Нет, ну вот зачем, собственно, Государственная Дума так себя утруждает? То один закон об оскорблении, то другой об оскорблении, то еще третий какой-нибудь о недостоверности, а то еще о неуважении…

А ведь казалось бы – куда проще? Берем Цензурный устав Николая I от 1828 года (да ладно, подумаешь, без малого двести лет прошло – зато все коротко, четко, и нечего голову ломать).

Получаем:

«Ст. 1. Цензура имеет обязанностью рассматривать произведения словесности, наук и искусств, назначаемые к изданию в свет внутри государства, посредством книгопечатания, гравирования или литографии, а равно и привозимые из-за границы, и дозволять издание или продажу тех только из оных, кои в целом составе или в частях своих не противны изложенным ниже, в статье 3, общим правилам.

2. Под названием произведений словесности, наук и искусств разумеются книги всякого рода и на всех языках, эстампы, рисунки, чертежи, планы, карты, а также и ноты с  присовокупленими слов

А теперь упомянутую статью 3 читаем внимательно:

«3. Произведения словесности, наук и искусств подвергаются запрещению цензуры:

а) Когда в оных содержится что-либо клонящееся к поколебанию учения Православной Церкви, ее  преданий и обрядов, или вообще истин и догматов Христиансной веры.

б) Когда в оных содержится что-либо нарушающее неприкосновенность Верховной Самодержавной Власти, или уважение к Императорскому Дому и что-либо противное коренным государственным постановлениям.

в) Когда в оных оскорбляются добрые нравы и благопристойность и

г) Когда в оных оскорбляется честь какого-либо лица непристойными выражениями или предосудительным обнародованием того, что относится до его нравственности или домашней жизни, а тем более клеветою


 

Ну, и добавить оттуда еще, пожалуй, статью 8:

«8. Цензура обязана отличать благонамеренные суждения и умозрения, основанные на познании Бога, человека и природы, от дерзких и буйственных мудрований, равно противных истинной вере и истинному любомудрию. Она должна притом различать творения дидактические и ученые, назначаемые для употребления одних ученых, с книгами, издаваемыми для общенародного употребления

 

Поняли? То есть некоторые, в лучших традициях, должны быть «равнее других».  ©

Вот, собственно, и все что требуется. Орфографию, пожалуй, можно еще подправить – убрать там яти с ижицами.

Ну, и подпись, конечно: «Быть по сему. Николай.» (То есть тьфу! какой Николай? Ну, в общем, вы поняли.)

Ах, говорите, у нас цензура законом запрещена? Конституцией даже, в статье 29-й?

Ну что вы, право, как дети… Нет чтоб спокойно мечтать себе о  севрюжине с хреном – конституцию им подавай.



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире