'Вопросы к интервью
Е. КИСЕЛЕВ: Здравствуйте. Я приветствую всех, кто в эту минуту слушает радио «Эхо Москвы». Это действительно я, ведущий программы «Наше все» Евгений Киселев, и сегодня у нас последний выпуск на букву «В». На букву «В» у нас были Сергей Юльевич Витте, Андрей Януарьевич Вышинский, и сегодня мы будем говорить о Владимире Семеновиче Высоцком. Я напомню, что у нас, как всегда, работает телефон, по которому вы можете звонить и присылать ваши вопросы, сообщения в виде СМС, его номер, напоминаю, +7 985 970-45-45, и кроме того, у нас есть вопросы, которые нам прислали наши радиослушатели по Интернету, и в течение сегодняшней программы мы наверняка послушаем ваши звонки. У нас, я думаю, во второй половине программы будет голосование. Кроме того, я сразу хочу вас предупредить о том, что в следующее воскресенье у нас будет специальная программа, одна такая уже программа была, в которой мы объявим, во-первых, кто у нас победил в интернет-голосовании на букву «Д», будем голосовать и выбирать второго персонажа на букву «Д», будем определяться и с третьим персонажем. Как всегда, по правилам нашей программы, это будет мой выбор, выбор ведущего, и начнем составлять предварительный список на следующую букву, на букву «Е». Но это будет в следующее воскресенье, а сегодня о Высоцком. Портрет Высоцкого в материале Татьяны Фельгенгауэр.

ПОРТРЕТ В ИНТЕРЬЕРЕ ЭПОХИ

Земной путь Владимира Высоцкого продолжался всего 42 года. От дома на 1-й Мещанской в конце до могилы на Ваганьковском. Будь он жив, ему было бы всего 69, в этом возрасте многие наши знаменитые актеры продолжают с блеском играть на сцене и сниматься в кино. Но и за 42 года, отведенные ему Богом и судьбой, он сделал достаточно для того, чтобы стать легендой. Высоцкому посчастливилось быть частью несравненного Театра на Таганке образца 60-70-х и начала 80-х, где рядом с ним играли Николай Губенко, Вениамин Смехов, Валерий Золотухин, Алла Демидова, Семен Фарада, Зинаида Славина, Иван Дыховичный. Хотя на сцене Таганки Высоцкий сыграл не так уж много ролей – Галилей в брехтовской «Жизни Галилея», Лопахин в «Вишневом саде», Свидригайлов в «Преступлении и наказании» и, конечно же, Гамлет в трагедии Шекспира – его имя было таким же синонимом театра, как и имя его создателя и главного режиссера Юрия Любимова. Со смертью Высоцкого театр вступил в полосу затяжного кризиса, который преодолеть удалось только уже в наше время. Он сыграл 28 больших и маленьких ролей в кино. Самая знаменитая, конечно же, сыщик Глеб Жеглов в сериале «Место встречи изменить нельзя» и поручик Брусенцов из фильма «Служили два товарища». Он прославился женитьбой на французской киноактрисе Марине Влади. Их роман воспринимался, как настоящая сказка про то, как удалому русскому молодцу удалось украсть прекрасную заморскую царевну. Но больше всего он прославился своими песнями. Их сотни. Их знала и пела вся страна, хотя расходились они по стране в основном в виде любительских магнитофонных записей, и лишь несколько были официально записаны на пластинках. Песни Высоцкого разобраны на цитаты, фразы из них превратились в пословицы и поговорки, их до сих пор помнят наизусть целые поколения, их до сих пор поют.



Звучит песня Высоцкого «Охота на волков»



Е. КИСЕЛЕВ: Это была баллада Высоцкого «Охота на волков», наверное, одна из самых знаменитых его песен, которая, на мой взгляд, очень многое говорит о творчестве Высоцкого как автора песен, которые он сам пел и исполнял. Сегодня у меня в студии гости. У меня здесь Наталья Борисовна Иванова, известнейший литературный критик, зам главного редактора журнала «Знамя». И Сергей Яковлевич Никитин. Ну, наверное…

Н. ИВАНОВА: Добрый вечер.

С. НИКИТИН: Добрый день.

Н. ИВАНОВА: Или добрый день.

Е. КИСЕЛЕВ: На улице пока день, наверное.

Н. ИВАНОВА: Он длинный.

Е. КИСЕЛЕВ: Сейчас то счастливое время года, когда вечер начинается поздно. Это зимой можно будет в шестом часу говорить уверенно «вечер», когда будет темно, пасмурно, слякотно. Сергей Никитин. Я не знаю, любите ли вы слово «бард», как вы к нему относитесь…

С. НИКИТИН: Строго говоря. Я не являюсь бардом, потому что я сам стихов не пишу. Но я исповедую, конечно же, стиль, и вообще стиль жизни и стиль взаимодействия с материалом и со зрителем, который характерен для бардов, для авторской песни. У меня, слава богу, всегда была и есть такая возможность подойти к книжной полке и выбрать те стихи, которые нравятся, которые…

Е. КИСЕЛЕВ: А у меня сразу к вам вопрос, Сергей Яковлевич. Вот вы много пели разных авторов, в том числе и перепевали других бардов. Ну, например, очень много у вас песен Окуджавы, которые вы исполняете совершенно так по-своему.

С. НИКИТИН: Я бы не сказал «перепевали». Я просто прикасался к этому. Настолько это было мое.

Е. КИСЕЛЕВ: А Высоцкого, по-моему, вы практически не пели ничего?

С. НИКИТИН: В молодости были такие смешные песни, спортивные какие-то, но потом я очень быстро понял, что это безнадежное дело, настолько его индивидуальность была ярка и такого высокого накала, который мне лично не очень характерен, я все-таки такой раздумчивый больше.

Е. КИСЕЛЕВ: Наталья Борисовна, вы, как литературный критик, как вы относитесь к Высоцкому с точки зрения литературной основы его творчества?

Н. ИВАНОВА: Вот вы сказали, Евгений Алексеевич, после того, как представили, скажем так, досье на Высоцкого Татьяны Фельгенгауэр, вы сказали «и автор песен». Вот при жизни очень часто ему говорили «автор песен», и я посмотрела такой визуальный материал перед нашей встречей, там тоже на афишах было написано часто «автор песен», вот я так не считаю. Я считаю, что он большой поэт, что он настоящий писатель, что он феноменален в истории нашей литературы и недаром он вошел в Энциклопедию русских писателей ХХ века, которая вышла несколько лет тому назад, она вышла в Большой российской энциклопедии, такой толстый том, в котором есть статья большая, очень серьезная, литературоведческая как раз о Высоцком. Ведь дело в том, что он действительно возрос в театре и дарование его литературное отчасти литературно-театральное. Ну, потому что на Таганке писали, можно сказать, все. Смехов до сих пор пишет. Филатов. Алла Демидова несколько книг написала. Ну и так далее, тому подобное. Что же касается Высоцкого, то он вот это литературно-театральное дарование, а, кстати, я хочу просто еще вспомнить, что одним из учителей его в школе-студии МХАТ был Андрей Донатович Синявский, поэтому вот эта привитая любовь к литературе и его существование в Театре на Таганке, в котором слово, зонг вообще, песня, осмысленное слово, певучее слово, душераздирающее слово было, может быть, одним из главных инструментов, видимо, его талант очнулся во всем этом, потому что начиная с его самой первой песни «Татуировка» видно, что это талант драматурга, потому что у него обязательно персонажна его песенная вот эта поэзия, обязательно там есть действующие лица, между которыми очень часто происходят конфликты, сюжетна обязательно эта поэзия, она необычайно ярка словесно. И вы правильно сказали, по «Эху» прозвучало, что очень многие песни его разошлись на цитаты.

Е. КИСЕЛЕВ: Ну, например, «ты, Зин, на грубость нарываешься», как часто мы это говорим.

С. НИКИТИН: «Лучше гор могут быть только горы».

Н. ИВАНОВА: Да, «идет охота на волков». И так далее.

С. НИКИТИН: «Сказать по-нашему, мы выпили немного, скажи, Серега» или «настоящих буйных мало, настоящих нету вожаков».

Е. КИСЕЛЕВ: «Настоящих нету вожаков», это просто фраза уже из классической современной политологии, когда мы начинаем обсуждать, политические журналисты, в своем кругу проблему российской оппозиции, почему у российской либеральной оппозиции нет настоящего лидера. Потому что настоящих буйных мало.

Н. ИВАНОВА: И, конечно, здесь вопрос встает о носителе. То есть я считаю, что это феномен литературный, литературно— и театральный, и артистический, он очень был одарен еще и как артист, конечно. И если б я ему давала премию, которых он не заслужил при жизни, никто ему ничего не давал…

Е. КИСЕЛЕВ: Ему дали посмертно Государственную премию уже при Горбачеве в 87-м году за песни и за роль Жеглова, там формулировка такая была, за роль Глеба Жеглова и за песни.

Н. ИВАНОВА: Так вот существует такая премия у нас в журнале «Знамя», мы придумываем всегда свои премии, «За творческий универсализм». Вот я бы не государственную, а именно за творческий универсализм совершенно феноменальный. И, конечно, он всю жизнь, на мой взгляд, вот в этих своих песнях, зонгах, балладах, он, в общем, писал одну книгу и сегодня эта книга до сих пор, как мне кажется, актуальна. Вот у меня недавно была немецкая словистка, я говорила Сергею Яковлевичу перед началом передачи, она пишет диссертацию о Кибирове, между прочим. И я сравнила стихи Кибирова в своем сознании, и стихи Пригова, и я поняла, откуда ноги растут очень многих, потому что если даже поэты сегодня существуют среди нас, очень сильные поэты, которые не пишут песен, то носитель тот магнитофонный был очень важен для того времени, это была самиздатовская магнитофонная замечательная поэзия.

Е. КИСЕЛЕВ: Ну а вот есть три таких колоссальных величины, три поэта, которые пели свои стихи под гитару – Высоцкий, Окуджава и Галич. Можете их сравнить?

Н. ИВАНОВА: Ну, это очень трудная задача вообще-то целого литературоведческого исследования.

Е. КИСЕЛЕВ: Безусловно. Ваш коллега Станислав Рассадин однажды написал, скажем, про Галича, что Галич это большой русский поэт, примерно теми же словами, как вы говорили о Высоцком.

Н. ИВАНОВА: Вы знаете, я вообще-то их всех трех туда записываю. Я тут со своим коллегой Станиславом Борисовичем Рассадиным абсолютно согласна. Здесь дело даже не в оценке, я не могу здесь сказать, кто лучше, кто хуже, но у меня есть свой критерий, достаточно простой – поддается ли эта поэзия, это слово, филологическому, литературоведческому, скажем так, даже научному анализу? Я вам скажу – да, и в первом, и во втором, и в третьем случае. У каждого из авторов есть свое мировидение, своя система образов, своя работа со словом. Я здесь музыку немножечко ставлю отдельно. И, безусловно, конечно, Булат Окуджава, которого я имела счастье знать в жизни лично, он, скажем так, гораздо более лирический поэт, нежели Высоцкий, и он не был артистом. Галич не был артистом и был писатель…

Е. КИСЕЛЕВ: Но у него было актерское образование, он был артистичным.

Н. ИВАНОВА: Да, он был очень артистичным, была замечательная одаренность. И Булат Шалвович был великолепно артистичен. Но тем не менее для Высоцкого очень важно единство всех этих феноменов. А Булат Шалвович прекрасно существовал и без театра. У него было другое, у него был лирический прежде всего накал.

С. НИКИТИН: Я бы добавил, что Высоцкий был не только национальным достоянием, но и национальным героем. На ваш вопрос про Галича я маленькую историю расскажу. Я однажды в Подмосковье, в дачных местах гулял по лесу и наткнулся на костер, вокруг костра сидели отдыхающие, видимо, из какого-то предприятия, рабочие. И вот одна женщина такая дородная, они, видимо, выпили, «давайте я вам сейчас расскажу Высоцкого», и начинает рассказывать: «Ну, так что ж здесь говорить, что тут спрашивать»…

Н. ИВАНОВА: То есть она все как раз перепутала.

Е. КИСЕЛЕВ: «Вот стою я перед вами словно голенький…»…

Н. ИВАНОВА: Ну, то есть это был Галич. Мне кажется, просто еще дело в том, что у Высоцкого все слои нашего народонаселения кричали. И вот эти голоса народные присутствуют у него там – и интеллигенции, и зэка, и военного, и фронтовика, и спортсмена, то есть у него удивительное количество срезов вот этих общественных, и он был, конечно, совестью в какое-то время. Его голос был голосом совести этого самого народа. И недаром можно было идти по какой-нибудь улице в городе и отовсюду в такое же воскресное время, как сегодня, вместо официальных передач по радио, телевидению и так далее, стояли магнитофоны… Я знаю, что однажды Высоцкий после выступления вот так шел и везде стояли магнитофоны и звучал голос.

С. НИКИТИН: Это было в Набережных Челнах.

Е. КИСЕЛЕВ: А вот Ольга из Москвы, одна из наших слушательниц, прислала такую реплику: «Не кажется ли вам, что к перечисленным трем поэтам можно прибавить и четвертого – Юрия Визбора. По-моему, вы зря его забыли».

С. НИКИТИН: Ну, я думаю, что расширять можно еще. Юлия Кима забыли.

Н. ИВАНОВА: Вы знаете, можно расширять. Если с позиции литературоведения, как я сказала, кто выдерживает проверку на вшивость, кто выдерживает проверку на филологию. Вы знаете, я думаю так, если уже говорить совершенно по гамбургскому счету. По гамбургскому счету Высоцкий выдерживает. Хотя он все время сомневался в своем даре писательском и все время пытался написать роман, все время хотел это сделать. И мы знаем, что осталась проза.

Е. КИСЕЛЕВ: Да, «Роман о девочках».

Н. ИВАНОВА: Да, который на меня лично не производит такого сильного впечатления. Но вот я говорю, что вот это его слово, которое существует в стихе, оно для меня значимо филологически. Что касается Булата Шалвовича – безусловно, и я сама писала какие-то работы о нем и не собираюсь это кончать. А что касается Галича – я думаю, что выдерживает, но, может быть, не с такой силой. Вот общественно-политический темперамент, который был из всех перечисленных, может быть, наиболее сильный у Высоцкого, он уводит его в сторону еще от филологического анализа, тут постоянно берешь в сознание свое еще и это удивительное совершенно его качество. Я думаю, что, может быть, поэтому он так и сгорел. Потому что дело не только, скажем, в алкоголе, не только в каких-то привходящих моментах, но и в горении. Потом, что касается личного опыта. Личный опыт у каждого, конечно, был свой из перечисленных поэтов и из тех, которых можно прибавлять дальше, и, в общем, конечно, существуют и книги о бардовской песне, я не могу не упомянуть книгу моего коллеги Льва Александровича Анненского, которая так и называется, по-моему, «Барды» или что-то в этом роду. Но у каждого есть свои приоритеты, каждый выбирает для себя то, что ему наиболее близко.

С. НИКИТИН: Ну, вот мы сейчас пытаемся анализировать, расчленять, но с Высоцким, мне кажется, это невозможно, у него настолько сильный сплав, невозможно отделить текст от музыки и от манеры исполнения, это настолько все сплавлено, настолько существует на высокой страстной ноте…

Е. КИСЕЛЕВ: Вы слушаете программу «Наше все». Это был Сергей Никитин, здесь со мной Наталья Иванова, литературный критик. Мы прервемся и продолжим программу через несколько минут после краткого выпуска новостей.

НОВОСТИ

Е. КИСЕЛЕВ: Мы продолжаем выпуск, который сегодня посвящен Владимиру Высоцкому, поэту, актеру, певцу. Вот один из наших слушателей, Николай из Санкт-Петербурга, настойчиво просит нас упомянуть, что был помимо – вот мы говорили о трех великих бардах, о Высоцком, о Галиче, об Окуджаве – и вот сейчас Николай настойчиво, несколько раз уже написал нам по СМС «упомяните, пожалуйста, живого классика Новеллу Матвееву». Упоминаем Новеллу Матвееву, хотя мне кажется, что, вот Высоцкого знали все, Высоцкий был народным певцом, которого пела вся страна. Это же, безусловно, относится к Окуджаве. В меньшей степени к Галичу, как справедливо заметил Сергей Никитин, очень многие песни Галича в народе держали за песни Высоцкого.

Н. ИВАНОВА: Ну, потому что у Высоцкого была легенда еще биографическая, понимаете, поэт в России больше, чем поэт. Это не только стихи, но и личная биография. И что касается Высоцкого, то это все стало мифом на наших глазах еще тогда, когда он жил. Это первое. Второе, когда еще не было никакой гласности, ведь он же умер в начале 80-х годов, ни до чего не дожив, это был голос гласности, может быть, единственная гласность.

Е. КИСЕЛЕВ: Похороны Высоцкого в июле 80-го года, по сути дела, превратились в первую народную такую демонстрацию. Особенно когда попытались прекратить, и об этом рассказывал, много раз вспоминал об этом Юрий Петрович Любимов, что когда уполномоченные представители комитета госбезопасности попытались прекратить доступ к телу, тогда эта толпа, собравшаяся на похороны, стала скандировать: «Фашисты! Фашисты!». Ничего с этим нельзя было сделать. Но мне кажется, что есть все-таки длинный список очень талантливых, глубоко уважаемых мною поэтов-исполнителей, но все-таки…

Н. ИВАНОВА: Понимаете, он вошел в литературу с неправильного входа. Очень многие зашли с правильного. Тот же Галич, он вообще, в принципе, зашел с правильного, и Булат Окуджава зашел с правильного входа – он сначала напечатал повесть «Будь здоров, школяр», потом еще что-то, потом начал писать песни. Это все правильный путь. А у этого все было неправильно, все было через голову. Начал он вообще писать с пародий, начиная свои песни. Потом совершенно случайно сложилось в его даровании то, что потом стало его феноменом. Но, мне кажется, что в этом смысле Высоцкий, конечно, заплатил очень дорого за такую свою феноменальность, но поддержанную, выращенную Театром на Таганке, я подчеркиваю, потому что кроме спектаклей, о которых говорил Евгений Алексеевич, ведь были же…

Е. КИСЕЛЕВ: Ну да, были поэтические представления.

Н. ИВАНОВА: «Павшие и живые».

Е. КИСЕЛЕВ: В «Павших и живых» он пел свои военные песни, и он был там одним из главных исполнителей, Стеклов и он, он пел свои военные песни, безусловно.

Н. ИВАНОВА: Поэтому вот эта поэтическая сама атмосфера, влияния слова поэтического в самом театре, который от этого слова очень часто шел в своих спектаклях, это было очень важно для Высоцкого, поэтому Любимов, при всем при том сколько уж у них было расставаний, они расставались много раз, сложные отношения, но роль его замечательна.

Е. КИСЕЛЕВ: Юрий Петрович, конечно, ревновал к славе Высоцкого.

Н. ИВАНОВА: Да он не только ревновал, он и работать с ним, я понимаю, какая это была мука…

Е. КИСЕЛЕВ: Он в этом честно признавался. Во всяком случае когда я однажды брал интервью у Юрия Петровича для документального фильма собственного производства о Театре на Таганке, он говорил тогда, что, ну, это была мука, и был готов его выгнать, и однажды даже уже почти выгнал, но слава богу, все успокоилось.

Н. ИВАНОВА: Вы знаете, когда даже Высоцкий в начале Гамлета, я это очень хорошо помню, когда он пел Пастернака, пел Гамлет, читал, потом пел, переходя уже как бы в песню, это было все равно как бы уже свое, вот чем он еще обладал – удивительной адаптацией самого себя к тому поэту, которого он… исполнял – даже неправильное слово здесь будет.

Е. КИСЕЛЕВ: Я напомню, у нас работает телефон +7 985 970-45-45. Вы можете присылать ваши вопросы, реплики в виде СМС-сообщений. Вот, кстати, не могу просто не прочитать, очень странное и удивительное в некотором смысле сообщение, которое пришло только что от Марины из Москвы: «Я человек русский, я очень люблю Высоцкого и всегда любила, мы с ним ровесники. Но объясните мне, почему Ходорковский – еврей, а Высоцкий – великий бард? Ведь отец у него был еврей, а мать русская».

Н. ИВАНОВА: Безумные какие-то слова. Вот кого не волновало, так это совершенно, по-моему, Владимира Семеновича не волновало. Это волновало, например, Пастернака Бориса Леонидовича. Знаете, как волновало, в какую сторону? Это его волновало в сторону, что забудьте об этом и не спрашивайте меня об этом никогда. Пастернак писал отцу, родители же его эмигрировали, и он писал: «Ни ты, ни я, мы не евреи». В великом, большом смысле этого слова, потому что это русские писатели и русский художник, Леонид Пастернак, если он сам не ставит перед собой задачу изображения в рамках, так сказать, еврейского мира.

Е. КИСЕЛЕВ: Все-таки Борис Пастернак был человек верующий, воцерковленный христианин.

Н. ИВАНОВА: Он не был воцерковленным.

Е. КИСЕЛЕВ: Не был?

Н. ИВАНОВА: Нет, воцерковленным он не был. Даже то, что касается его крещения, это и то существует так, в виде некоторой легенды, потому что его окропила святой водой нянюшка, когда ему было три года, об этом говорили, но это не есть факт, подтвержденный записью в церкви московской. А что касается Высоцкого, то на этот вопрос… как эта дама сказала, «я человек русский»? Вот я, как человек русский, скажу вам, что кто бы там Ходорковский по национальности ни был, и кто бы ни был из родителей Высоцкого – русский, еврей, татарин или грузин, на самом деле ведь у Булата Шалвовича Окуджавы эта дама не спрашивает, почему он наполовину грузин, наполовину армянин, является замечательным русским поэтому и прозаиком, вот если дойти до анализа крови, как говорил Юлиан Тувим, важно, какая кровь течет из наших вен, а не какая кровь течет в наших венах.

Е. КИСЕЛЕВ: Ну, с точки зрения канонического раввината, человек, который рожден русской матерью, является русским. Во всяком случае вот вам ответ по поводу Ходорковского.

Н. ИВАНОВА: И Высоцкого.

Е. КИСЕЛЕВ: Я имею честь быть знакомым с родителями Михаила Борисовича, с Мариной Филипповной и Борисом Моисеевичем, и я могу сказать, что это типичная русская, московская интеллигентная семья.

Н. ИВАНОВА: Ну, хоть бы она и еврейская была, для меня и то, и другое, в общем, не имеет значения.

С. НИКИТИН: Давид Самойлов в своих воспоминаниях или записках пишет: «Я русский поэт и ощущаю себя русским художником, но когда евреев бьют, я вспоминаю о своем происхождении».

Е. КИСЕЛЕВ: Да, и это собственная, наверное, позиция всех настоящих русских художников, писателей…

Н. ИВАНОВА: И вообще интеллигенции.

С. НИКИТИН: И вот это совпадает и с моим личным чувством – когда бьют евреев, то я тоже себя ощущаю среди них. А что касается Высоцкого, то возьмите какой-нибудь серьезный современный словарь русского языка, то там очень много цитат из Высоцкого, как примеры современного разговорного русского языка.

Н. ИВАНОВА: А он это чувствовал замечательно, он его замечательно инкрустировал.

С. НИКИТИН: Там же, конечно, есть цитаты и из Пастернака, и из того же Самойлова.

Е. КИСЕЛЕВ: А вот по Интернету нам прислал вопрос один из наших слушателей, который подписался прозвищем «Дружище Биттнер». Ну, в Интернете каких только прозвищ, ников так называемых, не бывает. «Вопрос гостям: как вы считаете, если бы Высоцкий дожил до нашего времени, это было бы другое время или другой Высоцкий? Согласитесь, что тому Высоцкому в этом времени места нет».

Н. ИВАНОВА: Ну, мне кажется, что Высоцкий очень четко чувствовал свое время, и в одной из песен как раз вспомнил и Будапешт, и Прагу, которые прошли через его сознание, через его сердце. Напомню, что он родился в 38-м году, поэтому даже в 56-м году, когда были события в Будапеште, что-то в нем отложилось и очнулось. Конечно же, те события гласности, горбачевского времени, времени Ельцина, я убеждена, что события 91-го, 93-го, 96-го и так далее годов прошли бы через него, и может быть ярче, чем другая часть нашей интеллигенции, гораздо ярче – я этот упрек ко многим могла бы отнести, может быть и к себе самой – гораздо четче выражал бы свою позицию и всегда был честен, всегда был четок, всегда при том, что слово его двузначное, игровое, всегда был недвусмыслен в этом своем игровом слове и в выводе.

С. НИКИТИН: Мне кажется, что если бы он дожил до сегодняшних дней, то это был бы уже не Высоцкий. Такова его миссия.

Н. ИВАНОВА: Условно, он должен был умереть?

С. НИКИТИН: Погибнуть. Да. Он так жил.

Н. ИВАНОВА: Ну, ведь я насколько поняла вопрос Евгения Алексеевича, вопрос как бы фантастический, не берем вопрос здоровья, берем вопрос отношения к реальности.

С. НИКИТИН: Нет, не в этом дело.

Е. КИСЕЛЕВ: Вот некто Гарри из Германии нам пишет: «Сейчас востребованы только Жасмины и Биланы, прочие безмозглые и безголосые».

Н. ИВАНОВА: Вот это имеется в виду, был бы он востребован, как вы считаете, Сергей?

С. НИКИТИН: Что значит востребован? Это то, что по телевизору показывают?

Н. ИВАНОВА: Нет, нет, не по телевизору. А вы чувствуете, что есть потребность в такого рода поэзии, такого рода голосе?

С. НИКИТИН: Голод на таких людей, на таких личностей.

Е. КИСЕЛЕВ: Голод, вы считаете?

С. НИКИТИН: Конечно, просто их в эфир центральный не пускают.

Е. КИСЕЛЕВ: Ну, давайте спросим наших слушателей. У нас есть возможность спросить, пожалуйста, такой простой вопрос. Как вы считаете, песни Высоцкого, они устарели или они по-прежнему актуальны? Их люди поют или молодое поколение забыло их слова? Вот, пожалуйста, звоните нам по телефонам 783-90-25 для москвичей, 783-90-26 для немосквичей. Пожалуйста, говорите, вы в эфире.

СЛУШАТЕЛЬ: Добрый вечер. Уважаемый Евгений Алексеевич, уважаемые гости, я великий поклонник Владимира Высоцкого, и скажу со своей точки зрения, что Высоцкий не устарел, а напротив, усилил своими песнями быт и нравственность нашей российской действительности. И хочу задать вопрос. Уважаемая Наталья, скажите, пожалуйста, вы исследовали в своей книжке интервью пятигорскому телевидению 14 сентября 79-го года Владимира Высоцкого, скажите, пожалуйста, это автопортрет Высоцкого, где он подвел свои итоги? Если вы слышали это интервью, он же там четко и ясно сказал, какой бы вопрос он хотел бы себе задать, и он так точно подвел свою жизнь, точнее, он сказал потом, что он хотел бы знать ответ на этот вопрос. Пожалуйста.

Н. ИВАНОВА: Спасибо за вопрос, но дело в том, что я не писала о Высоцком и не брала у него интервью. Если вы знаете, что это за интервью и какой он вопрос себе задал сам бы, скажите об этом нам сейчас, и мы постараемся, может быть, отыграть.

СЛУШАТЕЛЬ: Перевозчиков его спросил, какой бы вы сам себе вопрос задали, и он говорил «сколько лет, месяцев, дней и часов осталось мне для творчества?». Вот я своими словами перевожу. Он же был пророком. И помните песню «Памятник», это же 73-го года. И вот через шесть лет он точно определил этот вопрос, каким он был пророком.

Е. КИСЕЛЕВ: Вот несколько нам пришло сообщений в виде СМС: «Высоцкий вне времени, — пишет Люба из Москвы, — ему прекрасно было бы и в наше время. Кстати, никакой возлюбленной Оксаны в последние годы жизни у него никогда не было». Ну, про возлюбленную Оксану я не знаю. Мы сегодня про другое. «Высоцкий стоит особняком, — Наташа из Москвы, — его нельзя ни с кем сравнивать, он был как глоток свежего воздуха и помогал выживать в ту затхлую эпоху. Он никогда не забудется, как не забудутся честь, совесть, порядочность, что всегда отличало демократическое общество». Замечательные слова, Наташа, спасибо вам. «Что за глупый вопрос?», — Наталья, другая наша слушательница, тоже из Москвы. «Высоцкого слушают и поют не меньше, чем раньше. Уже после его смерти у меня подросло трое детей, от 25 до 17, есть и зять, и они, и все их друзья слушают Высоцкого, дарят его записи друг другу, обмениваются ими, и не я их этому научила». Вот Митя из Москвы: «Евгений Алексеевич, мне 18 лет, поверьте, Высоцкий не устарел и многие его песни, как нельзя, актуальны. Не знаю, хорошо это для нас всех или нет». Полина из Москвы: «Высоцкий обладал мистическим предчувствием. Он сказал: «Пусть впереди большие перемены, но я их никогда не полюблю». Это актуально и сейчас». Еще одна Наташа, тоже из Москвы: «Как некий херувим, он занес нам несколько песен. Он не мог дождить до наших дней, но он не устарел, он вечен, как Моцарт». Вот даже так. Вот Николай из Санкт-Петербурга благодарит за Матвееву, это тот самый Николай, который просил упомянуть Матвееву, и пишет: «К сожалению, молодежь требует «позитива». Все остальное для них депрессняк и отстой».

Н. ИВАНОВА: Я думаю, что совсем даже не молодежь. Молодежь требует всякого и разного, в том числе и горького, а не только сладкого.

Е. КИСЕЛЕВ: Ну, давайте сейчас проведем голосование на эту тему и все нам станет ясно.

Н. ИВАНОВА: Молодежь всегда хочет честности.

Е. КИСЕЛЕВ: Устарели ли песни Высоцкого? Господа, давайте ответим на этот простой вопрос. Если вы считаете, что да, устарели, наберите 660-01-13. Если считаете, что они по-прежнему актуальны, наберите 660-01-14.

«РИКОШЕТ»

Е. КИСЕЛЕВ: Голосование пошло, ну и, в общем, уже с ним почти все ясно.

Н. ИВАНОВА: Так быстро?

Е. КИСЕЛЕВ: Ну, так бывает, вот уже мы получили около 200 звонков, 222 звонка, и тенденция абсолютно очевидна, что меня лично радует. Еще буквально минуту-другую пройдет голосование… Да, собственно, уже можно остановить, результат совершенно очевиден, он не меняется. 96% считают, что песни Высоцкого по-прежнему живы. И только 4% считают, что устарели они.

Н. ИВАНОВА: Очень много было, вы знаете, сказано о том, что он не поэт, не писатель, вот спор об этом тоже существует, и очень серьезный.

С. НИКИТИН: И еще мне кажется важно то, что в советское время, когда кругом была ложь, очень важно было услышать человека, который просто органически это не мог… Но и сегодня столько лжи в нашей жизни.

Н. ИВАНОВА: Но кроме лжи еще просто пространство гласности настолько сокращается, что его песни опять выплеск этой гласности по-новому.

Е. КИСЕЛЕВ: Владислав из Санкт-Петербурга ругает Высоцкого за то, что он плохо играл на гитаре: «Наверное, я бы смог слушать Высоцкого, если бы не его «виртуозная» игра на гитаре». Какое это имеет значение?

Н. ИВАНОВА: А вы не слышали, Евгений Алексеевич, его запись в Париже с оркестром?

Е. КИСЕЛЕВ: Слышал, конечно.

Н. ИВАНОВА: Замечательно совершенно. Но мне почему-то гитара нравится, когда она с ним, органичнее.

Е. КИСЕЛЕВ: Дмитрий нам пишет, не знаю откуда, не написал город: «Моему 16-летнему сыну нравятся песни Высоцкого, но только в исполнении Григория Лепса». Я даже не знаю, кто такой Григорий Лепс.

С. НИКИТИН: Да, вот это, мы не будем, конечно, обсуждать этого артиста, я просто хотел подчеркнуть, что он настолько был правдив, искренен и жил на 150 процентов, что попытки исполнять его и использовать внешние атрибуты его исполнения, мне кажется, они бесполезны и беспочвенны, в общем, бесперспективны.

Н. ИВАНОВА: Да, и я понимаю, почему вы не стали это делать.

С. НИКИТИН: У нас много есть артистов, которые хрипят, как Высоцкий, рубаху на себе рвут, но в глазу я вижу доллар.

Е. КИСЕЛЕВ: Сергей Яковлевич Никитин, который практически никогда не пел песен Высоцкого, тем не менее пришел к нам сегодня в студию с гитарой, и обещал спеть песню о Высоцком. Так?

С. НИКИТИН: Посвященную Высоцкому. Так получилось, что когда Высоцкий ушел из жизни, 80-й год, я как сейчас помню, лето, а я уже года два твердил эти слова – переведи меня через майдан. Это стихотворение Виталия Коротича, которое нам открыла Юнна Мориц. Она, собственно, сделала перевод с украинского на русский язык этого стихотворения.

Н. ИВАНОВА: Это было еще до всего, до того, когда Виталий стал главным редактором журнала «Огонек», задолго.

С. НИКИТИН: Я понял, что это стихотворение в моем сознании навсегда уже будет связано с именем Владимира Высоцкого. Прошло много лет, нас с Татьяной пригласили в Сан-Ремо на фестиваль итальянской бардовской песни, такая есть там альтернатива коммерческому фестивалю, и на этот раз они его посвятили Владимиру Высоцкому. Приехала Марина Влади, был Никита Владимирович. И мы исполняли там эту песню, это было по 1-му каналу итальянскому. Ну и вообще, люди часто просят вспомнить эту песню.



СЕРГЕЙ НИКИТИН ИСПОЛНЯЕТ ПЕСНЮ



Е. КИСЕЛЕВ: Сергей Никитин, песня старого лирника на стихи Виталия Коротича в переводе Юнны Мориц, посвященная памяти Владимира Высоцкого. Сергей Яковлевич, спасибо вам большое. Сегодня мы говорили о Высоцком. Мне в этом помогал не только Сергей Никитин, но и Наталья Борисовна Иванова, литературный критик, зам главного редактора журнала «Знамя». На этом все, я прощаюсь с вами. До встречи в следующее воскресенье.

Комментарии

0

Пожалуйста, авторизуйтесь или зарегистрируйтесь, чтобы оставить комментарий.

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире