zlatoalex

Алексей Златкин

23 ноября 2017

F


Ситуация с задержанием Керимова во Франции очень показательно определяет ряд ключевых моментов формирования новой картины взаимоотношений российского политического истеблишмента с западным обществом, основанной на разности их правосознания и соответственно содержания публично-правового поля российского и западного мира. В которой решительные действия французских правоохранительных органов в отношении российского политического деятеля высшего уровня, указывают на категоричность государственной  политики в этом направлении. Где действия Керимова воспринимаются не как частные правонарушения, а как системная угроза безопасности экономическому правопорядку с российской стороны.

То есть проще сказать, что те, кто у нас внутри уже давно имеет статус почетных членов престижного  клуба жуликов и  воров, на западе то же стали восприниматься в качестве таковых, только в самом обычном предосудительном виде. Формирование устоявшегося имиджа такого рода завершено, и власти западных стран начали предпринимать активные действия по  устранению негативное влияния такого рода деструктивной государственной корпорации на свою экономическую и социальную инфраструктуру. Показательно устраивая публичные порки на самом высшем уровне, самым определенным образом демонстрируя принципы западных правоотношений, в которых отсутствует иммунитет в зависимости от статуса субъекта.

С другой стороны, сами действия Керимова указывают на некую иллюзию, в которой пребывают наши собственные випперсоны выше обозначенного клуба. Заключающуюся в восприятии своего формального статуса и  внешнего вида респектабельности как некой клубной карты для вхождения в  западное общество на тех же началах и условиях, что и внутри России, вне зависимости от того какими путями все это было получено, и для чего будет использоваться.

Это можно увидеть хотя бы оценив размеры сумм, которые по версии следствия скрыл Керимов от налогообложения. Которые исчисляются десяткам миллионов. Нет, я не говорю, что суммы маленькие, но  учитывая, что сам Керимов миллиардер, то это, как если бы я оказался туристом во Франции, вздумал бы проехать на трамвае бесплатно, имея в кармане приличную сумму денег.

Западное общество резко заявляет о том, что не будет мириться с этим. Это у нас можно главе Роснефти не явиться в суд, просто заявив, что у него есть дела поважнее. И посмотрел бы я на того судью, который бы вздумал оформить тому принудительный привод.

На западе он такой же человек, как и все остальные и  юрисдикция судебно-правоохранительных органов распространяется на него так же, как и на всех остальных.

И последний, самый ключевой здесь момент заключается в том, где хранят деньги наши элитарные члены клуба. Как они будут хранить их здесь, когда даже и министров уже сажают, никто не может поручиться за свое завтрашнее благополучие, которое целиком и полностью находится в руках главы вертикали?

Потому, хотя наш истеблишмент и не прочь лишний раз показать кукиш в сторону запада, но в действительности очень от него зависит.

Для нас же главное, что бы они зависели в первую очередь от нас, то есть общества. Для чего необходимо создавать такие общественные институты, что бы судья при вызове Сечин боялся не его, а общества , для чего сейчас созданы необходимые условия.

Поэтому вступайте в группы против судебного произвола, что бы создавать необходимые общественные предпосылки для этого вконтакте и фейсбуке .


Комедию с проведенными по территории Татарстана референдумами о самообложении очень ярко проиллюстрировал Алексей Навальный. Наглядно показав, что там, где были его наблюдатели, эти референдумы не  состоялись из за низкой явки, а там где их не было, люди повалили толпой, что бы отдать свои честно заработанные деньги властям для их разумного расходования на местные нужды.

А если честно, то кто бы сомневался. Потому как если сейчас кто то решит отдать свои деньги добровольно нашим властям, для бюджетного расходования, то это только вызовет сомнения в его умственном здоровье.

Особенно если учесть то, как скромно и не вызывающе живут наши местные чиновники, главы администраций и исполкомов и какие дома они себе строят рядом с теми гражданами, которых они призывают добровольно скинуться в общаг, то есть опять им в распоряжение.

 И тут бы даже  может быть, даже, и скинулись, учитывая бедственное состояние сельской инфраструктуры, но встает вопрос, а где основные бабки, и если нет внятного ответа, то где гарантия, что и эти не уйдут в том же совершено известном направлении, что и  прежние?

Потому наши власти решили самооблагать население в  принудительном порядке. И в региональный законодательный орган был внесен законопроект, предполагающий штрафы за неисполнение решений референдумов о  самооблажении . То есть, облажавшихся таким своим «добровольным» волеизъявлением граждан, еще и собираются понудить исполнить эту добрую волю.

Однако возникшая нелогичность происходящего, в виде явно принудительно-добровольного характера всего этого действа, пока притормозило принятие такого яркого с точки зрения абсурда закона.

Как дальше будут действовать наши «народные избранники» на ниве изыскания дополнительных возможностей доить население время покажет.

Но уже то, что произошло, может вызвать гамму чувств у населения, от удивления, до откровенного негодования. До которых, впрочем, нашим властям кажется уже глубоко наплевать.

Потому как, если выражаться языком юридическим, такие деяния изменили свою квалификацию. Как кража, из тайного хищения начинает превращаться в откровенный грабеж.


Казалось бы, что такого сказал тот юноша в Бундестаге? Ведь вся его речь была абсолютно аполитично пропитана гуманизмом и пониманием человеческой трагедии, которой является война для народа с обеих сторон. Это настолько естественно понятно, что такая резко негативная реакция со стороны российского прокремлевского политического истеблишмента кажется непросто нелепой, а неадекватной.

Разве кому-то непонятно, что подавляющему большинству немецких солдат это война была так же не нужна, как, впрочем, и  российским. Эти люди оставив на своей родине семью и нормальную жизнь вступили в смертоносную схватку за навязанные и не нужные им политические идеалы, не  оставив иного выбора.

Парень высказался ясно о том, что это была война не  народов, а режимов. И вот тут-то и кроется вся подоплека всей этой неадекватной истерики развернувшейся вокруг речи мальчика утверждавшего идеалы добра и мира, а так же христианского всепрощения.

Потому, что в таком виде это был камень в сторону собственного политического режима, основанного на ненависти к европейским ценностям. Суть которого — отрицание принципов легитимности власти, состоящих в делегировании ей полномочий народом. Это отрицание прямо исходит от жизнеспособности режима основанного на  узурпации власти в противовес народным интересам. Когда тому внушается, что интересы властной верхушки, это и есть его собственные интересы, хотя они прямо  противоположны, так как одни паразитируют на других.

И кода этот парень указал на истинное антинародное существо авторитарного режима, то он невольно кинул камень в сторону собственных властей. Показав на невозможность отождествления их политики с интересами населения,  и соответственно их  абсолютную разность.

Это и взбудоражило полчища прокремлевских лизоблюдов, которые только и живут тем, что выдают свои потуги на достижение собственных шкурных интересов за отстаивание интересов народа. А западные претензии по поводу этого, заключающиеся во все больше увеличивающимся  отрыве власти от принципов демократической легитимности, как антироссийские, и соответственно антинародные провокации. Где тренд второй мировой войны рассматривается уже не как победа над фашизмом, то  есть античеловеческой идеологии, а как прошлую победу над западным миром, который отождествляется с культурой  его народонаселения.

И действительно сейчас отождествляется, в отличии от  российской кремлевской криминальной хунты.


События, развернувшиеся сейчас в Иркутске по поводу расследования судейского взяточничества очень знаменательны.

А суть дела такова, что сначала советник местного губернатора и профессор права по совместительству, дает в эфире местного телеканала интервью, в котором заявляет о задержании заместителя председателя областного суда и об отставке 8 судей. Потом же непосредственно в самом областном суде эту информацию не подтверждают. Говоря только о добровольной отставке последнего.

Вообще иркутское судейское сообщество уже прославилось своими скандалами последнего времени. Начиная от пьяного судьи, из за которого увольняют инспектора ГИБДД, составившего на него протокол и  кончая педофилом-гомосексуалистом, взятого в машине во время секса с  подростком, но тут же оказавшегося прекратившим свои полномочия как судьи не  посредственно за пару дней до этого события

Потому такой поворот событий по настоящему эпизоду, с казалось бы грандиозным скандалом вокруг иркутской фемиды, вообще никак не  удивляет. Особенно, если учесть подробности прошлых событий. Когда откровенно в  хлам пьяного судью не то, что не привлекают к ответственности, но тут же  оказывается уголовное дело в отношении какого то неизвестно откуда то взявшегося лица, который якобы избил и насильно влил судье в рот бутылку водки, а потом за  такое вопиющее преступление, как против личности, так и против правосудия  получает всего три года лишения свободы условно. И об этом бреде очень эмоционально настаивает на пресс-конференции сам председатель областного суда. При том, при всем, что видео записи тех событий выложены в открытом доступе на всеобщее обозрение. Где видно, что судья не то, что не заявляет о совершенном в отношении него только что преступлении сотрудникам полиции, а просто, на просто сильно пьян и уклоняется от  освидетельствования. Представьте себе картину, происходит  нападение на судью, того бьют, вливают насильно водку, а он не то, что не вызывает полицию, я прячет свое судейское удостоверение под коврик авто, и при появлении инспекторов ГИБДД не кричит благим матом о задержании преступников, а просто отказывается от  медосвидетельствования, ни словом не заикнувшись о произошедшем. И это видят все в выложенных на многочисленных ресурсах роликах. Видят скотское состояние судьи, которое никак не вяжется с его статусом потерпевшего, а потом председатель Верховного суда РФ имеет наглость созвать пресс-конференцию и заявлять о преступлении в отношении уже судьи. Тут, казалось бы, судейское сообщество перешло уже все границы приличий и дозволенного, откровенно всем показав свою беспредельную сущность. А уголовное дело, сфабрикованное потом, может являться только плодом коллективного преступного сговора, которое выставили на всеобщее обозрение.

И после этого того инспектора еще и увольняют из  органов по причине того, что он не вызвал скорую помощь тому пьянице судье. Хотя он это ему предлагал сделать неоднократно, но учитывая вполне здоровое, хотя и пьяное состояние самостоятельно этого делать не стал. То есть уволили его не за то, что он не выполнил свои должностные обязанности, наоборот он это сделал по совести, а за то, что посмел покуситься на неприкосновенность члена высшей касты.

Какое то безумие совершается сейчас у нас на глазах, судьи откровенно творят беспредел, и показывают это всем наглядно демонстрируя свою кастовую неприкосновенность, забывая даже о самом элементарном приличии.

При чем, эта кастовая неприкосновенность распространяется только на внешних лиц, не вхожих вкруг. То есть относительно судей и всего остального общества. Простые же судьи относительно своих вышестоящих начальников столь же бесправны, как и все остальные. Что показало дело с судьей Алинкиной, избитой отпрыском председателя суда в ее собственном кабинете, а потом за это же и уволенной и привлеченной к уголовной ответственности, как избившей мужика— бывшего опера.

Последние же события показывают, что клановость судей настолько начала выбиваться из системы общества, что уже вступает в  противоречия не только с простым населением, но даже и с другими правоохранительными кланами.

И этот случай с объявленным, но не подтвержденным задержанием судьи указывает на возникновение конфронтации между этими кланами, которые уже не считают себя частью всего остального общества.

В такой ситуации расслоения общества на кланы в  зависимости от силовых возможностей влияния только его самая непосредственная реакция должна заставить эти структуры осознать себя именно общественными институтами, а не самостоятельными клановыми структурами.

Поэтом призываю всех вступать в группы против судебного произвола для обсуждения его случаев, что бы создавать необходимый общественный резонанс, как предпосылку общественного регулирования этих сфер.

В фейсбуке

вконтакте 

Людей, чье правовое положение, как законных нанимателей жилого помещения, четко разъяснено  законом и разъяснениями Верховного суда, а так же даже Конституционного суда РФ, Мосгорсуд все равно лишил права на жилье. Просто найдя абсурдную лазейку в законе, имеющую обратный смысл закрепляющей право на жилье норме закона.

Суть данного дела такова , что Метрострой, испытывая острую потребность в работниках, набирал приезжих и  для их расселения арендовал жилое здание под общежитие у литейно-механического завода. А тот в свою очередь передал данное здание муниципальным властям в 2007 году.

Договор аренды у Метростроя прекратился в 2009 году, но люди продолжали преспокойно жить, не ощущая надвигающуюся беду. И их не  трогали до поры, до времени ища определенные лазейки в законодательстве, которое  не давало однозначной лазейки, закрепляя статус социального найма за общежитиями в муниципальной собственности. Учитывая, что выселять этих людей все же надо через суд, а административное выселение у нас давно законодательно не применимо.

И вот, в 2013 году, что то поменялось в сознании этих людей в ДГИ (департамент городского имущества), то есть непосредственно отношения к их правовому статусу и его содержанию, и коменданту-старшей по дому вдруг объявляют, что им дается сутки на сборы, для того что бы повытряхиваться из  своего многолетне-занимаемого на законных основаниях жилья. При чем. все это делается в ДГИ некими Росляковой и Шептухиной в грубой и беззастенчивой  форме через мат, показывая свои самые решительные намерения, которые могут иметь для людей такого сорта только  материальную подоплеку.

После чего комендант направилась в прокуратуру, где встретила неудивительное понимание, учитывая правовое содержание создавшейся ситуации. Когда, во-первых, статьей 7 федерального закона «О введении в  действие Жилищного кодекса» закрепляется статус муниципального жилья за  общежитиями, переданными из государственными и муниципальными предприятиями в  муниципальную собственность, а во-вторых, это положение разъяснено Конституционным судом РФ в постановлении от 11 апреля 2011 г. N 4-П, как применимое в соответствии с Конституцией РФ и к отношениям после введения Жилищного кодекса РФ. Этих людей направили в  суд за признанием права, установив  над домом административный надзор.

Люди ожидаемо выигрывают суд в районной инстанции, и вот апелляционная коллегия Мосгорсуда в составе Пильгуна А.С., Качергина Т.В., Канивец Т.В. выносит неожиданное и абсурдное решение, отменяя решения суда первой инстанции, и признавая этих людей бесправными в противоречии Конституции.

Поводом же для этого является то, что данное здание не находилось в собственности предприятия, а  было арендовано на определенный срок. Потому не передавалось в муниципальную собственность и соответствующая норма закона здесь не применима.

Абсурдность же такого вывода этих судей вышестоящей инстанции делает то, что ключевым моментом возникновения права социального найма на это жилье являлось не то, что они ранее принадлежали предприятиям, а то, что они были переданы в муниципалитет, что меняет характер отношений между жителями и  собственником помещения.

Об этом прямо указанно в приведенном выше постановлении Конституционного суда, который связал юридическую судьбу помещений, определяющий для них режим социального найма, именно с тем, что наймодатель для них перестал являться работодатель. То есть изменился характер правоотношений. То есть в данном случае имеет значение не кто являлся собственником, а кто должен являеться в данный момент наймодателем по факту.

Исходя же из посылок указанной коллегии Мосгорсуда, доблестно отстаивающей интересы городских властей таким дурно пахнущим способом, можно поставить вопрос о том, что у жителей данного дома право социального найма появилось еще даже до прекращения договора аренды, с момента передачи дома в муниципалитет.

Что тут сказать, видимо поговорку  «закон-что дышло…» придумали московские судьи.

В результате этих людей терроризируют всеми возможными способами со стороны городских властей , от отключения тепла, до  планируемого сноса в связи проведением реновации и планируемом строительстве на  этом месте нового здания.

И этот случай не единичный. Беспредел, в отношении общежитий твориться по всему городу. Настолько, что они даже объединились в  соответствующее движение «За жилье».

Только общественная огласка, может дать возможность создать тот необходимый общественный резонанс таким делам, создавая тем самым предпосылки для правового решения вопроса, что бы власти не имели возможности в  тихую творить беспредел. Потому включайтесь в группы против судебного произвола вконтакте , фейсбуке , выкладывайте собственную информацию, участвуйте в обсуждении.


Не прошло много времени после гибели зверски замученного извращенным способом, в ставшем трагически известным на всю страну отделе полиции «Дальний», и вот мы имеем новую трагедию со смертью задержанного полицейскими садистами. 

Вопрос в том, что в данном случае его смерть сама по  себе не так очевидно указывает на извращенные наклонности его мучителей. Потому этот скандал  и не носит такого всеобъемлющего характера, чем прошлый.  Хотя само существо его обстоятельств указывает на не менее трагическое содержание психотравмирующего положения пострадавшего. О чем ниже.

 Более того он  еще имеет перспективы быть спущенным на тормозах, как у нас привыкли это сделать наши доблестные «правоохранители», учителем и наставником которых являлся еще Асгат Сафаров, прямо заявившим о приоритете именно садисткой методики полицейской деятельности в своей книге.

Потому хотя он и ушел показательно в отставку при прошлом событии, но как оказалось в скором времени, это была отставка не  позорная, а с почетом на повышение. И сразу после тех событий он был сначала назначен заместителем премьер-министра  Татарстана, а потом и вообще руководителем аппарата президента, в должности которого и состоит. Видимо за заслуги по  превращению полицейской системы Республики в откровенно карательную структуру, о чем так же прямо заявлял кто то из высших чиновников МВД РТ.

А суть дела такова, что парень этот, имеющий вполне приличную специальность санитара, и не отличившегося никак ранее на  криминальном поприще, вдруг кончает жизнь самоубийством, оставляя видеообращение в котором рассказывает, как его сотрудники полиции вывезли за  город Набережные Челны, в котором он проживал, там пытали пыткой «слоником», после чего  уже в отделе он подписал признание по 47 кражам.

При этом в том отделе полиции его матери нагло врут о том, что его тогда вообще не задерживали и не привозили. Его же одежда из  морга пропадает. Как там говорят, что ее выкинули, хотя такого никогда не  делается.

То есть система начинает предпринимать активные меры по защите своих истинных и активных членов.

Они, правда, сейчас арестованы, но учитывая характер нашего правосудия, которое понимается судом только как правота полицейской системы, неизвестно во что все это выльется. Особенно принимая во внимание вышеуказанные обстоятельства сокрытия доказательств произошедшего.

Потому в данном случае можно однозначно сказать, что возможность дальнейшего судебного производства по данному делу, а так же его характер будет прямо зависеть от того каким способом высшие полицейские начальники решат защитить «честь» своего мундира. То есть, показательно наказав полицейских садистов, или все же из чувства сафаровской солидарности к ним, как некой полицейской идеи, отразив происки врагов системы. Тем более что этот случай далеко не первый за последнее время, но каждый прошлый раз, замученный оказывался лгуном-провокатором.

Тут надо понимать, что такое положение будет продолжаться все то время, пока сам суд станет зависеть не от таких антигуманистов, каким зарекомендовал себя наш бывший полицейский руководитель, а ныне руководитель аппарата президента, а от общества и его реакции на  произошедшее.

Потому включайтесь в группы против судебного произвола, которые открыты вконтакте и фейсбуке, что бы создавать общественный резонанс по каждому случаю беспредела, которому может потворствовать суд.

Татарстан штормит в связи с отменой обязательного изучения татарского языка. Шум до небес поднялся как со стороны высших чиновников Татарстана, которые делают резкие официальные заявления против надзорных действий прокуратуры, взявших начало от однозначного заявления самого Путина по поводу недопустимости навязывания обязательного изучения национальных языков. Так и со стороны активистов татарской общественности, которые вчера в день татарской конституции вывели на площадь Казани массу народа, перед которыми делали резкие заявления в адрес не просто татарской идентичности, а более того государственности, эхо ущемленного суверенитета для которой, отдается до сих пор досадой от  непродленного договора о разграничении полномочий.

И здесь становится понятно, что вообще дело не в самом образовательном процессе, в котором никто не запрещает ввести татарский для желающих на факультативной основе. Здесь дело именно в национальной идентичности, которую татары  резко соотносят с собственной государственностью. Если же брать сам образовательный процесс, то на своем примере могу сказать, что он никак не мог способствовать мне повышению моего языкового знания. Потому как заставить меня было учить то, что мне казалось навязано не нужным, было не возможным. Сейчас конечно думаю, что лучше бы учил, не помещало бы, тем более, что сам наполовину татарин, но тогда восприняв как несправедливую повинность, не ушел дальше счета до 10. Более того мой одноклассник вообще целиком татарин, не зная татарского был определен в  татарскую группу, что никак не повлияло на уровень его знания языка. И даже  больше у меня знакомый адвокат, в бытность мою работы в Коллегии адвокатов РТ, преподавал параллельно в татарской школе, и отмечал падение знания языка по  мере того как школьники растут и переходят в более высшие классы.

Это неумолимая тенденция урбанистического, информационного влияния, на которое введение каких то, образовательных программ может только как то сдерживать, в условиях, когда все повседневное и  информационное общение идет на русском.

Это очевидно всем. Но разве дело в самом образовательном процессе и знании татарского языка? Если рассмотреть те лозунги и заявления, которые делали вчера представители татарского общественного центра (ТОЦ) на митинге, то они носили исключительно политический характер, воспринимая это в первую очередь, как уничижение национальной правосубъектности татарского народа. Когда от принципов федерализма, на котором строилась татарско-русская государственность, не остается ровным счетом ничего.

В таком виде понимания по социальным сетям прокатываются и более жесткие заявления о том, что власть стремится поссорить  татар с русскими специально. Как некая политтехнология. И эти заявления находят многочисленный отклик уже не только среди татар, но и среди русских. Которым также не нравится такое укрепление вертикали власти, от  которой ничего хорошего они до сих пор не видели. И здесь этот шаг, направленный на еще большее закручивание гаек федеральным центром в адрес региональной политики, воспринимается как угроза правовому статусу гражданина, гарантии которому поддерживались балансом федеральных и региональных сил. Где уровень защищенности зависит сейчас от степени алчности определенной категории чиновников, монополизация за которыми власти только увеличит степень бесправия.

И тут национальная карта, разыгрываемая федеральным центром оказывается джокером, играющим против. Потому как в том виде, в котором сейчас предстает укрепление центра в противовес интересам национальных элит, это воспринимает больше как укрепление режима авторитарной власти, а не как отстаивание интересов русского населения. Которое на территории Татарстана не  является большинством, но которому, так же не нравится все большее падение уровня их правовой защищенности по всем фронтам и не от местных чиновников, а  именно от федеральной политики. 


Начну с некоторого выражения, которое я прочитал, по моему, у Д. Мережковского об отношении к  власти у нас  и в Европе, где, по мнению одного из персонажей, могут и умеют слушаться, а у нас власть воспринимается только как зло, и только власть царя воспринимается, как данная по благодати Божьей. Это глубоко запало мне в душу, так как отражает содержание наших общественных отношений, где власть воспринимается исключительно как насилие.

Культуры же властных отношений у нас не откуда было сформироваться в принципе, потому как у нас этот институт не формировался по типу некого общественного договора, который имеет место для общей модели западной демократии.

У нас же изначально, еще начиная, наверное, с Ивана Грозного, заложившего основы монархического абсолютизма, или может быть раньше со времен татаро-монгольского ига, где все русские князья были под такой властью хана, что если приходилось к нему, зачем то, ехать, распоряжались на случай своей смерти, ни о каком делегировании и договоре не  могло быть и речи. Включая даже Дмитрия Донского, который победив одного хана, потом остаток жизни находился в подчинении у других, когда даже его сын там был в заложниках. Потому при распаде Орды и формирования царской власти, все считались холопами царя, который имел полное право на их жизнь и имущество.

В дальнейшем только Екатерина 2я, будучи немкой по происхождению, дала определенные гарантии дворянству, ужесточив одновременно и практику наказания для беглых крепостных, укрепив положение их  фактического рабства. Большая часть населения, в котором находилась вплоть до  второй половины 19 века.

Революция же, как таковая в такой системе не возможна в принципе, потому как под этим понимается политический переворот путем вооруженного восстания населения, устанавливающая тем самым новый порядок осуществления власти. Право на что до сих пор закреплено в международном праве, как отражения принципиальной системы публичных отношения имеющей начало в договоренности свободного населения и его делегированных руководителей, то есть системы демократии.

То же, что у нас называется революциями в стране никакими революциями не может являться, потому как у нас не было никакого восстания населения для изменения порядка управления.

Поход к царе-батюшке с  челобитной 1905 года не то что не содержал восстания, а вообще был направлен к  царю как определяющей точки отправления системы, то есть не был направлен к ее изменению.

В феврале же даже и  восстания никакого не было, которое было бы централизованно направленно на  смену власти. Были отдельные хлебные бунты, а так же массовые волнения под влиянием все ухудшающейся политико-экономической ситуации в стране, которому руководство в стране не противостояло никак. То есть то самое дворянство, объявленное единственно свободным сословием в России, не то, что не стремилось к свержению тех, кто стоял у власти, оно само являлось ими. И не один царский генерал не высказался против последующего отречения царя. Восставать против чего то и кому то было просто некому. Система власти просто самопроизвольно рухнула, о чем даже самые отчаянные революционеры незадолго до этого и предполагать то не могли. Как, например Ленин, высказывавшийся о не возможности массовой революции не задолго до этого события .

В октябре переворот рухнувшей системы власти был не возможен вследствие ее отсутствия, пока новой еще не было создано. Кроме того это не было восстанием населения, а вооруженным переворотом группы людей в отношении другой группы не делегированной населением. В последующей же смуте и переделов власти к ней пришли те, кто смог больше доказать свое право на насилие в отношение населения.

 Коммунисты же убрали Бога и получили абсолютную страну рабов, не имеющих никаких изначальных предпосылок уважения к власти

В стране же рабов революция не возможна, потому как рабы не способны менять систему власти, они стремятся стать лишь сами господами и способны только на бунт. Коих в России было масса. В  СССР определили саму сущность рабского государства, где исключительная прерогатива коллектива всегда отрицала индивидуальность личности.

 

Потом СССР так же  рухнул, показав собственную нежизнеспособность, после чего в формальную демократию вошло население с прочно сформировавшимся веками рабским мышлением.  

И только сейчас специфика нового строя, которая в своем содержании декларативно основывается на  принципах западной демократии, то есть уважения прав индивидуальной личности, начинает формировать новое мышление.

И надо сказать, что последние события, как с деятельностью Навального, охватившего всю страну, или самыми последними с активистами  Мальцева, показали, что подросло новое поколение, воспитанное на новых принципах мышления. И не согласных жить по старым понятиям многовекового рабства.

Так и Моисей привел свой народ в страну обетованную через 40 лет, только когда умерли последние вышедшие из страны рабства, несмотря на то, что там было всего две недели пути.

В продолжение поднятой темы о проведение антиконституционной реформы Минюстом сферы юридических услуг, предусматривающей обязательный переход всего судебного представительства исключительно в компетенцию адвокатуры, хочу обрисовать ситуацию на конкретном примере, раскрывающим саму суть того что делается.

Так, в качестве вывода в прошлой публикации я указал, что заявленные цели повышения качества юридических услуг никак не могут быть оправданы предпринимаемыми мерами, потому как такая монополия только  приведет к его падению, что соответственно позволяет сделать вывод об иных скрытых мотивах, которые лежат именно в подконтрольности адвокатуры и зависимости ее членов от квалификационных структур. Которые, кстати, сейчас входя не только сами адвокаты, а представители и судейского сообщества и самого Минюста. Что делает адвокатуру таким системным элементом, которое зависит в первую очередь не от интересов обратившихся, а в первую очередь системы государственной корпорации чиновников, традиционно привыкших у нас существовать не для народа, а за счет него. И предпринимающие активные меры по сохранению такого рода сложившегося порядка вещей. Стремление разрушить который, путем принятия активных мер правозащиты, указывающих на некое иное положение чиновника в системе права, приведет только к самым неблагоприятным последствиям для представителя, при наличии условий его подконтрольности. К чему и стремятся.

Очень характерно это показал пример с адвокатом из Башкортостана Виталием Бурыкиным, которого сейчас совет адвокатской палаты лишил адвокатского статуса из за постоянной публицистической деятельности, которой он раскрывал всю неприглядную подковерную суть судебной системы. Показывая, что на самом деле представляют из себя суды и как туда попадают в судьи. А именно за критику и претензии в адрес судов, размещенную в сети интернет. При этом его лишили за то, что он не мог подтвердить изложенные там факты, и тем самым, по словам вице-президента адвокатской палаты Башкортостана Ильшата Махмутова, «дискредитировал профессию адвоката». Ситуация создается трагикомичная, учитывая что все размещенные Бурыкином факты относительно назначения судей и их деятельности имеют общеизвестный в адвокатской среде характер, понятный тем, кто принимал решение о лишение его адвокатского статуса, не меньше чем самому Бурыкину.

Но в адвокатской среде, как я понял в период своей работы там, вообще не принято ссориться с судьями, для чего вообще даже и предпринимать какие то реальные меры защиты, а не показательные, является дурным тоном. Так как, просто-напросто, затрудняет судейство и тем самым выводит адвоката из симбиозного союза паразитов-судебного произвола и имитации правовой защиты. С ними принято в первую очередь договариваться, даже если откинуть и коррупционную составляющую, которая тоже не редкость, просто потому, что бы обеспечить и некий видимый показатель защиты прав, и в то же время не нарушить антиправовой принцип судопроизводства.

Все что вырывается из этой системы, начинает ей угрожать, и она предпримет все меры для устранения такой угрозы. Что явилось одним из факторов того, что я в свое время вышел из адвокатуры.

Сейчас же система пытается исключить возможность реальной правовой защиты в принципе, поставив все под контроль государства. При этом, как я уже указывал ранее, дошло даже до того, что само Министерство юстиции Российской Федерации разработало и внесло в Правительство концепцию, прямо противоречащую Конституции Российской Федерации. Принципы его не раз уже были подтверждены и разъяснено Конституционным судом в многочисленных судебных актах, определяющих порядок и смысл применения закона в соответствии с Конституцией, и не допускающих иного понимания.

При утверждении данной концепции Минюст ссылается на опыт других стран, который говорит о существовании определенных квалификационных требований там к судебным представителям. Однако это является просто подменой понятий, потому как требования необходимой квалификации и государственная аккредитация при ее проверки, совсем не означают о необходимости загнать всех правозащитников в подконтрольную прогосударственную структуру.

Что говорит о том, что уровень конфронтации между государством и правозащитными структурами достиг такой степени, что главный орган юстиции уже предпринимает откровенно антиконституционные действия в этом противостоянии. Отрицая Конституцию, что бы минимизировать возможности правовой защиты для населения.

Только общественная огласка и адекватная реакция общества на антиправовую деятельность государственных органов может заставить их соответствовать общественным запросам. Потому включайтесь в группы для обсуждения случаев судебного произвола вконтакте, фесбуке, для того что бы создать такую общественную платформу, которую уже нельзя игнорировать и запретить, пока и эту возможность не перекрыли.


Вообще, идея монополизировать рынок юридических услуг витала и пыталась претвориться в действительность еще с начала 2000х, когда я  работал в Коллегии адвокатов. Тогда в проекте федерального закона «Об адвокатуре и адвокатской деятельности» именно значилось исключительное право на  ведение судебных дел по всем категориями для адвокатов, однако в окончательном варианте оно в таком виде все же не было принято. Что не помешало в последующем законодателю ввести подобные ограничения, как в уголовно-процессуальный кодекс относительно не только защиты обвиняемого, но и представительства потерпевшего, но даже и в арбитражно-процессуальный, где право на представительство предоставлялось или штатным работникам организации или адвокатам.

По поводу данных ограничений Конституционный суд Российской Федерации принял совершенно определенные судебные акты, которыми указал, что подобные ограничения противоречат как принципам свободного рынка, так и  непосредственно праву самого клиента на выбор собственной защиты, что определило применение законов соответствующим образом и заставило законодателя ввести изменения.
Прошло определенное количество времени, в ходе которого постоянно чувствовалось влияние адвокатского лобби, по неуверенным флуктуациям Минюста вокруг  все той же пресловутой адвокатской монополии, которая уже была самым определенным образом признана неконституционной соответствующей высшей судебной инстанцией, единственно правомочной определять смысл применения законов в соответствии с Конституцией России, и на тебе нам объявляется по  факту о том, что все же это будет обязательно введено.

Это вызывает самое глубокое изумление. Как так? Вроде бы Конституция не менялось и те, конституционные судебные акты, определяющие смысл ее применения не моли утратить свою силу, а сила их выше, чем все остальные законы, так как они определяют возможность их применения, и  вот сам Минюст нам объявляет о введении антиконституционного режима функционирования рынка юридических услуг.

С чем же это связанно? Как следует из объяснений самого Минюста, реформа направленна в первую очередь на повышение качества рынка юридических услуг, что должно определяться  подконтрольностью адвокатов определенным корпоративным требованиям, которые должны гарантировать соответствие оказываемых ими услуг определенным стандартам.

Однако, исходя из собственного опыта работы в  адвокатуре и  последующим общением с ними в своей профессиональной деятельности, такого рода монополия не только не  улучшит качество юридических услуг, а только приведет к его падению

Так, когда я еще в 2001 году начал работать в  районной юридической консультации Коллегии адвокатов РТ, то просто поразился абсолютно низким профессиональным уровнем, работающих там адвокатов, которые порой не знали даже основ права, не говоря уже о каких то более серьезных вещах и консультировались у меня-молодого адвоката, только что закончившего ВУЗ, по определенным вопросам. Просто потому, что значительная их часть работала по старинке, как было принято еще при СССР, когда монополия адвокатов была абсолютна, вследствие чего проблем с клиентурой не было никаких, рынок не требовал качества, потому подход к оказанию юр услуг был в своем большинстве рассчитан «на дурака». И  надо сказать более бессовестных обманщиков, чем там, я не встречал нигде и  никогда.

И с тех пор ничего  не изменилось в принципе, когда я сейчас по роду своей правозащитной деятельности, сталкиваюсь с уголовными делами, то я вижу как адвокаты там, будучи монополистами в качестве защитников, единственно что для них признал правомерным Конституционный суд, ведут себя так же, откровенным образом дуря людей. Получая деньги, к примеру, помесячно за предварительное следствие, и не предпринимая при этом мер, которые могли бы привести к немедленному освобождению, несмотря на стопроцентное алиби, намеренно затягивая дело. Или подавая кассационные жалобы, исполненные в громкой тональности, но в качестве основания имея нормы совсем не подлежащие к применению в данном случае.

Монополия наоборот лишает потребности в качестве, так как минимизирует выбор.

Потому я можно определенно сказать, что мотивы Минюста при введении этой однозначно антиконституционной реформы лежат совсем не в качестве, а именно в подконтрольности. Которая, к примеру, исключает возможность для таких как Дуров, что бы его интересы в суде представляли правозащитники из «Агоры», обладающие независимостью, или многие другие, интересы которых, к примеру, защищают юристы из такого объединения, как «За права человека» Льва Понаморева. Потому как те не будут каждый раз бояться, что на них накатают жалобу, или вынесут частное постановление в суде. Возможность чего просто вызывала при мне дикий ужас у адвокатов, учитывая характер их  рассмотрения в соответствующих квалификационных инстанций адвокатских структур.

Что может быть связанно только с повсеместным падением общего уровня защищенности прав человека от нарушений со стороны государственных структур  и неспособность, или просто не  желание верхов, что либо принципиально менять  в этом направлении.

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире