'Вопросы к интервью
11 марта 2007
Z Полный Альбац Все выпуски

Новые законы накануне выборов: Зачем пугают избирателей?


Время выхода в эфир: 11 марта 2007, 19:08

Е.АЛЬБАЦ: Добрый вечер, 19.06, в эфире радиостанция «Эхо Москвы», мы вещаем на частоте 91,2 ФМ, у  микрофона Евгения Альбац, и я начинаю нашу традиционную воскресную программу, посвященную событиям прошедшей недели, которые имеют долгоиграющий эффект, повлияют на  политику ближайших недель и месяцев. Таким событием, в  известной мере, являются выборы в  законодательное собрание в  14 регионах РФ, которые проходят сегодня. Интересны они, прежде всего, тем, что это последняя репетиция того перформанса, который мы  увидим в декабре на выборах в Госдуму. Но  говорить о  них мы не можем – выборы еще не закончились, нас слушают в регионах, и  закон запрещает какую-либо агитацию в этот день, а  любой разговор на эту тему может быть воспринят как попытка повлиять на выборы избирателей. Мы закон нарушать не будем, хотя трудно было и не заметить, что так называемые «аналитические программы» на  федеральных телеканалах вчера эту норму нарушали по полной программе  — и  в передаче «Постскриптум» на телеканале ТВ-Центр, и в передаче «Реальная политика» на  канале НТВ. Впрочем, как известно, Кремль и обслуга у нас вне закона, а  мы напротив  — люди законопослушные. Потому говорить мы  будем о другом. А именно   — в пятницу, да, в эту пятницу, за два дня до выборов в регионах, ни с того, ни  с  сего, Государственная дума приняла в первом чтении очередные поправки к избирательному законодательству  — в целях, — цитирую «усилением борьбы с экстремистскими проявлениями»  — это 16-тые по счету поправки, как заметил один из депутатов в  прениях на пленарном заседании. Поправки, если коротко, следующие – это ограничение пассивного избирательного права, то есть, быть избранным для осужденных за тяжкие  — до  10 лет, и  особо тяжкие преступления, а также такие же ограничения распространяются на лиц, подвергнутых административному наказанию за пропаганду и  распространение нацистской символики. Это новые ограничения на то, что известно как анти-агитация, это сформулировано так, что нельзя будет в  случае принятия этого закона «распространять информацию о  кандидате и политической партии, выдвинувшей того или иного своего представителя, если эта информация сочетается с негативными комментариями и описанием возможных негативных последствий, которые могут наступить в случае избрания определенного кандидата депутатом». Также предлагают законодатели изменить нормы действующего закона о  формировании региональных групп кандидатов, из  которых составляется федеральный список, и так далее. И мы пригласили для обсуждения в  студию двух депутатов Госдумы, это Геннадий Владимирович Гудков, член Комитета Госдумы по безопасности, подполковник запаса ФСБ, здравствуйте.

Г.ГУДКОВ: Добрый вечер, Здравствуйте.

Е.АЛЬБАЦ: И  Олег Анатольевич Куликов, депутат Госдумы, член президиума ЦК  Компартии РФ, здравствуйте.

О.КУЛИКОВ: Добрый вечер.

Е.АЛЬБАЦ: Вот мы и попросим их объяснить, собственно, почему эти поправки появились сейчас, почему их вынесли на голосование в  первом чтении, за два дня до  выборов в  законодательные собрания в  регионах, и насколько корректно принимать поправки к избирательному законодательству, когда до  переизбрания нынешнего состава Госдумы осталось 8 месяцев. Напоминаю вам, что вы можете присылать нам свои СМС-сообщения  — 7-985-970-45-45, и наши телефоны прямого эфира  — 783-90-25 – для москвичей, 783-90-26, код России 7, код Москвы 495– для тех, кто звонит из других стран и других городов. И напоминаю вам только об одном — мы не имеем права обсуждать результаты проходящих выборов в законодательные собрания.

Г.ГУДКОВ: Да еще и нет результатов.

Е.АЛЬБАЦ: Еще нет, но мы не можем говорить и о том, что там происходит. Итак, я хочу сразу вас спросить, как ваши фракции голосовали за принятие этих новых поправок к избирательному закону в первом чтении, и как вы голосовали, и  что вы об этом думаете.

Г.ГУДКОВ: Ну, мне очень сложно говорить, потому что есть фракция, в  которой я  состою, это «Единая Россия», хотя всегда возглавлял «Народную партию», есть та фракция, в которую я  буду переходить – это фракция «Справедливая Россия», и действительно, я вынужден подчиняться фракционной дисциплине, и моя карточка — я, честно говоря, сам лично не принимал участие в голосовании – я думаю, что моя карточка проголосовала в  соответствии с этой фракционной дисциплиной. Хотя фракция «Справедливая Россия», насколько мне известно, она против. Вообще, честно говоря, мы понимаем, что законодательство России сегодня в значительной степени ухудшено  — мягко выражаясь. На самом деле там забюрократизированность полная, и  я, честно говоря, не  совсем понимаю, для чего у нас принимаются законы. Ну, если так в целом брать, идеологически  — наверное, плохо, когда право быть избранным получает осужденный за тяжкие – те, которые у нас с вязаны с экстремизмом, и  так далее, и тому подобное. С другой стороны, особенности нашего избирательного права таковы, что любой чиновник любого кандидата, любую партию может снять легко. Я  сам неоднократно наступал на эти грабли, я имею в виду «Народную партию « и  наших кандидатов, поэтому сегодня итак есть достаточно прав у  любой избирательной комиссии снимать кого угодно, и как угодно, для чего нужны вот эти еще дополнительные предложения к закону, или ухудшение закона, или усиление закона – как угодно. Поэтому я  вот считаю, что сегодня требуется вообще в  целом реформа российского избирательного права. Я был против, когда отменяли депутатов-одномандатников, я был против, когда приняли новый закон о  референдуме. Был против, когда перешли на  7%-ный барьер и отменили блоки. И  в «Справедливой России» мы договорились о том, что наши законодательные инициативы будут как раз направлены на восстановление порога явки, на отмену вот этого 7%-ного барьера, снижение его до  5%, на  все-таки ликвидацию вот этого произвола чиновников, которое есть сегодня в  избирательном праве, и  так далее. Но я думаю, что это борьба будет уже следующего периода, потому что на  сегодняшний день есть некая накатанная колея, которая сегодня, к  сожалению, работает. Я понимаю, что мне, наверное, очень сложно здесь какую-то позицию занимать, моя личная позиция такая, что избирательное право, мягко выражаясь, требует серьезной корректировки.

Е.АЛЬБАЦ: Спасибо. О.Куликов? Я только  скажу, что Госдума за поправки в  первом чтении – напоминаю, что это первое чтение, голосовала так: 336 депутатов «за», 88 депутатов «против». Против была КПРФ, фракция в  Госдуме. И  «Справедливая Россия». Олег Анатольевич, объясните. В  чем состояла позиция вашей фракции, коммунистов, когда вы голосовали против новых поправок к  избирательному закону?

О.КУЛИКОВ: Хочу предварить, что это не последние поправки. У нас сегодня избирательное законодательство строится в  интересах одной партии. Если эта партия посчитает, что что-то еще можно сделать для усиления своих позиций, это будет сделано. По  многим аспектам мы говорил против. Прежде всего, в этом законе широкое трактование экстремизма. В том числе, социального экстремизма. Любые проявления социального протеста на нынешнюю политику, которую мы считаем социально безответственной, называются экстремизмом. Те граждане, которые вышли на митинг протеста, демонстрацию протеста, которые власти теперь уже не разрешают, в том числе, по  7 ноября — вы знаете, нам было запрещено шествие – мы все подпадаем под этот экстремизм. То есть, все должны молчать. Та же самая норма по антиагитации. То  есть, мы  своим политическим оппонентам должны говорить только  хорошо, то есть, какие они хорошие.

Г.ГУДКОВ: Либо хорошо, либо никак.

О.КУЛИКОВ: Да. То есть, я  считаю, что совершенно антидемократическая мера. Но вы же знаете, что наши оппоненты обещали одно, делают другое — это соответствует? Это не соответствует нормам депутатским. То же самое по количеству региональных групп – было 155, теперь посчитали, что это не устраивает одну из партий, надо уменьшить, потому что 155 губернаторов у нас нет, а  предлагали 150 региональных групп. Теперь по количеству тех паровозов, сколько они наберут, столько  и будет региональных групп.

Г.ГУДКОВ: Ну, кстати, это всем партиям выгодно.

О.КУЛИКОВ: Ну, не  всем выгодно. Тем, у кого есть губернаторы, тем, у  кого есть административный ресурс. При том широко трактуется достоверность-недостоверность сведений. По такому параметру можно снять заведомо любого кандидата в  депутаты  — заведомо. Опять-таки – одних проверяют под микроскопом, а других просто утверждают без сучка и задоринки.

Е.АЛЬБАЦ: Скажите, пожалуйста, а  почему вообще вдруг обсуждение этих новых поправок выскочило в пятницу, прямо накануне сегодняшних выборов в законодательные собрания? Что за  интрига тут такая?

Г.ГУДКОВ: Да никакой интриги тут нет. Вы знаете, что было совещание политических партий, которое в  декабре состоялось, с  президентом, вопрос там стоял совершенно конкретный – об усилении мер, направленных на борьбу с экстремизмом — естественно, наше желание, любой политической партии, естественно, чтобы экстремизма в  стране не было, чтобы страну не расшатывало, не раскачивало, не угрожала ситуация самой стране. И вот это нашло, видимо, отражение в определенных законодательных инициативах. То, что их принимали в пятницу — с таким же успехом их  могли принять два дня спустя после выборов  — они никак не влияют на  сегодняшнее законодательство, поскольку это первое чтение было, будет второе, третье, будет Совет Федерации с непростой позицией, будет еще подпись президента. То есть, достаточно долгий путь, поэтому никакого отношения к этим выборам они, эти поправки не имеют абсолютно. Просто регламентные, технические вопросы совпали чисто случайно  — я так предполагаю. А  вот по экстремизму – да, тут, конечно, нужно разбираться. Я тоже был противником еще в  Комитете безопасности расширенного толкования экстремизма. Например, могу сказать, что возглавляемая мною последние три года «Народную партию» в  Калининградской области сняли .И ладно бы, сняли – Верховный суд подтвердил правоту этого решения — сняли за  разжигание социальной розни в отношении групп лиц калининградской милиции. То есть, когда мы рассказали о том беспределе, который происходил, да и происходит в Калининградской области, когда милиция просто является инструментом выборов, инструментов расправ с  политическими оппонентами. Так далее, суд сначала Калининградский признал – ну, ладно бы  Калининградский – понятно, что там у нас страна Туркмения развивается. А если Верховный суд признает правоту такого очень спорного, сомнительного вывода. Ну, вы знаете… На самом деле еще хочу сказать вот так, в эфир – дело не  в законах, а  в трактовании этих законов. А трактование дают люди. Те люди, которые конкретно находятся в  избиркоме, которые конкретно находятся у власти, конкретно находятся в системе управления. И дело не в самом законе  — в принципе, ничего страшного нет в строчках «борьба с  экстремизмом»  -ничего. Да, действительно, наверное. Преступников не  надо пускать во власть, да действительно, наверное, нужно избегать тех, кто связан с  экстремистским подпольем.

Е.АЛЬБАЦ: У  нас половина страны сидело.

Г.ГУДКОВ: У нас к счастью, с вами, половина страны еще не сидела. У нас когда-то с вами в нашей той, прошлой стране, в  которой жили наши отцы и деды, сидело полстраны — я с вами согласен. Да, опять-таки – но там прекрасное было законодательство, замечательная конституция, которая давала все права и  свободы.

О.КУЛИКОВ: Я не согласен с моим коллегой. Сейчас сидит больше, чем в  Советском Союзе.

Г.ГУДКОВ: ну. Здрасьте.

Г.ГУДКОВ: вы мне только не рассказывайте как сотруднику КГБ – я  прекрасно знаю, сколько сидело, сколько было арестовано.

О.КУЛИКОВ: Просто емкость у  нас сейчас лагерей и тюрем не помещает всех, и каждое второе дело прекращается.

Г.ГУДКОВ: Вы позволите я статистику дам? Есть доклад, который утвердило ЦК  КПСС и съезд — чтобы было понятно, что это не я придумал его. Так вот существует статистика на официальном бланке. Статистика такая — за  1935-1941 гг. было арестовано 19 млн. 840 тыс. человек. Из них 7 миллионов было расстреляно за эти же годы. Поэтому что тут говорить.

О.КУЛИКОВ: Ну. Была же  комиссия.

Е.АЛЬБАЦ: Я не хочу дискутировать на эту тему.

Г.ГУДКОВ: По  сегодняшней статистике 830 тысяч у нас.

О.КУЛИКОВ: Вы поддерживаете эту ложь. Вот это экстремизм политический.

Г.ГУДКОВ: Да ладно вам – ложь. Я  читал все эти дела. Мне стыдно, конечно, за те дела, которые я  читал и тех сотрудников, которые их писали, и тех прокуроров, которые это утверждали, . но это наша история, давайте мы слов из песни выкидывать не будем.

О.КУЛИКОВ: Была создана комиссия по реабилитации, она реабилитировала 600 тысяч человек.

Е.АЛЬБАЦ: Вы хотите продолжать говорить на эту тему? Давайте в следующий раз на эту тему поговорим?

О.КУЛИКОВ: А  я не трогал ее.

Г.ГУДКОВ: Давайте встретимся специально, обложимся источниками историческими, давайте я  возьму пару дел с реабилитациями, почитаем их, посмотрим, как все было.

Е.АЛЬБАЦ: Хотела вас спросить  — меня очень интересует эта норма, которая уже применена в избирательном законе  — это касается того, что распространять информацию о  кандидате и политической партии, выдвинувшей того или иного кандидата будет нельзя, если эта информация сочетается с негативными комментариями и описанием возможных негативных последствий, которые могут наступить в  случае избрания…

Г.ГУДКОВ: Вот я лично внесу поправку исключающую это положение.

Е.АЛЬБАЦ: Как это вообще можно?

Г.ГУДКОВ: Да  неможно.

О.КУЛИКОВ: Это запрет на критику вообще-то.

Г.ГУДКОВ: Да, тут согласен. Потому что, конечно, запрет на критику – это маразм. Потому что, если нет запрета на критику, то естественно образуется некие несистемные, так сказать, протесты, которые могут привести как раз к этому самому экстремизму и разрушению страны.

О.КУЛИКОВ: У нас в принципе по закону вообще пока разрешена агитация как за, так и агитация против. В таком случае, агитация против будет запрещена.

Е.АЛЬБАЦ: Сейчас по закону запрет на анти-агитацию только в телевизионных роликах.

О.КУЛИКОВ: Теперь ан  все будет.

Е.АЛЬБАЦ: Когда этот вопрос обсуждался в Конституционном суде, то судья Конституционного суда, Анатолий Кононов, написал свое «особое мнение» — для тех, кто интересуется, это висит на сайте Конституционного суда, и он пишет следующее: «Совершенно очевидно, что в  период предвыборной кампании обостряется потребность избирателей получать и распространять любую информацию о кандидатах, партиях и  избирательных блоках, высказывать собственное мнение, иметь представление об общественных предпочтениях. Печать, телевидение и другие СМИ как раз и являются здесь необходимым средством реализации права на  свободу выбора. И при этом СМИ не теряют своей самостоятельной и независимой роли в обществе. Абсурдно звучит тезис об ограничении свободы слова во имя свободы выражения мнения избирателей», и так далее. К сожалению, Конституционный суд утвердил прежние еще поправки к избирательному закону, но судья Кононов как раз очень подробно говорит, что, дескать, в  период избирательной кампании входит в  противоречие право на свободу информации и  право на  свободу выбора, он говорит о том, что это полный абсурд. Я пытаюсь понять — когда законодатель предлагает такую норму, и она всерьез обсуждается в  Госдуме, как можно вести предвыборную кампанию, если оппоненты не имеют права говорить своим избирателям  — если вы выбираете такого-то, то получите такие-то негативные последствия. Разве возможно без этого? Или я ошибаюсь?

Г.ГУДКОВ: Я считаю, что невозможно. Потому что если мы не будем рассказывать правду… вот я  сейчас внимательно слежу, кстати, за избирательной кампанией. Во Франции посмотрите, там С.Руайяль против Н.Саркози, и у них как качели – то одна поступает информация, то  у  С.Руайяль находят пару домов, а вроде бы это для социалистки не очень хорошо, то там Саркози что-то не то сказал. И  тут же  моментально пресса дает эту информацию, и  французы они узнают и хорошее и плохое о своих кандидатах. То есть, есть объективная информация, есть возможность сравнивать и выбирать. Поэтому я считаю, что как раз запрет на критику – это тяжелое наследие не только царского режима. Но и последующих режимов, и  я считаю, что мы должны разрушать это. Если не будет критики, что мы  получим, какую страну?

Е.АЛЬБАЦ: Но это ведь последствия последнего года.

Г.ГУДКОВ: да никакие не последствия последнего года.

Е.АЛЬБАЦ: ну, как  — именно в последний год приняты эти поправки к закону о  выборах.

Г.ГУДКОВ: Хочу сказать – в  России у нас примерно в  течение последних 400 лет, одна и та же форма правления примерно И  как ни называется у нас страна федерация, не  федерация, монархия, империя, страна Советов – одно и то же. Абсолютно власть похожа на очень абсолютную монархию. Монопартийная система, по  сути дела. Вот мой оппонент выступает – да, монопаритйная система опасна для любой страны. Но она и раньше была, монопартийная система. Что, чего-то новое изобрели? Да нет, все то же самое. Поэтому я  и говорю – нам надо идти либо к французскому варианту смешанной республики, либо к  парламентской республике – тогда, наверное, что-то изменится по серьезному. Атак все это косметические изменения.

О.КУЛИКОВ: Мне понятно, почему. Потому что власть опасается  — если народ будет знать, то  он никогда не проголосует за ту власть, которая не улучшает его положения. Вот мы постоянно даем в своей прессе результаты голосования фракции «Единая Россия» и  свои результаты. Я думаю. Что тогда нам нельзя будет даже давать результаты голосования, потому что результат голосования подразумевает информирование населения  — к  чему приводит принятие того или иного закона. Не обещали принятие 122 закона? Приняли. Не обещали принятия водного и лесного кодекса? Принимают. Не обещали реформу ЖКХ – принимают. Пенсионное законодательство.

Г.ГУДКОВ: Так реформы и нет как раз.

О.КУЛИКОВ: Ну, не улучшает это все.

Е.АЛЬБАЦ: Олег Анатольевич, вы – депутат Госдумы. Почему вы не протестуете? Почему вы не встали на  пленарном заседании, на котором обсуждались поправки к  избирательному закону, и  не сказали – ребята, что вы делаете?

О.КУЛИКОВ: Встали. И  все практически выступления по ведению вопроса были от нас. Кстати, активность нашей фракции, несмотря на то, что она в  6 раз меньше, в  три раза выше. Чем активность фракции «Единая Россия». Но это никому неизвестно.

Е.АЛЬБАЦ: А это как считается?

О.КУЛИКОВ: При обсуждении законодательства, по вопросам, репликам, обсуждению позиции фракции, выступлениям по закону. «Единая Россия» отказывается выступать по законам – только представляют, и  все. Мы  все свои возможности используем вполную  — для выражения своей позиции.

Е.АЛЬБАЦ: На сайт передачи пришел вопрос от журналиста, который подписался Яков из Москвы, и он пишет о том, что глава СКП КПСС тов.Шеиин и тов. Лимонов – это лидер неразрешенной партии национал-большевиков, утверждали, что эти новые поправки к  пассивному избирательному праву, которые не позволят избираться тем, кто имел судимость, впрямую направлены против них – то есть, против господина Шеина и  г-на Лимонова. А если вспомнить, что в Краснокаменской колонии…

Г.ГУДКОВ: Да у Лимонова не тяжкая статья – чего он там переживает? Я не сторонник этой поправки, но  уж там, объективности ради, у  него там 4 года, и то часть условно. А там речь идет о  10-15-летних сроках. Г-н Лимонов может в этом смысле не опасаться – это уж точно не против него.

Е.АЛЬБАЦ: А  против кого — против Ходорковского, у  которого стать и тяжкие?

Г. Ну, может быть. Но он тоже, по-моему, до  10.

Е.АЛЬБАЦ: Но  тут как раз в поправке предполагают запрет.

Г.ГУДКОВ: Это еще будет обсуждаться, это же первое чтение. Что такое первое чтение? Это некий текст, принятый за основу. Который надо, можно, может быть, и  править. И я, например, предполагаю внести поправку, отменяющую антикритику. Но что касается состава  — там можно, конечно, смотреть конкретные составы. Уж  если говорить о  нормальной работе над законом, можно взять, например, отдельные составы – можно просто логически понять – какое-нибудь групповое изнасилование, убийство, еще что-то там, организация террористического подполья – какие-то тяжелые, тяжкие составы, наркотики, причем, не потребление а  организация доставки и распространение. Тяжелые статьи. Но я не думаю. Что большой ущерб будет для общества, если эти люди будут за чертой избираемых кандидатов. Ничего страшного в  этом нет. Другой вопрос – вызывает, конечно, сомнения вот эта антиагитация гораздо больше, чем сами статьи. А  по логике, если бы была готовность, взять просто часть составов преступлений из УК, и конкретно их вписать – что по этим статьям, если не снято, не погашено, на выборы не допускается. По  крайней мере, хоть криминал отсечем чисто таким формальным законодательным ходом.

О.КУЛИКОВ: Я думаю, что это не направлено ни  против Шеина, ни против Лимонова. Они не входят в  состав партий, которые зарегистрированы и  которые могут выдвигать своих кандидатов на  следующие выборы в Госдуму.

Е.АЛЬБАЦ: А в президенты?

О.КУЛИКОВ: А в президенты по закону только  партии могут выдвигать. То есть, это тоже сугубо внутрипартийное.

Г.ГУДКОВ: Они вступить могут.

О.КУЛИКОВ: Вообще мы очень подходим требовательно к нашим кандидатам, и в наших списках не  бывает людей судимых, за исключением единственного случая – когда пытались судить людей за поддержку ГКЧП. Тот же Лукьянов.

Е.АЛЬБАЦ: Ясно. Вопрос от Андрея, научного сотрудника: «Стругацкие, в  своем романе «Обитаемый остров», совершенно правильно писали, что у  власти две задачи, главная и  основная — главная в том, чтобы получить от нахождения во власти как можно больше, а основная – удержаться у власти как можно дольше». В данный момент, очевидно, решается основная задача». Вы связываете эти поправки со стремлением партии власти и  нынешнего Кремля как можно дольше задержаться там, где они сидят?

О.КУЛИКОВ: Однозначно да.

Г.ГУДКОВ: Я бы не был так категоричен, потому что там столько принято законов, которые помогают решать вот эти обозначенные задачи, что говорить об этих конкретных поправках я не стал бы. Просто мне кажется, что чиновники отчитываются, пытаются проявить, вернее, имитируют бурную деятельность, и вносят эти поправки.

Е.АЛЬБАЦ: Спасибо. Мы уходим на новости и  вернемся через несколько минут.

НОВОСТИ

Е.АЛЬБАЦ: Еще раз добрый вечер, 19.33, в эфире радиостанция «Эхо Москвы», мы вещаем на частоте 91,2 ФМ, у  микрофона Евгения Альбац, со  мной в  студии Геннадий Владимирович Гудков, член Комитета Госдумы по безопасности, подполковник запаса ФСБ, пока от  фракции «Единая Россия», он в процессе перехода в  «Справедливую Россию» и  Олег Анатольевич Куликов, депутат Госдумы, член президиума ЦК  Компартии РФ. Мы говорим о том, что в  пятницу, в  первом чтении, на  заседании Госдумы, были приняты очередные поправки к  избирательному законодательству — 336 депутатов проголосовали за поправки. 88  — против, против была фракция КПРФ и  «Справедливая Россия». И  здесь вопрос от Ирины: «Как эти новации согласуются с  Конституцией?». Ирина, я  опять обращаюсь к  особому мнению судьи КС Анатолию Кононову по известной жалобе граждан Бунтмана, Катаняна и Рожкова, которые в  2003 г. подали в  КС жалобу по  делу о проверке конституционности отдельных положений федерального закона «Об основных гарантиях избирательных прав и права на  участие в референдуме граждан РФ». Так вот в этом своем особом мнении судья Кононов пишет следующее: «Все оспариваемые нормы гл.7 Федерального закона «Об основных гарантиях избирательных прав и права на  участие в референдуме граждан РФ» не выдерживают критерия определенности, ясности и  способности к  однозначному истолкованию», что, как известно из многих решений КС, ведет к  их произвольному применению, а значит, нарушению принципа равенства – это ст.19 Конституции РФ. Вообще для тех, кто интересуется этим вопросом, я искренне вам советую пойти на страничку КС в Интернете, и там вы можете найти особое мнение судьи А.Кононова, который очень подробно разбирает вот эти всякие поправки к  избирательному законодательству, высказывает свое несогласие с решением КС, который, к сожалению, по  мнению судьи Кононова не оспорил эти новые поправки к избирательному закону. И мне кажется, он очень аргументировано пишет о том, что еще те первые поправки, а я напомню, что те поправки, которые обсуждались в  пятницу, это уже 16-тые поправки к  избирательному законодательству. Во  всяком случае, те  поправки, принятые в  2003 г., с точки зрения судьи КС  А.Кононова, нарушают права граждан. Я сейчас включаю наш телефон, чтобы слушатели «Эхо Москвы» смогли напрямую задать свои вопросы. Напоминаю — наши телефоны прямого эфира  — 783-90-25 – для москвичей, 783-90-26, код России 7, код Москвы 495. И еще раз прошу помнить – пока не закрылись избирательные участки, мы не можем говорить о  проходящих сегодня, сейчас еще пока выборах в  законодательное собрание, которые идут в  14 регионах РФ. Алло?

СЛУШАТЕЛЬ: Добрый вечер. Раиса Васильевна, из Москвы. Уважаемые депутаты, хочу через вас задать вопрос Грызлову. Вы знаете неоднократно, и  писалось в газетах, и писалось по радио о мошенниках врачах, участковых, и  так далее, по отъему у старых больных людей квартиры, а то и жизни. Вы знаете об этом. И почему Грызлов на  это возмутительное действо в столице не принимает никакого закона. Почему?

Е.АЛЬБАЦ: Кто готов ответить?

Г.ГУДКОВ: Собственно говоря, понятно, почему. Я  просто тысячу раз предлагал, предлагаю и буду предлагать — провести действительно реальную разумную реформу правоохранительного блока, который, к сожалению, сегодня работает крайне плохо и неэффективно, и естественно, граждан не защищает. Тут вопрос нужно не только  Грызлову адресовать, а  вообще всей власти. Поскольку на сегодняшний день действительно правосудие, правоохрана у нас хромает на обе ноги. И то, что происходит сегодня в Москве, и  не только  в  Москве, а  и в других городах, когда у  пенсионеров, особенно одиноких, пытаются обманным путем различным – это действительно риск, риск для жизни, для имущества, и  вообще  — отнять квартиру. Конечно, это печально, что мы не можем защитить своих стариков, пенсионеров, людей старшего возраста. Поэтому я  считаю так, что сегодня надо говорить всерьез и требовать не только  саму реформу, но и механизм парламентского контроля, который должен контролировать исполнительную власть. Сегодня нужно говорить и  о  повышении роли СМИ в  бичевании и  высвечивании всех этих преступлений и  механизмов. И  тут всем миром нужно бороться, потому что то, что сегодня есть – это группа риска – то, о  чем радиослушательница говорит. Тут законами не поможешь.

Е.АЛЬБАЦ: Еще звонок.

СЛУШАТЕЛЬ: Меня зовут Виктора, я  из Ростова-на-Дону. Вопрос к  представителю коммунистической партии. Он сказал, что все формы использовали для протеста против принятия этих законов. Но мне кажется, они не все формы использовали – а где голодовки, где выступления? Как раньше коммунисты делали? И на каторгу шли. А они чем борются? Ручкой одной? Вот будьте любезны, ответьте, какие формы вы  могли бы еще использовать?

Е.АЛЬБАЦ: О. Куликов? Видите, ваши избиратели считают, что ваши протесты декларативные.

О.КУЛИКОВ: Знаете, парламентские формы мы использовали все. А если мы начнем использовать непарламентские формы, то для этого как раз и  вносятся эти поправки – об экстремизме. Потому что все другие формы властью будут считаться политическим экстремизмом, и  Компартия не будет допущена до  следующих выборов.

Е.АЛЬБАЦ: То есть, вы боитесь?

О.КУЛИКОВ: Мы не боимся. Просто это власть и хочет – она нас провоцирует на подобные действия. А тогда у нас вообще не будет никакой трибуны для того, Чтобы излагать нашу позицию гражданам и нашим сторонникам. Вытесняют коммунистическую партию, оппозицию с политического поля, с  парламентского поля.

Е.АЛЬБАЦ: Олег Анатольевич, в прошлую субботу в Санкт-Петербурге проходил «Марш несогласных», в частности, там люди выступали против действий местной власти. Против того, что сняли с выборной гонки ряд партий. А  КПРФ не поддержала этот марш. Объясните – с одной стороны вы говорите, что вас власть притесняет, а  с другой стороны вы, судя по всему. Боитесь выйти на улицу. Нет?

О.КУЛИКОВ: Нет, в этот же день в  Санкт-Петербурге мы  проводили свой митинг большой, под лозунгами социальной и политической защиты граждан. В данном случае мы посчитали, что лозунги, которые выдвигались некоторыми участниками этого марша, в том числе, ДПНИ.

Е.АЛЬБАЦ: ДПНИ там не было.

О.КУЛИКОВ: были. У  меня есть для этого сведения.

Е.АЛЬБАЦ: Будьте любезны, ваши сведения  — откуда они?

О.КУЛИКОВ: Сведения с  сайтов.

Е.АЛЬБАЦ: Будьте любезны, дайте ссылку прямую. Не дадите.

О.КУЛИКОВ: Не дам.

Е.АЛЬБАЦ: Олег Анатольевич, не дадите.

О.КУЛИКОВ: У  меня есть контакты со  многими участниками.

Е.АЛЬБАЦ: Не надо контакты. Хорошо бы знать информацию, Олег Анатольевич – не было.

О.КУЛИКОВ: Евгения, можно вопрос задать, такой открытый?

Е.АЛЬБАЦ: Не было.

О.КУЛИКОВ: У  вас тоже запрет на  критику?

Е.АЛЬБАЦ: У нас нет запрета на критику, у  нас есть запрет на распространение ложной информации.

О.КУЛИКОВ: Или мы «Другую Россию» должны только хвалить, а критиковать не  можем?

Е.АЛЬБАЦ: Нет, просто я  вас спросила, на  что вы можете сослаться. Вы не можете сослаться.

О.КУЛИКОВ: Ну, мы не поддерживаем «Другую Россию», которая организовывала этот митинг, как «оранжевый проект» для России, ясно?

Е.АЛЬБАЦ: Ясно, Олег Анатольевич, я  все поняла. Вы, Виктор, все поняли? И  я  все поняла. Поехали дальше. Слушаем вас?

СЛУШАТЕЛЬ: Вопрос такого плана – в  1917 г. была упразднена и уничтожена частная собственность. Был введен всесоюзный рабский труд, то есть, строй новый, где все средства, заработанные людьми, в некий общак складывались. 15 лет назад общак этот был у народа украден, разделен между ближайшим окружением кремлевским, и  сейчас нам сообщают, жителям этой страны – ребята, не будет вам больше ни пособий, ни  пенсий, ни здравоохранения, ни  учебы – ни  черта. Крутитесь сами, как хотите, а нам отстегивайте налоги.

Е.АЛЬБАЦ: Ваш вопрос в  чем состоит?

СЛУШАТЕЛЬ: Вопрос такой — могут в  принципе эти товарищи каким-то образом себя с  властью этой отождествлять? Потому что они, в  принципе, как ширмы для этих мошенников, которые уничтожили все, что десятками лет люди наживали и на что они надеялись, как в  копилку вкладывали свои кровно заработанные деньги.

Е.АЛЬБАЦ: Спасибо. Говорят, что вы  ширма.

Г.ГУДКОВ: Ну да, вопрос – дайте попить, а  то так есть хочется, что переночевать негде. То рабский труд, то, оказывается, люди все имели и у них все отняли — Виктору неплохо бы тоже определиться, было или не было. Что касается ширмы – не ширмы – ну, это каждый для себя решает. Кто-то верит, кто-то не  верит, кто-то считает ширмой, кто-то наоборот, считает борьбой  — это уже дело каждого. Поэтому пожаловаться и обвинить всех во всем несложно, на  самом деле. Что говорить о том, что наш народ продолжает жить мечтой о том, что кто-то украденный общак найдет, и тут же наступит лафа – это тоже не совсем, немножко уже  — пытаюсь помягче слово найти – немножко диагноз уже. Потому что можно жить только в нормальной рабочей экономике. Да, у  нас есть очень серьезные претензии к правительству, и я их открыто высказываю, не только здесь, в этом эфире – о том, что Стабфонд это кубышка, которую надо было давно распечатать, но не для того, чтобы раздать деньги – это было бы  худшее из преступлений, экономическое, а для того, чтобы вложить в собственную экономику, инфраструктуру, в ту же жилищную программу, в то же  строительство, и так далее, и тому подобное. Золотовалютные ресурсы тоже не используются, да много чего у нас… у нас огромное количество претензий и критики правительства, и  как депутат Гудков, и  как «Справедливая Россия», и поэтому конечно, что тут сказать – да, сегодня экономика находится на таком уровне, что граждан своих обеспечить достойными условиями жизни – очень многих граждан – не в состоянии. Кроме этого есть еще, безусловно, абсолютно несправедливое распределение вот этого продукта, общенационального – с этим нужно бороться. За это нужно бороться. Ну  а сказать, что все негодяи и  мерзавцы, что все ширмы есть, которые вместе с  кем-то — мне, например, никакой доли не досталось. Я ни с кем ничего не делил, ничего не приватизировал, ничего не получал, и  все, что в жизни есть, это результат моего труда – мне, по крайней мере, не стыдно посмотреть людям в глаза. Поэтому я могу присоединиться к  Виктору точно так же, точно так же сотрясать воздух и говорить о неких негодяях и мерзавцах, не называя фамилии – так удобно — когда называешь фамилии, могут проблемы возникать, а  вот так вот  пошуметь, особенно на депутатов, от которых мало что зависит вообще, в  принципе, и  от  думы в  целом, и  от депутатов в частности. Потому что когда начинают предъявлять претензии тем, от кого зависит, там какие-то могут быть последствия. А на депутатов – ну что, наехать на депутатов – никаких проблем вообще нет. Не  страшно и не опасно. И популярно.

Е.АЛЬБАЦ: Геннадий Владимирович, вы говорите, что от депутатов ничего не зависит, тогда объясните мне, а  зачем вы там сидите?

Г.ГУДКОВ: А  я сижу там для того, чтобы у  парламента появились реальные полномочия и реальная ответственность. И я боролся и борюсь и о законе о парламентском расследовании, и о механизме формирования политических партий, которые у нас сегодня при власти вот именно, без всякой власти – чтобы эти политические партии участвовали в формировании правительства России, чтобы можно было понять, кто какую политику проводит, и в чьих интересах. Вот для этого я там и нахожусь. И если кто-то скажет, что есть более важная задача, тогда вообще ничего не  понимает в политике.

Е.АЛЬБАЦ: Геннадий Владимирович, вы сами говорите, что поскольку вы  подчиняетесь фракционной дисциплине, то  ваша карточка — как я понимаю, вас не было на  пленарном заседании в  пятницу.

Г.ГУДКОВ: Да, не было.

Е.АЛЬБАЦ: Голосовала за эти поправки в первом чтении. Как это так? Какая-то шизофрения в одной отдельно взятой голове.

Г.ГУДКОВ: Это не шизофрения, но просто это, к  сожалению, реалии нашей жизни. Я бы вынужден пойти в  партию, не в партию, а  в  фракцию, подчеркиваю, хотя оставался всегда членом другой политической партии, «Народной», я был вынужден пойти во  фракцию «Единая Россия», поскольку определенная часть мыслей. Определенная часть идей, в том числе, по профессиональным темам, по темам безопасности, была мной реализована. Другого механизма реализации нет. Нет сегодня другого механизма реализации идей и мыслей в стране. Вот будет сейчас приличная фракция у «Справедливой России», будем всерьез бороться. Будет возможность реально что-то отстаивать, будет возможность реально говорить — даже хотя бы говорить о том, что надо исправить и  поправить. А так  — ну, что, можно быть независимым депутатом, у нас есть человек 20, чуть не сказал – штук. Но у нас знаете, как в  анекдоте – почему Джо неуловим? Потому что его никто не ловит. А что такое независимый депутат? Это депутат, от которого ничего не зависит. Ну, можно сотрясать воздух, можно делать умное лицо. Кто-то  — у нас есть уже такие независимые депутаты — 4 года там не появляются, дали доверенность на все голосования на все вопросы — кто там животными занимается, еще чем-то. Можно и так.

О.КУЛИКОВ: Можно я?

Е.АЛЬБАЦ: Сейчас, звонок послушаем, и  вы ответите.

О.КУЛИКОВ: Тут вопрос тоже ко  мне был.

Е.АЛЬБАЦ: Да, пожалуйста? Кто вы, откуда?

СЛУШАТЕЛЬ: Добрый вечер. Меня зовут Серик, я  из Владикавказа. Мой вопрос заключается в том, что люди в свое время действительно вступали в партию, строили Советский Союз, и  так далее. И  вот эти, так называемые нынешние коммунисты, они, на  самом деле, есть самая лицемерная партия, которая все время обманывает свой народ. Вопрос заключается в  том  — до  какой степени, доколе, скажем так  — они будут именовать себя тем, чем они не являются на самом деле.

Е.АЛЬБАЦ: Олег Анатольевич Куликов. Очевидно, это вопрос к  вам.

О.КУЛИКОВ: Ну, Евгения, я понимаю вопрос этот, я не уверен, правда, что это наш сторонник, а даже считаю, что это наш политический противник.

Е.АЛЬБАЦ: Может быть вы  ему ответите?

О.КУЛИКОВ: Мы не лицемерны. Мы  всегда поддерживали принципы справедливости, народовластия, социализма, мы против той приватизации, которая была в предыдущем вопросе, мы никогда не были ширмой для власти. И то, что сейчас еще у народа осталось  — это только благодаря позиции коммунистов в  думе, той позиции, которую мы занимаем в региональных парламентах, и  партия, которая достаточно пользуется поддержкой в обществе, с которой власти как раз и борются.

Е.АЛЬБАЦ: Спасибо. Еще звонок.

СЛУШАТЕЛЬ: Добрый день, я из Москвы, меня зовут Галина. Я хочу выяснить — вот так сейчас хорошо говорил член партии КПСС, я хочу выяснить, какая разница между КПСС и  «Единой Россией»?

Е.АЛЬБАЦ: То есть, вы  имеете в виду КПРФ?

СЛУШАТЕЛЬ: Ну да.

Е.АЛЬБАЦ: О.Куликов?

О.КУЛИКОВ: Какая разница? Ну, разницы много. Мы являемся партией, которая целиком состоит из тех людей, которые трудятся, получают зарплату, и уйдут из думы, тоже будут работать, получать за  свой труд. А «Единая Россия» — это партия, которая представляет бюрократию, чиновников и  миллионеров, крупных собственников. У нас есть своя политика, которая отлична от  политики «Единой России». Она считает, что ничего не надо менять, итоги приватизации менять не надо, мы считаем, что надо многое поменять и  вернуть то, что незаконно было отобрано у народа. Мы считаем, что надо повысить существенно пенсии и зарплаты, мы считаем, что у  народа должна быть достойная жизнь. Мы не против богатства, мы  как раз за достаток в  каждой семье, они  — за достаток для избранных. Вот такая разница.

Г.ГУДКОВ: Ну, я бы сказал, что тут оговорка была по Фрейду – какая разница между КПСС и  «Единой Россией».

О.КУЛИКОВ: Нет, она исправилась.

Г.ГУДКОВ: Но  оговорка по Фрейду. Потому что на  самом деле КПСС – это монопартия того периода, а «Единая Россия» попыталась себя построить как монопартию этого. И, собственно говоря, разница только в  этом главная. Так же  как и в КПСС, так же и в  «Единой России» собрана определенная,  — поверьте, далеко не худшая часть элиты российского общества. Но правила, по которым играет эта элита, они не  предусматривают особую самостоятельность, автономию, и  тому подобное. Поэтому, собственно говоря, на этом различие КПСС и  «Единой России» заканчиваются. Ну, к  счастью, сейчас уже не будет монопартийной системы, это, на мой взгляд, увидели и в Кремле опасность такого варианта, мы уже проходили 1991 г., когда вырождение, деградация самой политической элиты внутри одной-единой нерушимой и  неделимой партии, она привела к развалу страны, кризису и  к тому, что десятки и миллионы судеб были просто безжалостно сломлены. Поэтому разница, к сожалению, во времени.

О.КУЛИКОВ: Можно?

Е.АЛЬБАЦ: Я хотела бы  еще успеть звонок принять. Потому что что тут, собственно, толочь воду в ступе, Олег Анатольевич?

О.КУЛИКОВ: Ну, ясно.

Е.АЛЬБАЦ: Еще звонок.

СЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Наталья, Санкт-Петербург. Скажите, пожалуйста, каким образом будет сделан достаток в  каждой семье  — вот мне это очень интересно — если у  нас практически страна не  работает? Задушено все предпринимательство в  России, все опять же из той же  иглы?

Е.АЛЬБАЦ: Кто готов ответить?

О.КУЛИКОВ: Я с вами полностью согласен  — вы, в  общем-то, правильно анализ нашей экономике дали. При нынешнем социально-экономическом курсе не будет никакого достатка. Надо резко увеличить бюджет, перенести нагрузку с  подоходных лиц на богатых, и  часть бюджетообразующих отраслей передать под управление государства, усилить роль государства. Ввести монополию на вино-водочную продукцию, ввести налог на  суперприбыль. Ввести ренту на использование природных ресурсов, и  тогда вы увидите, что за два-три года у вас увеличится зарплата, а  у ваших родственников пенсия в  два раза.

Е.АЛЬБАЦ: Олег Анатольевич, ведь  все это уже было.

О.КУЛИКОВ: Когда?

Е.АЛЬБАЦ: При советской власти.

О.КУЛИКОВ: И  что?

Е.АЛЬБАЦ: И  что было? И закончилось банкротством страны. Вы еще.. вам один раз было мало, теперь еще раз надо страну обанкротить? Вот то, что вы  перечисляете – все это было при советской власти.

О.КУЛИКОВ: Я могу вам ответить, Евгения?

Е.АЛЬБАЦ: Да.

О.КУЛИКОВ: Вот сейчас страна живет всем тем, что было построено при советской власти. Вот сейчас у  нас ничего нового не построено.

Е.АЛЬБАЦ: Ну, это неправда.

О.КУЛИКОВ: Вся наука была создана тогда, весь авиакосмический комплекс был создан тогда, и  ядерный щит, который нас сейчас защищает, был создан тогда.

Е.АЛЬБАЦ: Он  только не кормит, ваш ядерный щит.

О.КУЛИКОВ: Не кормит, да. НО превращает вас в Ирак, если его не будет.

Г.ГУДКОВ: Если позволите, я тоже постараюсь ответить на этот вопрос. На самом деле, чтобы все нормально жили, нужна работающая экономика. Она сегодня не работает по причине того, что сейчас дикая коррупция и произвол чиновников — я  как раз когда говорю…

Е.АЛЬБАЦ: Но у нас все-таки есть рост экономики. Это же  не так.

Г.ГУДКОВ: Рост экономики  — он недостаточен. Сегодня дыра в  Пенсионном фонде, сегодня масса проблем. Да, наверное, можно и нужно будет ввести монополию государства, но не на  вино-водочные изделия, а  на спирт – это единственная правильная мера, на мой взгляд. Надо обязательно сегодня распечатать Стабфонд, но не просто распечатать, это будет самое худшее – раз гульнем, а потом всю жизнь вспоминать будем. А действительно, чтобы это работало на экономику. Надо что сделать? Например, снизить пошлины на новое технологическое и техническое оборудование, надо вложить деньги в  инфраструктуру – транспорт, мосты, развязки, каналы, и тому подобное. Надо использовать эти средства для запуска той же  ипотеки, сократить ипотечный процент с  12-14%  — реальный процент ипотеки, до  6. Тогда люди будут брать, тогда люди будут жилье покупать, тогда оно, по крайней мере, у  нас действительно будет хотя бы  частично доступным. Существует масса способов, как сделать страну нормальной. Но надо четко понимать – танцевать нужно от печки, от механизма управления страной. Если у нас будет по-прежнему техническое, ни  от кого не зависящее правительство, если у нас не будет механизма контроля за бюрократами, если мы не проведем реформу правоохранительного блока  — у нас коррупция уже сегодня является источником всех бед. Вот даже инфляция – даем деньги… вот  вы говорите, больше денег давать — а что их больше давать? Их разворовывают наполовину. Даем деньги, эти деньги наполовину разворовываются, оседают в  карманах чиновников, которые, кстати, представляют государство, и  вы  хотите отдать в рамках государства еще больше возможностей воровать деньги чиновникам  — и, естественно, эти чиновники деньги в  карманы, на потребительский рынок. Вот вам пошла инфляция, вот вам пошел рост цен дополнительный, и так далее.

Е.АЛЬБАЦ: А можно я вас спрошу? Вот вы работали в Комитете государственной безопасности.

Г.ГУДКОВ: Да.

Е.АЛЬБАЦ: Сейчас ваших коллег – в  какой офис или министерство ни зайди – везде они сидят.

Г.ГУДКОВ: Ну и чего?

Е.АЛЬБАЦ: Что же такое происходит у этих людей с холодным сердцем, нет, с  холодной головой и горячим сердцем, которые бы должны были быть щитом родины  — вы  сами говорите, что все разворовывают. Вот объясните, куда, что происходит с  вашими коллегами?

Г.ГУДКОВ: А тут дело не в коллегах, тут дело в  системе, которая существует. Вот я считаю, что коррупция – это явление уже политическое. Уже исчерпан – ну, не то, чтобы исчерпан, но только  прокурорско-милицейскими методами не решишь этого вопроса. И даже если там люди, которые еще там порядочные – порядочных людей много, но  вопрос в том, каковы правила. И без изменения правил невозможно коррупцию победить, какими бы  люди там ни были исключительно  честными. Рыцарями плаща и  кинжала. Ну  и что? Если у  нас механизм управления такой, который предусматривает непрозрачность принятия решений, бесконтрольность, если у нас отсутствует контроль исполнительной власти  — а там все административно-распределительные функции — вот она, главная кормушка всех коррупционеров. Контрольно-распределительные функции – контролируй и  распределяю. Если делают бесконтрольно  — начинают воровать. И  чем меньше контроля и проверок, меньше прозрачности, тем больше воруют.

Е.АЛЬБАЦ: Просто цитата из  Е.Т.Гайдара, книга «Долгое время»  — то, что вы сейчас произнесли.

Г.ГУДКОВ: А  что я сейчас произнес?



Е.АЛЬБАЦ: Про то, что там, где появляется распределение, там начинается воровство.

Г.ГУДКОВ: Бесконтрольное распределение, подчеркиваю.

Е.АЛЬБАЦ: Еще звонок в студию. Алло?

СЛУШАТЕЛЬ: Добрый вечер. Георгий Васильевич, Москва. Я в отношении избирательного законодательства. На мой взгляд, более ублюдочного…

Е.АЛЬБАЦ: Вопрос, пожалуйста.

СЛУШАТЕЛЬ: Вопрос вот, в чем  — после принятия всех этих поправок будут ли господа коммунисты, а  также «Справедливая Россия» обращаться в  Конституционный суд с заявлением о  признании неконституционности всего избирательного законодательства?

Е.АЛЬБАЦ: Отличный вопрос, спасибо вам большое. Пожалуйста, О.Куликов – коммунисты будут обращаться?

О.КУЛИКОВ: Коммунисты будут, да, обращаться в  Конституционный суд, и  коммунисты постоянно пользуются этой нормой.

Е.АЛЬБАЦ: То есть, вы точно будете обращаться?

О.КУЛИКОВ: Да, точно будем обращаться.

Е.АЛЬБАЦ: Г.Гудков?

Г.ГУДКОВ: Я думаю, что мы  сначала поборемся в  рамках второго чтения, внесем поправки, отменяющие вот эти вот особо несправедливые требования.

Е.АЛЬБАЦ: А как вы это будете делать, если вы  член фракции «Единая Россия»?

Г.ГУДКОВ: Я постоянно вношу поправки, которые иногда идут и  вразрез с  мнением моей фракции, ряда моих коллег. А, кстати говоря, в  «Единой России» тоже очень много людей, которые, кстати говоря, на демократических позициях стоят, и  вполне здраво мыслят.

О.КУЛИКОВ: Только прячут это глубоко все.

Г.ГУДКОВ: Ну, может быть, и  прячут. Но все равно, тем не  менее, людей порядочных достаточно много. Но, тем не  менее – да, мало того, что иметь позицию, надо еще иметь мужество ее отстаивать. И пока мне позволяется, или у  меня получается вносить поправки, которые могут не вписываться в канву закона, и  за многое я борюсь и иногда и добиваюсь результата – не без этого. Поэтому я думаю, что мы  сначала поборемся на уровне законодательного процесса, а  потом уже будем принимать решение по  Конституционному суду.

Е.АЛЬБАЦ: То есть, вам кажется, что эти поправки не пройдут?

Г.ГУДКОВ: Знаете, моя практика работы по ряду антитеррористических и экстремистских законов позволила улучшить значительно, убрать некоторые совершенно одиозные моменты, которые там были. Я сейчас не буду перечислять, экономя время, но  кое-что удалось сделать. Да. Не  все далеко.

Е.АЛЬБАЦ: Олег Анатольевич?

О.КУЛИКОВ: Я считаю, что базовые позиции, которые заложены в этом законе, я  считаю, достаточно такие антидемократические, они пройдут, и их изменить нельзя поправками.

Г.ГУДКОВ: Я думаю, что если мы  оставим судимых, а  уберем антикритику. То там, в  принципе, ничего страшного нет. Я, честно говоря, не вижу. Единственное – конечно у нас расширен, конечно…

О.КУЛИКОВ: Экстремизм расширен.

Г.ГУДКОВ: Да, я согласен.

Е.АЛЬБАЦ: Ну что же, к сожалению, наша передача подошла к  концу, на этом все, услышимся через неделю. До  свидания.



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире