещало старую. Хотя сама идеология пыталась заместить православие, потому, что традиционно мы были единственной православной страной, я имею в виду, и Греция, и несколько других стран были православными. Но моментально с одной стороны католики враги, с другой стороны мусульмане и язычники тоже враги, мы единственная православная держава, оплот правды на земле. Каждая война это война за веру. А потом мы стали делать страну социализма, тоже оплот правды на земле, тоже каждая война это война за веру. Это замещение происходило, нормально так.

К. ЛАРИНА: Скажи, пожалуйста, завершающий наверно вопрос, какой же праздник действительно может стать, как вам сказать, который может породить чувство гордости за свою страну. Вот 9-е мая, и то что-то всё не так в последнее время они делают.

Н. СВАНИДЗЕ: Я тебе скажу, почему не так, потому что слишком много державного чванства. Это праздник реальный, это праздник и гордости и горечи, и он долгие десятилетия был глубоко народным. Его начали отмечать, кстати, его же не хотели отмечать.

К. ЛАРИНА: Да, он был сам по себе.

Н. СВАНИДЗЕ: С 1965-го года его люди по домам отмечали. Только в 1965-м году его начали отмечать официально. Это был уникальный праздник, и народный, и государственный, когда все сливались, разные поколения, потому что деды выходили, сначала это были не деды, а зрелые мужики, полная грудь орденов и медалей, и их сыновья и внуки ими гордились и до сих пор гордятся. Сейчас это поколение уже уходит, практически ушло, но праздник остаётся, это реальный праздник, другого такого нет. Можно сделать праздник, день покорения космоса, но всё равно это разовая вещь, связанная только с одним замечательным человеком, царство ему небесное, Гагариным, нет ощущения, что это такая великая национальная победа.

К. ЛАРИНА: Давай я сейчас тебе прочту, что пришла телеграмма мне на сайт до начала передачи от учителя из Москвы: «Может ли являться воспитанием патриотизма полученная телефонограмма с требованием прислать, например, в выходной день на ВДНХ группу школьников, чтобы они, несмотря на погоду, час ждали мероприятия, чтобы потом своими стройными рядами сложить слово Гагарин, которое можно с удовольствием рассмотреть с трибуны»?

Н. СВАНИДЗЕ: Уже в этом письме есть ответ на вопрос, в общем, риторический вопрос, ясно, что ответ всем очевиден. Чем больше ты загоняешь людей в празднование, тем меньше они реально это празднование ощущают, тем меньше для них это праздник. Можно так и великую победу превратить в Бог знает что, если заставлять праздновать. Насильно мил не будешь, как известно, это к праздникам тоже относится. В празднике 9-го мая слишком много, мы выиграли войну, спора нет, мы её выиграли, мы кучу народа положили, 30 или сколько миллионов, до сих пор, цифра эта неизвестна. Но нельзя всё время говорить мы, потому что это тоже порождение комплекса неполноценности, нельзя так. И это чувствуется, чувствуется, что государство это использует в своих корыстных целях, что нынешнее начальство это использует в своих целях, и народ это чувствует всегда, как телезрители это чувствуют фальшь, точно также это чувствуют не только телезрители. Хотя конечно этот праздник всегда ещё очень долго будет реальным, замечательным, но, тем не менее, сломать кайф можно и по этому поводу, это легко.

К. ЛАРИНА: Ну что же, большое спасибо, такой у нас исторический обзор получился, это Николай Сванидзе, Коля, спасибо за участие в программе, счастливо, до встречи, а у нас сейчас новости, а потом продолжим.

ИДУТ НОВОСТИ.

К. ЛАРИНА: Продолжаем наше первомайское праздничное «Родительское собрание», у нас на связи директор центра образования №109 города Москвы, Евгений Александрович Ямбург. Здравствуйте Евгений Александрович.

Е. ЯМБУРГ: Здравствуйте. С праздником.

К. ЛАРИНА: С праздником. Вот смотрела сейчас телевизор параллельно с новостями с нашими, на канале «ТВЦ» мне показывали, как Москва отмечает Первомай. О чём-то там говорит с трибуны около мэрии господин Собянин, мэр нашего города, затем подходит к ограждениям железным, за которыми толкутся люди с флагами «Единая Россия», и между ними милиционеры со строгими лицами, и начинает хватать их за руки Собянин, типа поздравляю вас товарищи с праздником весны и труда. Вот что сегодня отмечает народ, что должны делать сегодня люди, скажите ради бога?

Е. ЯМБУРГ: Я, например, по указанию жены ношу торф на грядки, такое счастье в праздник.

К. ЛАРИНА: Прекрасно, так вот для чего это.

Е. ЯМБУРГ: Вы понимаете, праздник вообще это целая философия, я просто этим занимаюсь всю жизнь, потому, что без праздников школа не живёт, и вообще без них люди не могут.

К. ЛАРИНА: Вы там параллельные праздники, альтернативные придумываете?

Е. ЯМБУРГ: Конечно, но дело не в этом. Вообще христианская матрица праздника включала две вещи, первая, это приобщение к священному, а вторая часть веселье. Это понимали даже большевики, сначала съезд партии, а потом концерты, матрица та же была. Если одно священное, то это скучно для молодых, если одно веселье, это пошлятина, типа «Аншлага» и так далее. Вот на этом равновесии этих двух плечей коромысла и строится праздник, это первое. И второе, праздник это когда ты в нём участвуешь сам, никакие наёмные актёры, праздник человек делает сам себе. И они очень нужны, потому что чем хуже вокруг, тем больше должно быть праздников. Знаете, у нас же действительно тройной кризис, кризис мировоззренческий, кризис нравственный и психологический. И вот даже последние исследования показали, что одна из главных причин смертности, особенно у мужчин, это отсутствие драйва, поэтому, конечно, нужны праздники. Другое дело, что приватизация праздников только государством, она ни к чему не приводит.

К. ЛАРИНА: Почему, можно же соединяться, ведь во всех странах мира государственный праздник это праздник государства для народа.

Е. ЯМБУРГ: Очень хочется соединиться, просто душа просит соединения.

К. ЛАРИНА: Не пускают.

Е. ЯМБУРГ: С одной стороны не пускают, с другой стороны у нас самих бывали тараканы. Это же очевидно совершенно, та же символика. Как вы думаете, если страна имеет имперский герб, торговый демократический класс и коммунистический гимн, это же шизофрения, когда все векторы направлены в разные стороны, и всё болит. Вообще любые праздники отстаиваются веками. И в этом смысле, конечно же, больно всем, и тем, кто ностальгирует по Советскому Союзу, и тем, кто думает, как вперёд идти. Всё это в разные стороны, Сванидзе Николай правильно сказал, что это раскол общества, а это имитация праздника. Причём, знаете что, меня как педагога… Ещё есть один момент очень интересный, я сейчас юбилей школы проводил, там 6 тысяч выпускников собралось, они очень благодарны, многие десятилетиями не виделись, и даже из других стран приехали. Я спрашиваю: «Как же так, вы были таким дружным классом, и не виделись 10 лет»? Они говорят: «Евгений Александрович, не виделись, а не встречались». Я говорю: «Как это»? Они говорят: «Каждый год в юбилей мы проводим по скайпу видеоконференцию, поднимаем бокалы». Я говорю: «Вы что пьёте, не чокаясь»? Говорят: «Зачем же так мрачно Евгений Александрович, нет проблем организовать в интернете звон бокалов». То есть ещё вещь такая, люди уходят в виртуальный поток, так, что очень много причин, которые разъединяют. Тем паче надо объединяться, но делать это нельзя пошло. Вы знаете, я как-то ахнул, для меня было довольно грустно и больно. Представьте, действительно святой праздник 9-е мая, и у нас дед с бабушкой ещё живы, к счастью, который две войны прошёл, японскую. И вот я смотрю, там попсовый берет, в гимнастёрке, с картонной медалью «За отвагу».

К. ЛАРИНА: Мы всё это видим.

Е. ЯМБУРГ: Передвигаясь походкой Майкла Джексона, вращая тазом, идёт и поёт: «Ты меня ждёшь, и у детской кроватки не спишь».

К. ЛАРИНА: Это Дима Билан, у меня тоже общекультурный шок от этого выступления.

Е. ЯМБУРГ: А общий культурный шок у этих дедов, которые это видели. Вы знаете, это смесь инсценированной пионерской песни с эротикой. Ребята, надо ещё со вкусом это делать всё помимо всего прочего. Поэтому, надо очень осторожно и трепетно выращивать эти праздники.

К. ЛАРИНА: А потом знаете что, у нас получается какая-то фигня в том смысле, что опять автомат Калашникова, чего мы бы не изобретали, какой бы праздник не изобретался, всё равно у нас зачищено пространство. Мы буквально вчера вспоминали с Ирой Петровской в передаче, сравнивая свадьбу, которую мы все наблюдали в Лондоне, с инаугурацией нашего президента, когда помните, смотришь картинку, зачищенный город пустой, ни одного человека, и он единственный едет на машине по пустому городу, выходит в пустое пространство, такой город без людей, страшно.

Е. ЯМБУРГ: Конечно, имперский стереотип он давит, но вы поймите и другое. Вы знаете, почему я англичанам позавидовал, не потому что я здесь родился, здесь умру, и надо всем свои праздники делать, но вы понимаете, умение радоваться чужому счастью, это тоже очень серьёзная вещь, умение радоваться чужому счастью.

К. ЛАРИНА: Так они его воспринимают, как своё почему-то. Казалось бы, что, но смотрите, вся эта лужайка была забита людьми, люди с ночи занимали места, чтобы поучаствовать в этой церемонии, посмотреть на неё.

Е. ЯМБУРГ: Посмотрите, какой-то город итальянский, эти лошади, люди рыдают от того, что не попали. Казалось бы, ерунда, но это же веками было, давайте не забывать об этом. Кстати, там тоже не так просто в Англии начиналось. Если вы вспомните, когда папа Зездемоны говорит Яго: «Ты подлец», а тот ему так ехидно отвечает: «А вы сеньор сенатор», в данном случае лжец. И там тоже этот мелитаризм со всякими тараканами выращивался.

К. ЛАРИНА: Тогда скажите, как всё-таки избавиться нам от этой показухи, от пустоты, от фальши для того, чтобы всё-таки человек, особенно люди молодые, школьники, дети, их уже сейчас с детства приучают к этому лицемерию, да?

Е. ЯМБУРГ: Во-первых, я за всю Одессу не отвечаю, это конечно вопрос государственного вкуса, этого стиля имперского, но понимаете, какой это вызов сторон. Но поверьте, у меня сейчас идут репетиции, и будет 9-е мая, и это уже 30 лет в этой школе происходит, и конечно уже почти все поумирали. И придут ветераны, и от мала до велика, и мальчики и девочки говорят: «Это прекрасный спектакль. Дальше, уже старшеклассники знают, что в актовый зал они на стульях некоторых стариков будут поднимать. Конечно, я накрою столы, и, конечно же, с бабушкой будут молодые ребята танцевать. Понимаете, когда это глаза в глаза, когда нет фальши, когда это искренне, и даже некоторых стригут в парикмахерских наши молодые парикмахеры. Тут вот о чём идёт речь. Если мы ветерана великой отечественной войны, как декорацию достаём только 9-го мая, вручаем коробку конфет, и пошёл вон, это фальшь, фарисейство и лицемерие. А если в течении всего года, я вам один пример приведу, ко мне пришёл такой бравый полковник, ему 95 лет, представитель от ветеранов, и говорит: «У нас проблемы». Я говорю: «Какие проблемы, мы всё решаем». Говорит: «Бабушки и дедушки испытывают неудобство перед внуками и правнуками, они не владеют информационными технологиями». Он мне подарок сделал, были организованы старшеклассники, которые обучали стариков владению компьютером, причём объяснили, что с памятью плохо, что вас тоже придётся долго обучать. Вот и всё, в России потеряно доверие к славе, врали, врём и продолжаем врать.

К. ЛАРИНА: Может быть, это всё упразднить и начать сначала?

Е. ЯМБУРГ: Сначала ничего не получится, просто вместо того, чтобы болтать, надо создавать, в педагогике это называется деятельностные подходы, создавать такие ситуации, где молодые люди будут реально что-то такое делать. И это не так трудно, простите, у нас в каждой школе есть компьютеры, оказывается, там есть час специально для стариков, они общаются тоже по скайпу. Вот и всё, а ждать пока родится какой-то праздник, который всех объединит, действительно, мы очень расколоты, действительно мы по любому вопросу истории современности… Кстати, об этом тоже, это очень тяжёлая история, я помню ещё лет 10 — 15 назад, когда ещё многие ветераны были живы, а я когда-то поклялся, когда мы музей создавали, что пока хоть один ветеран будет жив, мы будем собираться. Но уже часто собираются (невнятно) зоны, потому что они чуть-чуть дольше живут, но всё равно это люди, которые пережили войну. И вот садимся за стол, конечно водочки по 100 грамм нужно налить либо по 50 этим ребятам, извините меня. И вот они начинают искренне, со слезами на глазах, рассказывать как было на самом деле, как этот герой разведчик, который привёл 50 языков, и не получил следующее звание, потому что его застали с медсестрой в любовных отношениях. Но я не об этом. А вот выходят они на детскую аудиторию, и вот эта тысяча часов политзанятий, и начинают читать лекцию. Слушать это невозможно, потому что как правило, это люди ещё со старой дикцией. Я серьёзно разговаривал со старшеклассниками и говорил: «Ребята, поймите, это очень старые люди, и ни в коем случае, трудно требовать современных оценок. В любом случае вы должны им аплодировать, вы должны их поддерживать, и так далее, потому что это люди, которые кровью это всё завоевали.

К. ЛАРИНА: И живы до сих пор.

Е. ЯМБУРГ: И живы до сих пор, и пожалуйста, живите. Это тоже надо всё инструментировать педагогически, потому что понятно современный человек, который залез и знает, что там много лжи по поводу войны, а ветеран воспроизводит какой-то миф. Ну и что, он тогда был воспитан. Это всё тонкие вещи, этим надо заниматься.

К. ЛАРИНА: Спасибо вам большое Евгений Александрович, я вас отпускаю обратно на грядку.

Е. ЯМБУРГ: Да, я пошёл, чтобы не ругаться.

К. ЛАРИНА: Спасибо, до встречи в студии.

Е. ЯМБУРГ: До встречи.

К. ЛАРИНА: Это Евгений Александрович Ямбург, и сейчас мы, я надеюсь, уже подключим нашу маму сегодняшнюю, это Полина Дашкова, писатель известный. Я лишь хочу об одной вещи сказать по поводу школы, что для меня в какой-то момент тоже стало знаковой вещью. В каждой школе, особенно в школе, которая существует давно, в течении нескольких десятилетий, школы с традициями, с историей, школы ветераны, всегда есть доска памяти, мемориальная доска, на которой выгравированы фамилии и имена выпускников школы, или учащихся школы, или учителей школы, которые погибли во время великой отечественной войны. Вы все эти доски знаете, вы все доски эти видели в своих школах. Вот у меня в какой-то момент появилась такая идея, чтобы параллельно с этой доской обязательно была бы ещё другая мемориальная доска памяти, допустим памяти жертв репрессий, назвать имена людей, которые имели отношение к школе, которые погибли в этой мясорубке сталинской, почему бы нет. Разве в этом нет момента или порыва всё-таки понять, что твоя история состоит не только из того, что ты учил в советской школе, есть ещё и параллельная история, история, которая существует. У нас, в конце концов, привозят останки белых генералов, эмигрантов сюда, и захоранивают с большими почестями. Так наверно пора уже между красными и белыми, между палачами и жертвами убрать этот водораздел, убрать, иначе ничего не будет. Собственно, я уже начала следующую тему, у нас тут Полина Дашкова на связи. Полина, доброе утро, добрый день, здравствуй.

П. ДАШКОВА: Доброе утро Ксюша.

К. ЛАРИНА: Ну, так вот про праздники мы сегодня говорим, и я ещё одну вещь вспомнила по поводу разъединения, объединения, что для меня загадка, что есть такой праздник под названием 23-е февраля, который мы отмечаем как день защитника отечества.

П. ДАШКОВА: Армии, а защитника отечества сейчас это называется.

К. ЛАРИНА: Вот объясни мне, пожалуйста, как это может быть в одной стране, одно и то же число, одна и та же дата является для большинства праздником, а для каких-то регионов днём траура, и мы знаем для каких. Что такое 23-е февраля допустим для Чечни, для них это день скорби, но это же часть государства российского, это же наша страна. И как может быть в одной стране одна и та же дата день скорби, и день праздника, вот объясни мне.

П. ДАШКОВА: Это пафосный официоз с глупостью, и вечное непопадание в заданную цель, потому что на самом деле я вообще считаю, что это праздник в принципе двусмысленный, потому что такое красная армия, что такое гражданская война, красная армия, созданная беднягой Троцким, потом зверски убитым, объявленным суперврагом и злодеем. Это путаница полная. Если это раскладывать на какие-то логические составляющие, то праздника этого в принципе не существует. И на самом деле я думаю, что все официальные праздники, за исключением, может быть, дня победы, это действительно день победы. И, кстати говоря, он кажется мне осмысленным даже в своих обычных проявлениях, потому, что я не раз бывала на площади у большого театра, мой свекор воевал, отец моего мужа был ветеран войны, он туда приходил, и там чувствовалась действительно какая-то праздничная атмосфера, естественно, не пафосная, не насильственная. А что касается всех прочих наших, например сегодняшний Первомай, сегодня первый день весны, сегодня Первомай. Я вообще не понимаю смысла этого праздника, что такое международная солидарность трудящихся.

К. ЛАРИНА: Уж и трудящихся нет никаких, особенно в нашей стране бедные трудящиеся.

П. ДАШКОВА: Вот мы с тобой тоже трудящиеся, мы трудимся и трудимся, но мы не ощущаем это своим праздником.

К. ЛАРИНА: Нет, моя дорогая, мы не трудящиеся, мы вши и кровососы, паразиты на теле трудящегося народа.

П. ДАШКОВА: Это точно, да.

К. ЛАРИНА: Так и что же с этим делать, поскольку это в рамках «Родительского собрания» происходит этот разговор, мне всё время хочется, чтобы наши дети, наша молодёжь получила не только нашистские сборища в центре города, в форме и с флагами, которые двух слов связать не могут, и не могут объяснить, кто такой академик Сахаров, на проспекте имени которого они собрались.

П. ДАШКОВА: Да, это чудная история, я знаю.

К. ЛАРИНА: А вот всё-таки что-то было такое, что бы их заинтересовало. Мы начали этот разговор с Николаем Сванидзе. Я смотрю, людям молодым, подросткам ужасно хочется этого праздника. Ведь не случайно появились все эти 14-е февраля, день святого Патрика, который все с таким удовольствием отмечают. Значит, молодым людям хочется праздника, но они не признают этого государственного официоза, они его не хотят.

П. ДАШКОВА: Но у нас на государственный официоз 70-ти летний иммунитет очень жёсткий. Я думаю, что есть замечательные праздники, есть пасха, а пасха это действительно большой праздник, тёплый праздник, живой, он одновременно и семейный, и общий, какие-то естественные события, новый год, рождество. Но для кого-то может быть православные праздники, вообще христианские, они чужие, но, тем не менее, я знаю, что у меня есть несколько знакомых мусульман, которые тоже с удовольствием этот праздник по-своему отмечают, радуются, когда даришь им яичко пасхальное. Вот чем меньше в праздники насильственности, официоза, нашизма и прочего, чем он меньше похож на шествия, которые происходили в третьем рейхе, и у нас в виде парадов на Красной площади, тем он как-то естественнее приживается, и действительно празднуется.

К. ЛАРИНА: А какие праздники могут пробудить эти чувства, о которых все мечтают, чувства причастности и к собственной истории, и к своей родине, чувства ощущения, что мы такие потрясающие, какая у нас потрясающая страна, чувство гордости, в конце концов, за страну.

П. ДАШКОВА: А вот прежде чем назначать, просто назначенные праздники, некая придуманная дата, она не сработает, она тоже обрастёт этой коростой официоза, и я думаю, что для того, чтобы они возникли, они должны возникнуть естественным образом. Нужно как-то по-другому формулировать, преподносить это понятие родины, патриотизма, а то слишком оно затёрто, слишком оно опошлено, и практически уже стало чем-то почти постыдным, то есть это как-то нехорошо, неприлично. Допустим, сейчас я знаю, что в школе, в школе моей младшей дочери говорят о том, что довольно скоро отменят уроки литературы и русского языка, и будут преподавать уроки патриотизма. Вот это то, что загубит понятие патриотизм на корню.

К. ЛАРИНА: Оно уже загублено, ты же видишь.

П. ДАШКОВА: Но сейчас что-то ещё всё-таки осталось.

К. ЛАРИНА: Даже попытка, я смотрю, 12-е апреля, прекрасный повод для того, чтобы сделать выходной действительно, а сделать официальный праздник, день космонавтики, или как он там называется. Да?

П. ДАШКОВА: Кстати да, это хороший действительно, как раз я была в Лондоне в этот момент, и там даже я, человек абсолютно лишённый этих эмоций и проявлений, даже я почувствовала некую такую гордость, что мы первые полетели в космос, в этом не было насильственности.

К. ЛАРИНА: Или день 6-е июня для меня, например, тоже, это абсолютно патриотический день, опять же не люблю это слово, но, тем не менее, без примеси политики, это день рождения Пушкина, почему бы не сделать его действительно национальным праздником, 6-е июня.

П. ДАШКОВА: Да, прекрасный был бы праздник действительно, день рождения Пушкина.

К. ЛАРИНА: Как в Португалии отмечают день рождения Камоинца, это национальный праздник, и таких примеров можно, кстати, много привести по разным странам, когда у каждой есть своё имя национальной гордости в культуре, в искусстве.

П. ДАШКОВА: Да, как основу действительно нужно исходить не из событий, связанных, не дат, связанных с политикой, из них единственная реальная дата, это 9-е мая, потому что 7-е ноября это ужас. Это трагедия, это день траура, а из каких-то культурных дат, научных дат, из того, чем действительно можно гордиться, Пушкиным, космонавтикой, и тогда они начнут работать, но для этого нужно снимать официоз этих государственных праздников, потому что происходит путаница и замещение, само понятие государственный праздник, оно совершенно дискредитировано.

К. ЛАРИНА: Кстати, опять же возвращаясь к религиозным праздникам, к пасхе, которую ты упомянула, пусть он религиозный, но это праздник для всех. И там есть такие традиции замечательные, которые в каждой семье соблюдаются. Даже если семья не слишком верующая, или вообще не верующая, всё равно в этих обрядах есть что-то такое объединяющее в каждой семье. Обрати внимание, ведь при советской власти, как мы с тобой помним, это был праздник, по сути запретный, и достать какой-нибудь пропуск с золотым тиснением куда-нибудь в Новодевичий монастырь на пасху или на рождество, это было такой валютой, как билет в театр на Таганке.

гось3: Между прочим, сейчас тоже в храм Христа Спасителя места, это страшно престижно, и когда видишь, как выстраиваются причащаться такие чиновники, такие советские.

К. ЛАРИНА: Я тебе скажу больше, в этом году впервые в храме Христа Спасителя был вход по пропускам специальным, то есть, простой люд туда не попал бы.

П. ДАШКОВА: Но для простого люда, слава Богу, были открыты храмы в Москве.

К. ЛАРИНА: Да, храмов, слава Богу, много.

П. ДАШКОВА: Да, и как-то действительно не замутняется этот праздник, несмотря ни на запреты, несмотря ни на официоз, 4которым он сейчас обрастает, ему ничего не делается. Он остаётся чистый, семейный, какой-то такой, действительно праздник по ощущению. А всё, к чему прикасается грубая лапа советского и постсоветского чиновника…

К. ЛАРИНА: Потому, что у нас другого нет, я смотрю, они наверняка продумывают, как отмечать тот или иной праздник, там сидят и заседают какие-нибудь дяденьки и тётеньки в костюмах, чиновники, которые пишут все эти программы, бесконечные программы мероприятий для школьников, для детей, для студентов, и так далее. Ведь это всё опять же наследие советского кошмара, потому что другого не знают, как можно по-другому, не понимают, как можно открыть город, а не закрыть его. Город для праздника должен быть открыт.

П. ДАШКОВА: Конечно, должен быть открыт, праздник не должен создавать проблемы, и уж совсем глупо, когда в праздник едут по городу эти железки, бряцание оружием в праздник, это совсем уж по-советски.

К. ЛАРИНА: То есть, ты считаешь, что парады не нужны 9-го мая?

П. ДАШКОВА: Да пусть маршируют, пусть красиво выстраиваются, но зачем железки пускать, я этого не понимаю. И вообще я не понимаю этого сочетания праздника и оружия, праздник это жизнь, это единение, это радость, а оружие это что такое, это смерть, агрессия, война, это совершенно из разных категорий понятия, они полностью противоречат друг другу. Мы кому хотим мощь свою показать, сами себе, вот какие у нас железки есть.

К. ЛАРИНА: Ты мне скажи, наверно это последний вопрос, ты у тебя, поскольку ты человек, путешествующий по миру, ты попадала на какие-нибудь национальные государственные праздники в какой-нибудь стране?

П. ДАШКОВА: Да, я попадала в Амстердаме, на меня очень сильное впечатление произвёл день королевы, 1-го июня или 1-го июля, но, по-моему, 1-го июня. Но уже давно этой королевы нет, а они всё отмечают. Они делают оранжевые колпаки, вываливают на улицы всё старьё, и продают за копейки. Пройти практически невозможно, но это естественно, я не могу сказать, что это прям так радостно и замечательно, потому что довольно много людей сильно пьяных, агрессивных, орущих. Ночью спать невозможно, потому что орёт музыка с катеров, которые плавают по каналам, грохот невероятный. Наутро город покрыт слоем банок, пакетов, грязи, и гробовая тишина. Но, тем не менее, в этом нет никакой нарочитости и искусственности. В этом есть все естественные проявления праздника, и веселье, и пьянство, и грязь, и глупость, и радость, и всё, что угодно. Там не чувствуется, что людей воспитывают, что их идеологически обрабатывают, этого абсолютно нет.

К. ЛАРИНА: Что же, спасибо большое, дорогая Полина Дашкова, с 1-м мая тебя.

П. ДАШКОВА: Тебя тоже Ксюша дорогая с 1-м мая.

К. ЛАРИНА: Спасибо, счастливо.

П. ДАШКОВА: Счастливо, пока.

К. ЛАРИНА: Видите, я сегодня забурилась с гостями разговаривать, а с вами только поглядываю, что вы мне пишете на СМС дорогие друзья. Давайте мы так сделаем, поскольку я думаю, что следующее «Родительское собрание», которое у нас состоится 8-го мая, оно наверно тоже будет без гостей в студии, поскольку опять же, как мы с вами уже поняли, очень трудно по зачищенному городу ехать в центр для того, чтобы принять участие в передаче. Поэтому, в следующее «Родительское собрание» 8-го мая мы с вами будем говорить про праздники исключительно со слушателями, с родителями, и с детьми. А сейчас пока на этом мы завершаем передачу, спасибо большое участникам, напомню, что сегодня в программе принимали участие Николай Сванидзе, Евгений Ямбург, и Полина Дашкова, программу провела Ксения Ларина. Новости, а потом продолжим.


Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире