Актер Егор Бероев вышел на сцену официального мероприятия с желтой шестиконечной звездой на концертном пиджаке, отождествляя, таким образом, себя и таких, как он, отказников от прививок, с евреями в годы Холокоста. Дескать, как их преследовали нацисты при Гитлере, так и нас в нашей стране. «Как мы – потомки победителей, — сказал он в своей страстной речи, — могли это допустить?», чем вызвал овации публики, собравшейся на церемонии вручения премии «ТЭФИ-Летопись Победы».

Что тут сказать? Конечно, не за то сражались. Миллионы людей отдали свои жизни на фронтах Великой Отечественной, к началу которой и была приурочена та церемония, чтобы Егор Бероев и его единомышленники в вопросах эпидемиологии и санитарии на правах потомков победителей могли посещать престижные кабаки и тусовки без предъявления справки о вакцинации, а тут такой облом и вероломство. Их собираются туда не пускать, как каких-то евреев во время Холокоста, — тем ведь тоже не давали вкусно поесть и классно потусить. Приравняли к последним – будто дед не побеждал! Конечно, обидно.

Или все же война шла не за то? Или, может, неловко сравнивать? Но он же не только сравнил – уравнял! Большая желтая звезда в софитах, аплодисменты изысканного общества…

Принято считать, что актерам (а Егор Бероев артист в третьем поколении!) не обязательно быть ни особо образованными, ни слишком умными – любят их не за это. Но бесчувственными им быть нельзя.

Отождествлять свои возможные неудобства со страданиями жертв Холокоста – это вопиющая бесчувственность. И то, и другое – дискриминация, и потому между ними стоит знак равенства? Окстись! Ограничения на вход в общественные места для непривитых и лишение жизни за принадлежность к определенному народу – это одно и то же? Желтые звезды надевали на тех, кого собирались убить. И убили – 6 миллионов, половину еврейского населения Европы – каждого второго, среди них 1,5 миллиона детей. Сначала мучили, а потом убивали. Это вам не уколоться в стерильных условиях для вашего блага (если верить врачам-специалистам и опыту развитых стран мира, где добровольно привились почти все) или топтаться у входа в элитный ресторан, куда неуколотых не пускают.

Можно сравнить? Можно уравнять? Только в двух случаях. Первый: если ты настолько любишь себя и свое привычное времяпровождение, что весь мир может провалиться – лишь бы оно для тебя сохранилось. Второй: ты настолько дремуч, что про Холокост знаешь только это слово и видел только этот символ, как перечеркнутый круг вместо надписи «Хода нет» для не умеющих читать. И не в состоянии представить за всем этим судьбы людей, смерть детей – тебя не касается (см. п. 1).

Первое не лечится. Второе можно попытаться исправить. У нас в РЕК есть такой опыт. Почти десять лет назад две юные девушки – сестры-близнецы в публичной викторине на слово «Холокост» выбрали ответ – «Клей для обоев». Кинодокументалист Мумин Шакиров пришел ко мне с идеей фильма, которую я тут же поддержал. И он снял этот потрясающий фильм, который так и назывался: «Холокост – клей для обоев?». Режиссер повез девушек в Освенцим и снял их реакцию на то, что они увидели, как пережили. Фильм имел большой успех и в России, и за границей.

Времена изменились. Теперь – в том числе и не без нашего участия – никто не принимает Холокост за клей для обоев. Он у всех на слуху. Но сработал эффект маятника – обычная, к сожалению, реакция невежд и деляг – теперь Холокост из табу и неведения стал предметом ширпотреба. Им пользуются как разменной монетой, его захватали немытыми руками, им щеголяют и тешатся. Из трагедии делают водевиль.

Пример Бероева – показательный в этом отношении. Бесчувственность и отсутствие элементарных знаний о предмете, помноженные на популярность, привели к этому недостойному, оскорбительному шоу.

Я готов повторить эксперимент, который был настолько успешным в отношении девочек-провинциалок. Пусть только согласится – я сам проведу ему экскурсию по местам, связанным с Холокостом. Возможно, и он что-то поймет, как поняли и осознали это они.



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире