'Вопросы к интервью
28 октября 2004
Z Интервью Все выпуски

премьера спектакля «Секреты балета» в Большом театре


Время выхода в эфир: 28 октября 2004, 16:08

А. ВОРОБЬЕВ – Добрый день, наконец без политики, Ролан Пети, балетмейстер, в гостях в нашей студии, премьера спектакля «Секреты балета» в Большом театре, такова официальная тема беседы. Господин Пети, я с удовольствием приветствую вас в этой студии. В одном из интервью последних вы назвали Россию страной танца.

Р. ПЕТИ – Конечно, это абсолютно очевидно, если вы посмотрите везде, во всем мире, то в России, конечно, это центр танца, абсолютно. Конечно, я ребенком еще учился в Опера в Париже, там я обучался танцу, но искусство танца, конечно, я воспринял благодаря русским педагогам, изумительным, благодаря моим потрясающим друзьям-артистам русским, таким людям, как Ларионов, Гончарова, которых я тоже знал очень хорошо. Когда я приехал сюда, я встретился здесь с такими людьми, как Лиля Брик, потому что ставил балет по Маяковскому на его такие прекрасные стихи. Хочется сказать, что в этом смысле, можно сказать, что я даже в своей профессии в какой-то степени являюсь русским, даже, может быть, в большой степени.

А. ВОРОБЬЕВ – Испытываете ли вы в связи с этим какое-то волнение перед премьерой?

Р. ПЕТИ – Вы знаете, мне даже некогда испытывать это волнение, потому что Катя, которая переводит, она столько мне здесь работы напридумывала, что я просто как раб, я оттуда сюда бегу и обратно, надо сделать это, это и это, у меня времени просто нет.

А. ВОРОБЬЕВ – Почувствуйте себя свободным в нашей студии.

Р. ПЕТИ – Хорошо.

А. ВОРОБЬЕВ – Весьма любопытная история, я готовился к этому интервью, с большим удовольствием узнал о том, как был придуман этот спектакль. Расскажите эту историю еще раз, пожалуйста, я понимаю, что бедная Катя уже 10 раз переводился вашу позицию.

Р. ПЕТИ – Я был в Токио, я знал Мориса Гурдо-Монтаня, который был послом Французской республики в Токио. Сейчас он советник в делах политики господина Ширака, президента республики Франция. Гурдо-Монтань – это замечательный человек, умный, который умеет слушать. И мы как-то с ним решили выпить по стаканчику в Токио, когда он был еще послом, и он мне сказал – вы так рано начали в своей профессии, а как вы со всеми познакомились? И я начал ему рассказывать. Где-то минут через 15, наверное, он сказал – а это все надо сделать на сцене. И потрясающе, я сказал, а мне вообще так скучно не выходить на сцену, я давно уже на сцену не выходил, я подумал – прекрасно, выйду на сцену, танцевать не буду, буду рассказывать. Как на репетиции с танцовщиками, когда я как хореограф, я говорю – ты понимаешь, ты делаешь это, это, надо так, подумай о ногах и т.д. И здесь я буду делать то же самое, буду выходить на сцену, буду рассказывать – было так, так. И танцовщики будут потом выходить и танцевать. И это была прекрасная мысль, я очень счастлив, что я могу вернуться на сцену.

А. ВОРОБЬЕВ – Итак, историю вашей жизни фактически будут показывать великолепные артисты.

Р. ПЕТИ – Да, спектакль идет 2 часа 45 минут, еще антракт учтите, очень-очень долгий. Но если бы я вообще все стал рассказывать, наверное, 10 часов бы потребовалось, в 2 часа 45 минут мы бы не уложились.

А. ВОРОБЬЕВ – Либо вся жизнь.

Р. ПЕТИ – Конечно, потому что жизнь, во-первых, долгая, долгая жизнь. Кроме того, я встречался с людьми изумительными, во всех областях, даже, к сожалению, когда я приехал в Нью-Йорк однажды, приехал я в Нью-Йорк, сел в метро и стал смотреть какие-то рисунки в метро. Что это такое, говорят, какой-то мальчик рисует в метро, я говорю, а как его зовут? Его зовут Китеринг. Да, я сказал, а где можно его увидеть? Пошел к нему, он мне открыл дверь, я сказал – вы знаете, мы о вас так много говорим, я хочу балет ставить, вы мне декорации не сделаете? Да, он сказал, и он такие мне нарисовал декорации, такой занавес, потрясающий. А потом он молодым очень умер. Был действительно артистом большим, который просто перевернул по-своему вообще способ рисования в театре. Много такого было, сотни таких встреч.

А. ВОРОБЬЕВ – Потрясающе, еще одна потрясающая история, мне прямо не хочется уходить на новости, но ничего здесь не поделаешь. 16:15, мы прервемся буквально на минуту.

НОВОСТИ

А. ВОРОБЬЕВ – Слушайте, мне тут Ролан Пети попытался изобразить на каком-то клочке бумаги то, что он увидел в метро, то, что рисовал тот художник в метро в США. Могу точно сказать, это неожиданно.

Р. ПЕТИ – Намного лучше того, что я изобразил, конечно.

А. ВОРОБЬЕВ – Хорошо, в Большом театре «Секреты балета», 30 и 31 октября. Премьера была во Франции, вы поедете еще в Лондон. На каждой сцене танцуют ведь разные исполнители. В Москве это будут Цискаридзе и Лиепа.

Р. ПЕТИ – Это, может быть, идея такая, знаете, в Париже у нас никаких приглашенных не было, был наш спектакль. Те, кто работали со мной, начиная с молодых своих лет, которые знают мои балеты, мы все как-то вместе собрались и каждый делал то, что он уже танцевал раньше. Потом в Париже, когда был этот спектакль, то номер Лиепы и Цискаридзе мы показывали кинокадрами. А здесь, поскольку они в Москве, они будут в качестве приглашенных артистов. Может быть, в Лондоне я тоже приглашу кого-то, я еще, кстати, не думал об этом.

А. ВОРОБЬЕВ – Знаете, неожиданный такой вопрос. Неожиданный, может быть, вопрос, хотя оставлю его на закуску. На ваш взгляд, сохранилось ли такое понятие, как русский балет?

Р. ПЕТИ – Конечно. Во всем мире, конечно, существует русский балет. Русский балет – это балет 19 века, все балеты, «Лебединое озеро», Чайковский, «Щелкунчик» и т.д., Чайковский, конечно, замечательный, Мариус Петипа. Потом есть балеты, которые не такие хорошие, но это, на самом деле, белые пачки, «Лебединое озеро», великолепно. А после этого вы приходите к 20 веку, у вас есть Дягилев с Фокиным, который, конечно, очень большой хореограф, с госпожой Нижинской, которая замечательно ставила балеты, Баланчин, который тоже оттуда вышел, который тоже ставил шедевры. Это русские балеты. Современность всей первой половины 20 века, можно сказать, прошлого века. Потом страница переворачивается, но, правда, Баланчин, он продолжается еще, да. Продолжается все как-то. Но я в любом случае, может быть, не все другие, но я, конечно, на себе огромное влияние испытал Дягилевскими сезонами балетов русских. Потому что последний секретарь Дягилева, он был моим… помогал мне, так сказать можно, наверное, он со мной работал. Он мне говорил – будь внимателен здесь, здесь. Я слушал его, я действительно внимательно к этому относился и много воспринял от него. Дягилев, Борис Кохно и я, такая линия.

А. ВОРОБЬЕВ – «Секреты балета», так будет называться эта постановка. Я понимаю, что до того, как это мы сможем все увидеть на сцене Большого, наверное, всех секретов вы раскрыть не можете. Но если вдруг?

Р. ПЕТИ – Секрет в том, чтобы жить, вы знаете, вместе с балетом, я сплю с балетом, езжу с ним, путешествую. На днях я был в поезде, от Милана ехал в Париж 7 часов, Милан-Париж. И вдруг придумал балет. Взял листочек бумажки, начал писать, как роман, который я прочитал только что, как его разделить и поставить балет. Когда я доехал, балет уже был придуман, осталось только музыку заказать какому-то современному композитору, чтобы была музыка у балета. Очень хорошо, я уже все придумал. Я уже все себе представил, и танцовщиков, и мизансцены, все и записал это все уже. Я всю жизнь так живу, всю жизнь с этим. Как вы здесь, каждый день вы здесь, приходят к вам новые люди, вы их представляете, вы должны с ними разговаривать, должны думать каждый день о том, что я буду их спрашивать, как я их раскручу, как я начну с ними говорить. И я также в своей профессии.

А. ВОРОБЬЕВ – Здесь слушатели никак не могут успокоиться, в прошлом часе была такая достаточно острая политическая тема, постоянно в мой адрес сейчас идут сообщения о том, что мне бы давно, мне не к лицу какие-то упреки в адрес Путина высказывать. Я не высказывал в прошлом часе, но так слушатели услышали. Поэтому все-таки следующий о Путине будет. Президент России поздравил вас первым, он опередил Жака Ширака, с 80-летием. Как так получилось?

Р. ПЕТИ – И не только это, вы знаете, у меня, конечно, есть полно разных орденов, всего, чего можно, орден Почетного легиона, культурный, рыцарь, еще что-то, моей страны. Когда я приехал сюда, мне сказали, что существует такая премия в области культуры русской, что она уже существует лет 80, наверное. В основном, только русские всегда получают эту премию. Впервые эта премия дается французу, это был я, государственная премия. Я подумал, господи, такого быть не может, это не мне. Для меня это самая главная награда, наверное, потому что потом, да, я поехал в Японию, император меня наградил. Потом я вернулся в Париж, мне уже сейчас огромный такой уже дадут орден почетный. Но господин Путин, он сделал это из-за балета, для меня, для танца, и спасибо большое. Я очень тронут этим.

А. ВОРОБЬЕВ – Вы рассчитываете видеть высших должностных лиц России, высших чиновников на премьере, на сцене Большого?

Р. ПЕТИ – Вы знаете, к сожалению, я не думаю, что у господина Путина, наверное, будет время провести 2 часа 45 минут, чтобы увидеть мой спектакль. Я, конечно, на это не надеюсь. Если хоть бы на минутку он зашел, помахал, мне бы это было очень приятно.

А. ВОРОБЬЕВ – Этого было бы достаточно?

Р. ПЕТИ – По крайней мере, мне бы это доставило огромное удовольствие, правда. Он был такой симпатичный, когда я пошел получать эту премию. Я же по-русски не говорю. Все русские, кроме вас, которых я знаю, все вообще по-французски говорят, практически все русские. Он мне сказал – говорите-говорите, и так меня подвинул к микрофону, говорите. Я говорил по-французски. Это было так смешно. Смеялся, было забавно.

А. ВОРОБЬЕВ – Нашелся переводчик?

Р. ПЕТИ – Да, конечно.

ПЕРЕВОДЧИЦА КАТЯ – Я же переводила, извините, повезло.

Р. ПЕТИ – Катя все переводила, в любом случае, я рад, что она рядом.

А. ВОРОБЬЕВ – Смотрите, слушатели все-таки чутко реагируют на развитие событий в студии. Было бы забавно, если бы господин Пети поставил балет о встрече «большой восьмерки», Юрий пишет. Такой политический клуб, состоящий из лидеров восьми индустриально развитых стран.

Р. ПЕТИ – Уже делали такой балет, «Зеленый стол», этого хореографа немецкого, как его звали, я уже не вспоминаю, поставил замечательный балет, еще перед войной он, правда, поставил, в 30-х гг., замечательный балет, он такой политический, поставил, назывался «Зеленый стол». Они все в масках были.

А. ВОРОБЬЕВ – С ужасными носами их, наверное, показывают.

Р. ПЕТИ – Все за столом сидели, потом вскакивали на стол, размахивали. У меня, кстати, в конце «Пиковой дамы» немножко есть реминисценция.

А. ВОРОБЬЕВ – Слушайте, друзья, как мне жалко, что это не телевидение. Если бы вы видели жестикуляцию господина Пети, это было бы просто замечательно. Скажите пожалуйста, господин Пети, вы видели реакцию французской публики на «Секреты балета» во Франции? Вы не видели пока реакции российской публики на «Секреты балета» в России и не видели реакцию в Лондоне. Как можно, есть ли какие-то отличия в восприятии?

Р. ПЕТИ – Здесь? Простите меня, у меня, извините, успех везде был, и в Африке, и в Америке, и в Японии, и сейчас в Китае, в России, везде. Но здесь публика что-то имеет еще большее, и это то, что танец – это просто главное искусство здесь, главное искусство. В других это одно из развлечений, либо развлечение, либо часть культуры, не знаю, что-то другое. А здесь, действительно, оно первостепенное место занимает, поэтому публика совершенно особенная, у них интерес очень глубокий к этому виду искусства, искренний, настоящий. Я вам не потому это говорю, что сейчас перед русскими буду выступать, но если мне и в Японии зададут этот вопрос, это я скажу сразу, что в области танца Россия первая, точно. В Париже, конечно, есть «Опера», балет «Опера», тоже прекрасная труппа.

А. ВОРОБЬЕВ – В чем потаенный смысл того, что Россия – страна танца? Это школа либо особое восприятие?

Р. ПЕТИ – Я просто думаю, что те люди, которые в России пришли, которые входят в танец, они к этому относятся как к религии. Это как войти в религию – заняться танцем, балетом. И как я уже это говорил, большие есть танцовщики, хорошие, средние, плохие, но они все какую-то внутреннюю жизнь имеют, они все артисты на сцене, все.

А. ВОРОБЬЕВ – Замечательно, замечательно. Скажите мне пожалуйста, 30-31 в Москве, затем Лондон. Какие дальнейшие планы, что после показа этого спектакля? Есть ли какие-то идеи на будущее?

Р. ПЕТИ – Да, я надеюсь, я бы очень хотел поставить балет здесь какой-нибудь, мне очень нравится здесь работать, я бы был счастлив здесь поработать еще. Я должен, по идее, ставить спектакль в «Ла Скала» миланской, там танцовщики не такие хорошие, как здесь, но это тихо.

А. ВОРОБЬЕВ – Приложил палец к губам.

Р. ПЕТИ – Парижская «Опера», в Неаполе, в театре Сан-Карло буду работать. И еще, по идее, должен фильм снять один, такой портрет хореографа, кино.

А. ВОРОБЬЕВ – Знаю, что вам задавали этот вопрос, мы смогли бы увидеть на сцене Большого спектакль или балет на стихи Маяковского?

Р. ПЕТИ – Знаете, балет, который я поставил по Маяковскому, «Пиковая дама» – это тоже, как и «Маяковский», один из лучших моих балетов. Если бы мне надо было отобрать 10 из моих, «Дама пик» обязательно бы вошла в эту десятку. «Маяковский» в десятку, может быть, не вошел. Но в 15, может быть, вошел, номером 15, может быть, 14, я очень люблю балет «Маяковский». Музыка очень красивая, русская музыка, там все очень мелодии красивые, великолепные стихи Маяковского. И это танцоры выражают стихи Маяковского. И когда я поставил этот балет, я тогда приехал в Россию, и я встречался с министром культуры, тогда это была госпожа Фурцева. И мадам Фурцева мне сказала – нет, этого нам здесь не надо. У нас уже Маяковский был один раз, нам этого хватило. Но я бы, конечно, очень хотел увидеть этот балет здесь. И так я познакомился, кстати, с Лилей Брик, которая очень хорошо, кстати, говорила по-французски, великолепно.

А. ВОРОБЬЕВ – У нас 30 секунд до конца этого эфира. Последний короткий вопрос, в одном из интервью я прочитал, что комплименты типа «как вы выглядите в свои годы», восхищенные, кажутся вам отвратительными. Что для вас лучший комплимент?

Р. ПЕТИ – Что я хорошо балеты ставлю. Это, наверное, лучшее, самое главное. Остальное меня вообще уже мало интересует.

А. ВОРОБЬЕВ – Господин Пети, благодарю вас, я с большим удовольствием провел эти полчаса вместе с вами. Балетмейстер Ролан Пети, премьера спектакля «Секреты балета» на сцене Большого театра 30-31 октября. С удовольствием буду пытаться достать билеты. Спасибо вам.

Р. ПЕТИ – Спасибо.



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире