tsuplyaev_s

Сергей Цыпляев

20 января 2018

F

«Караул устал» — эта фраза матроса Железнякова завершила первый короткий период демократической республики в России.

Сегодня складывается впечатление, что эти слова повторяет российский бизнес и это может означать конец очередного издания новой экономической политики (НЭП) в России. Отовсюду слышны голоса: «Денег нет. Не идут инвестиции. Не наполняется бюджет». Отдельные умники предлагают просто напечатать миллиардов 400 и раздать «правильным бизнесменам».

Но давайте зададим себе простой вопрос: а куда делись деньги? Вот вчера были, а сегодня уже их нет. Их не сжигали в топках, не давили бульдозерами, не выводили за границу. Туда все больше «зеленые» везут. Где деньги? Ответ тоже прост: около 16-ти триллионов рублей лежат без движения на счетах предприятий в банках. Это размер годового федерального бюджета. Останавливается насос, который гоняет эту «кровь экономики» по сосудам – предпринимательская инициатива. Нет оборота – нет зарплат, налогов, падает объем торговли. Предприниматели теряют мотивацию и перестают понимать, что их ждет завтра.

Вот яркие события недели: жалоба хозяина ресторана в Кунцево, Москва на вымогательство взяток полицией, информация, что более 700 россиян стали гражданами Мальты. Там очень серьезные фамилии российской элиты предпринимателей, управленцев. Мальте хорошо – каждый претендент приносит на остров около 1 миллиона евро. Программа Мальты действует с 2013-го года, а наши бизнесмены стали искать «запасные аэродромы» по понятным причинам с 2015-го года. За 17 последних лет отозвано 2600 банковских лицензий из 3000 выданных, и еще надо 1 триллион рублей для спасения оставшихся банков.

Все чаще и чаще приходится слышать от бизнесмена средней руки: «Все, хватит. Бизнес-климат разрушен, нет уверенности в защите собственности, в устойчивости «правил игры», зато есть ЮКОС, Домодедово, Башнефть, АФК «Система» и другие предложения, от которых невозможно отказаться». На Гайдаровском форуме обсуждалось «светлое будущее» – цифровая экономика. Нас, участников обсуждения, спросили: «Что нужно для ее развития в России?». Главный фактор — это бизнес-климат, ответил зал (34%). Все остальное: кадры, инвестиции, инфраструктура, госрегулирование – это второстепенное.

Общество рассматривает предпринимателя как «кулака-мироеда», досадное недоразумение, не считает предпринимательство достойным и общественно полезным делом. Молодежь чаще видит свое будущее в качестве чиновника, очень мало, кто хочет стать предпринимателем. Как мы собираемся строить саморазвивающуюся экономику без предпринимателей – это загадка.

Под давлением недовольных граждан власть скоро окажется перед тяжелейшим выбором из трех вариантов.

Первое. Ничего не делать, несырьевая экономика сворачивается, и мы продвигаемся к нигерийской структуре (90% бюджета – это сырье) при соответствующем падении уровня жизни граждан.

Второе. Довести до логического конца национализацию экономики и заставлять работать управленцев под страхом увольнения, (и не забыть предварительно закрыть границу), при этом покончив с рыночной экономикой в России и надеждами следующих поколений.

Третье. Государство идет на самоограничение и восстанавливает экономические свободы, гарантии прав и свобод граждан, открывает экономику. Общество убеждает сограждан, способных к предпринимательству (это около 10%), рискнуть еще раз.

Куда качнется российский маятник, это мы увидим в ближайшие годы.

Первая декада нового года была богата на события, но только одно из них привело внутри России к чудовищной, злобной и вызывающей возмущение реакции правящей элиты. Это единогласное решение городского совета Вашингтона об ускоренном порядке присвоения участку перед посольством России имени Бориса Немцова.

Официальные и не очень российские лица публично и не очень высказались в том духе, что это попытка «напакостить России», «вмешательство в наши внутренние дела». Складывается впечатление, что эти господа «и убили-с», считают такую «ликвидацию» морально оправданной и целесообразной и всячески ее защищают.

Но позвольте, Борис Немцов — не преступник, это государственный деятель России, народный депутат, полномочный представитель Президента, первый губернатор Нижегородской области, первый заместитель председателя Правительства, заместитель председателя Государственной Думы, и это не все. Городская дума Нижнего Новгорода еще осенью 2016 года решила установить мемориальную доску первому нижегородскому губернатору. Да, вот незадача — все не удается сделать намеченное. Нам бы поблагодарить городских депутатов Вашингтона за уважение к нашему соотечественнику и добрый жест в наш адрес и научиться оперативности в решениях.

Вот слова о «вмешательстве во внутренние дела России». Помилуйте, у нас целый город Тольятти, улицы Мориса Тореза, Жака Дюкло, Маклина. А Карл Либкнехт и Роза Люксембург, Эрнст Тельман и Долорес Ибаррури, Маркс и Энгельс наконец! Сплошные оппозиционеры и даже революционеры, между прочим.

Люди начинают терять человеческое лицо и перестают отличать добро от зла, мудрость от глупости. Сначала убиваем царскую семью и сбрасываем в шахты, а потом хороним с почестями и причисляем к лику святых. Как полномочному представителю Президента мне довелось встречать в Петербурге самолет с останками царской семьи и сопровождать их в Петропавловскую крепость. В городе по обе стороны трассы стоял сплошной человеческий коридор. Люди вышли с образами, они провожали царскую семью в последний путь. Это было истинное народное покаяние.

Да, Борис был в последние годы в оппозиции. Ну и что? У него было свое видение и понимание пути России к процветанию и человеческому счастью. Почему правы те, кто семьдесят раз уничтожали народный мемориал на месте гибели Бориса, снимали памятную табличку с его дома, а не он? Толстой, Достоевский, Радищев, Пестель, Рылеев, Лермонтов, Герцен — Санкт-Петербург просто пантеон оппозиционеров. Сменится власть, и опять будем переставлять памятники, перевешивать мемориальные доски и стыдливо отводить глаза?

Причем здесь страны и их сложные международные отношения? Независимо от их состояния и американцы, и мы почитаем наших соотечественников, достигших профессиональных вершин в Америке: разработчик телевидения Зворыкин, вертолето-строитель Сикорский, физик-теоретик Гамов, композитор Стравинский, писатель Айн Рэнд (псевдоним Алисы Розенбаум из Петербурга) — список можно продолжать. Нельзя до экстремизма возвеличивать национальное в противовес общечеловеческому. Дальше — звериный оскал.

А адрес нашего посольства в Вашингтоне будет теперь таков: площадь Бориса Немцова, дом 1.

Процесс выборов власти пробуждает надежды, предвыборное время располагает к построению иллюзий. А тут еще и Новый год… Новогоднего политического чуда мы ожидаем в трех вариантах.

Первое чудо. Еще чуть-чуть потерпеть  — и вновь подорожают нефть, газ и сырье. Это общая надежда всех от трудящихся до правительства. Но предыдущий период низких цен – я называю его «нефтяная пустыня» — продолжался долгих 16 лет, с 1986 по 2002 год. Советская система этого пережить не смогла и попросту исчезла. Сланцевая нефть превратила США из крупнейшего импортера в экспортера нефти, да и Китай ожидаемо сбавляет темпы роста. Так что можно и не дождаться.

Второе чудо. Приход «правильного вождя» вместо «неправильного». Чудо, ожидаемое как широкими народными массами, так и рафинированной интеллигенцией, преимущественно гуманитарной и столичной. Да, люди у власти должны меняться на свободных выборах, это необходимое, но не достаточное условие. Наш опыт вечных колебаний от сверхожиданий к сверхразочарованиям должен уже развеять иллюзии: «вот придет мессия, все наладит, все исправит». Взмахнет рукавом – и все станут честными, будут доверять друг другу и тут же волшебным способом организуется достойная жизнь в самом далеком городе или поселке. Но каждый раз что-то мешает – что же это?

Третье чудо. Это новая Конституция. Введем парламентскую республику  — и наступит торжество демократии. Это чудо для продвинутой интеллигенции.

Если вы внимательно прочтете нашу Конституцию, абстрагируясь от реалий, то вы увидите, что самая сильная ветвь власти – это парламент. «Не может быть!» — скажете вы. Но тот, кто принимает законы и утверждает бюджет, тот и заказывает музыку. Посмотрите, как американский конгресс «загибает салазки» Трампу. Они не просят переучредить республику, они принимают законы вопреки позиции президента и жестко контролируют бюджет, так что ни один президент США не может существенно поменять его структуру, даже тогда, когда это целесообразно.

Наш парламент не может и не хочет использовать свою власть, ограничиваясь ролью «большой круглой печати» на президентских и правительственных законопроектах. Почему парламент изменится, если ему еще добавить полномочий? Посмотрите, какие законы инициируют или принимают депутаты. Вы ждете оттуда «ветер перемен и демократии»?

Я, как избиратель, лишусь права избирать главу государства, ничего не получив взамен. А мне почему–то кажется, что это избирательное право однажды очень понадобится. «Несменяемым вождем» станет председатель правительства, определенный кулуарными договоренностями. И одна несменяемая правящая партия. Самые независимые и боевые депутаты будут выбиты на выборах всех уровней, если они не имеют широкой общественной, организационной и финансовой поддержки. Нашу «парламентскую республику» мы уже промоделировали при президенте Медведеве. Почему вы считаете, что «священный текст» Конституции обеспечит чудодейственное превращение?

Республиканская организация общества начинается снизу, фундаментом здания публичной власти служит местное самоуправление. Именно создание земств при Александре Освободителе решительно двинуло страну вперед, появились десятки тысяч школ для крестьян, земские учителя и земские врачи. Земства тратили около половины своего весьма солидного бюджета на образование и здравоохранение народа. Земства дали начало республиканскому политическому движению.

Сегодня на местах нет ни полномочий, ни денег, ни «земцев». Там остается 5-10% совокупных налогов страны, 65 – 70% забирает федеральный центр, около 20% остается регионам. О каком развитии страны в таких условиях можно говорить? Нация превращается в попрошаек, стоящих с протянутой рукой перед федеральным центром.

Центральная политическая задача России на ближайшие десятилетия – создание эффективной самостоятельной системы местного самоуправления, одновременно как структуры гражданского общества и как элемента публичной власти. Долгосрочная задача — равномерное (по трети) распределение общественных финансов между тремя уровнями публичной власти. Она потребует почти двукратного сокращения федерального бюджета – это революция, затрагивающая существенные интересы всех российских граждан! Даже движение в этом направлении вызовет невероятное сопротивление со стороны федеральной бюрократии, околобюджетного бизнеса и столичного бомонда.

«Так это самое невероятное чудо!» — скажете вы. Возможно, вы правы, но все равно стоит попробовать. У многих получилось, почему мы не сможем? Давайте начнем говорить о том, «как нам обустроить Россию». Пора перестать обсуждать с утра до вечера личность президента (неважно – комплиментарно или критически), «улавливать сигналы» и писать ему письма – челобитные по любому поводу. Это создание культа личности вождя, а не забота о судьбе страны.

30 декабря 2017

Горе от вертикали

Конец 2017 года и начало нового шестилетнего политического цикла заставляют еще раз задуматься, какую общественно-политическую систему мы, как нация, сооружаем.

Если отключиться от реальности и почитать Конституцию, то мы увидим демократическое республиканское общество. Публичная власть разделена «по вертикали» на законодательную, исполнительную и судебную, «по горизонтали» — на федеральную государственную власть, государственную власть субъектов федерации и местное самоуправление. Конституция разграничивает между ними предметы ведения и полномочий, каждый действует в своей нише весьма автономно. Мы свободно и конкурентно избираем власти на фиксированный срок, а они исполняют нашу волю. Президент выступает гарантом этой «симфонии» и служит верховным арбитром в спорах между властями, не вмешиваясь в их работу.

Если снова включить реальность, то конституционный мираж рассеивается. Мы видим повсеместное строительство «вертикалей и вертикалек» — закрытых иерархических пирамид власти, уходящих «вверх и в темноту», растерянных граждан, пытающихся найти справедливость и выжить в этом «дивном мире».

В чем проблема жестких вертикалей, построенных по принципу «приказ-исполнение»? Может, так всех победим?

Вертикаль давит развитие, ведь его источник — производство разнообразия. Вертикаль неизбежно концентрирует ресурсы и власть на вершине пирамиды и ее тянет на «великие свершения», в нашем случае преимущественно на военные. Вертикаль не может решить ни одной проблемы, затрагивающей каждого из нас, ведь у основания пирамиды нет ни полномочий, ни денег, ни достойных людей.

В итоге в этом заповеднике расцветает коррупция, а главное — в ней не могут существовать инициативные люди, обладающие независимым характером и лидерским потенциалом. Результат мы уже видим — унылая стабильность, и «никого больше нет».

Закрытая система, где подчиненный должен быть слабее начальника, в перспективе ведет к вырождению управленческой системы. С каждым циклом продвижения кадров наверх уровень компетентности системы падает, снизу поднимаются все более слабые. Это дорога от Ленина к Черненко. Нужен приток сильных эффективных лидеров снаружи на верхние этажи властного здания

Главная проблема и неопределенность вертикали — это смена лидера, вождя. Мы откладываем сегодня ее решение еще на шесть лет. Положа руку на сердце, кто-нибудь понимает, что будет в нашей стране через 10 — 15 лет? А ведь это глубина инвестиционного цикла для предпринимателя. Он должен рискнуть своими деньгами, не понимая внешних условий. Вот и нет инвестиций, вот и не развивается экономика, несмотря на шаманские заклинания политического руководства страны.

Наивна вера, что достаточно поменять плохого царя на хорошего — и все само наладится, мы вдруг станем другими, просто очень хорошими. Нужна общенациональная перезагрузка политической управленческой культуры. Пора строить «горизонтали» по Конституции, а не «вертикали» по понятиям. Иначе — либо медленное тепловое угасание, либо взрыв (военная авантюра или внешний шок) и исчезновение нашей страны — цивилизации. Запасы нефти и газа конечны, господа.

      Центральная избирательная  комиссия ожидаемо отказала в регистрации инициативной группы по выдвижению Алексея Навального в кандидаты в Президенты Российской Федерации. По поводу этого решения разворачивается ожесточенная полемика, в которой не различаются два разных вопроса: «законное – незаконное» и «целесообразное – нецелесообразное».

   Давайте объективно разберемся – а были ли у ЦИК варианты?

   Первая точка зрения – буква закона.  Статья 32 (пункт 3) Конституции гласит: «Не имеют права избирать и быть избранными граждане, признанные судом недееспособными, а также содержащиеся в местах лишения свободы по приговору суда». Из этого пункта делается простой и, на первый взгляд, очевидный вывод, что все остальные такое право имеют. Но этот вывод логически ошибочен, здесь ошибаются даже титулованные юристы.

     Дело в том, что в Конституцию встроен регулятор, позволяющий федеральному законодателю ограничивать права и свободы человека и гражданина. Вот как звучит соответствующая статья 55 (пункт 3):  «Права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в  целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и  законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства». Набор оснований весьма широк, но авторы Конституции исходили из предположения, что законодатель не злонамерен и будет осуществлять «мудрое регулирование свободы».

  Наш законодатель пошел своей дорогой и в 2014 году принял поправки к Федеральному закону  от 12 июня 2002 года N 67-ФЗ «Об основных гарантиях избирательных прав и  права на участие в референдуме граждан Российской Федерации». Пользуясь статьей 55 Конституции, он установил поражение в пассивном избирательном праве для осужденных за тяжкие и особо тяжкие преступления независимо от факта содержания в местах лишения свободы (Статья 4, пункт 3-2):

    «Не   имеют  права  быть  избранными  граждане  Российской Федерации:

а) осужденные к лишению свободы за совершение тяжких и (или) особо тяжких преступлений и имеющие на день голосования на  выборах неснятую и непогашенную судимость за указанные преступления;

а-1)  осужденные к лишению свободы за совершение тяжких преступлений, судимость которых снята или погашена, — до истечения десяти лет со дня снятия или погашения судимости.» 

     Суммарный срок поражения в избирательных правах может значительно  превосходить срок приговора. Вот этот конституционный регулятор в руках парламента перекрыл избирательную дорогу Навальному и другим судимым кандидатам на долгие годы вперед.

     Изначально было ясно, что в рамках действующего законодательства для регистрации А. Навального должно было произойти одно из двух чудес. Первое – оправдательный приговор или переквалификация на статью, не входящую в список тяжких. Второе — отмена или модификация соответствующей статьи Федерального закона, устраняющая законодательное препятствие для регистрации. Чуда, как всегда, не  произошло. У ЦИКа в этих условиях не было других вариантов, не выходящих за  рамки закона. Мог ли ЦИК принять «политическое решение, учитывающее всю совокупность обстоятельств»? В принципе это возможно, но это решение не устояло бы в суде с учетом предыдущей судебной истории дела А. Навального.

Вторая точка зрения – принципы, дух права. Ясно, что закон о поражении в избирательных правах, да еще на срок, существенно превышающий сроки даже условного приговора, не должен был приниматься.   

     Главное – этот закон не только  ограничивает пассивное избирательное право конкретного гражданина. Он нарушает права носителя суверенитета и единственного источника власти в Российской Федерации – ее многонационального народа. (Статья 3 Конституции). Затрагивается активное избирательное право всех граждан — народ ограничивается в праве определяться, кто ему нужен в органах государственной власти. Федеральная власть ограничивает волеизъявление народа в целом, что не допустимо.

  Этот закон должен быть отменен, ибо ставит под угрозу республиканские устои общества – дает универсальное средство для подавления политической  конкуренции, снятия с «шахматной доски»  любых фигур  оппозиции.

    Предстоит долгая дорога борьбы за  корректировку этих норм, в первую очередь, в судебной системе вплоть до  Конституционного Суда и Европейского Суда по правам человека.  Однако это вопрос и претензия ко всей политической системе, преимущественно к законодательной и судебной ветвям власти, а не к правоприменительной структуре, каковой является ЦИК.

  Такова беспристрастная юридическая картина. Все остальное, в том числе разворачивание предвыборной кампании А. Навального в  условиях заведомо ожидаемого  отказа от  регистрации,  относится к стратегии и  тактике политической борьбы, которая обещает быть жаркой.


Основной капитал, фундамент государственного здания — это доверие граждан, готовность следовать решениям власти.

Даже представительный орган власти будет являться таковым не в силу соблюдения бюрократических пропорций представительства разных групп граждан, а потому, что мы доверяем ему представлять наши интересы.

Высокий уровень поддержки президента в тяжелых кризисных условиях объясняется не признанием его достижений в деятельности. Это рейтинг доверия, надежды, что он знает, что делать, он защитит, он поможет. Падение доверия к системе органов государственной власти и местного самоуправления подтачивает и эту «последнюю скрепу», а дальше сходит лавина.

Сегодня разнообразные большие группы граждан, руководствуясь ложно понятым патриотизмом, «в поте лица своего» пытаются укреплять стены здания российской государственности, разбирая на строительный материал его фундамент.

Первенство, конечно, по массовости и эффективности в этом «благородном занятии» принадлежит членам разнообразных избирательных комиссий и людям, участвующим в выборах. Еще ни одни выборы в стране 21-го века не прошли без обвинений в массовых фальсификациях. Доверие к честности процедуры крайне низкое, а значит, мал «стартовый запас легитимности» избираемых властей. Стратегические проблемы общества закладываются на будущее из сиюминутных соображений «не допустить во власть» криминал, пятую колонну, продажных либералов (нужное подчеркнуть).

Второй фронт подрыва доверия к государству — это сокрытие или искажение информации о жизненно важных событиях для наших граждан. Вот над страной медленно и печально проплывает облако радиоактивного изотопа «Рутений-10». Ни информации, ни разъяснений специалистов, пока не раздается вопрос соседей из-за границы: «Что у вас происходит?». Далее следует череда подтверждений и опровержений. Опытный обыватель сразу вспоминает Чернобыль и делает вывод: «Значит, от нас скрывают что-то страшное». Уровень доверия на фоне паники падает как гемоглобин при лучевой болезни.

Финал-апофеоз — это поведение элиты, демонстративно игнорирующей государство: «для нас закон не писан». Яркий пример — четырехкратная неявка Игоря Сечина в суд по повестке под предлогом «необычайной занятости» или мгновенное закрытие экспедиции «Роснефти», службы приема почтовой корреспонденции. Просто некуда принести повестку суда. Общество и государство унижены этими действиями. Если они будут безучастны, то не удивляйтесь, что и «каждая кухарка» будет презирать государственную власть.

Еще одна большая и настойчивая группа интересов упорно тянет Россию во внешнеполитические конфликты и вооруженные противостояния. Уже неоднократно это заканчивалось геостратегической катастрофой для страны. Но частные интересы побеждают общественную пользу и мы вновь готовимся затягивать пояса и начинать мобилизацию.

Государство рушится, поскольку его опоры подтачивают люди, по недоразумению называемые «патриотами» и «государственниками». На деле это враги государства и агенты общественного разложения.

16 декабря 2017

Забытая Конституция

Тихо и незаметно прошел День Конституции Российской Федерации. Для республиканца это один из главных национальных праздников. В этот день мы не «грозим надменному соседу», а ведем разговор между нами, гражданами, о том, что делает нас единой нацией, как нам жить вместе, достичь согласия в вопросах права и общности интересов, каков наш образ желаемого будущего.

Но вместо этого разговора — массовое паломничество журналистов и околожурналистов на пресс-конференцию «оракула». Что будет? Чем сердце успокоится?

Здесь уместно вновь вспомнить слова Николая Бердяева: «Ожидание чуда есть одна из слабостей русского народа». Чуда жаждем в двух вариантах. Первый — сменить плохого царя на хорошего. Второй — то же самое проделать с Конституцией.

Мы ждем, что возникнет, откуда ни возьмись, мудрая и честная власть, заботящаяся об интересах народа и страны, сама по себе наладится экономика, кто-то наведет порядок, вычистит соседний лес и ввернет лампочку в подъезде.

Мы ждем, что Конституция будет работать сама без наших усилий в автоматическом режиме как регулятор Уатта. Главное — написать правильный текст законов, и сама пойдет. Удивительно, почему человечество не разработало «коробочный вариант» государственного устройства? Приезжаешь в любую страну, проводишь весь пакет законов через племенной совет, и заработала скатерть-самобранка.

Вот в качестве панацеи предлагается переход к парламентской республике. Но я говорил, мы уже прожили четыре года в отечественной парламентской республике. Вам понравилось? Практически ничего не решающий президент, полновластный председатель правительства, опирающийся на непоколебимое большинство правящей партии в парламенте. «Ну, нет» — говорят фанатичные сторонники идеи — «тогда все будет по-другому». А, собственно, почему? Вот так все и будет долго и печально. А я как избиратель лишусь права прямо избирать президента, ничего не получив взамен. Однажды мне это право очень потребуется.

Наша Конституция утверждает республиканское устройство общества. А это требует принципиально иного самоощущения и поведения граждан. Республика как общее дело не может существовать без республиканцев — равноправных самостоятельных граждан, крепко стоящих на ногах и живущих своим умом, уважающих и защищающих закон. Такие люди обладают самоуважением, они неизбежно потребуют и создадут самоуправление — самостоятельное решение максимально широкого круга задач там, где они живут, распоряжение налогами, формирование всех органов власти их решениями. Ключевое отличие республиканца от верноподданного — это признание личной ответственности за действия своей страны, своего правительства. Для него равным образом оскорбительны и неприемлемы утверждения: «во всем виновата власть, мы не можем ничего сделать» и: «все придумали и организовали великие и ужасные американцы». Это унижение собственного народа и привитие комплекса неполноценности.

Во все времена народ должен бороться за закон, как за свои стены, если он чего-то хочет добиться. А иначе снова горький сарказм Бердяева, особенно хорошо звучащий в контексте приговора Улюкаеву: «Взятка — самая действенная русская конституция на все времена». Согласимся или опровергнем?

С Днем Конституции, уважаемые соотечественники.

                                             Опубликовано 12.12.17. в газете «Ведомости» (в сокращении)

 

    Самое яркое, кричащее противоречие  Конституции Российской Федерации и традиционной управленческой культуры заключено в понятии «федерализм».

     Мы  традиционно строим управленческие системы в виде командной иерархической вертикали. Вышестоящий начальник «главнее» нижестоящего и властен поменять любое его решение. В «вертикали» царят приказ и исполнение. Оптимальная стратегия «выживания» чиновника в вертикали – «не высовываться». Главное качество идеального подчиненного – лояльность к начальнику, остальное второстепенно. Профессионалы, лидеры вредны, они слишком инициативны и «много о  себе думают».   В целом система заточена под  политическую волю вождя, обеспечивает мобилизацию под военные и иные простые и понятные цели в небольшом количестве.

     Задача федерализма прямо противоположная. Он  исходит из понимания  сложности, разнообразия и многозадачности общественной жизни.   Если внимательно почитать Конституцию, то  становится ясно, что там описана иная модель устройства власти – горизонталь. Строится децентрализованная система самостоятельных центров принятия решений, играющих по общим правилам, заданным Конституцией. Федерализм поощряет инициативу, творчество, ответственность перед избирателями, а не перед начальником.

    Вся публичная власть нарезана на относительно самостоятельные слои.  Первое горизонтальное разделение власти – на  государство и местное самоуправление. «Местное самоуправление в пределах своих полномочий самостоятельно. Органы местного самоуправления не входят в систему органов государственной власти» (Ст. 12 Конституции). Второе разделение —  государство у нас федеративное, то есть двухслойное – федерация и субъекты федерации.  И федерация, и субъекты федерации – это государственные структуры, здесь принимаются обязательные к исполнению законы – федеральные и  региональные.

   Неверным является представление, что федеральные законы всегда выше и главнее региональных и ими можно регулировать, что угодно. Конституция осуществляет разграничение предметов ведения и полномочий между двумя этажами власти. Есть четко определенный, ограниченный перечень вопросов, относящихся к  исключительной компетенции федерации (Ст. 71), например, внешняя политика и  международные отношения, оборона и безопасность, и здесь действуют только  федеральное регулирование.

   Есть фиксированный список позиций, относящихся к совместному ведению федерации и  субъектов (Ст. 72). Все, что не попало в эти два списка, это «зона ответственности» субъекта федерации. Здесь могут издаваться только нормативные акты субъекта, федерация не имеет права вторгаться на эту территорию.  Правда, федеральный центр при разработке Конституции постарался застолбить себе полномочия по максимуму.

    В полосе совместной  компетенции оба законодателя хозяйничают самостоятельно, но право первой руки принадлежит федерации. Если она издала закон, то ему не могут противоречить региональные нормы. Конечно, федерация со временем плотно застроит своими законами эту нейтральную территорию. Но главное остается – это независимые действия двух уровней власти.

       Вертикаль неявно подразумевает, что власть «стекает» сверху вниз  и источник власти находится на самом верху. Мы  в этом абсолютно уверены,   адресуем любые проблемы Президенту и требуем его вмешательства  во все житейские вопросы. А Конституция провозглашает, что «носителем суверенитета и единственным источником власти в  Российской Федерации является ее многонациональный народ» (Ст. 3). Он наделяет полномочиями все горизонтальные уровни власти, причем делает это независимо.

    Статья 11 (часть 2) Конституции особо подчеркивает, что «государственную власть в  субъектах Российской Федерации осуществляют образуемые ими органы государственной власти».  Данная статья расположена в главе «Основы конституционного строя»,  это означает, что никакие другие положения Конституции не могут противоречить основам конституционного строя (Ст.16).  Это исключает возможность назначения из  федерального центра исполняющего  обязанности губернатора.   Только образованные самим субъектом органы государственной власти могут осуществлять ее в субъекте.  Уходит губернатор в отставку – Конституция или Устав субъекта федерации определяет, кто и на какой срок будет исполнять обязанности до выборов нового губернатора.

   Точно так же в федерализм не вписывается еще одно «вертикальное изобретение» — освобождение губернатора от должности Президентом «в связи с утратой доверия». Губернатор получил мандат из рук народа и ответственен перед ним. А если Президент и губернатор принадлежат  к  диаметрально разным политическим силам?  Если это его завтрашний конкурент на  президентских выборах? Особая ситуация – совершение губернатором существенных преступлений, тогда в субъекте федерации запускается процедура отрешения от  должности – импичмент. Право инициирования процедуры импичмента – это максимум, что можно закрепить за федеральным центром в рамках приличий федерализма.

  Если наступает крайний случай, например,  отказ  исполнять Конституцию, тогда включается институт федерального вмешательства, законодательно закрепленные инструменты принуждения, вплоть до  использования вооруженной силы.

   Сегодня в  «мирных условиях» региональные политики и управленцы застывают в гоголевской «немой сцене», когда из сообщений прессы узнают, что к ним едет новый губернатор в режиме колониального администратора.  Мы ждем прилива энтузиазма, нового старта? Все ответы есть у Герцена и Салтыкова – Щедрина.

     Конституция ничего этого не позволяет, но мы все равно делаем это, поскольку не понимаем, как можно иначе. Наша управленческая культура предельно проста: я назначаю нижестоящих управленцев, отдаю приказы, требую исполнения и  лояльности. Если не устраивает – увольняю. Это мы называем «управленческой вертикалью». Более сложные технологии – управление автономными игроками с  помощью законов, бюджетирования,  идейного  влияния – нам пока не даются и потому отвергаются как «гнилой либерализм».

   Эта простота хуже воровства, которое неминуемо расцветает пышным цветом в  закрытой иерархической пирамиде.  Хуже, потому что в ней не могут существовать инициативные люди, обладающие независимым характером и лидерским потенциалом. Результат мы уже видим – застой и «никого больше нет».

    Централизация очень приятна, пока наверху «неисчерпаемый мешок пряников».  Лично вам все благодарны за монаршие милости. Но концентрация власти означает и концентрацию ответственности. Когда кончаются пряники, становится ясно, что не с кем разделить ответственность. Фокусировка «волн недовольства» граждан в одну точку взрывает управляющий центр со всеми вытекающими последствиями, что мы и наблюдали на примере СССР.

  Конституция Российской Федерации дает необходимые правовые возможности для разумной децентрализации власти и ответственности. Ее потенциал развития страны не  только не исчерпан, но еще даже и не освоен.  Стартовый  комплекс  тоже достаточно понятен: запуск «нового земства» — местного самоуправления. Туда надо дать свободу, полномочия и  деньги. С этого начинал Александр II,  на этой почве пойдет в рост российский гражданин, а не обыватель. На фундаменте общественной самоорганизации естественным образом можно наращивать государственные этажи власти.

   Как только  в обществе поднимается политическая температура, возникают идеи существенно переработать Конституцию. Вносятся радикальные и безответственные  предложения созвать Конституционное Собрание и  выработать  новую Конституцию. В перечне отечественных чудодейственных средств «новая конституция» конкурирует с  захоронением Ленина. Если отбросить литературно – эмоциональные аргументы, то  все предложения по существу изменений концентрируются на устройстве федеральной власти.  Из 9 глав и 137 статей Конституции такие изменения затронут не более 4 глав и существенно не более 20 статей. В то же время главными разделами Конституции  являются Основы конституционного строя,  Права и свободы человека и гражданина, Федеративное устройство, Местное самоуправление, написанные на достаточно высоком уровне.  

        Каждый, кто предлагает смести действующую Конституцию и начать с чистого листа, должен спросить себя: уверен ли он, что удастся «переучредить  Россию»?  На Конституционном совещании  1993 года в группе регионов  один день мы имели ультиматум краев и  областей — или полное равноправие субъектов, или мы покидаем совещание. Другой день — следующий ультиматум, республики и автономные образования требуют «контрольный пакет» в Совете Федерации и требуют признать так называемый федеративный договор основой и исходной частью Конституции.  Войти в Конституционное Собрание легко, а  выйти из него можно без свободы и России.

     Внимательный анализ большинства дискуссионных вопросов приводит к выводу, что нужна не редакция текста Конституции, а  значительно более сложная и долгосрочная задача — перезагрузка политической культуры.  Конституция скроена добротно и  нам «на вырост».  Хотим ли  расти?

 

 Автор:  Сергей Алексеевич Цыпляев – декан юридического факультета Северо-Западного института управления РАНХиГС, член Комитета гражданских инициатив,  ранее — полномочный представитель Президента Российской Федерации в Санкт – Петербурге, народный депутат СССР, член Верховного Совета СССР, участник Конституционного совещания 1993 г.

 

09 декабря 2017

Унылая стабильность

Вот и разрешилась «главная интрига» политического сезона. Действующий президент нас не покинет и будет баллотироваться на очередной – четвертый срок.

Надо сразу сказать, что результаты голосования предопределены и никаких чудес не ожидается. Голосование будет иметь плебисцитарный характер — устраивает ли граждан действующий лидер, или нет.

Требования политического бомонда к властям обеспечить зрелище, конкуренцию и явку направлено явно не по адресу. Выдвижение и продвижение достойных кандидатов – это дело гражданского общества, а не власти. Действующую власть вполне устроят спокойные, тихие, «скучные» выборы без петард и фейерверков.

Ни на чем не основаны ожидания, что президент «ударится оземь», то есть об избирателей, и обернется неистовым реформатором. Трудно ожидать на 19-ом году правления весьма пожилого руководителя стремления начать все сначала, отрицая предыдущие взгляды и поступки. Что мешало начать реформы год, два, пять лет тому назад? Промежуточные выборы ничего не меняют по существу. Это как понедельник. Хочется начать новую жизнь, но потом за понедельником приходит вторник…

Удивляют настойчивые утверждения разного рода аналитиков, что всенепременно последует глубокая конституционная реформа. Почему? Зачем? У власти нет никаких задач, которые она не может решить с этой Конституцией при нынешнем отношении к ней. Если потребуется пятый срок, необходимо изъять всего одно предложение из Конституции о «двух сроках подряд», либо провести референдум как выражение высшей воли народа. Нет смысла создавать себе проблемы с государственным переустройством, тут целый склад ящиков Пандоры. Поверьте мне – участнику конституционного совещания 1993-го года.

И теперь самое главное.

Развитие страны – это смена политических поколений. Таков закон природы: каждое поколение приходит в мир с желанием переделать его и заканчивает жизненный путь обороной своих построек от следующей волны реформаторов. Мы откладываем решение задачи смены поколений еще на шесть лет, делая ее сложнее и опаснее. Наша страна как цивилизация продолжит медленное угасание, если не будет катастрофических ошибок руководства и ударов внешних катаклизмов.

«Унылая стабильность» без шансов на успех не дает молодым поколениям надежду. А «славное прошлое» не заменит образ желаемого будущего.

Не успело отгрохотать «сражение при Матильде», как началась новая битва за умы – останки царской семьи. Патриарх Русской православной церкви заявляет, что наука не может решить вопрос принадлежности останков.

Что предъявляет наука? Экспериментальное доказательство. Берем «вслепую» обезличенный генетический материал группы ныне живущих людей, среди которых есть заведомые родственники. Генетический анализ с вероятностью, близкой к 100%, выдает точный ответ, кто в группе родственники. Так сегодня, между прочим, устанавливается отцовство.

Что предъявляет церковь? Заявление «не верю», мотивированное догматами вероучения. Правда, все сомнения враз улетучиваются, когда встает вопрос о личном здоровье служителей культа. Вместо смирения и молитвы – поход к высокотехнологичной медицине, лучше, если в Швейцарии или Израиле у заклятых конкурентов на религиозной ниве.

Нам следует задать себе простой вопрос: для кого должно быть существенно признание РПЦ идентификации останков царской семьи? Ответ: только для воцерковленных людей, для паствы. Это внутреннее дело РПЦ. Мы ведь почему-то не спрашиваем остальные религиозные конфессии, представленные на территории Российской Империи. Что будем делать, если завтра возразят буддисты?

Власть уронит свой авторитет, если начнет создавать новые комиссии с участием представителей церкви, и покроет себя позором, если втянется в обсуждение дикого вопроса о «ритуальности» убийства. Пусть об этом спорят теологические мудрецы. У нас ведь признана и такая, с позволения сказать, «наука».

Идя навстречу пожеланиям церкви, общество ограничило свободу слова и установило нешуточные наказания за «оскорбление чувств верующих». Это в свою очередь означает, что в любой общественной дискуссии не могут использоваться аргументы, основанные на догматах веры. Ибо это является прямой провокацией «оскорбления чувств» со стороны самих представителей веры. Заповедник, что называется, так заповедник.

И последнее. Если так дальше пойдет, то нам придется делать принципиальный выбор.

Или неуклонное следование в жизни религиозным догматам, и тогда надо забыть мечты об «инновационном лидерстве», изобретениях и технологических прорывах. Посмотрите список книг, в разное время запрещенных католической церковью. Тяжелое зрелище, гарантия «унылой стабильности».

Или свободное развитие человека в свободной стране в рамках права, основанного на многовековом опыте человечества, радость свободного творчества и поиск нового, стремление «заглянуть за горизонт».

Вот поэтому я выбираю светскую Россию.

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире