К выставке «Щукин. Биография коллекции» (о которой уже шла речь в передаче «Музейные палаты» – слушать выпуск за 15 июня) стоит вернуться по двум причинам. Во-первых, чтобы напомнить: она работает последнюю неделю, так что желающим посмотреть – it`s now or never. А во-вторых, потому что в названии, все-таки, содержится неточность. Все там надо было ставить во множественном числе – и коллекции, и самих Щукиных.  

 

Да, конечно, главное блюдо всего события – собрание импрессионистов и постимпрессионистов Сергея Щукина. Да и весь проект – щукинская выставка в Москве и морозовская в Санкт-Петербурге, в Эрмитаже – как раз и построен на объединении разрозненных коллекций, распределенных когда-то между двумя музеями. И недаром встречает московского зрителя привезенный из Петербурга «Танец» Матисса, в одиночку занимающий центральный зал. 

Однако у фабриканта-старообрядца  Ивана Васильевича Щукина, основателя торгового дома «И.В.Щукин с сыновьями», этих самых сыновей было шестеро. И четверо из них отметились не только в промышленных и торговых делах, но и в коллекционировании. Коллекционировании, причем, самом разном – и выставка в ГМИИ, пусть не отразив этого обстоятельства в названии, собраний других братьев все-таки коснулась.

Начнем по старшинству. Петр Иванович Щукин

 

Коллекционировал Петр Иванович все, что было связано с русской древностью. Ну то есть в буквальном смысле все, что только можно себе представить – настолько эклектично было его собрание: портреты и пейзажи, одежда и мебель, бронза и фарфор, предметы быта, украшения…. Собрание, которое он в 1905 году подарил Историческому музею – более 300 тысяч (трехсот тысяч, вы верно прочли) предметов. И до конца своей жизни (он скончался в 1912 году) продолжал пополнять собрание музея.

Другой известный коллекционер, Алексей Бахрушин, писал о Петре Щукине: «Серьезнейший собиратель из всех мне известных, потому что он не собирает ничего, предварительно не собравши об том предмете целую библиографию и не изучивши его по книгам. Обо всем он может прочесть целую лекцию…»

 

Случались, впрочем, у Петра Ивановича и вспышки интереса к живописи его современников. Так, именно он, оказывается, приобрел в Париже известную «Обнаженную» Ренуара (которая, впрочем, оказалась позже в собрании брата Сергея).

 

О Сергее Щукине позже. Пока перейдем к следующему брату, Дмитрию.

 

Дмитрий Иванович увлекся не современниками, а старыми мастерами, прежде всего голландцами. Зритель, знакомый с постоянной экспозицией ГМИИ им. Пушкина, при входе в посвященную Дмитрию Щукину часть выставки испытывает определенный шок: оказывается, значительная часть музейных фондов в этой своей части происходит из его собрания.

Еще до революции Дмитрий Щукина передавал отдельные произведения в Румянцевский музей, намеревался и завещать ему всю коллекцию. Однако вместо этого собрание после 1917 года было национализировано. Самого Дмитрия Ивановича назначили младшим помощником хранителя в Первом музее старой западной живописи (открывшемся в его же доме, где ему была оставлена лишь небольшая комнатка). Ослепший в старости и живший в последние годы лишь на крошечную пенсию, Дмитрий Щукин умер в Москве в 1932 году, его могила утеряна.

Кранах, Гварди, Ван Дейк, Буше, Фальконе и многие другие в ГМИИ – из собрания Дмитрий Щукина.

 

Самый младший из братьев Щукиных – Иван.

 

На самом деле именно младший брат Иван – в силу того, что жил в Париже – познакомил старших братьев с новым французским искусством. Сам, впрочем, собирал и классическое. Его собрание не могло быть представлено на нынешней выставке столь же аодробно, как для остальных – в минуту жизни трудную Иван расстался с коллекцией сам. Что, впрочем, не спасло его от окончательного банкротства и последовавшего самоубийства.

Но представление об уровне его собирательства дает работа, одолженная для выставки Музеем изобразительных искусств в Будапеште. Эль Греко, «Кающаяся Мария Магдалина».

 

И вот эта «Сирень на солнце» Клода Моне (ныне в ГМИИ) – тоже приобретение Ивана Щукина. 

 

Ну, и Сергей Иванович Щукин. Его судьба, в силу известности его ныне раздробленного между Москвой и Петербургом собрания, знакома широкой публике гораздо лучше.

 

Большое щукинское собрание импрессионистов и постимпрессионистов было открыто для публики (что даже вызывало недовольство у преподавателей Московского училища живописи, опасавшихся вредного влияния на студентов), а сам владелец выражал намерение передать в будущем картины Третьяковской галерее. Но и тут судьба собрания повернулась иначе.  

 

Это текст декрета, с узнаваемой подписью Ульянова-Ленина (далее орфография и стилистика сохранены):

«1/ Художественное собрание Сергея Ивановича Щукина объявить государственной собственностью Российской Социалистической Федеративной Советской Республики и передать его в ведение Народного комиссариата по Просвещению.

2/ Здание, в котором находится галлерея /д. № 8 по Б.Знаменскому пер./ с прилегающим участком земли, составляющим бывшее владение С.И.Щукина, и со всем инвентарем передается в ведение и распоряжение Народного комиссариата по Просвещению.» 

Дальнейшая ситуация развивалась так: московские коллекции Щукина и Морозова были преобразованы в Первый и Второй музеи новой западной живописи. Продолжая оставаться каждая в своем здании, они вскоре были административно объединены в «Государственный музей нового западного искусства». Вслед за этим началась «перевеска» – перемешивание картин из обоих собраний. В 1928 году оба «отделения» соединили на одной территории – в особняке Морозова на Пречистенке. До войны музей, хоть уже и противоречивший провозглашенному с начала 30-х соцреализму, продолжал функционировать.

В 1849 году ГМНЗИ был ликвидирован постановлением Совета министров СССР как «лишенный прогрессивного воспитательного значения» и вообще распространяющий формализм. Фонды музея поделили между ГМИИ им. Пушкина и Эрмитажем (в Ленинград в результате отправилось примерно 140 вещей из московского собрания Сергея Щукина). В обоих музеях в это время картины легли в запасники.

Первое экспонирование в ГМИИ (Моне, Ренуара, Дега и Пикассо) началось в декабре 1953 года – то есть через полгода после смерти Сталина. С приходом «оттепели» возможности для показа расширились. Однако имена коллекционеров в музейных экспликациях не указывались еще долгое время – как минимум до 1990-х годов.

Сергей Щукин в 1918 году эмигрировал и до конца жизни жил во Франции. Ну, и взглянем на несколько работ из его собрания (в основном эрмитажных, раз уж они в Москве ненадолго).

 

В Москве эта выставка – по 15 сентября (морозовская в Петербурге – чуть дольше, до начала октября).

Ну, а в ГМИИ зато нас скоро ждет Йорданс… :) 

 



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире