«Я так и знала, что рано или поздно работа в отеле до добра не доведет»,— запричитала горничная в комнате отдыха персонала. «Но я не могла и представить, что дослужу тут до «расчленёнки»

«До чего?»,— удивленно переспросила коллегу супервайзер.

«До расчлененных трупов в мусорных мешках»,— взволнованно затараторила горничная. «А еще говорят, что по телевизору всю эту чернуху придумывают. Вот она реальность. И не где-нибудь, а в дорогом отеле»,— бросила вслед горничная. И удалилась.

А дело было так.

Накануне вечером, перед уходом домой, подсобный рабочий отправился на задний двор отеля «Гельвеции» — к мусорному баку. Сотрудник выносил последний за смену мешок с мусором. Едва мужчина открыл крышку огромного контейнера, как почувствовал резкий неприятный запах. «Странно, но ресторанная служба никогда не пользуется этим баком. Это строго запрещено, он не для пищевых отходов», — подумал он. «Нужно срочно доложить о «косяке» дежурному менеджеру»

Бдительный работник уже собирался закрыть крышку бака, но странное чувство подсказало ему, что происходит что-то неладное.

Подсобник принялся внимательно изучать содержимое контейнера, чтобы определить источник тошнотворного запаха. Сначала он вытащил пару легких пакетов, лежащих сверху. Они ничем не пахли и не вызывали подозрений. Сразу под ними лежали три небольших полупрозрачных мешка с канцелярскими отходами.

К середине бака запах резко усилился. Почти на самом дне красовался одинокий большой мусорный мешок. Он был подозрительно туго затянут сверху. И никак не походил на «родной отельный». Своей тяжестью пакет образовывал большую складку посередине. И заваливался на бок, буквально растекаясь по правой стороне контейнера.

Несмотря на чувство отвращения, мужчина был не в силах совладать с охватившим его волнением и любопытством. И принялся поднимать со дна странную находку, отворачивая в сторону нос.

«На ощупь содержимое пакета напоминало безжизненное обвисшее тело»,— в ужасе тараторил сотрудник, влетев позже в комнату отдыха персонала. «Нам в мусорный бак подбросили расчлененный «трупешник».

Оказалось, что растущее любопытство окончательно одержало победу над страхом. И мужчина принялся развязывать узел. Едва бдительный сотрудник оттянул тесьму на мешке и заглянул внутрь, как его взгляд уперся в искореженную челюсть — с зубами и деснами — торчащую из окровавленной плоти.

Подсобник в панике затянул узел на пакете, швырнул мешок обратно в бак. И рванул в комнату отдыха персонала.

«Я уверена, что гость из триста двадцать первого ночью прикончил свою жену. И под утро притащил мешок на задний двор»,— делилась шокирующими подробностями горничная. «Вчера поздно вечером я убирала коридор на третьем этаже. И отчетливо слышала, как супруги ругались. И даже дрались».

«Точно, это он!»,— продолжала строить пугающие версии супервайзер. «Рано утром мужчина вышел из номера — один. И грустный побрел на завтрак. А после завтрака вновь вернулся в номер. И ушел из отеля — снова один».

Страшная новость о «расчленёнке» вмиг облетела весь отель. Ни о чем другом персонал гостиницы в этот день говорить уже не мог.

«В бак мы сами не полезем, страшно! И запрещено требованиями безопасности»,— уверенно заявлял начальник секьюрити». «Будем вызывать полицейских. Но сначала — к их приезду — подготовим бумаги и проведем внутреннее расследование. Посмотрим видеокамеры»,— продолжал старший.

«Итак, на камерах видно, что мешок принес мужчина среднего роста в пиджаке и в светлой рубашке»,— собрал снова всех в комнате отдыха начальник службы безопасности. «Но посторонним с улицы к нам не попасть — отель полностью перекрыт по периметру, повсюду видеокамеры».

«Попасть к баку могли лишь постояльцы или персонал гостиницы. Ресторанную службу я исключаю — повара, официанты и подсобные ресторанов не имеют доступа к этой части заднего двора. И пищевые отходы в этот бак никогда не выносят. Остальной персонал тоже тут но при чем»,— вполне серьезно рассуждал старший секьюрити. «Совершить убийство кого-нибудь из гостей, расчленить труп да еще и притащить в мешке никто из сотрудников точно не мог. Везде — видеокамеры. И операционная система показала, что все электронные ключи в занятых номерах срабатывали с утра. А из тех гостей, кто проживает сейчас в отеле, никто не заявлял о пропаже близких»

«Значит, точно это негодяй из 321!» — снова запричитала горничная. «Он как раз невысокого роста. И ходит в пиджаке целыми днями. Видимо, давно задумал от несчастной избавиться — специально притащил ее в Россию. Убил, а труп решил в отеле спрятать, чтобы дома потом всем рассказывать, мол в России бедняга пропала. Зовите полицейских! И сдавайте его!»

«Если это вдруг действительно так, то представь, что в номере творится»,— предположила супервайзер.

«Гости — иностранцы. Необходимо сначала сообщить в их посольство. И только потом вызывать полицию»,— высказала свое предложение менеджер службы приема и размещения.

«Гостья из 321 жива и здорова. Вошла только что в «Кларет» (один из ресторанов отеля «Гельвеция») — через вход с улицы»,— вскоре сообщил дежурный охранник на фасаде отеля.

«Я вам должна все объяснить», — внезапно раздался телефонный звонок менеджера по банкетам и конференциям. У менеджера в тот день был выходной. Но слухи о «расчленёнке» дошли и до нее. «Во всем виноваты вчерашние челюстно-лицевые хирурги, проводившие у нас в конференц-зале свои тренинги. Я по ошибке впустила их представителя с мусором на задний двор».

«С каким мусором?» — ужаснулась супервайзер, — «Притащили с собой все выдранные у пациентов челюсти?! И подкинули нам в бак??»

Челюсти и зубы, к счастью, оказались свиными. Они в изобилии лежали в пакете — вперемешку с большими кусками мяса.

Так хирурги в тот день получали свои знания и профессиональный опыт. А персонал в «Гельвеции» — очередные непростые отельные будни. Ну и я — правдивую историю в свой блог.



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире