vasiliy_gorbachev

Василий Горбачев

21 февраля 2018

F

Ох, уж эта «русская тема» на Олимпиаде! Когда вышло решение МОК о дисквалификации Олимпийского комитета России, замаячила вероятность того, что только мы — волонтеры — представим Россию в Пхенчхане: ведь мы работаем на POCOG — Оргкомитет Игр. Это была ужасная перспектива, ведь несмотря на интернациональную природу нашей функции на Олимпиаде, любой волонтер болеет за атлетов своей страны. Мы всегда поздравляем коллег из других стран с завоеванными медалями и успешными стартами. Остаться без сборной — все равно, что осиротеть. Вот почему рождение OAR (олимпийских атлетов из России) — пусть и в результате отстранения лидеров сборной России по откровенно санкционным критериям — придало этим Играм важный смысл для нас, волонтеров из России.

2892314

Я открыл для себя Корею как страну красных крестов. Здесь очень активны протестантские церкви, и они строят свои храмы в сюрреалистичном модерне, подсвечивая кресты на шпилях красным неоном. Ночами они горят на фоне многоэтажных человейников, суля спасение их обитателям, красные луны корейских урбанистичных скайлайнов. Сочинское солнце России зашло; в Пхенчхан вкатилась загадочная луна OAR. С крестами на собственной репутации, на спортивных карьерах, медальных надеждах. И здесь ее ждали испытания информационным фоном, журналистскими каверзами, изощренным хейтерством далеких от спорта диванных комментаторов. Но здесь, в Пхенчхане и Канныне, российскую команду ждала и поддержка местных и прибывших со всей России болельщиков, а также теплый прием русскоязычных волонтеров.

2892304

В день прибытия российской делегации у меня была смена — я слушал бриф на день от шефа аргентинской делегации. Внезапно она отвлеклась на смс от только что прилетевшей спортсменки. Глаза ее округлились, и она быстро прочла мне ее по-испански. «Все нормально, регистрируем багаж для отправки на стадион. В аэропорту — целая манифестация в поддержку России». Наши соотечественники, живущие в Корее, долго готовились к этой встрече, обсуждая ее на своих форумах. Дальнейшие события показали, что и корейцы относились к сборной России более чем благосклонно. Самым трогательным моментом в этом смысле для меня стал прокат произвольной программы наших мужчин-фигуристов. Я вновь был с делегацией — на трибуне Gangneung Ice Arena. Впереди у кореянки пенсионного возраста была стопка предусмотрительно распечатанных на цветном принтере флагов, формата А4. Она поднимала их над головой, поддерживая решительно всех — каждому зажгла флаг его страны. Нашим Мише Коляде и Диме Алиеву тоже достался благодарный флэш триколора. Да и в целом, корейцы — чрезвычайно благодарная, уважающая спортсменов публика.

2892308

Но настоящую феерию российских фанов здесь можно увидеть, конечно, на хоккее. Матч OAR-USA утопил каннынскую хоккейную арену в бело-сине-красных цветах. Я опоздал на игру. Войдя в сектор в начале второго периода в волонтерской куртке, я пробрался на свободное место рядом с американцами. «Эта русская командочка — не подарок», — тут же пожаловался сосед: мы вели 2:0. «Я знаю, ведь я тоже — русский», — добил его я.

2892312

После игры (4:0) россияне устроили то, что на фанатском языке называется «проход». Стройные колонны «на цветах» устроили перекличку, покидая арену. Мы же с друзьями рванули к раздевалкам — поздравить героев матча, благо аккредитация открывает многие двери. Никто из тренеров и игроков не отказал в фото с волонтерами Олимпиады.

2892306

Россияне здесь в центре внимания не только из-за известной истории. Американский Wall Street Journal признал оаровскую униформу самой стильной на Играх. Второй состав российской лыжной сборной берет медали чуть ли не в каждом виде, а в мужской эстафете до последнего километра боролся за золото. Мы впервые взяли медаль в ски-кроссе. Наконец, все-таки открылся и сразу стал популярным «Русский дом», и о нем стоит рассказать подробнее.

2892310

У топ-сборных на Олимпиадах всегда есть свои «дома». Обычно это арендованный особняк, мини-отель или часть большого отеля. Цель дома — популяризация культуры и спорта страны; коммерческая деятельность по продаже еды, атрибутики; наконец, чествование соотечественников — героев Игр. Мы, волонтеры, любим посещать дома разных стран. В них интересные программы, вкусное угощение, незабываемые встречи со звездами спорта. Открытие этих Игр я смотрел в HHH — Holland Heineken House, в тепле, приятной компании и под хорошее пиво. Чехи тоже угощают пивом — это понятно. Австрийцы назначили особый день для поездки в свой дом с ассистентами. За вход в некоторые дома надо платить. Дома Кореи, как хозяйки нынешних Игр, и Японии — как принимающей следующие — расположены в Олимпийском парке Каннына и предлагают обширную программу для всех.

2892300

Русский дом изначально планировался, но странные санкции МОК сделали невозможным его существование в обычном формате. Жаль, ведь некоторые из моих знакомых работали в таком доме в Рио (хоть кайперинья в нем оставляла желать) и планировали приехать сюда — волонтерами. Поэтому Фонд поддержки олимпийцев России открыл в Канныне — на живописной пляжной линии — Дом спорта, сразу ставший известным как «Русский дом». Здесь выступают коллективы русскоязычной общины Каннына, чествуют ветеранов-олимпийцев (команда ОАР лишена возможности демонстрировать государственную символику), проводятся культурные мероприятия. Здесь я впервые за месяц поел блинов — на Масленицу! Здесь был показ российского фильма «Лед», представленный творческой группой, в состав которой входила исполнительница главной роли Аглая Тарасова. Многие спортсмены и волонтеры из других стран побывали в Доме Спорта, и от всех я слышал только теплые слова.

2892296

Перед Открытием Игр в интернете появилось сообщество Our Athletes from Russia, с серией остроумных аватар. «You know OAR country». Все знают. Все так и говорят здесь: «Россия». Играет Россия. Выступает Россия. Завоевывает медали Россия. Жаль, пока нет золотых. Ждем завтра?

2892298

19 февраля 2018

Эмоджи Пхенчхана

Пока разные люди, никогда не бывавшие в Олимпийской деревне, много, охотно и желчно комментируют происходящее на аренах Каннына и Пхенчхана, Игры перевалили за экватор. Не могу сказать, что большая часть, но много, очень много писанины об Олимпиаде в российских неспортивных СМИ — наносное, нелепое, творческое. Далекое от истины.

2891476

Всей истины не знаю и я, но я здесь, в Пхенчхане, и это мои пятые Игры. Поэтому я просто расскажу вам о тех плюсах и минусах, что я заметил к 20 февраля.

Во-первых, здесь очень безопасно. Я начинаю с нижних уровней пирамиды Маслоу только потому, что слишком многие знакомые мне волонтеры и атлеты пострадали в Рио: их грабили с пистолетами и ножами, у них крали портмоне и телефоны, они постоянно всего боялись. Гулять по неосвещенным улицам. Ездить на пригородных поездах. Снимать жилье без охраны. Я возвращался с работы в опасный Рио Сентро последним поездом метро в 1:30, и копы-автоматчики провожали меня в ночь с изрядной долей скепсиса в том, что я доберусь до дома. Здесь мы спокойно гуляем ночами. Здесь нет краж. Оставленный на столе в кафе телефон дождется вашего возвращения. Для корейцев закон свят, а любое правило становится законом.

2891466

Последнее, впрочем, иногда раздражает: очевидные решения игнорируются из-за нулевой гибкости. Доступ разных видов олимпийского транспорта на объекты регулируется VAPPами — разрешениями на въезд и парковку. Ваппы бывают разных уровней; высшие из них — P1 и P2 — открывают почти любые шлагбаумы. Представьте мое удивление, когда однажды здесь меня не пустили в санно-бобслейный комплекс на машине главы миссии с ваппом Р2! Р6 — можно, а со вторым — нет. Корейский секьюрити был непреклонен, твердил одно: It's a rule. Я просил пропустить меня на 5 минут, только чтобы забрать тренера и спортсменку. It's a rule. Позже мы получили забавное объяснение этому правилу: мол, дорожка на холм, к зоне старта, узкая; решили не рисковать здоровьем випов, разъезжающих на Р2. Результатом эпизода стало возмущение делегации, которое пришлось улаживать мне — ведь я работаю на Оргкомитет.

2891468

НОКовский опыт выручает и здесь. Можно припарковаться где угодно, если скажешь парковщику, что… не парковался. Sorry, no parking here, sir. Отвечаю: no-no, no parking, just drop off (привез мол, просто, и уезжаю). Это его устраивает, ведь правила не нарушены.

Расстояния приличные, лично я накатал здесь уже почти 3000 км. Самые удаленные объекты от PVL (горной олимпийской деревни) — снежный парк «Феникс» и горнолыжный комплекс для скоростных дисциплин Jeongseon — примерно в 50 км. Почти все стадионы горного кластера прекрасны и высококлассны — это не только мое мнение, но и атлетов. Стадионы олимпийского парка в Канныне (ледовые арены для фигурного катания и шорт-трека, конькобежный овал, хоккейный центр и керлинг-центр) — современны, технологичны и удобны для зрителей. Доступ на них организован в целом грамотно, досмотр проводится динамично.

2891470

Но и здесь есть два минуса. Таких очередей в женские туалеты, как на Ice Arena в перерыве мужской фигурки, я не видел никогда. Мужики с отвисшими челюстями снимали их на телефоны, и я был в их числе. Я понимаю, что во время хоккейного матча ситуация была бы противоположной, но почему не ввести «полосу с реверсивным движением», просто сменив несколько табличек?

2891472

Другая хроническая олимпийская беда — буфеты для зрителей. Если в Олимпийском парке их достаточно, то на объектах кормят скудно и с нервами очередей. Про позорный ассортимент олимпийских буфетов для публики я писал еще в Рио. Мало что изменилось: резиновые хот-доги все правят бал.

Обе олимпийские столицы красивы и колоритны, каждая по-своему. Прибрежный Каннын с вереницами рыбных ресторанчиков вдоль тесьмы пляжей, заставленной причудливыми экспонатами Fire Art Fiesta, деревянными, соломенными, что будут сожжены в конце Игр. Роскошная линия кофеен топ-уровня на Anmok Beach, где в 90-е случился бум кофейных автоматов, которых позже — небывалый случай — сменили люди! Пхенчхан, с сосновыми переливами гор, лыжными курортами и магазинчиками по аренде лыж, с улыбчивым, услужливым и не понимающих не бельмеса по-английски персоналом. Если здесь случается ветер, то кажется, что он способен сдуть сами горы; но и ветер не заставляет корейцев надевать шапки — местные согреваются пакетами для рук днем, да соджу (~20%) с пивом по вечерам.

2891480

И пусть мало кто из местных волонтеров говорит по-английски (так было и в Рио), пусть лунный Новый год вызвал двухдневный транспортный коллапс в Пхенчхане, и моя делегация не попала на шорт-трек, пусть все более недоеденными остаются на моем подносе соевый суп, кимчи и рис, Игры набрали ход и уже озарили мир своей магией. Все, что происходит на дистанции, случается и в жизни. Тренируйтесь жить. Смотрите Олимпиаду.

15 февраля 2018

Люди Игр

Опытные волонтеры знают: олимпийское время течет неравномерно. До Открытия оно тащится, а во время Игр – стремительно несется, увлекая в свой вихрь и победы, и слезы, и новый бесценный опыт. Став тканью Игр, ты включаешься сразу в несколько рабочих команд и групп. Происходит коммуникативный взрыв; он обнажает все провода твоей личности, и вот уже ты окружен теми, кому интересно провести это время с тобой. А дальше – только вы решаете, какими станут ваши воспоминания, после того как улетит Миша. Мои наверняка будут наполнены людьми.

2889974

Делегация

Второй раз работаю с аргентинцами, и всем сердцем полюбил этот народ, эту культуру. У команды – свои задачи на Играх, и – поверьте – борьба за каждую строчку в итоговом протоколе идет жаркая. Юная звезда этой сборной – саночница Вероника Равенна. Я познакомился с Вероникой и ее отцом-тренером Хорхе на юношеской Олимпиаде в Лиллехаммере ровно два года назад. Там девушка заняла почетное 7 место, и тут же интерес к ней проявила сборная Канады, ведь семья живет и тренируется в Ванкувере. К счастью для Аргентины, с канадским спортивным гражданством не сложилось, и юное дарование продолжает выступать под бело-голубым флагом с золотым солнцем. Результат в Пхенчхане – 24 место – можно расценить как отличный взрослый старт для 19-летней спортсменки. Поболеть за Веронику в Пхенчхане приехали члены ее семьи и, когда я отвозил их на станцию, они очень тепло отзывались о русских, живущих и работающих с ними в Канаде.

2889980

Тренер

Во второй раз в жизни судьба свела меня здесь и с удивительным человеком, энтузиастом, на чьей энергии и любви держатся биатлон и лыжи Кыргызстана, Александром Владимировичем Левданским. С ним мы тоже познакомились в Лиллехаммере: в Норвегии я как раз помогал Кыргызстану, всем друзьям раздал их значки, а сам остался без единого. И вот киргизский значок нашел меня! Александр Владимирович — тонкий и чуткий живописец; он создает завораживающие пейзажи, в которых отражается земля, которую он любит и отдает себя целиком – прекрасный Кыргызстан. Не говоря уж о том, что его дом — это база киргизских лыж, биатлона и спортивная секция для детишек. В Пхенчхан он вновь привез своих воспитанников. Жаль, из-за постоянной занятости с другой делегацией у меня не было возможности постоять с ним на огневом рубеже и послушать его спокойные и мудрые комментарии о гонке, да и о жизни. Такие люди как Александр Владимирович заботливо поправляют вечно сползающий в пропасть мир.

2889978

Атлеты

Фигуристы – отдушина для российского болельщика на аренах Пхенчхана. Как только выпадает свободная минутка – мы прыгаем в ближайший шаттл в направлении Gangneung Ice Arena. Аккредитация позволяет нам проникнуть чуточку дальше, чем простому болельщику, и вот мы уже наблюдаем, как новоиспеченные серебряные призеры Игр в командных соревнованиях дают интервью в микст-зоне. Спохватившись, организаторы выгоняют нас оттуда, и мы терпеливо ждем ребят на выходе, попутно приветствуя их тренеров — Александра Горшкова и Нину Мозер. Наконец, появляются призеры Игр; они ослепительны и улыбчивы. Охотно фотографируются с волонтерами-соотечественниками, мы обещаем им поддержку на трибунах, а они скромно улыбаются и говорят: «Спасибо вам, ребята!». Это они нам возвращают то «спасибо», что мы скандировали с террас ледовых арен, независимо от того, состоялся ли мировой рекорд Евгении Медведевой, или наши хоккеистки уступили олимпийским чемпионкам – канадкам — со счетом 0:5. Спасибо вам за то, что вы — лучшие в нашей стране. По крайней мере, из тех, кого сюда пустил МОК. Только взяв какую-то высоту в своей жизни, ты начинаешь уважать высоты других.

2889976

Друзья-волонтеры

Игры срывают многие маски; и прошлые заслуги, и грядущие перспективы здесь — в игнор-листе. Только кто ты, здесь и сейчас. Мы каждодневно занимаемся здесь делами, которые аутсайдерам показались бы безумными, нереальными, смешными, лишними, неуместными. И вот эти самые дела сближают нас, спаивают воедино олимпиадным оловом, превращая в секту счастливых маргиналов на обочине людской обыденности. Иногда мне кажется, что дружба на Играх передается воздушно-капельным путем: вчера все приехали, завтра — все «больны». Предложения, приглашения, подстраховки, билеты, подарки, церемонии, сувениры, пины — шлюзы открыты, ты качаешься на волне Игр. В группе Whatsapp друзья всегда подскажут, на каком объекте вкуснее ужин. Займут тебе место на хоккее. Отвезут в деревню, если у них сегодня машина делегации. Позовут попробовать чудесного сливового вина из Китая. Перешлют отличную фотку для Инсты. Подскажут номер шаттла. Достанут из сумки спасительный пакетик чая Earl Grеy, когда от местного – гречневого – уже будет тошнить. Расскажут о своем волонтерском опыте в лагерях для детей с онкологией. Я точно знаю – так бывало после каждых Игр – что после возвращения в Москву наступит «постолимпийский синдром». Так мы зовем состояние, когда много людей вокруг задают вопрос: «А какой смысл?» Его мы слышим неоднократно. «Сколько тебе заплатили?» — «Я не ради денег, я даже сам заплатил немного» — «А какой смысл?».

2889982

Сейчас олимпийское время летит, будто корейский футуристичный поезд KTX. Игры полны эмоций: это лучшее, что может взять от них зритель. Но к волонтерам, своей плоти и крови, они куда щедрее. Именно поэтому я и приехал сюда.

Встанешь с утра в общаге Католического университета Квандонг — в комнате душно: натопили полы, надышали волонтеры. Утренний кореец, что уходил чуть свет, схлопнул раздвижные окна. Откинешь шторку, а за окном — залитый ласковым солнцем Каннын, неформальная столица Игр. Которым сегодня третий день. И хочется бежать туда, в Олимпийский парк, или ехать в горы, в Пхенчхан — на стадионы, трассы, склоны, трамплины, в желоба. Хочется волонтерить.

Первый звоночек поступает при входе в душ: их на этаже два. Предбанник выморожен настежь расхлебенненым окном. Так утренний кореец, запечатавший комнату с горячим полом и одеялами, проветривает ледяной домик нашего душа. На завтрак давно не хожу — ведь на него дадут мясо и суп, а яичницу, конечно, на ланч. Завариваю в комнате растворимый кофе. Купил в супермаркете: в столовой будет еще больший треш — «три в одном». Окна сияют светом всех солнц. Значит, надо одеваться теплее.

Ветер сбивает с ног уже на крыльце. Злой, колючий, фреоновый. Позавчера из-за него отменили скоростной спуск и сноуборд, сегодня — гигантский слалом. В мужском биатлоне результат вышел странным из-за лотерейной стрельбы. Я начал понимать здесь, почему Пхенчхан получил Олимпиаду с третьего раза. Два предыдущих комиссию МОК, вероятно, просто сдувало. Вчера шеф попросила отвезти ее в центр Пхенчхана — пройтись по магазинчикам. Сначала ветер загнал нас греться в иглу, ледяной домик в Фестивальном парке. Вокруг него безумцы готовили старт забега моржей. Поносившись из двери в дверь еше минут восемь, мы едва не зашли на горячий чай в олимпийский лагерь Свидетелей Иеговы — это была самая убедительная проповедь, что я слышал. Кого ни спрошу — никто не желает ехать на тот спорт, что на улице, то есть в Пхенчхан. Столица Олимпиады постепенно переезжает в Олимпийский парк Каннына.

2888404

Здесь, в Ice Arena, состоялась первая российская медаль этих Игр. И с ней связана очень теплая история. Мы с друзьями, ассистентами других делегаций, влюбились в шорт-трек в Сочи-2014. Феерия, выданная в ледовом «Айсберге» русским корейцем Виктором Аном и Ко — ярчайшие фрагмент в мозаике воспоминаний о тех Играх. Не забыл об этом и МОК, не пригласивший абсолютно «чистого» чемпиона посоревноваться на родной земле. Здесь Ан — мегазвезда, ведь шорт-трек — традиционно «азиатский» вид коньков, так что от решения МОК пострадали прежде всего зрители. Слава Богу, не удалось придраться к другому золотому медалисту Сочи — Семену Елистратову, прибывшему сюда двадцатым в мировом рейтинге. Вот за него, за Сеню, мы и пришли поболеть в Gangneung Ice Arena.

2888400

Вообще, здесь, на Олимпиаде, столько событий происходит одновременно, что учишься постоянно держать открытыми все каналы получения информации. Например, печатая эти строки на выданном мне телефоне Samsung, я еду на атлетском шаттле TA из прибрежной деревни в горную, где меня ждет ночная смена. Только что мы проехали биатлонный центр, где идет женская гонка преследования — я видел спортсменок с винтовками, летящих к очередной стрельбе, прямо из окна шаттла. В самом же автобусе над водителем — плазма в пол-лобового стекла; он щелкает между могулом и биатлоном, я отмечаю, что пока лидирует немка Дальмайер, а за ней гонятся Кузмина и Виткова. Сверяюсь с приложением PyeongChang2018, где все события, включая тренировки и квалификации, отображаются в режиме реального времени. Жду полуфинал керлинга Россия — Швейцария.

А позавчера в Ice Arena шестеро ассистентов (Австрии, Азербайджана, России, Армении, Сан-Марино и Аргентины) ждали финал шорт-трека на 1500 метров, с Семеном Елистратовым. И он туда пробился, оказавшись, по сути, в «группе смерти». Два корейца. Два голландца. Мы сидели прямо над тоннелем выхода атлетов, и когда финалисты ждали объявления, я встал и очень громко крикнул ему: «Сеня, вперед!». Сосредоточенный, Семен вдруг посмотрел на меня (нас разделяло метров 15) и кивнул. А потом был забег. Жесткое рубилово, в котором Семен отборолся как тигр, вспрыгнув на пьедестал. Мы орали как душевнобольные. Много всего хорошего, главным из которого было «Молодец!». Он ехал мимо нас, счастливо улыбаясь горстке соотечественников. Потом он вышел на награждение, и мы были счастливы. Мы не молчали.

2888402

На подиуме Сене вручили игрушку — талисмана Игр. Белого тигренка по имени Сухоранг. Уходя в тоннель, атлет вдруг завернул направо, к нашей трибуне, и, указывая на нашу стайку в триколорном экстазе, бросил нам свою добычу. И тут мы стали знаменитыми. Вся трибуна ринулась к нам, за фото. Мы тут же сделали свое, с тигром, и, снабдив его титром «Сенин Сухоранг у нас!», я повесил его в ФБ.

2888398

«Сухоранг Сенин — прекрасное имя для ледокола», написала мне одна ученица. Первая медаль на Играх — это всегда разбитый лед. Спасибо за это Семену.

11:30 Приезжаем на рабочее место — в деревню Пхенчхана из прибрежного Каннына – примерно 40 минут на машине. Это терпимо: в Рио на дорогу в одну сторону уходило два часа с тремя пересадками. Сегодня шеф миссии разрешила явиться позже: вроде не предвидится срочных дел.

11:40 Звонит шеф. Она передумала. Атлетов и тренеров, прибывающих сегодня в Инчхон, неплохо бы встретить прямо в аэропорту, с флагом. «Правда, здорово, Василий?» Ну еще бы! До Инчхона – 250 км.

11:50 Сделав спринтерский чек-ин (ежедневная регистрация персонала – иначе кормить меня в этот день не будут), взлетаю на лифте Hyundai на 15 этаж одной из высоток деревни, в офис делегации, с мантрой «пусть их рейс прилетает вечером». С мантрами у меня всегда было тухло: рейс прибывает в 15:00. Атлетов и тренеров в аэропорту встретят волонтеры функции AND (arrivals and departures), их аккредитации будут выданы прямо на месте, габаритный багаж (лыжи, сани и т.п.) отправится прямиком на спортивные объекты, а людей в Welcome Centre привезет комфортабельный шаттл. Этим займутся логисты. Так что мы едем с одной миссией: создать настроение.

12:00 Но едем как? На машине делегации – не вариант: тогда придется оставить ее в аэропорту, ведь мы же хотим ехать обратно в шаттле с прибывшими спортсменами и тренерами. Мы, хм. С улыбкой Джоконды шеф сообщает мне, что она — пас: срочные дела в деревне. Ясно, решила дробить вести дня. Еду я и ассистент-кореянка Хью Джун (ХД). Решаем рвануть на скоростном поезде KTX. Для ассистентов НОК он бесплатный, но выписывать ваучер на билеты должен шеф миссии.

2886752

12:10 Шеф и я в НОК сервис-центре, получаем ваучер. Поезд в 13:19, прибывает в Инчхон в 15:15. Есть проблемка: поезд ведь идет не из деревни, а со станции Джинбу. До нее – 20 км, шаттлы каждый час, но на ближайшем не успеть.

12:20 В офисе упаковываем огромный флаг Аргентины в мой рюкзак. Я предлагаю ехать до станции на минивэне делегации; на второй машине другой ассистент – кореец Чунг – увез саночников на тренировку в санно-бобслейный комплекс. Понимаю: поздно вечером, по возвращении, минивэн надо будет забрать с парковки станции. Вместе с ХД выбегаем на парковку деревни.

12:40 Я вывожу минивэн на автостраду и прошу ХД настроить Навер – корейскую навигацию: где находится станция Джинбу я понятия не имею. Она – тоже, ибо живет в Сеуле. Несемся по шоссе, узнаю у ХД, можно ли загуглить заезд на парковку на станции и ее стоимость. ХД знает свое дело: через пару минут у меня перед глазами карта парковки. Смеемся. Видимо, не успеем пообедать.

13:05 Паркуюсь на станции, боковой ноздрей ловлю вкусный запах тостов из вагончика с едой, вбегаем: ваучер надо сменить на два билета. Билетный офис KTX. Размеренно объясняют, что сперва нам нужно на олимпийскую стойку вокзала. Готовлю уже весомые английские слова (раз у скромницы ХД не находится корейских), но они не надобятся – нам вручают билеты.

13:12 Мы у вагончика с тостами: ехать два часа, а ХД говорит, что в поезде принесут только шоколадки. Пожилая кореянка наворачивает нам по тосту с яичницей, сыром, капустой, а ХД еще – и с жареным беконом. Щедро поливает их нутро кетчупом и горчицей.

13:16 В зале одидания компактного вокзала Джинбу — девушки в национальной одежде, приветствуют гостей горной части Игр. Радостно расплескивая американо на униформу, мы несемся мимо них, и дальше по тоннелю — на платформу. Запрыгиваем в KTX до Инчхона.

13:19 Футуристичный KTX на бешеной скорости летит с гор. В уши вбивают пробки. Тосты из вагончика – самое вкусное, что я пока пробовал в Корее. Даже лучше любимого мисо супа. Вкуснее крабов и гребешков.

15:00 Просыпаюсь – вырубился на час. ХД сообщает, что рейс с атлетами уже прибыл. А нам еще ехать 15 минут до нужного терминала. Спокойствие: прилетели лыжники, у них с собой несколько тележек с инвентарем. Когда еще они выйдут?

15:25 Мы с ХД стоим у выхода А терминала 2 инчхонского аэропорта. Естественно, предварительно мы выяснили у AND, что наши клиенты приземлились, но пока не вышли. Разворачиваем бело-голубое полотнище с золотым солнцем. Для них мы – первый олимпийский сюрприз.

2886756

16:00 Вот только теперь выезжают тележки на тяге парней и девчонок в аргентинской форме. С двумя из них я знаком лично: четыре года назад я провел с ними лучшие Игры за всю историю. Объятия, знакомство, фотографии. Последние улетают шефу, а от нее – в аргентинские СМИ.

16:15 Регистрируем багаж для доставки на венью (объекты). Наш шаттл только в 17:00, поэтому идем в кафешку. Знакомим ребят с ассортиментом и курсом корейских вон (грубо 1000 вон = 1$). Садимся, смотрим фотки из Сочи, вспоминаем былое. Рассказываем им про классные объекты, которые их ждут в Пхенчхане.

17:00 Продолжая болтать, грузимся в шаттл. Один лыжник задерживается в туалете. Прибегает, чтобы услышать от товарищей по команде: «Когда ты уже перестанешь приходить последним»? Под общий хохот отправляемся.

19:45 Сделав единственную саностановку в обалденно оборудованной придорожной сервис-зоне, шаттл прибывает к Welcome центру горной деревни. Девчонок и парней разморило: многие из них в дороге сутки. Не успевает открыться дверь, как в автобус врывается шеф миссии и начинает тискать всех и каждого. Из чувства благодарности прилетает и нам с ХД.

20:00 Проходим секьюрити чек, как и всякий раз при входе в святая святых Олимпиады. Еще несколько фоток для сми в Буэнос-Айресе.

2886760

20:10 На второй машине — Hyundai Santa Fe — выезжаем на станцию за минивэном. За рулем Чунг. Отмечаю контраст между его сдержанностью в быту и азартом на дороге. Хороший парень, много говорим с ним о Корее. Когда выяснилось, что он значительно старше данных ему мной лет, Чунг лучезарно продекламировал секрет: пью Кока-Колу, курю и играю в теннис.

20:30 Мы в Джинбу. Оплачиваю парковку в продвинутом бескарточном паркинге ($4 за 7 часов). На двух машинах возвращаемся в деревню. Еле успеваю за Чунгом, наплевавшим на все камеры.

21:00 Выезжаем в кампус на одной из машин. Зачем я чекинился? Так ни разу и не поел за счет оргкомитета. Веду уже я. Послезавтра мы поедем на станцию, и рецепт молодости Чунга пополнится еще одной единицей — тостом из вагончика. Через 40 минут мы дома.

06 февраля 2018

Язык Игр

Олимпиада будущего – это наднациональное, мировое действо, где состязаться будут не НОКи государств, каждый со своим флагом, а международные команды, сформированные по объединяющим участников признакам. Они могут вместе жить и тренироваться, выступать от лица единого спонсора, представлять конкретного производителя оборудования, получать краудфандинг за инновации и оригинальность. Моделями таких соревнований уже сейчас выступают международный бизнес и крупнейшие спортивные лиги мира. МОК может делать какую угодно любительскую мину, но его собственная коммерциализация уже давно необратима, и даже нынешние Игры – это интернациональная среда, где принадлежность к стране или флагу зачастую условна.

2885808

Я уже писал об уникальных возможностях, что нам дает дисквалификация ОКР. В связи же с трансформацией природы Игр, выступление под олимпийским флагом дает России дополнительное преимущество в плане развития международного мышления, позволяет отбросить устаревшие шаблоны организации, логистики и коммуникации в спорте. Иначе говоря, нам нужно вспомнить известную поговорку индейцев: «Они хотели похоронить нас, но они не знали, что мы – семена». Пора уже прекращать наблюдать за всходами других и заняться собой.

Здесь, на Играх, национальная принадлежность нередко размыта и почти всегда вторична. Вопрос волонтеру «Откуда ты?» может вызвать ответ длинною в абзац текста. Русская, родилась в Казахстане, училась в Питере, уехала в США, сейчас живет и работает в Китае. За кого болеет? Родился в Корее, долго жил в Таджикистане, но изучает русский, сейчас говорит на великом и могучем чистенько, почти без акцента. Какому флагу будет рукоплескать? Литовка, живет в Лондоне, бегло говорит по-русски, забавно вкручивая английские словечки. С ней мы на третьей Олимпиаде; на хоккее она всегда болеет за Россию, а мы на баскете неизменно рвем глотки за Литву. Наш горизонт чист: на нем нет врагов. Бывают только соперники, но ведь олимпийская суть – состязания.

В моей команде – Аргентине – члены делегации говорят между собой на трех языках. Помимо аргентинцев, для кого родной язык испанский, есть франкофоны из Канады, а также сноубордист-англосакс. Ассистенты НОК добавили в этот коктейль корейский и русский, и вот наш маленький офис уже пенталингвальный. Делегация собирается в Пхенчхане постепенно, прилетая рейсами из разных концов света. Саночница и ее тренер живут и работают в Канаде, команда сноуборда прибыла из Штатов, несколько человек из Милана. Это в полном смысле слова международный коллектив, и работать в нем – привилегия и вызов. Слушаю утренний бриф на аргентинском испанском, проводим летучку с корейскими ассистентами на английском, рулю на стадион с атлетами под навигацию на корейском, отвечаю друзьям в чате по-русски. Французский только начал учить, но перекидываюсь несколькими фразами с горнолыжником из Канады. Необходимо моментально переключаться между языковыми регистрами, общаясь с чиновниками и атлетами. Нельзя забывать и про культурные различия, которые, между тем, все больше и больше сглаживаются.

2885814

Русский – один из lingua franca волонтерско-спортивной тусовки. Все НОКи из стран бывшего СССР общаются между собой, естественно, на нем. Были даже смешные случаи. Здесь иногда забываешься, и кажется, что все люди с азиатским типом лица – корейцы. И вдруг к вашему с друзьями полушутливому стебу над реалиями присоединяется казах или бурят, с русским не хуже вашего. Бывает, остальные международные волонтеры даже жалуются: что ты будешь делать — где собираются трое русскоязычных, весь разговор сразу переключается на русский. И начинают его учить. Только на русском общаются между собой и члены делегаций стран бывшего СССР. Я знаю лишь единичные случаи, когда политические вопросы вмешивались в отношения атлетов, спортивных функционеров или прессы между собой. Обычная же сценка из жизни олимпийской деревни: украинские и российские спортсмены, здоровые мужики, стоят и обсуждают, как здесь можно развлечься. Надо ли говорить, на каком языке? Кстати, вчера в деревне Пхенчхана прошла традиционная церемония провозглашения олимпийского перемирия. Лидерам стран не мешало бы прислушаться к этому посланию, ведь оно значит немало.

2885810

Немаловажно, что при всей интернационализации процессов, услуг и условностей, каждая страна-хозяйка Олимпиады стремится показать миру свое уникальное лицо. Когда мы говорим о Корее, то, конечно, речь идет о Samsung – именно их телефонами пользуются ассистенты НОК. Шефа миссии, тренеров и атлетов я вожу на великолепной продукции корейских концернов Hyundai и KIA. Корейцы стремятся сделать эти Игры максимально технологичными: есть официальная навигация, нас перевели на электронные талоны на питание, при проходе через пункты проверки аккредитаций ты видишь свои фото и данные на эффектном табло, футуристичные скоростные поезда KTX летают из Джинбу в аэропорт Инчхон. Не все из перечисленного пока работает должным образом, но и Игры ведь пока не начались. Напротив автовокзала в Канныне раскинулся павильон с корейской продукцией. Только вино там представлено хурмовое, грибное, рисовое и ягодное. И каждого встречают как дорогого гостя.

Меняется мир – меняются его Игры. В самых удаленных точках Земли люди болеют за кумиров из разных стран. Перед Олимпиадой в Рио мне посчастливилось побывать на о. Пасхи. Смотритель музейного павильончика там, узнав, что я из России, долго причитал, что на предстоящих Играх не выступит Елена Исинбаева. Сегодня изоляция – верный признак стагнации в любой сфере. Чем раньше мы откроем глаза, тем быстрее обнаружим вокруг удивительный мир – многоязычный, мультикультурный, технологичный. Как здесь, в Пхенчхане.

Большинство людей едет в свой отпуск на море. Номинально, так в этом году поступил и я, ведь Каннын – столица прибрежного кластера зимних Игр – это город на побережье. Приезжайте в Golden Tulip Skybay Hotel, 20-этажный белокаменный красавец на корейском взморье, стилизованный под корабль, и докажите, что ваша жизнь удалась. Как жизнь «олимпийской семьи», которая остановится в нем на время XXIII зимних Игр. Я тоже живу здесь. Конечно, не в Скайбее, а чуть глубже – на кампусе Католического университета Квандонг – в студенческой общаге с тремя соседями по комнате. Ночую я в городе, но отпуск свой провожу в деревне, что в 40 минутах езды – собственно, в Пхенчхане. Называется она PVL (PyeongChang village) – олимпийская деревня Пхенчхана; именно там разместилась моя делегация – Аргентина. Если вы никогда не бывали в олимпийской деревне во время Игр, я организую вам небольшой тур.

2884766

1. Олимпийские деревни разнятся по стилю; корейцы возвели многоэтажки для делегаций, облепив их со всех сторон временными конструкциями – шатрами. В концепции любой Олимпиады заложено наследие – то, что будет с инфраструктурой и объектами после Игр. Многие квартиры, в которые прямо сейчас массово заселяются будущие олимпионики, уже проданы – у них есть владельцы. Вот почему все в интерьере, что может быть испорчено краткосрочной арендой (рабочие поверхности кухонь, кондиционеры, дверные наличники и т.п.) аккуратно затейпировано лентой. Качество отделки и технологий жилых помещений очень высокое: теплые полы, система «умный дом», есть даже специальные подставки к кроватям для сна высоких спортсменов – чтобы не свисали ноги. Есть и интересные культурные нюансы. Отопление дома в Корее осуществляется через обогрев пола – радиаторов нет, внутри есть специальные термостаты для регулировки температуры. В общем, очень тепло: при входе в офис делегации мы разуваемся и надеваем предоставленные организаторами тапочки. Чего не скажешь о подъездах, где полы греть ни к чему, а потому контраст между температурой в квартире и подъезде просто ошеломительный. После мытья полов на лестнице в подъезде замерзают ступеньки. Окна расписаны злым пхенчханским морозом.

2884770

2. Жуткий холод здесь – уже притча во языцех. Ледяной ветер гасит олимпийский энтузиазм. Вчера мы объезжали спортивные объекты в горном кластере. Посетили биатлонный и лыжный стадионы Alpensia, сгоняли в горнолыжный комплекс для технических дисциплин Yong Pyong, поднялись в стартовую зону олимпийского санно-бобслейного центра. Более пятнадцати минут находиться на улице без активного движения нереально. Как волонтеры-транспортники стоят на постах часами – то мне неведомо. Почти все они – корейцы, так что, похоже, кимчи – отличное топливо. Но даже это знание не примиряет меня с ним. На днях я проспал завтрак. Приехав на шаттле для персонала в деревню, отправился на Плазу (см. следующий пункт) – купить кофе. Сконфуженные его продавцы в кафе признались, что в кофе-машинах за ночь замерзли трубки. Остался и без кофе.

3. Плаза в деревне – центр притяжения. Если бы большевики совершали революцию в отдельно взятой олимпийской деревне, то первым делом взяли бы под контроль Плазу. Здесь почта, банк, кафе, магазин официальной атрибутики, парикмахерская, ателье, турагентство. Где товары и сервисы за деньги, принимают только карты Visa – официального партнера Игр. На Плазе – официальный магазин Samsung (тоже партнер); в нем самый завидный корейский работодатель представляет свои новинки, а также ублажает праздношатающихся атлетов (нередко и волонтеров) коврижками в виде проката в виртуальной реальности или халявными пинами (см. следующий пункт). Некуда идти, нечего делать, околел на ветру, любишь подарочки – ступай на Плазу.

2884772

4. Охота за олимпийскими значками («пинами») – это игры внутри Игр. На какие ухищрения только не идут трейдеры! Ленты аккредитаций коллекторов увешаны раритетами, но и у них есть свой кодекс: не готов менять – не показывай, а показываешь – называй «цену». Пин – лучший сувенир, его получение – маленький триумф. Каждая делегация приезжает со своими пинами; карманы атлетов и официальных лиц ломятся от собственных, надаренных и выменянных значков. Организаторы даже запустили специальное приложение, чтобы направить хаотичное торжище в образовательно-коммуникативное русло – Pin Quest. Эдакая примитивная дополненная реальность, в которой участник находит обладателя пинов по геолокации и отвечает на вопрос из истории олимпийского движения. Кажется, первыми про него пронюхали те же волонтеры.

5. Сколько Игр за плечами ассистента НОК, столько Плаз он посетил. Но на каждой будет свой колорит, всегда найдется своя изюминка. Здесь мне понравилась услуга «Медленная почта»: можно отправить олимпийскую открытку самому себе, однако доставлена она будет … ровно через год, чтобы напомнить тебе о теплых полах, замерзших трубках кофе-машины, раритетном пине НОК Тонга, искрящихся снежинках на укатанном ретраками поле Альпензии, прилетевших туда, чтобы лыжа Фуркада скользила, а нога волонтера — мерзла — быстрее.

6. Олимпийская деревня – это средоточие бывших и действующих звезд мирового спорта. Спешу на работу, а навстречу — Даша Домрачева и Оле-Эйнар Бьорндален, за семейной беседой. Их счастливую историю я наблюдаю с самого начала: еще в Розе Хутор ровно четыре года назад, сидя за рулем «Туарега» своей делегации, я внезапно опознал в спешащем и взволнованном мужчине с прекрасным букетом звездного норвежца. Здесь его первая «тренерская» Олимпиада после окончания блистательной карьеры. Впрочем, точно ли он повесил ружье на гвоздь? Атлетов и членов делегаций опытные ассистенты НОК никогда не побеспокоят назойливыми просьбами о селфи, автографе или пине. Принцип Воланда «захотят – сами все дадут» здесь работает прекрасно. Будет момент, когда сойдутся звезды и люди, и все у нас будет.

2884764

7. Вчера на торце одной из многоэтажек деревни растянули огромный баннер на корейском. Я попросил местного коллегу перевести фразу. Выяснилось, что буквально она означает «Корея не забудет вашего пота». Даже если не потеплеет, начинается массовый заезд делегаций. Попотеем. Может, пришлют через год открыткой.

31 января 2018

Второй мировой мир

Нельзя писать об этой Олимпиаде и не коснуться темы дисквалификации Олимпийского комитета России. Теперь, когда делегация «Олимпийских атлетов из России» прошла DRM (процедура регистрации делегаций), можно констатировать печальный факт: многие лидеры сборной России, включая претендентов на медали и даже на чемпионство здесь, в Пхенчанге и Канныне, оказались за бортом Игр. При этом совершенно очевидно (это признают и лидеры в зимних видах из западных стран), что среди отстраненных российских атлетов как минимум есть (а скорее всего их большинство) те, кто никогда не был замешан в допинговых историях.

В августе 2016 года я сидел на стадионе «Engenhao» в Рио-де-Жанейро и смотрел легкоатлетический олимпийский турнир. Происходившее на арене временами напоминало фарс, ведь в некоторых дисциплинах отсутствовали главные звезды мировой легкой атлетики: Сергей Шубенков, Мария Кучина (Ласицкене), Елена Исинбаева. В правомерности их дисквалификации международной федерацией легкой атлетики пусть разбираются юристы; у меня же – ценителя спорта – не было ощущения того, что мне подали самое лучшее блюдо. Оно все еще было аппетитным, но я чувствовал, что были ингредиенты, которые не доложили. Может, они протухли. А может, их и украли. То же самое чувство, только еще более выраженное, нас непременно накроет и на этих, белых, Играх.

2883550

Все это время, пока раскручивался родченковско-маклареновский маховик, меня не покидало ощущение, что российская сторона пыталась умиротворить глобальных спортивных бонз. На Играх я видел растерянность спортсменов, в приватных разговорах многие признавались в чувстве незащищенности, в творящемся беспределе. В информационном поле, как обычно, сцепились сторонники и противники режима; для обеих сторон атлеты были Васей из чудесной пьесы Михаила Рощина «Старый новый год»: если жена гонит мужниного друга — «Вася, иди!», то муж в пику ей, конечно, будет требовать, чтобы Вася остался. Так или иначе, наступил худой мир: МОК позволил России выступить в Рио, а федерация л/а и МПК отцепили легкоатлетов и паралимпийцев.

Худой мир, может, и лучше доброй ссоры, но точно хуже хорошего статус-кво. Теперь, когда улеглась картечь и пока еще носится дым, всем очевидно, что проиграна война. Однако, на мой взгляд, резко взлетели шансы достичь мира, которого у нас никогда не было: мира с самими собой. Сделать качественный шаг от некоторых преходящих ценностей – к вечным.

На этих Играх у нас скромные шансы на победы, зато уникальный шанс вспомнить, что спорт существует не ради наполнения столбиков медальных таблиц. Собирая атлетов со всего мира, Игры, согласно Олимпийской хартии, «…объединяют спортсменов всех стран в честных и равноправных соревнованиях». Не случайно, все эти медальные зачеты всегда назывались «неофициальными», и позиция МОК по этому поводу не менялась. В нашей же стране, без демонстрации медальных таблиц Олимпиады не обходится ни один ТВ-дневник, ни один выпуск новостей. Более того, перед поездкой на крупные соревнования тренеры и федерации объявляют пресловутый «медальный план». Пустоту и стерильность таких выражений любил высмеивать великий американский комик Джордж Карлин; я люблю обсуждать его выступления со своими студентами.

Нам надо учиться признавать спортивные достижения, используя разные шкалы. Благородство. Преодоление. Прогресс. Зрелищность. Все это есть в каждом спорте, в каждой дисциплине, в каждом матче, каждом прокате, каждой прыжковой сессии, каждом забеге и заезде. Работая ассистентом НОК делегаций «второго эшелона» зимних олимпийских видов — Аргентины (в Сочи) и Кыргызстана (в юношеском Лиллехаммере) – я узнавал, что спортивные победы могут быть не только над соперником, но и над собой, и над трассой, и над судьбой. Почему бы не показать их, почему не чествовать тех, кто добился таких побед? Сегодня у нас есть реальная возможность увидеть в атлетах людей, а не машины по добыче драгметаллов.

В Рио я был поражен низкой культурой «боления» на многих спортивных объектах в тех видах, где участвовали хозяева. Торсида яростно поддерживала своих и низменно освистывала, затоптывала, «забукивала» их соперников. Давайте признаем: эта болезнь есть и у нас. Приходя смотреть спорт, мы зачастую забываем о самом спорте, подменяя его результатом. Но ведь финальный спортивный результат сегодня, когда существует море бесстрастной статистики и несколько промежуточных результатов, далеко не единственное мерило компетентности во многих видах. Кроме того, спорт – это эстетика, стратегия, тактика, расклад, техника, психология. Если вы впервые на керлинге, и играют россияне, может, не стоит весь матч орать «Рос-си-я! Рос-си-я!» и, в итоге, не узнать ничего об этой удивительной игре, называемой еще «шахматами на льду»? На этой Олимпиаде во многих видах у нас впервые есть шанс абстрагироваться от «боления», чтобы увидеть всю глубину и красоту спорта.

Сегодня на ужине я разговорился с ассистентом НОК Нидерландов. В Сочи голландцы взяли почти все медали в коньках, кажется, без одной. Я просто визуально помню эти бесконечные оранжевые церемонии награждения в Олимпийском парке Имеретинки. «Вряд ли им удастся такое повторить», — сказал он. «Впрочем», — спохватился он тут же, — «какое это имеет значение? Главное, они здесь на Играх. И я здесь. Продолжу писать свою книгу «Второй мировой мир».

ИМХО, нам позарез нужно написать такую же.

2883558

2882570

Поздравляю, счастливчик! Только что вы стали обладателем заветного билета на любимую олимпийскую дисциплину — фигурное катание. Когда вы поедете в Gangneung Ice Arena (вмещает 11 400 зрителей) поддержать Женю Медведеву, «олимпийского атлета из России», вас ждет незабываемый вечер.

2882568

В новой, с иголочки, арене вы испытаете цветовой шок: флаги более чем восьмидесяти стран-участниц, наряды болельщиков со всего мира, внутренний декор стадиона, лазерно-световое шоу, униформа членов делегаций, необычные костюмы спортсменов, пять огромных олимпийских колец на флаге под сводами – и все это оттеняется безупречным мелом льда, который – на ваших глазах – будет разорван в клочья в непредсказуемом сценарии бескомпромиссной борьбы. Раз в четыре года. Они вырастут, и уже не будут детьми. Как Липницкая. Вы будете думать об этом, и решите для себя: почему такому испытанию можно/нельзя подвергать детей. Ведь вы увидите то, что умеет делать пригоршня людей на планете. Как вообще такое возможно? Более четырех минут парить надо льдом в тончайшей гармонии со звуком, собрав воедино акробатику, эстетику, артистизм, атлетизм, выносливость, упорство. Перед тем, как объявят баллы Евгении, вы забудете все – свое имя, телефон и диагноз. Зрители усыпят лед цветами и игрушками, взмоют флаги. Ваш сосед слева – толстый канадец в шапке с помпоном пойдет пунцом от воплей «Браво!» А почему вам дышать нечем? Да где же проклятые баллы? Три балла, выиграла, родная, выдохнете – и вольетесь в хор: «Же-ня! Же-ня! Же-ня!»

2882574

Вы никогда не забудете этот вечер. Но подарит вам его не только героиня на льду.

За пять дней до триумфа в Канныне (именно так читается Gangneung – столица прибрежного кластера) делегацию ее страны встретят волонтеры AND (arrivals and departures), функции прибытия и отправления. Без аккредитации атлет не имеет право выступать на Играх, поэтому волонтер ACR распечатает ее бланк, прогонит через ламинатор, а потом повторит эту операцию для 3000 пхенчангских олимпиоников. TRAнспортники составят для делегации удобное расписание шаттлов и будут встречать ее членов на каждой остановке, в трех слоях термобелья, с обветренными щеками, килограммами Колдрекса и крема для рук в общаге. Незаметные волонтеры из EVS (venue operations), проверят ваш билет и будут следить, чтобы безбилетники (коих на Играх хватает) не заняли ваше место. Коллеги из LAN (language services) переведут флэш-интервью победительницы в микст-зоне, помогут с ответами на прессухе. Ну а мы, ассистенты NOC стран-участниц, будем незримо присутствовать везде, ведь шеф миссии или тренер может позвонить нам на выданный Samsung с местной симкой в любой момент: вдруг надо принести стартовые протоколы со спортдеска, снять нервяк человеческой беседой о ерунде или отвезти победительницу в деревню на спонсорском Hyunday Santa Fe.

2882572

У нас еще есть 10 дней, чтобы вы не забыли этот вечер.

P.S. В Пхенчанг начинают прибывать делегации. Готовлю встречу своих аргентинцев.

Люди открыли бездну законов, и большинство из них облегчают их жизнь. Но один непреложный закон они начинают забывать, и нередко это делает их жизнь невыносимой. Закон этот велит делать то, во что веришь, получая за это то, что дают. Верить, конечно, можно и во взятки, и хапать, пока не устанут приносить, только этот закон не об этом. Он — о приближении общечеловеческой мечты о счастье, добре и справедливости, критериях, что остаются незыблемыми при любых укладах, строях и режимах. Волонтерство как личный вклад в перемены к лучшему, как бескорыстный порыв поделиться собой, своим временем, знаниями, опытом, здоровьем ради доброго идеала, в который веришь всем сердцем – бесценное явление наших дней. Так лично я пришел к этому, и на этом пути встретил немало единомышленников.

2880790

Сегодня приведу примеры трудностей, стойкости и самопожертвования из волонтерской жизни и опыта.

Начну с банальных холода и зноя. Зимняя Олимпиада – испытание для организма человека. Есть волонтерские функции, где персонал часами стоит на морозе. Транспортники разруливают потоки на подъезде к спортивным объектам, подсказывают болельщикам расписания и маршруты. Я знаком с людьми, что проводили на морозе -15/-20 по 5-6 часов в день в течение двух недель. Есть функция УЧП – управление человеческими потоками; эти люди помогают болельщикам и гостям найти нужные им объекты в необъятных олимпийских парках, создают праздничное настроение. Нередко это стоит им немалых трудов, ведь они часами не имеют право покидать отведенное им место, на котором температура воздуха может быть и +30, и -30. Если вы думаете, что замерзнуть можно только зимой, то вы ошибаетесь. В прошлом году в Рио-де-Жанейро кондиционеры доводили волонтеров на объектах внутри помещений до ангин и бронхитов. Не менее зябко было и в вагонах метро. Лично мне приходилось добираться до объекта (я работал переводчиком в олимпийском бассейне) около двух часов, и из метро я неизменно выходил в ветровке, стуча зубами. Страдала и пишущая пресса: в медиацентрах различных объектов царил просто нелепый холод – журналисты сидели в пуховиках, при том, что на улице было +28.

Здесь, в Пхенчанге, нам уже пришлось столкнуться с этой трудностью. Ассистенты НОК приезжают за две недели до Игр, чтобы пройти тренинги на объектах: во время соревнований решения нужно будет принимать быстро. В первый же день четырехчасовой тренинг проходил в неотапливаемом шатре, при температуре воздуха -10. К середине занятия я не чувствовал ног. Во второй день история с шатром повторилась, только после обеда мы отправились на тренинг по вождению, и нас насквозь продуло на стоянках олимпийских объектов. У корейцев в помещениях, как правило, нет батарей отопления, зато часто бывает теплый пол. Так и у нас, на кампусе Квандонского католического университета: в комнатах пол греется – и очень тепло, но в душевых (а удобства здесь — «на этаже») царит жуткий холод, и с этим приходится жить – такова волонтерская участь.

Другим стигматом волонтера является еда. Во время рабочих смен (а бывает, что и вне их) она предоставляется Оргкомитетом, а потому целиком и полностью зависит от его культуры, бюджета и совести. Расклады тут – не в пользу волонтера: стол с OCOG (оргкомитет) может биться по рациону, а люди в Оргкомитете окажутся совестливые – только бюджета у них не будет; или есть бюджет, и культуры питания совпадают – да вот совести организаторам Господь недодал (есть недавний пример); в Корее же, похоже, есть и бюджет, и совесть – но слишком разные у нас рационы… По крайней мере пока, каждый прием пищи для меня здесь – испытание. Ища поддержки друзей, я даже постил фотку еды в соцсетях, чего никогда не делаю. По вечерам, после смен, меня можно увидеть в общаге напротив входа, у микроволновки: там я грею себе купленные в маленьком магазинчике бургеры с рыбой. Настоящим ударом для меня стало отсутствие чая или кофе в столовых, или их появление с корейскими «причудами»: то чай с запахом гречки, то кофе только холодный в банках (помним про мороз?). Безошибочно уловив тренд, опытные НОКи в первый же день затарились чаем, кофе и вешалками для шкафов в местном фикспрайсе. Каюсь: в секции еды я тоже фотографировал.

2880778

На многих позициях волонтеры недосыпают. Например, мы, НОКи, поступаем «в расположение» делегации. Формально у каждого из нас есть право сказать: «моя смена закончилась», ведь я не раб и даже не наемный работник. Вот только раб работает по принуждению, а работник – за вознаграждение. Волонтер же работает за идею, поэтому он почти никогда так не ответит. Если шеф миссии просит встретить члена делегации, прибывающего в аэропорт ночью – значит автомобиль ассистента этого НОК будет припаркован у терминала ночью, и приоритет будет отдан комфорту прибывающего гостя. Особенность нашей функции – непредсказуемость задач. Делегации может потребоваться, скажем, (только из моего опыта) перетаскать столы; создать дизайн-макет и заказать печать огромных баннеров для украшения дома и, рискуя жизнью, развесить их на балконах олимпийской деревни; заказать спортинвентарь по интернет-каталогу со срочной доставкой (держатель для патронов на биатлонной винтовке); отвезти атлета (так на Играх называют спортсменов) в клинику на МРТ или физиопроцедуры; порекомендовать модный клуб для вечернего отдыха официальных лиц… И все это помимо регулярного вождения автомобилей делегаций на самые разные события, перевода с двух языков, получения их официальной корреспонденции и билетов на соревнования. В общем, бывает, мы устаем. Между тем, для многих из нас Игры – это официальный отпуск на основном месте работы.

На Европейских Играх 2015 года в Баку официальным названием волонтерской программы было «Хранители Огня», в Пхенчанге волонтеры именуются Passion Crew («Команда Страсти»). Где волонтеры – там всегда огонь, всегда страсть, всегда порыв. Это возможность делать то, во что веришь (не обязательно спорт), получая нечто куда большее, чем деньги. И это большее питает изнутри, дает силы жить.

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире