Программа реновации в Москве — это, наверное, самый громкий проект вмешательства государства в личную жизнь людей за постсоветское время. Достаточно сказать, что уже сейчас в программу попадает более четырех тысяч домов, а обсуждаемый в Госдуме законопроект не ограничен никакими сроками реализации, да и под его действия попадают не только провинившиеся чем-то перед мэрией Собянина хрущевки, а вообще любые дома.
Раньше в Москве еще с лужковских времен реализовывалась программа сноса аварийного жилья. Но, во-первых, ее масштабы были существенно меньшими, во-вторых, она реализовывалась на основании понятых правовых механизмов, ограниченных решениями органов государственной власти и судов. Не самые большие объемы позволяли чиновникам договариваться с владельцами квартир, которые были недовольны переездом из действительно отслуживших свое домов. Кстати, если в законопроект о реновации пройдут поправки правительства России, то аварийное жилье в нее может и не попасть, потому что самой реновацией будет называться «процесс предотвращения появления аварийного жилья».
Власти же сейчас положили глаз не на аварийные, а на хорошие дома, причем, часто в довольно приличных и зеленых районах недалеко от метро. Можно посмотреть карту реновации и увидеть, что чем дальше от метро, тем меньше у реноваторов рвения сносить там дома. Между тем, старые дома, а в моем Свиблово, скажем, в них переселяли из бараков в 60-е годы, подразумевают свой особый жизненный уклад, который отличен от уклада жизни в новостройках. И если молодым людям перестроиться еще возможно, то старикам это будет сделать довольно трудно. Сами посудите – люди обычно приезжали из сельской местности, жили в бараках, потом в хрущевках, а потом их раз и переселяют на двадцатый этаж очередного человейника.
К сожалению, прибывшее из других городов руководство просто не знает Москву, поэтому не ожидало такого сопротивления, казалось бы, довольно правильному перед выборами масштабному проекту улучшения жилищных условий. Уже сделано довольно много уступок, но некоторые дома не просто не голосуют единогласно за, а вообще выступают против переселения. Соседний от моего дом благодаря одной активистке уже сейчас дает 60% против, мой существенно хуже – 24%, но я не пенсионер и не могу целый день общаться с соседями, а еще один дом рядом дает всего 6% против, потому что там вообще никто, кроме телевизора и чиновников, людям ничего не объясняет.
Но давайте уж говорить прямо. Реновация является классической формой национализации и пересмотра итогов приватизации, выражающимся в отъеме собственности у населения. Поймите, собственность не бывает плохой или хорошей, она либо есть, либо ее нет. У меня она есть, и, если она меня устраивать не будет, я ее продам, поменяю, подарю или сделаю еще какие-то возможные по закону действия. Согласно Конституции, мое право частное собственности охраняется и государство за меня не может решить, что я хочу от нее избавиться.
И самое похабное в реновации то, что государство устранилось от процесса избавления меня от собственности. Эту миссию возложили на моих соседей. То есть они голосованием решают, хочу я куда-нибудь переехать или нет. Собственно, теперь мне интересно, почему бы у народа не спросить, хочет ли Усманов, Абрамович или еще кто-то из олигархов продать или подарить государству свои активы? Еще можно спросить людей, хотят ли они, чтобы депутаты отдали свои квартиры и жили в хрущевках. Ну много чего можно спросить. Ну а государство скажет, простите, дорогие, это все не мы, а ваши соседи.
Я же ведь понимаю соседей, которые хотят переехать и для многих это, наверное, единственный шанс в жизни. Ведь государство сделало все возможное, чтобы простой человек в России никогда не смог бы решить свой жилищный вопрос – абсолютно раздутый рынок недвижимости с завышенными ценами, включающими всякие откаты и другие «коррупционные налоги», совершенно фантастические проценты по ипотеке и много еще чего. Но я сам переезжать не хочу, потому что меня все устраивает, а как перестанет, найду способ решить свою жилищную проблему. Да в конце концов, кто знал, что чиновникам стукнет в голову, поэтому я сделал ремонт, который, мягко говоря, сильно ударил по моему карману. В новой же квартире мне никто не сделает теплый пол, так актуальный этим летом, и не поставит импортную сантехнику. Получается, что те, кто обустраивает свое жилье, исправно платит коммунальные платежи и делает другие полезные для государства вещи оказывается в худшем положении, чем те, кто с момента постройки дома ни разу не делал ремонт.
Вот вам и линия весьма опасного противостояния в каждом доме. Ее можно назвать малой гражданской войной. Любой передел собственности заканчивается ровно этим. Провоцирует эту войну государство, которое устраняется от защиты прав собственности с одной стороны и принятия непопулярных решений с другой. Оно столкнуло людей с разными интересами между собой. Это уже приводит к побитым соседям, а до откровенной поножовщины в принципе рукой полдать. Ведь одни вроде как получают единственный в жизни шанс въехать в новую квартиру, а другие обустроили свое жилище и просто не имеют в том числе и финансовых возможностей обустраивать новое в соответствии со своими жизненными стандартами. Противники реновации получили новых активистов не среди тех, кто задумывается о праве собственности, а среди тех, кто положил ковролин, потому что у них маленький ребенок, в новом же доме им обещали линолеум.
И не говорите мне, что у меня сыпется хрущевка. Я делал ремонт только после того, как убедился, что по всем документам мой дом не является аварийным и сносу не подлежит. За год-два он точно не стал хуже. Разговоры о том, что он скоро станет аварийным, можно вести даже вокруг дома, где живет Собянин, ибо вечного ничего не бывает. Однако свой дом, который обязательно когда-то станет аварийным, Сергей Семенович сносить не собирается.
Так что москвичей ждет непростое время. Как в 90-е годы шел передел собственности, помните? Это был неизбежный процесс перехода к рынку, но тем не менее я больше не хочу братков, рейдеров и перестрелки. Но то были заводы, шахты и нефтяные месторождения, объективно говоря, не касавшиеся большинства населения. А теперь ровно такой передел грозит каждой квартире в домах, поставленных на снос. Причем, совершенно неважно ты за реновацию или против, поскольку твое право собственности гарантировано мешает какой-то части соседей воплотить в жизнь свою мечту.
