Российская пресса, как сервильная, так и оппозиционная имеет один общий порок – отсутствие собственной воли по действительно важным вопросам. Дело погибшего в 2009-м году аудитора Фонда «Хэрмитаж Кэпитал» Сергея Магнитского – вопрос чрезвычайно важный и до сих пор актуальный. Но именно по нему наши редакторы, журналисты, блогеры, правозащитники и прочие общественные деятели работают чрезвычайно пассивно, кондово и, возможно, только по предоплате. Думаю, я имею право высказаться по данной теме хотя бы потому, что был единственным журналистом, который не пел осанну Уильяму Браудеру, когда большинство моих коллег считало вполне приличным поучаствовать в общем хоре. И тогда и сейчас я считаю, что главными виновниками гибели Сергея Леонидовича Магнитского были Уильям Браудер и Джемиссон Файерстоун, а вовсе не следователи, которые вели его дело. И тогда и сейчас я считаю, что Сергей Леонидович Магнитский оказался в тюрьме не за мифическое расследование коррупции, о котором нам постоянно толкуют Браудер и Файерстоун, а за реальное налоговое преступление. И тогда и сейчас я остаюсь уверен в том, что эта смерть чрезвычайно выгодна господину Браудеру и он продолжает цинично извлекать из неё прибыль. В данном контексте западный лозунг «ничего личного – только бизнес» звучит жутковато, но откровенно.

В поединке с российским государством Браудер в итоге потерпел поражение. Он осуждён, пусть и заочно, и теперь может вести свой бизнес в России только через подставных лиц и оффшоры.Его репутация удачливого и дерзкого бизнесмена сдулась, теперь он может довольствоваться только репутацией «жертвы путинского режима» где-то рядом с Басаевым и Березовским, если по алфавиту. Не путать с Ходорковским, осуждение которого Браудер, как известно, приветствовал. Однако, Браудер птица изрядного полёта и такая виктимная роль ему явно противна. И вот он решил потихонечку возвращаться в информационное и политическое поле России. Пока осторожно, через подставных лиц, через скромные газетные статьи в интернете.

И для того, чтобы напомнить о своём существовании Браудер избрал новую жертву – свидетеля обвинения по своему делу, основателя компании «Файерстоун Данкен» Константина Пономарёва. За последнюю неделю статьи против Пономарёва появились одновременно на сайтах нескольких газет и на сайте Московского бюро по правам человека. А также в блоге Кирилла Шулики на сайте Эха Москвы, откуда я, собственно и узнал об этом всплеске информационной активности. Если суммировать все обвинения, которые предъявлены Пономарёву журналистами за последние пять-семь дней, то это и помощь в фабрикации уголовного дела, и разработка незаконных налоговых схем, и кража, и лжесвидетельство и мошенничество и т.д. Все авторы рассказывают о Пономарёве, как о некоей таинственной личности, который прячется по программе госзащиты свидетелей в неизвестном месте. Делают вид, что ничего о нём раньше не знали и вот только теперь вытащили на свет главного злодея. Это всё ложь. О Константине Пономарёве и его роли в этой истории известно уже года два. Первым о нём написал я в статье «Магнитское поле» в МК, правда, тогда без упоминания фамилии. Но вскоре самого бизнесмена уже с фамилией показывали по центральным каналам, о нём писала газета «Коммерсант», и никакого ореола таинственности вокруг него нет, и не было.

Если Пономарёв действительно находится под государственной защитой, то нетрудно догадаться, почему она ему предоставлена. В деле Браудера слишком много трупов. Все погибли якобы естественной смертью, вот только противоестественно рано и в самый нужный для Браудера момент. Пономарёв действительно основал фирму «Файерстоун Данкен», но эта фирма была отобрана у него тем же Файерстоуном при коррупционном содействии российских силовиков. Нужные Файерстоуну документы Пономарев подписал тогда в синяках и наручниках. Кстати уголовное дело по статье вымогательство в отношение Файерстоуна по данному факту приостановлено, так как он скрылся и находится в розыске. Да, Пономарёв действительно придумал схемы для уменьшения налоговых выплат, но, в то время, когда он их придумал, они были абсолютно законными. И применил эти схемы не Пономарёв, которого к тому времени уже вышвырнули из созданной им фирмы, а, спустя годы, ныне покойный Сергей Магнитский. И применил их таким образом, что вполне законная задумка превратилась в налоговое преступление.

И что ещё очень важно. Сергей Магнитский оказался в тюрьме не благодаря показаниям Константина Пономарёва, как хотят нас в этом уверить неизвестные корреспонденты. Константин Пономарёв был допрошен по этому делу спустя несколько месяцев после ареста Магнитского. И вся преступная деятельность Браудера и фирмы «Файерстоун Данкен» не имеет отношения к Пономарёву по одной причине. На момент начала таковой деятельности фирма у Пономарёва была уже отобрана.

Всё, что я перечислил выше – общеизвестная открытая информация, которая намеренно игнорируется теперь Уильямом Браудером и теми, кто подвизался его обслуживать.

Но кто эти люди, помощники бывшего «западного инвестора», а ныне официально осужденного жулика? Все статьи подписаны человеческими фамилиями. Но никто никогда не читал ничего, что когда-либо было ими написано. И никогда не видел в глаза этих людей. То есть – журналисты пишут под псевдонимами. И если в нескольких изданиях одновременно, залпом без всякого информационного повода появляется несколько статей на одну тему, и все они подписаны несуществующими сотрудниками – это первый показатель проплаченного материала.

Теперь, что касается блогера Эха Москвы зампредседателя «Демократического выбора» Кирилла Шулики. Не думаю, что он пишет за деньги, но должен его предупредить в какой компании он невольно оказался, искренне откликнувшись на всплеск информации. Что касается члена Совета по правам человека при Президенте РФ Александра Брода, который возмущается предоставлением Константину Пономарёву государственной защиты, и намекает, на то, что эта защита оплачена ложью, то ему как правозащитнику следовало бы знать, что разглашение сведений о человеке находящемся под государственной защитой– это преступление. Понятно, что эта секретная информация была раскрыта не господином Бродом, а кем-то из должностных лиц. Можно с большой вероятностью предположить, что люди Уильяма Браудера просто купили эти сведения у российских госслужащих и вбросили информацию в СМИ. Как они ранее покупали частную информацию на тех, кто расследует уголовное дело Браудера. И если Константином Пономарёв действительно сейчас находится под защитой государства, но по вине отдельных недобросовестных госслужащих с ним что-то случится, то этих кротов быстро найдут.

В отличие от моих засекреченных коллег, выступающих под псевдонимами, я не поленился и обратился к Константину Пономарёву за комментарием. До меня никто из журналистов, как выяснилось, этим не озаботился, что опять же ставит под сомнение их профессионализм. Вместо комментария Константин Анатольевич попросил опубликовать адрес его электронной почты, дабы любой журналист мог при желании узнать позицию его стороны, а не переписывать креатив пиарщиков Браудера.

Вот этот адрес: kap71@list.ru

То есть Константин Анатольевич Пономарёв, 1971 года рождения.

И ещё. Пару лет назад я предложил Джемиссону Файерстоуну, который тогда поливал меня за мои статьи в МК по делу Магнитского, встретиться в прямом эфире Эха Москвы. Главред станции Алексей Венедиктов идею одобрил, назначил день и время эфира. Джемиссон Файерстоун сначала было согласился, а потом резко передумал. Не думаю, что он меня испугался. Но любой диалог по этой теме объективно невыгоден ни Браудеру, ни Файерстоуну. Они могут произносить только монологи, пользуясь доверчивостью российской аудитории. Если я ошибаюсь, то моё предложение остаётся в силе.



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире