14:38 , 20 марта 2012

Эволюция, гомосексуализм и русская церковь

С точки зрения эволюции, сознание есть механизм, позволяющий иметь преимущества в выживании.
Однако у этого механизма есть врожденный недостаток: осознавая себя, человек осознает неизбежность смерти, которая обессмысливает жизнь. Происходит своего рода короткое замыкание. Животные этого противоречия лишены.

Религия — один из способов обхода этого парадокса. Суть религии вовсе не в персонифицированной сверхсущности, то есть не в боге, — а в возможности иносуществования после смерти при условии выполнения договора, предписанного сверхсущностью. Ну, а церковь представляет собой ритуальный дом по соблюдению условий договора.

Эта религиозная уловка была вполне действенной до тех пор, пока — как сегодня — не осталось мест, где бы сверхсущность могла себя с очевидностью проявить. Благоглупости вроде «чудо бога видно в каждой капле росы» или пасхального огня оставим 19 веку, детям и бабушкам.

Сегодня любая церковь испытывает сильнейший кризис, связанный с невозможностью дальнейшего описания пост-смертной жизни в собственных терминах (рая и ада) и равной невозможностью прибегнуть к, скажем, парадигматике квантовой физики (там как раз есть место для чуда, но нет места для церкви).
РПЦ не избежала общего церковного кризиса, разумеется.

Но этот кризис наслоился на традицию православного невежества: суть русского православия не в том, что оно от Востока, от Византии, а в том, что оно укоренилось в отсталой стране в эпоху краха Византии; Константинопольский эталон-метроном исчез; залетный просвещенный Максим Грек (знакомый с эталоном) всегда и неизменно подвергался поношению.

Рискуя нарваться на бурную реакцию, можно сказать, что по форме своей русское православие есть самоупоенное невежество (впрочем, нынешние Кирилл с Иларионом будут кулуарно с этим отчасти согласны, заменив, разве что, «православие» на «клир»).

Православие тем и любопытно, что развивалось герметически, вне Византии, вне мира. С одной стороны, оно такое же, как 1000 лет назад; с другой — оно продукт существования пауков в банке. Православные мыслители именно таковы, до смешного: бедный-бедный Розанов, с идеей проведения брачных ночей в церквах, с отчаянной борьбой с «грехом» рукоблудия… Он боролся с самой мыслью о возможности мастурбации (полагая физиологический банальный акт, сродни дефекации или мочеиспусканию, именно «идеей») с тем же упорством и яростью, с какой сегодняшние Кураев или, прости господи, Чаплин борются с «идеей» гомосексуализма.

Ну, а теперь о том, к чему я веду.

В прошлом номере «Огонька» мой текст про принятый в Питере пауками в банке, то бишь депутами в Мариинском дворце, «антигейский» закон.

Там два важный момента.

Первый — что закон дискриминационный, но не антигейский, а антиэволюционный. Он борется с теми, кто признает за эволюцией куда более сложные механизмы развития, чем это укладывается в голове автора закона депутата Милонова (редкий случай — обычно нет связи между гомофобией и подавленной гомосексуальностью — но у Милонова, упоенно цитирующего гей-сайты, при этом откровенно некрасивого и фемининного по поведению, я и правда подозреваю детскую сексуальную травму; возможно, насилие).

Второе важное положение — что отклонение от нормы (понимаемой как среднее значение) есть такой же эволюционный механизм, как сознание. Это равно верно и в отношении сексуальности. У Воннегута в «Бойне» продвинутые жители Тральфамадора обнаруживают на Земле «не меньше семи различных полов… ни один земной житель не может родиться, если не будет гомосексуалистов. А без лесбиянок дети вполне могли появляться на свет. Без женщин старше шестидесяти пяти лет дети рождаться не могли. А без мужчин того же возраста могли…» Воннегут как раз об этом. Детали смотрите у Даймонда.

Однако при публикации в «Огоньке» выпал фрагмент про то, что, возможно, Милонов попросту лоббировал приход в школы РПЦ с одновременным запрещением программ по сексуальному образованию РАПС/IPPF. Тогда вообще все просто.
Все просто и все очень печально: антигейская истерия последнего времени показывает, что Россия в осознании, так сказать, функционала своего социального тела отстает от Европы лет на 50. Это много, учитывая скорость европейского социального развития. Мы еще не дошли до банального: что сексуальная жизнь взрослых людей, не сопряженная с насилием, не имеет никакого отношения к нравственности. Мда-да, товарищи Кураев-Милонов и прочие: ни фистинг, ни римминг, ни bdsm. Так что занимайтесь фелляцией в положении вниз головой на кресле себе на здоровье. Имеет не большее отношение к нравственности, чем выдавливание прыщей.

Ну, а вот полный текст:


Их голубая мечта

В Петербурге депутаты заксобрания 29 голосами против 5 проголосовали за то, что пресса окрестила «законом против геев». А годом ранее они требовали принять «кодекс петербуржца». Логичное развитие прежней темы.

Я жму на ссылку – и с экрана валится поток чужой жизни. Стоящие в обнимку в предбаннике (судя по полотенцам) парни. Еще парни, не то дурачащиеся, не то борющиеся друг с другом на диване и на ковре. Не сразу соображаю, к чему бы это, но через пару секунд ясно.

В Петербурге местные депутаты приняли уже в третьем чтении поправки к местному закону об административных правонарушениях. Поправки называются «О запрете пропаганды мужеложства, лесбиянства, бисексуализма, трансгендерности и педофилии среди несовершеннолетних».

Ко мне – и, например, к журналу «Огонек», где я работаю — принятие этих поправок может иметь прямое отношение как к пропагандистам всего перечисленного.

Дело в том, что автор поправок, замечательный депутат Виталий Милонов, под пропагандой подразумевает вовсе не растление малолетних, на что в УК есть статья (и хорошо, что есть). Под «публичными действиями, направленными на пропаганду мужеложства, лесбиянства, бисексуализма, трансгендерности», указывается в законе, следует понимать распространение информации, способной сформировать у несовершеннолетних «искаженные представления о социальной равноценности традиционных и нетрадиционных брачных отношений».

Как говорят дамы в возрасте – это же прелесть что такое!

Это значит, если я думаю, что любые формы сексуальных отношений между взрослыми людьми являются их личным делом; и что если эти люди хотят создать официально зарегистрированный союз (хотя бы для урегулирования прав наследства), то такой союз вполне допустим, и если журнал «Огонек» эту мою мысль опубликует, и если «Огонек» прочтут первокурсники Петербургского университета, — то все, капец. Табань весла. Мне – штраф до 5000 рублей. «Огоньку» — до полумиллиона. Исказили представления. Повлияли (цитирую) на «нравственное и духовное развитие несовершеннолетних».

А вот если мы напишем, что геи и лесбиянки, а также бисексуалы (которых вообще-то среди нас большинство – есть точка зрения, что человека, хоть раз в жизни испытавшего гомосексуальное возбуждение, хотя бы во сне, нельзя относить к строго гетеросексуалам); так вот, если мы напишем, что все эти люди – второго сорта, и равных прав с гетеросексуалами им давать нельзя — то это нормалек. Это можно.



Тут, конечно бы, некий исторический персонаж глубоко православному члену партии «Единая Россия» депутату Милонову рукоплескал (хотя и не очень сильно. Ведь Милонов не призывает гомосексуалистов и трансгендеров уничтожать, как уничтожали нацисты. Он их всего-навсего наказывает за признание их полноценными).

Я редко прибегаю к болезненным для нашей страны параллелям с нацистской Германией (не потому что их мало, а в силу болезненности). Но мне казалось, что с времен, когда гомосексуализм считали грехом, а гомосексуалистов нелюдьми (о господи, сколько судеб было переломано!) много грязной воды утекло.

Так много, что можно было прочитать, наконец, и Герберта Маркузе с «Эросом и цивилизацией», и Юлиуса Эволу с «Метафизикой пола», и Мишеля Фуко с «Историей сексуальности», Игоря Кона с «Любовью голубого цвета» — да и просто популярные книжки по дарвинизму.

И убедиться в простой (то есть в сложной) вещи. Природа в процессе эволюции создает массу мутаций, отклонений от усредненной нормы (у людей 97% генов мутируют постоянно) именно затем, что отклонения дают возможность приспосабливаться к любым изменениям как природных, так и (подозреваю) социальных условий. То есть, если за всем этим стоит Бог (это персонально для Виталия Милонова), то для Бога именно отклонение является нормой, а статика – отклонением. И если человечество живет в эпоху, когда сексуальная жизнь и детопроизводство идут параллельно (а иногда и вообще не пересекаются) – то значит, и брак, отличный от союза одной женщины с одним мужчиной, вполне приемлем. И однополый брак с приемными детьми – в том числе. Такова моя точка зрения. И, кстати, моей жены – а мы 20 лет в браке – тоже.

И не только наша: сегодня однополые браки являются нормой не только в Голландии, Дании или Швейцарии, но и в глубоко проникнутой католической культурой Испании, а также во все большем числе штатов более чем пуританских США (хотя кто полвека назад мог бы поверить?!)

И в России дискуссия на эту тему была бы необходима, хотя бы потому, что наша великолепная, пышущая неандертальским здоровьем гомофобия стандартно создает семейные трагедии, когда подросшие дети в отчаянии осознают, что они – другие. И родители орут: вон из дома! (или: лучше бы мы тебя не рожали!) Хотя, с точки зрения природы, то бишь Бога, это родители – их генные мутации – виновны в том, что их дети таковы. Шанс, что родившийся у гетеросексуальных родителей сын будет геем, а дочка лесбиянкой – около 1:25. Причем у всех народов и во всех социальных средах.

Это всегда меньшинство, права которого либеральных обществах защищают и, как минимум, уважают – а в авторитарных обществах подавляют или, как минимум, не замечают (ну вот, похоже, счетчик депутата Милонова настучал еще на полмиллиона).

И, если честно, не замечать проблему было бы куда лучше – чем замечать так, как ее замечают в Петербурге (хотя я уже слышал, что депутат Милонов попросту отрабатывает заказ РПЦ. Дело в том, что у внедрения курса «основ православной культуры» есть даже не технический, а идеологический конкурент – программа полового просвещения. В России ее активным сторонником является РАПС, Российская Ассоциация Планирования семьи, являющая, в свою очередь, филиалом IPPF — International Planned Parenthood Federation. Ну, а дальше понятно: зловредное закордонье хочет сократить деторождение и извести под корень Святую Русь. Действия РАПС – признающей за «гомосексуалистами, лесбиянками, трансгендерами» те же права, что и за гетеросексуалами, и доводящей эту информацию до детей – теперь легко подвести под монастырь. Сколько подростков, не получивших в итоге достаточных знаний о своих телах и правилах пользования ими получат потом беременность, аборт или, не дай бог, ВИЧ – неважно).

Я не хочу сейчас рассуждать о том, к чему обычно приводит принятие идиотских законов. Приводит, как правило, к произвольной трактовке в интересах конкретных людей, даже если этот интерес выражен в отчете за «проведенные оперативные мероприятия». Борьба с «пропагандой наркотиков» привела в свое время к бегству из России блестящего поэта и переводчика, моего доброго знакомого Ильи Кормильцева и доставило немало неприятностей моему доброму знакомому Саше Никонову – блестящему популяризатору науки. Сейчас, вон, проверяют на «наличие призывов к экстремизму» романы Акунина.

Я о том, что идея дискриминации, ограничения и поражения в правах по причине особенности рождения – мутации, в общем – в целом противоречит идее жизни, в чем бы жизнь не проявлялась: во вспыхнувшей впервые страсти, которая часто вспыхивает не так, как в кино (на этом мучительном осознании строилась бешеная популярность песен «Тату») – или на вычеркивании из обихода целого пласта культуры (а как теперь реагировать поход несовершеннолетних на отличный фильм «Шапито-шоу»? Где гетеросексуальный герой говорит глухому герою, потрясенному присутствию в компании гомосексуалиста: «Ну да, он гей. А ты – глухой. А в чем проблема-то?» И как быть с феерическим «Харви Милком» — рассказом о том, как трусливое дерьмо превращается в мужчину, потому что перестает бояться?)

Я даже не о том, что идея запрещать, не давать и дискриминировать выглядит идиотски в современном открытом мире (как, спрашивается, питерским несовершеннолетним смотреть репортаж о встрече губернатора Полтавченко с всенеродно – в отличие от Полтавченко – выбранными мэрами Берлина или Парижа, геями? О поездке в Финляндию, где экс-президент Тарья Халонен до своего президентства была главой финской организации геев и лесбиянок SETA, а нынешним президентом чуть не стал состоящий в однополом браке Пекка Хаависто?)

Наводить «порядок» посредством запретов для питерских депутатов вообще в порядке вещей. Вон, в прошлом году Елена Бабич пыталась провести идею петербургского дресс-кода, без которого, по ее мнению, в Питере ходят чуть не в одних трусах. О боже мой, — да весь Петербург наполняют дяденьки и тетеньки вообще без трусов! Вон сверкают голыми задами парни с конями на Аничковом мосту. Вон, слева и справа по Невскому – бесстыжие, без лифчиков, кариатиды. В минуте от Мариинского дворца, где заседают Бабич и Милонов, откровенно демонстрируют гениталии братцы Диоскуры. Впрочем, в греческую мифологию – где Зевс уж точно бисексуален – лучше не углубляться…

О да, Милонов и Бабич, хотят, безусловно, порядка – так, как он им представляется: в виде однообразия. Белый верх, черный низ. Палочки должны быть попендикулярны. Все прочее – извращение, грех, враги. Держать и не допущать. Поставить законодательную плотину поперек, простите за высокопарность, реки жизни, которая и сегодня в разливе.

Эта плотинка, запрудка все равно не останавливает воду, но поднимает со дна муть. Очень может быть, депутату Милонову действительно отвратительна мысль об однополом соитии. Сочувствую: мне какие-то вещи тоже отвратительны. Например, орущие ночью в купе дети, плохо одетые люди или певец Стас Михайлов. Однако боже упаси отказать им в правах (включая право орать)!

Те фотоснимки, о которых я упомянул вначале, были иллюстрацией к частной жизни N., соратника депутата Милонова по борьбе с распоясавшимися геями: типа, полюбуйтесь, каков борец. Ссылку мне бросили после того, как я высказался в ЖЖ по поводу милоновского закона.

И я, давно установивший за правило не стирать комментарии, даже откровенно оскорбительные – потому как за ними тоже многообразие мнений и жизни, – своему правилу изменил.

Стер камент, забанил автора, вымыл руки, сел к компьютеру и написал этот текст.


Оригинал


Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире