В Следственном комитете (СК) РФ создан Штаб по расследованию преступлений, «связанных с реабилитацией нацизма и фальсификацией истории Отечества». Штаб займется поиском виновных «в преступлениях, совершенных в годы Великой Отечественной войны», а также «предотвращением искажения исторических фактов». В общем и целом, новому подразделению предстоит оберегать «историческую правду».

Это событие прошло как-то не очень заметно. Беларусь, Навальный, Хабаровск – вот что в центре внимания. Вместе с тем имеются вопросы, на которые необходимо получить ответы.

Историко-розыскное подразделение СК должно искать преступников из эпохи Великой Отечественной войны. – Да где ж их взять? Они уже практически все умерли. Не актуально это. А реабилитация нацизма? – Сколько живу, ни одного «реабилитатора» не видел.

Однако имеются вполне реальные (и зловещие) «обещания»: борьба с «фальсификацией истории Отечества» и «предотвращение искажения исторических фактов». Венчает все это некая «историческая правда».

То есть предполагается, что фальсификация имеется. Но откуда это известно? И что это? Как, впрочем, – что понимается под историей?

А «историческая правда», которую теперь призваны охранять офицеры СК? Видимо, это что-то вроде ментального «золотого запаса». Если в советские времена пост № 1 располагался у входа в Мавзолей, то сегодня – у «исторической правды».

Немного зная ситуацию в современной российской социогуманитарной науке, могу сказать: быть сегодня верным «исторической правде» – это соответствовать очередному указанию из Кремля и по поручению оттуда менять позицию. Диалектика! Главное: угадывать, что от тебя хотят услышать. Назвать тридцатые годы «сталинской модернизацией» – значит, хранить верность «исторической правде», а эпохой тотального террора (например) – попасть в фальсификаторы.

Ладно. – Если сколько голов, то и столько умов. Но нет – «фальсификаторов» к ответу! Им не уйти от карающего меча СК. Ибо его сотрудникам поручено выявлять «историческую измену» и наказывать. Со всей строгостью метафизических законов. В общем, если Сталин был Лениным сегодня (Л. Каменев), то СК есть ЧК сегодня.

Историк, бойся секиста! В отличие от тебя он адекватно понимает внешнюю политику СССР конца тридцатых годов (а также – возможно – «призвание варягов», соперничество князей Московских и Тверских, опричнину и проч.). – Вооружен знанием «исторической правды». И поэтому каждый твой шаг в сторону будет рассматриваться как отступление (побег).

Конечно, можно возопить: да кто вы такие, чтобы учить меня?! – Вопи, вопи. Уголовку пришьют за Кирова или Молотова, Александра Невского или Ивана Грозного («Мы должны препятствовать искажению исторической правды, в том числе и уголовно-правовыми мерами», А.И. Бастрыкин), тогда и признаешь свою вину. Если же нет, столько-то лет в колонии строгого режима. – Смеешь, сука, «историческую правду» подвергать сомнению! Субъективный идеализм, если не сказать хуже.

Вообще, это решение – девальвация исторического образования и исторической науки. Это – покушение на гуманитарную сферу общества. Представляю: СК придет с обыском в связи с неправильным пониманием эпохи «Великих реформ» (полагать, что деятельность Штаба будет ограничена Великой Отечественной войной, наивно). Перевернут дом вверх дном, запугают домочадцев и, не найдя доказательств фальсификации «исторической правды», пригласят поговорить (допрос) на Технический пер., д.2.

Юноши и девушки, не поступайте на исторические факультеты! Уже одним своим выбором вы «подставите» себя и близких. Пусть историей занимаются офицеры СК. Тогда она (история) станет правильной. А вы не будете объектом разработки.

Ах, как это все не серьезно, карикатурно. Однако вспомним, что совсем недавно – при попустительстве большинства – была разгромлена Конституция и сломан механизм трансляции власти. И вот теперь место права и Конституции (как основной правовой нормы) займет «историческая правда». Для русской истории это не внове; наши предки называли свою власть «государством правды», противопоставляя его европейскому «государству права».

Итак, СК придаются функции инквизиции: искать и выжигать ересь. В рамках христианской традиции инквизиторы исходили из «факта» «первородного греха», что вполне могло привести к ереси. Спрашиваю: какой «первородный грех» обнаружат новые инквизиторы у историков? И как можно «предотвращать искажение исторических фактов»? Откуда офицер-инквизитор узнает, что такой-то профессор или доцент намерен «исказить»? Еще не «исказил», а только собирается? Как проникнуть в его замыслы? И кто определит, что «искажение», а что нет? Ответ, наверное, такой: соответствует ли это «исторической правде».

Презумпция виновности, которая теперь получает юридическое выражение, обязательно предполагает наличие злобных намерений. – У историков. – Интересно, как обстоят дела у философов, социологов, экономистов? На них эта презумпция распространяется? Если, к примеру, философ критически оценит «Материализм и эмпириокритицизм», всю эту псевдонаучную чушь? Ему тоже срок дадут? И как будет определяться объем и вред «искажения»? И станут ли более жестко преследовать «искажения» в составе группы (авторский коллектив)?

Вся эта затея была бы курам на смех, если бы – пока потенциально – не ломала человеческие судьбы.

«Факты», «историческая правда», «не дадим переписывать историю» … Каждое новая генерация, исходя из своего опыта и знаний, обречена на «переписывание», то есть иное прочтение, истории. Самый знаменитый историк XX столетия Арнольд Тойнби говорил, что нельзя написать историю от лица еще не родившихся поколений.

Историкам скажу: держитесь! Бог в правде, а не в силе! И, конечно, необходимы профессиональная и нравственная солидарность. Мы – не «говно», а мозг и совесть нации.



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире