Ровно 1 час и 40 минут я вчера снова был членом партии «Яблоко». Именно столько времени прошло с момента решения партийного арбитража (заседание которого прошло в рамках съезда) о моем восстановлении до того момента, когда съезд это решение отменил.

Изначально я направил две апелляции на свое исключение – обращение к съезду и в арбитраж. Президиум съезда, естественно, рассмотрение моего вопроса затягивал. К микрофону вышла пара ткачих разного пола, пафос выступления которых сводился к тому, что «кто такой этот яшин, мы тут судьбы страны решаем».

А вот арбитраж «Яблока» во главе с правозащитником Андреем Бабушкиным мою апелляцию рассмотрел. Причем сделал это подробно и объективно: выслушал мою позицию, мнение одного из инициаторов исключения Юрий Шейна, задал нам обоим множество вопросов, дал возможность задать вопросы друг другу.

В итоге, пока в зале проведения съезда решались «судьбоносные для страны вопросы», арбитраж принял решение восстановить меня в «Яблоке» (6 голосов за, 2 против).

На этом по уму и стоило бы остановиться, что и предложил лидер петербургского «Яблока» Максим Резник. Откровенно сумасбродное решение годичной давности о моем исключении было отменено, справедливость восторжествовала.

При этом через три месяца мне, видимо, все равно пришлось бы покинуть «Яблоко» вместе с десятками других коллег. Дело в том, что еще в субботу съезд утвердил постановление «О политическом изоляционизме», которые автоматически исключает из партии всех участников «Солидарность», если до 19 марта они не опубликуют публичное заявление о выходе из движения.



Максим Резник

Однако вожди «Яблока» не ищут легких путей. Новость о моем восстановлении быстро разлетелась среди делегатов. ЗАО «Три толстяка», как называли партийных вождей в кулуарах съезда, посовещалось на месте, после чего на трибуну поднялся верный «генеральной линии» комсомолец Юрий Шейн.

«Требую отменить решение арбитража. На заседании этого органа я по сути представлял позицию московского отделения. Но я был не готов и думал, что мне просто вопросы задают. И полномочий у меня не было», — сказал Шейн.

На трибуну вышел Бабушкин.

«В арбитраж поступило обращение Яшина, мы рассмотрели его в соответствии с Уставом. То, что позицию Москвы будет представлять Шейн, мне сказал председатель организации Митрохин…», — произнес Бабушкин.

«Я ничего такого не говорил! Не надо вводить съезд в заблуждение!» — закричал из президиума Митрохин.

«Сергей Сергеевич, — растерялся Бабушкин. – Ну, Вы же мне сами сказали. Я вру что ли по-вашему?»

«Я Вас уважаю! Но не надо вводить съезд в заблуждение! Я вообще ни о чем не знал! Узнал только что!», — басил Митрохин.

Перед тем как уйти с трибуны Бабушкин заявил, что будет рассматривать отмену решения арбитража как вотум недоверия и намерен в этом случае выйти из арбитража.

Для отмены решения необходимо было 60 голосов. Президиум ставит вопрос на голосование. «62 за!», — объявляет счетная комиссия. Кто-то из зала кричит: «Пересчитайте!». «Решение принято», — объявляет из президиума Иваненко.

Таким образом, я снова утратил членство в «Яблоке» и съезд по повестке должен был вернуться к моей апелляции.

Но в этот момент вожди, видимо, поняли, что ситуация висит на волоске. Если начать рассмотрение апелляции по существу и дать мне трибуну – есть шанс, что мне удастся переубедить троих делегатов, и их голосов хватит чтобы переломить «генеральную линию партии» и, наконец, восстановить меня в «Яблоке».



Григорий Явлинский

На трибуну поднялся Явлинский, который объяснил, что рассматривать мой вопрос по существу на съезде вообще нельзя. Потому что если решение о моем исключении съезд отменит – это обидит руководство московского «Яблока» (то есть Митрохина). Потому что такого в нашей партии вообще никогда не было. И потому что, если Яшин хочет вернуться в партию, то пусть заново вступает, а не требует восстановления.

Иваненко с ходу ставит на голосование предложение не рассматривать мою апелляцию, закрыв, таким образом, вопрос.

И снова – 62 голоса.

Митрохин с явным облегчением оседает в кресле президиума. Всё.

Трусливое и позорное решение. Испугались дать мне слово, продавили решение, запретили раздавать делегатам съезда мое письменное обращение.

Считаю, что на моей стороне – убедительная моральная победа.

Лирическое отступление.

Несколько лет назад из «Яблока» исключали Алексея Навального. Я тогда был единственным членом партийного Бюро, кто голосовал против. А накануне убеждал зампреда партии Иваненко в его кабинете не исключать моего товарища и попытаться найти компромисс.

Иваненко, вальяжно развалившись в кресле, объяснял мне, что Навального «мы исключим без шума и пыли», потому что он «связался с политическими профессионалами «экстра-класса».

Вчера этот «профессионализм» снова проявился в полной мере. И мои оппоненты, и мои друзья декларировали, что неправильно делать центральной темой съезда мое персональное дело. Я соглашался: за полтора года этот нездоровый ажиотаж изрядно утомил. Однако вместо того, чтобы в жестко регламентированных рамках рассмотреть вопрос в первый день, когда еще и журналистов не было, — получился «экстра-класс».

Сначала СМИ запестрели новостями о моем восстановлении. А через полтора часа об очередном исключении.

Настоящие профи, ничего не скажешь.

И еще пара слов.

Мне задают важные вопросы, на которые я здесь отвечу, что бы расставить точки на i.

1. Зачем нужно было столько времени добиваться на восстановление в «Яблоке»?

Для меня это принципиальный вопрос. Я добивался восстановления справедливости. Наглое по форме и возмутительное по содержанию решение об изгнании меня из партии – опасное и вредное. К тому же за меня вступилось такое количество уважаемых людей, что я просто не имел морального права бросить все и не довести дело до конца.

2. Есть ли возможность и смысл продолжать эту борьбу дальше?

Возможность есть. Отказ в рассмотрении на съезде моей апелляции – это грубое нарушение партийного устава. Так что в принципе я теперь имею все законные основания добиваться правды в гражданском суде.

Но делать я этого не буду, потому что смысл такая борьба утратила. История эта явно затянулась и погружаться в судебную тяжбу с нафталиновыми вождями мне неинтересно. Как говорил герой Дэнни Гловера, I’m too old for this shit :)

В «Яблоке» осталось много приличных и достойных людей. Я искренне надеюсь, что им удастся добиться реформ в партии, и желаю моим товарищам успеха.

Я же в свою очередь сосредоточусь на работе в движении «Солидарность».

Оригинал: yashin.livejournal.com


Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире