'Вопросы к интервью
08 февраля 2007
Z 48 минут Все выпуски

Курбанкулы Бердымухамедов — исполняющий обязанности президента Туркмении


Время выхода в эфир: 08 февраля 2007, 21:07

В.ВЕНЕДИКТОВ – 21:04 в Москве. Добрый вечер, да. У нас сегодня такая, смешная темка с Наргиз Асадовой – добрый вечер, Наргиз.

Н.АСАДОВА – Добрый вечер!

В.ВЕНЕДИКТОВ – Это, можно сказать, новая страница в нашей передаче «48 минут» — вы будете слушать передачу «48 минут», которая посвящена современным лидерам. И у нас – кстати, по вашей просьбе… Я напомню, что в конце прошлого года мы проводили такой опрос наших слушателей, нам поставлено в укор, что мы не делаем передачу о лидерах СНГ. И мы так замахнулись еще на не лидера СНГ, но уже на одного из, наверное, возможных лидеров, и связано это с тем, что в это воскресенье в Туркменистане состоятся президентские выборы.

Н.АСАДОВА – Ну, если их можно так назвать…

В.ВЕНЕДИКТОВ – Можно, можно, там 5 кандидатов, по-моему. Не надо.

Н.АСАДОВА – Ну да…

В.ВЕНЕДИКТОВ – Не надо. Ваш скепсис неуместен. И, вот, Туркменбаши Ниязов, который умер два месяца тому назад, человек, который действительно воплощал для всех нас Туркмению, должен быть заменен, и будет заменен. И Туркменистан, конечно, страна… очень многие путают с Таджикистаном. Ты путаешь?

Н.АСАДОВА – Нет.

В.ВЕНЕДИКТОВ – И я нет. Удивительно. Но я стал недавно не путать, я бы сказал так. Так вот, страна важная – это газ, это Каспийское море, это возможный путь или заслон по борьбе с наркотиками, или провод через эту территорию. Я напомню, что Туркменистан был и остается государством, которое в принципе признает режим талибов* в Афганистане за законный.

Н.АСАДОВА – Это Сапармурат Ниязов признавал.

В.ВЕНЕДИКТОВ – Да, совершенно верно. Но это как страна, Туркменистан, она является ключевой сейчас в Средней Азии – по-моему, ключевой для России. Поэтому, конечно, наше внимание к кандидату в президенты, который, скорее всего, получит свыше 90 процентов голосов – в этом я не сомневаюсь…

Н.АСАДОВА – Это его, да, Алексей так скромно называет «кандидат в президенты» просто потому, что он не может выговорить имя этого кандидата.

В.ВЕНЕДИКТОВ – Неправда, неправда.

Н.АСАДОВА – Его зовут Курбанкулы Бердымухамедов.

В.ВЕНЕДИКТОВ – Да. Совершенно неизвестная фигура на небосклоне. Даже наше общение с кремлевскими небожителями привело к тому, что там, оказывается, в Кремле тоже не очень много знают про него. Т.е. там, где должны знать.

Н.АСАДОВА – Да, это была очень закрытая страна.

В.ВЕНЕДИКТОВ – Закрытая страна и совершенно неожиданная фигура. И мы будем сейчас вести этот эфир. Я напомню, что наш, значит, экран принимает ваши sms-ки – 970-45-45, и те, кто знает что-нибудь про Туркменистан, они могут присылать свои соображения. Конечно, у нас будет работать телефон. Ну, а наш кандидат, Курбанкулы Бердымухамедов – поняла?

Н.АСАДОВА – Да. Прекрасно.

В.ВЕНЕДИКТОВ – Поняла? Да?

Н.АСАДОВА – Да. Ура! Вы выговорили.

В.ВЕНЕДИКТОВ – Я выговорил. При этом, на сегодня есть новость. Сегодня российская авиакомпания «S7 Airlines» открыла продажу билетов на рейсы в Ашхабад. Сегодня. С 28 февраля крупнейшая авиакомпания по перевозкам в России начнет выполнять рейсы Москва – Ашхабад – Москва. Продажа билетов на первые полеты в Туркмению уже открыты. Рейсы будут выполняться на самолетах «Боинг-737» по средам и воскресеньям.

Н.АСАДОВА – Это реклама.

В.ВЕНЕДИКТОВ – Это реклама. Я не называю, сколько стоит, цена. Нет, на самом деле…

Н.АСАДОВА – Нет, это просто очень важный фактор, действительно, потому что…

В.ВЕНЕДИКТОВ – Почему это важно?

Н.АСАДОВА – Потому что до этого, вот, после смерти Туркменбаши, который умер 21 декабря 2006 года, «Туркменские авиалинии» прекратили всяческую перевозку, в страну никто не допускался, закрыты были абсолютно все границы, кроме того, журналисты не допускались вообще, и даже те… ну, журналистский пул, которые должны были… ну, которые всегда сопровождают…

В.ВЕНЕДИКТОВ – Сопровождают на похороны, да.

Н.АСАДОВА – …первых лиц, да, первых лиц государства.

В.ВЕНЕДИКТОВ – Ну, в частности, на похороны.

Н.АСАДОВА – В частности, вот, на похороны от России поехал Фрадков. Значит, руководство Туркмении посоветовало и попросило, можно сказать, всех первых лиц и, там, не первых лиц…

В.ВЕНЕДИКТОВ – Глав делегаций, да?

Н.АСАДОВА – Да, глав делегаций не брать с собой журналистские пулы. Кроме того, ну, корреспонденты, там, нашей газеты, ну, «Коммерсант» тоже… ну, дважды давали запрос, чтобы попасть в Туркмению на похороны или на выборы, и ответ они получали такой: «Да, да, конечно же, мы рассмотрим ваше предложение, но только очень маленький шанс, что вас сейчас туда пустят. Вы знаете, такой наплыв туристов, такой наплыв туристов – не можем никак выдать визу».

В.ВЕНЕДИКТОВ – Да, нам тут пишут: «Ну не путайте Туркменистан и Таджикистан. Помните анекдот про блондинку, которая спрашивает: «Слушайте, а как все-таки правильно, Ирак или Иран?» Ну, типа да, вот поэтому, собственно, мы сегодня и делаем… и пытаемся понять, что за человек. Мы опросили очень многих людей, вы услышите сегодня, кто это такой, кто такой Курбанкулы Бердымухамедов. Он никогда не котировался как наследник – да, он был вице-премьером, да, он был единственным, но все-таки…

Н.АСАДОВА – Ну, Сапармурат Ниязов вообще не успел назвать наследника, смерть его была достаточно внезапной.

В.ВЕНЕДИКТОВ – Подозрительно внезапной, сказал бы я. И несмотря на это, мы послали Сакена Аймурзаева на улицу, спросить москвичей и гостей столицы: «ну, слушайте, что вы про него знаете?»

С.АЙМУРЗАЕВ – Курбанкулы Бердымухамедов – такое имя даже выговорить моим собеседникам было не так уж просто, да еще и на морозе. Так что самым частым ответом на мой вопрос было «что вы сказали?» Тем не менее, такая экзотическая страна как Туркмения привлекает внимание наших прохожих. Конечно, исполняющему обязанности президента Туркмении далеко до славы своего покойного предшественника, но все же кое-то прохожие о Бердымухамедове рассказали. Например, предприниматель Александр считает, что предполагаемый глава среднеазиатского государства будет прогрессивней Сапармурата Ниязова.

ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬ АЛЕКСАНДР – Судя по тому, что он сходу решился отменить некоторые постулаты, которые ввел предыдущий президент, связанные с образованием и т.д., я думаю, что потихоньку будет прогресс. И балет вернется в республику, и т.д.

С.АЙМУРЗАЕВ – Менее обнадеживающий прогноз у Валерия, который сам родился в тех краях. Чтобы в Туркмении что-то изменить, считает мой собеседник, необходимо вмешательство заокеанских защитников демократии.

ВАЛЕРИЙ – А я сам из Средней Азии. Я знаю эту систему. Ничего не изменится. Будет что-то типа Афганистана. Пускай там разбираются американцы, там пускай порядок настраивают, такой, какой они считают правильным.

С.АЙМУРЗАЕВ – Николай просто не верит в то, что Бердымухамедов принесет что-то новое.

НИКОЛАЙ – С чего бы вдруг им там что-то сейчас менять, если правящий слой там сейчас все устраивало. Не верю.

С.АЙМУРЗАЕВ – Студент Георгий настроен более оптимистично. Он уверен, что новый человек в любом случае изменит прежние порядки.

ГЕОРГИЙ – Думаю, что что-нибудь изменится. Все-таки придет другой человек. Даже если он будет полностью следовать политике Туркменбаши. Но все-таки что-то изменится, потому что новый человек – это новое окружение какое-то, все-таки у него свои взгляды…

С.АЙМУРЗАЕВ – Формально Бердымухамедов, конечно же, преемником не является. Он лишь и.о. президента и один из кандидатов. Однако прохожий из Канады, пожелавший остаться неизвестным, уверен, что Бердымухаммедов возглавит Туркмению, иначе и быть не может.

РЕСПОНДЕНТ ИЗ КАНАДЫ – А потому что выборы там такие. 6 кандидатов, но будет один. Такие, как у вас. Тем более, он незаконный сын Туркменбаши. Я думаю, сперматозоид пошел в папочку. А вы рассчитываете на перемены в Туркмении? Сейчас нет, но постепенно, конечно, смягчится. Ситуация номинального идиотизма, который был при этом ублюдке, не будет. Не будет, потому что любая ублюдочная диктатура требует сильной личности, а Ниязов был сильной личностью.

С.АЙМУРЗАЕВ – Конечно, все познается в сравнении. Однако, пока что прохожим, которые говорили со мной о Туркмении и ее возможном лидере, сравнивать, собственно, нечего. Особенности режима покойного Ниязова помнят многие. Бердымухамедов в этом смысле пока не отличился.



В.ВЕНЕДИКТОВ – Да… вот у нас такое мнение улицы. Но удивительно, что люди немножечко знают про то, что там было. Там, например, когда были закрыты при Ниязове… кстати. Я не знаю, может быть, я опережаю твои пять фактов?

Н.АСАДОВА – Вы опережаете «пять фактов».

В.ВЕНЕДИКТОВ – Тогда не буду говорить.

Н.АСАДОВА – Вот давайте, наверное, все-таки послушаем «пять фактов»…

В.ВЕНЕДИКТОВ – Тогда перед этим… Да. Тогда перед этим… вот Алекс из Томска спрашивает: «Все-таки интересно, что случилось с сыном Туркменбаши?» Алекс, сын Туркменбаши, насколько я понимаю, в Москве.

Н.АСАДОВА – Да.

В.ВЕНЕДИКТОВ – Он жил в Москве, и семья его жила в Москве. Поэтому…И кстати, семья Ниязова, жена Ниязова, по-моему, тоже в Москве.

Н.АСАДОВА – Ну, жена Ниязова… они ведь живут с дочерью то в Вене, то в ОАЭ, то…

В.ВЕНЕДИКТОВ – Нормально.

Н.АСАДОВА – Да, то в Москве.

В.ВЕНЕДИКТОВ – Ну, в Москве тоже.

Н.АСАДОВА – А сын действительно живет в Москве.

В.ВЕНЕДИКТОВ – Не знаю, сейчас вернулся или нет?

Н.АСАДОВА – Причем у него очень плохие отношения с отцом всегда были.

В.ВЕНЕДИКТОВ – Вот об этом мы тоже поговорим, а мнение улицы – это всегда мифы, мифология. Поэтому в нашей передаче, в нашей передаче «48 минут» есть рубрика, которая называется «5 фактов». Это то, что удалось установить Наргиз Асадовой. «Пять фактов».



М.СТАРОСТИНА – Факт первый. Курбанкулы Бердымухамедов родился в 1957 году в провинции Ахал. Никаких упоминаний о его детстве найти не удалось. Известно лишь то, что он, также как и бывший президент Туркмении Сапармурат Ниязов, принадлежал к роду Текке, который на сегодняшний день является системообразующим в вертикали туркменской власти.

Факт второй. Высшее образование Курбанкулы получил в Туркменском Государственном Медицинском университете, где он выбрал профессию зубного врача. Его знакомые характеризуют его как специалиста средних способностей, безынициативного и тихого человека. Впрочем, во время правления Сапармурата Ниязова это не помешало Курбанкулы Бердымухамедову в 1995 году стать главврачом самого большого медицинского центра в столице Туркмении. В 1997 году он уже занимал пост министра здравоохранения и, по слухам, стал личным врачом Туркменбаши. А в 2001 году Сапармурат Ниязов подарил своему личному врачу еще один государственный пост – вице-премьера Туркмении. По инициативе великого Сезара в 2005 году Бердымухамедов провел медицинскую реформу. В одночасье были закрыты все сельские больницы и поликлиники в Тукмении. По мнению отца туркменского народа, за квалифицированной медицинской помощью граждане должны были обращаться в областные центры, а экстренную помощь могут оказать и солдаты срочной службы.

Факт третий. 21 декабря 2006 года внезапно умер пожизненный президент Туркмении Сапармурат Ниязов. Заключение о смерти Туркменбаши подписал его личный врач-стоматолог, Курбанкулы Бердымухамедов, установивший летальный исход в результате острой сердечной недостаточности. В соответствии с туркменской конституцией, исполняющим обязанности президента должен был стать спикер парламента Овезгельды Атаев, но на следующий же день после смерти Туркменбаши ему предъявили обвинение в попытке довести до самоубийства невесту своего сына и отстранили от власти. Исполняющим обязанности президента стал Курбанкулы Бердымухамедов, возглавивший комиссию по подготовке похорон Сапармурата Ниязова.

Факт четвертый. Как считают бывшие госчиновники Туркмении, бежавшие из страны от репрессий Туркменбаши, главным действующим лицом в переделе власти является вовсе не безвольный врач-стоматолог, а начальник личной охраны покойного президента Ахмурат Реджепов. Он контролирует все силовые структуры, именно в его руках все нити. Он как Коржаков при Ельцине. Реджепов себя выдвигать на первую роль не будет, он теневой игрок, считает экс-вице-премьер Туркмении Александр Додонов, бежавший из страны в 1990 году от угрозы ареста. Бердымухамедова же Реджепов выбрал по двум причинам: за его послушность и безынициативность, а также за его удивительное внешнее сходство с Сапармуратом Ниязовым. Ходили даже слухи, что Бердымухамедов – внебрачный сын Ниязова. Однако это вряд ли может быть правдой, поскольку в год рождения Бердымухамедова Туркменбаши было всего 17 лет, и он жил в детском доме.

Факт пятый. Так или иначе, мало кто сомневается, что в это воскресенье новым президентом Туркмении станет именно Курбанкулы Бердымухамедов. Косвенным подтверждением этого может служить и тот факт, что ради его участия в президентской гонке была изменена конституция страны, ранее запрещавшая человеку, занимающему пост вице-премьера и моложе 50 лет баллотироваться на пост президента Туркмении. В ходе предвыборной кампании Бердымухамедов уже пообещал восстановить десятилетнее среднее и пятилетнее высшее образование в Туркмении. Напомним, что Сапармурат Ниязов в свое время заменил 10-летнее образование в школе на 9-летнее, в результате чего туркменские школьники не могли продолжить образование в вузах стран СНГ. Кроме того, главный кандидат на пост президента Туркмении намерен привлекать в стану иностранных специалистов и поощрять обучение туркменских студентов за рубежом. Помимо обещаний, на этой неделе Бердымухамедов освободил из тюрем нескольких политзаключенных и принял решение о ликвидации самой страшной в Туркмении тюрьмы Овадан-Депе. Все это позволило туркменам осторожно говорить о начале политической оттепели.



В.ВЕНЕДИКТОВ – Вы слушаете «Эхо Москвы», это действительно программа «48 минут», Наргиз Асадова и я, Алексей Венедиктов, мы говорим о человеке, который, возможно, уже в это воскресенье – видите, мы опережаем события – будет избран президентом Туркменистана, страны, которая является, с моей точки зрения, сейчас ключевой страной для российской политики в Средней Азии. Вот и Вика нам написала, что «как может быть заслоном то, что похоже на сито», имея в виду наркозаслон. Так вот, весь вопрос Вика – Вы абсолютно правильно его поставили – что до сих пор это было не просто сито, а рядом с газопроводом, судя по всему, лежал наркопровод. А вот как будет делать новый президент, Бердымухамедов… хотя говорят, что генералы, кланы, они как раз за счет этого живут, за счет наркотраффика. Не знаю…

Н.АСАДОВА – Ну конечно, я думаю, что в этом смысле ничего не изменится, и заслона там никакого не будет от наркотиков, от трафика наркотика. Так что хорошо бы, чтобы там не был такой жесткий режим по отношению к гражданам. Хотя бы, хотя бы вот это бы изменилось.

В.ВЕНЕДИКТОВ – Ну вот что он начал делать? Что-то он начал делать, да? Он начал что-то делать – вот ты… что не вошло в «Пять фактов», что, наверное, стоило бы сказать?

Н.АСАДОВА – Вы знаете, практически… да ничего, я все вписала, что было.

В.ВЕНЕДИКТОВ – Все вытащила?

Н.АСАДОВА – Да, да, все вытащила. Просто он же еще не избран президентом. Поэтому он сейчас ездит и…

В.ВЕНЕДИКТОВ – Но будет. Ну Наргиз, ну ладно Вам!..

Н.АСАДОВА – Я имею в виду, что, конечно же, он будет. Конечно же, он будет, но другое дело, что у него нету еще полномочий, чтобы что-то прям так сильно менять в государстве. Когда он станет уже официально президентом, тогда, возможно, пойдут какие-то реформы… я надеюсь так. Но Вы знаете, из всех оппозиционеров беглых, с которых я разговаривала, мало кто из них оптимистично настроен, и считает, что, скорее всего, эволюционным путем нельзя решить проблемы в Туркмении, а только революция может помочь.

В.ВЕНЕДИКТОВ – Да. Вопросы у нас есть на наш экран.

Н.АСАДОВА – Да, вопрос есть от Мельникова Сергея из Москвы: «Огласите, пожалуйста, отчество Курбанкулы Бердымухамедова». Отчество у него не менее сложное, он Курбанкулы Меликгулыевич Бердымухамедов.

В.ВЕНЕДИКТОВ – Меликгулыевич. Ну кстати, вот а что ты скажешь, ты изучала, вот, по поводу этих слухов о том, что он внебрачный сын Ниязова? И действительно похож – вот, у нас на сайте есть фотография…

Н.АСАДОВА – Удивительно похож! Вы знаете, когда он стал и.о. президента, он сел перед экраном…

В.ВЕНЕДИКТОВ – И все содрогнулись!

Н.АСАДОВА – И сзади… сзади, да, сзади него был потрет…

В.ВЕНЕДИКТОВ – Портрет, да.

Н.АСАДОВА – …с черной лентой Ниязова, примерно тоже в 40 лет – вот, фотография 40-летнего Ниязова. И просто было удивительно. Такое было ощущение, что один человек.

В.ВЕНЕДИКТОВ – Значит, Людмила Евгеньевна пишет, что в слове «наркопровод» и «трубопровод» ударение должно быть на последнем слове. Ну, «наркопровод» — это только что я придумал…. Вот, но спасибо, Людмила Евгеньевна, тем не менее. Адольф нам пишет: «А вот, вы еще Сталина ругаете за дело врачей».

Н.АСАДОВА – А мы и Сталина ругаем, и Ниязова ругаем.

В.ВЕНЕДИКТОВ – Между прочим, я вам напомню, что нынешний кандидат в президенты был министром здравоохранения, и именно когда он был министром здравоохранения, вот эта реформа медицинского образования – это всем любителям тиранов я говорю – привела к тому, что… зачем тратить деньги? И так помрут. Здоровый человек выздоровеет, а немощный и так помрет.

Н.АСАДОВА – Да, помните, у нас…

В.ВЕНЕДИКТОВ – Просто ликвидировано все.

Н.АСАДОВА – Да. «Выздоравливают как мухи, как мухи выздоравливают».

В.ВЕНЕДИКТОВ – Как мухи выздоравливают – да, это действительно так. Ну, вернемся… хотел сказать, неправильно… вернемся в Туркменистан.

Н.АСАДОВА – Не дай Бог!

В.ВЕНЕДИКТОВ – Не дай Бог, да.

Н.АСАДОВА – Лучше вы к нам!

В.ВЕНЕДИКТОВ – Лучше вы, да. Один из лидеров оппозиции, Борис Шихмурадов – он бывший министр иностранных дел при Ниязове – вынужден был вернуться в Туркменистан, когда его семью всю взяли в заложники. Но его семья… он сидит в тюрьме, но этим самым он спас свою семью.

Н.АСАДОВА – Да, и его сын, Байрам Шихмурадов, сейчас, естественно, живет заграницей и дал нам интервью небольшое о Бердымухаммедове.

В.ВЕНЕДИКТОВ – Потому что тот был министром здравоохранения, а этот министром иностранных дел. Слушаем. Слушаем Байрама Шихмурадова.

Б.ШИХМУРАДОВ — Разумеется, он знает моего отца и я, в частности, вспоминаю один эпизод, когда однажды у Бориса Шихмурадова, у моего отца, случился сердечный приступ на работе и его госпитализировали в клинику, в больницу, главврачом которой был как раз Бердымухамедов. Ниязов был очень недоволен тем, что Шихмурадов несколько дней не выходил на работу, значит, будучи больным, и однажды Бердымухамедов пришел к отцу в палату и сказал: «Борис Оразович, вы знаете, Ниязов мне звонил, сказал, если вы не выйдете на работу завтра, то меня уволят. И вопреки возражениям родственников, и вот моей мамы в частности, он собрался, оделся и, не долечившись, вышел со следующего дня на работу, потом каждый день ездил в больницу, получал капельницу. То есть вот были такие отношения между людьми. Они знали прекрасно, что такое Ниязов, они не были, разумеется, все вместе дружно довольны тем, что происходит, но вот они работали и вот к чему все это привело в результате.



В.ВЕНЕДИКТОВ – Байрам Шихмурадов, сын Бориса Шихмурадова, бывшего министра иностранных дел, который сейчас сидит еще в тюрьме. Наргиз.

Н.АСАДОВА – Да, кстати говоря, я хотела сказать, что неизвестно, сидит ли он в тюрьме, или он уже, извините, погиб.

В.ВЕНЕДИКТОВ – А!

Н.АСАДОВА – Потому что родственники…

В.ВЕНЕДИКТОВ – Байрам…

Н.АСАДОВА – …не получают никаких сведений. И кроме того, Туркмения уже давным-давно отказалась от сотрудничества с «Красным крестом», соответственно, туда, в эти тюрьмы, не допускаются сотрудники «Красного креста», и никто ничего не знает, жив ли сейчас Борис Шихмурадов или нет.

В.ВЕНЕДИКТОВ – Вот знаешь, что очень важным мне кажется, Даниил задает вопрос… Даниил, отвечаю: не знаем, но узнаем. Он спрашивает: «А вы не в курсе, будет ли организовано голосование в посольствах Туркмении в Москве и в других городах, для граждан Туркмении, голосование на президентских выборах?». Узнаем, узнаем.

Н.АСАДОВА – Но я думаю, что даже если будет организовано, то на результаты это никак не повлияет.

В.ВЕНЕДИКТОВ – Тем не менее, вопрос правильный, на самом деле. И еще одна история, связанная с кандидатом в президенты Бердымухамедовым. Естественно, поскольку он был вице-премьером, он приезжал сюда, он, кстати, представлял страну на ноябрьском… вот сейчас, на ноябрьском саммите СНГ…

Н.АСАДОВА – Дело в том, что, насколько я знаю, Сапармурат Ниязов если куда и выезжал, то брал с собой практически всех своих министров, до кучи.

В.ВЕНЕДИКТОВ – Да. Ну вот здесь уже такая была история… я так понимаю, что его уже не было, Ниязова, когда был саммит СНГ. И тогда президенты с ним знакомились. И мы смотрим, депутат Государственной Думы Алексей Митрофанов тоже кое-что вызнал для нас специально о Курбанкулы Бердымухамедове.



С.МИТРОФАНОВ — Могу сказать, что это человек взвешенный, где-то, так сказать, мягкий, это человек мирной профессии, он медик и, в общем-то, совсем еще недавно, можно сказать 10-12 лет назад, практиковал, то есть занимался практической стоматологией. Человек осторожный и, естественно, хорошо понимающий различные бюрократические интриги, которые происходили и происходят в любом государстве, в том числе в Туркмении. Непросто было работать, конечно, под началом Туркменбаши. И поэтому это человек, который, по туркменским меркам, очень долго работал в системе. У него русская жена – по-моему, она из Перми или из Омска. Это тоже, кстати, характеризует его определенным образом – не будем говорить, как, но я думаю, что многие поймут. То есть фактически он многокультурный человек, потому что если русская жена, понятно, что человек автоматически находится в русской культуре и в русском менталитете одновременно с национальным авторитетом. Он ашхабадский житель, это тоже характерно, то есть он не из провинциальных городов, а из столицы, что, конечно, накладывает тоже определенный отпечаток и, я думаю, положительно с точки зрения руководителя государства, то есть не несет в себе провинциальных печатей, будем так говорить.



В.ВЕНЕДИКТОВ – Подходит время голосования. Я совершенно потрясен количеством проголосовавших в Интернете, ты знаешь. Чтобы до передачи, там, за 2 дня проголосовало свыше 1000 человек, о человеке, о котором ничего не известно – такого быть не может…

Н.АСАДОВА – Я думаю, что это все беженцы из Туркменистана.

В.ВЕНЕДИКТОВ – Может быть. Но тем не менее, на тот вопрос, который мы обычно задаем… на тот вопрос, который мы обычно задаем… мы задаем и здесь. Мы понимаем, что вы сейчас в довольно трудном положении…

Н.АСАДОВА – И мы все равно задаем наш традиционный вопрос…

В.ВЕНЕДИКТОВ – Мы злобно…

Н.АСАДОВА – …хотите ли вы, чтобы такой человек, с таким набором качеств, как Курбанкулы Бердымухамедов, правил Россией?

В.ВЕНЕДИКТОВ – Набор качеств. Мы рассматриваем этого человека как набор качеств. Набор функций, да?

Н.АСАДОВА – Да. Если вы считаете, что такой человек достоин того, чтобы управлять Россией, то ваш телефон 660-01-13. Если вы считаете, что нет, не достоин этот человек управлять Россией…

В.ВЕНЕДИКТОВ – Качества не подходят!

Н.АСАДОВА – Качества, да, не те. То ваш телефон 660-01-14.

В.ВЕНЕДИКТОВ – Можете голосовать. Голосование будет идти, если вы посмотрите на часы, две минуты. Голосование началось. Итак, вопрос в качествах человека, а наборе суммы функций. Президент – это всегда сумма функций. Конечно, личность тоже оказывает свое такое значение, влияние – не знаю, как сказать. Но я должен сказать, что, конечно, вот, интересно, насколько это совпадет с Интернетом, поэтому понятно, что наш вопрос схоластический, как всегда, но мы потом будем сравнивать наборы качеств между разными нашими героями.

Н.АСАДОВА – И будьте готовы к тому, чтобы после голосования позвонить к нам в студию и объяснить свою точку зрения.

В.ВЕНЕДИКТОВ – А я… или, или… давай мы с тобой решим… не после голосования, конечно, а уже после новостей, или мы попросим людей, живших в Туркменистане, при Ниязове переехавших, здесь… живущих сейчас здесь, звонить нам и говорить, вот, о том, что…

Н.АСАДОВА – А мы попросим и то, и то.

В.ВЕНЕДИКТОВ – А мы попросим и то, и то. Совершенно верно. Итак, у нас осталось еще где-то 30 секунд на голосование. Напомню, что в Москве сейчас 21 час и почти 29 минут. Вы слушаете эту программу, которую ведут Алексей Венедиктов и Наргиз Асадова. Голосование у нас закончилось, и вот его результаты.

Н.АСАДОВА – Да, я его нервно остановила, потому что сначала было соотношение такое, 80 процентов где-то говорили, что нет, не подходит, и остальные, там, 20 процентов говорили о том, что да, подходит. Но по мере хода голосования цифры начали меняться…

В.ВЕНЕДИКТОВ – Показалось, что хакерская атака.

Н.АСАДОВА – Да, и в итоге… в итоге, значит, результаты такие: 27,8 процента считают, что такой человек как Курбанкулы Бердымухамедов достоин того, чтобы управлять Россией, и 72,2 процента считают, что нет, не подходит он нам как правитель.

В.ВЕНЕДИКТОВ – Интернет оказался более жесток. 12 процентов считали, что подходит, 76 процентов – что не подходит, и 12 задумчиво почесывали себе репу. Итак, вы слушаете нашу программу, затем новости, затем еще несколько свидетелей, затем те, кто жил в Туркменистане, прежде всего, при Ниязове, что вы ожидаете. Ведь очень много беженцев. И мы поговорим об этом – почему, говорят наши гости, в том числе. Что вы ожидаете от прихода нового президента, что надо изменить в Туркменистане – звоните нам в прямой эфир.



НОВОСТИ



В.ВЕНЕДИКТОВ – Мы продолжаем нашу передачу. И конечно, когда фигура совсем непонятная – вот, в отличие, скажем, от других кандидатах в президенты – мы делали с тобой программу о Хилари Клинтон, да? Мы делали программу Саркази, Сигален Руаяль. Тогда поневоле смотришь просто на политику и на заявления кандидата. Он что-то сделал, он сделал какие-то жесты. Почему нужно было делать такие жесты? Вообще, мы ничего не знали о Туркменистане, мало что знали.

Н.АСАДОВА – Да, действительно. И тем не менее, наши слушатели проголосовали, и этих слушателей было очень много, как ни странно. Давайте теперь спросим, да, почему вы проголосовали за него, например, или против?

В.ВЕНЕДИКТОВ – Ну, да, например, те, кто считает, что человек с таким набором качеств, он нужен России, ваш телефон 783-90-25, те, кто считает, что человек с таким набором качеств не нужен России, 783-90-26. Вот такие у нас сейчас будут телефонные звонки. Буквально, я думаю, что мы примем, там, по одному звонку, потому что у нас есть еще люди, которые говорят уже о такой, политической составляющей, и мы будем просить звонить тех, кто знает об этом. Кто знает, да?

Н.АСАДОВА – Да, может быть, беженцы из Туркмении.

В.ВЕНЕДИКТОВ – Да, беженцы. Кстати, слово «беженцы» здесь не напрасно. Алло, здравствуйте, алло! Алло!

СЛУШАТЕЛЬ ТИМОФЕЙ – Алло!

Н.АСАДОВА – Алло, здравствуйте!

В.ВЕНЕДИКТОВ – Здравствуйте!

СЛУШАТЕЛЬ ТИМОФЕЙ – Это «Эхо Москвы»?

В.ВЕНЕДИКТОВ – Да, здравствуйте, как Вас зовут?

СЛУШАТЕЛЬ ТИМОФЕЙ – Тимофей.

В.ВЕНЕДИКТОВ – Тимофей, скажите, пожалуйста, почему Вы считаете, что подобный человек нужен России?

СЛУШАТЕЛЬ ТИМОФЕЙ – Я думаю, что этот человек обладает достаточным набором качеств, особенно такие, как хитрость. В азиатском мире это очень важная составляющая, потому что он смог выжить при режиме Сапармурата Ниязова.

В.ВЕНЕДИКТОВ – (смеется) Вы гениальный человек, Тимофей! Наргиз, что ты хотела…

Н.АСАДОВА – А может быть, он просто такой, бесхребетный, и никому не мешает?

В.ВЕНЕДИКТОВ – Неопасный, да.

Н.АСАДОВА – Неопасный, да, совершенно. И поэтому он выжил. Вы знаете, как всегда, при таких вот режимах выживают почему-то всегда самые слабые и незаметные.

СЛУШАТЕЛЬ ТИМОФЕЙ – Ну, может быть, он на самом деле, очень даже продумывает на этот счет. Мне кажется, он просто очень умный человек. Потому что лезть на рожон, когда тебя могут посадить в эту тюрьму ужасную, как вы, там, говорили, он закрыл… это ужасно. Тем более, что он сейчас, как только, ну, возможность… пошел открывать, что, вот, нужно, и завоевал доверие граждан. Тем, что начал делать…

В.ВЕНЕДИКТОВ – Правильно я понимаю, что это такой, Хрущев при Сталине?

СЛУШАТЕЛЬ ТИМОФЕЙ – Ну, можно сказать и так.

В.ВЕНЕДИКТОВ – Сравнение такое. Это, кстати, Наргиз подсказала.

Н.АСАДОВА – Спасибо.

В.ВЕНЕДИКТОВ – Вот. Спасибо большое, Тимофей. Вот такой набор качеств. В Азии – а мы, видимо, азиатская страна для Тимофея, нужны такие качества. Слушаем противоположную точку зрения. Алло, здравствуйте, алло!

СЛУШАТЕЛЬНИЦА ГЮЗЕЛЬ – Алло, здравствуйте!

Н.АСАДОВА – Алло, здравствуйте.

В.ВЕНЕДИКТОВ – Здравствуйте, как Вас зовут? Алло, приглушите радио, пожалуйста, и говорите, да, в телефонной трубке.

СЛУШАТЕЛЬНИЦА ГЮЗЕЛЬ – Да, да, да.

В.ВЕНЕДИКТОВ – Как Вас зовут?

СЛУШАТЕЛЬНИЦА ГЮЗЕЛЬ – Меня зовут Гюзель.

Н.АСАДОВА – Здравствуйте.

В.ВЕНЕДИКТОВ – Гюзель. Вы оттуда? По имени…

СЛУШАТЕЛЬНИЦА ГЮЗЕЛЬ – Да, я туркменка.

В.ВЕНЕДИКТОВ – Туркменка. Почему Вы считаете… тем более, Вам и карты в руки. Почему Вы считаете, что человек с подобным набором качеств будет для России не нужен?

СЛУШАТЕЛЬНИЦА ГЮЗЕЛЬ – Ну, во-первых, хотя бы, элементарно потому, что у человека недостаточно образования для этого.

В.ВЕНЕДИКТОВ – Так.

Н.АСАДОВА – Почему? Он даже кандидат медицинских наук, насколько я знаю.

СЛУШАТЕЛЬНИЦА ГЮЗЕЛЬ – (смеется) Ну, понимаете ли, для того, чтобы быть президентом, я думаю, что недостаточно иметь образование медика.

Н.АСАДОВА – А почему? Ну смотрите, он будет заботиться о людях. Вообще-то, медики – это такие люди, которые дают клятву Гиппократа. Они, Вы знаете, очень гуманные люди обычно.

СЛУШАТЕЛЬНИЦА ГЮЗЕЛЬ – Ну, я по отношению к людям, которые работали в правительстве Туркменбаши, скажем так, независимо от того, медики они, или нет, я бы… ну, осторожно бы говорила по поводу того, давали ли они клятву Гиппократа и способны ли они заботиться о людях.

Н.АСАДОВА – Т.е. Вы против… выступаете против всех… против любого продукта, так скажем, эпохи Туркменбаши.

СЛУШАТЕЛЬНИЦА ГЮЗЕЛЬ – Да, можно сказать, что так.

Н.АСАДОВА – Но других-то нет!

В.ВЕНЕДИКТОВ – А где же взять других-то, действительно, Гюзель?

СЛУШАТЕЛЬНИЦА ГЮЗЕЛЬ – Других нет. Я сторонница того, что нужно привлекать силы извне, действительно, привлекать специалистов извне…

В.ВЕНЕДИКТОВ – Т.е. диаспора, да, Гюзель?

СЛУШАТЕЛЬНИЦА ГЮЗЕЛЬ – Что?

В.ВЕНЕДИКТОВ – Диаспора туркменская, в других странах?

СЛУШАТЕЛЬНИЦА ГЮЗЕЛЬ – Да, да.

В.ВЕНЕДИКТОВ – Ну, мало ли кто… вот скажите, пожалуйста, там жизнь тяжелая, кто же захочет туда поехать?

СЛУШАТЕЛЬНИЦА ГЮЗЕЛЬ – Ну, Вы знаете, существуют, наверное, программы. Можно дать людям какие-то гарантии, чтобы люди могли вернуться.

В.ВЕНЕДИКТОВ – Так гарантии-то даст именно он, будущий президент.

Н.АСАДОВА – Да, кстати, он обещал это.

В.ВЕНЕДИКТОВ – А Вы поверите ему? Вы, вот… если он даст гарантии тем, кто уехал, бежал, вот, как Вы думаете, люди поверят, вернутся на Родину вкладывать свой ум, свои таланты, руки?

СЛУШАТЕЛЬНИЦА ГЮЗЕЛЬ – Ну, гарантии, понимаете ли, как, гарантии – не просто голословные гарантии, они должны поддерживаться возможностью людей приезжать-уезжать и… ну, чтобы юридически как-то эти гарантии бы поддерживались, не голословно, естественно.

В.ВЕНЕДИКТОВ – Понятно.

Н.АСАДОВА – Гюзель, скажите, пожалуйста, а вот из оппозиционеров, которые бежали из Туркмении, Вы бы кого поддержали? Есть там какие-то люди, которые достойны быть президентом Туркмении?

СЛУШАТЕЛЬНИЦА ГЮЗЕЛЬ – Ну, мое личное мнение – я считаю, что есть люди такие. Их достаточно много…

Н.АСАДОВА – Вы можете назвать хотя бы кого-нибудь?

СЛУШАТЕЛЬНИЦА ГЮЗЕЛЬ – Ну, хотя бы Нурмухаммед Ханамов.

В.ВЕНЕДИКТОВ – Я даже не знаю, кто это, честно говоря.

Н.АСАДОВА – Это кто?

В.ВЕНЕДИКТОВ – А кто он был? Простите, Гюзель, просветите.

СЛУШАТЕЛЬНИЦА ГЮЗЕЛЬ – Последняя его должность, насколько мне известно, он был посол Туркменистана в Турции.

В.ВЕНЕДИКТОВ – А! Мы запомним это имя! Спасибо большое, Гюзель!

Н.АСАДОВА – Спасибо!

В.ВЕНЕДИКТОВ – Спасибо, мы запомним это имя. Бывший ашхабадец Евгений пишет, что Бердымухамедов и грохнул Ниязова, на самом деле. Конечно, он же его и грохнул, пишет он.

Н.АСАДОВА – Мне кажется, что скорее это сделал его начальник охраны.

В.ВЕНЕДИКТОВ – Реджепов – вот это Реджепов…

Н.АСАДОВА – Конечно, да, Реджепов.

В.ВЕНЕДИКТОВ – Если уж сделал…

Н.АСАДОВА – А кстати говоря, здесь еще, вот, Слава из Питера нас спрашивает, а что же со счетами Ниязова в «Дойчебанке»? Действительно, большинство своих счетов Ниязов держал в «Дойчебанке», это была многомиллионные и многомиллиардные счета. Вот, я честно говоря, не знаю, что конкретно…

В.ВЕНЕДИКТОВ – Банк отказался комментировать…

Н.АСАДОВА – Банк отказался комментировать. Я думаю, что когда будет уже проведены выборы, и, как бы, эти счета будут действовать. Но вот что интересно – то, что сразу после смерти Туркменбаши его личный казначей Александр Жадан, который был замуправделами аппарата президента, он исчез, бесследно исчез.

В.ВЕНЕДИКТОВ – Ниязовский?

Н.АСАДОВА – Да, Ниязовский. Т.е. 20 лет… ну, в общем, бессменно просто входил в число самых близких к нему людей и управлял его всеми финансовыми потоками. Т.е., ну, контролировал, по крайней мере. Так вот, он исчез, и также все важные документы государственные вместе с ним также исчезли.

В.ВЕНЕДИКТОВ – Наши спрашивают слушатели, приславшие sms-ку, какие плюсы для России. А вот об этом, вернее, о России и Туркменистане при Ниязове, а дальше делать вы будете сами выводы, нам рассказал Леонид Комаровский, да, который работал и работает в Туркменистане.

Н.АСАДОВА – Да, он журналист, он русский человек, но жил в Туркменистане довольно долго. Но сейчас, естественно, уехал оттуда.

Л.КОМАРОВСКИЙ — О нем известно довольно мало, поскольку как любой политик, который находился рядом с Туркменбаши, он всегда находился в тени, и вся структура туркменской власти была ориентирована на то, чтобы кроме Туркменбаши и кроме президента Ниязова, чтобы никто никогда ничего не знал. Более того, если вы когда-нибудь видели туркменское телевидение, то вы могли бы убедиться: когда там происходят какие-либо заседания какого-нибудь Совета или какого-нибудь правительства туркменского, когда они происходили при Туркменбаши, показывали только его крупным планом в окружении цветов и с перстнями со всякими, блескучими штучками на руках, а вся остальная публика стояла, склонив головы — причем, стояла, что характерно, как правило, а не сидела — и чего-то записывала в блокноты. Их в народе даже называли стенографистами, потому что они фактически стенографировали каждое слово из тех бесценных указаний, которые давал им президент Ниязов. Но лиц этих людей практически видно не было и они, вообще, все оставались на заднем плане, каким-то фоном шли к его величественной фигуре. И мало, кто чего о них знал.

Ну, про него знали, что зубной врач, знали, что стоматолог, знали, что кандидат наук, что в Москве защищался, и что является личным зубным врачом Туркменбаши. Я совершенно уверен, что будущий туркменский президент Курбанкулы Бердымухамедов– фигура абсолютно несамостоятельная. Также как и Ниязов, он не пользуется поддержкой населения, но в отличие от Ниязова, наверняка, не сможет держать народ в страхе по именно «ниязовским» рецептам. Фактически он никто, понимаете. Он никто. Это своеобразный человек ниоткуда, а значит, у него теперь есть не так много возможностей для маневра. Я лично вижу две таких возможностей, только две.

Первая – это стать куклой в руках кукловода, а кукловодом в этой ситуации явно является генерал Ахмурад Реджепов, начальник ниязовской охраны. Он выпускник высшей школы КГБ СССР, человек, который командует единственным боеспособным подразделением туркменских силовых структур, это охрана президента. И вот такая ситуация позволит на некоторое время несомненно удержать власть, идя по пути дальнейшего запугивания населения, жесточайшего контроля за любыми действиями всякого человека, удержание людей в голоде, в безработице, в наркозависимости и прочих радостях правления Туркменбаши. Скорее всего, еще год-другой такой режим может продержаться, причем, что характерно, продержится он, несомненно, с помощью России. Потому как Россия заинтересована в так называемой стабильности в Туркменистане. Ратуя за стабильность, российские граждане-начальники имеют в виду, конечно же, стабильное получение барышей от продажи и перепродажи, и транспортировки туркменского газа. Это происходит много лет подряд. Это происходило раньше, когда рассчитывались за туркменский газ половину деньгами, а половину – продукцией из России, продукцией российских предприятий. Коэффициент поставки этой продукции в ряде случаев был 1 к 7. То, что в России стоило 1 доллар, в Туркмении учитывалось за 7. Куда попадали остальные 6 долларов, я думаю, вы с первого раза сами догадаетесь. Поэтому все были заинтересованы в том, чтобы сидел Ниязов, чтобы там был абсолютный геноцид в отношении народа. Ваше правительство в лице господина Путина предало абсолютно точно 105 тыс. человек с российскими паспортами, которые там жили. Я думаю, что вы вряд ли эту информацию дадите в эфир, потому что все-таки в Москве находитесь, в отличие то меня. Полагаю, что вам вряд захочется это все обнародовать, еще в таком крайне ярком изложении, можно сказать. Но это было абсолютное предательство, именно так его расценили люди, которые там живут. Фактически Путин в апреле 2003 года поменял 105 тыс. российских граждан на прибыли от туркменского газа. Именно так это выглядело: сделка «газ – люди». И людей, особенно с российскими паспортами, там просто гноили, постоянно, при Ниязове. Я это видел своими собственными глазами.

Вторая такая, чисто гипотетическая. Если вдруг, став президентом, он начнет серьезные демократические преобразования. Ну, например, выпустит из тюрем политзаключенных, которых в стране насчитывается не менее 1000 человек, а скорее всего, значительно больше. Создаст демократические институты власти, которых в Туркменистане никогда не было, создаст условия для возвращения в страну специалистов, которые разбежались при Ниязове, и с их помощью начнет исправление чудовищных совершенно перекосов в экономике страны. Но и понятно, начнет возрождать культуру, образование, медицину, науку… науки, которые… все это было при Ниязове фактически уничтожено. Вот два таких пути, которые я вижу, третьего нет.

В.ВЕНЕДИКТОВ – Я вот хочу обратиться к нашим слушателям. Скажите, пожалуйста, вот если кто-то жил, я повторяю, в Туркменистане, является туркменами или туркменскими гражданами, бывшими российскими гражданами в Туркменистане, я призываю вас звонить по нашим телефонам – 783-90-25, 783-90-26, и сказать, правда ли то, что говорил Комаровский. Потому что, конечно, история такая… не припомню я в ХХ веке, во второй половине, такой истории, скажем так. Что, Наргиз?

Н.АСАДОВА – Какой истории? То, что российских граждан какой-то стране…

В.ВЕНЕДИКТОВ – Российских граждан, своих граждан – понимаете? Не каких-то…

Н.АСАДОВА – С российскими паспортами, да.

В.ВЕНЕДИКТОВ – Да, да, да. Но я такой истории не припомню, да. Поэтому, вот, важно, что, вот, вы свидетели, что называется, вы там были, вы такие были. Не то, что мы читали в газетах – я все это читал, по телевидению я все это видел. Читал… не в российских газетах я все это читал, надо признаться.

Н.АСАДОВА – Да уж.

В.ВЕНЕДИКТОВ – Да. Ну, в некоторых российских читал. Тем не менее, такая история. И должен ли тогда он вернуть право на двойное гражданство, вернуть российским гражданам собственность, отобранную кстати?

Н.АСАДОВА – И самое главное – то, что, понимаете, в чем дело, вот Туркменбаши отменил, вот… он, вернее, запретил принимать на работу людей с иностранным… которые закончили иностранные вузы. А Россия таковой является.

В.ВЕНЕДИКТОВ – Для него, да.

Н.АСАДОВА – Да. Т.е., вот, представляете, люди, которые закончили МГУ, не могут, по определению, найти работу в Туркмении. И кстати говоря…

В.ВЕНЕДИКТОВ – Это же не то, что иностранцы.

Н.АСАДОВА – Да. Вот…

В.ВЕНЕДИКТОВ – А свои граждане могут с дипломом МГУ, туркменские граждане?

Н.АСАДОВА – Нет.

В.ВЕНЕДИКТОВ – Тоже нет.

Н.АСАДОВА – Иностранные дипломы не признаются в Туркмении.

В.ВЕНЕДИКТОВ – А, иностранные вообще, да. А иностранные дипломы – все российские дипломы, бывшие советские, попали, да, туда?

Н.АСАДОВА – Да.

В.ВЕНЕДИКТОВ – Да. Фантастический мир. Тем не менее… да. Да, говори.

Н.АСАДОВА – Более того, ну я это уже упоминала в пяти фактах, но важно-то отметить, что 9-летнее образование было в Туркмении благодаря Туркменбаши, что запрещало… ну, т.е. делало невозможным туркменским школьникам поступать в вузы соседних стран, там, соседних республик. Потому что, естественно…

В.ВЕНЕДИКТОВ – Зазеркалье тут, Алиса какая-то…

Н.АСАДОВА – Потому что везде, естественно, принимают в вузы детей, которые закончили 10-летку.

В.ВЕНЕДИКТОВ – Давай послушаем свидетелей – это то, что мы знаем, так сказать, из литературы, из наших разговоров…

Н.АСАДОВА – Конечно, конечно, если есть звонки, давайте послушаем, конечно.

В.ВЕНЕДИКТОВ – Да, есть звонки, и это, кстати, это разговоры, в том числе, наши с политиками, в том числе российскими, которые это подтверждали, но все-таки есть люди, которые через это прошли. Я даже сейчас не делю номера телефонов, потому что времени не очень много… первый звонок принимаю. Алло, здравствуйте!

СЛУШАТЕЛЬ – Алло!

В.ВЕНЕДИКТОВ – Здравствуйте, как Вас зовут?

СЛУШАТЕЛЬ – Скинхед, вперед!

В.ВЕНЕДИКТОВ – Нет, назад, назад, назад. Умер уже, умер уже, умер, застрелился просто. Алло, здравствуйте, алло!

СЛУШАТЕЛЬ СЕРГЕЙ – Алло, здравствуйте!

В.ВЕНЕДИКТОВ – Алло, как Вас зовут?

СЛУШАТЕЛЬ СЕРГЕЙ – Сергей меня зовут.

В.ВЕНЕДИКТОВ – Сергей, приглушите радио, пожалуйста?

СЛУШАТЕЛЬ СЕРГЕЙ – Да, уже сделал.

В.ВЕНЕДИКТОВ – Какое отношение Вы имеете к Туркменистану?

СЛУШАТЕЛЬ СЕРГЕЙ – Вы знаете, я никакого отношения не имею, просто, вот, мой брат, буквально, вот, год назад оттуда переехал в Соединенные Штаты Америки.

В.ВЕНЕДИКТОВ – Ну так Вы говорите, никакого отношения не имеете! Это же Ваш брат! Почему, почему? Да.

СЛУШАТЕЛЬ СЕРГЕЙ – Да. Ну, я просто хотел Вам…

В.ВЕНЕДИКТОВ – Говорите, говорите.

СЛУШАТЕЛЬ СЕРГЕЙ – Да, хотел Вам сказать о том, что совершенно случайно человек выиграл «гринкард» по, значит, лотерее.

В.ВЕНЕДИКТОВ – Да.

СЛУШАТЕЛЬ СЕРГЕЙ – Вот, и приехал в Москву, значит, с вопросом о том, вот как вы считаете, стоит мне ехать туда или нет? И когда мы начали расспрашивать, какова там жизнь вообще, то там не просто, как вот, сказал предыдущий человек, что гноили людей с российским гражданством. Там было еще хуже, понимаете, т.е. людям вообще не давали никакой возможности жить.

Н.АСАДОВА – А в чем это выражалось?

В.ВЕНЕДИКТОВ – Что брат рассказывал?

СЛУШАТЕЛЬ СЕРГЕЙ – Это выражалось в отсутствии свобод полностью. Т.е. человек не мог устроиться на работу, человек не мог ничего купить, человек не мог ничего продать. Т.е. они не могли учиться, соответственно, действительно, уровень знаний в школах давался такой, что они не могли… даже при переезде в Россию дети не могли, там, скажем, в 8 классе успеть за российской программой школьной.

В.ВЕНЕДИКТОВ – А, понятно. Спасибо большое, Сергей!

Н.АСАДОВА – Спасибо!

В.ВЕНЕДИКТОВ – И в следующий раз не говорите, что Вы не имеете никакого отношения. Брат приехал – это же прямое отношение, да? Собственно говоря, следующий телефонный звонок. Алло, здравствуйте, алло! Алло!

СЛУШАТЕЛЬ КОНСТАНТИН – Алло, здравствуйте!

Н.АСАДОВА – Здравствуйте!

В.ВЕНЕДИКТОВ – Здравствуйте! Как Вас зовут?

СЛУШАТЕЛЬ КОНСТАНТИН – Меня зовут Константин. Я приехал оттуда буквально в прошлом году.

В.ВЕНЕДИКТОВ – А почему Вы переехали, Константин?

СЛУШАТЕЛЬ КОНСТАНТИН – Мне пришлось. Так как я являюсь русскоязычным.

В.ВЕНЕДИКТОВ – Так. А почему Вы, как русскоязычный, переехали? Там что, Вы не могли просто ничего найти или наоборот?

СЛУШАТЕЛЬ КОНСТАНТИН – Ну, Вы знаете, мне 25 лет, я родился там, вырос там, до 25 лет т.е. жил там, отслужил в армии. И вот, предыдущий, кто выступал по телефону, я полностью подписываюсь под его словами.

Н.АСАДОВА – Почему Вы не могли там учиться, почему Вы не могли найти там работу?

СЛУШАТЕЛЬ КОНСТАНТИН – Потому что я являлся русским, и не знал язык.

Н.АСАДОВА – А, т.е. там необходимо знание туркменского языка?

СЛУШАТЕЛЬ КОНСТАНТИН – Абсолютно, абсолютно необходимо.

Н.АСАДОВА – А почему Вы не учили туркменский язык, если Вы там родились и жили?

В.ВЕНЕДИКТОВ – И в армии служили Вы там на каком языке?

СЛУШАТЕЛЬ КОНСТАНТИН – Нет, почему, я его как-то учил, но все равно, уровень знания этого языка мне не позволял, как бы, ни поступить в высшее учебное заведение, ни найти работу более-менее подходящую. Единственное, что… кем может работать русскоязычный человек, это или грузчик, или уборщик, или… ну, обслуживающий персонал.

Н.АСАДОВА – Понятно. А если у этого человека есть, скажем, какой-то диплом о хорошем образовании, я не знаю, он специалистом является в какой-то области?

СЛУШАТЕЛЬ КОНСТАНТИН – Ну, там, знаете, как… так как я молодой, совсем недавно пытался поступать, в свое время, там, как бы, надеясь на чудо. Но я могу сказать то, что абсолютно официально было Ниязовым запрещено в вузах, как бы, ставить неудовлетворительные оценки.

В.ВЕНЕДИКТОВ – А! Ну да, чтобы была всеобщая грамотность. Константин, скажите, пожалуйста, а вот Вы служили в туркменской армии?

СЛУШАТЕЛЬ КОНСТАНТИН – Да, да, да, я служил в туркменской армии.

В.ВЕНЕДИКТОВ – А там офицеры на каком языке отдавали приказы? Какие там офицеры были?

СЛУШАТЕЛЬ КОНСТАНТИН – Исключительно на туркменском.

В.ВЕНЕДИКТОВ – А, т.е. там уже туркменский язык в армии, да, — это железно?

СЛУШАТЕЛЬ КОНСТАНТИН – Да, русский язык запрещен абсолютно.

Н.АСАДОВА – Константин, скажите, а вот нам Ирина пишет: «При Ниязове практически не доходили письма из России». Это правда?

СЛУШАТЕЛЬ КОНСТАНТИН – Ну… нам доходили, но не все, так сказать.

В.ВЕНЕДИКТОВ – Понятно.

СЛУШАТЕЛЬ КОНСТАНТИН – Очень редко. Но доходили, да.

Н.АСАДОВА – Спасибо!

В.ВЕНЕДИКТОВ – Спасибо большое, Константин, очень важное свидетельство. Вот просто молодой парень, 25 лет, отслужил туркменскую армию, по идее, да? Вот, принес присягу государству, принес присягу армии – не может найти работу. Ольга из Казани пишет нам: «Мои близкие родственники – татары, родившиеся в Туркмении, выехали все, от детей до престарелых, бежали от Туркменбаши. Не только русским, и татарам невозможно было жить при нем». Ну, речь идет – не туркменам, в данном случае, да?

Н.АСАДОВА – Да.

В.ВЕНЕДИКТОВ – 783-90-25 и 783-90-26. Алло, здравствуйте, алло!

СЛУШАТЕЛЬ ДМИТРИЙ – Алло, здравствуйте, это Дмитрий из Санкт-Петербурга.

Н.АСАДОВА – Здравствуйте!

В.ВЕНЕДИКТОВ – Да, Дмитрий, пожалуйста!

СЛУШАТЕЛЬ ДМИТРИЙ – Значит, я сам в Туркмении не был, но дважды был работодателем для тех людей, которые оттуда убежали.

В.ВЕНЕДИКТОВ – Которые… Дмитрий, Дмитрий, секундочку! Дмитрий! Дмитрий!

СЛУШАТЕЛЬ ДМИТРИЙ – Женщина, русская… с небольшим лет… это просто катастрофа – то, что она рассказывает. Даже работа уборщицей ей там не светила. Она, правда, не из Ашхабада, а из какого-то такого, провинциального городишки была. Вот, и прибежала сюда в Петербург к каким-то родственникам, жила, там, снимает комнату – ну, в общем, ее как-то немножко обустроили. А второй человек – это тоже был татарин. Значит, он был какой-то там бизнесмен – что-то в сфере фармакологии. И как только он построил какой-то… ну, что-то типа таможенного терминала для лекарств, моментально пришли… ну, скажем так, сотрудники тамошней госбезопасности, и сказали: «Ну, либо ты отдаешь, либо мы твоему ребенку, ну, для начала, ломаем ноги». И человек бросил все, там – ну, там счет идет на сотни тысяч долларов, ну, потери его. Значит, ему пришлось моментально подниматься, и вот, он тоже прибежал в Петербург. Ну, это совершенно случайно, потому что это два независимых человека, это просто так совпало, что, вот, я дважды был для них работодателем.

В.ВЕНЕДИКТОВ – Мой вопрос вот в чем, Дмитрий. Потому что говорят, что, вот, люди приезжают на заработки, и деньги отсылают туда. Т.е. это люди, которые уже бежали в…

СЛУШАТЕЛЬ ДМИТРИЙ – Нет, нет, нет, нет, там все сразу – с семьями, капитально и безвозвратно. Т.е. речь идет о том, что в этот ад они не были готовы окунуться ни при каких обстоятельствах. И вот этот мужчина, татарин – я даже забыл, как его зовут, честно говоря – он рассказывал о фантастической коррупции. Т.е. продавалась, вообще, там, любая должность, от постового милиционера до, ну, не знаю, там, министров, возможно. Причем все знали, что они туда приходят на полгода, ну, максимум, на год – Ниязов, как Вы помните, довольно часто менял свой кадровый состав там.

В.ВЕНЕДИКТОВ – Да, да, да.

СЛУШАТЕЛЬ ДМИТРИЙ – Вот, и за это время надо было, значит, отбить ту взятку, которую они, там, кому-то давали – вот, не знаю, там, Ниязову самому или, там, приближенным его…

В.ВЕНЕДИКТОВ – Ну да.

СЛУШАТЕЛЬ ДМИТРИЙ – Вот, и еще что-то успеть нажить про запас. Потому что все понимали, что долго они там просидеть не смогут, ни на какой должности. Вот, и надо было как можно быстрее набить карманы.

Н.АСАДОВА – Спасибо.

В.ВЕНЕДИКТОВ – Понял. Дмитрий, спасибо большое! И «Дойчебанк», да. Ну вот, на самом деле, мы поставили непосильную с тобой задачу для Николая Троицкого, который, там, очнулся от нашего предыдущего неизвестного лидера. Коля Троицкий написал портрет… сейчас я прочитаю… Курбанкулы Бердымухамедов…

Н.АСАДОВА – Наконец-то оригинал в нашей галерее портретной.

В.ВЕНЕДИКТОВ – Да. Николай Троицкий.

Н.ТРОИЦКИЙ — Курбанкулы Бердымухамедов. Легче выговорить и запомнить эти слова, чем понять, какой человек за ними скрывается. Думаю, даже в Туркменистане никто не ведает, что собой представляет этот чертик из табакерки, этот труженик бормашины, что внезапно пророс на пустынном политическом поле, хорошо пропаханном и процеженном матерым мастером зачистки и прополки, покойным Туркменбаши. На сегодня Бердымухамедов – полный карт-бланш, табула раса, чистый холст, на котором не разглядишь ни намека на силуэт. Пытаться изображать его сегодня, хоть анфас, хоть в профиль, все равно, что писать портрет Хрущева в марте 1953 или портрет Сталина в январе 1924 года. Даже труднее, так как те товарищи хоть как-то успели себя проявить и уже входили в высшее руководство страны. Остается предполагать и угадывать перспективы. Перед доктором Бердымухамедовым расстилается три пути. Он может устроить такой кровавый режим, что времена Ниязова покажутся вегетарианскими: развернуть репрессии, истребить правительство, пытать, расстреливать и четвертовать всех, кто умеет читать и писать. Переселить в пески Каракумов всех жителей Ашхабада. И никто не в силах ему помешать. Свой народ ко всему привык. А остальному миру надо одно: лишь бы газ по трубам шел своим чередом из суверенного Турменистана. Да не верится в такой вариант. Никому не дано превзойти великого Туркменбаши, невозможно переиродить Ирода. Преемник может, наоборот, устроить такой разгул демократии! Надавать своим подданным столько свобод, что будут, косясь, постараниваться все окрестные государства. Но и в это не верится. Из каких источников и составных частей слепить демократию в Средней Азии? И кому она там нужна? Так что, скорее всего, пойдет наш герой, Туркменбаши II, по проторенной третьей дороге: соорудит конструкцию Назарбаевско-Каримовского типа. По бокам партийно-парламентские декорации для отвода глаз, а в середине несменяемый вождь. И тем более авторитарный, чем менее авторитетный. Банальная история, но без уникальности не обошлось. У личных врачей отцов нации разная случалась судьба. Шли в парламент, в изгнание, на эшафот. В наследники к диктатору не пробивался еще ни один.

В.ВЕНЕДИКТОВ – Это был «Портрет» Николая Троицкого.

Н.АСАДОВА – Да, и вот, самый главный там вопрос, который сейчас стоит перед туркменами и перед всем миром – это где вот эта точка кипения у народа, когда дальше уже нельзя. И я, в связи с этим, могу сказать, что Бердымухамедов должен будет делать какие-то либеральные реформы, т.е. он вынужден будет это сделать, потому что как нам сказали просто все люди, все беженцы из Туркмении, с которыми мы беседовали, просто уже почти конец, да, т.е. уже будет революция, уже дальше некуда зажимать уже туркменский народ. Но посмотрим, что будет.

В.ВЕНЕДИКТОВ – Посмотрим. И напомним, что в это воскресенье – президентские выборы в Туркменистане.



* «Движение Талибан» - террористическая организация, запрещённая в России.


Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире