Страшная трагедия произошла под Смоленском. Новости моментально передавал канал ВЕСТИ. Нахожусь в Италии и услышал об этом буквально через несколько минут после того как самолет рухнул. Кошмар…

Представляю как активизируются сторонники теории заговора. Как мистики, так и просто любители сенсаций. Ну и, конечно, есть о чем поговорить. Только недавно прошла встреча Премьера России и Премьера Польши, множество разговоров на тему Катыни. И тут высокая правительственная делегация Польши летит в Смоленск, для того, чтобы поклониться жертвам Катыни и… гибнет.

И самолет российский, и территория российская и отношения между Россией и Польшей неоднозначные.
Вот уж загадываешь каких только комментариев не появится. Начиная от очевидных «очередные жертвы Катыни», и «как они собирают свой кровавый урожай», заканчивая «тонкими» политическими расчетами «кому выгодно и кто за этим может стоять». В очередной раз возникает множество вопросов к авиационной безопасности. Хотя понимаю, что плохая видимость и что все может случится — скорее всего все будет списано на человеческий фактор. Но надо дождаться окончания результатов расследования. Крайне неприятно, что вся эта история произошла на российской территории. И снова самолет Ту, и снова придется объяснять… А объяснять честно говоря не хотелось бы… В любом случае хочется выразить глубокие соболезнования семьям погибших. Страшная трагедия.

Сегодня какой-то день неприятностей. Камчатка, автомобильная катастрофа в Москве. Все «не слава Богу».

Вчера, когда летел в направлении Милана разговорился с экипажем. Не с пилотами, а со стюардами и стюардессами. Я вообще люблю говорить с этими людьми, которые вынуждены обслуживать и помогать в полете гражданам, считающим себя ужасно важными. Несчастные стюарды и стюардессы наблюдают за нашей «знатью» в их самых омерзительных проявлениях: видят истерики и неадекватное поведение медийных персонажей, известных политических лидеров. Но никаких замечаний они делать не могут. Потому что, как это часто бывает, это приводит к тому, что увольняют членов экипажа. Отнюдь не наказывают бесчинствующих мерзавцев.
Поэтому и оказываются неизвестными истории про депутатов госдумы, кидающихся хлебом в стюардесс, грязно пристающих, домогающихся, вплоть до физического воздействия на мальчишек и девчонок.

Но суть не в этом. Разговорившись с ними (а об Аэрофлоте можно говорить много и по-разному, но об этом в понедельник и подробно. Потому что после визита в Санкт-Петербург и после более чем веселого возвращения в Москву, много есть чего рассказать) я увидел в глазах колоссальную грусть. Поинтересовался. Они говорят: «вы понимаете, сейчас очень тяжело работать по многим причинам, да и ситуация в стране тяжелая». «Ну у вас вроде конвертируемая специальность», отвечаю я, — «тяжело в России, попробуйте за пределами нашей Родины. Был ведь момент, когда очень многие пилоты и обслуживающий персонал искали счастье зарубежом?» Они говорят: «Да кому мы нужны»...

Я подумал, что это удивительная формулировка, свойственная в первую очередь нашей великой стране: «кому мы нужны». Мы почему-то уверены, что мы никому никогда не нужны. Есть у нас какая-то внутренняя обреченность. Как-будто в нас в течение многих веков закладывали это странное ощущение ненужности и никчемности. Что сами по себе мы никто и ничто. Что если, не дай Бог, мы оказываемся где-то за пределами воздействия на нас российского государства, то мы просто не будем никому нужны, нигде не приживемся. Что наши знания в науке нигде не востребованы. Если мы и находимся за границей, то только для того, чтобы зарабатывать деньги. Но жить мы должны только в России, только здесь мы будем счастливы. Как-будто мы привязаны какими-то невидимыми нитями к Родине. Притом отнюдь не нитями счастья, ни нитями гордости, ни нитями наслаждения, а какими-то совершенно иными...как-будто нас всех действительно находится раковая опухоль рождения.

Я не замечал этого в беседе ни с англичанами, ни с французами, итальянцами, американцами. Они все любят свою страну, но крайне легко относятся к необходимости куда-то поехать поработать. У них нет такой обреченности. Она видна только у нас: недооценка себя. Как-будто с детства нам все время говорят: «да кто ты такой? Скромнее надо быть. Да ладно, не выпендривайся...Кому ты там нужен?»... А что? У себя здесь мы кому-то нужны? Что-то не похоже.
Но вот это неверие в собственные силы, какое-то глубинное недоверие и неуважение к себе легко использует и наше государство. Поэтому каждый раз мы чувствуем чувство вины. Мы как-будто виноваты, что здесь родились. Странные чувства.
Наверное именно из-за этого ты в любой стране мира моментально отличаешь нашего дорогого россиянина. По глазам… Какое-то особое выражение лица — ни лучше, ни хуже: просто другое. Но работает в ста случаях из ста. Ты всегда чувствуешь, что перед тобой соотечественник, как бы безупречно он не одевался, как бы блестяще не говорил на иностранном языке, — глаза все выдают, их не переделать. Видим своих, чувствуем. Система «свой-чужой» работает безупречно. Жаль только, что это система настроена не на коллективное счастье, а на коллективное несчастье.

Оригинал


Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире