16:02 , 22 апреля 2015

Чиновник выдал мне справку, что дом мой сгорел

Как власти помогают пострадавшим от пожаров в Хакасии

Оригинал текста на «Йоде»



В результате пожаров в Хакасии скончалось 34 человека. 50 находятся на лечении в больницах. Около 5 000 жителей региона потеряли свои дома. 12 апреля в селах и городах Хакасии произошел большой пожар. В этот день была сухая погода и сильный ветер. Дома жителей населенных пунктов сгорали за несколько минут. У самих пострадавших от пожаров жителей много вопросов, к тому как выполняют обещание построить новые дома. О том, что сейчас происходит с ними, жители рассказали «Йоду».

21 апреля Президент России Владимир Путин обещал, что всем погорельцам будут построены новые дома и выплачены компенсации в размере 100 тысяч рублей. Виктор Зимин, глава Хакасии, обещал что 90% выплат будет сделано в течение трёх дней. Зимин сообщил, что восстановительные работы уже начались, а пострадавших поят, кормят и одевают.

Василиса Кременецкая, волонтер движения «Дети — детям Хакасии» рассказала «Йоду», что местная власть только два дня назад начала помогать пострадавшим. «Мы первую помощь повезли 14 апреля. Просили в администрациях районов предоставить нам адресные списки жителей, которые в силу социальных причин особенно сильно нуждаются в помощи. Речь идет об инвалидах, многодетных родителях, пенсионерах. Нам такую информацию не дали», — рассказывает Кременецкая. — В течение первых дней после пожара погорельцам помогали только волонтерские организации. Сейчас власти раскачались, нам сами звонят и спрашивают адресные списки погорельцев".

Татьяна Лаптинок, жительница поселка Шира, тушила пожар в соседней деревне, когда ей позвонила 15-летняя дочь и сказала, что улица, на которой их дом, в дыму. «Я вытащила из дома детей и документы. Огонь распространялся очень быстро. Пять минут — нет дома, пятнадцать минут — нет улицы. Все дома на нашей улице горели. Пожарные сначала не отвечали на звонки, потом все-таки они ответили — «спасайтесь сами». Ни одной пожарной машины я в этот день так и не увидела. Мы с мужем тушили своими силами, насколько их хватило. Воду брали из бани, еще у нас было два огнетушителя. Знаю, что другие соседи носили воду из реки. Когда поняли, что дом уже не спасти, а огонь надвигается, решили бежать. Ключи от машины мы потеряли в панике, когда тушили дом, потом потерялись дети. После того, как ключи и детей нашли, сели в машину и уехали за линию железной дороги, где было не так опасно. Не было пожарного оповещения, организованной работы по спасению людей. Мы звонили всем знакомым, многие из них еще спали, и кричали, что надо спасаться. Жители нашего села помогали друг другу. Некоторые соседи в панике заперлись изнутри домов. Выбивали окна, двери, вытаскивали их, выводили и забирали с собой одиноких стариков. Группа парней из соседних сел ездили по селу на машине, ломали заборы вокруг домов и сносили их в одно место, чтобы уменьшить распространение пожара. Жители села действовали очень достойно, помогали друг другу. Но люди все равно погибли. Моя знакомая выносила лежачую маму из дома, из-за этого шла очень медленно. Они сгорели обе заживо»,— рассказывает Лаптинок. Сейчас Татьяна живет у друзей. Детей приютили родственники, сказали, что готовы помогать, пока семье Татьяны не построят новое жилье. Когда это произойдет — неизвестно.

Администрация Ширы не хочет восстанавливать дома на прежнем месте. «Нам, жителям улицы, предлагают отдать свои земли под муниципалитет, а дома будут строить в отдаленном микрорайоне, где нет никакой инфраструктуры. Объясняют тем, что земля под дома должна быть в собственности муниципалитета, иначе федеральные деньги невозможно распределить. Мы должны свою землю отдать, а они построят новые дома на той земле, которая принадлежит муниципалитету. Мы потом можем выкупить эту землю по кадастровой стоимости. Откуда у меня деньги выкупать свой дом? У меня из-за пожара и работа «сгорела». Я была продавцом в магазине, который уничтожил огонь. Я встала на биржу труда, буду получать пособие. Пока не знаю, где и кем буду работать. Второй мой сгоревший дом восстанавливать за счет бюджета не будут. Он был почти готов, в него я вложила материнский капитал. В администрации мне сказали, что второй дом не застрахован, не оформлен, значит, его как бы и не было. Компенсацию мне не выплатили. Хорошо, у меня есть друзья, они кормят, помогают. Те люди, которых разместили в санаторий «Озеро Шира» живут впроголодь, потому что финансирование маленькое. Им не разрешают пользоваться электроприборами. Ужин заканчивается в семь, а большинство до вечера бегает по делам, документы собирают, возвращаются в санаторий и не могут даже приготовить горячий ужин», — говорит Лаптинок.

Ольга Челнокова, жительница поселка Шира, рассказывает, что администрация не собирается восстанавливать и её дом на прежнем месте. «Мой дом сгорел полностью. Я успела вытащить детей и убежать. Теперь власти говорят, что дома для нас будут строить в отдаленном районе. Мой дом был в центре, рядом школа для дочери-инвалида, музыкальная школа, больница. Там, куда они нас хотят переселить, чистое поле. Инфраструктуру обещают сделать через несколько лет», — рассказывает Челнокова. Аргументы у администрации такие — строить можно только на участках, которые в муниципальной собственности. Челнокова, Лаптинок и другие жители, несогласные с решением властей, планируют добиваться возведения своих домов на прежнем месте. «Мы сказали администрации, что будем стоять на своём. Чиновники отвечают, что на своей земле мы можем строить дома только за свой счет. Таких денег у жителей нет», — говорит Челнокова. Сейчас она вместе в детьми живет у родственников. Они готовы предоставить ей кров, пока не будет построен новый дом.

Другие истории погорельцев читайте в оригинале материала на «Йоде»

Читайте нас в ТвиттереВКонтактеФейсбуке



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире