'Вопросы к интервью

Время выхода в эфир: 10 ноября 2018, 12:05

С. Белковский Добрый день, дорогие друзья! Как ни странно, это радио «Эхо Москвы». Столичное время – 12 часов 9 минут. Это программа «Русская провокация», специальный проект «Белковский ТВ» для «Эхо Москвы». В студии Станислав Белковский. Слушайте, осязайте, обоняйте нас на «Эхе Москвы», на сайте «Эха Москвы», Ютюб-канале «Эха Москвы» и непосредственно на Ютюб-канале «Белковский ТВ».

Напомню в двух словах концепцию нашей программы. Мы читаем газету «Известия» за 1918 год, и в тех трагических, драматических, трагикомических событиях находим параллели с днями сегодняшними, 100 лет спустя, 2018-м годом. И сегодня мы читаем «Известия» за среду, 13-е ноября 1918-го года, статью, которая называется: «Кому грозит изоляция». Давайте послушаем значительный фрагмент этой статейки.

«Сначала германский империализм, а затем и империализм согласия пытались изолировать Советскую Россию. Особенно старалась в этом отношении Англия. Вследствие его настояний Голландия прервала дипломатические сношения с Россией.

Теперь примеру голландцев последовала и Швейцария. Швейцарский сыр пошел за голландским. Под давлением союзников Швейцарский федеральный совет заявил о разрыве дипломатических отношений с Россией и предложил нашей миссии выехать из Берна. Но, увы, желание швейцарских сыроваров не исполнилось. Он ахнуть не успел, как на него медведь насел. И какой медведь – большевистский!

Вихрь революционных потрясений, будущий сейчас в Центральной Европе, коснулся своим живительным крылом и мирных идиллических городов и сел Швейцарской Республики. В Швейцарии вспыхнула всеобщая забастовка. И теперь вопрос идет о самом существовании союзнического совета и всего буржуазного уклада Швейцарской Республики. Попытки наладить железнодорожное движение с помощью мобилизованной армии с треском провалились, так что при всем желании выслать русское посольство из швейцарских пределов никак не удастся.

И в отличие от нашего посольства в Германии, которое теперь германской советской властью приглашается обратно в Берлин, нашему посольству в Берне не придется возвращаться, так как оно остается на месте и может с улыбкой поглядывать на совершающийся по всем правилам искусства переворот в Швейцарии подобно тому французскому куаферу у Некрасова, который видал виды у себя на родине и посмеивался в ус, глядя на восстание декабристов в Петербурге.

Да, попытки изолировать революционную Россию не удаются империалистам. Буржуазные правительства могут отзывать своих представителей из России и не допускать к себе послов советской власти. Это для нас небольшая потеря. Мы свистим на это, говоря немецким выражением. Если мы поддерживаем дипломатические сношения с буржуазными правительствами, то только потому, что народы еще терпят власть разных прохвостов и проходимцев.

Пусть же стараются английские морские пираты и толстобрюхие французские буржуа, позорящие имя республиканца. Пусть они роют яму для Советской России. В эту яму упадут они сами или, вернее, они будут сброшены в нее собственными рабочими и солдатами. И гораздо скорее, чем они это думают. Одиночество, полная изоляция, неизбежная гибель – все это грозит не нам, а мировому империализму. За горло его и осиновый кол в его могилу».

С. Белковский В общем, мораль статьи непонятна. Хотя Советская Россия оказывается в изоляции, но мы их всех в гробу видали. Одиночество мы предпочитаем, поскольку оно краткосрочное, а настоящее, долгосрочное, вечное, литейское одиночество грозит нашим оппонентам. А мы их всех пересидим, переждем, перетерпим. К тому же, революция в евро-атлантическом мире не за горами.

Впрочем, прохвосты и проходимцы, о которых говорится в известинской заметке, у власти задержались надолго (и по сей день). Никакого переворота в Швейцарии, в частности, не случилось.

Кстати, основоположник аналитической психологии Карл Густав Юнг, отвечая в 1945-м году на вопросы интервьюера о том, почему Швейцария смогла избежать соблазнов социализма (коммунизма) и нацизма, сказал, что, во-первых, потому что швейцарцев мало; во-вторых, потому что швейцарская политическая нация гетерогенна – она состоит из нескольких устойчивых этносов, каждый который ценит замыкание в границах собственной территории, вместе с тем возможность распоряжение единым пространством; в-третьих, потому что сам формат управления Швейцарией, который сегодня максимально близок к прямой демократии, как мы знаем, где важную роль играют референдумы по самым разным вопросам, он исключал тяготение к парадигме вождизма.

То есть швейцарское национальное сознание и коллективное бессознательное по Юнгу были несколько взрослее, чем германское, поэтому Германия нацизма не избегла. Собственно, интервью Юнга было посвящено в основном Германии.

А тогда, в 1918-м году, конечно, шапкозакидательские настроения большевиков были оправданы не вполне. Большинство стран наших западных партнеров, как принято говорить сегодня в Кремле и Министерстве иностранных дел Российской Федерации, не признали большевистское правительство. Собственно, еще долгое время после Октябрьского переворота, например, сначала Великобритания, а потом Соединенные Штаты не принимали российского посла Максима Литвинова.

Максим Литвинов, собственно, был даже арестован в Великобритании, чтоб обменять его на британского посланника в Москве Брюса Локхарта после известных событий, которые мы уже обсуждали в программе «Русская провокация». Такая же учесть ждала и известного большевика Льва Каменева, назначенного Владимиром Ильичем Лениным послом во Франции.

Владимир Ильич Ленин, впрочем, специально отправил Каменева во Францию, чтобы как-то уменьшить его влияние в Советской России, ибо Лев Каменев ему надоел с некоторыми фрондистскими идеями и наклонностями. Но Франция Каменева выдворила обратно. И когда он проездом через Финляндию возвращался в Советскую Россию, фельдмаршал Маннергейм немножечко его арестовал и через некоторое время обменял на несколько десятков финских офицеров. На этом дипломатическая миссия Каменева на Западе, в Европе и закончилась.

В октябре 1919-го года была введена экономическая блокада Советской России, которая имела достаточно серьезные последствия. Правда, уже в начале 1920-го года она была снята, поскольку общая концепция стран Антанты (в первую очередь Франции, Великобритании, США и нескольких государств, примкнувших к ним по итогам Первой мировой войны) состояла в том, что на большевиков делать ставку ни в коей мере нельзя и надо поддержать белое движение во всех его формах и проявлениях.

C.Белковский: Швейцарское национальное сознание и коллективное бессознательное по Юнгу были взрослее, чем германское

Однако, в 1920-м году уже стало достаточно очевидно, что белое движение проигрывает по ряду причин, которые мы уже обсуждали, но которые мы затронем и в этом выпуске «Русской провокации», поскольку они весьма важны для осмысления дальнейшего хода российской истории в 20-м веке. Во-первых, белое движение не обладало внятной ценностной идеологией и видением российского будущего. Речь шла, скорее, о реставрации некого старого порядка, но притом не монархического. Русскому народу, который был тогда уже обуреваем жаждой воли разгула, это было не очень близко.

Белое движение было недостаточно идеологически гибким во многих ключевых вопросах, в частности, в вопросах о национальных автономиях и предоставлении независимости различным частям Российской империи. То, в чем большевики как раз были абсолютно гибкими. Ну и, наконец, белое движение было недостаточно консолидировано. У него не было единого организационного центра и не было единого харизматического лидера или легитимного для всех участников процесса института, который взял бы на себя ответственность за борьбу с большевиками в целом и установление некого постбольшевистского режима в России.

Поэтому циничный Запад уже с 20-го года начинает смотреть на большевиков как на потенциально устойчивую власть и постепенно начинает ослаблять узы этой изоляции. Определенным шагом к преодолению изоляции стали Генуэзская и Гаагская конференции 1922-го года, в которых делегация РСФСР уже участвовала официально и на равных общалась с британской, с французской, с итальянской. Генуэзскую конференцию, правда, проигнорировала американская делегация, но в Гааге уже присоединилась к участникам переговорного процесса.

Там во всем блеске могли проявить себя два ведущих советских дипломата: нарком иностранных дел Георгий Васильевич Чичерин и его заместитель Максим Максимович Литвинов, хотя в обоих случаях формальным главой советской делегации был председатель Совета народных комиссаров Владимир Ильич Ленин. Но по соображениям безопасности Владимир Ильич за пределы Советской России решил не уезжать: мало ли что случится, и все было доверено товарищам Чичерину и Литвинову.

Чичерин и Литвинов друг друга ненавидели и постоянно жаловались друг на друга в Совнарком и руководящие органы Коммунистической партии. Чичерин обвинял Литвинова в том, что тот недостаточно профессионально подготовлен, груб и вообще не обладает никакими личностными качествами и достоинствами, каковые необходимы дипломату. В свою очередь, Максим Максимович Литвинов обвинял Георгия Васильевича Чичерина в том, что тот работает по ночам, не выдерживает графика, дезорганизует тем самым все функционирование Наркомата иностранных дел, главное, в общем, не упускает никаких случаев для sexual harassment, как сказали бы в наше жестокое время, причем в гомосексуальном измерении.

Собственно, своей сексуальной ориентации в те свободные времена нарком иностранных дел Советской России нисколько и не скрывал. И даже для обслуживания дипломатических нужд использовались бойцы Объединенного государственного политического управления, приставленные к наркому Чичерину.

Впрочем, таким макаром они боролись друг с другом вплоть до 1930-го года, когда товарищ Литвинов сменил товарища Чичерина в кресле главы НКИД. И за это время они достигли немалых успехов. Соответственно, в 1923-м – 1924-м годах пошла волна признания уже Союза Советских Социалистических Республик, основанного, как мы помним, 30 декабря 1922-го года. Германия, например, признала Советский Союз в июле 23-го года, Великобритания – в феврале 24-го, Австрия – тоже в феврале 24-го, Франция – в октябре 24-го.

Ну и, наконец, 16-го февраля 1926-го года с некоторым опозданием нас признал ключевой союзник на Ближнем Востоке – Саудовская Аравия, которая сегодня претерпевает столько неприятностей в связи со зверским убийством журналиста Джамала Кашогги (или Кашоджи). Я вот, к сожалению, не будучи арабистом, не могу точно сказать, как правильно должна произноситься его фамилия в саудовском консульстве в Стамбуле в октябре текущего года. Правда, признание со стороны Соединенных Штатов Америки, ключевого международного партнера, Советская Россия получила только в ноябре 1933-го года.

В 1930м году Максим Максимович Литвинов, как я уже сказал, стал наркомом иностранных дел. Достаточно достойно защищал позиции СССР на международной арене. Но в 1939-м году его эпоха органически завершилась. Дело в том, что к этому моменту Советский Союз стал надежным и прочным союзником гитлеровской Германии, а нацистское руководство не хотело иметь дело с министром иностранных дел еврейского происхождения.

К тому же, собственно, и сам Максим Максимович Литвинов не особенно одобрял сближение СССР и гитлеровского режима до стадии полного неразличения. Поэтому на него сыпались жалобы. И в конце концов он уступил свое место наркома адепту и апологету такого сближения Вячеславу Михайловичу Скрябину (он же – Молотов). При этом, странным образом Максим Максимович Литвинов умер своей смертью аж в 1951-м году. Правда, Лаврентий Павлович Берия, давая показания следственной комиссии в 1953-м году после собственного ареста, утверждал, что в конце 40-х годов Иосиф Сталин поручил ликвидировать Литвинова почти одновременно вместе с Соломон Михоэлсом и Петром Капицей, великим физиком. Но в итоге ликвидирован был только Михоэлс, а Литвинов и Капица каким-то чудесным образом выскочили их жерновов сталинского террора.

Соответственно, новая конфигурация взаимоотношений между Советским Союзом и Западом сложилась уже после Второй мировой войны в результате Ялтинской и Потсдамской конференций, когда был проведен раздел сфер влияния в мире и сформировался Восточный блок (он же – Социалистический лагерь), чьи экономические и военные обязательства были закреплены в рамках и Совета экономической взаимопомощи, и Организации Варшавского Договора, где, безусловно, безраздельно доминировал Советский Союз. То есть Восточная Европа и некоторые социалистические государства за пределами Евразии фактически приобрели статус полуколоний Советского Союза.

И, соответственно, в 1946-м году с символической встречи со знаменитой речью британского (тогда бывшего и одновременно будущего) премьер-министра Уинстона Черчилля в Фултоне в Соединенных Штатах Америки, произнесенной в присутствии американского президента Гэрри Трумана, начинается Холодная война – идеологическое противостояние двух блоков.

Сегодня много разговоров о том, что Россия и Соединенные Штаты Америки вновь находятся в состоянии Холодной войны или, по крайней мере, приближаются к такому состоянию. Нет, дорогие друзья, для таких оценок нет ни малейших оснований. Холодная война – это, во-первых, война между сверхдержавами. А что такое сверхдержава? Это не просто крупная страна со значительными ресурсами. Это государство, которое экспортирует в мировом масштабе и инвариантно (то есть неважно куда) определенные образцы: образцы государственного устройства, политической системы, образцы технологические, гуманитарные, культурные.

C.Белковский: В октябре 1919 была введена экономическая блокада Советской России, которая имела последствия

И Соединенные Штаты Америки, которые фактически переняли исторические роль, место и функции Британской империи, и Союз Советских Социалистических Республик были сверхдержавами, поскольку они были экспортеры образцов.

Поэтому Холодная война, начавшаяся в 1946-м году, была войной образцов и завершилась она символически поражением СССР 9-го ноября 1989-го года. Эту годовщину мы тоже сейчас отмечаем. В этот момент началось крушение Берлинской стены и стало ясно, что советские образцы для Европы больше не работают, Восточная Европа будет интегрироваться в американоцентричный мир.

И сегодня, собственно, США остаются единственной сверхдержавой современного мира. все рассуждения о том, что Китайская Народная Республика может стать альтернативной сверхдержавой, лишены оснований. Во-первых, Китай – не экспортер образцов и поэтому не соответствует главному критерию (а, может быть, и единственному ее критерию). Во-вторых, Китай к этому и не стремится. Если мы изучим политику Китая непосредственно из китайских, в том числе англоязычных источников, а не через призму пропаганды федеральных телеканалов Российской Федерации, то мы увидим, как себя ведет Китай в реальности.

Например, в условиях жесткой торговой войны, инициированной президентом Дональдом Трампом, Китай не только не сближается с Россией, напротив, китайские банки практически ограничили транзакции российских клиентов, которые идут через пень-колоду и подвергаются тройным проверкам. А часто российские авары в китайских банках блокируются до лучших времен и выяснения обстоятельств.

Наконец, на фоне введения США новых санкций против Ирана и выхода, соответственно, из Соглашения с Ираном о мирном атоме, Китай сократил потребление иранской нефти на 500 тысяч баррелей в день. А это почти половина того сокращения иранского нефтяного экспорта, которого добиваются США – с 2 миллионов 800 тысяч баррелей в день до 1 миллиона 700.

То есть в ряде ключевых вопросов Китай находится абсолютно в американском фарватере. И его цель не стать вровень с США и не отхватить полмира, на что претендовал Советский Союз. После того, как его амбиции захватить весь мир естественным образом угасли в результате Ялтинско-Потсдамских процессов стало понятно, что на весь мир претендовать нельзя, хотя бы на половину.

Нет, Китай хочет стать глобальным заместителем Соединенных Штатов, — в этом его задача. И он близок к реализации этой доктрине. Все по-китайски делается столетиями или, как минимум, десятилетиями. Ну, в какой-то момент мы это увидим, что не будет отнюдь означать конец существующего миропорядка, который с 1989-го года является жестко американоцентричным. И ни одной страны, ни одной цивилизации, которая была бы в состоянии бросить этому миропорядку вызов, мы на сегодняшний день не видим. Я не уверен, что мы увидим это завтра.

Отношения между американоцентричным миром и советоцентричным миром, в том числе в плане санкций и изоляции, развивались в период Холодной войны неоднозначно. Как известно, еще в 1949-м году был создан КОКОМ – Координационный комитет по экспортному контролю, в состав которого вошли 17 стран. Они должны были регулировать, какие товары и технологии может получать Советский Союз и Советский блок в целом, а какие – не может.

И в самые разные времена США использовали всевозможные санкционные механизмы для давления на своего партнера по тогдашнему глобальному миропорядку. Ну, собственно, КОКОМ прекратил свое существование только в 1994-м году, когда стало понятно тогда, что Российская Федерация уже не оппонент и не соперник Соединенных Штатов, а типа друг. Правда, эти представления в последствии рассыпались, но это было уже впоследствии, о чем мы поговорим во второй части нашей программы.

Например, в 1974-м году Конгресс США принял поправку, предложенную сенатором Генри Джексоном и членом палаты представителей Чарльзом Вэником. Ту самую поправку Джексона-Вэника, отменившую режим наибольшего благоприятствования в торговле для Советского Союза. Поводом для этого стало решение Президиума Верховного Совета СССР от 3-го августа 1972-го года, согласно которому эмигранты, покидавшие СССР, это в основном евреи…

Потому что облегчить еврейскую эмиграцию из Советского Союза обещал генеральный секретарь ЦК КПСС Леонид Ильич Брежнев президенту США Ричарду Никсону, с которым у него были хорошие, дружественные отношения. Даже во время импичмента, как говорил сам Ричард Никсон, первым ему позвонил Леонид Брежнев и выразил теплые слова сочувствия. И вот Ричард Никсон когда-то попросил Леонида Брежнева посодействовать еврейской эмиграции, чтобы это можно было предъявить как важно достижение республиканской администрации на президентских выборах 1972-го года, что, собственно, Брежнев и сделал.

Но, Советский Союз вместе с тем захотел получать с отъезжающих, в основном, евреев, как я уже сказал, компенсацию за высшее образование, полученное в Советском Союзе. Соответственно, это вызвало недовольство в США и было рассмотрено справедливо как ограничение права на эмиграцию, и поправка вступила в силу. Отменена она (хотя она давно уже не действовала) была, как мы помним, в 2012-м году одновременно с принятием пресловутого «акта Магнитского».

И тем самым Барак Обама пытался как бы сохранить хорошую мину при плохой игре: подписав «акт Магнитского», он одновременно подписал и отмену поправки Джексона-Вэника в роли некого компенсационного механизма за это. Но тогда это были еще золотые времена. Еще было неизвестно, что весной 2014-го года развернется гибридная война между Россией и Западом, инициатором которой станет Россия, и, как говорится, пойдет уж музыка не та, у нас запляшут лес и горы.

Целой серии санкций Советский Союз начал подвергаться в начале 80-х годов. Сначала в связи с вторжением в Афганистан были введены различные торговые ограничения еще президентом Джеймсом Картером. Потом к власти пришел ястреб Рональд Рейган, который очень хорошо понимал возможность изнурить Советский Союз в глобальной конкуренции именно посредством ряда экономических ограничений и изоляционных мер.

Первый пакет ограничений при Рейгане был связан с фактически военным переворотом в Польше, инициированным Советским Союзом в конце 1981-го года. В декабре 1981-го года, как известно, в Польше было введено чрезвычайное и военное положение, власть перешла к некому Военному совету национального спасения во главе с генералом Войцехом Ярузельским. Фактически за всем этим стоял Советский Союз. Хотя советские танки, в отличие от Венгрии-1956 и Чехословакии-1968, на территорию Польши не входили.

А теперь мы кратко прервем «Русскую провокацию» для новостей и рекламы, вы будете смеяться, на «Эхе Москвы».

НОВОСТИ/РЕКЛАМА

C.Белковский: Циничный Запад уже с 20-го года начинает смотреть на большевиков как на устойчивую власть

С. Белковский Дорогие друзья, мы как всегда и снова на «Эхе Москвы». Это «русская провокация». С вами Станислав Белковский. Продолжаем обсуждение темы изоляции России в 1918-м году и сейчас, в 2018-м.

Итак, мы остановились на санкциях против Советского Союза, которые вводились при Рональде Рейгане. Первый пакет тех санкций, связанных с событиями в Польше в конце 1981-го, не в последнюю очередь был направлен на ограничение энергетического сотрудничества Советского Союза и стран Западной Европы, в частности, против поставок труб для строительства газопровода «Уренгой – Помары – Ужгород».

Впрочем, точно так же, как сегодня поступает Дональд Трамп, который выступает против газопровода «Северный поток-2» (правда, не столько по политическим, сколько по экономическим причинам), чтобы улучшить предпосылки дальнейшего проникновения сжиженного газа из США на европейские рынки. И, в общем-то, Дональд Трамп сменил гнев на милость недавно и допустил все-таки строительство «Северного потока-2» после того, как Германия согласилась в свою очередь с государственной поддержкой построить крупный терминал для приема американского сжиженного природного газа в устье Эльбы.

«Уренгой – Помары – Ужгород» был тем не менее к 1984-му году построен. И Советский Союз более или менее мог выдерживать санкционное давление еще и потому, что все-таки советская экономика была настроена на режим автаркии, то есть некого автономного, изолированного существования, пусть и со значительным числом оговорок. Да, советская индустриализация проводилась, с одной стороны, при большом количестве иностранных специалистов и значительных вливаниях иностранных денег, о чем с какого-то момента российской истории не принято было говорить.

Во-вторых, конечно, советская индустриализация осуществлена была засчет использования рабского труда узников ГУЛАГа. Если бы не эта бесплатная рабочая сила, еще неизвестно, потянул бы Советский Союз масштабную программу построения той экономической модели, которая, собственно, и была создана в общих своих, основных чертах к 60-м – 70-м годам 20-го века.

Но когда стала очевидна драматическое и кричащее отставание Советского Союза от Запада по целому ряду направлений, начиная от вычислительной техники до генетики – это стало понятно в середине 80-х годов 20-го века. Тут-то все и посыпалось. Конечно, основными причинами крушения Советского Союза были не экономические проблемы. Я считаю, что главное – это идеологический крах, собственно, коммунистического проекта, поскольку смысл существования государства Союз Советских Социалистических Республик был в утверждении этого проекта если не во всем мире, то, по крайней мере, на значительной части суши.

И когда элиты, в основном элиты союзных республик, входивших в состав СССР, поняли, что коммунистическому проекту не быть, они справедливо рассудили, как говорил Остап Ибрагимович Бендер-бей Ипполиту Матвеевичу Воробьянинову в бессмертном романе «12 стульев», что с вашими проблемами мы можем справиться и без вас. То есть мы можем стать независимыми государствами и уже дальше сами решать, в каком направлении нам двигаться: к коммунизму или от него.

Итак, в 1989-м году проиграна Холодная война, формируется американоцентричный мир и в 1991-м году СССР, как мы знаем, прекращает существование. На его руинах возникает группа государств, из которых крупнейшее – Российская Федерация. Собственно, она и была главным виновником торжества, то есть распада Советского Союза. Ни волнения в странах Балтии, которые начались еще в конце 80-х, ни украинский сепаратизм, ни что иное ни привело бы к распаду СССР, если бы не внятная позиция и линия руководства РСФСР на выход из СССР. Я в этом, опять же, абсолютно убежден.

Тогда и Борис Ельцин как президент РСФСР, избранный 12-го июня 1991-го год, и Верховный совет РСФСР были, в общем, едины в том, что Россия должна перестать кормить Советский Союз и обрести полноценную политическую независимость. Если бы позиция Российской Федерации была иной, то еще несколько лет Советский Союз мог вполне себе существовать. Собственно, этот конфликт разрешился, как мы знаем, в конце августа 1991-го года, когда провалившийся путч ГКЧП СССР… А заметим, ГКЧП СССР опирался не только на все поверх вооруженные войска Советского Союза, но и на поддержку почти 70% населения СССР. И тем не менее ничего не вышло.

Это к вопросу о том, насколько большие числа имеют значение при исторических свершениях, — не такое уж большое. Все решают активные и творческие меньшинства, а не большинства. Да, в результате путча союзное руководство окончательно обанкротилось и распад Советского Союза стал уже делом техники и непродолжительного времени.

И вот возникла Российская Федерация, которая изначально была ориентирована не на автаркию, не на изолированное существование, а на максимальную интеграцию в политические и экономические институции с Западом. И надо сказать, что Соединенные Штаты Америки, столь клеймимые ныне официальной кремлевской пропагандой, сыграли большую роль как раз на стадии распада СССР. Во-первых, в том, чтобы именно Россия взяла под контроль все бывшие ядерные вооружения СССР, чтоб эти вооружения не расползлись между крупнейшими союзными республиками, ставшими независимыми государствами.

Во-вторых, чтоб именно к России перешло кресло постоянного члена Совета Безопасности ООН. Тогда, в 1991-м – 1992-м годах США вполне могли сделать так, чтоб все было наоборот. Но не сделали, поскольку считали Россию самой сильной, самой ответственной и самой цивилизованной страной экс-СССР. В общем-то, так оно и было. И, может быть, еще даже когда-нибудь будет.

Когда президент Владимир Путин приходил к власти в 2000-м году, он позиционировал себя как однозначный западник. Он должен был продолжать курс на интеграцию России в международные институты и альянсы того самого американоцентричного мира. И в 2000-м – 2001-м годах на полном серьезе обсуждался и вопрос подготовки Российской Федерации к членству в НАТО. И Администрация Президента тогда, и Федеральное Правительство во главе с Михаилом Касьяновым рассматривали как доминирующую концепцию того, что Россия должна стать лидером и локомотивом евроинтеграции постсоветских стран. То есть сначала Россия, скажем, подписывает соглашение об Ассоциации с ЕС, потом – все остальные.

Так и могло быть до определенного момента. Но что-то пошло не так с начала 2004-го года, когда Владимир Путин обиделся на Запад за украинскую революцию, «оранжевую революцию». Потом, мы помним дальнейшее обострение отношений шло к 2007-му году, до резкого выступления президента Путина на Мюнхенской конференции. На самом деле, та мюнхенская речь не была прямым вызовом Западу или объявлением войны в новом формате. Нет. Это, скорее, была жалоба Западу на него же.

Основной смысл и пафос мюнхенской речи сводился в следующему: мы идем к вам с деньгами и всякими разными возможностями, а вы не протягиваете нам теплую руку дружбы и сотрудничества, а смотрите на нас абсолютно свысока. Потому что Владимир Путин не мог понять, что сотрудничество Запада и России так или иначе должно строиться не только на общности экономических интересов или интересов в сфере борьбы с терроризмом, но и на некой общей ценностной платформе, которая, в частности, исключает наличие клептократии как формата власти в крупнейшей евразийской стране, исключает наличие коррупции как главного топлива национальной экономики и политики, что мы в России наблюдаем уже давно.

C.Белковский: Облегчить еврейскую эмиграцию из Советского Союза обещал генеральный секретарь ЦК КПСС Брежнев

И вот здесь возникли непреодолимые разногласия. Притом, Владимир Путин пытался все же системно и стратегически помириться с Западом в последний раз в конце 2013-го – начале 2014-го годов накануне Олимпиады в Сочи. Он рассчитывал, что мировые лидеры приедут и на открытие, и на закрытие Олимпиады, будут заключены некие соглашения. Под это он помиловал Михаила Ходорковского, выпустил из тюрьмы много политзаключенных, в том числе участников группы «Пусси Райот», отпустил и передал королю Нидерландов голландских экологов, задержанных на платформе «Газпрома» «Приразломная» в Баренцевом море, и так далее, и так далее.

Но, опять же, кто-то камень положил в его протянутую руку. Лидеры не прибыли на сочинскую Олимпиаду. А в день ее закрытия завершилась «Революция достоинства» на Украине (или антиконституционный вооруженный переворот, как назвал ее Кремль), и президент Виктор Янукович покинул страну. С этого момента начинается гибридная война России против Запада – Четвертая мировая война. Если считать Третьей мировой войной ту самую Холодную, проигранную Советским Союзом к концу 80-х годов 20-го века.

Это не война имени Карла фон Клаузевица. Это не та война, какой были Первая и Вторая мировые. Она ведется без официального объявления войны, без задействования или почти без задействования регулярных войск. Ее топливо – это наемники, частные военные компании, террористы, кибертеррористы и так далее. И она идет уже 4,5 года. Соответственно, Запад пытается ограничить, изолировать Россию с помощью санкций. Философия санкций, заложенная весной 2014-го года президентом США Бараком Обамой и его ключевым советником Дэниелом Фридом (высокопоставленным тогда сотрудником Государственного департамента), сводилась к следующему.

Если до гибридной войны Владимир Путин был гарантом интересом своих элит, то с этого момента он превращается в токсичный актив. И тем самым постепенно создаются некоторые предпосылки к дворцовому перевороту. Естественно, ни на какие народные волнения, восстания, революции в России Запад не рассчитывал и не рассчитывает.

Если в 2014-м году мы так сильно смеялись над санкциями…ну, мы-то не смеялись, но правящие элиты смеялись…и придумывали пропагандистские слоганы типа «не смешите наши Искандеры», то сейчас уже не до смеха. 86%, согласно последнему опросу «РБК» и Центра Ицхака Адизеса, российских бизнесменов опасаются дальнейшего развития санкций, ухудшения своего экономического положения, в том числе из-за падения рубля, ограничения доступа к иностранным финансовым и технологическим источникам, а это есть самое страшное. Потому что без иностранных финансов, но особенно без иностранных технологий Россия выжить не может.

Впрочем, с 2017-го – 2018-го годов Владимир Путин взял на вооружение новую концепцию. Если сначала гибридная война была предназначена для принуждения Запада к любви (то есть к возобновлению переговоров в формате Ялты и Потсдама, только на новом уровне), то теперь наша концепция – это глобальное одиночество (концепция, изложенная помощников Владимира Путина Владиславом Сурковым в апрельском номере за 2018-й год в журнале «Россия в глобальной политике»). Приведу небольшую цитату из нее.

«Замечательные слова, никогда не сказанные Александром Третьим, «у России только два союзника, армия и флот» – самая, пожалуй, доходчивая метафора геополитического одиночества, которое давно пора принять как судьбу. Список союзников можно, конечно, расширить по вкусу: рабочие и учителя, нефть и газ, креативное сословие и патриотически настроенные боты, генерал Мороз и архистратиг Михаил… Смысл от этого не изменится: только мы сами себе союзники.

Каким будет предстоящее нам одиночество? Прозябанием бобыля на отшибе? Или счастливым одиночеством лидера, ушедшей в отрыв альфа-нации, перед которой «постораниваются и дают ей дорогу другие народы и государства»? От нас зависит».

С. Белковский От нас, к сожалению, зависит в данном случае не так многое. Мир переживает эпоху новой технологической революции, когда границы между государствами истончаются, когда на передний план выходят ценности глокализации (то есть люди все больше интересуются глобальными и местными проблемами, а ценность собственно государств, изолированных в их традиционных границах, становится все меньше и меньше), когда сетевые коммуникации начинают серьезно превалировать над иерархическими, а иерархические – ослабевать (в том числе иерархические модели в управлении). И в этой ситуации Россия не может остаться в одиночестве.

Если весь мир уже через 5-7 лет одержит решающую победу над СПИДом и раком…а эта решающая победа означает не только наличие соответствующих лекарств и технологий (они есть уже и сегодня), а и финансовую доступность этих технологий широким слоям народов и населений…то такая крупная страна как Россия не может остаться полностью в стороне от этих процессов. Она не может полностью превратиться в медвежий угол мира, весь смысл существования которого в том, чтобы грозить этому миру недобитым ядерным оружием.

Кстати, только что генерал-полковник Виктор Есин (бывший начальник штаба ракетных войск стратегического назначения) опубликовал в газете «Красная звезда» программную статью, в которой утверждается: «Система «Периметр» по западной классификации «Мертвая рука», которая должна обеспечить ответный ядерный удар России по Западу даже в случае первоначального ядерного удара США и союзников, уже потеряла смысл и не работает, поскольку ей нечего будет запускать. Поэтому России нужен превентивный ядерный удар по, в первую очередь, американским ракетам, если они будут установлены (ракеты средней и малой дальности) в Европе. И к этому превентивному удару надо готовиться».

Такое вот у нас альфа-одиночество, из которого мы так или иначе обречены выйти. Вопрос только в том, когда созреют для этого обстоятельства. Они созреют, когда уйдет от власти президент Владимир Владимирович Путин. И мы очень надеемся, что это случится раньше, чем начнется ядерная война.

Так, а теперь мы ответим на некоторые из ваших вопросов, которые, как всегда, в изобилии поступили программе «Русская провокация». Кстати, нас упрекают в том, что мы уделяем вопросам в последних выпусках мало внимания. Отчасти это связано с тем, что программа теперь идет в прямом эфире и у нас меньше времени. Но мы обязуемся исправить эти ошибки. И в частности, я думаю, что один из заключительных выпусков «Русской провокации» в этом году будет целиком посвящен ответам на ваши вопросы, чтоб тем самым нам перед вами оправдаться.

C.Белковский: Когда Путин приходил к власти в 2000-м году, он позиционировал себя как однозначный западник

Иван Куренной спрашивает: «Не кажется ли вам, что развитие общества в русле западной идеологии отличается в некоторой степени диссонансом? Стоит ли русским людям самостоятельно изолироваться от такого прогресса?».

Нет, я не считаю, что мы можем изолироваться от какого бы то ни было прогресса, равно как и справиться с этим прогрессом в одиночку. Я считал и считаю, что во многом концепция одиночества – это проекция личного одиночества Владимира Владимировича Путина, который понял, что все его усилия по налаживанию отношений с Западом – это сизифов труд. А раз эти цели недостижимы, то лучше, собственно, эту концепцию вообще сбросить со стола и делать ставку на бесконечное терпение русского народа, который, с одной стороны, не предъявляет заявки на буржуазные удовольствия, готов жить без буржуазных удовольствий, а с другой стороны, не нуждается в демократии западного образца.

И в этой связи, мне кажется, психологически точно позицию Владимира Путина описал великий русский поэт Всеволод Емелин в одном из своих стихотворений, которое, правда, было написано больше 10 лет назад, но нисколько не утратило актуальности и сегодня. Я прочитаю фрагмент из него.

«Он вышел в коридор дворца
В мышиное одет
И грусть текла с его лица
Какой не видел свет.

И простирался этот взгляд
Все дальше на восток
Там где его электорат
Мотает вечный срок.

Где затихает весь пиар
Смолкает креатив
Где только скрип железных нар
И контролер ретив.
И черный ворон крикнет «Карр!»
Сизиф, Сизиф, Сизиф…»

Макс Гор спрашивает: «По вашему мнению, какие ключевые этапы РФ должна будет пройти и какое время они займут в процессе восстановления РФ?».

Я считаю, что даже без разрешения украинских проблем (то есть статуса Крыма и замороженного конфликта в донецком и луганском регионах) Россия после Владимира Путина, и только после него, может добиться смягчения или даже отмены евро-атлантических санкций.

Для этого нужны, во-первых, инициированные Россией соглашения об Ассоциации с Евросоюзом, новое соглашение о стратегическом партнерстве с НАТО, которое предполагало бы, в частности, совместное обустройство российско-китайской и российско-казахстанской границы, то есть вообще всей системы соприкосновения России со странами Центральной Азии, через которые в Европу идет транзит наркотиков; прекращение гибридной войны во всех ее формах и проявлениях, в том числе уход полный из Сирии и Ливии (мы знаем, что уже и в Ливии мы находимся тоже).

А во внутренней политике и экономике – это, между прочим, помимо, собственно, упразднения суперпрезидентской республики и перехода к парламентской демократии европейского образца, это масштабная приватизация, поскольку санкции вводятся в основном против компаний и банков с преобладающим, доминирующим государственным участием. Когда «Газпром», «Роснефть», «ВТБ» и так далее станут негосударственными, собственно, они уже перестанут отвечать критериям санкционных драконовских законов, введенных против России в большей степени США и в меньшей степени Европой.

Каталина Валери спрашивает: «Пойдет ли Путин на новый захват близлежащих земель – Беларусь, Казахстан – с целью поднятия своего рейтинга и окажется ли Россия в этом случае в тотальной изоляции?».

Мой ответ: нет, не пойдет на вторжение в Беларусь и Казахстан. Надо сказать, что Беларусь и Казахстан и так отдаляются от России достаточно стремительно. Александр Лукашенко предложил белорусские, естественно, войска в качестве, кстати, миротворцев в донецком и луганском регионах и тем самым просил фактически передать ему контроль над границей в этих регионах. Казахстан, как мы знаем, ввел безвизовый режим для граждан США, переходит на латиницу, собирается организовывать альтернативные запуски космических аппаратов уже не с Байконура, а с помощью Илона Маска и Соединенных Штатов Америки и так далее. Сейчас только вторжения туда не хватало.

А тотальная изоляция России и так близка. Потому что вот уже сейчас, в конце ноября, будет объявлено о новых санкционных мерах в связи с отравлением Скрипалей. Поскольку за три прошедших месяца с момента последнего американского предупреждения (августа 2018-го года) Россия так ничего и не сделала, чтобы допустить американских экспертов на российские химические объекты, в соответствии с законом о противодействии химическим и бактериологическим угрозам от 1991-го года могут быть очень серьезные дополнительные ограничения в части российских активов на территории США, деятельности банков, запреты на приобретение государственных долговых бумаг России и вообще, возможно, прекращение операция российских банков с долларом США. Посмотрим, будет ли это на самом деле.

Вопрос Алексея Каташинского: «Можете ли вы сказать, в какой момент Ленин перестал быть засланным в пломбированном вагоне и стал субъектом в деле русской революции?».

C.Белковский: Сначала гибридная война была предназначена для принуждения Запада к любви

Он был субъектом в деле русской революции, дорогие наши друзья, всегда. Ленин работал на себя, на собственную победу и приход к власти. А использовал он для этого все возможности, которые в те или иные моменты истории оказывались в его распоряжении, в том числе и возможности поддержки со стороны германского Генштаба и пломбированного вагона. Напомню, Советская Россия отменила, денонсировала Брест-Литовский мирный договор при первой же возможности – 13-го ноября 1918-го года. И столетие этого знаменательного события мы отмечаем на днях.

Мы на «Эхе Москвы». Сейчас – 12 часов 55 минут по времени российской столицы. Это «Русская провокация», спецпроект «Белковский ТВ» для «Эхо Москвы». В студии Станислав Белковский. Как обычно, под занавес программы свежие данные о судьбе Музея новейшей истории России в городе Плес Ивановской области. Как известно, музей создается на базе резиденции премьер-министра России Дмитрия Анатольевича Медведева. Той самой, воспетой оппозиционером Алексеем Анатольевичем Навальным в фильме «Он вам не Димон» и других художественных работах.

Основу коллекции музея составляет личное собрание главреда «Эха Москвы» Алексея Алексеевича Венедиктова, поэтому неформально он называется – «Музей Венедиктова». Но каждую неделю мы получаем от наших спонсоров, донатеров, бенефакторов новые артефакты. Не стала исключением, к счастью, и эта неделя. Основное собрание музея пополнилось даром генерал-полковника Виктора Есина, бывшего начальника штаба ракетных войск стратегического назначения.

Он передал Музею новейшей истории России секретные схемы системы «Периметр» (она же – «Мертвая рука»), предназначенной для нанесения ответного ядерного удара в случае западной атаки, мотивировав это тем, что все равно система «Периметр» уже не нужна. Тем не менее, секретные схемы будут помещены в отдельном бронированном помещении нашего музея и допуск к ним будет осуществляться только по пропускам, подписанным лично Дмитрием Анатольевичем Медведевым.

Дмитрий Анатольевич будет непосредственно подписывать эти пропуска завтра, в воскресенье, с 10 до 18 утра на территории Музея новейшей истории России в Плесе в той самой бронированной камере. Поэтому, все желающие, пожалуйста, приходите. Жители Плеса – непосредственно в резиденцию, а в остальном – легко в интернете найти, как на поезде доехать до города Плеса, дальше – добраться до нашего музея. Не упускайте этот редчайший шанс изучить во всех подробностях систему «Периметр».

Также пополняется собрание коллекции биологических объектов. Так называемой кунсткамеры Музея новейшей истории, которой руководит доктор биологических наук, известный ученый-исследователь Ревекка Львовна Фрумкина. Как утверждают врачи и биологи (особенно в последние годы) одиночество во всех его формах и проявлениях резко увеличивает риск деменции.

Поэтому японские исследователи, действуя через мужа Ревекки Львовны, священника Японской Православной Церкви Московского Патриархата из города Киото Отца Никодима, передали в кунсткамеру музея специальные ветки лотоса, которые разрабатывали в свое время для узников одиночных камер японских тюрем, и показали колоссальные успехи в предотвращении деменции у заключенных-одиночников.

C.Белковский: Я не считаю, что мы можем изолироваться от какого бы то ни было прогресса

Эти ветви лотоса могут быть использованы для активного культивирования лотосов в масштабах России и раздачи этих средств для нивелирования последствий трагического космического одиночества всем гражданам России, чтобы резко улучшить психологический климат перед полным завершением самоизоляции и окукливания России в соответствии с пожеланиями Владимира Путина, реченными через его помощника Владислава Суркова.

Дорогие друзья, это была программа «Русская провокация» — спецпроект «Белковский ТВ» для «Эха Москвы». С вами был Станислав Белковский. До очень скорой встречи!



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире