23:37 , 05 сентября 2016

О сомнительности экологической оценки городов, сделанной министром Сергеем Донским

Недавно министр экологии С. Донской заявил: «Если исходить из абсолютных показателей по загрязнению воздуха – а это основной фактор, влияющий на здоровье людей, – то наихудшая ситуация в Москве, Норильске, Иркутске, Чите, Дзержинске, Красноярске, Екатеринбурге, Челябинске, Магнитогорске»1/ .
Это заявление – повод еще раз отметить сомнительность подходов МПР к определению качества нашей среды обитания, и , главное в определении приоритетов действии по ее улучшению.
Начиная с 2013 года, МПР на основании данных по состоянию приземной атмосферы, числа автомобилей, энергопотреблению, водопользованию, обращению с отходами, состоянием растительного и животного мира, и принимаемых управленческих решений, оказывающих воздействие на окружающую среду, составляет экологический рейтинг городов и целых регионов. Утверждается, что эта методика разработана совместно с компанией Ernst&Young (четвертой по величине бизнес-консалтинговой компанией в мире).
По сумме этих семи критериев в прошлом году Москва была среди лучших. Трудно представить, как эксперты Ernst&Young суммируют, например, по Москве, такие явно негативные экологические эффекты от управленческих решений как, например, замена природных на рулонные газоны, кратный рост объемов применения противогололедной химии и сокращение зеленых площадей, с такими явно положительными эффектами, как улучшение качества моторного топлива и снижение концентрации окислов азота. Такое сложение неслагаемых («толстого с красным») – принципиальная методологическая слабость подобных «рейтингов». Но проблема еще серьезнее.
Министр прав, обращая особое внимание на качество атмосферного воздуха для здоровья. Но как определить это качество? МПР учитывает загрязнение по 20-30 широко распространенным и легко учитываемым (но не обязательно самым вредным) показателям, хотя, на самом деле, в воздух городов постоянно попадет около 500 вредных веществ. А всего в мире зарегистрировано более 250 тыс. химических веществ, в промышленных масштабах попадающих в окружающую среду, и этот список растет на десятки ежедневно. Всех их учесть в экологическом мониторинге практически невозможно. А это значит, что экологический мониторинг по предельно-допустимым концентрациям (ПДК) отдельных загрязнителей, не дает истинной картины.
Еще проблема – корректное определение размеров выбросов даже той горстки загрязнений, что учитывается. Для статистики, выбросы предприятий учитываются по их отчетам, основанным на средних величинах, заложенных в проектах. Реальные цифры всегда существенно отличаются в большую сторону. В городах главный загрязнитель — автотранспорт. Статистический учет этих выбросов тоже учитывается по средним модельным величинам на автобус, грузовик, легковушку, в лучшем случае, с учетом среднего числа авто в городн возрастом до пяти лет, до десяти лет и старше. Каждый водитель знает, что потребление топлива (и выброс!) зависит не только от типа и возраста авто, но и от режима движения (скорости и пробок, ям и дистанции и т.п.). Это значит, что статистика по автомобильным выбросам – тоже ненадежная.
Выражения «среднее по Москве», «среднее по Екатеринбургу» и т.д. – мало информативно из-за многократного различия между городскими районами. и даже окрестностями соседних улиц с разной интенсивностью движения транспорта. Это как «средняя температура по больнице», которая не сигнализирует об опасности.
Какой же выход, если мы действительно хотим определить территории для срочных управленческих решений по улучшению экологической ситуации?
Главное – сравнительный анализ экологически зависимой заболеваемости — не только онкологической, но и сердечно-сосудистой, легочной, эндокринной, психической, соотношения полов при рождении, врожденных пороков и аномалий развития для разных территорий. Об этом есть горы научно-методической литературы. Уже много лет экологи в партии «ЯБЛОКО» кричат об этом, где только могут. В каждой из брошюр серии «Региональная экологическая политика», которых мы издали в последние несколько лет для более, чем сорока субъектов Федерации2, есть разделы о связи качества среды со здоровьем. Моя книжечка «Экология и здоровье москвичей»3 вышла в «ЯБЛОКЕ» в 2009 и 2013 гг. Кчстати, в эти дни эти и другие экологические издания «ЯБЛОКА» можно увидеть на нашем стенде на Московской междунарожной книжной ярмарке. Но медстатистика по административным районам недоступна (то ли «закрыта», то ли отсутствует).
Объективным (а не статистически-«липовым») показателем экологически опасных территорий, кроме уровня распространения экологически зависимых заболеваний, может быть уровень асимметрии в популяциях растений и животных. Этот метод лет двадцать назад разработан в Академии наук, успешно апробирован в Москве, Калуге, Брянской области и на других территориях, даже утвержден Минэкологией (!), но благополучно положен в стол.
Почему МПР платит миллионы английской консалтиговой компании за сомнительные расчеты, а не создаст экспертный пул из представителей пока еще существующих отечественных академических институтов Дальневосточного, Сибирского, Северо-Западного, Южного отделений РАН и Москвы, который за много меньшие средства выдаст более надежный результат?
Мои советы министру С. Донскому:
– не пользоваться липовыми рейтингами из несопоставимых показателей,
— сравнивать территории по единичным, точно учитываемым, показателям (квадратным метрам незапечатанных территорий на душу населения, числу деревьев на человека, числу квадратных метров городской территории на один автомобиль, годовой прозрачности атмосферы, числу (%) исчезнувших видов растений и животных за последние 50 лет и т.п.),
— поддержать применение современных, а не допотопных, методов экологического мониторинга (по показателям здоровья населения и живой природы).
1/http://www.mnr.gov.ru/news/detail.php?ID=144873
2/http://rus-green.ru/biblioteka
3/http://www.yabloko.ru/node/23352



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире