03 мая 2012
Z 48 минут Все выпуски

Франсуа Олланд,кандидат на пост президента Франции


Время выхода в эфир: 03 мая 2012, 21:07

Н. АСАДОВА — 21 час и 6 минут в Москве. У микрофона Наргиз Асадова и Михаил Гусман, первый заместитель генерального директора агентства ИТАР-ТАСС. Здравствуйте.

М. ГУСМАН — Добрый вечер.

Н. АСАДОВА — Алексей Алексеевич Венедиктов нас сегодня покинул, он будет в той стране, о которой мы делаем передачу.

М. ГУСМАН — Он такой франкофон, а уже чем ближе второй тур президентских выборов во Франции, тем всё чаще как-то…

Н. АСАДОВА — Ну он же уезжает во Францию, он хочет быть свидетелем этих событий. Да. Ну, мы в прошлой передаче…

М. ГУСМАН — 3 дня осталось, между прочим.

Н. АСАДОВА — Да, 3 дня.

М. ГУСМАН — Чтобы Пятая республика обрела своего десятого президента.

Н. АСАДОВА — И мы посмотрим, будет ли это второй президент-социалист после Миттерана или всё останется по-прежнему, и Саркози останется у власти.

М. ГУСМАН — Ну, понимаешь, прошли уже даже их личные дебаты, и хотя есть разные по этому поводу точки зрения, кто в них победил, хотя мне кажется, что в них победил наш сегодняшний герой Франсуа Олланд.

Н. АСАДОВА — Ну, да, действительно, есть разные точки зрения. И многие говорили о том, что выступление Олланда – оно не такое харизматическое, как у Саркози, и что он говорил общими фразами, в отличие от Саркози, ну и, наверное, вы не будете спорить, что Саркози, какой бы он ни был яркой фигурой на политическом небосклоне Франции…

М. ГУСМАН — Ну, если ты хочешь сказать, что Харизма, скажем так…

Н. АСАДОВА — Померились харизмами, что называется.

М. ГУСМАН — Глубже или длиннее у Саркози, чем у Олланда… Ты знаешь, образно выразился один наш коллега – Франции предстоит через 3 дня решить, где бьётся её сердце – справа или слева, понимаешь? И, в общем-то, ситуация такова, что сегодня французам предстоит решить… Вроде бы они не очень хотят Саркози, и это показывают очень много всяких разных опросов французских, международных.

Н. АСАДОВА — Да и дата 1 тура…

М. ГУСМАН — Ну, они всё-таки близко, а уже после 1-го тура опроса немножко были в пользу Олланда, но как-то и Олланд в силу того, что, мне кажется, недостаточно он харизматичен, и, в общем-то, он в какой-то степени, надо быть объективным, достаточно неожиданно стал кандидатом от социалистов, потому что если бы не скандал тот самый со Страусканом небезызвестный, то сейчас, конечно, совсем другой был бы герой социалистической сцены.

Н. АСАДОВА — Поярче, поярче. Ну ладно, давайте сначала расскажем про его биографию. А вернее, ещё раньше мы отправим нашего корреспондента Дарью Пещикову на улицы Москвы и спросим, знают ли прохожие, кто такой Франсуа Олланд.

Д. ПЕЩИКОВА — Франсуа Олланд, человек с солидным политическим стажем. Несмотря на свой триумф в 1 туре президента Франции, московским улицам оказался практически незнаком. Опознать Олланда по одной лишь фамилии смогли немногие. Среди них студентка Полина, которая рассказала о его текущих успехах.

— Это кандидат на пост президента во Франции, да? От социалистов. Он опережает его на несколько процентов, Саркози.

Ещё один человек, который не замешкался и сразу узнал кандидата в президенты Франции, оказался, что показательно, иностранцем. По мнению предпринимателя Адама, скорее всего именно Олланд станет новым главой государства, однако это вряд ли принесёт стране перемены.

— Спокойный человек, нормальный. Думаю, что будет хороший противовес для Саркози. Французы устали от Саркози.

— Как вы думаете, изменится ли политика сильно?

— Не думаю. Политика должна остаться более-менее та же самая, но стиль проведения изменится на более спокойный.

Студент Максим также считает, что победа Олланда практически гарантирована, но отмечает, что в её основе не самая удачная политическая программа.

— Сейчас мнения некоторые высказываются то, что он победит во 2 туре.

— А сами как думаете?

— Я думаю, вполне, да. Олланд – он близок больше к народу. То, что он пытается урезать зарплату себе на треть, и, соответственно, народ его выбирает и подпускает ближе к себе, но в итоге экономически это себя не оправдывает.

— То есть популизм?

— Да, наверное.

Большинство же прохожих на фамилию «Олланд» никак не реагировали, или, как художник Андрей, предлагали очень необычные варианты.

— Честно, не знаю. Это кинорежиссёр?

И такой же была первая догадка пенсионерки Елены. Но после наводящего вопроса она вспомнила немало интересного о французской президентской кампании.

— Не следите за тем, что сейчас во Франции происходит?

— А, слышала, да, да, да, виновата. Ну, побеждает он. Правильно, я забыла. Сначала думала – артист какой. Но теперь поняла. Ещё будет тур 6 мая, там уже окончательно.

— А до этого ничего не слышали о нём, да?

— Не слышала.

— То есть фамилия так всплыла из ниоткуда?

— Ну, для меня – да. И зависит от того, кому женщины отдадут свои голоса.

Героиня нашей прошлой программы Марин Лё Пен оказалась более известной и для сотрудника издательства Ольги. По ее словам, «Франсуа Олланд – фигура во французской политике весьма неприметная».

— Только того, кто новый пришёл, и Саркози – это всё, что я знаю.

— Ну, вот, новый это же и есть Франсуа Олланд.

— «Олланд» он звучит? Ну, только всё, что слышала. То есть то, что он победил и опередил Саркози очень ненамного.

— Не запоминается?

— Совершенно не запоминается.

— То есть кто-то второй, да?

— Да, Саркози легко ушёл… вошёл в память.

— Воспринимается в основном только поражение Саркози, а не победа кого-то?

— Да, безусловно. То есть кто у них там был националист…

— Мари Лё Пен?

— Да, Мари Лё Пен. Вот, о ней слышала. А Олланд – это для меня совершенно новое имя.

Вот таким увидели этого кандидата в президенты Франции московские улицы. Будут ли они слышать о нём чаще, определит второй тур голосования.

Н. АСАДОВА — Это была Дарья Пещикова и московская улица. Ну и сейчас по горячим следам московской улицы Николай Троицкий как всегда представит нам портрет нашего героя Франсуа Олланда.

Н. ТРОИЦКИЙ — Франсуа Жерар Жорж Олланд попал под прицел политических прожекторов случайно. Да, конечно, он был видным деятелем социалистической партии. Но об участии в президентских выборах до поры до времени не помышлял. Слишком уж был бесцветным, незаметным и беспредметным, чтобы залетать в такие гибельные выси. Однако пришлось залететь. Да ещё в неожиданной роли лидера и фаворита гонки. Так сложились разные обстоятельства. Основной кандидат от социалистов Доминик Страускан слишком сильно, даже по французским меркам, увлёкся сексуальными экспериментами, перебрал квоту терпимости любвеобильной нации и сошёл с дистанции. Выдвигать женщину больше не пожелали. У социалистов был такой опыт. Сеголен Руаяль надолго отбила охоту запускать дамочек на орбиту Елисейского Дворца. Монархический принцип «Негоже лилиям прясть» продолжает действовать и в Пятой республике. До крайности феминизма в большой политике французы так и не дошли. Только слово «мадемуазель» толерантно на всякий случай отменили.

Франсуа Олланд попал в кандидаты по сугубо гендерному признаку. Об остальном позаботился пока ещё действующий президент Николя Саркози. Судя по результатам первого тура, он за пять лет умудрился смертельно надоесть даже многим своим избирателям. Намозолил глаза, достал всех кричащей харизматичностью, слишком много наобещал, породил ожидания, которые не оправдал, изнемог в неравной борьбе с мультикультурализмом, хорохорился, словно галльский петух, а оказался недоделанным Наполеоном. На таком фоне даже Франсуа Олланд, ординарный партийный функционер, плохо различимый на политической местности, может показаться более подходящим. На роль меньшего из зол он уж точно вполне годится. Место ярких фигур, жуиров и баламутов вроде Берлускони и Саркози занимают безликие фигуранты, от которых не ждут подвигов и великих дел. Кончается время колоритных политических павлинов. Теперь нужны серые мышки, которые хотя бы могут сделать не хуже.

Н. АСАДОВА — Это был портрет Николая Троицкого.

М. ГУСМАН — Достаточно яркий, на мой взгляд, в общем-то, как и присущий Николаю Троицкому.

Н. АСАДОВА — Такой яркий портрет не очень яркого политика.

М. ГУСМАН — Вот тут, понимаешь, он такой классический политик. Понимаешь, он политик с младых ногтей.

Н. АСАДОВА — С младых ногтей. Вот, о том, как он пришёл в политику, мы сейчас и будем потихонечку рассказывать. Давайте.

М. ГУСМАН — Сначала надо его родить.

Н. АСАДОВА — Давайте, я займусь этим.

М. ГУСМАН — Это молодой матери надо начать с рождения детей.

Н. АСАДОВА — Значит, он родился 12 августа 1954 года в городе Руане, это на севере Франции, как все знают. Его очень интересная семья. Значит, отец Жорж Олланд, врач-отоларинголог и он управлял клиникой, то есть он был и бизнесменом, да, управленцем этой клиники, и, конечно же, он придерживается правых взглядов…

М. ГУСМАН — Не просто правых. Ультра… вот тут надо с самого начала сказать, что у них в семье, вот, в родительской был такой политический разлад.

Н. АСАДОВА — Да, потому что мать тоже медик, но она медсестра, и она социалистка просто…

М. ГУСМАН — Она, во-первых, занималась социальными работами.

Н. АСАДОВА — На заводе работала.

М. ГУСМАН — Да, и она была занята социальными проблемами. И Франсуа, юный Франсуа, обожал свою мать, и, в общем-то, хотя отец был для него таким очень серьёзным… символом.

Н. АСАДОВА — Авторитетом.

М. ГУСМАН — Авторитетом. Но его ультраконсерватизм… конечно, мальчик отталкивал.

Н. АСАДОВА — Победило сердце.

М. ГУСМАН — И более того, тут вообще-то масса… мы об этом расскажем. Там была масса интересных переплетений семейных, и, в общем-то, под влиянием отца, кстати сказать, он получил своё первое образование. Он пошёл в школу иезуитскую, в школу, так сказать, церковную, хотя сегодня, хотя сегодня, это надо сказать с самого начала вслух, что называется, Франсуа Олланд позиционирует себя как атеист. А его брат стал монахом.

Н. АСАДОВА — Филипп.

М. ГУСМАН — Филипп, да, стал монахом, иезуитским монахом, стал церковным деятелем. То есть вот так абсолютно… Хотя оба начинали в одной и той же церковной школе.

Н. АСАДОВА — Да. Ну, после церковной школы Франсуа Олланд пошёл учиться в бизнес-школу парижскую. И параллельно он также закончил Институт политических исследований в Париже, политологией занимался, то есть он сразу, видимо, хотел заниматься политикой, и ещё косвенно…

М. ГУСМАН — Ну, социальные вопросы.

Н. АСАДОВА — Ну, как, бизнес, бизнес. Бизнес и политология – это не очень социальные вопросы, на мой взгляд. И после этого тоже, что характерно, он пошёл служить в армию французскую, хотя его не хотели брать из-за близорукости, но он настоял на том, чтобы пройти службу, поскольку это, как он считал, будет козырем в его дальнейшей политической деятельности, то есть он сразу же, сразу, он готовил себя как политика.

М. ГУСМАН — Да, но тут опять-таки надо сказать, что папашка не очень одобрял выбор его этой деятельности, он считал, что всё-таки… он в семье заявил для сына, что банк – вот достойное поприще для моего наследника.

Н. АСАДОВА — Моего сына.

М. ГУСМАН — Тут я вообще хочу на секундочку вернуться к его отцу, потому что тоже любопытная деталь. Вот, в своё время ещё в 1965 году на выборах президентских Пятой республики Олланд-старший, папа нашего героя, он настолько был ультраконсервативен, что даже за де Голля не голосовал, а его кумиром был адвокат Жан Луи Тиксье-Виньякур который защищал генерала Салана, шефа секретной организации ОАС, которая стояла за сопротивление Алжира, то есть ультрарадикал, то есть их даже называли реакционерами. Но деталька интересная, что кампания этого самого Виньякура… кто руководил в 1965 году Жан Мари Ле Пен, отец Марин Ле Пен, вот, как тесен мир, понимаете? И он… эти люди были кумирами отца нашего сегодняшнего героя Франсуа Олланда.

Н. АСАДОВА — Да, очень интересно, действительно.

М. ГУСМАН — Тесен мир.

Н. АСАДОВА — Ну мы же говорили в прошлой передаче, что во Франции династийные семейные политические истории довольно часто встречаются.

М. ГУСМАН — Да, но тут такой, знаешь, такая полярность в одной семье. Кстати сказать, вот, когда мы говорим о биографии нашего сегодняшнего героя и, возможно, будущего президента Франции, и даже можно сегодня сказать – вероятного президента Франции.

Н. АСАДОВА — Посмотрим, посмотрим.

М. ГУСМАН — Если верны нынешние рейтинги, такой достаточно приличный на сегодняшний день процент отрыва, хотя французы мало предсказуемы в этих вещах. Так вот, он уже в 24 года вступил в социалистическую партию и, начав работу в этой партии, то есть, понимаешь, тут надо всё-таки сказать, что он не просто заявил себя приверженцем социалистических идей, хотя он и коммунистам в своё время симпатизировал, и даже раздумывал – вступать ему в социалистическую партию или в коммунистическую партию, и всё-таки он избрал социалистов, ещё потому, что…

Н. АСАДОВА — Потому что и тренд такой уже был.

М. ГУСМАН — В конце 70-ых компартия Франции стала терять свой авторитет, который был связан был с такими великими коммунистами, как Морис Торез, там, это всё-таки люди великие в своей истории. А он вступил в социалистическую партию и стал работать на партию, стал внутри партии избираться во всякие региональные…

Н. АСАДОВА — И со студенчества он очень много работал с молодёжным крылом партии, ещё будучи в университете, он выплавлял молодых социалистов, да, вот, в университете. Но что ещё мне показалось любопытным – то, что, получив образование, уже будучи в социалистической партии, он, держа в голове, опять-таки, свою будущую политическую карьеру, да, он идёт в школу управления ЭНА, мы когда рассказываем про французских политических деятелей, практически все они закончили эту школу, и там он познакомился со своей компаньонкой, как говорят французы, Сеголен Руаяль.

М. ГУСМАН — С гражданской женой.

Н. АСАДОВА — Да.

М. ГУСМАН — Уж слово «компаньонка»… наши слушатели не поймут, что имеется в виду.

Н. АСАДОВА — Слушайте, мне так нравится это слово. Гражданская жена – это какое-то дурацкое слово.

М. ГУСМАН — А «компаньонка» у нас поймут, что это просто, так сказать…

Н. АСАДОВА — Давайте введём новую моду из Франции – компаньонка. Сеголен Руаяль, я напомню, что она в 2007 году была кандидатом в президенты Франции от социалистической партии же.

М. ГУСМАН — Он хотел очень много сам как бы… способствовал тому, работал на её партийную карьеру.

Н. АСАДОВА — Да, у них совместные 4 ребёнка.

М. ГУСМАН — Да, да.

Н. АСАДОВА — Два мальчика и две девочки.

М. ГУСМАН — Всё правда. Но тут надо ещё иметь в виду, что он некоторым образом даже наш коллега, потому что с начала 90-х годов, работая в Национальном бюро социалистической партии, он отвечал за связи с прессой и общественностью. И в этом плане он был такая говорящая голова партии. И все заметили, что он может говорить много, долго, достаточно красиво, достаточно убедительно. Но как все люди, связанные с этими функциями, там, работа по связи с прессой, с общественностью, это особое мастерство, это говорит очень много, и как бы избегать деталей, или ни о чём. Вот это, кстати, его свойство ораторское, с одной стороны – ораторский талант, а с другой – желание избегать таких острых углов, ему по сегодняшний день припоминают, и на это обращают внимание наблюдателей.

Н. АСАДОВА — Да, да, да, и вот я помню, была такая история как раз перед выборами. Не сразу согласились на дебаты Франсуа Олланд и Николя Саркози, так что…

М. ГУСМАН — Во-первых, мы же знаем… наши слушатели знают, что от трёх раундов дебатов прямых он отказался. А Саркози, зная эту слабую сторону Олланда, сразу после первого тура предложил… То есть это ход был Саркози, на мой взгляд, очень правильный. Если было бы три раунда дебатов, то, конечно, у Саркози в этом плане было больше шансов показать своё мастерство в прямой дуэли. Вообще Саркози в этом плане всегда готов к столкновению, а Олланд, наоборот, он человек по жизни склонный к компромиссам, соответственно, и в дискуссиях он такой более компромист.

Н. АСАДОВА — Да, а значит менее яркий.

М. ГУСМАН — Менее яркий для дебатов.

Н. АСАДОВА — Да. Значит, хотела поговорить про его кумира. Его кумиром, он много раз сам это признавал, был Франсуа Миттеран. Это единственный президент-социалист Пятой республики.

М. ГУСМАН — Был с самого начала его консультантом по экономическим вопросам.

Н. АСАДОВА — Да, в 1981 году.

М. ГУСМАН — Причём, Миттеран был очень успешный президент. Будучи социалистом, был очень успешным президентом, а супруга Миттерана просто обожала молодого помощника, ну, я имею в виду, обожала как хорошего человека— и профессионального советника.

Н. АСАДОВА — Да, и в том же 1981 году тоже очень интересно, что Франсуа Олланд был советником по экономическим вопросам Миттерана, а его компаньонка или гражданская жена Сеголен Руаяль консультировала Миттерана по вопросам социальным, там, по здравоохранению, по-моему, по работе с молодёжью, то есть они оба работали с Миттераном.

М. ГУСМАН — Тут ещё надо иметь в виду, и это, мне кажется, очень точно показывает его в том числе и политическое как бы понимание ситуации. Он, будучи руанцем по рождению, северянином, он делал карьеру и в Париже, и обучился в Париже, но понимая, что в Париже очень трудно толкаться среди политической скученности, и он… в Коррез, это департамент центральный Франции, где, собственно говоря, он и живёт фактически сегодня. Это достаточно, ну, скажем так, не очень близкая от Парижа, но достаточно в зоне автомобильной досягаемости. И там же он, кстати сказать, в этом самом Коррезе он является фактически, ну, по-нашему губернатором этого… Он был одно время мэром столицы этой области – Тюль, а сейчас он…

Н. АСАДОВА — А Тюль – это там, откуда тюль? То есть там тюль делают?

М. ГУСМАН — Умница, правильно. Я, кстати, там не был, и ты, как я понимаю, не была, судя по вопросу, но вопрос лингвистически точен. Наверное, это то самое место, где знаменитые французские кружева, тюль, собственно, и происходит. Но столица этой самой области Коррез, и он, кстати сказать, очень проникся пристрастием к Коррезу, то есть очень стал делать то, чтобы в Коррез признали его своим, потому что там, допустим, будучи он сам с юности увлекался футболом, сам играл в футбол Франсуа Олланд, болельщик был заядлый… но  в этом Коррезе любимый вид спорта – регби, и он увлёкся регби. Самое интересное, что у Корреза есть ещё любимый музыкальный инструмент – это аккордеон. Так Олланд не только полюбил игру аккордеонистов и музыку на аккордеоне, но и сам научился играть на аккордеоне. То есть для того чтобы его признали своим в этой области. Это точно его характеризует как политика, желающего быть не просто за которого голосуют, но чтоб его ещё и любили.

Н. АСАДОВА — Да, но немножко вперёд забежали. Когда он уже стал…

М. ГУСМАН — Я одну мысль хочу закончить. Почему я сейчас сказал о Коррезе? Потому что он, как многие политики во Франции, совмещает две должности – федеральный и региональный. К примеру, вот, Ален Жюппе, министр иностранных дел Франции, он министр иностранных дел Франции, а два дня – мэр Бордо.

Н. АСАДОВА — Вот здесь мы прервёмся, послушаем новости и рекламу, а затем продолжим нашу передачу.



НОВОСТИ



Н. АСАДОВА — 21 час и 35 минут в Москве. У микрофона по-прежнему Наргиз Асадова и Михаил Гусман, мы продолжаем наш рассказ о Франсуа Олланде, который, возможно, через 3 дня станет следующим президентом Франции. И с самого начала я хотела бы сейчас передать слово Владимиру Познеру, журналисту, в общем, все его знают, чего и дальше представлять, регалии всякие перечислять. Поскольку он довольно часто бывает во Франции и периодами, насколько, я понимаю, живёт там, а вот у него есть своё впечатление о Франсуа Олланде.

М. ГУСМАН — Слушаем.

Н. АСАДОВА — И давайте послушаем, да. Владимир Познер.

В. ПОЗНЕР — Я как гражданин Франции принимал участие в этих выборах. И я, как очень многие, голосовал против власти, против Саркози. Это сейчас во Франции очень характерная такая вещь. Саркози разным частям населениям по разным причинам. Есть просто отсутствие симпатии к нему просто на человеческом уровне, есть резкое недовольство тем, что происходит во Франции, очень высокого уровня безработицы, некоторый застой, и это всё считается, что виноват он. Плюс некоторые его увлечения светскими раутами и мишурой. Всё это вместе взятой при общем ощущении дискомфорта и потери ощущения Франции как ведущей всё-таки державы Европы, вот, всё это приводит к тому, о чём я сказал. Это с одной стороны.

С другой стороны, во Франции очень сильны левые традиции, леволиберальные традиции. И в этом смысле Олланд является выразителем именно этого настроения и этих традиций. Вот, собственно, и всё. Что можно о нём сказать как о политике? Очень много, потому что он у власти-то не был и говорить о человеке, который не был у власти, какой он политик, тем более что он не был ни у какой власти. То есть нельзя судить о нем, как, не знаю, о мэре какого-то города, о главе какой-то администрации. Всего этого у него нет. Поэтому делать выводы о том, каков он как политик, по-моему, невозможно, но можно точно сказать, что это человек, который выражает вот эти леволиберальные тенденции, которые очень характерны для Франции.

Н. АСАДОВА — Это был Владимир Познер с его впечатлениями о Франсуа Олланде.

М. ГУСМАН — Ну, давайте теперь вернёмся к нашим впечатлениям.

Н. АСАДОВА — Да, давайте вернёмся к нашим впечатлениям, хотя ни я, ни вы тоже не встречались с Олландом.

М. ГУСМАН — Нет, ну я должен сказать по поводу… вернуться к нашему разговору о той области, в которой он находится сейчас, как бы живёт в Коррезе.

Н. АСАДОВА — Подождите. Я хочу сказать, что часто обвиняют Олланда в том, что у него нету опыта управленческой деятельности. Это всё время звучит лейтмотивом.

М. ГУСМАН — По одной простой причине.

Н. АСАДОВА — Он партийный функционер.

М. ГУСМАН — Он впервые, это первый реальный кандидат на пост президента Франции за все эти годы, все 30 лет, который никогда не работал в правительстве Франции. Он не был ни министром, ни вице-премьером, он не был никем в правительстве. Максимальная его правленческая функция – это председатель областного совета этого самого округа Коррес.

Н. АСАДОВА — Мэром был.

М. ГУСМАН — И мэр Тюля, небольшого города.

Н. АСАДОВА — Но, кстати говоря, когда он был… Но всё-таки это работа в исполнительной власти…

М. ГУСМАН — Но очень невысокого уровня.

Н. АСАДОВА — Ну, да, это безусловно.

М. ГУСМАН — Поэтому этот упрёк ему верен, потому что если взять Саркози, то, конечно же, он главное имя себе сделал в качестве министра внутренних дел Франции как борец с коррупцией и прочее, прочее, прочее. А вот этого плюса у Олланда нет. Политик – да. Известный социалист – да. Замечательный оратор – да. Человек, имеющий программу – да. Но правительского опыта нет, и тут надо признать объективно.

Н. АСАДОВА — А вот интересная история, почему он так и не попал в правительство.

М. ГУСМАН — Ну, хотя он очень обиделся в своё время на Миттерана. Сколько лет работал с ним в качестве советника…

Н. АСАДОВА — Потому что он взял его жену Руаяль в правительство.

М. ГУСМАН — Я думаю, что это просто он… знаешь, что скажу? Мне кажется, что немножко наш герой Франсуа Олланд переработал на жену, то есть он так её позиционировал, так всё время выставлял…

Н. АСАДОВА — Подкаблучник?

М. ГУСМАН — А?

Н. АСАДОВА — Подкаблучник? Вы же не любите подкаблучников.

М. ГУСМАН — Так его обвиняли в своё время. Когда они встречались, вот, до того как он начал встречаться со своей нынешней, тоже гражданской женой…

Н. АСАДОВА — Журналистка она, кстати.

М. ГУСМАН — Она журналистка. И, кстати сказать, не просто журналистка, она очень известный колумнист из самого, одного из самых популярных французских журналов «Пари матч», она дама такая очень популярная, хотя, хотя…

Н. АСАДОВА — Валери Триервейлер.

М. ГУСМАН — Совершенно верно. Хотя она всячески-всячески во время своего… своей жизни уже тихо-тихо, сколько уже? По-моему, уже больше трёх лет. Даже пяти лет, по-моему.

Н. АСАДОВА — С 2008 года.

М. ГУСМАН — Ну да, 4 года.

Н. АСАДОВА — Потому что они расстались с Сеголен Руаяль после выборов.

М. ГУСМАН — Так вот, хотя встречаться они начали раньше, значительно раньше.

Н. АСАДОВА — Это часто бывает.

М. ГУСМАН — Да, значительно раньше. Но поскольку она была замужем и он ещё был с Руаяль несколько лет, они встречались ещё в ту бытность. Но свои отношения очень прятали, чтобы не разрушать такие семьи свои. И вот по сей день, кстати говоря, она очень такая дама, старается не попадать в камеру – фотокамеру, телевизионную камеру вместе со своим гражданским мужем Олландом. Вообще, вот, понимаешь…

Н. АСАДОВА — Подождите, я просто хочу закончить эту историю, когда он не попал в правительство Леонеля Жюспена. Ведь с этим связана другая история. Он благодаря Жюспена стал лидером социалистической партии. Это как раз в 1997 году.

М. ГУСМАН — Ну что ты имеешь в виду под словом «благодаря»?

Н. АСАДОВА — Потому что это была компенсация за то, что он не работает в правительстве, но по крайней мере так писали французские…

М. ГУСМАН — Он просто ему проиграл.

Н. АСАДОВА — Нет, я имею в виду, что по рекомендации Жюспена он возглавил социалистическую партию.

М. ГУСМАН — Тут, знаешь, я когда говорил про этот Коррез и город Тюль, который производит тюль, дело в том, что тут есть такая очень важная деталь, которая, мне кажется, крайне важна, и это может сыграть, кстати, сейчас 6 мая во время выборов. Дело в том, что бессменным генеральным советником департамента Коррез является Бернадет Ширак, супруга бывшего президента Франции Ширака, которая отнюдь не социалист, а представляет как раз здесь силы, от которых Саркози.

Так вот, крайне важно, что Ширак публично заявил, который, кстати, его слова вызвали шок, там ещё сыграла антипатия в сложившейся уже… Ширака с Саркози, но он сказал следующее – что на президентских выборах я буду голосовать за Олланда. То есть вообще-то говоря… то есть, понимаешь, да, бывший президент, представляющий партию ту же, что и Саркози, а голосует за социалиста. Но в этом… конечно, это заслуга, конечно, прежде всего, заслуга Олланда, потому что он все время в семье Шираков выказывал высочайшее уважение. Справочник, справочник по области Коррез открывается двумя предисловиями – Бернадет Ширак, генерального советника, и Франсуа Олланда. Даже в этом они где-то с двух сторон…

Н. АСАДОВА — То есть умеет подмазаться, когда хочет?

М. ГУСМАН — Ну, во всяком случае, умеет дружить с сильными мира сего.

Н. АСАДОВА — Угу. Давайте сейчас дадим слово нашему корреспонденту Тихону Дзядко, он как раз только что вернулся из Франции, где наблюдал за предвыборной баталией, о его впечатлениях о Франсуа Оланде. Тихон Дзядко.

Т. ДЗЯДКО — Вообще, если говорить по поводу Франсуа Олланда, то нужно сказать, что это довольно печальная история, потому что достаточно сравнить два выступления, которые прошли одно за другим в воскресенье 22 апреля вскоре после объявления результатов 1 тура, это, соответственно, выступления фаворитов президентской кампании Николя Саркози и Франсуа Олланда. Саркози был заведомо в лучшей позиции, несмотря на то что он уступил 1,5%, он не пролетел с треском, как ему предрекали некоторые опросы и наблюдатели, а пришёл вторым с небольшим отставанием, при том что он действительно противостоял девяти кандидатам, и плюс к этому само его выступление было очень таким энергичным, боевым и харизматичным, а выступление, напротив, неконкретным, состоящим из каких-то общих слов и заезженных фраз, и в нём полностью отсутствовало то, что принято называть харизмой. Вот, как раз отсутствие харизмы у Олланда… то, что про что мне говорят многие мои коллеги и друзья, на что нельзя обратить внимание, в частности, некоторые мои знакомые, которые терпеть не могут Саркози и по жизни являются сторонниками социалистической партии, такими активными противниками политики, которую проводит UMP и Николя Саркози, и его предшественник Жак Ширак. Так вот, в первом туре они не голосовали за Олланда, кто-то из них голосовал за Жана Люка Меланшона, это лидер французского левого фронта, который получил около 10%, кто-то голосовал за Эву Жоли, она набрала около 2 процентов. Во втором туре они будут голосовать за Олланда, но не потому, что это Олланд, а потому, что они против Николая Саркози, то есть это протестное голосование, чтобы Саркози не пришёл на свой второй срок. Вообще, если взять биографию Олланда, она довольно незавидная, поскольку он вечный персонаж на вторых ролях, и пять лет назад, когда была борьба за право выдвигаться от социалистов кандидатом в президенты, он… своей тогдашней супруге Сеголен Руаяль, и после этого, как известно, у них расстроились отношения, но главное не это… он не смог придти первым, и только сейчас, в 2012 ему это удалось… И после этого ему пытались осуществить такой косметический ребрендинг, как-то его оживить, что ли, изменить его имидж, но, по ощущениям, сделали это лишь отчасти. Действительно, это был лишь такой косметический ремонт. Один мой парижский знакомый, опять же, который всегда голосует за… сказал недоброе по отношению к Олланду и вообще состояние социалистической партии Франции, и вот он говорит – смотри, 5 лет назад от нашей партии выдвигалась дура, неумная, имел в виду Сеголен Руаяль, а теперь выдвигается мяфа, имея в виду Франсуа Олланда.

Н. АСАДОВА — Это был Тихон Дзядко и общее впечатление о Франсуа Олланде. Ну, мы продолжаем. Вот, мне показалось очень интересным ещё то, что в 1999 году Олланд был избран в Европейский парламент. Но он там работать не стал, вернее, он поработал там буквально 6 месяцев, а затем…

М. ГУСМАН — Ему стало скучно. Он понял, что там нечего делать…

Н. АСАДОВА — Почему… многие политики действительно делают себе имя, работая в международных таких структурах общеевропейских.

М. ГУСМАН -Но, но! Это не так. Это не так, потому что, во-первых, многие, как ты сказала правильно, делают там себе имя, а у него имя уже было, и ему надо было делать карьеру, имя у него уже было. Вот, имя в европейском парламенте со всякими такими забубенными речами сделать можно. Мы знаем даже наших российских политиков, которые там прекрасно выступают, там, в Страсбурге, и так далее. Но там имя можно сделать как оратора, произнести громкое слово, но карьеру там не сделаешь. Карьеру надо делать у себя на родине, политическую карьеру, и поэтому я думаю, что он понял, что судьба его призывает делать карьеру на родине, а не отсиживаться в Европарламенте.

Н. АСАДОВА — Ну, то есть он медленно, но верно продвигался, вот, к этому сегодняшнему его положению.

М. ГУСМАН — Я хочу вернуться к тому, с чего мы начали наш сегодняшний разговор. Ты знаешь, мы же хорошо помним, что ещё год назад практически реальным кандидатом и самым вероятным на пост президента от социалистической партии был Страускан.

Н. АСАДОВА — Грустная история.

М. ГУСМАН — И в тот день и час, когда начался скандал со Страусканом, Франсуа Олланд понял, что, может быть, это его звёздный час. Если в ту секунду стремительно звезда Страускана падала в пропасть, то свою звезду Франсуа Олланд увидел самой яркой на небосклоне, потому что он понял, что у него появился шанс не просто быть постоянным партийным вождём с неясной государственной перспективой, государственной позицией в стране, а именно стать президентом Франции.

Н. АСАДОВА — Я, наверное, сейчас дам слово Николаю Левичеву, председателю партии «Справедливая Россия», потому что, ну, как вы знаете, «Справедливая Россия» тоже входит в социнтерн, как и Социалистическая партия Франции. Соответственно, вот, о роли социализма в современной Франции и о своих впечатлениях от Франсуа Олланда расскажет сейчас Николай Левичев.

Н. ЛЕВИЧЕВ — Они начали, собственно, с 2007 года, когда мы подали заявку на вступление в Социалистический интернационал, специфика заключается ещё в том, что как раз комитет по этике социнтерна возглавляет представитель соцпартии Франции. И в силу этих обстоятельств как раз в 2008 году я получил приглашение на съезд социалистической партии Франции как раз от Франсуа Олланда, который был к тому времени уже в течение 10 лет первым секретарём французской социалистической партии. Это был как раз тот съезд, когда Франсуа Олланд выступил с отчётным докладом и ушёл с поста лидера партии. Ну, вот, так уж получилось. И на его место претендовали две очаровательные женщины-политика – это его на тот момент уже бывшая гражданская супруга, хорошо известная в России, Сеголен Руаяль, мать четверых детей, значит, Франсуа Олланда, и нынешний первый секретарь Социалистической партии Франции Мартина Обри.

Так получилось, что с небольшим перевесом преимущество получила Мартина Обри, которая и до сих пор является первым секретарём Социалистической партии Франции. А при этом, как ни парадоксально, спустя 4 года, как мы видим, имен о Франсуа Олланд вдруг вышел на лидирующие позиции в качестве кандидата в президенты от соцпартии, как известно, после того как с Домиником Страусканом случились разные неприятные истории. И как раз во внутрипартийном голосовании он победил Мартину Обри. Я так подробно это говорю потому, что у нас, например, после не очень удачного выступления Сергея Миронова на президентских выборах раздавались голоса, что, вот, человек, неуспешно выступивший на выборах президента, не может быть лидером партии. Вот, пример Франции показывает, что быть лидером партии – это одно, быть кандидатом в президенты – это немножко другое.

Что касается впечатлений, почему Олланд вышел на первое место уже в первом туре, что для Франции достаточно ново в течение последних нескольких десятилетий, ну, мы, конечно, считаем, что в немалой степени, помимо блестящих ораторских способностей у Олланда, сыграла роль его содержательная позиция. Ведь он как представитель французских социалистов, как раз выступает с теми требованиями, аналоги которых пытается проводить в жизнь «Справедливая Россия» в нашей стране. Это в частности его намерения увеличить налоги на богатых, для того чтобы решать социальные проблемы не за счёт беднейших слоёв населения, а за счёт тех, кто имеет стабильные высокие доходы. Это его обещание снизить пенсионный возраст для французов, который был повышен усилиями Николя Саркози. И, кстати сказать, приведу и такой факт. Ведь именно европейские социалисты три года назад включили в европейский политический контекст предложение ввести для борьбы с финансовым кризисом и его последствиями так называемый налог на финансовые транзакции, то есть обложить налогом от одной сотой до одной десятой процента на различные финансовые операции, игра с которыми и довела в итоге до раздутия такого финансового долгового пузыря, который лопнул.

Наконец-то спустя три года, как ни парадоксально, опять же, именно Саркози, пытаясь удержать политическое лидерство, пошёл даже на то, чтобы, опережая консенсусное решение Европейского союза, предложить ввести эти налоги во Франции. Хочется думать, что всё-таки Европа качнулась от либеральных принципов развития экономики к возврату социалистических принципов, к возврату разумного здравого смысла, который и позволит принципы социал-демократии, который мы исповедуем в российской политике, ввести в европейский контекст.

Н. АСАДОВА — Это был Николай Левичев, председатель партии «Справедливая Россия». Ну, а мы, наверное, уже подошли к выборам, да, и, собственно, давайте поговорим, о чём спорят кандидаты. Одна из главных таких тем – это тот самый бюджетный пакт, о котором договорились накануне Николя Саркози и Ангела Меркель. И Ангела Меркель, как все помнят, сделала беспрецедентный шаг, она приехала во Францию накануне выборов и буквально поддержала одного из кандидатов в президенты, то бишь Николя Саркози.

М. ГУСМАН — Ну, во-первых…

Н. АСАДОВА — То есть по сути вмешалась во внутреннюю политику Францию.

М. ГУСМАН — Если хочешь моё мнение, то я сильно убеждён, что мнение глубокоуважаемой Ангелы Меркель для французов с их, как мы знаем, «извечной любовью» к немцам, сыграет такую уж решающую роль.

Н. АСАДОВА — Да. Она пошла на такой отчаянный шаг, потому что очень высоки уж ставки.

М. ГУСМАН — В своё время, какой же это был год, пятьдесят какой-то, когда Хрущёв… когда в Америке были выборы, и там были два кандидата, сейчас вылетело из головы, но кто же это был, кандидат демократической партии, он соревновался тогда, если память не изменяет, с Никсоном, на выборах. По-моему, да. И Хрущёв сказал такую фразу, что если бы я был американцем, я бы голосовал за такого-то. И в тот же день рейтинги этого самого избранника Никиты Сергеевича рухнули в половину, понимаешь? Так вот, я не скажу, что такую же медвежью услугу Меркель сыграла с Саркози, но нечто похожее, потому что план Меркози, вот этот тандем Меркель-Саркози далеко не такой уж вызывает восторг у французов.

Н. АСАДОВА — Но ещё специалисты говорят о том, что он малодостижим, и там бюджетный дефицит должен быть не больше полпроцента, сейчас вообще по маастрихтскому договору 3%, и то не все могут его соблюдать.

М. ГУСМАН — Есть чёткое понимание, что при том исходе первых туров, ну… говорить про ситуацию и с Марин Ле Пен, и с коммунистами, и так далее, с левыми. Важно сказать – исход выборов 6 мая решат голоса среднего класса. Среднего класса французов решат голоса. И это принципиальнейшая вещь. Недаром наш сегодняшний герой как раз понимает. Его что объединяет, что он абсолютно не имеет какой бы то ни было внятной внешнеполитической программы. Ни одной зарубежной командировки, зарубежной поездки.

Н. АСАДОВА — Вот, видите. Зря он отказался от Европарламента. Я о чём…

М. ГУСМАН — Не-не-не-не-не, он как раз понимает, что для французов это неважно. Им важно, как у них будет житие-бытие. Дальнейшая ситуация отношений французов с немцами, с американцами, с Россией… Для них сегодня важно, что у них дома в холодильнике и в кошельке.

Н. АСАДОВА — Да, и безработица их тоже очень волнует.

М. ГУСМАН — Конечно. Это тоже связано с холодильником и кошельком.

Н. АСАДОВА — Да, безусловно. Ну, и ещё, если говорить, как специалисты сейчас делают прогноз по результатам выборов, они говорят, что, значит, если Саркози рассчитывает на голоса Марин Ле Пен, то есть правых избирателей, то Франсуа Олланд рассчитывает на голоса такого очень яркого лидера левого фронта Франции Жана Люка Меланшона.

М. ГУСМАН — Но не по… раскладу коалиционно… левый – к левым, правый – к правым. Но я думаю, что часть голосов…

Н. АСАДОВА — Происходит то, что мы говорили, происходит поляризация общества.

М. ГУСМАН — Естественно. Центристы заняли 5-ое место, по-моему.

Н. АСАДОВА — Да, да, меньше всех.

М. ГУСМАН — Это тоже показательно.

Н. АСАДОВА — А когда-то они были третьими.

М. ГУСМАН — Когда-то они вообще были главными.

Н. АСАДОВА — Да. В общем, поживём – увидим. Осталось ждать недолго, три дня. Мы сейчас заканчиваем передачу про Франсуа Олланда.

М. ГУСМАН — Я хочу сказать, что в этот раз, как никогда, выборы во Франции привлекают внимание всего мира, потому что Франция, кризис Европы, Франция в центре Европы, Франция определяет во многом тренд Европы, и нам тоже традиционной нашей дружественной, я считаю, стране Франции, совсем небезразлично, кто станет президентом Пятой республики в этот раз.

Н. АСАДОВА — Да. Ну а сейчас гимн Пятой республики Марсельеза.

Комментарии

3

Пожалуйста, авторизуйтесь или зарегистрируйтесь, чтобы оставить комментарий.

pretendent_2012 Анатолий Николаевич Абаимов:фракции в КПРФ разрешить 04 мая 2012 | 09:27

.//Франция определяет во многом тренд Европы, и нам тоже совсем небезразлично,
кто станет президентом Пятой республики в этот раз...\\\

Надеюсь,что победит социалист ФРАНСУА ОЛЛАНД))))))))))))))


bm4eg 04 мая 2012 | 21:00

Ужс будет если социалисты победят. Европа, видимо, забыла с чем весь прошлый век боролась. Своих шариковых африканских теперь вскармливают.


04 мая 2012 | 12:05

Если опрошенные москвичи не знают, кто такой Олланд, то откуда следует, что у Эха такая большая аудитория, ведь о выборах во Франции радиостанция упоминает каждый день много раз?

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире