'Вопросы к интервью
ЛАРИСА ЯСНОГОРОДСКАЯ: Доброй ночи, в Москве 0 часов и почти 9 минут вы слушаете программу Аргентум как обычно в это время в студии Александр Плющев.

АЛЕКСАНДР ПЛЮЩЕВ: Доброй ночи.

ЛАРИСА ЯСНОГОРОДСКАЯ: …и я Лариса Ясногородская. И сегодняшний наш гость известный музыкальный журналист, писатель, пиарщик. Можно так сказать?

АЛЕКСАНДР КУШНИР: (неразборчиво)

ЛАРИСА ЯСНОГОРОДСКАЯ: Продолжайте, продолжайте Александр.

АЛЕКСАНДР ПЛЮЩЕВ: Александр Кушнир, промоутер. Сегодня он будет в числе прочего промоутировать свою книгу «Хедлайнеры» и я сейчас покажу для тех, кто смотрит видеотрансляцию она идет на plushev.com\video. Здесь на обложке не Кушнир нарисован, а Земфира, Гребенщиков, Глюкоза, точно, Илья Кормильцев и Илья Лагутенко – вот, кто нарисован. О них практически обо всех и речь. Если не считать Александра Кушнира, потому что он как любой автор, наверное, через своих героев смыслизуется.

АЛЕКСАНДР КУШНИР: Надо сказать, во-первых, а, надо поздороваться. Добрый вечер, я знаю, что огромное количество моих друзей слушает эту передачу.

АЛЕКСАНДР ПЛЮЩЕВ: А сколько врагов!

АЛЕКСАНДР КУШНИР: Я сделал паузу, дал пас, пас принят, отлично. Первым делом мы немножко про книжку «Хедлайнеры». Если память не изменяет, это кажется седьмая по счету моя книга, и она завершает трилогию «Золотое подполье», про подпольную самиздатовскую прессу, написанную в начале 90-х, вторая книга (неразборчиво), датированная 1999 годом, третья книга «Хедлайнеры», наверное, она достаточно сильно отличается от предыдущих книг в первую очередь тем, что тут впервые появляется автор, который участник всех событий, которые описаны в хедлайнерах, а это именно восхождение совсем молодой группы из Владивостока «Мумий Тролль», восхождение совсем молодой 22-леитней девушки из Уфы Земфиры, это все возможное дискретные работы с группой «Аквариум», это пиар проекта Глюкоза, это рассказы про гениальных продюсеров, начиная от Макса Фадеева и Леонида Бурлакова, заканчивая покойным Кормильцевым. Вкратце такие 8 глав, получается, что 8 книг в одной, такие может недописанные книги, ну как бы матрешки.

АЛЕКСАНДР ПЛЮЩЕВ: Что б вы поняли, о чем речь…

АЛЕКСАНДР КУШНИР: Сейчас что-то будет.

АЛЕКСАНДР ПЛЮЩЕВ: Нет, я просто несколько подзаголовков таких условных. Я не знаю, они наверняка еще имею модное название типа Спойлер.

ЛАРИСА ЯСНОГОРОДСКАЯ: На меня не смотри, я точно не знаю.

АЛЕКСАНДР ПЛЮЩЕВ: Полуслоганы. По ту сторону бабла и зла.

АЛЕКСАНДР КУШНИР: На гитаре Земфиры написано на обложке «Кто знамени не наблюдает (неразборчиво).

АЛЕКСАНДР ПЛЮЩЕВ: Илья Кормильцев как русский Будда и тайная доктрина отечественного рока-попса.

АЛЕКСАНДР КУШНИР: Эти надписи, они на обложке расположены хитро. «Илья Кормильцев как русский Будда» прямо напротив изображения Кормильцева. «Доктрина отечественного рока-попса» — такой обнаженный Лагутенко.

АЛЕКСАНДР ПЛЮЩЕВ: На самом деле книжку все могут прочитать или посмотреть в книжном магазине, когда она появится, и не столько о книжке хотелось поговорить, сколько о многолетнем анализе, наблюдении. Ты же как ученый фактически многолетне наблюдаешь этих людей, многолетне наблюдаешь шоу-бизнес. Такой большой опыт и эксперимент. Я как раз хотел спросить может довольно общий вопрос. Куда все идет, и будет ли еще когда-нибудь условный расцвет отечественной музыки, которая в 80-х или может быть в начале 90-х была таким мейнстримом и которой нет сейчас. Я имею в виду Аквариум, Кино, Наутилус Пампилиус, как раз те самые хедлайнеры, о которых ты пишешь.

АЛЕКСАНДР КУШНИР: Поскольку у нас на «Эхо Москвы» домашняя обстановка, то я отвечаю по-домашнему, потому что на пресс-конференции я такой злой, я бы сказал: «А повторите вопрос». И начал бы думать, а что же ответить. Но вопрос прозвучал, редактора профильных журналов, которые пишут о музыке и редактора музыкальных телеканалов все в один голос жалуются, что проблемы – нет новых героев. Их действительно нет, потому что последний крупные явления это были «Мумий Тролль» 1997-1998 год, Земфира 1999 год. И имена, которые были после этого самые яркие это может Б-2 сегодня, Танцы минус в поп-культуре, Глюкоза, Максим. Токио может быть. Раз, два и обчелся. Это уже становится хронической тенденцией, она меня совершенно не радует. Что с этим делать непонятно, хотя казалось бы так все прекрасно: Интернет всех объединяет и (нераборчиво) и пожалуйста, можно скачать последний альбом «Radiohead» в тот же день, когда наши английские партнеры, коллеги и ровесники. Но у меня прогнозы, хотя я человек оптимистичный, они немножко унылые. Я очень надеюсь, что для каждого правила есть исключения и дай бог, все срастется, в среду 31 октября на презентации книги «Хедлайнеры» в клубе 16 тонн. Я хочу продемонстрировать музыкальной общественности Москвы человека, который может, опровергнет мою пессимистическую теорию о том, что героев нет, как у Дэвида Боуи было «No more heroes» и удалось найти в городе Ижевске 25-летнюю певицу, которая сама пишет песни, их уже порядка 150. Ее зовут Таня Зыкина, в среду 31 числа она сыграет первый концерт в Москве. С моей стороны это вряд ли можно назвать словом талантливая, вряд ли можно сказать словом гениальная. С моей точки зрения это чудо, и я последний раз такой трепет похожий испытывал, когда первый раз слушал песни Земфиры и радостно сказал партнеру своему Леониду Бурлакову: «О! Как здорово, что Агузарова перестала жрать таблетки и стала писать новые песни, поскольку вокал очень похож на Агузарову. Впечатление сильное было. Контрпример — есть девочка Таня Зыкина, посмотрим.

АЛЕКСАНДР ПЛЮЩЕВ: Да, Александр Кушнир, известный журналист у нас в эфире вы тоже можете задать ему вопросы по SMS +79859704545. Мы сегодня без музыки не обойдемся все равно, я попросил Александра поставить в плей-лист нашего эфира из тех хедлайнеров. Давайте с первой же и начнем.

МУЗЫКА.

АЛЕКСАНДР ПЛЮЩЕВ: А теперь несколько слов, которые Лариса не дала сказать Александру Кушниру.

АЛЕКСАНДР КУШНИР: Песня не очень затасканная в хит-парадах и на радио, это концертный боевик группы «Наутилус Помпилиус» «Мальчик-зима». К книге ее можно привязать очень относительно, но поскольку в книге есть глава про Кормильцева, там очень много про музыкантов и героев. Песня датирована 1987 годом, думаю, я не ошибаюсь, когда Наутилус впервые выбрался за пределы родины Жени Ковалева города Екатеринбурга и выехал в Прибалтику, в Эстонии была очень хорошая аппаратура, и прямо с пульты был записан концерт, позднее вышел под названием «Подъем». Это были первые концерты, когда Наутилус со своим жестким, врангелевским унтер-офицерским имиджем, в высоких галифе, в форме белогвардейской, спиной к зрителям. Эта песня интересная, автор, как правило, у Натиулуса Помпилиуса стихи были в основном Ильи Колрмильцева, а это стихи Димы Менского и музыка Бутузова, если я не ошибаюсь. Песня «Мальчик-Зима», такой вот боевик у них был.

АЛЕКСАНДР ПЛЮЩЕВ: Вопросы ваши +79859704545, уже начинают поступать, прошу не стесняться. Александр Кушнир у нас в эфире. Твой коллега Борис Барабанов, если это конечно он, во всяком случае так подписался человек, который отправил вопрос на сайт «Эха Москвы», спрашивает: «Саша, почему в вашем творчестве так много римейков?» Этот вопрос я думаю не просто хулиганский, потому что видимо, имеется в виду, что часто или время от времени но появляются в твоих записках некие повторы.

АЛЕКСАНДР КУШНИР: Передаю привет Борису Барабанову, с которым мы вчера встретились поздно ночью, это наверное было сегодня утром на концерте Розин Мерфи, моя любимая английская исполнительница в клубе «Ikra». И очень жалко, я не знаю, знают все или не знают, что буквально на седьмой композиции был концерт прерван, потому что травму получила артистка прямо на сцене, скорая помощь забрала, но концерт был изумителен, я настолько поклонник Рози Мерфи, что я работал вчера в клубе барменом и мыл посуду, то есть не все себе представляют меня моющим стаканы, но я их мыл, для чего я это делал? Поскольку я очень хотел посмотреть творческий процесс и всю кухню, поскольку работают люди абсолютно гениально. 2 года назад мне повезло, она играла концерт в одном из клубов Москвы и это было яркое впечатление (неразборчиво), но пожалуй, после «Мassive attack», но по райдеру, там очень жесткий райдер, очень жесткие правила приема Рози Мерфи, кто не знает, это бывшая солистка группы «Moloko», но «Moloko» эта та самая группа, которая (неразборчиво) поет. И нельзя была во время саунд-чека и там находиться и мои друзья из клуба «Ikra» сказали: «Ладно Кушнир, иди в бар, мой посуду». Я сказал: «Отлично». Мыл стаканы и смотрел как там творческая кухня, очень интересно, но концерт достаточно трагически закончился. И Борис Барабанов мне сказал где-то в полвторого ночи: «Надо провести журналистское расследование». Видимо это расследование закончилось вопросом…

АЛЕКСАНДР ПЛЮЩЕВ: Так, а ты будешь отвечать?

АЛЕКСАНДР КУШНИР: Да, я буду отвечать. На самом деле…

АЛЕКСАНДР ПЛЮЩЕВ: Очень интересно, спасибо за этот рассказ.

АЛЕКСАНДР КУШНИР: На само деле. Вопрос, я понимаю его природу. Борис Балабанов является поклонником ростовской журналистки, подскажите, мне, пожалуйста, ее имя и фамилию, которая задавала…

ЛАРИСА ЯСНОГОРОДСКАЯ: Ирина Ароян, по-моему.

АЛЕКСАНДР КУШНИР: Ирина Ароян, и мне кажется, он скоро в Интернете создаст ее столичный Фан-клуб и видимо таким образом он заранее, он же очень большой специалист по пиару, он же пресс-атташе Земфиры, он таким образом начинает свой Фан-клуб Ирины Ароян, таким образом, вопросики. Не буду я, Борис, на вопрос отвечать, не буду твой Ван-клуб пиарить.

АЛЕКСАНДР ПЛЮЩЕВ: Ушел опять от ответа Александр Кушнир. Хорошо. Тогда, мы говорили о рок-поколении конца 80-х начала 90-х, и вот интересно, выросло новое поколение зрителей и слушателей, которые их почти не знают, и для меня это было открытием. Вот 2 sms-ки, которые свидетельствуют о том, что это так. Одна звучит следующим образом. Это пришло во время исполнения песни «Мальчик-зима» Бутусовым. Наше поколение все познает на раз, мы потому что знали все эти песни наизусть естественно, даже я впервые услышал это концертное исполнение, именно это и конечно не представляло никакого труда с первых секунд опознать. «Это Боря Моисеев?», — спрашивает Капа, — «ну и лажа, ни одной ноты впопад». Дальше, Наташа из Вологды делает свое экспертное заключение. «Что-то среднее между Цоем и Тальковым», — пишет Наташа из Вологды. А может это и хорошо, может это означает то, что кумиры нашей юности оказались никакими не вечными. Смотри, пришло новое поколение, для которого они так нечто среднее между Цоем и Тальковым.

АЛЕКСАНДР КУШНИР: Ну, на самом деле я со всей известностью скажу, что я своими глазами видел очень сильный концерт Талькова вот реально в Зеленом театре парка Горького, про группу «Кино» и говорить нечего.

АЛЕКСАНДР ПЛЮЩЕВ: Нет, дело не в том, что они плохие, я вовсе не из-за этого. А что они не идентифицируемы уже.

АЛЕКСАНДР КУШНИР: К сожалению, так бывает, что поп-музыка порой предназначена для подготовленного слушателя. Тяжело мне отвечать за судьбы меломанов всей страны, но я думаю, что эта композиция Наутилуса Помпилиуса, она все-таки предназначена для слушателей, которые немножко слышали, что такое Новая волна, что такое (неразборчиво), что такое (неразборчиво), у которого есть какие-то корни, какая-то музыковедческая подготовка. А как это сейчас воспринимается? Нам-то с тобой конечно хотелось, чтоб это воспринималось также, как мы воспринимали, с теплотой…

ЛАРИСА ЯСНОГОРОДСКАЯ: То есть такой критерии нравится, не нравится, это уже не работает?

АЛЕКСАНДР КУШНИР: Субъективно. Субъективно, потому что… С моей точки зрения…

ЛАРИСА ЯСНОГОРОДСКАЯ: Меньшинство не подготовлено музыковедчески?

АЛЕКСАНДР КУШНИР: Получается, нам приходится по роду работы часто бывать в Англии, в каких-то лондонских клубах, ведь там совершенно вышколенная публика, там приходят люди, УК которых печать интеллекта на лице, видно, что арт-колледжи, арт-колледжи, или сами музыканты. Я помню, когда я в конце 80-х попал на первый разрешенный спектакль Виктюка, знаете, у меня такая зависть была, не знаю, хорошая или не хорошая, думал, блин, почему эти люди на рок-концерты не ходят, я бы так видел идеальный рок-концерт. Просто приходили какие-то очень умненькие мальчики, очень умненькие девочки.

ЛАРИСА ЯСНОГОРОДСКАЯ: Мне кажется, это работа на очень узкую аудиторию, это не коллективное, если работать только на такого слушателя.

АЛЕКСАНДР ПЛЮЩЕВ: Я думаю времена по крайней мере в России, когда рок-музыка была музыкой стадионов, они прошли, то есть печально нам это или радостно, то это в прошлом. При всей моей симпатии к Шевчуку не думаю, что он сможет стадионный тур. Кто еще остался? При всей моей симпатии к Бутусову, Бутусов не сможет собрать стадионный тур, не думаю, что гениальный Текилладжаз сможет собрать более 1000 зрителей ну и так далее.

ЛАРИСА ЯСНОГОРОДСКАЯ: А что за музыка сейчас музыка стадионов?

АЛЕКСАНДР КУШНИР: Жизнь, давайте говорить наверное так, о поколении 2007-2008, это поколение реалтонов, i-podов, и так далее. Вообще, очень тяжело кроме вечера пятницы человека вытащить не то, что на стадион, а на улицу, задницу оторвать. Поэтому сидеть и рассуждать в эфире «Эха Москвы» о музыке стадионов, это надо быть либо гениальным философом, либо самовлюбленным болваном. Я не думаю, что прямо существует 100% музыка стадионов сейчас.

АЛЕКСАНДР ПЛЮЩЕВ: Ну не знаю, насчет самовлюбленности, эгоцентричности Александру Кушниру не занимать, второй раз в нашем эфире он «you tube» называет «I tube`ом». Понимаешь, вместо ты, твоя труба, говоришь моя.

АЛЕКСАНДР КУШНИР: Все понял.

ЛАРИСА ЯСНОГОРОДСКАЯ: Тайный контракт, наверное, существует с местным производителем.

АЛЕКСАНДР КУШНИР: Голливудские партнеры готовят сейчас альтернативу.

АЛЕКСАНДР ПЛЮЩЕВ: Хорошо, спрашивают про книгу. Почему был выбор именно этих героев и никаких других. Здесь называли других. Сектор Газа, типа легендарная группа.

ЛАРИСА ЯСНОГОРОДСКАЯ: «Мумий Тролль», опять же.

АЛЕКСАНДР ПЛЮЩЕВ: «Мумий Тролль» здесь есть в книжке. Подожди, секунду, а почему вы не относите к хедлайнерам «Тараканы», Кукрыниксы, «Приключение электроника», другие, ну и так далее. Почему именно эти, почему не другие.

АЛЕКСАНДР КУШНИР: В эфире юмористический передаче я постараюсь более менее серьезно. Я написал про тех артистов, которые не просто являются нашими современниками, а с которыми я имел счастье вместе работать, хочется верить, что помогать и был в центре циклона всех тех событий, которые вокруг них вертели страну, но не сложились звезды мне поработать с группой «Сектор Газа» или там с «Приключением Электроника» и «Кукрыниксы» и «Тараканы». С одними я больше работал, с другими меньше, вел какие-то пиар-компании, пресс-конференции. С моей точки зрения это наиболее яркие вспышки комет, которые на Байконуру находился, на их Байконуре и что непосредственно, знаете, это, наверное, те артисты, о которых я в курсе музыкального интима, я бы так сказал, это проходило через общую кухню, я эту кухню видел и я в ней принимал участие, и я знаю, как это было.

АЛЕКСАНДР ПЛЮЩЕВ: Может быть лишним будет вопрос уже в силу сказанного, но, тем не менее, очень много книг, особенно в первой половине 90-х было об отечественной рок-музыке, об одном «Аквариуме» можно целую библиотеку составить большую, книжный шкаф точно можно забить, стопроцентно. Зачем еще одна книга?

АЛЕКСАНДР КУШНИР: Мне не нравится книги о русском роке, которые написаны. Не нравятся категорически, они максимальны политкорректны, максимально белые шелковые и пушистые. И там герои получаются какими-то фарфоровыми. Эта книга «Хедлайнеры» она может немножко жесткая, но она честная, я думаю, может быть, это самая максимально честная книга о русском роке, русской поп-сцене, которая когда-либо была издана, и я не думаю, что мои коллеги меня очень сильно полюбят после этих слов, но я действительно так думаю и не считаю нужным это скрывать.

ЛАРИСА ЯСНОГОРОДСКАЯ: А сами хедлайнеры в курсе, о чем вы пишете, видели материал?

АЛЕКСАНДР КУШНИР: Вопрос задал подготовленный коллега. Хедлайнеры и книга Хедлайнеры я надеюсь, что с ноября, с начала она появится в книжных магазинах, эта книга мы тут с коллегой Александром говорили перед эфиром, и он меня научил, что называется неавторизованная биография по жанру, что это значит, что принципиальная моя позиция была такая, что ни один из артистов не видел текст, не читал текст, не вычитывал текст, что позволяло мне быть формально независимым в своих оценках, которые порой сентиментальные, а порой радикальные, я люблю этих героев, но, тем не менее, я пишу так, как оно было.

ЛАРИСА ЯСНОГОРОДСКАЯ: А не боитесь ли вы после этой книги а) что у вас испортятся отношения с вашими хедлайнерами и б) судебных исков банально.

АЛЕКСАНДР КУШНИР: Я в одном из интервью сказал, что я очень удивлюсь, если у этой книги не будет судов, но конечно она не для этого, она написана для того, чтобы люди, которые ее прочитают, я не знаю, где они ее возьмут, украдут из книжного магазина, залезут в библиотеку на 14 этаж, или страшно сказать, купят, чтоб они знали, как это было и может даже она написана не для ординарных читателей, а для молодых продюсеров, промоутеров, артистов, по возможности, чтобы они не повторяли наших ошибок.

ЛАРИСА ЯСНОГОРОДСКАЯ: Такой учебник?

АЛЕКСАНДР КУШНИР: Такой, не знаю, может даже романтичный учебник, чтобы они не повторяли наших ошибок, поскольку говорят, что дурак учится на своих ошибках, а умный учится на ошибках других.

АЛЕКСАНДР ПЛЮЩЕВ: Александр наивный человек, он сказал, на 14 этаж в библиотеку. Он думает, что мы оставим ее здесь…

ЛАРИСА ЯСНОГОРОДСКАЯ: …и что у нас есть библиотека.

АЛЕКСАНДР КУШНИР: Да здесь читать ни кто не умеет.

АЛЕКСАНДР ПЛЮЩЕВ: Вопрос, а что бы вы сделали? Я всем буду показывать, смотрите, Кушнир подарил книжку про Земфиру. Тут, правда, наши слушатели показывают чудеса воспринимаемости того, о чем мы говорим. У меня полное впечатление, что о другом вещаем. Вот ты говоришь, что Глюкоза и Максим – это продукт Александра Кушнира, он их придумал, продюсирует, как думает Игорь, и он говорит, что примитивен и противен этот продукт, он сдулся давным-давно, а ДДТ будет вечно, как и Нау. Или он думает, что Александр Кушнир их всячески поддерживает в отличие от ДДТ и Нау.

ЛАРИСА ЯСНОГОРОДСКАЯ: Видимо хедлайнерами Александр Кушнир, как думает Игорь, считает как раз Глюкозу и Максим.

АЛЕКСАНДР ПЛЮЩЕВ: Может, настало время, в нашем плей-листе Глюкоза. Раз Глюкоза, то Максим Фадеев. Куда больше он сделал для проекта, чем Александр Кушнир всяко, и опять таки я взял любимейшую песню, это ранний Максим Фадеев, достаточно она редкая, такого андеграундного периода, непризнанный Фадеев, голодный, который ел одну картошку за два дня на кухне, о чем в книге написано. И совершенно гениальная композиция, называется «Белый снег-кокаин».

МУЗЫКА.

АЛЕКСАНДР ПЛЮЩЕВ: Александр Кушнир у нас сегодня представляет героев своей книги «Хедлайнеры», это был Максим Фадеев, которого вы слышали. Никого из них не выпустил в свет Александр Кушнир, но помогал им в работе, о чем и написано в книге «хедлайнеры», как я понимаю, поскольку я ее еще не читал, но верю Александру на слово, он сказал мне, поэтому я ему верю. Ваши вопросы могут последовать на +7 985 970 45 45, и их довольно много, кстати. Люди в основном спрашивают то, об истории, им больше всего интересна история. Ну, например, там «Вот вы общались с Гребенщиковым, ну и как он вам?» и так далее. А на самом деле я хотел бы поставить вопрос шире. Чем интересны тебе люди в этой тусовке, что привлекает к ним и есть ли такая вещь, как разочарование от человека, когда есть некое несоответствие между сценическим образом и его натуральным образом?

АЛЕКСАНДР КУШНИР: Ну, интуиция опытного Плющева не подвела, потому что вопрос, он в десятку поскольку об этом очень много в книге написано и если мы говорим о Гребенщикове, там очень много написано про очарования, коих было не счесть, какие интервью. Которых были многие десятки и невозможно все время было счастье вечное. Естественно наступало разочарования и для меня какой-то такой шаг, не знаю, насколько это звучит в эфире, (неразборчиво) как почему я довольно сильно субъективен в этой ситуации, но там они очень честно написаны. И я знаю несколько своих коллег музыкальных журналистов, очень толковых, которые стараются писать рецензию на альбом, прослушав альбом, и не знакомясь с артистом. Я у них спрашивал, почему? А чтоб не разочаровываться, чтоб быть объективным, только музыка и все, типа искусство вечно. Наверное, это так как с любимой девушкой, сначала очаровываешься, а потом возможно разочарование, это жизнь, это нормально. Конечно, очарования в книги больше, авторских очарований, но и разочарование есть, и они честно описаны, достаточно подробно. Я не думаю, что это очень сильно понравится артистам, я думаю, что артистам это не понравится, то есть они будут бить себя кулаком в грудь и говорить, что этого не было, это было. Об этом там можно прочитать.

АЛЕКСАНДР ПЛЮЩЕВ: В книге «Хедлайнеры» Александра Кушнира. Спрашивают, если в книге что-нибудь про ДДТ? Тут вообще большой такой список. В самом начале, тут огромный. Брюс Ли, Константин Эрнст, Илья Лагутенко, Мальколм Макларен, Борис Гребенщиков, Джеймс Бонд, Алла Пугачева. Вот я первые прочитал. Шевчука здесь не вижу.

АЛЕКСАНДР КУШНИР: Топ 6. Зато Анна Каренина есть, Йозеф Геббельс есть.

АЛЕКСАНДР ПЛЮЩЕВ: Даже есть Моника Левински. А Шевчука нет. Почему про Шевчука нет?

АЛЕКСАНДР КУШНИР: Это герой не моего романа, я не работал с Юрием (неразборчиво). Брал пару раз интервью, и у меня просто не хватило жизненных впечатлений таких прямых написать такую же главу как про Земфиру, Лагутенко, Фадеева, Кормильцева или Бурлакова.

АЛЕКСАНДР ПЛЮЩЕВ: Материала не хватило. Я хочу круто развернуться от книги, хотя с другой стороны, от темы не уйдешь, от тематики. Вот твоя компания «Кушнир продакшн». Она берет всех артистов, всех подряд, всех, кто обратится как в магазин, знаешь, приходят, их же не разворачивают.

АЛЕКСАНДР КУШНИР: Продайте мне булочку московскую с маком, пожалуйста.

АЛЕКСАНДР ПЛЮЩЕВ: Да, вот такого плана. Почему вас все время то на кокаин то на мак тянет, Александр?

АЛЕКСАНДР КУШНИР: А сегодня же вы разве нет в курсе, какой сегодня день? Независимости полей и степей. Отвечаю на вопрос про «Кушнир продакшн». На самом деле существует очень жесткий кастинг. Я думаю, я еще 10 лет назад пережил сильные впечатления, когда перед тобой открывают чемодан, наполненный купюрами, и есть сразу масса артистов, которые автоматически не пройдут отбор. Отбор этот вкусовой, у нас тут вообще анархия the Great Britans в студии происходит, но это, кто видит.

ЛАРИСА ЯСНОГОРОДСКАЯ: Счастливчики, заходите на plushev.com\video.

АЛЕКСАНДР ПЛЮЩЕВ: Нет, ну просто он сказал, что день сегодня не такой, я вспомнил, что половина на дворе, вот приоделся, как следует.

АЛЕКСАНДР КУШНИР: Вот-вот. Мы не работаем с артистами, которые исполняют пошлую музыку. Это к пошлой музыке я отношу большинство разновидностей того жанра, который называется эстрада. К сожалению, не попадались мне артисты в жанре шансон, скорее городской шансон, который был бы интересен. Хотя мне очень нравится французский шансон и так далее. В целом, наверное, из 10 промозаписей, которые приходят до окончательного контракта доходит 1, максимум 2. То есть отсев огромный.

ЛАРИСА ЯСНОГОРОДСКАЯ: Артисту, чтобы стать популярным, чтобы стать известным, чтобы дойти до своего слушателя обязательно обращаться сейчас в наше время в Москве к профессионалам.

АЛЕКСАНДР КУШНИР: Да нет, самому надо выйти тут рядом, у входа «Эха Москвы» с гитаркой, колонку привезти на метро, спеть и Александр Плющев заметит или еще кто-нибудь заметит, в эфир пригласят.

ЛАРИСА ЯСНОГОРОДСКАЯ: А может.

АЛЕКСАНДР ПЛЮЩЕВ: Между прочим, у меня была мысль это, по переходу, нет, была история, один парень мне был ужасно симпатичен, и я думаю, ну интересно, и вдруг он пропал, и встречаю его совершенно случайно на горбушке торгующим. Говорю «ты вообще выступаешь в переходах?» «Ну, иногда, для души». «Ну, заходи в эфир когда-нибудь», так и не зашел, вот жду.

АЛЕКСАНДР КУШНИР: Рассказ, который сейчас прозвучал доказывает, что чудеса бывают, в них надо верить. В отличие от серьезного. На самом деле, что такое артист модели 2007 года? Это, наверное, вершина айсберга, а под водой находится огромная команда. Это и директор, и администратор, роадменеджер, пиарщики, промоутеры, саундпродюсеры.

ЛАРИСА ЯСНОГОРОДСКАЯ: Но большинство хендлайнером как раз начинали без этого.

АЛЕКСАНДР КУШНИР: Я бы поспорил, поскольку когда группе Мумий Тролль никто не помогал, она прекрасно существовала целых 13 лет в глухом владивостокском андеграунде. С 1983 по 1996 13 лет безызвестности.

АЛЕКСАНДР ПЛЮЩЕВ: Значит ли это, что «Мумий Тролль» стал тем, кем он стал только благодаря сторонней помощи?

АЛЕКСАНДР КУШНИР: Да нет же, сторонняя помощь она один из компонентов поскольку… Я бы так сказал. Я много думал о взлете Троллей, тут все совпало. Совпало то, что в стране наконец появились свободные деньги, появилась золотая молодежь, появились музыкальные каналы, появилась возможность получать музыку, которая появилась не в понедельник, максимум во вторник в Москве и страна была готова к этому. Это было легкое преддверие Мумий Тролля и я помню группа «Мечтать» у них был такой большой хит как «Летчик» и уже это показало, то есть команда в два порядка слабее троллей, но их клип, который с завидным постоянством крутили, был канал ТВ-6, если я не ошибаюсь, и это было то, сто называют (неразборчиво) или (неразборчиво), то есть группа, которая популярна в локальной местности, и тут выстреливает альбом «Морская» с 14 песнями. О! Хочу рассказать историю. Только Тролли записали в Лондоне альбом «морская», сразу получилось, что мы… наверное только после Севы Новгородцева, вторая радиостанция в мире, которая это прокрутила, была «Эхо Москвы», это правда, и она была первая в России. (неразборчиво) – басист Наутилуса вел передачу «Танцы с волками». И мы с Леней Бурлаковым пришли с альбомом «Морская», он на кассетке был, у Димы было наверное порядка 40 минут эфирного времени, не помню. Мы прокрутили порядка 5 песен, такой вал возмущенных звонков, то есть это был чудовищный негатив. Звонили люди старшего школьного возраста, извините, оговорился, пенсионного, которые говорили, что у меня 2 высших образования, что вы крутите, почему русская группа играет такую музыку, что вообще за слова, где вы нашли этого наркомана? И Дима, на что он профессиональный ведущий, он не был готов к такой реакции, это такой праздник жизни был. Объясню, не писали русские группы альбомы за границей тогда. Был «Аквариум», который записал 2 альбома в Лондоне «Навигатор» и «Снежный рефери». Это был выход в открытый космос, это было безумие. И тут какие-то ребята из Владивостока, которые закладывают квартиры, которые берут в долг деньги у пап и мам, у бабушки, и которые непонятно на что надеяться. И мы строили планы, и Бурлаков мечтал издать «Морскую» тиражом 10000 экземпляров у болгарских пиратов. Я ему говорил: «Да ты что, ты утопишься, ты больше 2-3 тысяч не продашь», о чем ты говоришь?», я тогда типа эксперт был. А я основывался на том, что у меня друзья работали во всяких звукозаписывающих компаниях, и они не имели дурной привычки хранить профессиональные тайны. И они говорили, у группы «Телевизор» вот такой-то тираж, только рынок компакт-дисков начинался. «Ва-банк» такой-то тираж. Я говорил: «Морская»? Да вы что, 3 тысячи максимум». Вдруг ушли поезда. Куда ушли? Какие поезда, о чем мы говорим? Ну и радиослушатели нас поддержали, сровняв с лицом земли. Это была осень 1996 года, и ни одного позитивного звонка не было. Нашим молодым радиослушателям не надо думать, что так все раз, два, три и прорвались на первое место в хит-параде. Очень много говна надо съесть для этого. Какая у нас следующая песня по списку?

АЛЕКСАНДР ПЛЮЩЕВ: Прямо сейчас будет следующая песня.

ЛАРИСА ЯСНОГОРОДСКАЯ: Группа «Аквариум».

АЛЕКСАНДР ПЛЮЩЕВ: Что хотел сказать, что, судя по количеству негативных sms-ок, которые идут к тебе, ты продолжаешь этим заниматься, я имею в виду продолжаешь потреблять во внутрь тот продукт, которым ты уже оговорился здесь.

АЛЕКСАНДР КУШНИР: Без комментариев. Следующая песня у нас «Аквариум» «Немое кино». Это мой ответ на негативные sms-ки с маленькой помощью Бориса Гребенщикова.

МУЗЫКА.

АЛЕКСАНДР ПЛЮЩЕВ: Вы слушаете радиостанцию Эхо Москвы Александр Плющев и Лариса Ясногородская. У нас в эфире Александр Кушнир, известный музыкальный журналист. Как мы его сегодня не пытались поддеть, он не ведется на провокации.

АЛЕКСАНДР КУШНИР: Сам такой.

АЛЕКСАНДР ПЛЮЩЕВ: Конечно. Поэтому подкалывайте вы по +7 985 970 45 45.

АЛЕКСАНДР КУШНИР: Принимаются поздравления с грядущим Днем Рождения, он как раз 31 октября, я планирую отмечать.

ЛАРИСА ЯСНОГОРОДСКАЯ: Нельзя же отмечать заранее.

АЛЕКСАНДР КУШНИР: Это как в сексе правил нет, все можно, если это не вредит миру и экологии, нормально. Как раз я грядущее 25-летие отмечу и презентацию книги «Хедлайнеры».

АЛЕКСАНДР ПЛЮЩЕВ: Значит, спрашивают вот, что. «Собираетесь ли заниматься исследованием перспектив шоу-биза в России, в том числе в медиа-пространстве, можно ли попасть на пресс-конференцию или вход открыт только на (неразборчиво)?» — спрашивает Юля.

АЛЕКСАНДР КУШНИР: Дорогая Юля! Отвечает за эфир радиостанции «Эха Москвы» в 16 тоннах в среду 31 числа пресс-конференция для аккредитованных журналистов, записаться можно по телефону 961 24 00 и поэтому, если ты являешься профессиональным журналистом, добро пожаловать.

ЛАРИСА ЯСНОГОРОДСКАЯ: Я так поняла, что Юля не является.

АЛЕКСАНДР КУШНИР: Но во второй части презентации будет эстрадный концерт, если серьезно, первое московское появление Тани Зыкиной и там вход по билетам, пожалуйста, вход около 10 вечера.

АЛЕКСАНДР ПЛЮЩЕВ: Мы все время возвращаемся к книжке. Вот ты сказал, это жесткая и неприятная. Вот у меня понравилось, люди спрашивают, «обосрать артистов это мегазадача книги, это примитивно-скандальная слава», — спрашивает Лиззи на наш sms. Но я тоже подумал, что если бы книжка была бы присчесанной такой, все бы сказали, ну что интересного, она комплиментарно-причесанная. Если она такая не комплиментарная, то спрошу…

ЛАРИСА ЯСНОГОРОДСКАЯ: С другой стороны, ты знаешь, авторы часто пытаются создать такой скандал вокруг своего выходящего произведения, чтобы элементарно привлечь внимание, ну в общем Александру Кушниру не мне рассказывать.

АЛЕКСАНДР КУШНИР: Думаешь, это прием…

ЛАРИСА ЯСНОГОРОДСКАЯ: Скандалы. Скандалы, интриги, расследования. Мы знаем как эта программа. Приведите какой-нибудь пример.

АЛЕКСАНДР ПЛЮЩЕВ: Из своей книжки. Прочтите нам в прямом эфире.

АЛЕКСАНДР КУШНИР: Отлично!

ЛАРИСА ЯСНОГОРОДСКАЯ: Чтобы люди послушали и прямо пошли занимать места в очереди в магазины.

АЛЕКСАНДР ПЛЮЩЕВ: Он не очень хорошо помнит, что на какой странице, только вышла из типографии.

ЛАРИСА ЯСНОГОРОДСКАЯ: Только редакторы прислали.

АЛЕКСАНДР КУШНИР: Ребята, давайте. Так, я готов. Я вам буду читать фрагмент. Мы вышли сейчас в открытый космос, я буду читать сейчас фрагмент про Мерилин Менсонеа.

АЛЕКСАНДР ПЛЮЩЕВ: Ну, поищи пока. Ты знаешь, как у нас артисты. Они нам что-то говорят, говорят, а мы им раз. А вживую спеть можете? И вот сразу.

АЛЕКСАНДР КУШНИР: В эфире московское время 0 часов 53 минуты, в эфире…

АЛЕКСАНДР ПЛЮЩЕВ: Врет, сидит в эфире, врет вообще.

АЛЕКСАНДР КУШНИР: Просто надо наперед смотреть, в эфире Эха Москвы передача Аргентум, у микрофона Александр Кушнир. Глава про Фадеева. Она разделена на несколько подглав, и одна из них называется «Как закалялась сталь». Название не мое, украденное и я начинаю читать. Эпиграф. Сезон 2001 года характеризовался чудовищной по своей агрессивности пиар-атакой группы «Total» на медиа. Подпись: журнал «Стерео-Видео». Жизнь в это время била ключом, после долгих переговоров в Москву в рамках мирового тура должен был приехать великий и ужасный Мерилин Менсорн. На разогреве в роли «спешиал гест» планировалась новая американская сенсаций «Папа Роач». Когда я связался с организаторами, выяснилось, что калифорнийцы «Папа Роач» звучат на сцене чуть ли не круче Менсона, по крайней мере, так утверждал идеолог акции Михаил Козырев. На вопрос, есть ли у (неразборчиво) шанс сыграть 2-3 песни перед «Папа Роач», Козырев лишь рассмеялся. Дальше начались приключения. Вначале выяснилось, что в связи с сильными снегопадами трейлерами со сценическими оборудованиями застряли где-то в степи, тонны света и звука буксовали в русских сугробах. Из-за проблем с транспортировкой аппаратуры концерт задерживался на сутки. Администраторы пили валокордин литрами, а Мерилин Менсон вальяжно разгуливал по старому Арбату без макияжа, он еще не понимал, в какую страну Чудес попал. Беда не приходит одна. На следующий день охреневшие администраторы узнали о болезни Коби Дика, вокалиста группы «Папа Роач». На разогрев Менсона теперь претендовало сразу несколько русских групп. Наибольшие шансы по мнению Козырева были у «IFK», но они совершили чудовищную ошибку, запросив за выступление 2 тысячи долларов. (неразборчиво) сказали прощай, при чем не только в отношении концерта, за 48 часов до начала акции место разогревающей группы было все еще вакантно. Дальше произошло то, за что я, собственно говоря, и люблю жизнь. Бизнес–партнер Козырева, мой боевой друг Володя Месха заглянул по случаю в Центральный дом художника, где в рамках музыкальной выставки проходило выступление «Total». Акция проходила не в концертном зале, а прямо в лабиринтах второго этажа. Более сложного места для команды, играющей гитарный рок, придумать не просто, но «Total» в этот день были в ударе. От их напора со стен свалилось несколько картин художника Айвазовского, а также часть экспозиции «Пираты XXI века». Офигев от запредельной громкости, администрация ЦДХ вырубила звук Марине Черкуновой на пике ее Камасутры, тут такая хитрая игра слов, «Камасутра» – это название песни. Затем сцену оцепили хмурые люди в форме ОМОНа. Это была несбыточная мечта любого пиарщика. Третье в истории выступление группы «Total» закончилось классическим винтом. «Смотри, смотри, какие они классные» — (неразборчиво) Месхи, с которым мы прошли огонь и воду, кучу рок-фестивалей, «Вова, не вы%вайся, срочно звони Козыреву, лучшей группы для разогрева вам не найти. Поверь, они просто в охренительной форме. Это то, что вам нужно, то, что доктор прописал». Меня несло, но несло убедительно, Месхи, согласившись с рациональностью доводов, набрал телефон Козырева. После короткой, но (неразборчиво) беседы Михаил Антонович капитулировал. Это был наш звездный час. В начале я позвонил Фадееву, потом Элеасбергу. «Есть новость», — говорил рубленым телеграфным стилем, — «послезавтра играем вместе с Мерилин Менсоном в «Олимпийском». Оба деятеля шоу-бизнеса рухнули со стульев одновременно. Под этот ласкающий слух грохот мы с Месхи вальяжно подошли к музыкантам. «Ну что, круто мы сегодня сыграли?», — задиристо спросили они. «Круто, круто», — вежливо ответил я, — «но раз вы такие крутые, может, вы еще и с Менсоном сыграете?». «Легко», — бодро ответила Марина. Они думали, что я шучу. В предвкушении грядущей развязки Месхи пытался не улыбаться. «Хорошо», — спокойно сказал я, — «считайте, что уже договорились. Выступаем в «Олимпийском» послезавтра, играем 5 песен саунд-чек в 15 часов, последний (неразборчиво). На лицах музыкантов, только что сыгравших свой третий концерт, появился настоящий неподдельный интерес к жизни, такой, какой теоретически мог возникнуть у футболистов сборной России, если бы им предоставили возможность переиграть отборочный матч на Евро-2000 с командой Украины. Музыканты понимали, что это их шанс, понимали, что их приглашали как разогревающую группу, что автоматически означало массу проблем , но действительность превзошла все ожидания. Мы были никто, пропуска на сцену выдали даже не всем участникам группы. Свой бейджик я отдал звукорежиссеру и тупо купил в кассе билеты, таковы были правила игры, и мы были вынуждены их принимать.

АЛЕКСАНДР ПЛЮЩЕВ: Я, правда, не понял, чего-то такого, кто должен обидеться на что, Менсон? Ты поняла чего-нибудь?

АЛЕКСАНДР КУШНИР: Менсон уже все…

ЛАРИСА ЯСНОГОРОДСКАЯ: Бывает кухня…

АЛЕКСАНДР ПЛЮЩЕВ: Где скандал-то был?

АЛЕКСАНДР КУШНИР: Вы что не знаете, вы Интернет не читали, сейчас весь офис слушает Эхо Москвы, как мы…. Они специально наняли русскоговорящего сотрудника, который им сейчас все переводит. У нас на одну песню еще есть время?

АЛЕКСАНДР ПЛЮЩЕВ: Практически нет. Чуть-чуть.

АЛЕКСАНДР КУШНИР: У нас поскольку одна из центральных глав про Земфиру, про ее восхождение, про ее взлет, есть одна очень недооцененная песенка, на достаточно дорогой аппаратуре она звучит просто идеально, тем более для русских рок-музыкантов, которые не всегда вальяжно и продуманно работают со звуком, это первая проблема в альбома «14 недель тишины», называется она «Паранойя».

АЛЕКСАНДР ПЛЮЩЕВ: К сожалению, не успеем мы дослушать Земфиру.

АЛЕКСАНДР КУШНИР: Фрагмент такой.

АЛЕКСАНДР ПЛЮЩЕВ: Спасибо Александру. Тут масса возмущенных радиослушателей.

АЛЕКСАНДР КУШНИР: Скандал, скандал.

ЛАРИСА ЯСНОГОРОДСКАЯ: Все-таки получилось.

АЛЕКСАНДР ПЛЮЩЕВ: Вообще спрашивают, сколько стоило тебе забраться в студию Эха Москвы сегодня. Не будем раскрывать коммерческие тайну.

ЛАРИСА ЯСНОГОРОДСКАЯ: Нам же тоже надо на что-то жить.

АЛЕКСАНДР ПЛЮЩЕВ: Ну а что вы думаете, друзья мои. Он даже книжку одну принес, не на двоих, я не знаю, что мы будем теперь с Ларисой. Впихивать друг другу. Нут ты возьмешь, ты повезешь. – Нет, ты. Мы ужасно довольны. Знаете, за что я позвал Александра Кушнира. На самом деле те, кто смотрит видеотрансляцию, сейчас увидят. Я изображен на 377 странице и не с кем-нибудь, а в компании с Ильей Кормильцевым в этой студии. Это на самом деле стоит дорогого. Спасибо большое Александру Кушниру за сегодняшний рассказ о… Это все было даже не рассказ, анализ рок-музыки за последние лет 10 а то и 20, не меньше.

АЛЕКСАНДР КУШНИР: Ребят, спасибо, мне с вами было очень тепло.

ЛАРИСА ЯСНОГОРОДСКАЯ: Счастливо, до воскресенья.



Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире