'Вопросы к интервью
АМАЛИЯ: Добрый вечер. Нашей программы откусили еще две минуты на программу «Правильно ли мы говорим». Осталось объявить только еще минуту молчания во время моей программы и…

ЕКАТЕРИНА ГОРДОН: И разойтись.

АМАЛИЯ: И разойтись. Итак, добрый вечер. О сколько их таких пречудных, необычайных и отчаянных охотниц страстных собралось. Контридзе, жаркая как лава кавказских гор. Джазова слава, отчаянная голова Елена Новикова. И обладательница дара скороговокри – Тарубара, охоте сексуальный тон задаст, как правило, Гордон. Оружье заряжаю я, Амалия, Амалия. Я не сказала главного. Рифмы к зверю не нашлось. Андрей Бунич, красавец мужчина, билборды по всему городу, интим не предлагать, хотя не знаю, как сложится. Итак, время доброй охоты на «Эхе Москвы». Скажите, кто Вы?

АНДРЕЙ БУНИЧ: В каком смысле?

АМАЛИЯ: Ну, вот так вот президент Союза предпринимателей и арендаторов России. Ну, вот Вы когда с женщинами знакомитесь. Вы как говорите? Вот Андрей Бунич…

А. БУНИЧ: Ну, так не говорю, конечно.

АМАЛИЯ: Президент…

ЕЛЕНА НОВИКОВА: Просто президент.

А. БУНИЧ: Нет, ну Вам, вообще, зачем говорить что-то, когда знакомишься с женщиной.

Е. ГОРДОН: Вы молча знакомитесь, да?

А. БУНИЧ: Нет, а зачем так подробно рассказывать о своей биографии?

ЛЕЛЯ ТАРУБАРА: Просто визитка золотая.

А. БУНИЧ: Потом Вы же только сказали, я по всему городу повешен, поэтому…

АМАЛИЯ: Ну, т.е. она должна сразу, т.е. я, допустим, ну, ладно я, куда там я, ох, сиди. А вот, допустим, ну, Леля, вот Леля Тарубара, допустим…

Л. ТАРУБАРА: А, очень просто «Андрей с плаката».

АМАЛИЯ: Ну, Вы видели и так подмигнули типа. Это я.

А. БУНИЧ: Нет, ну, неужели просто мужчины, которые с Вами знакомятся, они сразу Вам рассказывают о своих должностях…

Е. ГОРДОН: Абсолютно правильно он говорит. Действительно никто ничего не рассказывает.

Т. КОНТРИДЗЕ: Как не рассказывает? Мы иначе не клюем.

Л. ТАРУБАРА: Считается нормальным спросить девушку, чем ты занимаешься. И она должна полностью рассказать свое образование, свое воспитание, свои все институты. Но если ты мужчину спрашиваешь, чем он занимается. Бизнесом, конечно. Что за неприличный вопрос.

А. БУНИЧ: Конечно, я тоже так думаю. Нормальный если человек, конечно. Если он ничем не занимается, он как раз может рассказать много чего. А если он чем-то занимается, постарается лишнего не говорить.

АМАЛИЯ: А почему это, кстати?

А. БУНИЧ: Ну, он же еще только с Вами знакомится, и сразу должен все рассказать, да, а вдруг потом знакомство у Вас выйдет неудачное. Может же такое быть.

Л. ТАРУБАРА: А он уже наврал.

А. БУНИЧ: Нет, ну, может, если человек действительно серьезный и думает как-то о будущем, то зачем ему сразу рассказывать, кто он, что он. Так мне кажется.

Е. ГОРДОН: Как-то Вы хитро общаетесь с людьми. А с мужчинами Вы как общаетесь?

А. БУНИЧ: С мужчинами тоже. Зачем тоже…

Е. ГОРДОН: Не представляетесь никогда?

А. БУНИЧ: Нет, ну, меня обычно все знают, с кем я общаюсь, обычно знают почему-то, я не знаю.

Т. КОНТРИДЗЕ: А, т.е. Вы в своем ампуле звезда.

А. БУНИЧ: Нет, ну, в принципе, да, действительно, когда вот приходилось знакомиться с женщинами, это было давно просто очень, или чего-то говорить…

АМАЛИЯ: Вы сменили ориентацию? Что такое? Это было так давно? (ГОВОРЯТ ВМЕСТЕ). Сказал, он помахивая страусинным пером.

А. БУНИЧ: Когда нужно было объяснять, кто я такой, это было лет 10 тому назад, допустим. Тогда я, наверное, что-то говорил. Я вспоминаю. Что я, наверное, все-таки объяснял, кто я. Сейчас уже…

Т. КОНТРИДЗЕ: Слушайте, но Вы производите впечатление тщеславного человека.

А. БУНИЧ: Да? Почему? Откуда?

Е. ГОРДОН: Ну, а не тщеславный человек не повесит свое лицо по всей Москве на больших плакатах.

Т. КОНТРИДЗЕ: Вы Башмет Карен Шахкалдян.

А. БУНИЧ: Почему? Это рекламный трюк, на мой взгляд.

Л. ТАРУБАРА: Сработало?

Т. КОНТРИДЗЕ: Так чего Вы рекламируете? Себя?

А. БУНИЧ: Все же увидели, узнали, значит, это как пиар акция.

Е. ГОРДОН: Так а что Вы, правда, рекламировали то?

А. БУНИЧ: Ну, свою деятельность.

Е. ГОРДОН: А Ваша деятельность заключается в каких-то мимических…

Е. НОВИКОВА: Изменениях.

Л. ТАРУБАРА: Пластическая хирургия.

Е. ГОРДОН: Зубы опять-таки.

А. БУНИЧ: Нет, ну, почему…

Е. НОВИКОВА: Ристилайн три кубика.

Е. ГОРДОН: Четыре уже, четыре.

А. БУНИЧ: Нет, на мой взгляд, там хороший плакат. Там схвачен образ такой. Стилизован под советский плакат 20-х годов. Почему? Допустим. Вы же не удивляетесь. что Анкл Бенс рекламирует там какую-то пищу. Т.е. Вы видите лицо какого-то негра.

Е. ГОРДОН: Нет, ну, Царствие ему Небесное. Там другая история.

Л. ТАРУБАРА: А у Вас какая целевая аудитория?

Т. КОНТРИДЗЕ: Целевая аудитория (Смех).

Л. ТАРУБАРА: Ну, как, плакат под целевую аудиторию.

АМАЛИЯ: Ч-ч-ч. Дамы, мы не даем высказаться Андрею.

А. БУНИЧ: Если бы Вы посмотрели дальше, что там написано, там написано про интернет портал. Да, поэтому там не только мое лицо. Если бы там было только мое лицо, то я бы согласился с Вами. Но там же был и текст какой-то, который наводил на мысль посмотреть, что на портале.

Е. ГОРДОН: Нет, ну, у Вас такое большое лицо…

А. БУНИЧ: Ну, а что делать?

Е. ГОРДОН: Нет, такие маленькие буквы они не читаются на фоне Вашего лица.

Т. КОНТРИДЗЕ: Может быть, надо было просто губы снять.

Л. ТАРУБАРА: Позвони… Зайди на сайт (смех).

Т. КОНТРИДЗЕ: Андрей Бунин. Бунич. Так он же сын Бунина.

Л. ТАРУБАРА: Бунича.

Е. НОВИКОВА: Кто тебе подсказал?

Т. КОНТРИДЗЕ: Сам сказал, до того, пока ты зашла. Все-таки.

А. БУНИЧ: Бунина? Бунича. Нет, Бунин есть Игорь Бунин, политолог. Почему-то многие думают, что я его сын. Но я не его сын.

Е. НОВИКОВА: Мы даже про него и не подумали.

Т. КОНТРИДЗЕ: Т.е. не одна я шизофреничка.

А. БУНИЧ: Да, нет.

АМАЛИЯ: В этом смысле ты одна. Мозаика ты моя.

А. БУНИЧ: Был еще какой-то писатель Игорь Бунич, тогда думали, что он сын моего отца, но не я. Т.е. там…

Е. ГОРДОН: «Сын моего отца» загадка, уважаемые радиослушатели.

А. БУНИЧ: Многие мне говорили, что это я.

АМАЛИЯ: (ГОВОРЯТ ВСЕ ВМЕСТЕ). Так, ну, что будем делать какие-то прицельные выстрелы? Задавать конкретные вопросы?

Е. НОВИКОВА: Можно я первый, самый тупой вопрос задам. Все-таки мне хочется знать, чем все-таки занимается…

Е. ГОРДОН: Ты думаешь, это был первый тупой вопрос? Уже парочку задали. Это победитель конкурса.

А. БУНИЧ: Я примитивно отвечу, как мужчины отвечают женщинам. Бизнесом. Исключительно. А так же…

Е. ГОРДОН: У Лели умный вопрос есть.

А. БУНИЧ: А так же общественной деятельностью. Так же выступаю, как эксперт, поэтому…

Л. ТАРУБАРА: В области чего?

Е. НОВИКОВА: Леля, давай.

А. БУНИЧ: Экономики. Да, да, не политики.

Л. ТАРУБАРА: А что такое экономика?

АМАЛИЯ: (ГОВОРТ ВМЕСТЕ). Значит так, по правому флангу Контра и Гордон ведут себя отвратительно.

Е. НОВИКОВА: Их рассадить надо просто.

АМАЛИЯ: Рассадить их на последнюю парту.

Е. ГОРДОН: На попятную.

АМАЛИЯ: На попятную. Значит. Новикова, Тарубара прекрасно себя сегодня ведут. (ГОВОРЯТ ВМЕСТЕ).

Т. КОНТРИДЗЕ: Вот чем они лучше нас?

АМАЛИЯ: Потому что Вы все ржете. Не смотрите на гостя. А только на друг дружку.

Е. ГОРДОН: Да мы в пробках насмотрелись уже.

Л. ТАРУБАРА: На друг дружку. (Смех).

АМАЛИЯ: Значит, Леля.

Л. ТАРУБАРА: Андрей, у меня вопрос такой. Может быть, он покажет идиотским…

АМАЛИЯ: Нет, Лелечка. ни в коем случае.

Л. ТАРУБАРА: Что такое у Вас союз предпринимателей и арендаторов. А арендаторы они что, не предприниматели?

А. БУНИЧ: Ну, я знаю, я часто слышу этот вопрос. Дело в том, что исторически союз возникал тогда когда были только арендаторы. Т.е. тогда для того, чтобы стать предпринимателем можно было либо быть кооператором, либо арендатором.

Л. ТАРУБАРА: Т.е. Вы так прославились на арендаторах, что решили ничего не менять.

А. БУНИЧ: Нет, а потом изменили просто название в связи с тем, чтобы была преемственность, и чтобы люди знали, о чем идет речь, поэтому сохранили второе слово.

Л. ТАРУБАРА: Удивительно.

Е. ГОРДОН: А Вы богатый?

А. БУНИЧ: Да, нет, ну, что Вы.

Е. ГОРДОН: Ну, Вам на хлеб-то хватает хоть?

А. БУНИЧ: Нет, ну, не бедный…

Е. ГОРДОН: Ну, машина хорошая у Вас?

А. БУНИЧ: Ну, я так не увлекаюсь машинами.

Т. КОНТРИДЗЕ: А стринги носите?

А. БУНИЧ: А что это такое?

Е. ГОРДОН: Это новые параметры богатства?

Т. КОНТРИДЗЕ: Да. Между прочим.

АМАЛИЯ: Стринги надевают мужчины, некоторые мужчины, если, допустим, носят светлые брюки из тонкой ткани, чтобы граница трусов не просвечивала.

А. БУНИЧ: Это хорошо, что Вы мне объяснили, потому что я, когда смотрел про Вашу передачу в интернете, я вот наткнулся на передачу с каким-то мужчиной…

Е. НОВИКОВА: Про футбол?

А. БУНИЧ: Нет, нет, нет. Про ту, в которой Вы обсуждали с ним, он метросексуал или не метросексуал. И я с удивлением обнаружил, что я не знаю, что такое метросексуал. И если бы попал в такую ситуацию, подумал бы, что это что-то связанное с сексом в метро.

Е. НОВИКОВА: Да, так и есть.

Е. ГОРДОН: Или с размерами.

АМАЛИЯ: Так стринги Вы не носите под светлые брюки?

А. БУНИЧ: Нет, нет, я не знаю даже, что такое.

АМАЛИЯ: Это лучше.

Е. НОВИКОВА: А в караоке поете?

А. БУНИЧ: В караоке пою.

Е. НОВИКОВА: Правда?

АМАЛИЯ: А что обычно? Какой у Вас репертуар?

А. БУНИЧ: Ну, не так часто, ну, когда выпью, наверное.

Е. ГОРДОН: А голос есть?

А. БУНИЧ: Нет, голоса нет.

Е. ГОРДОН: Вот это нормально. Для караоке это главное.

А. БУНИЧ: Да, наверное, у меня голос еще хуже, чем у Жириновского.

Л. ТАРУБАРА: А Вы один поете или в кампании людей?

Е. ГОРДОН: В кампании Жириновского.

А. БУНИЧ: Нет, в кампании Жириновского нет.

Е. ГОРДОН: Ну, а что Вы выбираете, какие песенки?

А. БУНИЧ: Блатные.

Е. ГОРДОН: Серьезно?

А. БУНИЧ: Да. Хотя я никогда не сидел, и не связан…

Е. ГОРДОН: «Владимирский централ», да?

А. БУНИЧ: Ну, не знаю, почему-то меня тянет, хотя я из интеллигентной семьи. Не знаю. И родители мои были…

АМАЛИЯ: Хорошо, Теона, ты подпоешь?

Т. КОНТРИДЗЕ: Что, блатные песни?

АМАЛИЯ: Да, да, да.

Т. КОНТРИДЗЕ: Ну, начинайте.

Е. ГОРДОН: А какую блатную песню?

А. БУНИЧ: Нет, нет, нет. Не стоит. Зачем?

Е. ГОРДОН: Владимирский централ…

А. БУНИЧ: Не надо экспериментировать над слушателями.

Л. ТАРУБАРА: А может потому, что Ваша деятельность как-то тоже напоминает?

А. БУНИЧ: Нет, нет, нет.

Т. КОНТРИДЗЕ: Вот эти все песни (НЕ РАЗБОРЧИВО).

А. БУНИЧ: Да, может быть, да. Современный бизнес, конечно, какой-то…

Т. КОНТРИДЗЕ: Надо блатовать.

А. БУНИЧ: Да, наверное. есть какая-то связь.

АМАЛИЯ: У меня есть потребность нахамить в эфире. Извините, «Амалечка, когда Вы уже родите? чтобы знать, когда передача кончится». Эля, Вы дура, извините, пожалуйста.

Т. КОНТРИДЗЕ: Конченная причем. Не начинающая, а вот все.

АМАЛИЯ: «Вам хорошо на воле. А каково Ходорковскому, которого Вы сдали?» Валерий и Ольга.

Е. ГОРДОН: Так это Вы сдали Ходорковского?

АМАЛИЯ: Вот наконец-то мы узнали, кто сдал Ходорковского. Это был Андрей Бунич. Андрей, почему к Вам такой вопрос?

А. БУНИЧ: А как я мог сдать Ходоркоского что я…? Надо было мне с ним как-то быть вместе(ГОВОРЯТ ВМЕСТЕ).

АМАЛИЯ: Вопрос к Валерию и Ольге. Валерий, Ольга, пожалуйста, поясните Ваш вопрос.

АМАЛИЯ: Значит….

Е. ГОРДОН: Ну, приятное что-то.

АМАЛИЯ: Да, понятно. «Ляля – прелесть», Леля, извините, ребята.

Л. ТАРУБАРА: Но все равно хороша. Спасибо, спасибо.

АМАЛИЯ: Дивно как хороша Ляля. прелесть.

Л. ТАРУБАРА: Ляля Черная. Ой.

А. БУНИЧ: Ну, так как я сдал все-таки Ходорковского?

Е. ГОРДОН: Мы это не выясняли. Сейчас выясняем.

Т. КОНТРИДЗЕ: А Вы его вообще знаете, да?

А. БУНИЧ: Ну, я его видел раза два в своей жизни.

Т. КОНТРИДЗЕ: И уже сдали. Как Вам вообще…

А. БУНИЧ: Ну, не знаю. Может случайно как-то.

Е. НОВИКОВА: Как Вам это удалось?

А. БУНИЧ: Случайно как-то, может быть, по неосторожности.

Е. ГОРДОН: А какие Вам женщины нравятся?

А. БУНИЧ: Разные.

Е. ГОРДОН: Нет такого блондинка, брюнетка? С большой грудью, с маленькой, дура, умная?

А. БУНИЧ: Нет, ну, наверное, какие-то есть там предпочтения.

Е. ГОРДОН: Или все в топку пойдут?

А. БУНИЧ: Нет, ну, в принципе да, и блондинки и брюнетки.

Т. КОНТРИДЗЕ: Слушай, человек последний раз 10 лет тому назад знакомился. Что за вопрос задаешь.

Е. НОВИКОВА: Конечно, ему теперь уже все нравятся. Это уже нормально.

А. БУНИЧ: Нет, почему, я после этого знакомился. Просто мне не надо было уже что-то объяснять обычно.

Е. ГОРДОН: А может Вы для женщин свой плакат то везде понавесили?

А. БУНИЧ: Нет, нет, нет.

Е. ГОРДОН: Нет? Точно?

А. БУНИЧ: Для женщин я в свое время спонсировал конкурсы красоты.

Е. ГОРДОН: Понятно.

Т. КОНТРИДЗЕ: Такой тайный эротоман.

А. БУНИЧ: Нет, почему. Я делал это так из любви просто к прекрасному.

Т. КОНТРИДЗЕ: К искусству.

А. БУНИЧ: Да.

Е. ГОРДОН: Вы не спали с моделями.

А. БУНИЧ: Почему нет? Почему сразу не спал?

Е. ГОРДОН: Не спали? Спали. Понятненько. Вы женаты?

А. БУНИЧ: Нет.

Л. ТАРУБАРА: Поэтому так спокойно говорите. Да, спал, да, нормально.

АМАЛИЯ: Как хорошо, неженатый мужчина в эфире, который наконец-то перестанет морщить (ГОВОРЯТ ВМЕСТЕ) нет, я никогда, чтобы я, да еще…

Т. КОНТРИДЗЕ: Слушайте, какая-то подозрительная тема. Почему Вы неженаты?

А. БУНИЧ: Я не был даже женат.

Е. ГОРДОН: А!

Е. НОВИКОВА: Серьезно?!

Е. ГОРДОН: Вот в чем подвох-то, девчонки!

Т. КОНТРИДЗЕ: Андрюша…

Е. ГОРДОН: Надо себя заставлять.

Т. КОНТРИДЗЕ: Соврать что ли. Не знаю.

АМАЛИЯ: А что у нас со взаимоотношениями с мамой?

А. БУНИЧ: Вы как уже по Фрейду как-то?

Е. ГОРДОН: Конечно.

АМАЛИЯ: А как же.

А. БУНИЧ: Сразу же диагноз поставить.

Т. КОНТРИДЗЕ: Нет, мы раскручиваем Фрейда.

А. БУНИЧ: Нет, ну, у меня нормальные были отношения с мамой, очень хорошие при ее жизни естественно. Т.е. мы дружили. Так что у меня никакого конфликта с матерью не было. Если Вы к этому.

АМАЛИЯ: Ну, т.е. Вы, допустим, приводили девушку, Вам не говорю, Андрюша…

Е. ГОРДОН: Не сегодня.

АМАЛИЯ: А девочка у нас грузинка, как мы?

А. БУНИЧ: Наоборот, меня приветствовали. Приветствовали, чтобы я приводил лучше. Потому что думают, если я где-то буду шататься, неизвестно где, то это маме доставляло какое-то волнения. А так все-таки сын где-то поблизости находится.

Е. НОВИКОВА: А Вы были скованным юношей?

А. БУНИЧ: Сначала скованным.

Е. НОВИКОВА: Робким, закомплексованным?

А. БУНИЧ: Нет, лет до 17, до 18 да, был скованным, а потом расковался.

Л. ТАРУБАРА: А что побудило к раскованию?

А. БУНИЧ: Нет, ну, вот что-то резко меня. Чего-то долго был скованным, а потом меня понесло в другую сторону.

Л. ТАРУБАРА: Как, какая была причина?

А. БУНИЧ: Ну, не знаю, съездил отдыхать…

Л. ТАРУБАРА: На Ялту?

А. БУНИЧ: Да, куда-то поехал, и потом вдруг раз.

Л. ТАРУБАРА: И чего-то че?

Е. ГОРДОН: И поэтому до сих пор Вы неженаты, да?

Е. НОВИКОВА: Так расковался ГОВОРЯТ ВМЕСТЕ).

Е. ГОРДОН: А дети есть у Вас?

А. БУНИЧ: Нет.

Е. ГОРДОН: А-а.

Е. НОВИКОВА: А Вы откуда знаете?

АМАЛИЯ: Подождите секунду. Я должна наполнить… Наполнить говорю. Напомнить… Исключительно минералка. Значит, и напомнить, что в эфире «Эхо Москвы» время «Доброй охоты!» И в студии сегодня Андрей Бунич в качестве загоняемого, но еще не загнанного зверя. Ибо вот Леля Тарубара, журналист. Елена Новикова, режиссер, Катя Гордон, писательница и режиссер и Теона Контридзе. Ну, кто ты сегодня?

Е. НОВИКОВА: Фольклористка.

Т. КОНТРИДЗЕ: Сегодня я председатель фан-клуба Боба Марли.

АМАЛИЯ: Да, почему-то на футболке при этом Принц. Ну, да ладно.

Т. КОНТРИДЗЕ: Ну, это так я люблю разнообразить.

Е. ГОРДОН: Нет, Боба Марли, это чтобы никто не догадался. А то Боб Марли сделает пластическую операцию.

АМАЛИЯ: Итак, значит, Андрею Буничу Екатерина Гордон вот только что буквально задала вопрос о детях. А Елена Новикова, когда он ответил на вопрос «Нет», да, Елена Новикова говорит… Я так кратное содержание предыдущих серий". Скажу «Вы уверены?» А вот мужчина может быть уверен, что детей от него вот нет ни у кого? Вот не было у Вас скрытых таких …

Е. ГОРДОН: Подозрений.

А. БУНИЧ: Ну, не знаю. Я не буду так уточнять. Конечно, может быть, уверен. Может быть, если пользуется определенными средствами защиты.

Е. ГОРДОН: Всегда?

А. БУНИЧ: Нет, ну, я говорю теоретически.

Л. ТАРУБАРА: Слушайте, это последний холостяк, мне кажется, в нашей стране в таком возрасте, это здорово. Вот как Вы себя ощущаете?

А. БУНИЧ: Почему Вы мне такой уж возраст приписываете? Не такой уж он страшный.

Е. ГОРДОН: А сколько Вам лет?

Л. ТАРУБАРА: Нет, у нас старше 20 все женаты. Вам же больше 20 я так вижу.

А. БУНИЧ: Больше 20. Но сейчас, на самом деле, многие мужчины женятся… Особенно на Западе.

Е. ГОРДОН: А сколько Вам лет-то?

А. БУНИЧ: 43.

Е. ГОРДОН: А, ну, не мальчик.

Е. НОВИКОВА: Ну, до 45 еще можно погулять.

АМАЛИЯ: А Вас есть какие-то стремления жениться? Вот у меня есть пара, тройка друзей, которые, допустим. все время звонят и говорят: ну, что новые морковки есть? Хочу жениться.

А. БУНИЧ: Стремления никогда не было. Мне его привить никак не удавалось. Мама пыталась мне его привить. Но стремления, честно говоря, никакого.

АМАЛИЯ: Андрюшенька, женись, а Вы нет. Ни в какую.

А. БУНИЧ: Как-то не было такого у меня стремления.

АМАЛИЯ: Почему?

А. БУНИЧ: Т.е. я никогда не был против этого, конечно. Я никогда не возражал против категорически.

Е. ГОРДОН: А длительные романы у Вас были?

АМАЛИЯ: Т.е. когда Вам делали предложение, Вы как бы сразу не отказывались, говорили: а почему бы и нет.

А. БУНИЧ: Ну, как в «Кавказской пленнице» сказал кто-то «жениться никогда не рано, никогда не поздно». Так что я так как-то рассуждал, что, наверное, это потом, когда в старости.

Е. ГОРДОН: А сейчас Вы так тоже думаете, да?

АМАЛИЯ: Ах, Вы вот какой.

А. БУНИЧ: Нет, я думаю, сейчас то и так хорошо, зачем. Нет, ну, сейчас мне приходят такие мысли уже да.

Л. ТАРУБАРА: А детей Вы хотите своих?

А. БУНИЧ: Да, хочу.

Л. ТАРУБАРА: А что Вы для этого делаете?

Е. ГОРДОН: Попытки.

А. БУНИЧ: Указание президента пока я никак не выполняю.

АМАЛИЯ: Светлана спрашивает: «Что у Вас такого плохого случилось в офисе? Об этом вся Москва знает и говорит?»

А. БУНИЧ: Мы сейчас перейдем на криминальные темы тогда. Ну, у меня там сложности. На меня нападали. Захватывали. Громили.

АМАЛИЯ: Их было 80. Вы отбились. Вот шрам и вот.

А. БУНИЧ: До сих пор продолжаем отбиваться.

Е. НОВИКОВА: А почему же Вы сейчас без охраны пришли тогда?

А. БУНИЧ: Ну, они же не бегают со мной по Москве.

Е. ГОРДОН: А было бы ничего.

А. БУНИЧ: Пока еще.

Е. ГОРДОН: Вы с Вашими нападающими в нашем прямом эфире.

А. БУНИЧ: А они скрывают свое лицо. Они, к сожалению, бояться признаться, кто они. Вот в чем дело.

Е. ГОРДОН: Т.е. Вы даже и не догадываетесь.

А. БУНИЧ: Кто это, я догадываюсь, но не могу точно доказать, кто это. Там такая ситуация.

Е. НОВИКОВА: Вам страшно?

А. БУНИЧ: Они не хотят прямо сказать, что это они. Значит, они бояться меня, правильно. Логично.

Е. ГОРДОН: А зачем вот такая жизнь, когда вот кто-то кого-то боится, кто-то на кого-то нападает. Может….

Л. ТАРУБАРА: Лучше умереть, ты хочешь сказать?

А. БУНИЧ: Почему, нормально.

Е. ГОРДОН: Нет, а зачем надо было довести себя до такого состояния, что какие-то люди в масках врываются в офис. Это какая-то запущенная болезнь. Может, Вам надо было остановиться на 10 тысячах в месяц? А Вы с дуру пошли дальше, теперь получили.

А. БУНИЧ: Нет, по-моему, это наоборот войны…шрамы украшают мужчину.

АМАЛИЯ: Войны украшают Вас.

Е. ГОРДОН: Офис.

А. БУНИЧ: Нет, нет, нет. Это нормально, по-моему, как раз. Я считаю, что если у человека…

Е. ГОРДОН: Да? Какой ужас.

А. БУНИЧ: Нет, я считаю, что если у человека все приглажено…

Л. ТАРУБАРА: Потому что у Вас семьи нет, Вы не боитесь.

Е. ГОРДОН: Вот именно.

А. БУНИЧ: Да, это один из факторов, кстати. Это позволяет мне действовать более решительно в случае чего.

АМАЛИЯ: Так интересно.

А. БУНИЧ: Потому что если у тебя семья дети, ты уже начинаешь… Я так думаю, что человек начинает думать, а вдруг с ними что случится. Это его ограничивает.

Е. НОВИКОВА: Ведь так же невозможно жить постоянно под каким-то прессом.

Е. ГОРДОН: Вредно вообще.

А. БУНИЧ: А когда ты отвечаешь только за себя, тебе проще, ты морально раскован. Ты что хочешь, то и делаешь.

АМАЛИЯ: А Вы оппозиционер к власти, может быть?

А. БУНИЧ: Нет. Ну, те люди, которые на меня нападают, они не из-за политических причин…

АМАЛИЯ: Деньги им нужны.

А. БУНИЧ: Ну, они корыстны. Из-за корыстных побуждений.

АМАЛИЯ: Корыстные люди.

Л. ТАРУБАРА: Это не по поводу Ваших исков, которые лежат в суде в большом количестве.

А. БУНИЧ: Да, там целый комплекс проблем. Поэтому если мы будем сейчас уйдем в эту плоскость, боюсь надолго.

АМАЛИЯ: До размеров члена мы так и не дойдем тогда. До традиционных вопросов.

Е. ГОРДОН: Да, да. Меня спугнула фраза «Морально раскован». Что Вы понимаете под моральной раскованностью?

АМАЛИЯ: Может, аморальность?

А. БУНИЧ: Нет, просто человек, который обременен семьей, там…

Е. ГОРДОН: Почему обременен? Вы так говорите с негативом.

Е. НОВИКОВА: Все правильно, есть такое выражение.

А. БУНИЧ: Нет, почему, с точки зрения там, допустим, революционера, это всегда было кстати, негативно. Почему революционер… Почитайте катехизис революционера. Революционер не должен был иметь ни собственности… Ни семьи.

Е. ГОРДОН: А Вы революционер? Почему я никак не могу понять, Вы себя сравниваете?

А. БУНИЧ: Нет, ну, если человек занимается общественной деятельностью, он должен чуть-чуть как бы иметь революционные наклонности.

Т. КОНТРИДЗЕ: Мы все занимаемся общественной деятельностью. По чуть-чуть.

А. БУНИЧ: Да, ну, поэтому многие лидеры, которые хотели чего-то добиться, они естественно…

Е. НОВИКОВА: А чего Вы хотите добиться?

А. БУНИЧ: Сейчас?

Е. НОВИКОВА: Да.

Т. КОНТРИДЗЕ: И для чего, если у Вас нет семьи.

А. БУНИЧ: Нет, ну, почему, будет, будет. зачем Вы так.

Т. КОНТРИДЗЕ: А род деятельности не надо будет сменить?

А. БУНИЧ: Ну, вообще, конечно, постепенно…

Т. КОНТРИДЗЕ: Дреды там сделать себе…

АМАЛИЯ: Подожди. Добиться. Про добиться очень хорошо. Чего Вы хотите добиться?

А. БУНИЧ: Ну, у меня нет такой четкой цели.

АМАЛИЯ: Ну, вот Вы президент. Кого же Вы президент? Союза предпринимателей и арендаторов России. Вот чего Вы для них в России хотите добиться? Вот чего, чего, чего?

А. БУНИЧ: Ну, у меня есть какие-то жизненные цели, которые я поставил.

АМАЛИЯ: Чтобы было вот как?

А. БУНИЧ: В смысле для них или для себя?

АМАЛИЯ: Для них. Ну, Вы президент их союза предпринимателей.

Л. ТАРУБАРА: Ваше жизненное кредо, вот такой вопрос, я думаю, нормально будет.

АМАЛИЯ: Нет. Вот это бизнес кредо. Цель?

А. БУНИЧ: Ну, я хочу занять какое-то положение в обществе…

АМАЛИЯ: Для них?

А. БУНИЧ: Нет, в том числе и для них, потому что если мое положение будет выше, и позиции будут устойчивы, то для всех членов союза это тоже будет хорошо. Правильно тогда, и они укрепятся в каком-то смысле.

Т. КОНТРИДЗЕ: Скажите, президентом России можете стать? Есть перспектива?

АМАЛИЯ: Может ли человек с фамилией Бунич стать президентом России?

А. БУНИЧ: Думаю, что да. Исходя из фамилии, думаю, что нет.

Т. КОНТРИДЗЕ: Об этом раньше надо было думать.

АМАЛИЯ: Вот Мартин Шакум был только человек, который претендовал на президентство в этой стране. И я не понимала как? Как это может быть.

Е. НОВИКОВА: Это был псевдоним, ты не поняла. Он Иванов.

А. БУНИЧ: Почему, Эльмар Джибраилов еще…

Е. ГОРДОН: Зато, какие были красивые плакаты, спасибо.

АМАЛИЯ: «А Екатерина Гордон не жена Гордона журналиста?»

Е. ГОРДОН: Секрет.

АМАЛИЯ: Вот такое вот. «Срок тянули, Андрей?» Макс.

Т. КОНТРИДЗЕ: Пожалуйста, вопрос какой-то.

Е. НОВИКОВА: Это к блатнику.

Е. ГОРДОН: Тянули срок то?

А. БУНИЧ: Не понял человек. Я разъяснял. Что я пою не смотря на то, что…

АМАЛИЯ: «Вы сказали, что занимаетесь экономикой, а не политикой. Как бы Вы прокомментировали такое высказывание, что политика есть концентрированное выражение экономики?» Лиля. Вероятно это студентка какого-нибудь экономического вуза.

А. БУНИЧ: Я согласен, что Лиля права.

АМАЛИЯ: Лиля. Вы правы.

А. БУНИЧ: Да, и абсолютно верно.

Е. ГОРДОН: Слушайте, ну, Вы получаетесь таким крайним эгоцентристом. Семью, не заводите, потому что Вас это будет обременять. Вы в депутаты то хотите…

А. БУНИЧ: Я не хочу…

Е. ГОРДОН: Ну, грубо говоря, стремитесь к некоей цели ради себя в первую очередь, а не ради тех, кого возглавляете. Нет ни одной живой душонки, ради которой Вы что-то сделали?

А. БУНИЧ: Нет, ну, я же хочу в будущем…

Е. ГОРДОН: Собака то есть? Хомячок? Ну, пожалуйста, мы посмотрим на Вас другими глазами.

А. БУНИЧ: Вы что, у меня кот.

Е. ГОРДОН: Зовут-то как кота?

А. БУНИЧ: Пушок.

Е. ГОРДОН: Ой, сюси какие. Вот оно человеческое лицо. (Аплодисменты). Докопались.

АМАЛИЯ: Пушок!

Е. НОВИКОВА: Молодой кот то?

А. БУНИЧ: Он уже такой в полном расцвете сил.

Л. ТАРУБАРА: Мужчина, женщина?

Т. КОНТРИДЗЕ: Кот.

Л. ТАРУБАРА: Вы его не кастрировали случайно?

А. БУНИЧ: Нет, кастрированный.

Л. ТАРУБАРА: Кастрированный?!

Т. КОНТРИДЗЕ: И того кастрировали! Как Вам не стыдно. Ну, подумайте, ну, что это а?

А. БУНИЧ: Нет, ну, что делать, он не чувствовал тогда.

Т. КОНТРИДЗЕ: Какой-то заколдованный круг.

Е. НОВИКОВА: Ну, как не чувствовал.

А. БУНИЧ: Ну, он был маленький еще совсем.

Е. НОВИКОВА: Я знала одного кота, который после этого чувствовал, знаете. Это не вырежешь, знаете.

А. БУНИЧ: Нет, он живет нормально.

Л. ТАРУБАРА: Он тебе сам рассказал?

Т. КОНТРИДЗЕ: Вы такую карму на себя взяли, если бы Вы знали.

А. БУНИЧ: Нет, ну, я думаю, что он простит меня. Хороший кот, белый, пушистый.

Л. ТАРУБАРА: Я, честно говоря, в чем-то даже понимаю, когда кастрируют котов, знаете, девочки, извините, конечно.

Е. ГОРДОН: Видела просто американский фильм, где шикарный мужчина перед смертью просит прощения у кота, за то, что отрезал тому яйца. И женщины плачут. Не хотели бы сыграть в таком фильме? (Смех).

А. БУНИЧ: Я думаю, что женщины будут еще впереди. Я несколько раз уже сказал. Я не планирую вести свою борьбу вечно. Сейчас просто на данном этапе, возможно, мне действительно было легче. У меня были достаточно тяжелые времена в жизни. И мне наверняка было легче из-за того, что у меня нет детей, жены и т.д.

Е. ГОРДОН: А вот Вы же будете стареньким, кому Вы понравитесь?

А. БУНИЧ: Ну, к этому времени я заведу.

Е. ГОРДОН: Успеете? У Вас не так много осталось.

АМАЛИЯ: Вот знаете, у нас был Алексей Митрофанов когда, то он ну вообще тоже может единственное ну только с Лелей соревноваться в скороговорении. Вот и он очень много говорил про то, что партия хочет, партия может, партия и т.д. и т.д. А вот Вы президент Союза предпринимателей. И ничего об этой вот партии не рассказываете. Почему? Вы скромны?

А. БУНИЧ: О какой партии? У меня же нет партии.

АМАЛИЯ: Ну, не партии, Союза предпринимателей.

Е. НОВИКОВА: Расскажите о своих арендаторах, в конце концов.

А. БУНИЧ: Нет, ну дело в том, что у меня нет какой-то такой партийной какой-то ориентации четкой. Действительно я не могу сказать, что я принадлежу к какому-то левому, правому направлению. Поэтому я в принципе стараюсь независимым быть. Поэтому и не говорю. Так ничего здесь удивительного нет.

АМАЛИЯ: Т.е. работа, работа, работа. Все остальное, это все остальное.

А. БУНИЧ: Да. Первым делом, первым делом самолеты, ну, а девушки, а девушки потом.

Е. НОВИКОВА: Скажите, а у Вас друзья есть?

А. БУНИЧ: Друзей тоже не особенно много. К сожалению, да, друзья все потихоньку рассосались.

АМАЛИЯ: Их всех кастрировал.

А. БУНИЧ: Рассосались как-то. Да, с течением временем. Было много. Когда учился в институте, у меня была тьма друзей. А потом они как-то…

Е. НОВИКОВА: А как Вы объясняете это? Это в связи с тем, что Вы стали популярны, известны или просто так жизни сложилась? Или у них семьи и разные интересы?

А. БУНИЧ: Нет, нет, нет. Как-то они все отпадали, вот как в песне. Если друг оказался вдруг и не друг, и не враг, а так.

Е. НОВИКОВА: Т.е. Вы все ползете, ползете, а вокруг никого нет на вершину.

А. БУНИЧ: Ну, они не выдерживали обстановки. Я все время попадал в каике-то ситуации, где все время надо было людям проявлять свои морально-волевые качества.

Е. НОВИКОВА: А Вы предавали сами когда-нибудь?

А. БУНИЧ: Нет, а вот вокруг меня постоянно какие-то вот , к сожалению, были такие эпизоды, что все друзья потихоньку… Ну, не все но в общем… очень многие.

Е. НОВИКОВА: А может Вам кажется так?

А. БУНИЧ: Почему, нет, это действительно так.

АМАЛИЯ: Ну, рассосались, значит, рассосались. Как шрамы.

Е. ГОРДОН: Нет, а есть такое мнение, что на самом деле, некоторые люди притягивают постоянно какие-то конфликтные ситуации. Может, Вы просто к ним относитесь? Потому что Вы все время…

А. БУНИЧ: Это именно про меня. Я притягиваю. Если у меня нет врага долгое время, то я начинаю скучать. Мой отец и говорил так. Андрей… Ну, я извиняюсь, конечно, за воспроизведение полное.

Е. ГОРДОН: Цитирование?

А. БУНИЧ: Да, цитирование. Он мне говорил: как цепной пес. Ему лишь бы на кого-то накинуться. Нет, ну, естественно, он шутил, конечно же. Склонность к конфликтам у меня была с детства.

Е. ГОРДОН: Кто Вы по гороскопу?

А. БУНИЧ: Я лев, кот. А склонность к конфликтам у меня была с самого детского сада. Как только я пришел в детский сад, первое, что я стал делать, это подбивать детей на бунт против воспитательницы.

Е. НОВИКОВА: Подбили?

Е. ГОРДОН: Какое свинство. Так Вы же занимаетесь сейчас тем же практически.

А. БУНИЧ: Нет, я призывал к восстанию против воспитательницы, потому что мне казалось, что они, во-первых, воспитатели мешают детям играться…

Е. ГОРДОН: Угнетают.

А. БУНИЧ: Угнетают, да. Не дают детям играть. Ведут спать.

Е. ГОРДОН: Съедают их масло кубиками.

А. БУНИЧ: Есть заставляют какую-то нехорошую пищу. И я еще проявил, поэтому экономические способности, я…

Е. НОВИКОВА: Отобрал у них деньги.

А. БУНИЧ: Нет, я приносил из дома кульки с конфетами, которые воровал дома. И подкупал детей…

Е. ГОРДОН: Ой, так Вы знаете, кто Вы. Вы из республики Шкид, помните? Там был такой, который четвертушками подкупал.

А. БУНИЧ: Мы стали рыть яму, делать подкоп под детский сад.

Е. ГОРДОН: Да Вы что? Чтобы убежать?

А. БУНИЧ: Нет, все вместе с помощью этих конфет мы делали подкоп под детский сад. И когда воспитательница обнаружила этот подкоп, она меня спросила зачем? Ну, потому что было понятно, что это я всех подбил. Она спросила: зачем ты это делаешь? А я ей сказал.

Е. НОВИКОВА: Она спросила: зачем, Павлик, зачем?

А. БУНИЧ: А я сказал: а я хочу подвзорвать детский сад.

Е. НОВИКОВА: Какое свинство.

А. БУНИЧ: Слушай, говорит: зачем, детишки ведь погибнут. Она решила так меня. А я подумал, хоть мне и было 5 лет, но я быстро сообразил. Я сказал, что детишек выведу, только Вас взорву. и после этого она вызвала мою маму и сказала, что Ваш сын, конечно, проявляет такие очень нехорошие наклонности. И поэтому…

Л. ТАРУБАРА: Андрей, а в школе что было? Что-то, наверное, пострашнее уже? Подкопа такого, да? Страшно спрашивать.

Е. НОВИКОВА: Как Вы взрослели в этом отношении?

А. БУНИЧ: Да, т.е. все время воспроизводилось, это естественно. Потом я боролся с учителями в школе. Потом я боролся в институте с деканатом. Я хотя я занимал там общественный пост…

Е. НОВИКОВА: Кто победил?

А. БУНИЧ: Ну, это с переменным успехом.

Е. НОВИКОВА: Молодость.

А. БУНИЧ: Т.е. я был председатель научного студенческого общества факультета. И я вступил в конфликт тоже со всеми – с деканатом, с комитетом комсомола.

Е. НОВИКОВА: Кошмар, революционер.

Е. ГОРДОН: А Вы знаете, что есть такой диагноз, между прочим. Раньше в психиатрии ставили – склонность к сутяжничеству, лечение – медикаментозно.

А. БУНИЧ: Это есть. Да, я даже знаю слово, ну, это когда человек пишет. пишет какие-то все время кляузы.

Е. ГОРДОН: Подстрекает, подстрекает постоянно. Если грозится кого-нибудь взорвать. Это все плохие признаки.

А. БУНИЧ: Да, ну, я наблюдаюсь у врача.

АМАЛИЯ: Да, я бы хотела всем посылающим сообщения. Вы знаете, все кто пытается хамить сейчас по пейджеру, значит, прошу присылать обратный адрес…

Е. ГОРДОН: Чтобы мы могли ответить.

АМАЛИЯ: Встречаться лбами, козлы.

Т. КОНТРИДЗЕ: Сегодня все готовы. Я злая, как собака.

АМАЛИЯ: Но еще Санчо Арутюнув, очень злой модельер сегодня ездит по городу. Так что мы сейчас все вместе. «Семья, это для безмозглых баб, а качественный мужчина выбирает свободу». Дольф. (ГОВОРЯТ ВМЕСТЕ). А попроще как-нибудь не мог назваться парень.

Т. КОНТРИДЗЕ: Его зовут Дольф? Ну, это Дольф Лунгренд. Да, прям, тебе до него так далеко.

Е. НОВИКОВА: Качественный мужик. Да, что такое качественный мужик?

АМАЛИЯ: «Слабо стать в 2007 году президентом России, тогда все девушки будут Ваши.» Вот все эти девушки будут Ваши, если Вы станете президентом России.

Е. НОВИКОВА: Какие эти?

Т. КОНТРИДЗЕ: (ГОВОРЯТ ВМЕСТЕ) ни слова не сказал о девушках.

АМАЛИЯ: У нашего президента, говорят, полно девушек.

Т. КОНТРИДЗЕ: Серьезно?

АМАЛИЯ: Говорят полно.

А. БУНИЧ: Не знаю, я не слышал.

Т. КОНТРИДЗЕ: А Вы ничего не слышали?

Е. ГОРДОН: А Вы знакомы с президентом?

А. БУНИЧ: Нет.

Т. КОНТРИДЗЕ: Как не знакомы? А выглядите так, будто знакомы.

Е. ГОРДОН: А ведете себя так, как будто с ним просто с детства, со школьной скамьи.

АМАЛИЯ: Вот Иосиф один хамил, а теперь хочу тебя, хочу, вот эти все мужики, это я с детства помню. Вначале выдерут за косы так, что, а потом: он в тебя влюблен, учитель говорит.

Е. ГОРДОН: А потом опять за косы, главное, в конце-то.

Л. ТАРУБАРА: Скажите, пожалуйста, что это за общество «Красная площадь» интеллектуальный клуб. Что это такое?

А. БУНИЧ: А это да, я помогал организовывать. Попечительский совет возглавлял. Собрать интеллектуалы обсуждали темы и сейчас продолжают.

Л. ТАРУБАРА: Какие темы?

А. БУНИЧ: Политики, экономики различные философии…

Е. НОВИКОВА: Это не связано вот с тем скандалом вокруг Красной площади торгового центра.

А. БУНИЧ: Это другое дело. Это не имеет отношения, т.е. скандал связан с моей деятельностью в одном направлении, а клуб связан с деятельностью в другом направлении.

Е. НОВИКОВА: А почему же такое название?

А. БУНИЧ: Почему? Название просто было выбрано для клуба…

Е. НОВИКОВА: Нет, чтобы назвать «Мавзолей». Ночной клуб «Мавзолей».

А. БУНИЧ: Название хорошее, почему, и символичное. А скандал просто был связан…

Е. НОВИКОВА: С красным трансексуалом.

А. БУНИЧ: Ну, получилось так, что это происходило действительно в двух шагах от красной площади. Ну, что делать, поэтому так получилось, что скандал оказался…

Е. НОВИКОВА: Вся жизнь у Вас теперь связана с Кремлем.

Т. КОНТРИДЗЕ: Чисто территориально офис там.

А. БУНИЧ: Я где-то рядом постоянно нахожусь.

Л. ТАРУБАРА: А Вы Ленина любили в детстве?

АМАЛИЯ: А он Вас? (Смех).

А. БУНИЧ: Нет, я о Ленине как-то не думал.

Л. ТАРУБАРА: А почему Вы так любили общественную деятельность тогда?

А. БУНИЧ: Да, я бы не сказал, что я полюбил общественную деятельность. Как-то просто так получается, где я ни оказываюсь…

Е. ГОРДОН: А Вы пионером были, да?

А. БУНИЧ: Пионером, наверное, был, да.

Л. ТАРУБАРА: И комсомольцем соответственно.

Е. НОВИКОВА: А что Вы писали при вступлении в комсомол? Зачем Вы туда?

А. БУНИЧ: Ну, как-то всегда я не шел по проторенной дороге. Т.е. люди вот кто-то там были комсомольцы…

АМАЛИЯ: Вот просто взяли и поступили в комсомол.

А. БУНИЧ: Они шли там каким-то определенным путем. А у меня был совершенно все время какой-то другой путь.

АМАЛИЯ: Вы дали взятку, чтобы поступить в комсомол? (смех).

Т. КОНТРИДЗЕ: Комсомолец-панк такой.

А. БУНИЧ: Нет, я имею в виду, что я не делал такую комсомольскую карьеру. Я почему-то сразу, как мне потом в личном деле записали в институте, что противопоставил себя комсомольской организации.

Е. ГОРДОН: Это красиво.

Т. КОНТРИДЗЕ: Опять круто. Опять Army of Lovers.

А. БУНИЧ: Причем как я мог противопоставить себя один всей комсомольской организации факультета, не понятно, но тем не мене, меня пытались лишить ленинской стипендии как раз вот на этом основании.

Е. НОВИКОВА: Удалось им это сделать?

А. БУНИЧ: Ну, там чего-то да, на какое-то время…

Е. ГОРДОН: Но Ленин помог.

Л. ТАРУБАРА: Любовь к Ленину помогла.

А. БУНИЧ: Я получал ленинскую стипендию. Учился хорошо.

Е. ГОРДОН: Можно высказать?

Л. ТАРУБАРА: Пожалуйста. Екатерина Гордон.

Е. ГОРДОН: Вот я вот чего думаю. Когда вот все эти революции совершаются ради великой цели, я это понимаю. Когда это только для того, чтобы только свою собственную ж*пу продемонстрировать, я не понимаю. Вот у Вас когда-то… Я не знаю, зачем Вам это? У Вас какой-то замкнутый цикл, онанизм какой-то реально. Потому что Вы делаете это все-таки в конечном итоге для себя. Вот какая-то высокая цель когда-нибудь была? Когда Вы противопоставляли себя комсомольцам? Когда вот сейчас вывесили свою физиономию? Правда, ради чего?

АМАЛИЯ: Или Вы вредничали все время?

А. БУНИЧ: Какая, что значит высокая цель?

Е. ГОРДОН: Ну, у революционеров, они это делали не для того, чтобы девушки узнавали.

АМАЛИЯ: Не знаю, улучшение жизни народа.

Е. ГОРДОН: Они это делали не для того, чтобы девушки узнавали.

А. БУНИЧ: Нет, бесспорно, у меня есть какие-то определенные принципы, которые…

Е. ГОРДОН: Нет, не принципы, а цель, во имя которой весь этот пожизненный бред.

А. БУНИЧ: Почему?

Е. ГОРДОН: Ну, вот Вы все время с кем-то ругаетесь. Все время устраиваете какие-то конфликтные ситуации.

А. БУНИЧ: Я считаю, что дружеские отношения со всеми невозможны в этом мире. Правильно у нас так устроена жизнь, что человек, который будет со всеми, как кот Леопольд, жить дружно…

Л. ТАРУБАРА: Нет, все правильно, в противоречиях какая-то эволюция происходит.

А. БУНИЧ: То это у меня вызывает подозрение такие люди, которые со всеми прекрасные отношения.

Е. ГОРДОН: Вот сейчас умерла великая актриса, о которой никто никогда при жизни ничего плохого не говорил, и сейчас не говорит. И таких людей много.

А. БУНИЧ: Это актриса. А если этот человек в политике, в бизнесе, в общественной жизни, то странно было бы. если бы он со всеми был в прекрасных отношениях. Это ненормально.

Е. ГОРДОН: Нет, так Вы ни с кем не дружите. Вы даже говорите, что у Вас друзей нет. Вот Леля спрашивала.

А. БУНИЧ: Нет, друзей нет, союзники какие-то…

Т. КОНТРИДЗЕ: Соратники. Массажисты. Маникюрши.

Е. ГОРДОН: Вот собственно и все.

А. БУНИЧ: Нет, есть какие-то люди, которые разделяют мои взгляды.

Е. НОВИКОВА: Единомышленники.

А. БУНИЧ: Кроме того, они знают хорошо мою позицию по различным вопросам, поэтому естественно я какие-то взгляды выражаю. Они очевидные.

Е. НОВИКОВА: Слушайте. Андрей — идеальный муж в записано книжке только соратники. Ни одной женской фамилии…

Т. КОНТРИДЗЕ: Кроме кастрированного кота ничего сегодня не узнали.

АМАЛИЯ: Тихо! «Самая лучшая передача на «Эхе…», браво, Вы – супер, так держать. Андрей». Значит, так…

Е. НОВИКОВА: Неужели Бунич?

АМАЛИЯ: «Храбрый был с папой академиком-то».

Е. ГОРДОН: О! Это просто (НЕ РАЗБОРЧИВО) какая-то пишет.

АМАЛИЯ: Кто посмел хамить таким женщинам? Кастрировать!" Это Вам автор, про Люду Порыгину, горжусь фамилией своего отца и именем своей матери. Всегда буду гордиться. «Амалия, так в России же. Если бьет, значит, любит, это Вам не Скандинавия. Макс».

Е. ГОРДОН: Причем здесь это?

Т. КОНТРИДЗЕ: Ну, если бьет, значит, любит, это знаешь уже… Вибратор испортился.

АМАЛИЯ: Есть такой момент. Итак, девушки только для Вас «Сутяга он и есть сутяга».

Т. КОНТРИДЗЕ: Скажите, а какую музыку Вы любите?

Е. ГОРДОН: Наконец-то прорвалась.

Т. КОНТРИДЗЕ: Нет, я просто хочу понять какие-то Ваши человеческие моменты. Что Вы кушаете, писаете, музыку слушаете. Кота кастрировали, жалеете об этом.

А. БУНИЧ: Нет, почему, зачем жалеть. Кот нормально себя чувствует. Что Вы к нему привязались.

АМАЛИЯ: Это не мы к нему привязались, это Вы.

Т. КОНТРИДЗЕ: Нет, мы просто верим в реинкарнацию, мой дорогой, в отличии от Вас. А Вы во что верите?

А. БУНИЧ: Почему, я тоже хорошо отношусь к реинкарнации. Не могу сказать, что я верю. Я вообще особо ни во что не верю.

Е. ГОРДОН: Какой ужас. Зверь покончил жизнь самоубийством. Мы не успели его догнать, он во всем признался.

Т. КОНТРИДЗЕ: Не дай Бог, если Вы поверите, потому что может закончиться плохо.

А. БУНИЧ: Да?

Т. КОНТРИДЗЕ: Сами себя кастрируете.

Е. ГОРДОН: Что ж такое, девочки.

Т. КОНТРИДЗЕ: Чтобы чисто с котом сравняться.

Е. НОВИКОВА: Про музыку то мы хотели услышать ответ.

АМАЛИЯ: Давайте.

А. БУНИЧ: Я плохо разбираюсь в музыке, честно.

Т. КОНТРИДЗЕ: Ну, я Вам не говорю про разбираетесь или нет, слушаете, или нет?

А. БУНИЧ: Я простую музыку слушаю.

АМАЛИЯ: Дима Белан.

А. БУНИЧ: Нет, ну, уж не на столько. Ну, так вот что-то такое, что популярная музыка, как все, так и я.

Л. ТАРУБАРА: А читаете что?

А. БУНИЧ: Ну, читаю много как раз. Я читаю много по…

Л. ТАРУБАРА: Вы специализированную литературу?

А. БУНИЧ: Но только не художественную литературу читаю.

Л. ТАРУБАРА: Не художественную. А последний раз Вы какую художественную прочитали литературу? Так какую Вы знаете художественную литературу?

А. БУНИЧ: Художественную литературу. Фаулзе я прочитал последнюю.

Л. ТАРУБАРА: «Волхва»?

А. БУНИЧ: Она толстая такая.

Л. ТАРУБАРА: Она толстая, да, н всю жизнь хватило.

Т. КОНТРИДЗЕ: К проституткам обращаетесь?

А. БУНИЧ: Почему такой неожиданный переход? Сразу от литературы, вдруг сразу.

Е. НОВИКОВА: У нее просто слово «Фаулз» ассоциируется именно с этим.

Т. КОНТРИДЗЕ: С Раймондом Паулсом и с его фаллосом.

Л. ТАРУБАРА: Расскажите про свою книгу…

АМАЛИЯ: Подожди, мы про проституток.

А. БУНИЧ: Закончим с проститутками, примемся за олигархов.

Т. КОНТРИДЗЕ: Вот эти с переодеванием ребенка, вот эти нет?

А. БУНИЧ: Нет, у меня все традиционно.

А. БУНИЧ: Все, как обычно. Фантазии не наблюдается. А что плохого считаете Вы обращение к проституткам. Что Вы против них имеете.

Т. КОНТРИДЗЕ: Я просто замужем, и не хотелось бы, чтобы мой муж обращался. Я все сделаю, чтобы он не обращался.

Л. ТАРУБАРА: А чего ты со своими личными проблемами сюда явилась? Причем здесь твои личные проблемы твой муж и про…

Т. КОНТРИДЗЕ: Я с моими личными проблемами, Лелечка.

А. БУНИЧ: Лучше, если муж будет лучше к проституткам обращаться, потому что если не будет, он потом может любовницу завести. А если будет к проституткам, он никогда не уйдет.

АМАЛИЯ: Вы сейчас это Контридзе сказали?

Т. КОНТРИДЗЕ: Андрюшенька, родной мой, я выбираю позицию страуса. Я не вижу, и меня не видят. А Вы обращаетесь к проституткам?

Л. ТАРУБАРА: Да, что ж такое то а? Это второй раз ты задала этот вопрос.

Е. ГОРДОН: Да, мы только что это обсудили.

А. БУНИЧ: Не я к ним обращаюсь, а они ко мне почему-то все время обращаются.

АМАЛИЯ: Как предприниматели и арендаторы России…

Е. ГОРДОН: Арендуйте меня, пожалуйста. Арендуйте меня уже.

А. БУНИЧ: Где я появляюсь, они почему-то ко мне обращаются. Не знаю, почему.

Т. КОНТРИДЗЕ: Ну, есть же молва, что Вы неженаты.

Л. ТАРУБАРА: А ты считаешь, проститутки только к неженатым лезут?

Т. КОНТРИДЗЕ: Вообще, нет, они просто хотят выйти замуж.

Л. ТАРУБАРА: Девочки, давайте тогда на «Осень олигархов» перейдем тогда, да.

Е. НОВИКОВА: Да? А мы замяли эту тему?

АМАЛИЯ: Ты не задала вопрос толком.

Т. КОНТРИДЗЕ: Задай вопрос толком.

А. БУНИЧ: Проститутки (ГОВОРЯТ ВМЕСТЕ). (Смех). Я положительно отношусь к проституткам. И считаю…

Т. КОНТРИДЗЕ: Очень видно, кстати.

А. БУНИЧ: Почему, по лицу? Просто это нормальное явление. И зря вот это говорит «искоренить», все это прекратить. Это на мой взгляд, человеческая порода так устроена, особенно мужская, что иногда, конечно, нужно людям расслабляться. И если это все искоренить, начнется же какое-то психическое помешательство мужчин. И поэтому может кончиться плохо. Поэтому это, я считаю, ханжество, когда призывают…

АМАЛИЯ: Придется искоренить осликов, потом значит. собачек.

А. БУНИЧ: Это полезно. И среди проституток есть очень приличные женщины.

Т. КОНТРИДЗЕ: Ой, это сами знаем.

А. БУНИЧ: Это как все профессии. Я считаю, что там разные люди есть. Поэтому есть очень достойные.

Е. ГОРДОН: Есть добросовестные работники.

АМАЛИЯ: «Девушки, какой у Вас там классный дяденька. А кто он? Людмила». Людмила, у нас Андрей Бунич, его фотографию можно увидеть…

А. БУНИЧ: Давайте про олигархов. Потому что раз от проституток к олигархам… Тем более темы такие, они очень близки.

Е. НОВИКОВА: Они так близко общаются обычно. Одно без другого не бывает. Инь и Янь.

Л. ТАРУБАРА: Я просто прочитала в интернете обложку книги, там написано, что Вы открываете глаза на то, что Россия оказывается, если бы не определенные события, могла бы пойти по другому экономическому развитию.

А. БУНИЧ: Ну, да, я так считаю. И действительно я бы изложил свой взгляд на новейшую политическую, экономическую историю России.

Е. НОВИКОВА: По какому пути она могла бы пойти.

Е. ГОРДОН: Т.е. если бы сейчас были не олигархи…

АМАЛИЯ: Вам не нравиться путь, да?

А. БУНИЧ: Нет, почему, Путин как раз мне…

АМАЛИЯ: Не Путин, а путь. Экономической путь.

А. БУНИЧ: Путь.

Е. ГОРДОН: Это одно и тоже.

АМАЛИЯ: Оговорочка опять по Фрейду. Фрейда раскручиваем.

Е. ГОРДОН: Нет сейчас начинается просто такая болезнь новая, слышишь слог «Пу»… Путин мне нравится, нравится. Больше всех нравится.

АМАЛИЯ: Итак, значит. Путин Вам нравится, это мы поняли. Нам тоже.

Е. ГОРДОН: И к чему Вы это сказали непонятно, но ладно.

Л. ТАРУБАРА: Начнем с того, что Путин мне нравится, это раз. Кстати, об олигархах.

А. БУНИЧ: Нет, дело в том, что я обратил внимание, что в экономической теории и вообще в политологии очень зашоренные позиции. Т.е. люди одну и ту же позицию там 15 лет талдычат одно и тоже. Относительно того, что было в начале 90-х годов. И я знал просто, исходя из своей практики, и бизнес практики и деятельности моего отца, поскольку я был всегда его помощником главным, так сказать, таким политическим менеджером. Я знал, что это все неправда и чушь собачья, что они популяризируют относительно того, что происходило в 91-м, 92-м годах.

Е. НОВИКОВА: А Ваш отец так же думал?

А. БУНИЧ: Он как бы был все-таки в политической системе, т.е. он, может быть, что-то думал, но не хотел говорить. И, кроме того, он даже не хотел так думать. Потому что он все-таки шестидесятник. Ну, поколение шестидесятников. Ему просто не хотелось так думать. Ему очень не хотелось признаваться самому себе, что вот это все, т.е. за что он там боролся десятки лет, привело к таким печальным результатам. А мне я был же уже из другого поколения, поэтому я трезво на все это смотрел, совершенно, как оно есть. И без розовых очков, и в то же время я не считал, что это что-то экстраординарное. Поэтому я просто хотел изложить свою позицию на то, что происходило. Т.е. на вот эти события 91-го года и последующие те экономические реформы, которые были. Без вот этого обожествления каких-то олигархических групп, которое у нас потом сложилось. Потому что возникло некое такое ложное представление, что это какие-то вот прекрасные люди. Нет, я не хочу сказать, что они все негодяи и подлецы. Т.е. мне начинают приписывать обратную позицию. Я этого тоже не считаю.

Е. ГОРДОН: Тогда в чем Ваша позиция?

А. БУНИЧ: Я считаю, что надо смотреть трезво, что сама эта олигархическая система вредна, опасна для общества. И если сейчас, допустим, какие-то силовые структуры демонтируют это то в той части, в какой они демонтируют олигархическую систему, то, может быть…

Е. ГОРДОН: Может Вы вообще против богатых?

А. БУНИЧ: Нет, нет, почему? Я считаю, что просто… Почему, это монополистическая система, не позволяющая развиваться действительно конкурентной среды не допускающая. Поэтому не может бизнес существовать, когда все рынки поделены. Это естественный процесс.

Е. ГОРДОН: А Вы бы хотели что-нибудь в себе поменять? В общем,. слазю с темы, в которой я ни хрена не понимаю. Вы бы хотели чего-нибудь поменять?

А. БУНИЧ: Я все время в себе меня что-то. Я постоянно этим занимаюсь. Я читаю книги, пускай не художественные, но по философии, по психологии. Я стараюсь над собой работать. Я не считаю себя совершенным.

Е. ГОРДОН: Ну, хорошо, а есть какой-нибудь явный ущерб или недостаток, который Вы знаете, не обязательно его озвучивать, он может быть нам не очень приятен, но…

А. БУНИЧ: Почему, Вы сами назвали его. Что, да, может быть, излишняя конфликтность. Я же поэтому так к этому и отнесся. Сказал, да, действительно, наверное, у меня как-то это заложено в генах, что мне очень хочется иногда поконфликтовать.

Е. НОВИКОВА: Слушайте, Андрей, а Вы когда смотрите такие слезливые фильмы типа «Титаник» и т.д., у Вас внутри что-то шевелится? Вам хочется также как у них, вот такая любовь?

Е. ГОРДОН: И утонуть.

А. БУНИЧ: Да, да. В какой-то степени да. У меня есть какая-то сентиментальность бесспорно. Т.е. хочется, да. Но на короткое время, пока смотрю, естественно.

Е. ГОРДОН: И тут же заканчивается с титрами.

А. БУНИЧ: Да, в каком-то смысле да.

Л. ТАРУБАРА: Счастливый человек.

АМАЛИЯ: Вы хотите узнать, какой самый повторяющийся вопрос в Ваш адрес? От Эмануила. Я не знаю, может, это какая-то техническая ошибка, но он раз двадцать поинтересовался, как Вы относитесь к анальному сексу.

А. БУНИЧ: Нет, ну, это, может быть, просто человек…

Т. КОНТРИДЗЕ: С проститутками хорошо.

Е. НОВИКОВА: Палец застрял у парня.

АМАЛИЯ: Значит, конченые дуры продолжают оставаться кончеными дурами. Слушать в свой адрес какие-то справедливые замечания я могу, но какую-то фигню не… Ну, просто типа, в общем, продолжаете писать без адреса. Конченая дура.

Т. КОНТРИДЗЕ: Лесбиянка провинциальная.

АМАЛИЯ: Шалашовка, спекулянтка, неудачница. «Какие Вы веселые девчата, просто супер, молодцы. Антон из Питера». Вот, кстати, бабы нас не любят.

Е. НОВИКОВА: И хорошо.

Л. ТАРУБАРА: Завидуют.

АМАЛИЯ: Вот Михайловны. Васильевны, Эли.

Е. ГОРДОН: Как полюбят, надо будет чего-то с собой делать точно.

Т. КОНТРИДЗЕ: Бабы вообще никого не любят.

Е. ГОРДОН: Если ты нравишься всем своим подругам, Вам лучше сходить к парикмахеру, как минимум.

Т. КОНТРИДЗЕ: А бабу любят наши бабы. Из нашего профсоюза.

Е. НОВИКОВА: А наш профсоюз это кто?

Т. КОНТРИДЗЕ: Ну, потом, завтра.

Е. НОВИКОВА: Неужели Боб Марли?

АМАЛИЯ: «У меня был кот кастрированный 11 лет, потом при встрече с какой-то кошкой выяснилось, что врач схалтурил».

Е. ГОРДОН: Пощадил кису.

Т. КОНТРИДЗЕ: Нечаянные моменты. А Вы порывы вообще есть у Вас в жизни какие-нибудь? Было такое, что увидели кого-нибудь и прямо влюбились, сказали, что все, конец света.

А. БУНИЧ: Нет, такого не было. У меня даже мама удивлялась. Еще когда перед смертью интервью у нее было где-то в какой-то телевизионной программе. И она говорит, что странный у меня сын, столько лет ему, а вот не видела, чтобы он был влюблен.

Е. НОВИКОВА: А у Вас есть линия сердца на руке?

А. БУНИЧ: Ну, наверное, есть, конечно.

Е. НОВИКОВА: Ну-ка покажите.

Е. ГОРДОН: А Вы просто сейчас как герой повести «Белый ящер» Вежинова там был человек, который страдал от того, что он ничего не чувствовал. И вокруг него людям было плохо. Все время какие-то конфликты. В конце он, кстати, грохнул кое-кого.

Т. КОНТРИДЗЕ: Себя.

Е. ГОРДОН: Да, и вообще Вы знаете, вот эта импотенция…

Е. НОВИКОВА: Это к тому, что ты читала что-то…

Е. ГОРДОН: Это к тому, что сейчас какая-то тенденция вот этой импотенции сердца, когда мужчина, он не может себе позволить любовь, потому что, видите ли, он себе карьеру строит. Фу.

Л. ТАРУБАРА: Сообщающиеся сосуды.

А. БУНИЧ: Ну, кстати. Вы напрасно обязательно мужчин приписываете…

Е. ГОРДОН: Женщины тоже бывают, согласна.

А. БУНИЧ: Больше даже. Особенно даже если взять западных женщин, так они все подвержены этой болезни, так ведь.

Е. ГОРДОН: Там гомосексуалисты просто очень большое количество.

Е. НОВИКОВА: К Эмануилу вопрос.

Т. КОНТРИДЗЕ: А у нас то трактористы еще, ого.

АМАЛИЯ: Кто там балуется с компьютером просто на той стороне?

Е. ГОРДОН: А вот традиционный вопрос нашей передачи… Сколько Вам было лет, когда Вы первый раз занялись сексом?

Т. КОНТРИДЗЕ: Это традиционный вопрос, не обижайтесь.

А. БУНИЧ: Я так точно не помню.

АМАЛИЯ: Как?! Это такое было не запоминающееся событие в Вашей жизни?

А. БУНИЧ: Ну, видно не очень запоминающееся.

Е. ГОРДОН: А как ее звали хотя бы?

А. БУНИЧ: Тоже не знаю.

Е. ГОРДОН: Какой ужас. Зверь убил себя опять сам.

Т. КОНТРИДЗЕ: Вы стояли в очереди?

А. БУНИЧ: Ну, неудачный был опят. Может быть, это сказалось как-то…

Е. ГОРДОН: А в чем неудача?

А. БУНИЧ: Опять, может, мы к Фрейду сейчас перейдем и к психотерапии.

Е. ГОРДОН: Так мы и не уходили. Он с нами рука об руку идет.

А. БУНИЧ: Нет, в 17 лет где-то. Ну, где-то вот, я говорю, поздно.

Е. ГОРДОН: А почему неудача-то? Не успели? Или наоборот?

А. БУНИЧ: Я не помню.

Е. ГОРДОН: Сознание вытесняет специально.

А. БУНИЧ: Таких деталей, но я помню, что вот как-то вот такой радости я не ощутил.

Т. КОНТРИДЗЕ: А вот деньгам Вы искренне радуетесь?

А. БУНИЧ: Да, равнодушен абсолютно.

Т. КОНТРИДЗЕ: К деньгам равнодушны?

А. БУНИЧ: Я вне денежных процессов нахожусь. Я считаю, что как бы о них вообще не надо думать. Они сами должны появляться.

Т. КОНТРИДЗЕ: Скажите, а есть вероятность в Вашей жизни, что влюбитесь в транссексуала?

А. БУНИЧ: А кто это? Просто Вы поясните, кто это.

Т. КОНТРИДЗЕ: Это мужчина, который пьет гормональные какие-то добавочки, чтобы превратиться в женщину и делать операцию, хирургическое вмешательство.

Е. ГОРДОН: Петя, но для друзей Зина.

А. БУНИЧ: Нет, такого я думаю, что это исключено.

Е. ГОРДОН: А есть вероятность, что трансексуал в Вас влюбится?

Т. КОНТРИДЗЕ: 100%, ты что.

А. БУНИЧ: Почему?

Т. КОНТРИДЗЕ: Ну, потому что Вы мужчина такой импозантный, гетеро такой прямо, при бабках, революционер. Нет, все начала для мужика вообще. Транссексуалы таких любят. Это я Вам говорю.

АМАЛИЯ: Итак, Андрей Бунич у нас в эфире был. Да, был. Мы его поймали, изловили.

Т. КОНТРИДЗЕ: Чем могли.

АМАЛИЯ: Да, чем могли. Ну, и быстро прощайтесь. Потому что времени ни сколько не осталось, там новостники уже…

Л. ТАРУБАРА: Что Вы себе на Новый год пожелаете?

А. БУНИЧ: Успехов.

Л. ТАРУБАРА: И мне, и нам.

А. БУНИЧ: Вам тоже всего самого лучшего.

АМАЛИЯ: И Вам до свидания.

А. БУНИЧ: Исполнения желаний.

Т. КОНТРИДЗЕ: Андрей, пора принять ЛСД. (Смех).





Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире